“Как правильно помогать детям в Детских домах”. Светлый вечер с Еленой Любовиной, Еленой Зотовой и Дмитрием Былининым (06.04.2016)

Светлый вечер -Любовина Елена, Зотова Елена, Дмитрий Былинин (эф. 06.04.2016) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер -Любовина Елена, Зотова Елена, Дмитрий Былинин (эф. 06.04.2016) - Часть 2
Поделиться

Любовина, Зотова, БылининУ нас в гостях были директор благотворительного фонда “Абсолют помощь” Елена Любовина, руководитель агентства по организации мероприятий Елена Зотова и выпускник коррекционной школы-интерната Дмитрий Былинин.

Разговор шел о том, какая помощь действительно требуется воспитанникам и выпускникам Детских домов, как ее правильно организовать и какие результаты удается достичь.

В. Емельянов

— Добрый вечер! Это программа «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов. Здравствуйте! И у нас сегодня развернутая такая встреча — у нас сегодня не один, не два, а целых три гостя. Я позволю себе их представить. Это Елена Любовина, директор благотворительного фонда «Абсолют-Помощь», Елена Зотова, директор агентства по организации мероприятий «Queensbury», и Дмитрий Былинин, выпускник коррекционной школы города Серпухова. Я правильно вас представил, ничего не напутал?

Е. Любовина

— Коррекционной школы-интерната.

В. Емельянов

— Здравствуйте! Добрый светлый вечер! Итак, наша программа сегодня будет посвящена помощи таким коррекционным школам-интернатам, и наверное, не только. Мы поговорим, и Дмитрий здесь нам большой помощник в том смысле, что мы-то в общем в быту знаем, что надо помогать. И те, кто помогает, свозят игрушки, и всё такое прочее, привозят и уезжают. А Дима нам пояснит, наверное, что в принципе нужно, а что может быть и лишнее. Так что мы посвятим сегодня «Светлый вечер» этой тематике. И давайте начнем с Димы. Дима, насколько я знаю, помимо того, что вы выпускник этой школы-интерната, вас угораздило сняться в кино. Да и не просто в кино, и не просто так, а у Тимура Бекмамбетова, на секундочку. Как вы туда попали, в роли кого вы снимались, и вообще, ваши ощущения?

Д. Былинин

— Добрый вечер! Конкретно, как я попал в фильм — мы ездили на Добрые игры мира, их устраивал Владимир Турчинский, насколько я помню. Но тогда я как раз таки туда не попал, я был наказан и сидел в школе. И приезжают оттуда ребята, и говорят: «Классно, через неделю к нам приедут, типа кастинг, из Москвы, и т.д.» Ну, первое время мы стали завидовать — другие ребята, кому не представилась такой возможности поговорить с этими людьми. А потом так получилось, что да, действительно, приезжают — кастинг-директор, женщина была, и ассистент по актерам. Приезжают, устроили в самом интернате кастинг. Потом те, кто прошли в интернате, вышли на московский уровень, и оттуда тоже длительное время мы проходили кастинг. И вот так я попал в фильм.

В. Емельянов

— У вас большая там роль, или эпизодическая?

Д. Былинин

— Нет, знаете как — это второстепенная роль. Вроде как про беспризорников, но это второстепенная роль.

В. Емельянов

— Понятно. Вы сказали такое слово, которое меня немножко удивило, которое не очень соотносится с термином коррекционная школа-интернат — наказание. Это что такое, поясните?

Д. Былинин

— Например, у нас в разных степенях были наказания — за то или иное действие, когда не нравится взрослому человеку. Что ты либо высказываешь свое мнение, либо ты что-то делаешь не так, что не нравится им, взрослым. Было и такое.

В. Емельянов

— Это странно немножко.

Д. Былинин

— По большей части трудотерапия, ну приходилось иногда и такое, что рукоприкладство.

В. Емельянов

— Рукоприкладство со стороны педагогов?

Д. Былинин

— Да, со стороны педагогов, врать не буду. И приходилось детям в ответ отвечать, врать не буду.

В. Емельянов

— То есть, это обоюдные драки?

Д. Былинин

— Нет. Взрослые изначально как-то себя ставят так. Не все, конечно, врать не буду. Есть и нормальные.

В. Емельянов

— Я надеюсь.

Д. Былинин

— Вот у нас попалась нормальная воспитательница, слава Богу. Были такие работники, которые себе позволяли. Просто подойти — не понравился, тебе делают замечание. Ну, если ты всё правильно делаешь, и в принципе так и должно быть. Просто не понравилось что-то, что ты не улыбнулся, не поздоровался, или еще что-то. Тебе могут сказать это либо в очень оскорбительной форме.

В. Емельянов

— То есть это не просто замечание какое-то, типа — «Дима, а почему ты не здороваешься»? Это жестче всё, да?

Д. Былинин

— Да.

В. Емельянов

— Вы знаете, для меня это немножко удивительно. Я сейчас объясню в двух словах, это наверное, не очень правильно говорить, но я тем не менее скажу. Потому что мне надо как-то разговор в этом смысле поддерживать. У нас есть компания, которая состоит из членов компании одного из ведущего интернет-кинотеатра нашей страны. И там собралась группа людей, волею судеб просто я вместе с ними посещаю один из таких коррекционных интернатов. Но это не Московская область, а Владимирская, мы туда ездим уже несколько лет. Зная просто коллектив людей, с которыми мы общаемся — я имею в виду педагоги, психологи, и т.д., — для меня это удивительно, я правда говорю, потому что мне трудно себе представить, чтобы в той школе-интернате, где дети тоже живут постоянно, безвыездно, это даже, можно сказать, такая глушь. И что мне очень нравится, там нет даже забора, потому что им некуда бежать, там лес. Чтобы там такие вещи происходили. Но вот я буду знать, хотя честно говоря, я очень сильно удивлен. Тогда вопрос, наверное, к Елене Любовиной. Вы-то знали до того, как начать заниматься помощью школам-интернатам, в том числе, вот о таких вещах?

Е. Любовина

— Вы знаете, дело в том, что действительно, человеческий фактор он во всем имеет какое-то значение, играет очень большую роль. То, о чем говорите вы — действительно, есть люди на местах, которые очень всё переживают, участвуют в жизни детей. И думают о том, что с ними будет дальше, завтра, по окончании школы-интерната. Где-то есть люди, которые работают по старинке, и считают, что если человек, ребенок попал в коррекционную школу-интернат, то он нуждается именно в коррекции по здоровью, и у него есть какие-то определенные рамки, вне которых он никогда не выйдет, как бы мы не старались. Есть, действительно, жесткие педагоги. Я думаю, что эти взаимоотношения детей и взрослых в тех или иных учреждениях они бывают, действительно, разными очень. Димина история она такая. С одной стороны, я думаю, что на этом не надо останавливаться, долго говорить о том, что было в тот момент…

В. Емельянов

— Эта точка зрения, она должна быть услышана.

Е. Любовина

— Главное — как Дима пережил эту ситуацию, наверное, и каким он стал на сегодняшний день. Потому что… Был у вас в гостях и Александр Гезалов, который рассказывал такие же истории из детских домов. Наверняка, если мы пригласим еще выпускников, или ребят из детских домов, они тоже будут говорить о том, что трудно, безусловно. Потому что нет близких, которые могут как-то больше внимания уделять, делиться какими-то своими переживаниями, чувствами. И безусловно, это проблема. Но ее надо решать. Мы как фонд стараемся это делать, потому что есть ресурсы, из тех же самых волонтеров, из наставников, которые могут приходить к детям. И по большому счету, помогать людям, которые работают в этих учреждениях — они просто могут быть усталыми, они могут быть не мотивированными, они могут просто находиться не в том времени и не в том месте. Помогать с этими детьми работать. И безусловно, это проблема общая, надо объединять разные ресурсы. Именно поэтому мы здесь такой большой компанией. У нас есть человек, который жертвует свое время и деньги на благотворительные программы…

В. Емельянов

— Это Елена Зотова.

Е. Любовина

— Да, Елена Зотова. Есть я как директор фонда, который эту помощь аккумулирует и действительно с помощью экспертов делает ее разумной. И есть Дима, получатель той помощи, и представитель тех детей, которые в этой помощи либо нуждаются, либо нет. Вот я бы ответила так на это.

В. Емельянов

— Теперь вопрос к Елене Зотовой. Я так понимаю, что вы с Еленой Любовиной давным-давно приятельствуете.

Е. Зотова

— Всем добрый вечер! С Еленой мы знакомы довольно давно, мы учились в одном институте…

В. Емельянов

— Я прошу прощения — а ваше образование связано с педагогикой?

Е. Любовина

— Я филолог. Елена…

Е. Зотова

— У меня факультет иностранных языков педагогического университета. Но тем не менее, я не работала по специальности, 90-е годы были такие странные, что многие люди, закончив высшие учебные заведения, не работали по специальности, которую получили. Но в общем-то, сейчас не об этом даже. А о том, что имея собственное event-агентство, занимаясь организацией мероприятий, мы с Леной начали обсуждать вопросы возможной благотворительности, и в какой форме это может быть. Мы начали еще давным-давно историю с хорошего контента, с хорошего видео- и фотоконтента — мы представляли и помогали на благотворительных основах сделать для фонда на сайты, на любые носители… Вы сами прекрасно понимаете, насколько важна хорошая картинка. Хорошая картинка не то чтобы передает даже идею, она передает настроение, эмоции, помогает очень многим людям «заразиться» хорошими мыслями. В общем, в любом случае это один из самых главных коммуникативных каналов.

В. Емельянов

— Зрительный, визуальный.

Е. Зотова

— Да, зрительный. И потом уже пришло у нас сотрудничество такое совместное, именно профессиональное к мероприятиям. Поскольку я занимаюсь мероприятиями довольно давно, и знаю, что такое хороший уровень, и что такое плохой уровень и средненький.

В. Емельянов

— А вот что это такое?

Е. Зотова

— Могу вам сказать, что очень у многих людей, у 80%, наверное, людей в России представления о хорошем мероприятии даже нет. Потому что большинство из нас в основном посещает довольно плохие и средние мероприятия. А так как мы занимаемся в основном коммерческими, и мы ориентируемся на…

В. Емельянов

— Это что значит? Вы устраиваете какие-то корпоративы, или что?

Е. Зотова

— Мы занимаемся и коммерческими, и частными мероприятиями. То есть да, это и корпоративные мероприятия, это мероприятия частные…

В. Емельянов

— Типа свадьбы.

Е. Зотова

— Да, типа свадьбы, дни рождения, юбилеи, и т.д. Но это очень хороший высокий уровень, хороший европейский уровень. Мы финалисты очень многих международных конкурсов и премий. Поэтому я могу сказать, что мне не стыдно за работу моего агентства. Короче, смысл в том, что я хотела сказать о том, что мы пытаемся показать и дать тот уровень мероприятия для детей, для СМИ, для фондов, которое реально классное, которое по-настоящему отвечает современным тенденциям, современным требованиям, и формирует у детей и у взрослых классный уровень восприятия.

В. Емельянов

— То есть, я правильно понимаю, что вы приезжаете в подобные школы-интернаты, выпускником одной из которых является Дима, и вот там устраиваете какие-то…

Е. Любовина

— Нет, нет. Вы понимаете неправильно.

В. Емельянов

— Я понимаю неправильно.

Е. Любовина

— Мы делаем интегративные площадки…

В. Емельянов

— Что это такое?

Е. Зотова

— Мы делаем более глобальные мероприятия.

Е. Любовина

— … вне учреждений, где могут познакомиться люди совершенно разные, и каким-то образом показать свои достижения ребята из коррекционных школ. А люди могут тоже придти, поделиться какими-то своими настроениями, пообщаться и просто познакомиться друг с другом. Потому что это два разных мира. И совершенно неверно ехать в коррекционное учреждение с каким-то праздником. Я думаю, что с Димой здесь лучше будет проговорить про эту помощь.

В. Емельянов

— Сейчас мы его спросим.

Е. Любовина

— А нужно делать такие площадки очень высокого уровня и качества, на которых действительно можно было познакомить совершенно разных людей, и понять, что это не страшно, что мы действительно можем помогать друг другу. Что эта помощь, она может быть обоюдной. То есть не то, что мы, обычные люди, помогаем детям, которые находятся за стенами. И мы такие добрые, жалостливые, мы можем жертвовать своим временем или деньгами. А что это общение, которое может дать и нам тоже, в том числе.

В. Емельянов

— А почему вы считаете, что дети в таких учреждениях не нуждаются в подобного рода мероприятиях внутри стен этого учреждения?

Е. Любовина

— Вы знаете, они нуждаются, наверное, прежде всего… То есть мероприятие, любое — будь оно интегративное вне стен, или мероприятие, которое внутри — это второстепенная вещь. Мы начали сейчас с нее, потому что Лена как представитель агентства, она сейчас консолидирует именно эту помощь. Но дело в том, что наш фонд, прежде всего, занимается такой ручной работой, индивидуальной, с ребенком, который находится в учреждении. Вот непосредственно Дима, который сидит здесь и я — мы, скажем так, в наставнических отношениях. Есть программа наставничества, когда взрослый может помогать ребенку не на уровне приехал, разыграл концерт какой-то, или привез ему какой-то одежды, или еды, или обуви. А это программа, которая уже нас объединяет на протяжении, наверное, семи месяцев.

Д. Былинин

— Больше.

Е. Любовина

— Мы с Димой познакомились, с лета мы с тобой знакомы, мы познакомились на одном из наших проектов. Благотворительный фонд «Абсолют-Помощь» решил открыть центр поддержки выпускников. Но прежде, чем это сделать, мы встретились с ребятами в Орехово-Зуевском районе, в том числе и с Димой, и мы спросили у них — надо ли им это, или не надо? Выяснилось, что надо. Сами ребята сказали, что да, нам это необходимо. Это был первый шаг нашего общения, выстраивания отношений. И мы вот практически уже это время находимся в достаточно плотных отношениях, несмотря на то, что я живу в Москве, а Дима живет в Орехово-Зуево, у него квартира. И мы постоянно и в контакте — и ВКонтакте, в социальной сети, и в контакте по телефону. Друг о друге много знаем. Я думаю, здесь нужно спросить Диму о той помощи, какая необходима.

В. Емельянов

— Итак, у нас сегодня в гостях Елена Любовина, Дмитрий Былинин и Елена Зотова. Это программа «Светлый вечер», и мы продолжаем разговор. В чем конкретно заключается работа по этой программе? Я никак не пойму. Вы говорите, что отдельные взрослые для отдельного ребенка отдельно какой-то взятой школы. А все остальные?

Е. Любовина

— Программа сейчас наша — программа поддержки выпускников — она включает несколько подпрограмм или подпроектов. То есть мы выбрали выпускников нескольких школ, которые сейчас учатся в одном училище в Орехово-Зуево. Это около 40 ребят, с которыми работают сейчас наши социальные педагоги. Мы сняли коттедж в Малой Дубне, это в Орехово-Зуевском районе. И туда ребята приезжают для того, чтобы: а), первое — чтобы научиться социально-бытовым навыкам, элементарно готовить какие-то блюда себе, заниматься практическими какими-то вещами. Ходить в магазин, осваивать бюджет, потому что надо понимать, что скоро они выйдут и будут жить самостоятельно, а этих навыков, к сожалению, у них нет. Это основополагающий навык. Второе — это встречи с разными интересными людьми, успешными выпускниками. Тот же Александр Гезалов, он приезжает. Мы такой клуб сделали «Зеленая лампа», где Саша делится своими ощущениями, и просто с ребятами беседует о тех актуальных вопросах, которые их интересуют, они могут быть совершенно разные. У нас сейчас запускается большой проект театротерапии, театр для роста, в котором мы разными методиками вместе с психологами можем общаться с детьми на разные темы, которые опять же закрыты для обсуждения. Такие темы как семья, такие темы как любовь, верность, дружба. То, о чем он не скажет тебе сейчас в кругу, потому что а) — он тебе не доверяет, и б) — очень много всего внутри, и очень много травм разных у ребенка. Потому что помимо того, что действительно у некоторых есть проблемы со здоровьем, они еще могут быть и дети-сироты, или дети, которые остались без попечения родителей, или родители неблагополучные.

В. Емельянов

— Да, я знаю.

Е. Любовина

— Поэтому это очень грамотная, продуманная программа для этих детей, которую мы делаем вместе с психологами. И еще две программы — одну из них мы делаем с центром «Вверх» сейчас — программу репетиторов для детей. Потому что из коррекционной школы ребенок выходит практически с 6-тью, 7-мью классами обычной школы. Вы об этом знаете. И вот история Димы — он сам в вечернюю школу пошел для того, чтобы сейчас учиться в техникуме автодорожном по той профессии, которая…

Д. Былинин

— В филиале института.

Е. Любовина

— В филиале института, спасибо, Дима. И здесь нужна репетиторская работа, для того, чтобы подтянуть ребенка, чтобы он сдал государственный экзамен за девятый класс. И еще одна программа, которая только начинается…

В. Емельянов

— Сейчас, прошу прощения — после этого он идет в профессионально-техническое училище, получает специальность.

Е. Любовина

— Он идет в профессионально-техническое училище сразу после школы-интерната, но там определенный уровень профессий. Их немного, и они не устраивают обычно некоторых детей. И это не выбор ребенка, а скорее…

Д. Былинин

— Да не в том даже дело! Даже по этим специальностям как готовят? Вот конкретно как специалистов…

В. Емельянов

— А давайте перечислим эти специальности. Я знаю, что это…

Д. Былинин

— Маляр-штукатур, строитель.

В. Емельянов

— Да-да.

Д. Былинин

— Швея.

В. Емельянов

— Это для девочек.

Д. Былинин

— Для девочек. Озеленитель. Но это вот то же самое…

В. Емельянов

— Ландшафтный дизайнер.

Е. Любовина

— Садовник.

Д. Былинин

— Нет, не ландшафтный дизайнер. (Смеются.) Это травку пощипать…

В. Емельянов

— Кем вы работаете? — Я работаю ландшафтным дизайнером.

Е. Любовина

— Дворник, скорее.

Д. Былинин

— Грубо говоря. «Иди травку пощипай и убери мусор».

В. Емельянов

— Понятное дело.

Д. Былинин

— Вот и всё!

В. Емельянов

И соответственно, вы даете возможность таким, как Дима…

Е. Любовина

— Мы даем возможность ребенку выбора, даем выбор — куда ему дальше пойти учиться, если он может и хочет.

В. Емельянов

— Лена, а как реагирует руководство вот этих профессионально-технических училищ, когда они понимают, что к ним приходит такой ребенок.

Е. Любовина

— Вы знаете, наверное, если говорить конкретно про Орехово-Зуево, там очень хороший коллектив. И замдиректора, она сама выпускница детского дома. То есть человек, который понимает, что ребенку нужно дальше. И вот здесь Дима… Я перебиваю, наверное, лучше спрашивать у Димы. Потому что, несмотря на сложности отношений в школе-интернате, в училище взаимоотношения с сотрудниками, они выстроились после разговора о том, что «у нас есть определенные правила, и мы по этим правилам мы живем». И как сказали мне педагоги уже училища, что с Димой можно договориться. Что Дима очень адекватный молодой человек, с которым обо всем можно договориться.

В. Емельянов

— Дима, а как…

Е. Любовина

— Общий язык найден был, поэтому… К нам со стороны училища — они, наоборот, заинтересованы в этой программе, потому что они очень хотят, чтобы каждый ребенок нашел свое место в жизни.

В. Емельянов

— Понятное дело. Я думаю, что и администрация этих школ-интернатов тоже в этом заинтересована.

Д. Былинин

— Была бы заинтересована, готовили бы.

Е. Любовина

— Ремарка такая — это опять же, наверное, человеческий фактор. В каждой школе задачи ставятся совершенно разные.

В. Емельянов

— Дима, а как вы успеваете по специальностям сейчас в профтехучилище? Первый вопрос. И второй, сразу так, оба в паре — сколько вам учиться-то там осталось?

Д. Былинин

— Я пошел в этом году. Я закончил до этого вот как раз таки колледж, из которого нас посылают по ограниченным специальностям, и параллельно учился, вот Лена уже сказала, в вечерней школе. Не я один, конечно, те, кто хотели.

В. Емельянов

— Это вот с репетиторами?

Е. Любовина

— Нет, они пошли в вечернюю школу.

Д. Былинин

— Там конкретно готовят. Но оказывается, по конкретной статье, не имеют права принимать таких детей. И очень хорошо делают выговоры администрации этих учреждений, школ вечерних, потому что не имеют права брать. И получается что? Что уже всё, уже ограничено, много выкинули детей из таких школ, и т.д. И те, кто успели, сейчас вот мы обучаемся, то есть дальше пошли обучаться. То есть, было среднее незаконченное, то есть специальное, ограниченное как раз. А сейчас уже среднее профессиональное, то есть полное, полное среднее. После чего, естественно, мы можем пойти дальше учиться в институты, университеты, и т.д.

В. Емельянов

— Вот вы через какое-т о время получите диплом об окончании вот этого учебного заведения, что в нем будет написано? Кто вы будете по специальности?

Д. Былинин

— Будем по специальности, я конкретно пошел на автомеханика.

В. Емельянов

— И после окончания вы планируете идти в институт дальше учиться, или будете работать?

Д. Былинин

— Нет, я планирую идти дальше учиться.

В. Емельянов

— Меня вот еще знаете, Дима, какой вопрос интересует — у вас есть собственное жилье, вам предоставило это государство? Мы тут, условно говоря, на воле, очень часто сталкиваемся и слышим — вот недавно совсем был скандал, я не помню в какой области был скандал, — что квартиры, которые должны были дойти вот до таких детей, они до них не дошли. К сожалению, это так. Это одна сторона медали. Но, это тоже, кстати, нужно проговаривать всё, чтобы люди в курсе были. Вторая сторона медали — что дети получают эти квартиры, но, поскольку они живут в довольно замкнутом пространстве, довольно слабо ориентированы на социализацию какую-то, даже точнее, совсем не ориентированы, именно потому, что они живут в своем замкнутом пространстве, получая эти квартиры, они начинают жить в одной квартире, остальные квартиры сдавать. Понятное дело, на что уходят эти деньги. К сожалению, жизнь таких детей складывается очень печально.

Е. Любовина

— Я думаю, что Дима может рассказать про опыт, про жизнь ребят, которые учились с ним, и что с ними сейчас. Действительно, кто-то сидит, у кого-то действительно сложная судьба. И тут, наверное, не Дима, а даже я скажу, что в его случае он ждал получения квартиры 7 месяцев. Мы встречались потом с органами опеки, и мы говорили об этом. То есть действительно, есть такие ситуации, когда жилье еще не выделено, когда закупка не произошла жилья, и ребенок вынужден — вот как в случае с Димой — 7 месяцев он просто жил по друзьям. Потом… Вот опять же, я со своей стороны, общаясь с Димой больше и больше, я просто вижу, какой стержень у молодого человека есть на сегодняшний день.

