Поделиться
— Не могла предположить, что вас так заинтересует мой семейный альбом, Андрей Борисович!
— Разве могло быть иначе, Маргарита Константиновна? По фотографиям можно проследить, какой путь человек прошёл в жизни, увидеть истоки его души. Школьные, юношеские кадры открыли мне вас с новых сторон и как будто сделали ещё роднее.
— Правда? Ну тогда я вам сейчас покажу, как выглядели мои первые шаги на жизненном пути. Вот, взгляните.
— Неужели малышка в смешном белом чепчике — это вы?
— Ну конечно! Преодолеваю расстояние в один метр от старшей сестры к маме. А бабушка смотрит на нас и смеётся. Это папа фотографировал.
— Чудесная фотография! И кстати, она мне напомнила картину Юрия Кугача «Первые шаги». Помните её?
— Помню и очень люблю. Я в свое время видела эту работу в Нижегородском художественном музее. И у меня ведь репродукция была. Где же, где же... Не на дачу же я ее увезла?.. Нет, вот она, на полке, за книги спряталась!
— Согласитесь, композиция один в один.
— Да, похоже. В центре на заднем плане старушка. Слева — молодая женщина, напротив неё — девочка-подросток. Они образовали круг, в котором топает кроха в тёплом платьице. Мама вытянула вперед руки, манит младшую дочку, и дитя доверчиво тянется в ответ.
— Первые шаги человек делает навстречу любви.
— Какая неожиданная мысль! И она мне нравится.
— Эта картина богата на смыслы. Над ней можно размышлять бесконечно. Одно только колористическое решение чего стоит!
— Да, цвета богатые! Яркие, насыщенные.
— И говорящие! Смотрите — все четыре героини в одеждах ярко-красного цвета, который традиционно олицетворяет жизнь. При этом оттенки разнятся между собой. На малышке платье розоватое, пёстрое. Девочка подросток — в ярко-алом.
— А в одеждах бабушки с красным соседствует синий.
— Цвет неба! И кровать, на которую она опирается, покрыта васильковым одеялом из лоскутков. Автор показывает так, что для пожилой женщины настало время перехода из земной жизни в вечность. Об этом напоминают и гирьки часов-ходиков слева на стене.
— О быстротечности жизни говорит сам набор персонажей: младенец, девочка, женщина, старушка. Этот приём уже неоднократно использовался в живописи. Ещё в шестнадцатом веке немецкий художник Ганс Бальдунг написал несколько картин на тему старения.
— И австрийский живописец Густав Климт в начале двадцатого века живописал в своей работе «Три возраста» переход женщины от детства к расцвету, а потом к увяданию. Но, Маргарита Константиновна, все полотна, что мы с вами припомнили, показывают старость как неизбежное фиаско — неудачу, провал. А у Юрия Кугача всё иначе.
— Пожалуй. Если у Климта старуха в отчаянии заламывает руки и закрывает лицо, то здесь бабушка исполнена спокойствия и тишины.
— И художник объясняет, почему это так. Действие картины «Первые шаги» разворачивается на фоне золотистых обоев. На иконах этот оттенок символизирует благодать, присутствие Бога.
— Который есть Любовь.
— В пространстве любви легко делать первые шаги, радостно взрослеть, поднимать детей. И умирать не страшно!
Картину Юрия Кугача «Первые шаги» можно увидеть в Нижегородском государственном художественном музее.
Все выпуски программы: Краски России
Задостойник Благовещения
Поделиться
Фото: Ksenya Loboda / Pexels
Праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, который Церковь отмечает 7 апреля по новому стилю, — один из моих любимых дней в году. В свежем прохладном весеннем воздухе витает какое-то особое ощущение обновления, пробуждения природы. А ещё — предчувствие радости, которую Архангел Гавриил принёс в этот день Пресвятой Деве Марии, сказав Ей: «Радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между жёнами... Не бойся, Мария, ибо Ты обрела благодать у Бога; и вот, зачнёшь во чреве, и родишь Сына, и наречёшь Ему имя: Иисус».
Каждый год в Праздник Благовещения Церковь в богослужебных текстах, в молитвах и песнопениях напоминает нам о той радости, которая стала началом величайшего в истории человечества события — прихода Бога на землю. Эта радость звучит, например, в песнопении, именуемом Задостойником Благовещения. Давайте узнаем, почему оно так называется, поразмышляем над его текстом и послушаем отдельными фрагментами в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
В богослужебной традиции православной Церкви есть особый момент: после Таинства Евхаристии, когда в алтаре заранее приготовленные хлеб и вино претворяются в Тело и Кровь Христовы, хор исполняет песнопение, посвящённое Богородице, которое называется «Достойно есть». Я рассказываю об этой молитве в одном из выпусков программы «Голоса и гласы». Но на великие праздники, такие, как Благовещение, хор исполняет задостойники — особые гимны, раскрывающие смысл торжества. Само название этого песнопения — задостойник — говорит о том, что поётся оно вместо песни «Достойно есть».
