Поделиться
Фото: PxHere
«В то время как Васко да Гама только мыслил о возможности найти путь к полуострову Индостан, наш тверитянин уже купечествовал на его берегу», — писал Николай Карамзин в своей знаменитой «Истории государства Российского». Именно он в XIX-м столетии первым обнаружил в архиве Троице-Сергиевой Лавры записки тверского купца Афанасия Никитина — знаменитые путевые заметки, получившие впоследствии название «Хождение за три моря». В отличие от португальского первопроходца, Афанасий Никитин о подобном путешествии не мечтал. Отправиться в столь долгий и опасный путь его вынудили обстоятельства.
В 1468-м году один из торговых кораблей Никитина, шедший в Астрахань, затонул в Волге. На другое судно напали разбойники и разграбили его. Афанасий остался без товара. На его приобретение купец брал в долг большую сумму, которую теперь выплатить не мог. Дома Никитина неминуемо ждала бы долговая тюрьма. Поэтому он решил заработать, чтобы вернуть долг. И задумал попытать счастье в Азии, где, по слухам, многие товары можно было приобрести очень дёшево. Как истинно верующий христианин, в такое путешествие Афанасий не мог отправиться без благословения. Об этом он сам говорит в «Хождении за три моря»: «И пришёл в Калязин монастырь к Святой Живоначальной Троице. У игумена и святой братии получил благословение».
В 1469-м году Никитин достиг Индии. Он побывал на её юго-западных землях: в Раджастане, Гуджарате и Махараштре. С досадой Афанасий сообщает в своих записках, что в Индии «для Русской земли товара нет». Вокруг всё непривычное — специи, масла, благовония. Купца заинтересовали фарфор и алмазы, но они стоили больших денег. А у Никитина их почти не осталось. По некоторым из его записей историки сделали вывод, что купцу приходилось питаться подаянием. А чтобы элементарно остаться в живых — притвориться странствующим дервишем, мусульманским отшельником. Но даже в таких условиях Никитин не отступился от Христа. «Другого никакого имени не призывал», — пишет Афанасий.
В Махараштре «дервиша» Никитина разоблачили. Правитель узнал, что Афанасий — русский христианин. И отобрал у него единственное имущество — жеребца. Правда, пообещал вернуть, и дать в придачу тысячу золотых, если Никитин примет ислам. Если же нет — пригрозил смертью. Искушение было сильное, но Афанасий выстоял и был готов умереть за веру. Спастись ему помог казначей хана — он убедил правителя не обращать Афанасия в ислам и отпустить. Подобное купцу придётся пережить ещё не раз. Текст «Хождения за три моря» пронизан слёзными мольбами Никитина к Богу о том, чтобы Господь помог сохранить истинную веру. Несмотря ни на что, русскому купцу это удалось. «Прошло четыре Пасхи, как я в бесерменской земле, а христианства я не оставил», — сообщает Никитин. О том, что он оставался верующим православным христианином, красноречиво свидетельствуют такие, например, переживания Никитина. Не имея в путешествии церковного календаря, в какой-то момент он сбился со счёта, и не мог узнать, когда начинаются православные посты. Поэтому постился «по мусульманскому обычаю». На обратном пути в Россию Афанасий сокрушается о том, что это наверняка зачтётся ему на Небесах как большой грех.
«Хождение за три моря» продлилось шесть лет. И стало примером мужества простого русского человека. Духовный подвиг Афанасия Никитина через века продолжает восхищать не только его соотечественников. Но и жителей страны, в которой он претерпел немало испытаний. В 2002 году в индийском городе Ревданда был установлен памятник стойкому в вере тверскому купцу.
