Поделиться
О детстве преподобного Авраамия Галичского нам ничего не известно. Впервые он упоминается в летописях как послушник Нижегородского Печерского монастыря. Оттуда Авраамий пришел в Троицкую обитель к преподобному Сергию Радонежскому и стал одним из первых его учеников. Годами новый инок был гораздо старше наставника, но слушался его во всем, исполняя самые непривлекательные послушания – пёк хлеб, готовил еду, мыл посуду. Только спустя несколько лет игумен рукоположил его в священники.
Спустя время, жизнь в монастыре стала казаться Авраамию слишком лёгкой, и он попросил Сергия отпустить его в уединенное место, чтобы там совершать подвиг безмолвия. Преподобный благословил своего ученика на это, но велел принимать с любовью всякого, кто захочет присоединиться к нему. Уже тогда игумен провидел, что Авраамий многому сможет научить тех, кто захочет стать его учеником.
Авраамий отправился в пустынное место, на берег Галицкого озера, и поселившись там, соблюдая строгий пост, стал молиться Божией Матери, чтобы Она указала ему дальнейший путь. Это был дикий край, где до той поры не было еще ни одного монастыря, поэтому молва о монахе-отшельнике скоро разлетелась по соседним селениям, и к Авраамию стали стекаться люди – посмотреть на него и послушать, чему он учит. Тем более, что в народе говорили и о необыкновенных чудесах, которые совершались с Авраамием:
-Сосед, слышал о человеке, что поселился на берегу озера, возле горы?
- Не только слышал, но и видел. Ходил я к той горе третьего дня. Он начал строить там часовню, а в той часовне хочет поставить икону Богоматери. Говорят, он нашел эту икону на дереве. Он как-то раз молился – и вдруг увидел свет и даже услышал голос: мол, построй на этом месте монастырь, а Я Сама буду оберегать его. Ну, он и пошел на свет. Глядь – а меж ветвей икона.
- Пока сам не увижу эту чудесную икону – не поверю!
Как бы там ни спорил народ, а главной святыней нового монастыря стала икона Божией Матери Знамение, перед которой Авраамий каждый день усердно молился.
Но вот, слух о том, что икона чудесным образом появилась на берегу озера, дошел и до Галицкого князя Дмитрия Федоровича. Он прислал к Авраамию людей, умоляя его приехать ко двору вместе с образом. Авраамий долго отказывался, но трудно простому монаху противиться княжеской воле. Пришлось святому отправиться в Га̀лич. В обычной рыбацкой лодке он пересёк большое озеро. До сих пор народное предание гласит, что в тех местах одна водная струя в озере светлее других, и она называется Авраамиевою.
Дмитрий Фёдорович со всем церковным клиром сам встретил монаха с иконой в воротах города и проводил в собор. В руках все держали зажжённые свечи, неслось пение, торжество охватило весь город. В Спасском соборе Авраамий помолился и окропил народ святой водой. При этом некоторые больные получили исцеление, и обрадованный князь пообещал Авраамию помочь в обустройстве монастыря.
С помощью Дмитрия Фёдоровича Авраамий построил в монастыре храм в честь Успения Божией Матери и несколько первых домиков для монахов. Обитель быстро росла, так как Авраамий был мудрым и талантливым наставником, слава о котором разнеслась далеко за пределы Галичской земли. Но как только молодой монастырь обустроился, Авраамий, избегая многолюдства, поставил там игуменом одного из своих учеников, а сам удалился в пустынное место.
Святой поступал так ещё несколько раз, везде оставляя после себя новый монастырь. Всего он основал четыре обители. Почувствовав приближение смерти, преподобный пригласил к себе настоятелей всех основанных им монастырей. Вместе с ними пришла попрощаться с наставником и вся братия. До самой последней своей минуты Авраамий молился о своих учениках. И умер, поручив их заступничеству Божией Матери.
2 октября. «Ангельское извещение»
ПоделитьсяДревнее предание свидетельствует о том, что Ангел Господень известил престарелых Иоакима и Анну о рождении у них Младенца в час крайней скорби бездетных супругов, подвергшихся грубому и несправедливому осуждению со стороны ветхозаветного священства. «Иной суд человеческий и иной суд Божий», — говорили в старину. Для нас в этом повествовании важно, что праведники не были подавлены печалью и не впадали ни в ропот, ни в озлобленность, но с детской и искренней верой изливали Отцу Небесному боль своих сердец — вот драгоценный пример для боголюбцев!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
На перроне в Италии. Анна Пясецкая
Поделиться
Однажды я поехала в отпуск в Италию, в Тоскану. Остановилась в симпатичном курортном городке Виареджо, на побережье Лигурийского моря. В один из дней решила, что поеду на экскурсию в соседний город Лукка. Приехала туда на раннем, утреннем поезде. Зачарованная, долго ходила по его красивым улочкам, церквям и музеям.
Вот так гуляла я по городу и не заметила, как наступил вечер, а за ним и ... ночь. Надо было срочно возвращаться домой, в отель. Когда прибежала на вокзал, там уже не было ни души. Без знания итальянского языка разобраться в расписании было сложно, да и кассы уже закрылись.
Тут я обнаружила, что и кассы бы мне не помогли. Купила дорогой альбом по искусству, сувениры. Цены на билет оказались выше, чем думала. Не рассчитала! В результате осталась одна на перроне без копейки в кармане. Казалось, придется заночевать на вокзале. Охватывало отчаяние.
Единственное, что пришло на ум — это своими словами, от сердца, обратиться с молитвой ко Господу, попросить Его прислать помощь.
Через некоторое время я заметила, как по перрону навстречу движется фигура человека. Когда он приблизился, я увидела, что это приятный молодой мужчина. Он улыбнулся, поприветствовал на ломаном английском и спросил, нужна ли какая-то помощь. Так, слово за слово, мы разговорились.
Оказалось, сам он недавно переехал из другого региона в Виареджо и живет рядом с тем местом, где находился мой отель. Его звали Рикардо. Чудо — мой новый знакомый не только подвел к нужному билетному автомату, но и купил мне «обратный» билет. Слава Богу! Мы успевали на последний ночной поезд, следующий в нашу сторону!
Страх и отчаяние мгновенно отошли на задний план, ведь Господь прислал доброго проводника, с которым за легкой беседой, в уютном теплом вагоне, быстро добрались до нашего городка. Мысленно я поблагодарила Господа за помощь!
И с тех пор я взяла за правило — когда накатывает одиночество или беспомощность, важно помнить, что Христос всегда рядом — и в горе, и в радости. Если на душе — пустота и, на первый взгляд, помощь маловероятна, надо молиться. Главное — искренне. Иногда этой молитвой может стать совсем простая фраза: «Господи, мне сейчас тяжело. Будь со мной». Уверена, помощь не заставит себя долго ждать.
Я чувствую, что в ту ночь, в небольшом южном итальянском городке, рядом со мной на перроне незримо оказался Спаситель. Это была моя незримая встреча с Ним. Вспомнились такие важные слова из Писания: «Не бойся, ибо Я с тобою».
Автор: Анна Пясецкая
Все выпуски программы Частное мнение
Мы и они. Алексей Шириков
Поделиться
Я по своему складу человек, любящий образы, иносказание, символы, многослойность текста, когда один и тот же евангельский эпизод можно рассматривать с разных сторон. А есть люди, устроенные иначе, — для них важна буквальная точность, однозначность формулировки, где каждое слово Священного Писания или Предания должно пониматься ровно так, как написано, без зазора для разных истолкований. Разница эта то и дело оборачивается настоящими спорами между нами.
И часто замечаю, как трудно мне в такие моменты не начать демонизировать другую сторону. Я же понимаю свою точку зрения, вижу внутреннюю логику, знаю аргументы, думаю, что она согласна с духом Евангелия. Со стороны же тех, с кем ведется спор, я начинаю замечать, что в каких-то важных для меня местах меня не понимают, не хотят слышать, обрывают на полуслове или отвечают заготовленной фразой вместо того, чтобы вникнуть. И вот тут срабатывает опасный переход: если меня не хотят слышать, значит, дело не в теме спора, а в самих людях. Значит, они «не такие» — упрямые, слепые, закрытые для истины. Этой же монетой нередко платит и другая сторона.
Для того, чтобы остановить этот порочный круг разделения на «мы» и «они» с последующей демонизацией оппонента, мне каждый раз приходится напоминать себе одну простую вещь: если я не согласен с другим человеком, если вижу как он, пусть иногда и агрессивно защищает свою позицию, это ещё не значит, что человек зол. Я ведь и сам, наверняка, не веду спор с абсолютной безошибочностью и бесстрастностью. Чаще всего у людей, что бы они ни делали и как бы ни думали, есть какие-то внутренние причины для своей позиции. Они могут сами не отдавать себе в них отчета, но они есть.
В этой внутренней обусловленности любых человеческих действий и есть, как мне кажется, причина одной из самых пронзительных молитв Евангелия — молитвы Христа на кресте: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают». Ведь если вглядеться в участников той сцены, почти никто из них не действовал со злым умыслом в собственных глазах. Солдаты несли свою службу — распятие людей было для них рутиной. Совет старейшин Израиля был убеждён, что спасает народ от смуты и большего кровопролития, — Каиафа прямо говорит об этом: лучше одному человеку умереть за народ, чем всему народу погибнуть. Пилат хотел сохранить карьеру и не желал лишних проблем с Римом из-за возможного народного восстания. Каждый из них, по-своему, делал то, что считал правильным или, по крайней мере, неизбежным.
В этом вся сложность и вся трагедия. Оказывается, можно даже убивать, будучи при этом искренне убеждённым, что приносишь таким образом службу Богу. Об этом, кстати, тоже предупреждал Христос: «Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу». И если уж такое возможно в вопросах жизни и смерти, то что говорить о куда более скромных спорах — о том, например, понимать евангельский образ буквально или искать в нём более широкий смысл? Тот же механизм работает и здесь, просто в меньшем масштабе: каждая сторона убеждена, что служит истине, а не самой себе.
Именно поэтому я считаю важным в любом общении удерживать себя от разделения на «мы» и «они». Я не знаю подлинных внутренних намерений другого человека, не знаю, что происходит в глубине его сердца, какой разговор он ведет с собственной совестью и с Богом. А значит, я не могу до конца отделиться от него, поставить на нём крест и закрыть вопрос раз и навсегда — как бы ни хотелось иногда именно этого.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