Первая часть задостойника Благовещения в переводе на русский язык звучит так: «Благовествуй, земля, радость великую, / хвалите, небеса, Божию славу». По-церковнославянски фрагмент звучит так: «Благовествуй, земле, радость велию,/ хвалите, Небеса, Божию славу». Послушаем первую часть задостойника Благовещения.
Вторая часть задостойника по-русски звучит так: «Пусть одушевлённого Божия Ковчега / отнюдь не касается рука недостойных» или по-церковнославянски «Я́ко одушевленному Божию кивоту,/ да никакоже коснется рука скверных». Послушаем вторую часть песнопения.
Песнопение завершается строчками, которые так переводятся на русский язык: «Но уста верных не умолкая, / воспевая возглас Ангела, / в радости Богородице да взывают: / «Радуйся, Благодатная,// Господь с Тобою!» На церковнославянском языке третий фрагмент песнопения звучит так: «Устне же верных, Богородице, немолчно,/ глас Ангела воспевающе,/ с радостию да вопиют:/ «Радуйся, Благодатная,// Господь с Тобою!»
Послушаем третью часть задостойника Благовещения.
Задостойник Благовещения появился в богослужебном уставе в византийскую эпоху, примерно в VI или VII веке. Образы, заложенные в нём, несут основополагающие богословские смыслы. В словах «яко одушевленному Божию кивоту» Богородица сравнивается с Ковчегом Завета, святыней, в которой, согласно Ветхому Завету, пребывала слава Божия. Фраза из песнопения «Да никакоже коснется рука скверных» — подчёркивает святость Пресвятой Богородицы. А главное, текст песнопения напоминает нам о том, что Благовещение — это не просто событие прошлого, а реальное переживание веры для каждого христианина. Ведь Благая весть, которую Пресвятой Деве Марии принёс архангел Гавриил, — это радость встречи с Богом любого человека, который готов откликнуться на эту весть всем сердцем.
Давайте послушаем задостойник Благовещения полностью в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы: Голоса и гласы
Волгоград. Икона Сталинградской Божьей Матери
Поделиться
Волгоград был основан в шестнадцатом веке как острог Царицын, а с 1925-го по 1961-й год назывался Сталинградом. С таким именем город прославился во время Великой Отечественной войны в середине двадцатого века. Сталинградская битва 1942 года стала переломным моментом противостояния фашистам. В разгар этого затяжного сражения в городе произошло невероятное. В небе над разрушенными домами явилась Божия Матерь с Младенцем Христом на руках. Знамение утвердило веру жителей и защитников города в победу над фашистами. В 2020 году Сталинградское чудо запечатлел художник Василий Нестеренко в мозаичном панно. Мозаику можно увидеть на стене Патриаршего Воскресенского собора в парке «Патриот» в подмосковном городе Кубинка. Этот храм был построен и освящён в честь 75-летия победы в Великой Отечественной войне. На основании мозаики эксперты утвердили иконографию образа Сталинградской Божией Матери. Одна из первых икон по этому канону написана для собора Александра Невского в Волгограде.
Радио ВЕРА в Волгограде можно слушать на частоте 92,6 FM
Сосна
Поделиться
Фото: Иван Кузнецов / Pexels
Раннее июльское утро, на улице уже жарко. Природа и село проснулись, в деревянном храме идёт служба. Скромные подсвечники послушно собирают капли воска, капающие с тонких горящих свечей. В тишине церкви хрустальными нотами тропаря струится с клироса тихое пение матушки. Разноцветные косынки бабушек, как полевые цветы, неспешно кивают в поклонах Спасителю. Мужчины молятся на коленях. Со старинных потемневших икон смотрят на молящихся лики святых. Через настежь открытые окна в полумрак храма проникают голоса птиц и нагретый солнцем воздух. Становится душно, начинает кружится голова. Выхожу на минуту из церкви.
С высоты крыльца открывается вид на цветущий палисадник и высокие сосны, что окружают храм. Взгляд падает на одну из них, засохшую. Она так же высока и величественна, как её соседки, но уже мертва. Будто вырезанный из картона кажется её серебристый силуэт на фоне сестёр с золотистой корой и раскидистой зеленью веток. Она всё ещё красива изгибом ветвей и переливом серых оттенков ствола, но корни больше не питают её, потеряла она свою силу.
Всматриваюсь в неё и ловлю себя на мысли, что боюсь узнать в ней себя. А горит ли лампада внутри моего сердца, или я только стою в церкви, как картонный, и бездумно бегу по жизни? Тревожную мысль, будто порывом ветра, прогоняет возглас священника, и я с радостью перешагиваю порог церкви. Стремлюсь туда, к живительному ручью воскресной службы, что может напитать корни и придать сил. По храму разносится «Верую». Благодарю тебя, Господи, за такую возможность!
Текст Екатерина Миловидова читает Илья Крутояров
Все выпуски программы Утро в прозе
