"Епископы и епархии". Светлый вечер с епископом Бежецким и Весьегонским Филаретом (23.05.2016)

* Поделиться

епископ БежецкийУ нас в гостях был епископ Бежецкий и Весьегонский Филарет.

Мы говорили о создании новых епархий в Русской Православной Церкви, о жизни малых и периферийных епархий, а также о служащих там священниках.


 

А.Пичугин

— Это программа «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие слушатели! Здесь в этой студии Алексей Пичугин.

В.Емельянов

— И Владимир Емельянов. Здравствуйте!

А.Пичугин

— Сегодня мы беседуем в рамках нашей программы с епископом Бежецким и Весьегонским Филаретом. Здравствуйте, владыка! Христос Воскресе!

Ф.Бежецкий

— Воистину Воскресе! Я приветствую вас, приветствую всех наших радиослушателей, и поздравляю с праздником Пасхи Христовой, светлого Христова Воскресения.

А.Пичугин

— Владыка, я думаю, что сегодняшняя наша программа она может пойти в таких нескольких направлениях. Для начала, для тех слушателей, которые может быть, не совсем в курсе того, что происходит в такой административно-церковной жизни последние несколько лет, это разделение епархий на митрополии крупные, то есть то, что раньше называлось, скажем Тверской епархией, теперь Тверская митрополия, а в рамках Тверской митрополии внутри созданы несколько епархий, и вот владыка Филарет как раз возглавляет одну из них — Бежецкую-Весьегонскую. Давайте, я думаю, что проще всего...

В.Емельянов

— Начать с того, для чего это делается? Какая цель создания вот этих новых епархий?

Ф.Бежецкий

— На мой взгляд, очень необходимое, очень своевременное, очень мудрое решение приняли Святейший Патриарх и Священный Синод, священноначалие нашей церкви, начав проводить епархиальную реформу, когда в пределах больших епархий, как правило, находившихся в границах областей, стали создаваться епархии более компактные, и это, как я уже сказал, на мой взгляд, очень и очень необходимо, очень эффективно, потому как время сейчас ставит перед нами особые задачи. Это задачи и миссионерского характера, и образовательного, это и молодежное служение, и социальное, и издательская деятельность, и взаимодействие с местными органами власти, для того, чтобы служения церкви, проповеди слова Божия были более эффективными, были более действенными. Конечно же, все эти вопросы на местах решать значительно легче, значительно более эффективно они решаются. Конечно же, у архиерея такой епархии у него особая ответственность. Ответственность перед Богом, перед Святейшим Патриархом, перед священноначалием и перед народом за то, что делается в его епархии, и это, конечно же, вот эта ответственность, она в конечном итоге позволяет добиться больших результатов во всех направлениях служения.

В.Емельянов

— Владыка, а Вы можете назвать, сколько возникло новых епархий за последнее время?

Ф.Бежецкий

— Сейчас я статистикой такой точной не обладаю.

В.Емельянов

— Ну, в пределах?

Ф.Бежецкий

— Это может быть на сайте Патриархии, может быть, уместнее бы посмотреть, но в каждой епархии, в каждой области, вернее сказать лучше, вместо больших епархий в границах областей созданы от двух до четырех новых епархий.

В.Емельянов

— То есть они таким образом ближе к людям пододвигаются. Я правильно понял?

Ф.Бежецкий

— Да, конечно. Безусловно. Это одна из задач епархиальной реформы проводимой сейчас в нашей церкви, чтобы и епископ был ближе к духовенству, и к народу, и направление деятельности нашей чтобы они более были, специфика их была более привязана к особенностям того места, того региона, где осуществляется служение.

В.Емельянов

— Процесс этот давно уже идет?

Ф.Бежецкий

— Процесс этот идет... Святейший Патриарх Кирилл был избран на Патриарший Престол в 2009 году, и буквально в течение года может быть, начался этот процесс.

В.Емельянов

— Вот сразу с какими сложностями столкнулись, может быть, Вы, может быть иные назначенные в эти самые новообразованные епархии? Это же получается все с ноля создавать?

Ф.Бежецкий

— Может быть, все с нуля об этом говорить не приходится, потому что все-таки, были благочиния, были структурные подразделения, была налажена приходская жизнь, во многих благочиниях была налажена жизнедеятельность и издательская, и другие виды служения, в том числе и из вышеназванных мною. Были уже в некоторых местах налажены, но, конечно же, не везде. Поэтому есть некоторые моменты, которые пришлось просто продолжать, а не начинать с нуля. Конечно же, стоит сказать о проблеме кадровой на периферии, увы, но она существовала и существует. Подходя к этой проблеме, я считаю, что ни в коем случае нельзя решать кадровую проблему, проблему рукоположения, подготовки рукоположения священнослужителей количественным показателем. Ни в коем случае. Подготовка должна, несмотря на то, что это периферия, все равно, подготовка священнослужителей должна происходить подобающим образом, и рукополагаться должны люди только подготовленные.

А.Пичугин

— Но вот владыка, тут такой вопрос сразу возникает. В Москве — я просто не знаю, как в других ближайших крупных городах, например, в Твери, но именно в городе — в Москве чуть ли не очередь, ну, не чуть ли, а очередь стоит на рукоположение, и дьяконский, и священнический, и хиротонии — очень много желающих и окончивших молодых людей, и не очень молодых, закончивших семинарии, ждут, когда их рукоположат. Насколько я могу судить, даже в ближайших регионах ситуация обстоит хуже, потому что лично я сталкивался с тем, что в одной из новообразованных епархий, в одном из благочиний благочинный дьякон, ну, просто никого больше нет — там на одного священника приходится по пять-шесть храмов в крупных довольно населенных пунктах, в селах, один от другого отстоящие на 30-40 километров. Это все не какая-то там история в десяти тысячах километрах от столицы, это соседний там, через область.