Все выпуски программы Открываем историю
12 июня. «Морской утёс»
Поделиться
Фото: Paul Pastourmatzis/Unsplash
Как похож утёс, далеко выступающий в море, на былинного богатыря, который мужественно предстоит бесчисленным супостатам, с их тучами стрел и копий. Со всех сторон обрушиваются на каменного исполина свирепые волны, обдают его каскадами брызг, но он даже не шелохнётся... Так и мы, утверждаясь умом во Христе, призваны в молитве с мужеством терпеть все находящие на нас внутренние и внешние скорби, зная, что любящим Господа всё бывает во благо и во спасение.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
12 июня. О промысле Божием
Поделиться
О Промысле Божьем — клирик Александро-Невского собора в Симферополе священник Александр Харин.
Как научиться полагаться на промысл Божий, когда вокруг и внутри нас столько боли, тревоги и непонимания? Наверное, прежде всего нужно честно признать: доверие Богу не означает, что мы всегда понимаем Его пути. Иногда человек стоит перед такими обстоятельствами, которые не может ни объяснить, ни изменить, ни вместить сердцем. И вот здесь вера начинается не с ответов, а с обращения к Богу: «Господи, я не понимаю, но не хочу отойти от Тебя».
В Священном Писании сказано: «Передай Господу путь твой и уповай на Него, и Он совершит». Это слова Псалма. Апостол Павел же говорит: «Любящим Бога всё содействует ко благу». Не всё само по себе является благом, но Бог силён даже скорбное, тёмное и болезненное обратить ко спасению человека.
Полагаться на промысл Божий не значит быть равнодушным, не значит закрыть глаза на страдания. Это значит верить, что последнее слово в мире принадлежит не злу, не страху и не смерти, а Христу. Сам Господь в Евангелии говорит: «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте».
Святые отцы учили нас благодарить Бога не только тогда, когда всё ясно и спокойно. Святитель Иоанн Златоуст, прожив тяжелейшую жизнь, в конце её произнёс: «Слава Богу за всё». Эти слова не про лёгкую жизнь, а про верность Богу до конца.
Поэтому будем делать то, что можем, — молиться, каяться, помогать ближним, не ожесточаться, хранить любовь. А то, чего не можем, то, что выше наших сил, то, что мы не можем объяснить, будем отдавать в руки Божии. Потому что промысл Божий — это не холодная и случайная судьба, а таинственное действие любящего Отца, которое ведёт человека через временное к вечному.
Все выпуски программы Актуальная тема:
12 июня. О человеке как образе и подобии Божием
ПоделитьсяО человеке как образе и подобии Божьем — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Первые главы Книги Бытия, наверное, — одни из самых известных ветхозаветных чтений. В них мы слышим рассказ о творении всего. О том, что Бог из небытия в бытие приводит всяческое: от первых крупинок вселенной до человека. О человеке же ведётся особенный разговор. Идёт речь о том, что он является образом и подобием Божиим.
Но несколько сложно помыслить об этом, ведь Бог есть дух, в Нём нет абсолютно ничего материального, Он не связан ни временем, ни пространством, а мы с вами связаны, как сказали бы философы, детерминированы всем этим. И вот здесь нужно заметить, что образ и подобие, очевидно, заключаются не во внешних наших проявлениях, а в нашем внутреннем устроении.
Мы говорим об образе Божием во всяком человеке: каждый, будучи человеком, точно имеет его. Подобия же мы достигаем, к подобию стремимся. Поэтому, собственно, некоторых из святых мы даже и называем преподобными, то есть дошедшими до этой конечной цели. Образ Божий в человеке мы видим в его разумности, в творческой способности, но и, очевидно, в свободе.
Что же относительно нашего тела? Неужели это просто пустой придаток к этому великому духовному содержанию? Отнюдь, Бог творит человека как связующее звено в цепи мироздания, между мирами умных духов, ангельскими мирами и миром материи, и поставлен человек как связующее звено, объединяющее сложнейшую эту цепь. И, соответственно, когда она треснула, когда случилось грехопадение, то с падением человека и мир видимый потерял своё адекватное единство с Богом. Почему это восстановление и оказалось нужно не человеку только, но всему космосу и оказалось реализовано в Христе Иисусе?
Все выпуски программы Актуальная тема:
