Поделиться
прот. Александр Тылькевич
У нас в гостях был настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края протоиерей Александр Тылькевич.
Мы говорили с нашим гостем об особенностях его служения на огромных забайкальских территориях, о гуманитарных поездках по отдаленным поселкам, а также о работе с детьми и молодежью.
Ведущая: Лиза Горская
Л. Горская
— В эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». С вами в студии Лиза Горская и протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Здравствуйте, отец Александр.
Прот. Александр Тылькевич
— Добрый вечер.
Л. Горская
— Второй раз мы встречаемся с вами в этой студии. В прошлый раз у нас после разговора осталось больше интересных открытых вопросов, чем того, о чем мы успели поговорить в программе. В частности, мы говорили про вашу экспедицию на вездеходах.
Прот. Александр Тылькевич
— Наша зимняя дорога речная даст нам возможность пройти по северам, дойти до Каренги, пройти еще через одно уникальное место — Средний Калар. В прошлом году оттуда эвакуировали всех людей, поэтому нам надо проверить, что там осталось и посмотреть, в каком состоянии поселок, остались ли там люди живые. И оттуда пробиться на севера, мы дойдем до Якутии, и из Якутии спустимся обратно по старой зэковской дороге, по которой завозили в Мраморное ущелье продукты, инструменты и людей.
Л. Горская
— Мы с некоторыми коллегами нашей радиостанции «Вера» в прошлом году 9 марта пересекали на вездеходах Байкал. И было очень тепло, минус 15, но я помню, что нам каждые 10-15 минут приходилось останавливаться, потому из-за встречного ветра, в частности, казалось еще на 10-15 градусов холоднее. И у нас была не такая масштабная поездка, то есть она была фактически туристическая и укладывалась в день. А я так понимаю, что у вас еще очень много груза.
Прот. Александр Тылькевич
— Да, в этом году наша поездка связана не столько с миссией, потому
что мы не только окормляем в богословском, в духовном смысле эти храмы и эти
поселки. У нас было наводнение в этом году, утонуло очень много, севера
практически отрезало от нас водой. И отец Роман как раз оттуда выходил в то
время, когда было наводнение, в то время, когда наша спасательная команда
работала по Шилке. А отец Роман последние 120 километров выходил пешком, потому
что всё размыло вместе с мостами, он по гольцам выходил и команду свою выводил
пёхом. Ну, представляете, у людей в течение трех дней по дому плавали шкафы,
холодильники. У нас одна бабушка, мы ее нашли только на третий день, она сутки
просидела на крыше. У нее сразу, как только началось наводнение, утонул
телефон, который лежал внизу и поэтому связаться с миром она не могла. Вода
отрезала ее от дороги. И такой грохот стоял от воды, что она кричала на крыше,
но ее никто не слышал. На следующий день нам сказали, что там должна быть
бабушка, мы ее только через два дня нашли, еле-еле смогли туда добраться. И вот
она со слезами рассказала, что такая сложная была ситуация.
То, что у них дома творилось, вы можете представить — ну, любой стул бросьте в
воду на два дня для эксперимента. У нас через неделю вокруг дорог образовалось
такое, как мы его назвали, «кладбище». Народ, когда вода спала — это недели
полторы прошло, — народ стал выносить мебель, которая там проплавала, и просто
сваливать у дороги. Наверное, это был больше жест протеста против того, как
реагировала местная власть на затопление. И поэтому люди просто сбрасывали эту
старую мебель, и она выросла в гору вдоль дорог. Потом администрации просто
приходилось это ездить и собирать и утилизировать где-то на помойке. А люди
просто ходили и выбрасывали всё. 3-4 дня, пока работала гуманитарная
спасательная команда наша, 30 тонн гуманитарного груза завезли и распределили.
Это были и матрасы… Люди спали на шкафах — мы им завозили надувные матрасы, они
надували матрасы и спали на шкафах где-то наверху, потому что внизу всё
плавало. А уйти нельзя было, потому что мародерство. Вот такая ситуация
безвыходная, даже в магазин они выйти не могли. Мы им доставляли воду,
продукты.
Л. Горская
— А как же они перезимовали?
Прот. Александр Тылькевич
— Знаете, много домов просто взорвалось. Представляете, напитавшись воды, и потом минус 20 когда было, стены просто развалились. У нас обычная наша забайкальская проблема — под подоконниками прогнивают бревна и потом периодически бревна меняют. И вот все бревна, которые подгнили и они косметическим способом держались еще за счет штукатурки и каких-то опор, всё взорвалось. Поэтому в этом году многие люди уехали, потому что просто невозможно было жить в этих домах — они опустились, на 15-20 сантиметров ниже стали, и всё, что было снизу — там и влага, и… Я заходил в такой дом один в Тунгокочене, там запах затхлости…
Л. Горская
— Грибок.
Прот. Александр Тылькевич
— Да. Я не знаю, как мы летом будем с ним бороться. Мы постараемся сейчас медикаментов по химии закупить, чтобы от грибка спасаться. Я думаю, сложно будет, очень будет сложно. На сегодняшний день актуальная проблема какая — представляете, смыло все урожаи. Когда мы дошли до северов, дороги не было, мы на спасательных лодках пошли по Нерче, поднялись вверх 120 километров, дошли до поселка Кыкер. И дальше вторая половина нашей группы пересела на автомобили и пошла до Тунгокочена. А мы здесь проходили. Поселок Кыкер стоит на 4 метра выше воды. И когда мы увидели, что ни заборов, ни огородов не осталось. Я говорю: «Ну как же, не могла же река подняться на 4 метра вверх?» Они говорят: «Вот представляешь, помнишь по деревне тёк ручеек такой и через него курицы прыгали? Вот этот ручеек превратился в реку, и эта река смыла всё, что было справа и слева от дороги». Я говорю: «А откуда вода взялась?» — «Пёрла со всех сторон: сверху, снизу, сбоку давила. Откуда взялась эта вода, мы даже не представляем». Никто из старожилов не знал такого наводнения. Из шести мостов Шилки смыло пять. Мы сейчас с одним мостом живем. Мы сейчас ездим по речкам — у нас вместо мостов сейчас речки, по замерзшим речкам на ту сторону перебираемся. Что мы будем делать весной, я даже не знаю. Поэтому актуальная проблема осталась на северах — это продуктовый вопрос, потому что если картошку смыло, значит, народу кушать нечего. Вот мы сейчас собираем гуманитарку, грузим на вездеходы. Около 5-6 тонн гуманитарного груза — это продукты, теплые вещи и какие-то бытовые приборы, самые простые: топоры, молотки, всё, что пришло в негодность, генераторы у кого-то были, потому что на северах у нас нет электричества.
Л. Горская
— Лопаты, наверное.
Прот. Александр Тылькевич
— Всё это загружаем и двигаем туда, на север. Пойдет два вездехода и одна маленькая машина. Я думаю, что втроем мы пробьемся. «Нива» тоже с телегой пойдет, она почти тонну груза может тянуть на себе.
Л. Горская
— «Нива»?
Прот. Александр Тылькевич
— Да, у нас хорошая «Нива», подготовленная.
Л. Горская
— Каким образом подготовленная? Мне технически интересно.
Прот. Александр Тылькевич
— Это северный вариант исполнения — на наших машинах, на всех машинах установлены солнечные панели, на всех машинах есть газовое оборудование, все машины работают немножко на воде. Бензина не напасешься, и поэтому у нас есть агрегат, который разлагает воду на водород и кислород, электролизёр называется. И мы разлагаем воду…
Л. Горская
— Главное, чтобы водород не разлагал и не расщеплял.
Прот. Александр Тылькевич
— Бывает иногда такое, иногда щелкает. Техника военная, пару раз взрывалось, но ничего, мы выдерживаем. Немножко глохнем, но ничего. Механики работают над этим вопросом. Зимний вариант — у нас все машины работают на бензине, потому что солярка замерзает в этих условиях, потому что в минус 50 разогреть без предпускового подогревателя практически невозможно. А если там с факелами начнешь работать, то можно и вообще без вездехода остаться. Утепленная, обеспеченная солнечными панелями, предпусковые подогреватели и 220 вольт — практически на каждой машине есть это оборудование для подзарядки, для работы с генераторами и другими электрическими инструментами, которые нам там в пути нужны.
Л. Горская
— А людей как готовить?
Прот. Александр Тылькевич
— Люди в этом году — 5 человек у нас идет из Москвы. Каждый год у нас кто-то из Москвы едет. Не знаю, то ли любовь к родине, то ли любовь к северу, любовь к авантюрам кого-то подогревает и кто-то с нами уходит из Москвы. В этом году отец Павел с нами пойдет, у него есть опыт жизни на Аляске, годик он там прожил. Поэтому, я думаю, он будет нам очень большим подспорьем. И наши люди идут, которые служат на клиросе, катехизаторы. Механики обязательно идут, потому что одному водителю тяжело всё это на себе тянуть, надо, чтобы на каждом вездеходе было по 2 водителя. Ну, и мои дети, как всегда. Это очень большое подспорье, несмотря на то, что они называются дети.
Л. Горская
— Про детей мы потом отдельно поговорим. Я почему рассказала про наше мажорно-туристическое путешествие на вездеходах через Байкал и о том, как это было сложно — не для того, чтобы похвастаться (хотя, возможно, подсознательно и для этого тоже), а чтобы показать, насколько это тяжело. И насколько это испытание для выносливости — в таких условиях вообще перемещаться. Ваше путешествие на значительно большее расстояние и в значительно более суровых условиях, да еще и с грузом, да еще и гораздо дольше, то есть оно же требует специальной подготовки, это же очень тяжело.
Прот. Александр Тылькевич
— Мы стараемся брать людей более-менее подготовленных. Хотя, знаете, в прошлом году со мной дядя Паша ходил из Москвы, ему 75 лет. Я его как уговаривал не ходить, как уговаривал! Говорю: «Дядя Паша, — он бывший военный, такой подтянутый весь, — вам 75 лет, не дай Господь, там что-нибудь случится. У меня ни связи, ничего». У нас в этом году было две трагедии: люди провалились под лед и не смогли вылезти на берег. Мороз был сильный, они решили в машине погреться, и пока машина работала, они угорели. Утром пришли — машина работает и два тепленьких мертвых человека. Если невнимательно относиться к технике, к себе, к обстановке, которая тебя окружает, можно и до беды дойти. Но дядю Пашу было невозможно отговорить. И более того, когда мы вернулись обратно… Я всегда за ним присматривал, не дай Бог, сердечко, — там высокогорье, кислорода много, идти сверху вниз, перевалы. Приехали обратно, я говорю: «Ну как, дядя Паша, живой?» Он говорит: «Ты знаешь, как хорошо, что туда нету дороги». — «Почему?» — «Там так красиво!»
Л. Горская
— Я хочу сказать, что дяди Паши, дяди Вани, дяди Олеги в 75 лет фору дадут многим молодым зачастую.
Прот. Александр Тылькевич
— Иногда я тоже так думаю.
Л. Горская
— Мой папа в 72 года поднимался на Эльбрус выше, чем я могла в принципе. Я уже не могла дышать, идти, а он говорил: «Ну ладно, ты подожди, я еще сейчас наверх и обратно».
Прот. Александр Тылькевич
— А если папу с нами отправить?
Л. Горская
— Папы, к сожалению, уже нет. Я поздний ребенок, он уже ушел.
Прот. Александр Тылькевич
— Жалко. Конечно, старое поколение крепкое не только физически, оно еще очень много знает. И в таких бытовых вещах, особенно в процессе выживания в тайге, в лесу — несмотря на то, что мы вроде выросли в тайге, но я чувствую, что когда мы возвращаемся оттуда, у нас уже силы на пределе. Мы держимся эмоционально, но физически, конечно, охота просто несколько дней полежать.
Л. Горская
— Да, просто полежать. То поколение — они более требовательны к себе, они более выносливые. Мне кажется, у них вообще нет понятия «полежать».
Прот. Александр Тылькевич
— Они очень ответственные. Это было самое большое их достоинство, потому что благодаря их ответственности они и за собой смотрели и за людьми приглядывали.
Л. Горская
— И за техникой. И что, как — где отваливается, не отваливается.
Прот. Александр Тылькевич
— Не было у них второстепенных вещей, и это очень важно. На сегодняшний день, при обилии информации, голова настолько засорена, что человеку очень трудно взвесить и оценить первоочередность и второстепенность каких-то задач и процессов. И это очень сложно.
Л. Горская
— Я помню, папочка мой: «Ну что ты в телефоне сидишь? Там гвоздик забить надо». Но это же правда — гвоздик же важнее. Если его вовремя не забить, то досочка отвалится.
Прот. Александр Тылькевич
— Вспомнил ситуацию — на детском подворье два мальчишки, два друга: один компьютерщик, а второй механик. И вот этот механик гайки крутит и говорит: «Вот смотри — вот настоящее мужицкое дело. А что ты там всё кнопочки тыкаешь, дурачок». Тот умный, а этот ему рассказывает, что он дурачок, потому что он гайки не умеет крутить.
Л. Горская
— Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». С вами в студии Лиза Горская и протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Я еще хотела спросить: вот этот груз, который вы везете, он откуда, кто его собрал? Топоры, лопаты, генераторы, продукты какие-то?
Прот. Александр Тылькевич
— Его собирают всем миром, с миру по нитке. У нас информация выставлена во всех сетях, для всех желающих принять участие в экспедиции. Но это же не только физическое присутствие, это и какие-то коммуникационные вопросы, которые решают люди здесь, благодаря своим каким-то волонтерским возможностям. Это и возможность как-то финансово поддержать. Есть такая поговорка — за морем телушка полушка, да рубль перевоз. Иногда некоторые вещи легче приобрести там, чем везти туда. Инструменты, конечно, дешевле здесь, но опять же, перевозка очень сложна. Каждый человек может принять участие в нашем деле. Это любая форма, начиная от своего личного присутствия, заканчивая просто взять в руки молитвослов. Святителю Николаю, в честь которого наш храм, Александру Невскому, в честь которого наш второй храм — это два походных храма, полнофункциональные храмы, в которых можно служить Божественную литургию. Взять молитвослов и все наши немощи компенсировать тем, что Господь за нами и Ангелы будут присматривать и вовремя направлять наши взгляды туда, куда надо. Я сейчас вспомнил, как в позапрошлом году, когда у нас один вездеход перевернулся — мы очень много груза везли и не рассчитали, телега обогнала... Если вы ездили по льду, то знаете, что это такое — телега убежала вперед машины и перевернула вездеход. Пока поднимали, часа 4, наверное, изобретали, за что бы зацепиться, чтобы поставить на ноги. А потом, сколько бензина вытекло, сколько масла надо было обратно вернуть. И так умаялись за эти 4 часа, что обратно выходя… Ну, у нас каждый миссионер носит с собой радиостанцию, без радиостанции запрещено отходить.
Л. Горская
— Радиостанция — это рация?
Прот. Александр Тылькевич
— Да, одна — базовая, стоит на подходном храме, и все остальные — носимые, у каждого миссионера. Запрещено отходить от храма без радиостанции. Не дай Бог что-то, либо скотина-животина, либо в берлогу провалился… И вот мы уже всё, погрузились, сели — команда «вперед». И в этот момент кто-то говорит: «А это кто там в лесу?» И мы видим: выходит оттуда наш боец — он живой и здоровый, слава Тебе, Господи, он сейчас учится на третьем курсе семинарии…
Л. Горская
— Он живой и здоровый, я так понимаю, потому что кто-то обернулся вовремя.
Прот. Александр Тылькевич
— Если бы тот кто-то не обернулся… Он без радиостанции, без одежды, даже без шапки. Видать, только до ветру туда сбегал. Но когда я остановился, меня уже подколачивало.
Л. Горская
— Еще бы.
Прот. Александр Тылькевич
— Сто километров в одну сторону, сто километров в другую сторону — нет ничего.
Л. Горская
— Да десяти бы хватило, мне кажется, в его ситуации.
Прот. Александр Тылькевич
— Здесь, если бы не Божья помощь, мы могли бы бойца оставить. Но Господь всё… Несмотря на то, что мы команда — мы считаемся, смотрим, друг за другом присматриваем, каждый знает, кто рядом сидит, но впопыхах — там сложно было, уже никто ничего не понимал, настолько устали все. Для нас это было хорошим уроком — мы теперь перед каждым выездом остановимся, рассчитываемся: на первый-последний рассчитайсь, и двигаемся уже. После каждой стоянки выходим теперь таким же строем.
Л. Горская
— Мне недавно знакомый рассказывал историю, которая гораздо в менее суровых обстоятельствах была, но тем не менее. Он ехал за границу через леса, поля на машине с женой и ребенком маленьким. Остановились, техническая остановка. Закончилась техническая остановка, погрузились, приезжают на границу — жены нет. Ребенок сидит, жены нет. Вернулся, стоит замерзшая... Вышла, положила ребенка — хлопнула дверь. Положила шубу на переднее сиденье — хлопнула дверь. А водитель уставший — дверь два раза хлопнула: все сели. Он уехал. А она без шубы, в минус 2, под снегом несколько часов в лесу его ждала. На ровном месте достаточно опасная ситуация.
Прот. Александр Тылькевич
— Конечно, переохлаждение. Достаточно организм на 2-3 градуса охладить, чтобы всё остановилось. Здесь, знаете, очень быстрый процесс: засыпаешь, ничего не чувствуешь…
Л. Горская
— Да, расслабляешься. Дай Бог, если кто-то тебя найдет вовремя. Это одна из моих любимых тем — про то, что мы, горожане особенно, часто забываем о том, что человеческая жизнь это такая вещь, о которой надо заботиться в том числе в повседневности и в каких-то бытовых условиях. Когда ты за пределы города выходишь, есть какие-то правила, про которые нужно помнить. А про вашу среду я вообще молчу. Для меня люди, которые по какому-то бездорожью пускаются в путешествие — уже сами по себе герои.
Прот. Александр Тылькевич
— Мы шибко себя героями не чувствуем — у нас есть задача, ее надо выполнять. И выбора у нас нету. Поэтому отступать некуда — «позади Москва». Нам надо идти, потому что люди там живут, люди там ждут.
Л. Горская
— Мне это тоже не до конца понятно. Вот ситуация — населенный пункт, который пострадал от паводка. Люди не виноваты, это не их какое-то разгильдяйство, не их халатность — это несчастье, стихийное бедствие. У них два дня вода стояла в домах, многие остались без электричества, без каких-то необходимых бытовых приборов, многие без запасов продуктов. Вот они зимуют. Почему, кроме вас, им некому помочь?
Прот. Александр Тылькевич
— Ну, я не могу сказать, почему. У нас
очень сложная обстановка по Забайкалью была, три дня у нас не было руководства
никакого. У нас есть свое подразделение МЧС при храме. Пускай оно небольшое, но
люди обеспечены, по крайней мере, средствами для пожаротушения. Мы всю жизнь
готовились тушить пожары, а тут — наводнение пришло. Но тем не менее, личный
состав подготовлен — 10-12 человек это такие бойцы, которые могли бы принять
участие в любой спасательной операции. И к нам никто не обращался. То ли
ревность, то ли еще что-то такое. Но я знаю, что район с городом три дня между
собой решали вопрос: кто виноват в том, что случилось наводнение. И более того,
наши волонтеры — люди думали, что это администрация… Мой сын руководил
волонтерской бригадой. Я ему говорю: «В следующий раз надо майки наши надевать
или спецодежду нашу храмовую надевать, чтобы люди видели, что мы от храма».
Потому что он приходит домой, а у него на спине плевки — люди думали, что это
администрация и им плевали в спину, пытались выяснять с ними отношения.
Единственное, когда им было нормально, когда я с ним один раз поехал — и просто
мое присутствие — что это не городские власти и не районные власти. А на самом
деле, люди были очень озлоблены.
Но благодаря тому, что волонтеры потрудились очень хорошо — мальчишки грузили,
разгружали, перетаскивали, пересортировывали. Эти три дня они отработали, и я
смотрю, что они падают. Пятнадцатилетние пацаны работали, как полноценные
нормальные мужики. Причем я чувствую, что они работают с такой отдачей,
несмотря на недовольные реплики в их адрес: «А, молодые…» А на самом деле, они
отработали, как настоящие мужики, как настоящие бойцы, как настоящие солдаты. И
я с радостью себе подчеркиваю — вот как ты оцениваешь человека: пошел бы ты с
ним в разведку или нет? Вот я бы с ними пошел в разведку. Несмотря на все их
человеческие недостатки. Так вот, через три дня, когда пришло более-менее в
норму, мы уже двинулись на севера. И народ только понял, что те, кто им
помогал, это была совершенно не администрация — это было приходское МЧС, наша
собственная команда. Вы знаете, до смешного доходило: с нашей конюшни
эвакуировали коней, вот последних коней вывели и вода залила конюшню. Люди
последних коней провели по мосту и за ними мост смыло. На видео, если кто
захочет посмотреть, на нашем канале эти кадры выложены.
Л. Горская
— Где ваш канал?
Прот. Александр Тылькевич
— Если вы наберете мою фамилию Тылькевич, то вы в «Ютьюбе» найдете наш канал — все три дня борьбы со стихией выложены и можно это посмотреть. Коней выводили по мостам. И после этого, когда администрация приходила к нашему инструктору и спрашивали… А у нее дом так построен, что она живет на втором этаже, а на первом этаже конюшня и гараж для автомобиля. Они спрашивают: «У вас холодильник утонул?» — «Нет». — «А чайник у вас утонул?» — «Нет». — «Значит, вам не нужна компенсация». Ну, мы, конечно, смеялись над этим, потому что у человека пострадало намного больше, чем холодильник с чайником. Я не знаю, в конце концов, она получила компенсацию или не получила.
Л. Горская
— Эти компенсации, как их высчитывают, это отдельная песня.
Прот. Александр Тылькевич
— Такое впечатление, что люди из своего кармана выплачивают. Я думаю, что если бы я был сотрудником администрации, я бы был заинтересован максимально людям помочь, потому что люди, которым я помогаю, это мой регион. Что там с федералами, я не знаю, откуда эти деньги берутся, но главное — я своим людям должен помочь. Забота о своем собственном доме — это есть забота о всем собственном государстве, понимаете. Если я о своих домашних не пекусь, то что мне всё остальное? Поэтому как-то странно было. Ну ладно, Господь с ними. Я думаю, что благодаря тому, что есть СМИ, есть соцсети, есть люди, которые сразу откликнулись и помогали, мы успели предотвратить, во-первых, социальный взрыв, который непременно бы случился, и я даже не знаю, чем бы он кончился. Но благодаря тому, что просто привозили продукты и поддерживали людей дома, дали им возможность пересидеть 3-4 дня, пока вода не спала — это самое главное, я думаю. И потом люди помогли устранить для многих семей тот общий ущерб, который нанесла стихия. Это тоже немаловажно. Приезжали москвичи, вместе с нами принимали участие в спасении. И потом, даже после их отъезда, гуманитарка всё шла, шла, шла.
Л. Горская
— А сейчас вы едете в какие-то отдаленные деревни?
Прот. Александр Тылькевич
— Сейчас мы едем в те деревни, которые мы у себя называем у себя «северами» — это выше Шилки 550 километров Усть-Каренга. Там пострадали деревни Акима, Кыкер, Тунгокочен пострадал, Усть-Каренга. Мы туда доберемся. И есть маленькая деревня Средний Калар, которую в этом году эвакуировали из-за наводнения. Нам надо посмотреть, что там осталось, кто там живой остался и пройти дальше на север. Мы пойдем до Якутии в этом году.
Л. Горская
— Я напоминаю, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». У нас в гостях протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Оставайтесь с нами, мы вернемся через минуту.
Л. Горская
— «Светлый вечер» в эфире радио «Вера». Здесь у нас в гостях протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Отец Александр, вы несколько раз говорили о детях, о том, что ваши дети — ваша опора и чуть ли не основной ударный состав экспедиции зачастую. С большим уважением говорили о ребятах-подростках, которые помогали ликвидировать последствия наводнения — как взрослые бойцы выступали, а зачастую и лучше, и организованней, самоотверженней. Я бы тут особо подчеркнуло слово «уважение», я на это обратила внимание — редко приходится сталкиваться с тем, чтобы взрослые именно с уважением говорили о подростках, которые хорошо делают свое дело. Этого не хватает. Я вот предлагаю об этом поговорить, поговорить о вашем казачьем корпусе, казачьей школе. Я знаю, что туда уже сейчас очередь. И вы будете расширяться, и детское подворье будет. То есть глобально — о воспитании, о том, что из этого выходит, и про школу.
Прот. Александр Тылькевич
— Да, конечно, у нас выходит намного меньше, чем мы бы хотели — у нас амбиций больше, чем возможностей. Но тем не менее, мы хотим, чтобы для нас школа была не только образованием, но в основном воспитанием. Знаете, я 15 лет провожу один и тот же эксперимент. Задаю людям, которые приходят в храм, один и тот же вопрос. И мне теорему Ферма рассказали всего 2 человека, и то — одна была педагогом по математике, а второй защищался на эту тему.
Л. Горская
— Это не считается.
Прот. Александр Тылькевич
— И люди, если начинаешь спрашивать какие-то тригонометрические
функции или химические какие-то сведения очень узкие, когда в глубь знаний
уходишь, получается, что они не у каждого в голове сохранились. Не потому, что
они какие-то глупые — нет, все нормальные люди, но просто та информация,
которую подчас дает школа, она не востребована в жизни, и люди этим не
пользуются. Пользуются только те люди, которые специально занимаются этим
вопросом. А востребованной оказывается та информация, которая в повседневной
жизни нужнее, особенно в наших условиях, где надо выживать, — это умение
работать с сельхозоборудованием, умение сажать, знание сельскохозяйственных
нюансов, знание животноводства, каких-то ветеринарных, каких-то механизационных
вопросов. Вот эти вопросы остаются нашей школой непокрытыми. И вопреки этому
люди выходят из школы, на экзаменах какие-то баллы получают, а в конце концов,
они выходят в жизнь не готовыми к жизни. И это большая проблема. Поэтому наша
задача — не дать им образование, а воспитать их.
Вот я опять оговорюсь — я всегда своих мальчишек оцениваю по степени готовности
идти со мной в разведку, или мне — готовности их брать с собой в разведку. Если
при всех их недостатках чисто человеческих — мальчишки это же шкодное такое
народонаселение. Я подсчитал, что для того, чтобы вырастить одного полноценного
мальчика, нужно родить три девочки. И вот эта сдерживающая сила девочек более
или менее даст возможность не упустить мальчиков. У меня так не получилось. У
меня больше получилось мальчишек.
Л. Горская
— А сколько?
Прот. Александр Тылькевич
— У меня 5 мальчишек и 7 девчонок.
Л. Горская
— Сколько?
Прот. Александр Тылькевич
— Нас 12 человек в семье: 5 мальчишек и 7 девчонок. А по логике должно было быть 15 девчонок, чтобы всё это сдерживать. И те мальчишки, которые у нас сейчас учатся, для них тоже этой сдерживающей силы не хватает. Поэтому мы им создаем условия, когда у них просто нету свободного времени. Наши бойцы заходят в школу утром, выходят оттуда вечером. К вечеру у нас уже все уроки сделаны, и у нас остается спортивная подготовка, у нас конюшня, у нас какие-то бытовые вопросы, которые нужно решить. И успеть долететь до подушки и уснуть.
Л. Горская
— А не по дороге уснуть.
Прот. Александр Тылькевич
— Мы стараемся их выматывать настолько — не физически выматывать, а настолько много делать мероприятий за сутки, чтобы они уставали. Как говорил мой ротный: солдат без работы — потенциальный преступник. И им это интересно, они в наряд на конюшню просятся, потому что это кони — их можно не только почистить, можно почесаться рядом с ним, можно его в нос поцеловать…
Л. Горская
— У него фуфырка, как говорит один мой знакомый ребенок.
Прот. Александр Тылькевич
— Кони, собаки — это вообще отдельные существа, это совсем не куры и свиньи. И процесс общения занимает очень много времени. Я сейчас вспомнил одну ситуацию, когда мы ходили на Мраморное ущелье. И матушка сказала, что если я этих двух бандитов не возьму с собой, то я вообще никуда не пойду. Такой ультиматум, мне пришлось этих двух с собой брать.
Л. Горская
— Старших?
Прот. Александр Тылькевич
— Средних. Старшие уже учились к этому времени. Тёме было 14, а Ване было 13. И мало того что они нам физически помогали. В последний подъем с нами шел редактор нашей газеты Саша Кузнецов. Он говорит: «Я хочу понести крест». У нас была задача — поставить крест на макушке. Я говорю: «Во-первых, он тяжелый — 17 килограммов. Во-вторых, мистическое назначение его как предмета, очень своеобразное, и поэтому — дотянешь, не дотянешь?» Но он так настойчиво требовал, чтобы мы ему дали крест: «Неси!» И вот последний бугор мы взяли, на скалу поднялись, я смотрю: сидит Саша, беленький. Я думаю: «Ну всё, горняшка началась». Я говорю: «Что, Сань, сердечко?» — А он нормальный, подкачанный мужик. — «Ты знаешь, — говорит, — я только что собрался лететь вниз, с крестом вместе. Сорвался со скалы и подвис на краешке. Один твой бандит меня поймал за шкирняк, а второй из-под меня камни вытаскивал и привязывал меня к скале до тех пор, пока я не зацепился». И теперь, когда мне матушка говорит, что надо вот этим всыпать… Ну, не физически всыпать, а я понимаю, что они достойны наказания, — я думаю: конечно, они достойны того, чтобы им сыпать, но я вспоминаю, как они…
Л. Горская
— Ну, все мы достойны.
Прот. Александр Тылькевич
— Я вспоминаю, как Саша висит на скале, и вот эти два, которым надо всыпать, они висят на краю и привязывают его к скале. И не бросают его. Я думаю: да ну их в баню… Ну, подумаешь, что они сделали? — ну, разбили, сломали. В конце концов, какую бы пакость они ни совершили, я себя в детстве вспоминаю: что я, мало пакостей совершил? Что я, мало розеток сжег, мало ракет запустил в занавеску, а не в окно? Мало гранат мы взорвали в свое время? Чем мы только не занимались в своем детстве, и, слава Богу, выжили тем не менее. И вот я думаю: всыпать-то надо, а в разведку потом кого возьмешь? Вот этих и возьмешь. И я думаю: эх, ладно, потом. Маме мы, конечно, говорим, что всыпали, у мамы просим прощения. Может быть, я уже перерос этот этап воспитания — желания механически воздействовать на людей совершенно никакого нету.
Л. Горская
— Это даже с собаками не всегда помогает.
Прот. Александр Тылькевич
— Не помогает. Я просто убедился, что не помогает. Даже самый простой эксперимент: назовите человека дураком. Он чего — от этого умным станет?
Л. Горская
— Да нет.
Прот. Александр Тылькевич
— Совершено нет. И поэтому смысла называть его и констатировать даже реальные факты — бесполезно. Чтобы сделать человека умным, надо его обучать и воспитывать.
Л. Горская
— И пример подавать.