Ф.Бежецкий

— Действительно, на периферии, как я уже отметил, проблема кадров есть. Конечно же, связано это, прежде всего, с тем, что социально-экономическая обстановка на периферии она с Москвой, конечно же, несравнима, и совершать служения на периферии, особенно на сельском приходе, к этому готов далеко не каждый горожанин. По существу батюшки, служащие на таких отдаленных приходах, они совершают духовный и гражданский подвиг.

В.Емельянов

— Подвижники, да?

Ф.Бежецкий

— Да. Именно подвижники они и члены их семей, потому как социально-экономическая ситуация очень тяжелая на периферии зачастую, особенно это в северных областях, и, как следствие этого, и демографическая ситуация тоже далеко не лучшим образом обстоит. Например, когда я был назначен в Бежецкую епархию три года назад, население Бежецкой епархии составляло 210 тысяч человек.

А.Пичугин

— Просто мы не очень хорошо представляем, наверное, территорию.

Ф.Бежецкий

— Тринадцать районов. Население 210 тысяч человек было.

А.Пичугин

— Это север Тверской области?

Ф.Бежецкий

— Да. Совершенно верно. Это северо-восток Тверской области. Двести десять тысяч было, а сейчас, на сегодняшний день 197. За три года минут 13 тысяч. Конечно, показатели ужасающие, пугающие. Поэтому служение на периферии, конечно же, оно требует и подготовки, и сил, и не все, далеко не все готовы нести послушание вот в таких непростых очень условиях, поэтому мы, готовя кадры для пополнения нашего клира, конечно же, ориентируемся больше на тех людей, которые родились и выросли в этих местах, и стараемся подготавливать именно их.

В.Емельянов

— Это важно, да?

Ф.Бежецкий

— На мой взгляд да, это важно.

В.Емельянов

— Вот Леша говорит о том, что огромное количество ждут своей очереди рукоположиться, и тем не менее, а Вы говорите, что не хватает, хоть это и северо-восток Тверской области, но все равно, не так далеко...

А.Пичугин

— В Москве ждут.

В.Емельянов

— Да. А там не хватает священников. А нет такой, скажем, практики, что ли, если это корректно, конечно, сравнивать с советскими временами, скажем, медицинский ВУЗ, когда не все оставались в Москве даже москвичи. Существовала система распределений: выпустился врач — будьте любезны. Это может быть Красноярск, это может быть Забайкалье, это может быть Калининград, это может быть Прибалтика, это может быть Воронеж, это может быть Брянск, это может быть вся территория страны.

Ф.Бежецкий

— Совершенно верно. Благодарю Вас за вопрос. Такая практика сейчас в нашей церкви существует. Человек, оканчивающий духовное учебное заведение, как раз проходит процедуру, как Вы сказали, распределения, и определенное количество времени должен прослужить в том регионе, куда его направит священноначалие. Что касается Бежецкой епархии, по милости Божией нам за относительно короткий срок, за три года, удалось если не решить, то отрегулировать проблему кадров. У нас сейчас большой нехватки кадров, слава Богу, не наблюдается.

А.Пичугин

— А сколько священников служит?

Ф.Бежецкий

— У нас всего сейчас 53 клирика. За три года мы приняли из других епархий или рукоположил я, в общей сложности, 9 человек пополнили наш клир. Правда, шесть человек клир наш покинули. Связано это было, что греха таить, и с дисциплинарными моментами тоже. Такое сейчас обновление идет, как я уже отмечал, не столько количественное, сколько качественное, а это очень и очень важно, потому что тот священник, который совершает свое служение ревностно, относится к нему, как к главному делу своей жизни, и будучи подготовленным к этому, конечно же плоды такого служения, они очевидны.

В.Емельянов

— Мы сегодня ведем беседу с епископом Бежецким и Весьегонским Филаретом. Владыка, скажите, пожалуйста, вот обновление, вот эти вот дисциплинарные какие-то нарушения, и так далее, и так далее — Вы говорите вот сейчас начался процесс обновления. Давайте об этом чуть подробнее поговорим, чуть подробнее на этом остановимся. Вот в целом что это за процесс такой? От чего отказываются, от чего уходят, к чему приходят?

Ф.Бежецкий

— Здесь ничего сложного нет, и для многих эта картина она ясна. Что греха таить, раньше на периферии зачастую оказывались батюшки, которые проштрафились чем-то, служа в каких-то более центральных, крупных городах. Было и такое тоже, и такие попадали на периферию. Были и такие, которые, может быть, недостаточно были подготовлены к такому служению, были и такие просто, которые, может быть, не совсем полностью отдавали себя этому служению. Как сказал Святейший Патриарх очень четко, метко: «Вот если священник будет совершать служение в полнакала, то люди это сразу же чувствуют, и отношение соответствующее». Вот такие вот моменты, кончено же, в условиях новых епархий, одними из первых нами стали регулироваться проблемы кадровые, проблемы работы с кадрами, с духовенством, и в ходе этого мы старались как-то отрегулировать те недочеты, которые в этом плане были.

В.Емельянов

— То есть, я смею предположить, что Вы довольно жесткий руководитель? Я понимаю, что о себе такого не скажешь.

Ф.Бежецкий

— Мне трудно оценить в этом плане себя, но тут, наверное, речь идет не о жесткости, а просто о соблюдении канонов церкви. Это то, что незыблемо, и от чего отступать никто из нас не имеет права, независимо в Москве ли, в Санкт-Петербурге, в Сибири или в Тверской глубинке служит священник — требования к нему предъявляются одни и те же. Конечно же, специфика везде разная.

А.Пичугин

— Человеческий фактор тоже никто не отменял.

Ф.Бежецкий

— Человеческий фактор везде тоже присутствует, но требования к духовенству, каноны церкви они везде одинаковы, и церковная дисциплина, она ничего не должна отличаться на периферии от московской.

В.Емельянов

— А вот, наверное, не многие наши слушатели, да и я тоже признаюсь, что я не очень-то хорошо понимаю, что такое дисциплинарное наказание. Вот человек провинился, я не знаю, что это может быть, честно скажу, но я подозреваю, но наверняка не скажу. Вот что с ним становится? Ему, ну то, что я, опять же, знаю, могу предположить, ему запрещают служить. А что еще это может быть?

Ф.Бежецкий

— Запрещение в служении — это уже самое крайняя мера, которую мы, все-таки, стараемся применять очень и очень редко. В основном нужно стремиться все вопросы решать в духе братского общения, в духе увещевания, в духе поддержки. Все мы немощны, каждый человек немощен, может споткнуться, может ошибиться, и задача братии, именно братии, по-братски помочь, уврачевать и поддержать.

А.Пичугин

— Знаете, какой у меня вопрос возник? Тоже это относительно кадров. Я знаю, что раньше, наверное, сейчас тоже, очень много москвичей ехали служить в глубинку, даже по понятным причинам экономическим: вот у человека есть квартира в Москве, например, он закончил семинарию, а в начале 1990-х многие и не заканчивали никаких духовных учебных заведений, их рукополагали в глубинке. Человек сдает квартиру в Москве — у него есть более-менее хотя бы какой-то стабильный заработок от этой сдачи квартиры — он может позволить себе служить священником на очень бедном приходе где-то далеко. Вот как сейчас обстоят дела? Продолжается ли такая практика и много ли идет в клир именно местных жителей?

Ф.Бежецкий

— Что касается москвичей служащих в нашей епархии — у нас такие батюшки есть, четыре священнослужителя-москвича совершают служение в Бежецкой епархии, но надо сказать, что они постоянно пребывают в епархии. Нет такого, как было когда-то давно, что священник пять дней в неделю живет в Москве, а на субботу-воскресенье, в дни праздников приезжает в село, в тот храм, где он служит. Нет, сейчас требования у нас такие, что священник должен быть на приходе, он должен заниматься теми основными направлениями деятельности, о которых я говорил. Конечно же, нельзя объять необъятное, но у каждого есть свои таланты. Например, у кого-то лучше получается работать с молодежью, кто-то хороший храмостроитель, а у кого-то, может быть, получается писать замечательные статьи и замечательные материалы для публикации в прессе. Что касается пополнения нашего клира людьми приезжими — сейчас это сведено к минимуму. Как я уже сказал, мы, все-таки, стараемся рукополагать во священных сан, привлекать для служения наших земляков.

А.Пичугин

— А много среди них желающих служить в деревне, например?

Ф.Бежецкий

— Большинство приходов в Бежецкой епархии сельские, и вступление в клир епархии, как правило, подразумевает служение именно на сельском приходе, поэтому вопрос этот, он сам по себе, в общем-то, и не ставится.

А.Пичугин

— Просто я, как человек знакомый с экономикой сельского прихода, представляю себе все, что ложится на плечи священника, который едет служить в деревню. Это же естественно, и коммуналка за огромное здание, это и памятник архитектуры, который приходит к нему, это и отношение с местными жителями, и местными жителями, и с местной властью — здесь очень много пунктов, которые необходимо учитывать человеку, который идет служить на село, потому что я помню, как какое-то время назад некоторые люди в романтическом таком порыве: ах, что же этот город, уеду-ка я туда, буду на сельском хозяйстве, бабушки будут яички приносить, а я крестить их внуков и их отпевать. Сейчас, видимо, как-то ситуация меняется, все-таки уже романтики сменяются прагматиками?

Ф.Бежецкий

— Романтизма в священническом служении, на мой взгляд, не было, наверное, никогда. Были просто люди романтики, которые из этих побуждений стремились к такому служению, но потом они, как правило, разочаровывались. Служение священника — это служение, прежде всего, жертвенное, и это необходимо понимать каждому, знать каждому, кто стремится вступить на это поприще, поприще священнического служения. Поэтому и очень важна соответствующая хорошая подготовка, подготовка к принятию священного сана. Человек должен быть подготовлен во всех планах, во всех направлениях, и четко знать, и представлять какой крест ему придется нести, хотя, конечно же, ощутить крест пастырский может, наверное, только сам пастырь тогда, когда он его возложит на себя.

А.Пичугин

— У меня просто вопрос заключался в том, как выжить священнику в селе.

Ф.Бежецкий

— Сейчас мы не назначаем священников на те приходы, где священник, в принципе, выжить не может. Такие приходы являются приписными к какому-то приходу более крепкому, находящемуся в более-менее таком населенном пункте, а назначить священника в село, где осталось всего лишь несколько жителей, конечно, возможности не представляется.

В.Емельянов

— А что делать местным жителям?

Ф.Бежецкий

— Но это не значит, что эти местные жители остаются без духовного окормления. Хочу в этом отношении еще раз вспомнить слова Святейшего Патриарха Кирилла. Он в одном из своих обращений сказал: «Приход — это не священник и здание храма, а приход — это люди, которые проживают на канонической территории данного прихода». В учиненные дни по особому расписанию священник посещает эти приписные приходы или по мере необходимости, когда тот или иной прихожанин просит совершить какую-то требу или таинство, и таким образом осуществляется окормление вот этих приписных приходов. Конечно же, требуются средства и для поддержания в надлежащем состоянии храмовых зданий, и на осуществление каких-то программ, и еще на какие-то расходные статьи, но в этом плане тоже нам Святейший Патриарх дал очень мудрый совет, дал такое указание — я читал стенограмму выступления его перед духовенством и общественностью Твери, когда он посещал Тверскую епархию в первый год своего патриаршества в 2009 году — ему задавали такие же вопросы. Святейший очень мудро ответил, дал мудрый совет всем нам, и мы ему четко следуем: «Действительно, на периферии нет ресурсов, нет средств может быть, нет людей, которые реально могут помочь, но ведь эта земля для многих, тех кто живет в Москве, в Санкт-Петербурге, занимает уже не малые должности, является землей родной, является малой родиной, отсюда они вышли сами, здесь жили их предки, и поэтому они небезучастны к судьбе той земли, той канонической территории, на которой находятся эти отдаленные сельские приходы, и необходимо обращаться к таким людям за помощью, и, как показывает практика, никогда такие просьбы не остаются безответными».