В. Емельянов

— Да, это тоже, это видно.

Е. Любовина

— Все жизненные события, которые с ним произошли, они все-таки не заставили его опустить руки. И действительно, какая-то мотивация поступить в высшее учебное заведение. Он сейчас на меня смотрит с тем, что его хвалить не надо. Но я его не хвалю, а его иногда и ругаю, мы с ним общаемся жестко. Но при этом есть какой-то стержень, и путь, и ориентир. Это очень важно. Но очень трудно этого добиться без взрослого, который бы тебя понимал, слушал и слышал. И к сожалению… Вот я не договорила о программе наставничества. Она, конечно, одна из основополагающих. Потому что если у нас нет таких сопровождающих взрослых у детей… Сейчас, действительно, слава Богу, детские дома и школы-интернаты, они больше ориентированы теперь на такое сопровождение. Есть перекосы, безусловно, но такая тенденция есть. Иначе, если ты не научишь ребенка самостоятельно принимать решения, брать ответственность за свои поступки — как бы мы не учили в школах-интернатах их трудиться, заниматься какими-то конкурсами художественной самодеятельности, пляски, танцы, концерты давать — в будущем будет очень плохая картина, которая и на сегодняшний день есть, к сожалению. И вот об этом, наверное, у Димы можно спросить, потому что история его ребят из класса — просто по пальцам можно пересчитать, кто чего-то добился.

В. Емельянов

— Дима, ну расскажите нам эту историю.

Д. Былинин

— Как готовят на самом деле к самостоятельной жизни. Да никак! Государство конкретно выделяет — вот я просто буду говорить по своим годам, по тем годам, когда я был в интернате. Выделяется 300 рублей в месяц на ребенка. Естественно, отложить на выпускной, то-то и то-то, ну чтобы отметить хорошо — ладно, хорошо.

В. Емельянов

— То есть это выделяется в бюджет этого учреждения? Или вам на руки дается?

Д. Былинин

— Нет, какое на руки?!

В. Емельянов

— В бюджет учреждения. Понятно, 300 рублей на человека.

Д. Былинин

— Вроде бы проходят по классам столько-то человек, каждый расписывается — вроде бы воспитателю отдали. Естественно, сами дети не ходят в магазин, естественно, это должно быть согласовано с администрацией данного заведения, и всё проконтролировано. Проконтролировано то, что ты купишь, но больше половины запрещено. Но мы дети, нам по 15-16 лет, мы хотим каких-то шоколадок, хотим сладостей, мороженого. Естественно, у нас нет такой возможности. Естественно, у нас нет возможности научиться самим готовить даже хотя бы. Вот я врать не буду, мне 20 лет, я не умею даже толком суп готовить. Тому, чему научила меня девушка, то я и умею.

В. Емельянов

— У вас девушка есть?

Д. Былинин

— Есть.

В. Емельянов

— Прекрасно. Так она вам готовит?

Д. Былинин

— Да. А сами вы так до сих пор…

Д. Былинин

— Давайте начнем с того, что я сторонник того, что мужик должен работать руками.

В. Емельянов

— Готовить это тоже работа руками. А нет, не теми руками? (Смеются.)

Д. Былинин

— Не в том смысле. Он достает хлеб, охота… Работа, в общем. Женщина по дому. Я вот этого сторонник.

В. Емельянов

— Знаете, Дима, мы с вами поговорим… Вот вам сейчас сколько лет?

Д. Былинин

— Мне 20.

В. Емельянов

— Вот вам будет 45, мы тогда… Вы приезжайте, мы с вами поговорим подробно на эту тему. (Смеются.)

Д. Былинин

— Когда мне будет 45, тогда может и изменится.

В. Емельянов

— Мне тогда уже, наверное, будет 65, но дело не в этом. Я, например, с трудом представляю, чтобы я мог подпустить женщину к приготовлению плова, например. Или к приготовлению моей любимой баранины, не в пост будет сказано.

Е. Любовина

— Но простите — вас научили готовить эту баранину…

В. Емельянов

— Я сам научился.

Е. Любовина

— Хорошо. Но все равно — была обстановка, в которой вы могли это сделать. Здесь обстановки такой нет, и поэтому элементарные вещи, они конечно…

В. Емельянов

— Это понятно. Димина точка зрения тоже ясна — что мужик добывает хлеб, женщина соответственно занимается домом.

Д. Былинин

— Вы меня перебили.

В. Емельянов

— Я прошу прощения.

Д. Былинин

— То же самое — мы даже не знаем о распределении денег, что нужно? Как вот сказать?.. Врать не буду, благодаря Елене, когда мы познакомились… Мы познакомились, я не понять в чем ходил, я ходил в том, что у меня осталось от общежития. Вот говорила Елена про замдиректора, которая выросла сама в детском доме. Да, действительно это было так. И на самом деле, она нам давала эту возможность, то есть… Естественно, деньги были у нее, так как этого требовали свыше над ней стоящие органы. Мы ходили, допустим, по рынку тому же самому, в тот же самый магазин — «Дети, что нравится, подходите, буду учить, как торговаться».

В. Емельянов

— Это Лена вас учила?

Д. Былинин

— Нет, это нас учили, когда я учился еще.

В. Емельянов

— Да, я понял.

Д. Былинин

— Вот эта женщина, которая из интерната. То есть она нас постоянно не то, что потыкала, что «ты не так что-то делаешь, уйди отсюда». Немножечко не так. «Смотри, вот ты сделал так. Что из этого получилось? А если сделать вот так вот? Что из этого получится?». То есть перед выбором, показывая что-то…

В. Емельянов

— То есть заставляя…

Д. Былинин

— Не заставляет, а предлагает.

В. Емельянов

— Предлагает думать.

Д. Былинин

— Да.

Е. Любовина

— И делать выбор.

Д. Былинин

— Да. Предлагает выбор. То есть делать плохо, чтобы потом переделывать. Либо сделать сразу хорошо — сперва подумать, потом сделать хорошо.

В. Емельянов

— Друзья, напоминаю, что вы слушаете программу «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов. У нас сегодня в гостях Елена Любовина, директор благотворительного фонда «Абсолют-Помощь», Елена Зотова, директор агентства по организации мероприятий, и Дмитрий Былинин, выпускник одной из коррекционных школ-интернатов. Мы говорим о житье-бытье в этих самых интернатах. Дима свои истории рассказывает, Елена рассказывает о программах, которые их фонд готовит, и которые они реализуют. Немножко у нас помалкивает Елена Зотова, но это моя вина. Гостей трое, вот сразу так и не разобраться. Мы вернемся через минуту и всё исправим тогда.

В. Емельянов

— Это программа «Светлый вечер», в студии Владимир Емельянов. Еще раз здравствуйте! И мы продолжаем разговор с нашими сегодняшними гостями. Дима, простите пожалуйста, я вас перебил. Продолжайте.

Д. Былинин

— Ничего страшного. И что получается — мы даже не представляем, что да как сделать. И вот благодаря таким людям, которые… Не то, что как бы — вернусь к тому, что мы уже с вами прошли — то есть, приезжают в учреждения какие-то, показывают бессмысленные праздники. Нет, серьезно, не те, которые даже помогают развиться в каком-то направлении, а просто танцульки какие-то, спортивные игры какие-то. Ну что оно нам даст?

В. Емельянов

— Это кто делает?