Прот. Александр Тылькевич
— И всё.
Л. Горская
— Я расскажу вам сейчас историю — собственно, это причина моего плохого настроения уже несколько дней. Я второй раз в эфире ее рассказываю, она меня очень сильно потрясла. Это у меня на глазах случилось, в московском центре, где выдают документы — обычная очередь, обычные люди. И народ гоняют туда-сюда. То есть ты отстоял очередь, пошел за бумажкой, вернулся, прошел без очереди с бумажкой — то есть такая идет какая-то ротация, броуновское движение. И беременная женщина возвращается, заполнив какую-то бумажку, и ей наперерез бросается парубок, на вид 13-14 лет: «Я здесь стоял». Физически перегораживает ей дверь кабинета и отталкивает ее. Она говорит: «Я уже отстояла, я вышла на минуту за бумажкой». — «А мне все равно». Я смотрю на эту картину и думаю: где же твои родители? И выясняется, что родители здесь же. Подходит мама и говорит: «Да, мы здесь стоим. Идите отсюда». — «Ну, подождите, я уже один раз отстояла, я на девятом месяце». Мама говорит: «А мы тоже на девятом месяце». И у меня ужас такой — даже не от того, что эта женщина так себя ведет, мама этого подростка, а для меня самое страшное то, что она его так воспитывает.
Прот. Александр Тылькевич
— Да, это процесс воспитания.
Л. Горская
— Чему она его учит? Зачем она так делает? Что вообще происходит? Простите, что я столько раз произнесла местоимение «я», но я просто говорю о личных впечатлениях. Я пришла домой с плохим настроением, я на следующий день проснулась, не понимая, почему у меня такое отвратительное настроение. Вспомнила эту вчерашнюю историю, поняла, почему оно у меня отвратительное. И я несколько дней переживаю, пытаясь со всеми на эту тему говорить. Ну, понятно, что всякое бывает и люди разные. И не надо все равно их осуждать. Но когда ты сталкиваешься именно с этим процессом воспитания, когда формируется эта вот разность. Приходила Анна Витальевна Громова, она рассказывала о том, как в царской семье у детей был свой бюджет на благотворительность. И взрослые им помогали справедливо распределять средства между нуждающимися, помогать друг другу. То есть учили вот этому, это с одной стороны. И я говорю с Анной Витальевной, прихожу в московский центр и вижу совершенно другую, противоположную историю — тоже историю воспитания. Вот что это, где мы, почему так? И что с этим делать?
Прот. Александр Тылькевич
— Знаете, я заметил несколько таких явлений
в Москве. Я думаю, не только в Москве, наверное. Я принципиально не сажусь в
транспорте, потому что зачем садиться, когда придется вставать. Женщине
уступают место мужчины — достойный поступок для любого мужчины, потому что
мужчина существо сильное, он способен физически переносить большие нагрузки. И
поэтому когда мужчины сидят при женщинах, а женщины стоят — мне очень сложно
воспринимать этих людей как мужчин. Это недостойное поведение и недостойные
поступки. Как личности, я не собираюсь их оценивать, но поступок не очень
красивый. Если бы в свое время мой дедушка увидел, что я сижу, когда женщина
стоит — ой, не приведи, Господи, даже боюсь представить. Так вот, при мне
несколько раз мужчины уступали женщинам. И женщина вместо того, чтобы сесть,
сажала туда своего сына.
Это очень неправильный поступок. Женщина должна сесть, а сын должен встать
рядом и охранять ее, сумку ее подержать. Он должен оберегать ее и всячески
стараться обеспечить ее безопасность и ее удобство. А мамы, сами того не
понимая, им легче постоять. И эти маленькие человечки они вырастают не
мужчинами, понимаете? Им не дают совершить мужской поступок, и они вырастают
маленькими такими эгоистиками, эгоцентристами — всё для них: им и место, им и
лучший кусок. Первый кусок кому? Хозяину
дома — отцу. Нет, вот этого накормить, напоить… Папа — это центр вселенной.
Центр вселенной — Бог, простите. А центр семьи — это папа. Папа в семье — это
священник, мама — диакон, а дети — это народ. Я вот на своих мальчишек смотрю —
казачат — и при всем том, что у них есть свои человеческие недостатки, они
иногда говорят неправильные вещи, иногда совершают неправильные поступки,
иногда друг другу тумаков дают. Но я смотрю, что когда происходит ситуация, в
которой нужно принимать правильное решение, они принимают правильное решение. Я
на сто процентов уверен, что ни один из моих казачат не сядет там, где будет
стоять женщина.
Л. Горская
— И уже тем более не побежит наперерез беременной женщине отталкивать ее, чтобы первым войти в дверь.
Прот. Александр Тылькевич
— Боже упаси. Беременная женщина — это двойное сокровище, ее надо на руках носить.
Л. Горская
— Ну, ее еще надо поднять. (Смеется.) Но, слава Богу, что такие случаи, как описала я, пока исключение, поэтому меня это так и впечатлило. А еще меня впечатлила очередь из 12 человек, которая на это молчаливо смотрела, тоже из разных людей — и мужчин и женщин.
Прот. Александр Тылькевич
— Я помню время, когда любой из наших соседей мог взять любого из нас за ухо и отвести домой. Или сказать так: «Вот вечером папе расскажешь, что дядя Петя сказал то-то». И вечером приходилось говорить: «Дядя Петя мне всыпал». И мне еще раз всыпали, в продолжение дяди Пети. А дяде Пете папа говорил: «Спасибо, дядя Петя, ты настоящий друг». Я понимаю, что сейчас это не воспринимается так, но раньше воспитанием занималась вся улица, соседи занимались воспитанием. У нас жила баба Софа, которая каждый день моим родителям говорила, занимался я музыкой или не занимался. Я тогда, конечно, на нее обижался, но сейчас понимаю. Ну, я ленивый, как все мальчишки, как все мужики, и меня надо немножко стимулировать. А так как предмет, который я изучал, мне был не очень интересен…
Л. Горская
— Сольфеджио что ли?
Прот. Александр Тылькевич
— Я не любил общее фортепиано.
Л. Горская
— Но баба Софа была на страже.
Прот. Александр Тылькевич
— Она меня постоянно контролировала. Я думаю, что воспитанием мужчин должно заниматься общество. Воспитание — это приоритетная задача всего общества. Это не только бедные педагоги, в частности, большинство педагогов женщины — несчастные бедные женщины, на которых всё свалили, которые не должны заниматься педагогикой. Мужчины, мужик — педагог, детоводитель. Мы стараемся, чтобы в нашей школе было побольше мужиков. Даже если он не семи пядей во лбу, его все равно дети будут слушаться больше, чем самую продвинутую женщину. Потому что женщина она мягкая, она добрая. У нее два недостатка в педагогике: сначала она орет, потом плачет. А мужчина ни то, ни другое не делает.
Л. Горская
— Сейчас уже всякое можно встретить, мне кажется.
Прот. Александр Тылькевич
— Конечно, всякое. И женщины приспосабливаются. Но все-таки просто женщин жалко — они на себе тянут непосильную ношу. А потом у них в процессе воспитания вырастают такие мальчики, что когда они в армию приходят, то ясно, что у них было женское воспитание.
Л. Горская
— Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». У нас в гостях протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Отец Александр, давайте вернемся к казачьей школе, уж больно интересная тема. Вы говорили, что туда уже очередь 50 человек, вы планируете расширяться.
Прот. Александр Тылькевич
— У нас закончилась казарма. К сожалению большому, детям нельзя жить, как мы жили в армии — в два яруса, они могут только на первом ярусе. Хотя мне, наоборот, всегда было интересно на втором ярусе.
Л. Горская
— Наверху всегда интереснее.
Прот. Александр Тылькевич
— Конечно. И мальчишкам было бы очень интересно. Но, к сожалению, нам не разрешают в два яруса жить. И поэтому у нас стоит задача за лето достроить два объекта. Первый — это достроить общежитие. И второе — достроить зимний манеж, потому что мы не можем заниматься конными видами спорта после 20 градусов, это уже холодновато.
Л. Горская
— Лошадям или людям?
Прот. Александр Тылькевич
— Людям и лошадям. Руки еще можно отогреть — под седло засунешь, отогреешься, там 38 температура. Но это уже некомфортно — лицо замерзает, и колени, и всё. И не разгонишься шибко — ветер в лицо. И мы хотим сделать манеж. Пускай это будет небольшой манеж, но возможность детям продолжить общение с лошадьми — это очень важно. Это не только убивание времени, это процесс. Вы знаете, у лошади есть уникальная способность к ментальному общению — та часть головного мозга, которая отвечает за речь, у нее минимальная, а та часть мозга, которая занимается ментальным общением — она у нее максимальная. Поэтому для меня в свое время было большим удивлением, когда инструктор сказал: «Отпусти повода, управляй ногами». Ну ладно, мы этот вопрос освоили. Он говорит: «Теперь ноги отпусти и думай, куда повернуть».
Л. Горская
— У меня прошлой весной был шок, когда я поняла, что лошадь поворачивает туда, куда я смотрю. Я спрашиваю: «А как?» А вот так.
Прот. Александр Тылькевич
— Вы не просто смотрите — вы в голове формулируете направление. И эта формулировка понятна лошади. И поэтому с лошадью можно общаться. К сожалению, я не обладаю такими способностями, как наши инструкторы. Я понимаю, что если впереди меня скачет всадник, то моя лошадь будет управляема тем всадником, но тем не менее я понимаю, что лошадь понимает твое настроение. Или я понимаю ее настроение, потому что у нее сегодня нет настроения, и что если она ведет себя так, то это потому, что у нее что-то не так, у этой лошади. Поэтому это очень важно для формирования внутри мальчишек вот этой общности бытия с землей и с животными. Ведь помните, раньше для казака лошадь это было всё — он повода не выпускал из рук. Его процесс бытия неразрывно связан был с конем, начиная с того, что когда он просыпается, он думает, как его покормить и почистить, заканчивая тем, что во время боя он смотрит, как сделать так, чтобы он не погиб, а во-вторых, он даже использует его, как возможность защититься от пули. Джигитовка — зачем она придумана? Не для того чтобы выглядеть выпендрежно в седле, а зачем прячутся за коня? — там обстрел с той стороны, а он за коня прячется.
Л. Горская
— Ой, вспомнила, извините, анекдот недавний про коня. Человек подходит к казаку и говорит: «Все-таки лошади не такие умные, как ты говорил». — «А почему?» — «Да вот тут в лесу я ногу подвернул, и конь от меня ушел. Ну и что ты думаешь? Он мне ветеринара из деревни привез. На что еще лошадь способна?» Удивительные животные. И собаки тоже. Я не знаю, как это богословски, мечтаю заняться этим вопросом, но откладываю — для меня собаки и лошади, как животные, наиболее приближенные к людям, и вследствие этого я их лучше знаю, это как возможность увидеть замысел Божий. Господь создал их служить — и они служат. Вот это удивительно. И мы по-разному себя с ними ведем, а они — верны.
Прот. Александр Тылькевич
— Да, лошади и собаки — это уникальные существа. Я помню, нам порвали собаку одну и она умирала. А мне надо было куда-то ехать. И я понимал, что мы всё сделали, что могли. Ее уже в третий раз порвали, и вот третий раз был последний, уже было бесполезно что-то зашивать. Такая ситуация: бывает, что собаки между собой дерутся. И я к ней подошел попрощаться. И в своем уже беспомощном состоянии, в состоянии умирания, она виляла хвостом. Я понимал, что она очень рада меня видеть, — даже превозмогая боль, она все равно не могла скрыть своей радости и шевелила еле-еле хвостом. Это было очень печально, очень скорбно. Когда я приехал, она уже умерла, ее похоронили. Это был показатель ее человечности, понимаете. Мы друг к другу не так относимся — с такой любовью, с таким пониманием, с такой отзывчивостью, — как собаки, даже умирая. Лошади немножко не такие, они чуть по-другому. Но это тоже слуга — слуга, который… Если лошадь тебя полюбила… Если лошадь тебя невзлюбила, то всё — лучше ее менять сразу, с другой договариваться. Но если она тебя полюбила, если вы с ней нашли общий язык, если вы друг друга понимаете без слов, то это уникальное существо. Уникальное существо, которое способно не только разделять твои настроения, но и способно привести к тебе ветеринара, когда тебе это понадобится.
Л. Горская
— Мы говорили о том, почему для детей важно общаться с животными, почему важно чувствовать свое единение с животным, с землей, на которой ты, почему это такая существенная часть воспитания.
Прот. Александр Тылькевич
— Вы знаете, человек любит только то, что
знает. Если человек не знает чего-то —
вот полюбить человека это значит его познать. Познать в прямом смысле — начиная
от процесса общения, заканчивая физиологией. Поэтому мы даем человеку узнать о
проблеме — для того, чтобы он, зная ее, перешел в категорию любви. Ведь если ты
не любишь свою землю, если ты не знаешь, как ее возделывать, если ты не
радуешься плодам своих трудов, ну как ты будешь это любить? Вы знаете, у нас же
есть печальный опыт — у нас же дети-сироты воспитываются. Многие наши дети —
это либо дети-сироты, дети из приемных семей, либо дети, которым ювенальная
юстиция угрожала. Ну, у мамы четверо детей, мы знаем, что ювеналка вокруг нее
крутится, вот-вот заберет. И мы приезжаем, парочку забираем к себе. И когда
ювеналка приходит: а где дети? А вот, пожалуйста — обмундированы, накормлены,
напоены, проживают в общежитии, в Мирсановской школе, все учатся, все под
присмотром. А двоих уже не забирают, уже минимум ею выполнен. А мама там
работает и одна тянет четверых на себе. Двоих ей вполне оставляют.
Многие такие дети учатся. Все равно мы на паек собираем детям. Если кто-то
может платить, у нас, по-моему, 3,5 тысячи в месяц платят. А кто не может
платить, мы с миру по нитке, но собираем и пытаемся компенсировать этот долг,
потому что мы понимаем, что они не заплатят никогда в жизни. У нас в Забайкалье
это сложно, это депрессивный регион, третий с конца по депрессивности. И
поэтому мы стараемся на такие вещи сами находить средства. У нас есть очень
печальный опыт: у наших соседей в городе Нерчинске для детей-сирот построили
огромное общежитие — длинный такой барак, сделали санузел, тепло завели туда,
всё было прекрасно и замечательно. Когда сдали объект, через 2 месяца половина
стояла с вышибленными окнами, а вторая половина была сдана непонятно кому. И
только в двух квартирах жили сгрудившиеся в кучу все дети.
Л. Горская
— Это как вообще?
Прот. Александр Тылькевич
— Они что могли разорить, то разорили, половину сдали внаем, и сами собрались в двух квартирах и жили там себе потихонечку, благодаря тому, что что-то сдавали. Это печальный опыт. И мы пошли по другому пути. Мы детей-сирот хотим расселять в разных концах нашей деревни. У нас строительство тоже изучается, наши дети помогают нам в стройке. И те процессы, которые возможны при их физической силе, мы с ними изучаем: как кирпичи лить, как дерево обрабатывать. Мы хотим, чтобы каждый мальчишка, который выходит из нашей школы, уже к армии имел свой дом. Этот вопрос у нас сейчас решается с министерством соцзащиты. Если мы до конца это дорешаем и чисто финансово докажем им, что это возможно, то значит, что каждый ребенок перед армией — мальчишка уходит, дом свой построили, поставили в одном краю. После армии он пришел, женился и живет. Второго будем селить не рядом с ним, а на противоположном конце деревни. Почему? Чтобы своя собственная жена была ближе, чем товарищ. А третьего будем в четвертом конце, а пятого — в пятом конце. Мы их всех будем расселять на окраинах, кого-то в центре — это же деревня, там нету такого географического понятия, но тем не менее. На краю интереснее жить, потому что земли больше и соседей меньше. И всегда можно куда-то расшириться. Поэтому я думаю, что людям должна быть важна и центром любой семьи должна стать сама семья: жена, земля, дом, скотина, какая-то техника. Вот что такое казак? Казак — это человек, который живет на участке земли и его охраняет. Боевая подготовка у нас уже подтянута. Я уже иногда начинаю серчать на мальчишек — они этих кубков навозили, я говорю: «Вас из-за этих кубков никуда больше звать не будут».
Л. Горская
— Вы всё выигрываете.
Прот. Александр Тылькевич
— Да. Они физически очень крепкие. Опять отвлекаюсь — вспомнил, как поехал вечером мальчишек проверить, приезжаю в казарму — пустая. Не понял: где личный состав? Дошел до школы — никого нет. Дежурному: «Где?» — «Не знаю». Елки-палки. Пошел искать по деревне. Слышу — из клуба, из подвала музыка. А, — думаю, — попались. Подхожу, резким движением открываю дверь — они там лежат, качаются, кто-то на ринге — друг друга мутузят, кто-то спортом занимается, что-то еще… И мне как-то неловко стало. Я думал, что они там дурью мучаются, а они физподготовкой занимаются. Прямо реально — офицер рядом сидит: «О, батюшка, заходи. Мы как раз собираемся на ужин». Мне так неловко. Ну, я тоже с ними позанимался для виду. А на самом деле, им это дело нравится. Им нравится не только спорт, им нравится то, что у нас спорта всякого много. У нас не только шашки-сабли, у нас не только стрелковый тир, у нас не только перчатки. Мы регулярно привозим всяких инструкторов и по рукопашному бою, и по джигитовке, и по всем остальным вопросам, которые им интересны как пацанам. Понимаете, им неинтересно крестиком вышивать, совершенно неинтересно. Я не знаю, почему — мне тоже неинтересно. Мы сейчас хотим еще луки привезти — луки монгольские…
Л. Горская
— Чтобы они еще и эти кубки забрали у соседей.
Прот. Александр Тылькевич
— У нас пока еще этого нету, мы хотим пока только развивать это. У каждого свои способности — чтобы у них было много интересов, и чтобы они занимались всем, что их потом может привязать к земле. Любовь, умение защищать — это тоже мужицкая задача такая, которая выражается потом в том, что «мы защищаем землю: мы ее любим, мы ее возделываем и мы ее защищаем». Вот казак — это тот, кто не только солдат, но это и возделыватель и получатель радости от плодов земных. И этому всему надо научить.
Л. Горская
— У нас буквально минута осталась. Традиционно в конце программы спрашиваю: если нужна помощь какая-то, чем можно вашей школе? Или, может быть, экспедиции, которая возит гуманитарную помощь на севера, как вы говорите.
Прот. Александр Тылькевич
— Я могу вам сейчас продиктовать свой телефон. Если кто-то хочет принять участие в жизни нашей школы забайкальских казаков, или в социальной нашей работе, в наших экспедициях, я продиктую свой телефон и мы, созвонившись, решим все остальные вопросы: 8-914-499-91-23.
Л. Горская
— Или ваши контакты можно найти в интернете, набрав в поисковике «Александр Тылькевич, город Шилка».
Прот. Александр Тылькевич
— Да, вы можете набрать «Тылькевич, Шилка», и вас приведет к нашим сайтам или к нашим социальным страничкам. Там есть наши контакты.
Л. Горская
— Спасибо большое, отец Александр. Приходите к нам почаще. Для человека, который приехал из Забайкалья, это очень актуальное приглашение. Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» была программа «Светлый вечер». Ее для вас провела Лиза Горская. У нас в гостях был протоиерей Александр Тылькевич, настоятель храма апостолов Петра и Павла в городе Шилке Забайкальского края. Всего доброго.
Прот. Александр Тылькевич
— Спаси, Господи. С Богом.
4 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Fotógrafo Samuel Cruz/Unsplash
Не скупится влюблённая душа на расточение комплиментов в отношении любимого человека. В этих восторженных, тёплых словах она выражает свою сердечную привязанность. Господь Иисус Христос предупреждает Своих учеников, что свидетельством любви к Нему служат не столько наши слова, сколько дела, деятельное исполнение евангельских заповедей. И всё же: прекрасно запечатлеть на скрижалях сердца имя Иисусово — как свидетельство нашей нераздельной любви ко Спасителю всех человеков.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 5 апреля 2026г.
Поделиться
Неде́ля ва́ий.
Ве́рбное воскресе́нье.
Вход Госпо́день в Иерусали́м.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Литургия оглашенных
Диакон: Благослови́, влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м:
Стих 1: Возлюби́х, я́ко услы́шит Госпо́дь/ глас моле́ния моего́.
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
Стих 2: Я́ко приклони́ у́хо Свое́ мне,/ и во дни моя́ призову́.
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
Стих 3: Объя́ша мя боле́зни сме́ртныя,/ беды́ а́довы обрето́ша мя.
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
Стих 4: Скорбь и боле́знь обрето́х,/ и и́мя Госпо́дне призва́х.
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху/ и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м:
Стих 1: Ве́ровах, те́мже возглаго́лах,/ аз же смири́хся зело́.
Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий,/ возсе́дый на жребя́, пою́щия Ти:/ аллилу́иа.
Стих 2: Что возда́м Го́сподеви о всех,/ я́же воздаде́ ми?
Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий,/ возсе́дый на жребя́, пою́щия Ти:/ аллилу́иа.
Стих 3: Ча́шу спасе́ния прииму́,/ и и́мя Госпо́дне призову́.
Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий,/ возсе́дый на жребя́, пою́щия Ти:/ аллилу́иа.
Стих 4: Моли́твы моя́ Го́сподеви возда́м,/ пред все́ми людьми́ Его́.
Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий,/ возсе́дый на жребя́, пою́щия Ти:/ аллилу́иа.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м:
Стих 1: Испове́дайтеся Го́сподеви я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Тропарь: О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Стих 2: Да рече́т у́бо дом Изра́илев: я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Тропарь: О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Стих 3: Да рече́т у́бо дом Ааро́нь: я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Тропарь: О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Стих 4: Да реку́т у́бо вси боя́щиися Го́спода: я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Тропарь: О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Входный стих: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, благослови́хом вы из до́му Госпо́дня, Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Приидите, поклонимся... поется только на архиерейских богослужениях.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 1:
Хор: О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Друго́й тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 4:
Спогре́бшеся Тебе́ креще́нием, Христе́ Бо́же наш,/ безсме́ртныя жи́зни сподо́бихомся Воскресе́нием Твои́м,/ и воспева́юще зове́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 6, самогла́сен:
На престо́ле на Небеси́,/ на жребя́ти на земли́ носи́мый, Христе́ Бо́же,/ А́нгелов хвале́ние/ и дете́й воспева́ние прия́л еси́, зову́щих Ти:// благослове́н еси́, Гряды́й Ада́ма воззва́ти.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 4:
Чтец: Проки́мен, глас четве́ртый: Благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне,/ Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Хор: Благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне,/ Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Чтец: Испове́дайтеся Го́сподеви я́ко Благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Хор: Благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне,/ Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Чтец: Благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне,/
Хор: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: К Филипписи́ем посла́ния свята́го Апо́стола Па́вла чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м (Флп., зач.247: гл.4, стт.4-9):
Чтец: Бра́тие, ра́дуйтеся всегда́ о Го́споде: и па́ки реку́, ра́дуйтеся. Кро́тость ва́ша разу́мна да бу́дет всем челове́ком. Госпо́дь близ. Ни о че́мже пецы́теся, но во всем моли́твою и моле́нием со благодаре́нием проше́ния ва́ша да сказу́ются к Бо́гу. И мир Бо́жий, превосходя́й всяк ум, да соблюде́т сердца́ ва́ша и разуме́ния ва́ша о Христе́ Иису́се. Про́чее же, бра́тие моя́, ели́ка суть и́стинна, ели́ка че́стна, ели́ка пра́ведна, ели́ка пречи́ста, ели́ка прелюбе́зна, ели́ка доброхва́льна, а́ще ка́я доброде́тель, и а́ще ка́я похвала́, сия́ помышля́йте. И́мже и научи́стеся, и прия́сте, и слы́шасте, и ви́десте во мне, сия́ твори́те, и Бог ми́ра бу́дет с ва́ми.
Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь.
Кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко.
Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом,
и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе.
Наконец, братия мои, что́ только истинно, что́ честно, что́ справедливо, что́ чисто, что́ любезно, что́ достославно, что́ только добродетель и похвала, о том помышляйте.
Чему вы научились, что́ приняли и слышали и видели во мне, то́ исполняйте, — и Бог мира будет с вами.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 1:
Чтец: Глас пе́рвый: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Воспо́йте Го́сподеви песнь но́ву, я́ко ди́вна сотвори́ Госпо́дь.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Ви́деша вси концы́ земли́ спасе́ние Бо́га на́шего.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна , да да́ст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: От Иоа́нна свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м (Ин., зач.41: гл.12, стт.1-18):
Диакон: Пре́жде шести́ дний Па́схи, прии́де Иису́с в Вифа́нию, иде́же бе Ла́зарь уме́рый, его́же воскреси́ от ме́ртвых. Сотвори́ша же Ему́ ве́черю ту, и Ма́рфа служа́ше: Ла́зарь же еди́н бе от возлежа́щих с Ним. Мари́я же прие́мши ли́тру ми́ра на́рда писти́ки многоце́нны, пома́за но́зе Иису́сове, и отре́ власы́ свои́ми но́зе Его́. Хра́мина же испо́лнися от вони́ ма́сти благово́нныя. Глаго́ла же еди́н от учени́к Его́, Иу́да Си́монов Искарио́тский, и́же хотя́ше Его́ преда́ти: Чесо́ ра́ди ми́ро сие́ не про́дано бысть на трех стех пе́нязь, и дано́ ни́щим? Сие́ же рече́, не я́ко о ни́щих печа́шеся, но я́ко тать бе, и ковче́жец име́яше, и вмета́емая ноша́ше. Рече́ же Иису́с: не де́йте ея́, да в день погребе́ния Моего́ соблюде́т е́. Ни́щия бо всегда́ и́мате с собо́ю, Мене́ же не всегда́ и́мате. Разуме́ же наро́д мног от Иуде́й, я́ко ту есть: и приидо́ша не Иису́са ра́ди то́кмо, но да и Ла́заря ви́дят, его́же воскреси́ от ме́ртвых. Совеща́ша же архиере́е, да и Ла́заря убию́т, я́ко мно́зи его́ ра́ди идя́ху от Иуде́й и ве́роваху во Иису́са. Во у́трий же день наро́д мног прише́дый в пра́здник, слы́шавше, я́ко Иису́с гряде́т во Иерусали́м, прия́ша ва́иа от фи́ник, и изыдо́ша в сре́тение Ему́, и зва́ху глаго́люще: оса́нна, благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне, Царь Изра́илев. Обре́т же Иису́с осля́, все́де на не, я́коже есть пи́сано: Не бо́йся, дщи Сио́ня, се Царь твой гряде́т, седя́ на жребя́ти о́сли. Сих же не разуме́ша ученицы́ Его́ пре́жде, но егда́ просла́вися Иису́с, тогда́ помяну́ша, я́ко сия́ бы́ша о Нем пи́сана, и сия́ сотвори́ша Ему́. Свиде́тельствоваше же наро́д, и́же бе пре́жде с Ним, егда́ Ла́заря возгласи́ от гро́ба, и воскреси́ его́ от ме́ртвых. Сего́ ра́ди и сре́те Его́ наро́д, я́ко слы́шаша Его́ сие́ сотво́рша зна́мение.
За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию, где был Лазарь умерший, которого Он воскресил из мертвых.
Там приготовили Ему вечерю, и Марфа служила, и Лазарь был одним из возлежавших с Ним.
Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира.
Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать Его, сказал:
Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?
Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали.
Иисус же сказал: оставьте ее; она сберегла это на день погребения Моего.
Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда.
Многие из Иудеев узнали, что Он там, и пришли не только для Иисуса, но чтобы видеть и Лазаря, которого Он воскресил из мертвых.
Первосвященники же положили убить и Лазаря,
потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса.
На другой день множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим,
взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: осанна! благословен Грядущий во имя Господне, Царь Израилев!
Иисус же, найдя молодого осла, сел на него, как написано:
Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле.
Ученики Его сперва не поняли этого; но когда прославился Иисус, тогда вспомнили, что та́к было о Нем написано, и это сделали Ему.
Народ, бывший с Ним прежде, свидетельствовал, что Он вызвал из гроба Лазаря и воскресил его из мертвых.
Потому и встретил Его народ, ибо слышал, что Он сотворил это чудо.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 1
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние, и побе́да, и спасе́ние упова́ющим на Тя, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́ ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице единосу́щней и неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Задосто́йник Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 4:
Бог Госпо́дь, и яви́ся нам./ Соста́вите пра́здник,/ и веселя́щеся прииди́те, возвели́чим Христа́,/ с ва́иами и ве́твьми, пе́сньми зову́ще:// благослове́н Гряды́й во и́мя Го́спода Спа́са на́шего.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́, и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство, и си́ла, и сла́ва, Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию, и щедро́тами, и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят,/ еди́н Госпо́дь,/ Иису́с Христо́с,/ во сла́ву Бо́га Отца́./ Ами́нь.
Прича́стен Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м:
Хор: Благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне,/ Бог Госпо́дь, и яви́ся нам.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов, и Тебе́ сла́ву, и благодаре́ние, и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся а́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: И́же на жребя́ти о́сли се́сти изво́ливый, на́шего ра́ди спасе́ния, Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 5 апреля 2026г.
Поделиться
Неде́ля ва́ий.
Ве́рбное воскресе́нье.
Вход Госпо́день в Иерусали́м.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный да́ждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди благости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 1:
О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Друго́й тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 4:
Спогре́бшеся Тебе́ креще́нием, Христе́ Бо́же наш,/ безсме́ртныя жи́зни сподо́бихомся Воскресе́нием Твои́м,/ и воспева́юще зове́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 6:
На престо́ле на Небеси́,/ на жребя́ти на земли́ носи́мый, Христе́ Бо́же,/ А́нгелов хвале́ние/ и дете́й воспева́ние прия́л еси́, зову́щих Ти:// благослове́н еси́, Гряды́й Ада́ма воззва́ти.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми а́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся. От гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не, и полещу́, и почи́ю? Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко а́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 1:
О́бщее воскресе́ние/ пре́жде Твоея́ Стра́сти уверя́я,/ из ме́ртвых воздви́гл еси́ Ла́заря, Христе́ Бо́же./ Те́мже и мы, я́ко о́троцы побе́ды зна́мения нося́ще,/ Тебе́ победи́телю сме́рти вопие́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Друго́й тропа́рь Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 4:
Спогре́бшеся Тебе́ креще́нием, Христе́ Бо́же наш,/ безсме́ртныя жи́зни сподо́бихомся Воскресе́нием Твои́м,/ и воспева́юще зове́м:/ оса́нна в вы́шних,// благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Вхо́да Госпо́дня в Иерусали́м, глас 6:
На престо́ле на Небеси́,/ на жребя́ти на земли́ носи́мый, Христе́ Бо́же,/ А́нгелов хвале́ние/ и дете́й воспева́ние прия́л еси́, зову́щих Ти:// благослове́н еси́, Гряды́й Ада́ма воззва́ти.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми а́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