В.Емельянов

— То есть, Вы хотите сказать, что прямо совсем никогда-никогда? Вот там Вы обращаетесь к какому-то...

Ф.Бежецкий

— Конечно же, не все могут помочь, не все желают помочь, но никогда я еще раз повторю, эти просьбы, обращенные к десяти, двадцати, может быть, человекам, нет такого, чтобы никто не может помочь. Всегда какая-то помощь есть, и я скажу, что для нашего региона с такой очень сложной социально-экономической ситуацией помощь жителей столиц, она является, в общем-то, тем основным источником средств, за счет которого мы можем и ремонтировать храмы, и восстанавливать их, и даже строить новые, пускай небольшие, но все-таки храмы у нас строятся, и осуществлять какие-то программы, и вообще, развивать жизнь церкви.

В.Емельянов

— Владыка, вот мой коллега, Алексей, сказал в самом начале передачи, что мы с ним, в общем-то, москвичи, но выездные — очень часто выезжаем куда-то, летом — тем более. Хорошо, что есть возможность даже через область уехать куда-то просто из города выехать, но заодно и наблюдать. Скажем, проезжая по Тверской области — может быть, это был не Ваш район, район не Вашей епархии, из этих двенадцати, которые Вы перечислили...

Ф.Бежецкий

— Тринадцать районов северо-востока Тверской области.

В.Емельянов

— Может быть, они и не Ваши, но я уверен, что Вы согласитесь с моими словами. Очень часто можно встретить не на федеральной трассе, а на трассах, которые так сказать, местного значения, очень часто можно, проезжая по шоссе, по дороге, встретить какой-то одинокий такой, фактически разрушенный храм уже. Я не скажу, что это мое прямо увлечение, но мне всегда приятно к такому храму — даже, пускай он разрушен, пускай он без купола, без креста, без ничего вообще, просто понятно, что это храм — мне нравится зайти в него и вообще посмотреть, что с ним стало: может быть, какие-то остатки там фрески, росписи есть, и так далее. Но их большое количество. Что делать с ними? Они, в том числе, и в новообразованных епархиях находятся, и впечатление, честно я скажу, не впечатление катастрофы, но почему-то грустно очень.

Ф.Бежецкий

— Безусловно, конечно же, грустно.

В.Емельянов

— Я понимаю, что вымирают деревни, они исчезают просто, а собор этот стоит — там было когда-то большое село, теперь его нет, и даже нет каких-то старых бревен от этого села — вот он стоит такой одинокий. Вот что с ним делать?

Ф.Бежецкий

— Вы знаете, Тверская область в числе первых областей в России по количеству вот таких разрушенных храмов, вокруг которых уже, в общем-то, нет никаких населенных пунктов обжитых. К сожалению, это наша беда, и епархии, приходам, конечно же, эту проблему в одиночку не решить. Спасать эти храмы, безусловно, нужно, необходимо, потому что почти все они являются памятниками архитектуры и многие из них памятники уникальные.

В.Емельянов

— Но вот он так и будет стоять один — там людей нет.

Ф.Бежецкий

— Для того, чтобы остановить их разрушение, предотвратить их гибель, по моему глубокому убеждению, нужна долгосрочная государственная программа по спасению этих святынь.

В.Емельянов

— Хотя бы по консервации.

Ф.Бежецкий

— Хотя бы по консервации. Я отметил, что необходимо хотя бы остановить это разрушение, хотя бы их законсервировать для того, чтобы они не погибли. Конечно же, делается со стороны государства в этом отношении сейчас немало. Существуют программы, и самая известная из них — это программа «Культура России», проводимая Министерством культуры Российской Федерации, но конечно же, возможности ее не безграничны. Так, например, в нашей епархии только два объекта имеют возможность участвовать в этой программе, и мы, конечно, стараемся максимально участвовать во всех программах, проводимых в этом направлении, но будем надеяться, что деятельность эта будет развиваться, и все-таки памятники, эти святыни, они будут спасены.

А.Пичугин

— Давайте поподробнее поговорим и о разрушенных храмах, и о том, как вообще выглядят приходы в глубинке, еще больше уделим этому внимания буквально через минуту. Я напомню, что в гостях сегодня у программы «Светлый вечер» епископ Бежецкий и Весьегонский Филарет. Алексей Пичугин.

В.Емельянов

— И Владимир Емельянов. Мы вернемся буквально через минуту.

В.Емельянов

— Мы продолжаем наш «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов.

А.Пичугин

— Алексей Пичугин.

В.Емельянов

— И наш сегодняшний собеседник епископ Бежецкий и Весьегонский Филарет. Мы продолжаем тогда разговор о приходских храмах. По поводу того, что делается вот с этими разрушающимися, мы так более-менее поняли, что вообще, в идеале было бы их просто законсервировать. Понятное дело, что просто нет таких денег, чтобы их восстановить все, и с другой стороны радостно, потому что у Тверской области богатейшая история, коли такое количество храмов когда-то было — стало быть, она была богатая когда-то, Тверская область.

Ф.Бежецкий

— Тверская область, она, может быть, не была какой-то особенно богатой, не была особенно ресурсной, как принято говорить в наше время, но она была крестьянской. Основная масса населения, основная часть населения проживала в селах, занималась крестьянским трудом. Села были, как правило, большие, также развивалось купечество, в частности, Бежецк считался северной льняной столицей России, поэтому были возможности строить и поддерживать такие прекрасные храмы, также, конечно, в синодальный период, когда была возможность строить храмы благодаря поддержке государства, многие храмы были построены, и после того, как население стало уходить в города — это стало происходить в 1930-е годы, затем — в послевоенные годы, большая волна оттока населения была в 1990-х годах — села опустели и, конечно же, разрушалось вся инфраструктура, в том числе и перспективы скорейшего восстановлениях этих вот храмов.

А.Пичугин

— А Вам часто приходится ездить по епархии?

Ф.Бежецкий

— Безусловно. Я стараюсь каждую неделю выезжать на приходы и не только в районные центры, и на сельские приходы, причем стараюсь служить на сельских приходах иерейским чином — я вижу в каком состоянии находится богослужение, в каком состоянии находится пение на клиросе и чтение, общаюсь с прихожанами, и это дает мне очень и очень многое — я вижу, как обстоит приходская жизнь.

В.Емельянов

— Все неплохо или есть серьезные проблемы?

Ф.Бежецкий

— Пока могу сказать о какой-то, может быть, середине. Нельзя идеализировать, но нельзя и драматизировать. В основном, батюшки со страхом Божиим, самоотверженно трудятся на приходах, каждый в соответствии со своими талантами, со своими возможностями. Конечно же, много и очень приходится если не менять, то как-то немножечко направлять, помогать для того, чтобы жизнь приходская не ограничивалась только стенами прихода, потому как всегда, как правило, там, где есть полноценный приход, всегда есть школа, есть детский сад, есть социальные учреждения, и, как я уже отмечал, везде ведется с ними та работа, которая вообще сейчас проводит церковь в этих направлениях. Конечно, приходится где-то и применять какие-то, может быть, и внушения, и взыскания, но все это направлено на то, чтобы приходская жизнь была более эффективной.

В.Емельянов

— Вот Вы говорите: Вы приезжаете служить в такие приходы отдаленные. Скажите, пожалуйста, а много деревенской, сельской молодежи приходит на службу или, в основном, это люди постарше, лет сорока — шестидесяти?

Ф.Бежецкий

— Опять же, приходится говорить о грустном, но в селе практически молодежи не осталось. В лучшем случае там есть учащаяся молодежь, школьники, хотя сельские школы сейчас часто очень закрываются. Как только им исполняется...

А.Пичугин

— Девятый или одиннадцатый класс закончили...

Ф.Бежецкий

— Да. Как они оканчивают школу — они, как правило, уезжают в города, поэтому в селах большая часть нашей паствы — это люди среднего и старшего возраста.

В.Емельянов

— Пройдет лет десять, двадцать, тридцать — и Вы останетесь без прихожан такими темпами, если они уезжают в пятнадцать, шестнадцать лет, восемнадцать, в город, а остаются одни старики...

Ф.Бежецкий

— Рассуждать в отношении этого вопроса сейчас очень и очень трудно. Как Господь благословит — это тот процесс, на который мы, к сожалению, никак, никаким образом повлиять не можем. Наша задача сейчас, в день сегодняшний — окормлять ту паству, которая проживает сейчас там, на периферии.

В.Емельянов

— А каждому дню — своя забота, да?

Ф.Бежецкий

— Что?

В.Емельянов

— Каждому дню — своя забота. Вы говорите о том, что мы сейчас преждевременно...

Ф.Бежецкий

— В отношении этого вопроса, видимо, да. Это вопрос больше лежащий в плоскости государственного управления, государственного регулирования, демографической политики, экономической политики. А что касается церкви, здесь мы можем, конечно, только содействовать всем программам, которые проводятся государственными органами, органами власти, но сами, конечно, здесь мы изменить, наверное, вряд ли что-то сможем.

В.Емельянов

— Но у Вас же есть слово. Вас прихожане слушают, и вообще слушают священника — здесь, в рамках этой студии мы можем поспорить со священником, и так далее, но а прихожане же слушают священника: то, что он говорит, Вы же можете напрямую обращаться к молодежи, и говорить... Но тут другое дело, конечно, если молодежь видит, что тут перспектив вообще никаких нет: нет заводов, где можно работать, условно говоря, ну, в принципе, нет никакого развития в дальнейшем — это одно дело, но если там жизнь более или менее налажена, Вы же можете сказать им, что Вы подумайте, а может Ваше предназначение именно здесь быть.

Ф.Бежецкий

— Прошу прощения, я немножечко не договорил.

В.Емельянов

— Тогда я прошу прощения.

Ф.Бежецкий

— Прошу прощения. Я не сориентировался. Я вышесказанное все отношу к отдаленным селам. Что касается районных центров, более-менее крупных населенных пунктов — конечно же, молодежь там есть. Прежде всего, это учащаяся молодежь. Надо сказать, что вот, например, только город Бежецк, в котором шесть школ, в прошлом году дал около двадцати выпускников медалистов, только город Бежецк, и другие районы от Бежецка тоже не отстают, и это учащаяся молодежь, она думающая, вопрошающая, стремящаяся ко многому, и, конечно же, здесь работа с молодежью — это обширное поле нашей деятельности.

А.Пичугин

— Владыка, вот эти медалисты — все классно, что они закончили школу с медалью, но скорее всего, они-то как раз поедут...

Ф.Бежецкий

— Я сейчас говорю об учащейся молодежи, о работе с нею. А что касается их возвращения в родные края — Вы уже отметили, это, конечно же, и духовенство и власти предержащие, и педагоги призывают молодежь возвращаться в свой регион. Но сами Вы понимаете, что не все так просто, конечно, что говорить, большинство из них остается где-то в двух столицах — в Москве или в Санкт-Петербурге.

А.Пичугин

— У меня есть многолетнее наблюдение, что летом храмы, такие сельские отдаленные приходы, заполняются московскими — если речь идет о Тверской области — московскими и питерскими, или тверскими дачниками.

Ф.Бежецкий

— Да. Именно так.

А.Пичугин

— Все же купили себе дома в деревне или просто приезжают в какой-то свой старый-старый дом, который принадлежал когда-то прапрабабушке, и живут многие все лето, и вот как раз эти люди, в основном, наверное, являются прихожанами этих удаленных храмов.

Ф.Бежецкий

— Это не основная часть наших прихожан. Все-таки, основная часть — это наши местные жители, а вот что касается помощников, то вот люди приезжающие на летнее время из столиц, благодаря их усердию, их усилиям строятся храмы, часовни, и поддерживаются те храмы, которые у нас есть. В этом плане они оказывают нам очень и очень действенную поддержку, но еще раз повторю, что не они являются основными нашими прихожанами, а, все-таки, это наши местные жители.