Д. Былинин

— Есть такие организации типа волонтеров, которые приезжают и нам ничего этого не дают. Врать не буду, так, как я уже говорил, что я ребенок и хочу сладкого, естественно я жду — побыстрее дайте уже подарки и езжайте куда хотите. Дайте нам и езжайте! Нам не интересно, поймите. Вот врать не буду, это действительно так и было. То есть не какие-то развивающие, то, что нам нужно. Вот честно скажу, в таком возрасте мне даже на самом деле было интереснее почитать УК РФ.

В. Емельянов

— Уголовный кодекс.

Д. Былинин

— Да, Уголовный кодекс Российской Федерации.

В. Емельянов

— Кодекс мы должны чтить.

Д. Былинин

— Я тогда и начал читать, потому что сидишь…

В. Емельянов

— Вам зачем?

Д. Былинин

— Вы знаете, на самом деле я хочу вам сказать вот что — не зря я его учил, потом понадобился.

В. Емельянов

— Вы сейчас пугаете меня.

Д. Былинин

— Нет, это не то, а вот как раз таки по отношению. Вот например, уже Елена сказала о том, что я ждал 7 месяцев квартиру. Оказалось, что по жилищному законодательству, 223-я статья гласит о том, что я должен был получить жилое помещение после того, как мне исполнилось 18 лет. А мне исполнилось 19 лет. Естественно, в общежитии я не мог остаться, и то директор на свой страх и риск пошла на уступки, оставила. И потом за это получила. Мне пришлось уйти. Я пришел в опеку — « Я буду жить у вас». Что они могут сказать? Ничего. Выгнали. И куда мне идти? Никуда. Я без денег, безо всего.

В. Емельянов

— Дима, знаете, я вот сейчас что подумал. А может вы зря в этом автомеханическом учитесь? Может вам надо на юридический идти?

Д. Былинин

— Пытался.

В. Емельянов

— Нет?

Д. Былинин

— Вот опять же, для чего нам нужны те же самые репетиторы. Того, что нам не дали там, или по ускоренной программе в вечерней школе. То есть невозможно получить весь объем, который ты пропустил с 1-го класса. Есть такие предметы как физика, химия, ну не прямо с 1-го класса. То есть на самом деле, я даже врать не буду — я сейчас сижу и не успеваю за всеми воспринимать всю ту информацию, которую воспринимают остальные дети. Да, я остаюсь потом, спрашиваю: «Вы можете, пожалуйста, уделить мне время, объясните так то, так-то». И только вот такими методами. Приезжаю после этого, сижу дома и зубрю это всё. Вот только такими методами я остаюсь в строю.

В. Емельянов

— Дима, сейчас мы вам дадим чуть-чуть отдохнуть. А у меня вопрос тогда к Елене Любовиной. Лена, скажите, а вот эти вот… я делаю пальцами кавычки — претензии Димы относительно волонтеров, они что, справедливы что ли?

Е. Любовина

— Вы знаете, я вообще придерживаюсь такой… И в социальных сетях я об этом пишу, более того, я вступаю в какие-то такие, знаете, странные разговоры с очень бодрыми людьми, которые настроены на помощь, и очень хотят помогать, и хотят изменить жизнь детям, если они приедут с мастер-классом от шоколатье, если они привезут какое-то мега-платье. Я им говорю: «Остановитесь. Потому что это не то что неполезно, это вредно». Как сказал Дима, это воспитывает иждивенчество, потому что это спонсор приехал, это подарки он привез. У меня был опыт такой с волонтерами…

В. Емельянов

— Хорошо, подарки. А если… Прошу прощения, что перебиваю — это работа моя, профессия такая, перебивать.

Е. Любовина

— Да, конечно, безусловно.

В. Емельянов

— Я прошу прощения, а если вот Дима говорит, что он — прости пожалуйста,…

Д. Былинин

— Ничего.

В. Емельянов

— … прямым текстом, что он в обносках ходил. А люди, предположим, те же самые волонтеры, они имеют контакт с руководством такого детского дома или такой школы-интерната. И руководство говорит: «Нам надо 50 спортивных костюмов». Люди приезжают и привозят эти спортивные костюмы…

Е. Любовина

— Вы знаете, безусловно…

Д. Былинин

— Извините, что теперь я вас всех перебиваю. Я в обносках ходил — прямым текстом, как вы сказали — не в стенах. Пока ты ходишь в стенах данных заведений, тебе никто не позволит ходить так, естественно. Потому что приезжают постоянно комиссии, приезжают постоянно проверки какие-то. Естественно, мы все чистенькие, все пушистые. А я говорю про то, что когда я выпустился уже из лицея.

В. Емельянов

— Я просто не так понял.

Д. Былинин

— Я вот про что. Про то, что я без денег, безо всего, пойти некуда, есть нечего, ходить не в чем.

Е. Любовина

— Я совершенно не против всех мастер-классов, которые могут быть.

В. Емельянов

— Шоколатье.

Е. Любовина

— Да. Но вы знаете, это вот как, если говорить про первое блюдо — суп, второе блюдо — второе, а третье блюдо — десерт. Вот десерт — это все те мероприятия, которые, к сожалению, проводит масса волонтеров, приезжающих в детские дома. И десерт, от десерта сначала ты насыщаешься им, потом у тебя болит живот, потом ты начинаешь обессилено заболевать как-то. И в конце концов, от десерта ничего хорошего не случается, если нет супа и второго блюда. Вот если он есть — а это основополагающие вещи, которые позволяют ребенку потом самостоятельно жить. Если ты проводишь мастер-классы… Вот с чего мы начали — зачем нужны мероприятия, которые делает Лена Зотова? Это как раз таки те мероприятия, которые встраиваются в систему грамотной поддержки, такой разумной помощи. Когда у нас есть уже такой стержень — программы наставничества, репетиторства, когда психологи работают с детьми, изучая детскую травму, когда мы устраиваем соревнования соцориентирования, учим варить супы, ходить в магазины, и еще всего-всего…

В. Емельянов

— Да, мы об этом говорили уже.

Е. Любовина

— Сверху возможны мероприятия, и в том числе, и мастер-класс.

В. Емельянов

— Вот эти десерты, да.

Е. Любовина

— Если всего этого нет, всё это бессмысленно. И лучше оставаться дома и заниматься своей семьей, своими детьми и своими близкими.

В. Емельянов

— Лена Зотова нам сейчас расскажет про мероприятия. Только я хочу, знаете, Лена, что уточнить у вас, вот какой момент. А первое и второе — суп и котлеты — это не забота администрации учреждения?

Е. Любовина

— Вы знаете, это совместная история.

В. Емельянов

— Совместная история это десерт.

Е. Любовина

— Нет, совместная история это как раз суп и котлеты. То есть надо, понимаете как — суп может быть сварен на хорошем бульоне, этот бульон — это администрация. А всю остальную начинку, если вы хотите вкусный суп, то ее могут сделать грамотные волонтеры, эксперты и специалисты извне.

В. Емельянов

— Понятно. К этой волонтерской работе мы еще вернемся. Кстати, у меня к Диме есть вот свой личный вопрос относительно того, что нужно, что не нужно. Я просто расскажу, что мы делаем, а вы скажете, как человек, который находился внутри, вот такие штуки нужны там детям или нет. Лена, я к Елене Зотовой обращаюсь, к директору агентства по организации мероприятий. Какие мероприятия вы устраиваете? Мы говорим — устроение мероприятий, устроение мероприятий. А что это за мероприятия?

Е. Зотова

— Давайте просто расскажу на примере.

В. Емельянов

— Ну, конечно.

Е. Зотова

— Это самое простое будет. Одно из первых мероприятий, которое мы сделали вместе с благотворительным фондом «Абсолют-Помощь» — это был интегративно-познавательный фестиваль Пространство.