А.Пичугин

— Но, все-таки, интересно: люди, которые избирают — в Твери, насколько я знаю, нет семинарии?

Ф.Бежецкий

— В Твери нет семинарии.

А.Пичугин

— А у Вас, я вот здесь уже не очень хорошо представляю, возможно ли и есть ли в этом какая-то необходимость, в Бежецкой ли епархии или в Тверской митрополии самой по себе создать какое-то духовное учебное заведение или же это не сделано было раньше просто потому, что и Московская академия, и семинария не очень далеко, и Питер — тоже где-то на горизонте.

Ф.Бежецкий

— Вокруг Тверской области в соседних областях у нас имеются семинарии Московская, Смоленская, Ярославская, как Вы уже отметили — до Санкт-Петербурга также у нас...

А.Пичугин

— Владимирская, Ивановская.

Ф.Бежецкий

— Да. Совершенно верно.

А.Пичугин

— И еще Новгородская.

Ф.Бежецкий

— Да. Поэтому возможность получить образование у клириков Тверской епархии, которые находятся в священном сане и учатся на заочном секторе, есть, и абитуриенты наши могут поступить тоже в любую семинарию, к которой будет душа у них лежать. Что касается — у Вас же вопрос был относительно организации учебного заведения?

А.Пичугин

— Да. Вы уже, в общем, на него ответили: насколько целесообразно было бы учебное заведение организовать.

Ф.Бежецкий

— Мое прежнее служение, оно было связано с духовными школами — я очень хорошо знаю внутреннее устроение духовных школ, их структуру, систему их функционирования. Необходимо признать, что это очень кадровоемкий такой проект, и финансовоемкий, и необходимо привлекать другие ресурсы для того, чтобы полноценно, полнокровно действовало духовное учебное заведение. Ведь это не только образование, это прежде всего, воспитание, поэтому — Господь благословит — будет учебное заведение, может быть, и в нашем регионе, духовное, но сейчас возможности учится, в общем-то, есть, потому что семинарий вокруг достаточно много.

В.Емельянов

— А поток желающих большой, получить духовное образование сейчас, в наше время?

Ф.Бежецкий

— К сожалению, трудно мне говорить, потому что регион наш, как я уже сказал, все-таки, стареющий. Молодежи у нас очень и очень немного, поэтому трудно мне сказать в общем. Что касается нашей епархии — каждый год один-два молодых человека, прошедших пономарское послушание, алтарническое послушание, обращаются за благословением для поступления в духовные учебные заведения. Слава Богу, у нас, пускай может быть, не такими темпами, но этот процесс идет. Мы направляем наших ребят для обучения в духовные семинарии.

В.Емельянов

— Епископ Бежецкий и Весьегонский Филарет сегодня в гостях программы «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов.

А.Пичугин

— Алексей Пичугин.

В.Емельянов

— Мы продолжаем наш разговор, и давайте тогда еще продолжим такой разговор о каких-то затруднениях в существовании епархии — я не знаю, как правильно сказать — работа епархии?

Ф.Бежецкий

— Служение.

В.Емельянов

— О каких-то трудностях хотелось бы поговорить, и потом, мне хотелось бы, чтобы мы с Вами затронули вот эти вопросы, о которых Вы тоже уже неоднократно упоминали: работа с молодежью, например, еще какие-то проекты — вот об этом хотелось бы поговорить.

Ф.Бежецкий

— Что касается трудностей — вопрос кадровый, как я уже отметил, он с Божьей помощью решается. Что касается вопроса, связанного с восстановлением наших святынь — приходится признать, что в печальном состоянии находятся храмы не только те, которые были закрыты в богоборческое время, но даже те, которые не закрывались, они требуют ремонта, они требуют реставрации — это тоже одна из проблем, трудности финансовые в этом плане, они, к сожалению, у нас есть, тоже они, конечно, решаются, но не в той мере, насколько это необходимо. Что касается остального: и взаимодействия с государственной властью на всех уровнях, взаимодействия со средствами массовой информации, что очень важно, с педагогическим сообществом — здесь нам грех жаловаться, здесь у нас как-то по милости Божьей все проходит в том ключе, в котором нужно, в котором необходимо.

В.Емельянов

— Ну вот, а теперь давайте более подробно расскажем нашим слушателям — нам тоже интересно будет, Вы же знаете. Каким образом Вы работаете с молодежью, какие вообще у Вас проекты существуют для жителей Тверской области, для жителей тех районов Тверской области, где Вы являетесь епископом?

Ф.Бежецкий

— Спасибо Вам за вопрос. Работа с молодежью является, безусловно, одним из самых приоритетных направлений нашей деятельности. Молодежное служение очень тесно пересекается и перекликается со служением миссионерским. Когда мы начинали молодежную работу, работу с молодежью, сразу задались вопросом: а где мы можем обратиться к молодежной аудитории? Следует признать, что на периферии молодежь очень мало организована, поэтому каких-то таких молодежных организаций, крупных организаций, объединяющих большое количество молодых людей, у нас нет. Поэтому основным местом, где мы можем беседовать с молодежью, является, конечно же, учебные заведения — это школы и это колледжи, которые, слава Богу, у нас сохранились. Поэтому в первую очередь мы направились в учебные заведения, направились к руководству этих учебных заведений с просьбой о сотрудничестве. Мы очень благодарны педагогическому сообществу всех уровней за то, что наша инициатива нашла сразу отклик.

В.Емельянов

— У них?

Ф.Бежецкий

— У них.

В.Емельянов

— А у студентов? Там не было такого: ой, ну это же все вообще, после лекции сейчас приедут попы, и так далее?

Ф.Бежецкий

— Сейчас я расскажу об этом обязательно. Сначала, конечно же, необходимо было заручиться поддержкой педагогов. Было это непросто. Для них это было сотрудничество абсолютно новое, особенно для школьных учителей.