В. Емельянов

— Скажите вот это слово по-русски, интегративный — что это такое?

Е. Зотова

— Это пространство некое, в котором мы интегрировали детей из коррекционных школ, детей из приемных семей и обычных детей из обычных школ.

В. Емельянов

— Совместили их.

Е. Зотова

— Совместили. Мы их объединили в одном пространстве одной деятельностью. Мы сделали на самом деле очень классный микс. Это реально было очень хорошее мероприятие, поскольку мне удалось, в силу того, что я занимаюсь мероприятиями, у меня очень большой пул подрядчиков разного рода. И я знаю, какие из них качественные, некачественные, и т.д. Я приглашала только самых крутых, только самых клевых, те, которые могут заряжать, те, которые могут повести за собой, и вдохновить могут. Мы собрали очень классных ребят, которые сделали небольшие мастер-классы, просто дали вводные точки для детей, которые послужили для них, я надеюсь, хотя бы одной ступенькой в целеполагании дальнейшем жизненном. То есть…

Е. Любовина

— На примере давай мы расскажем.

Д. Былинин

— Извините, я перебью. Вот например, я стал лично свидетелем этого мероприятия, я тоже участвовал. И хочу вот что сказать….

В. Емельянов

— Чего делали-то? Я не пойму.

Д. Былинин

— Давайте начнем с того, у нас есть конкретный прямо пример. У нас есть парень, он инвалид, у него инвалидная степень, скорее всего ошибочная, потому что парень не является таковым.

В. Емельянов

— Ну, Дима, это не нам с вами судить.

Д. Былинин

— Да, не нам с вами судить. Он реально классно рисовал, он писал иконы в свое время, и т.д. И помогли, как раз таки вот это вот пространство — я просто не знаю, как конкретно назвать… И сделали такую выставку конкретно про него, ему помогли сделать выставку.

Е. Зотова

— Персональную.

Е. Любовина

— Персональную выставку в ЦДХ.

В. Емельянов

— Здорово, В ЦДХ!

Е. Любовина

— Да, это мероприятие проходило в ЦДХ.

Д. Былинин

— И настолько всё показалось хорошо, что он даже потом за свои картины… Приходили люди: «Кто это нарисовал?» — «Такой-то такой-то». — «Да ладно! Не может быть такого. Как с таким диагнозом человек рисует?». Вот так вот.

Е. Любовина

— Покупали его картины.

Д. Былинин

— Реально покупали.

Е. Зотова

— Притом, что мы обязательно конечно позаботились об оформлении. Вы понимаете, визуальная картинка — продают и покупают. И естественно, чем круче были оформлены пространства, тем лучше. И мы на самом деле реально сделали идеальную картинку.

Д. Былинин

— Я врать даже не буду, я после всего этого всего мероприятия…

В. Емельянов

— Вы так часто говорите «я врать не буду», что такое ощущение, что периодически врете. (Смеются.)

Д. Былинин

— Это не так, нет!

Е. Любовина

— Это его слово-паразит.

В. Емельянов

— Хорошо, врать не будет. Сказал, как отрезал.

Д. Былинин

— У меня просто слово-паразит.

В. Емельянов

— Нормально.

Д. Былинин

— Я подошел к этому парню, обращаюсь: «Саш, как тебе вообще это всё?» Типа: «Сколько заработал?». Он говорит: «Я тебе говорить не буду, потому что нехорошо считать чужие деньги, но тем не менее».

В. Емельянов

— Врать не буду. (Смеются.)

Д. Былинин

— Врать не буду. «Но тем не менее, я еще участвовать буду». — «А из-за чего? Из-за того, что деньги дают, из-за того, что покупают?». Он говорит: «Нет». — «А из-за чего?». — «Из-за того, что когда ты смотришь со стороны, что ходят, смотрят на то, что ты сделал своими руками, и не могут поверить в то, что сделал это ты, да и тем более, когда тебя гнобят на протяжении девяти лет — «ты такой-сякой, вы выйдете, вы погибнете, вы ничего не сможете». Ты слышишь это девять лет, ты начинаешь действительно в это верить. Вот то же самое — говори собаке, что она свинья постоянно, она и станет свиньей.

Е. Любовина

— Ну, не только собаке. Действительно, что касается Саши — он сидел на стуле, у него была оформлена его индивидуальная выставка. Таких выставок было в пространстве несколько. Ребята приехали, у них были инструкции, аннотации, висели их фотографии. И картины продавались. И всё было на таком высоком уровне, потому что это Центральный дом художника. И у Саши прошла первая персональная выставка в Центральном доме художника. Вот показалось — он очень маленький ростом — показалось, что он сантиметров на десять после этого мероприятия вырос. И это очень важно, потому что это обратная связь. Это возможность посмотреть.

В. Емельянов

— Возможно, его может ожидать счастливая судьба, если так всё удачно складывается.

Е. Любовина

— На него обратили внимание некоторые специалисты именно ЦДХ, потому что у него неплохая техника иконописи именно. И мы говорим сейчас о том, что Сашу можно отправить на обучение в какое-нибудь такое профессиональное училище.

В. Емельянов

— Мастерскую.

Д. Былинин

— А до этого праздника, грубо говоря праздника, я не знаю, как назвать — проект, или что-то еще. Мы ему говорили: «Давай будем продавать, на этом деньги делать. Мы будем твои картины продавать».

В. Емельянов

— То есть вы в качестве импресарио хотели выступить.

Д. Былинин

— Да, врать…

В. Емельянов

— Врать не буду. (Смеются.)

Е. Любовина

— Сейчас Саша задумался…

Д. Былинин

— Извини, не перебивай. Он говорил: «Нет, я рисую чисто для себя, для души. Я не хочу, чтобы кто-то смотрел, потому что это вообще никуда не катит, ни в какие рамки. Вы чего, бредовые идеи», и т.д. А теперь он сам, вот я уже рассказал — после этого мероприятия он сам говорит: «Я теперь буду. Действительно, это нравится людям. Вы правильно мне тогда говорили, что давай продавать, потому что это реально действительно круто». То есть он в себя поверил. А это уже немаловажно.

Е. Любовина

— Это ключевая фраза. Что позволяют делать такие мероприятия — они позволяют детям попасть в совершенно другое пространство. То есть он привык в коррекционной школе-интернате выступать в концертах, в каких-то праздниках, мероприятиях. И к большому сожалению, конечно, масса мероприятий для детей-сирот, или для детей ограниченных возможностей…

Е. Зотова

— Они формальные.

Е. Любовина

— Они формальные, они очень типичные, они очень простые в своей организации. Это, знаете, такое мероприятие, когда ты смотришь и думаешь: «А, понятно — это для детей-инвалидов». Мы максимально ставили цель сделать качественное мероприятие, в которое мы пригласили особых детей. И они там чувствовали себя так же гармонично, как и дети обычные.

Е. Зотова

— И наши дети были на этом мероприятии.

Е. Любовина

— Мы делали с Леной это мероприятие, ориентируясь на наших детей, которые искушены в разного рода активностях, таких светских и культурных. И мой сын остался очень доволен, Ленины сыновья, разновозрастные, остались довольны. И Дима с друзьями остался очень довольны этим проектом. Потому что Дима еще исполняет рэп, он спел там…

Е. Зотова

— Да, помимо триумфа Саши, у нас был Дима, который…

Д. Былинин

— Давайте начнем с того, что я был по другую сторону баррикады. Я как раз был из тех, кто и помогал им, а не так, как ребенок приезжий.

Е. Зотова

— Но в любом случае…

В. Емельянов

— То есть вы как бы один организаторов?

Е. Любовина

— Да, Дима помогал нам.

В. Емельянов

— Это программа «Светлый вечер». У нас сегодня в гостях Елена Любовина, Елена Зотова и Дмитрий Былинин. И у нас есть еще немного времени поговорить о том, о чем мы собственно, весь час и говорим. Даже получился разговор скорее о социальной адаптации, нежели… Ну, Димина история очень яркая, конечно, по поводу житья-бытья и в школе-интернате, и потом в общежитии, я правильно понимаю, профтехучилища?

Д. Былинин

— Да, в общежитии при колледже.

В. Емельянов

— И т.д., и т.д. Но вот обе Лены, которые еще фактически и однокурсницы, и подруги с юности, они занимаются как раз такими вещами. Потому что Елена Любовина, она директор благотворительно го фонда «Абсолют-Помощь», а Елена Зотова директор агентства по проведению мероприятий, вот о которых собственно говоря Дима и рассказывал. Дима, я вот вам как раз хотел, знаете, какой вопрос задать. Мы, когда нашей компанией приезжаем в наш детский дом, который мы давным-давно пестуем… У нас, знаете как получилось — просто собралась такая инициативная группа очень инициативных людей, у которых семьи, у которых дети, и т.д. И поняли, что есть необходимость кому-то помогать. Но вот очень не хотелось мешками привозить «сникерсы» и уезжать, привозить и уезжать. И мы нашли, короче, очень далеко от Москвы, это Владимирская область, это с Горьковского шоссе еще направо повернуть…

Д. Былинин

— Я знаю.

В. Емельянов

— … и ехать километров… Понимаете, да? А, может быть, вы знаете?

Д. Былинин

— Конечно, я же живу в Орехово-Зуево.

В. Емельянов

— А, ну вот. Мы долго думали, как взаимодействовать. Там детишки очень разные живут. Есть, действительно, когда ребята из неблагополучных семей, есть дети с патологией, есть дети с тяжелой патологией. По-разному складывается их жизнь, у многих складывается точно таким же образом, как у Димы — 9 классов, училище, работа. 9 классов, училище, квартира, не работа. И очень быстро заканчивается жизнь. Сейчас не об этом. И вот мы стали придумывать фактически вот то, что делают Лены. Мы стали приезжать компанией. У нас, предположим, один выезд летний. Мы приехали с палатками, мы устроили там такой типа Грушинский фестиваль. Знаете, что это такое? Это такой фестиваль авторской песни, условно говоря. Дети поужинали, какое-то время до сна оставалось, и чудом потом воспитатели разрешили им посидеть с нами до одиннадцати. А мы там жарили для себя какой-то тоже ужин. Они наш ужин смели, принимали участие в песнопениях. Им очень понравилась эта походная ситуация. Это была одна история. Вторая история была, что мы решили устроить им кухню как таковую. Ну, что самое простое? Наверное, это пицца. И вот, мы разбились на команды, каждая группа, у нас их 10 или 9 было, и все готовили пиццу. Вот у нас был такой конкурс. Мы вот так вот общаемся, мы вот так с ними дружим. И каждый раз это заканчивается фактически взаимными слезами, потому что мы не хотим уезжать, они не хотят, чтобы мы уезжали тоже, они хотят, чтобы мы остались. Вот такого типа общение, оно полезно для обитателей таких интернатов?

Д. Былинин

— Знаете, что я на это отвечу, я отвечу так. Вы говорите, обоюдными слезами это заканчивается, а я могу сказать так, что почему оно так заканчивается? Потому что в то время, когда вы находитесь вместе, они видят, что вы на тех же правах — вот конкретное время, когда вы с ними — на тех же правах, на всем том же самом, что и остальные. И они чувствуют, знаете, что они не одни в данное время. И не хотят, чтобы это заканчивалось. Но вот нельзя жить в розовых очках-то.

В. Емельянов

— Они не живут в розовых очках, потому что, слава Богу, у них есть прекрасный спортивный руководитель. Мы когда первый раз туда приехали в этот дом, мы обомлели. Потому что когда в него заходишь, у них вся стена увешана вымпелами, уставлена спортивными кубками.

Е. Любовина

— Это везде, я вас уверяю. Это во многих учреждениях.

В. Емельянов

— Но помимо всего прочего… Да, наверное это так. Но когда они приезжают в Москву на различные соревнования и мы ходим за них болеть, мы просто понимаем, что они реально занимают первые места.

Е. Любовина

— Это прекрасно.

В. Емельянов

— Это один из лучших результатов, один из лучших показателей, как ни странно, в нашем регионе.

Е. Любовина

— Вы знаете, я бы что ответила. Вы меня не спросили, но я отвечу.

В. Емельянов

— Я Диму спрашивал.

Е. Любовина

— Вам надо продолжать.

В. Емельянов

— А мы и будем продолжать. Мы и продолжаем.

Е. Любовина

— Вам надо продолжать и приближаться к детям. Потому что из этого из всего может сложиться очень теплое хорошее…

Д. Былинин

— Они чувствуют любовь. Даже не то, что доброту, любовь, а то, что они не одиноки.

В. Емельянов

— Братцы дорогие, мы этим занимаемся уже четвертый или пятый год.

Е. Любовина

— Я имею в виду, что продолжать и выстраивать отношения уже в индивидуальном порядке. То есть вы можете выбрать себе детей, с которыми вы можете вступить в наставнические отношения. Я вас уверяю, это не опека, это не приемная семья, это не те отношения…

Д. Былинин

— Ни в коем случае никакой контроль.

Е. Любовина

— Мы просто с Димой какие-то добрые друзья. Мы когда с ним познакомились, я увидела в Диме себя. То есть это такое совпадение какое-то эмоциональное. И он долго ко мне присматривался. Ты можешь сам сказать. Проверял меня, не верил. В итоге, я думаю, что мы как-то сошлись, не напрягая друг друга — можно такое слово сказать, да. И появилась какая-то общность, и ощущение того, что я могу помогать, не закатывая глаза, не заламывая руки, и беря на себя очень много, но Диме этого достаточно. Ему достаточно понимать, что есть взрослый, которому можно позвонить в любое время.

Д. Былинин

— Что бы ни случилось, я могу просто позвонить: «Лен, такая-то и такая-то ситуация. Как, что мне грамотно сейчас сделать? И что я из этого получаю?». Она у меня спрашивает, вот конкретно данный случай, что у нас с Леной. Она у меня спрашивает: «Что ты хочешь здесь сделать, сам сделать?». Ну, говорю: «Так-то, так-то». Она говорит: «Хорошо. Что из этого мы получим? Наверное, то-то, то-то, то-то. А теперь то, что могу предложить тебе я. Так как я старший человек, с опытом, сделай так-то, так-то. Что ты из этого получишь?». — «Не знаю». — «Давай обсудим. Ты это получишь из этого?» — «Ну да». —«А это получишь?» — «Ну да». — «Так как тебе лучше сделать?». Это я про то, что я говорил недавно, помните? Сделал по-своему, что потом нужно будет переделывать, или сделай так, как нужно.

Е. Любовина

— То есть, это выбор, который дается, который обсуждается.

Д. Былинин

— Да, выбор.

Е. Любовина

— Это такие партнерские отношения, которые в общем-то приводят…

Д. Былинин

— По большей части.

Е. Любовина

— И у меня есть ощущение того, что я помогаю. Но эта помощь, опять же, не оголтелая какая-то, и она не съедает кучу времени…

Д. Былинин

— Не навязывает.

Е. Любовина

— … кучу сил, и она ненавязчивая.

Д. Былинин

— Не дает то чувство, что мне кто-то навязывается, кто-то хочет влезать в мою жизнь.

В. Емельянов

— Я хочу Лену Зотову спросить — а у вас есть подобные отношения с кем-то из выпускников?

Е. Зотова

— Нет, у меня нет таких отношений. Возможно, это ждет меня впереди. Но у меня немножко сейчас другая, довольно сложная ситуация в том, что, так как я занимаюсь организацией мероприятий именно такого рода, это благотворительные мероприятия, абсолютно некоммерческие. И для того, чтобы сделать качественный контент мероприятия, качественное обслуживание, здесь идет большая работа по работе с подрядчиком и по мотивированию, и рассказыванию, объяснению, почему такого рода взаимодействия через благотворительность с людьми являются более эффективным, чем поехать, грубо говоря, в кавычки возьмем — поехать со сникерсами в детский дом. И соответственно, здесь идет довольно большая часть работы. И на самом деле, что могу сказать — мы сейчас пришли к тому с Леной, что на самом деле очень просто получить классных специалистов к себе на мероприятие без денег. Самое главное, чтобы у них была свободная дата…

В. Емельянов

— Классные специалисты — это кто имеется в виду?

Е. Зотова

— Топовые ведущие мероприятий, поставщики света и звука, классные диджеи, замечательные певцы. Вот у нас на предстоящем мероприятии к нам приедут финалисты проекта «Голос», «Главная сцена», продюсерские компании серьезные.

Е. Любовина

— Понимаете, это просветительская работа, которая параллельно идет, без нее никуда. Когда ты даешь возможность людям включиться и познакомиться с детьми. Но ты опять же под правильным углом показываешь этих детей. Потому что, какие бы тенденции в обществе не были, мы от пренебрежения, снисходительности такой, какого-то неприятия, пришли к некоей жалости, и к некому такому вроде как, с перебором к какому-то трепету к этим детям. А детям нужно не это. Детям нужны…

В. Емельянов

— А что им нужно?

Е. Любовина

—Диму спросите. Наверное, нормальные партнерские здоровые…

В. Емельянов

— Я вас спрашиваю. Вы же занимаетесь.

Е. Любовина

— Мне кажется, как мне кажется — нужны какие-то здоровые искренние партнерские отношения и ориентированность на их потребности, на их какие-то возрастные… И понимаете, вот почему мы так много говорим о мероприятиях качественных? Потому что их надо учить вкусу, красоте, этике, эстетике.

В. Емельянов

— Но здесь можно относительно всяких танцев и «Голоса» поспорить о вкусах и эстетике.

Е. Зотова

— А если это их восхищает?

Е. Любовина

— Вы знаете, это возможно, когда к ребенку приезжает тот исполнитель, которого он знает и которого он хочет увидеть. А не какое-то, простите, «сельпо», которое он не хочет принимать, но он принимает, потому что у него нет выбора. Этот выбор предоставляется. И в данном случае миссия Лены это распространение, наверное, именно просветительство, идей просветительских, и рассказ о детях тем людям, которые до них, может быть, никогда и не придут и не дойдут.

В. Емельянов

— А вы под «сельпо» что понимаете?

Е. Любовина

— Под «сельпо» я понимаю мероприятия такого уровня, как, допустим, — праздник для детей из коррекционных школ-интернатов, которые устраивают некоторые, в том числе и государственные структуры, или структуры некоммерческие. Когда из школ-интернатов приезжает огромное количество детей, привозят какие-то поделки. В это время сидят какие-то специалисты, которые наносят — как это называется? На щеке мейк-ап, аква-грим, какой-нибудь не очень профессиональный, и криво. Притом, что мальчик, которому это наносится, у него усы уже выросли, и у него на щеке вдруг возникает бабочка…

Е. Зотова

— Просто есть стандарты мероприятий, стандарты плохого вкуса.

Е. Любовина

— При этом есть ростовая кукла, которая обнимает этого мальчика. И есть конфетки в прозрачном пакете, которые он держит в руках. И вот он фотографируется, ты смотришь на него и думаешь: «О! Умственная отсталость, всё понятно». У нас было такое мероприятие в предыдущие годы, мы так делали, действительно. Мы поменялись буквально недавно, это правда. И теперь мы сделали мероприятие, свое пространство, и удивительно — мы увидели на фотографии того же мальчика, который вырос на год. Его усы никуда не делись, его умственная отсталость никуда не делась.

Е. Зотова

— Но фотография сделана классным фотографом на классном мероприятии.

Е. Любовина

— Фотография сделана на хорошем мероприятии, и он занимается тем, что ему нравится. Он подошел к ведущему, который сводил музыку, и вместе с ним он в наушниках сводит музыку. У него изменился взгляд. Это соответствует его возрасту, это соответствует его интересам. И фотография была совершенно другая. У меня есть две фотографии одного и того же человека. На одну ты смотришь и думаешь — дебил, вот реально. На вторую ты смотришь и думаешь — увлеченный парень.

Д. Былинин

— Нашел себя в этой жизни.

Е. Любовина

— И вот задача этих мероприятий — менять отношение к детям посредством, наверное, их привлечения, приглашения, на те площадки, на которых они могут максимально себя показать.

В. Емельянов

— Ну, что такое «сельпо», мне теперь понятно. (Смеются.) Я всю дорогу думал, врать не буду, что это магазин такой. (Смеются.) Я очень люблю, когда в Подмосковье езжу, я очень люблю во всякие сельпо заходить, мне нравится просто сама атмосфера.

Е. Зотова

— Тем не менее, когда на мероприятии вы можете почитать битбокс вместе с ведущим — вы, которому 18 или 14 лет, я думаю, что это классно.

В. Емельянов

— Наверное, да. Мне сложно сейчас уже…

Е. Любовина

— У вас есть свои интересы в 45. Я думаю, что вам интересно было бы что-то, что соответствует вашему возрасту и интеллектуальному развитию.

Е. Зотова

— А не то, что взрослые посчитали вам нужным.

В. Емельянов

— Друзья, у нас буквально 30-60 секунд. И я хочу последний вопрос задать Диме. Дима, скажите пожалуйста, как вы себя видите лет через 5-10.

Д. Былинин

— Трудно говорить о завтрашнем дне.

В. Емельянов

— Конечно, но пофантазировать можно.

Д. Былинин

— Пофантазировать. Фантазия это, знаете как — это слишком большая роскошь, которую мы не можем себе позволить. Надо жить сегодняшним днем. И я постоянно себе напоминаю такую поговорку — «Ты можешь сидеть постоянно у разбитого корыта, и жалеть о том, что не попробовал, не рискнул, ты ничего так и не добился, продолжаешь сидеть у этого корыта. А можешь один раз попробовать рискнуть. И кто знает, а может ты не будешь продолжать сидеть у этого корыта? Может ты будешь сидеть у нового корыта».

В. Емельянов

— Жестко, но верно. Но в общем, в принципе и не идет вразрез. «Каждому дню своя забота» — в свое время было сказано Спасителем. Благодарю вас, очень приятно было с вами пообщаться в рамках нашей программы «Светлый вечер». Друзья, напомню вам, что у нас сегодня в гостях были Елена Любовина, директор благотворительного фонда «Абсолют-Помощь», Елена Зотова, директор агентства по организации мероприятий, и Дмитрий Былинин, один из выпускников коррекционной школы-интерната, ныне фактически, можно сказать студент автомеханического…

Д. Былинин

— Не можно сказать, а это так и есть.

В. Емельянов

— А, это так и есть. Врать не буду, автомеханического колледжа. (Смеются.) С вами был Владимир Емельянов. Спасибо, до новых встреч. До свидания!

Е. Любовина

— До свидания!

Е. Зотова

— Спасибо, Владимир. До свидания!

Д. Былинин

— Спасибо, до свидания!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 оценок, в среднем: 4,67 из 5)
Загрузка...