В.Емельянов

— Я могу себе представить, да.

Ф.Бежецкий

— В некоторых районах была какая-то каменная, ледяная стена — не было противления, но и не было какой-то инициативы с их стороны, и понадобился примерно год, чтобы этот лед растопить, чтобы наладить добрые отношения, отношения, основанные исключительно на доверии. Начали сначала мы работать со школами и начали, но это отдельный вопрос, может быть, но скажу, что начали мы работать в плане выбора модуля «Основы православной культуры» — в некоторых районах он был вообще на нуле, и вот благодаря такому пониманию педагогического сообщества, поддержке областного Министерства образования, Института усовершенствования учителей, на сегодняшний день выбор модуля «Основы православной культуры» в Бежецкой епархии достигает 86%. У нас есть районы со стопроцентным выбором этого модуля. Также развивается внеклассная работа и работа в рамках каких-то других предметов, профильных предметов. Что касается средних учебных заведений — здесь мы прошли примерно тем же путем. Здесь, конечно, акцент делается на беседы — тут люди уже более взрослые, в программе у них, к сожалению, нет предметов, которые бы могли бы позволить реализовать учебные программы так, как ОПК, но здесь развивается работа в плане живого общения. А что касается вот молодежи — первый шаг, который мы предприняли — коллегиально как-то мы решили этот шаг сделать — я обратился к ректору Московской духовной академии, моему наставнику архиепископу Верейскому Евгению, с просьбой разрешить приехать к нам миссионерской группе студентов Московской духовной академии, и владыка Евгений — я ему очень благодарен за это — на эту просьбу откликнулся, и приезды эти с той поры стали регулярными.

В.Емельянов

— А почему именно...

Ф.Бежецкий

— Потому что когда молодежь видит верующих сверстников, общается с ними на равных — может быть, знаете, на таком же сленге, на котором они сами разговаривают, задают вопросы и получают исчерпывающие ответы — вот это имело успех абсолютно невероятный. Мы посетили все с ребятами из МДА все средние учебные заведения нашей епархии. Мы посетили практически все районы уже. Ждем вот сейчас скоро их снова. Дело в том, что у молодого человека же очень часто возникают такие ассоциации — у неверующего молодого человека: а кто ходит в храм — это либо бабушки пожилые, либо люди, у которых по жизни что-то не складывается, либо...

В.Емельянов

— В общем, сирые и убогие, вот так.

Ф.Бежецкий

— Да. Когда же они видят своих сверстников, молодых жизнерадостных ребят...

А.Пичугин

— В такой же одежде, с такими же телефонами.

Ф.Бежецкий

— Совершенно верно. И разговаривающих с ними на одном языке — они, по крайней мере, начинают задумываться, и это имеет, конечно, очень и очень большое значение для нас. После таких встреч наблюдал я картину: экзамены в одном из колледжей — целой группой ребята пришли в храм, ну, может быть, просто поставить свечки, попросить Бога о помощи в сдаче экзаменов. Пришли целой группой, но еще более отраднее было увидеть, когда по окончанию экзаменов они снова пришли всей группой в храм, они не пошли куда-то на пикник, а прежде всего пришли в храм Бога поблагодарить.

В.Емельянов

— Ну, а потом уж пошли на пикник, как водится.

Ф.Бежецкий

— Может быть. Это не возбраняется, все-таки окончание учебного заведения — это событие, которое можно отметить.

В.Емельянов

— Вот это очень важно, что они пришли.

Ф.Бежецкий

— Очень важно, безусловно, и вот этот приход их в церковь, первый приход после общения с верующими сверстниками — это был, наверное, такой прорыв.

В.Емельянов

— И Вы это практикуете каждое лето, вот такой заезд семинаристов к вам?

Ф.Бежецкий

— Мы это практикуем в течение всего года.

В.Емельянов

— А, это не то, что они приезжают в какой-то определенный период?

Ф.Бежецкий

— Они приезжают где-то один-два раза за учебное полугодие.

А.Пичугин

— Даже полугодие?

В.Емельянов

— То есть раз в семестр получается.

Ф.Бежецкий

— Где-то раз в семестр, да.

А.Пичугин

— Это хорошо, это показатели. Но это, что касается молодежи, а если поговорить вообще о проектах, которые реализует Бежецкая епархия — вот я смотрю, здесь есть какой-то проект «Судьбы людские», например.

Ф.Бежецкий

— «Судьбы людские» — это публицистический информационный проект, который предполагает публикации в различных средствах массовой информации материалов о жизни, о жизненном пути, о подвигах тех подвижников благочестия, которые еще живы в нашей памяти. Они уже, как правило, ушли из жизни, но именно они на своих плечах вынесли все тяготы гонений, притеснений, и сохранили веру православную для нас, ныне живущих, и передали нам церковные предания, и вот этим проектом мы стараемся, чтобы эта передача церковного предания уже когда их, может быть, и нет с нами, но эта передача осуществлялась. Рассказываем про них, публикуем, может быть, какие-то их письма, воспоминания, публикации, которые раньше, может быть, у них были — это один из наших информационных проектов, который, слава Богу, развивается. У нас также осуществляется — может я вперед забегаю — издательская деятельность. Кроме периодических изданий, самое главное — это газета «Бежецкий век», которая издается при активной помощи синодального отдела.

В.Емельянов

— Это еженедельно или ежедневно?

Ф.Бежецкий

— Это ежемесячная газета, которая издается при активной помощи синодального информационного отдела. Также у нас есть газеты на уровне благочиний и даже приходские листки. Вот в прошлом году мы осуществили издание нашего Бежецкого патерика новомучеников. Сорок четыре имени в этом патерике. В Тверской губернии больше всех пострадало за веру, наверное. Вот в нашем регионе, в северо-восточном, и количество прославленных святых у нас самое большое: сорок четыре имени. И мы решили собрать их жития во единый сборник и его издать. Ознакомиться с ним можно также на официальном сайте Бежецкой епархии.

В.Емельянов

— А какие-то культурные мероприятия Вы поддерживаете?

Ф.Бежецкий

— Безусловно. Мы сейчас проводим такую общую политику, понимая, что охватить все у нас своих сил не хватит, но вот по мере сил и возможностей участвовать во всех мероприятиях, проводимых в районах по линии отделов культуры, отделов по делам молодежи, других каких-то направлений наши священнослужители участвуют во всех значимых мероприятиях. Я встретился с главами всех районов, но это, в общем-то, встречи такие проходят у нас регулярно, но отдельно обсуждался этот вопрос: вопрос участия наших священнослужителей во всех мероприятиях, потому что любое такое мероприятие — это очень хорошая площадка, площадка для слова, для проповеди, для озвучивания каких-то тем, о которых нам необходимо сейчас говорить.

В.Емельянов

— В Тверской области же ведь проходит один из крупнейших музыкальных фестивалей.

Ф.Бежецкий

— В том числе и в Бежецке. Это что касается участия нашего в каких-то проводимых и организуемых на уровне районных администраций мероприятиях. Мы проводим также и свои культурные мероприятия. Самым, наверное, заметным из них, самым значимым является ежегодный пасхальный фестиваль классической музыки. Дело в том, что один из клириков Спасского кафедрального собора Бежецка иерей Алексей Брызгалов, кстати, москвич, который служит у нас, является членом Российского музыкального общества, замечательный пианист, и каждый год епархия организует фестиваль во всех районах, фестиваль классической музыки пасхальной, фестиваль, где отец Алексей является художественным руководителем и привлекает очень такие значимые, очень действенные силы из Москвы, Санкт-Петербурга и даже из-за рубежа, и у нас проходит каждый год серия вот таких концертов. Также очень большую работу в этом плане ведет регент Бежецкого Спасского кафедрального собора Надежда Владимировна Морозова, заслуженный работник культуры Тверской области, у которой очень обширные связи в этих кругах, и также проводится очень много мероприятий, но что касается значимых самых, наверное, стоит здесь упомянуть такие уже регулярные приезды хора имени Попова, детского хора имени Попова — это бывший Детский хор Гостелерадио России. Дело в том, что Попов — уроженец Бежецка, и мы поддерживаем очень тесные связи с ними.

В.Емельянов

— Очень отрадно, что этот хор вообще сохранен.

Ф.Бежецкий

— Сохранен и развивается, и демонстрирует очень высокий профессиональный уровень.

В.Емельянов

— Я думаю, что все прекрасно понимают, о каком хоре идет речь, для тех, кто родился в Советском Союзе.

Ф.Бежецкий

— Для нас очень радостным событием было то, что в прошлом году во время приезда одним из пунктов программы пребывания их было пение на божественной литургии в Спасском кафедральном соборе. Хор исполнил песнопения божественной литургии, вот я имел честь служить с красивым замечательным коллективом. Для нас это, конечно, событие очень и очень значимое.

В.Емельянов

— А для них-то, я думаю, какое событие, для ребят, которые...

Ф.Бежецкий

— В этом году, надеемся, что они нас посетят вновь. Это, наверное, где-то сентябрь или октябрь будет по времени. Ждем их.

В.Емельянов

— Вот так бы лет тридцать назад мне кто-нибудь сказал бы, что хор Попова будет петь на божественной литургии — я бы улыбнулся.

Ф.Бежецкий

— Приезжайте.

В.Емельянов

— Спасибо большое. Спасибо Вам большое, владыка, за участие в нашей сегодняшней передаче. Мы с Алексеем и от имени радиостанции желаем Вашей епархии благоденствия, процветания, чтобы все складывалось так, как Вы те планы, которые Вы наметили, чтобы Вы реализовали, и Бог в помощь.

Ф.Бежецкий

— Большое спасибо вам за возможность сегодня поучаствовать в передаче. Я очень часто слушаю ваши передачи на интернет-сайте. Очень интересная у вас передача, очень живой формат. Еще раз благодарю вас за приглашение, и, в свою очередь, вам хочу тоже молитвенно пожелать развития в том ключе, в котором вы развиваетесь, большей аудитории, большего охвата, благодарных слушателей, обратной связи — это очень и очень важно, и помощи Божией во всех ваших трудах и начинаниях. Спаси вас Господи!

В.Емельянов

— Благодарим.

А.Пичугин

— Спасибо. А мы надеемся еще, что и нашим слушателям стало немного понятнее о том, как живет церковь в глубинке благодаря владыке Филарету, напомним, Бежецкому и Весьегонскому, это Тверская область. Спасибо. Алексей Пичугин.

В.Емельянов

— И Владимир Емельянов. Мы прощаемся с вами, до новых встреч. До свидания!

А.Пичугин

— Всего доброго!

Другие программы
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».
Материнский капитал
Материнский капитал
Дети - большие и подросшие – как с ними общаться, как их воспитывать и чему мы можем у них научиться? В программе «Материнский капитал» Софья Бакалеева и ее гости рассуждают о главном капитале любой мамы – о наших любимых детях.
Истории старого звонаря
Истории старого звонаря
На территории Андреевского монастыря в Москве, где находится Радио «Вера», можно встретить скромного, почти неприметного человека, спешащего подняться на колокольню. Но стоит ему забраться туда, как окрестности оглашаются неземным звоном. В этот момент вы с замиранием сердца останавливаетесь и думаете: «Надо же, какой талант! Талант от Бога!» И вы абсолютно правы: Петр Алексеевич Колосов — один из лучших звонарей столицы, а, может быть, и России. Но искусство звонаря — это лишь одно из многочисленных его дарований. Ведь Петр Алексеевич ещё и изумительный рассказчик! И в этом вы легко убедитесь, слушая программу «Истории старого звонаря»
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Разговоры о кино с Юрием Рязановым
Вы любите кино, или считаете, что на экранах давно уже нечего смотреть? Фильмы известные и неизвестные, новинки и классика кино – Юрий Рязанов и его гости разговаривают о кинематографе.

Также рекомендуем