У нас в гостях был ректор Библейского колледжа "Наследие" Владимир Стрелов.
В день памяти ветхозаветного пророка Ионы мы говорили о его пророческом служении, о его примере следованию воле Божьей и о том, действительно ли он провел три дня в чреве кита.
А. Пичугин
— Приветствуем вас в этой студи мы: Алла Митрофанова —
А. Митрофанова
— Алексей Пичугин.
А. Пичугин
— Сегодня вместе с нами ближайший час проведёт Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие», наш очень частый гость. Здравствуйте!
В. Стрелов
— Я приветствую вас!
А. Пичугин
— Да, рады вас у нас снова видеть, а наши слушатели слышать — извините за эту тавтологию. Сегодня будем говорить про пророка Иону. Мне кажется, что большинству наших слушателей, даже людям не очень церковным, знакома эта личность, хотя бы потому, что все про него знают, что он долго просидел внутри кита.
В. Стрелов
— Я думаю, что это известно даже из наших сказок — «Чудо-юдо рыба-кит», во многом, мне кажется, это образ, навеянный книгой Ионы.
А. Митрофанова
— Кстати говоря! А сегодня день его памяти — 5 октября. Вообще, если открываешь эту книгу сегодня, в 21 веке, перечитываешь, что приключилось с пророком Ионой, наверное, не редко возникает вопрос: какое отношение всё написанное имеет к нам? Это касается не только книги пророка Ионы, это вообще касается многих книг Священного Писания. И поэтому мы будем пытаться разобраться с такими сюжетами здесь, в нашей студии, с помощью нашего гостя. Вот вопрос, который, например, возникает у меня, когда я открываю эту книгу: во-первых, это умилительная фраза по поводу того, что «опечалился Иона о тыкве». Это был момент, когда он изнемогал от зноя, и Господь ради него за один день буквально, за одну ночь, вырастил целое растение, которое укрывало его от жары.
А. Пичугин
— Это, знаешь, почему так тебя ещё умиляет? Потому что сейчас осень, октябрь месяц, и везде продают тыквы, куда ни выйдешь. То на рынке в Москве, то за город я выезжаю — везде у дорог стоят бабушки и продают свои огромные, гигантские тыквы.
А. Митрофанова
— Что только с этими тыквами в ближайшее время ни сделают. Но вы знаете, я вообще очень люблю такие человеческие какие-то места в книгах, особенно в неожиданных таких моментах повествования. Помню, когда «Бориса Годунова» я перечитывала в очередной раз, и там это — «Месяц светит, котёнок плачет» (в оригинале «Месяц едет, котёнок плачет»). Ох, это что-то очень тёплое, сердечное. И вот «опечалился Иона о тыкве», а дальше возникает следующий вопрос: а тыква, вообще, была? Потому что где-то тыква, где-то просто растение.
В. Стрелов
— Это наш церковно-славянс
А. Пичугин
— Тыква-то, вообще, растёт в тех краях?
В. Стрелов
— Я думаю, сейчас в Израиле могут выращивать не только тыквы. Но и во время описываемых событий выращивали тоже разнообразные овощи. Есть, кстати, один библеист у нас в Москве, который занимается как раз специально ботаническими вот этими растениями в Библии.
А. Митрофанова
— Но это отдельный большой разговор.
В. Стрелов
— Да.
А. Митрофанова
— Я просто начала перечислять вопросы, которые у меня в голове возникают в связи с этой книгой. Конечно, вопрос: как можно просидеть три дня и три ночи внутри у кита, и с тобой при этом ничего не случится, как за одну ночь может вырасти растение, как описанный там эпизод с Ниневией — страной, которая жила за рамками приличий, что называется, и как раз был послан пророк Иона, чтобы вразумить народ, чтобы там проповедовать покаяние; вроде как они его послушались, и вроде как это покаяние в масштабах страны имело место. Но зафиксировано ли оно в каких-то параллельных источниках, есть ли об этом хоть какие-то сведения не в Священном Писании, а в других каких-то книгах, свидетельствах и так далее? Вот со всеми этими вопросами хочется тоже разобраться. Может быть, они прозвучат немного резко для тех, кто привык воспринимать Священное Писание — ну вот, как сказано, так и есть. Но, может быть, нам на то и голова дана, чтобы иногда позволять себе рассуждать. И поэтому от этих вопросов никуда не деться, они, во всяком случае, возникают. Наш гость Владимир Стрелов сидит и кивает, видимо, тоже этими вопросами задавался.
В. Стрелов
— Мне кажется, что первое, с чего можно было бы начать, что в Библии любая книга, будь она историческая или такая нарративная, пророческая, где просто речи какие-то содержатся, интересна не с точки зрения того, что она открывает нам о близ лежащих народах — об их культуре, быте и так далее, — а что она говорит об отношениях Бога и человека.
А. Митрофанова
— Согласна.
В. Стрелов
— И в этом смысле мы можем подходить к любой книге, и к Книге Бытия, про которую спорят — это шесть дней в буквальном смысле или шесть эпох, или вообще это литературная композиция, которая нам призвана подчеркнуть просто, что Бог участвует в акте творения, что всё не само по себе зарождается. Точно также мы можем подходить и к книге пророка Ионы. И если мы сегодня возьмём любой учебник по библеистике, то мы увидим, что большинство исследователей сходятся на том, что эта книга представляет собой, скорее, притчу, назидательный рассказ, чем конкретное историческое повествование. С другой стороны, древние люди, и во времена Самого Христа, по-видимому, воспринимали эту книгу как историческое повествование.
А. Пичугин
— А есть какие-то сведения о личности пророка Ионы, помимо его книги?
В. Стрелов
— Вот единственное свидетельство, которое у нас есть в самой Библии, это 4-я книга Царств, всего один стих. Говорится про Иеровоама Второго, что «он восстановил пределы Израиля от входа в Емаф до моря пустыни по слову Господа Бога Израилева, которое Он изрёк чрез раба Своего Иону, сына Амафиина, пророка из Гафхефера».
А. Митрофанова
— Огромное количество непонятных слов на единицу текста.
В. Стрелов
— Мы можем констатировать только следующее: восьмой век...
А. Митрофанова
— До Рождества Христова.
В. Стрелов
— До Рождества Христова. Иеровоам Второй расширяет...
А. Митрофанова
— Царь.
В. Стрелов
— Действительно. Он расширяет границы Израильского государства. И он это делает в соответствии с пророчеством, которое было дано прежде Ионой. Это единственное свидетельство об Ионе, как историческом персонаже.
А. Пичугин
— А вот если отвлечься буквально на секунду. Я понимаю, что Ветхий Завет — это огромное количество книг, огромное количество исторических эпох, но много ли мы знаем о персонажах Ветхого Завета помимо Писания? Я понимаю, что это очень общий вопрос. Но есть какие-то конкретные известные сюжеты — Вавилонская башня, например. Есть конкретный сюжет — пророк царь Давид.
В. Стрелов
— Вот когда мы говорим, например, о Давиде и Соломоне, даже здесь находятся скептики, которые говорят, что половина того, что там описано, это просто литература, которая призвана поднять боевой дух израильтян. И вообще сомневаются, что царство Давида и Соломона представляло собой такую микроимперию, как она описана. И на русском языке есть книга, мне кажется, в интернете Финкельштайна, где он, на основании археологических раскопок, а точнее, их отсутствия, пытается доказать, что Библия не очень исторична в этом вопросе. Но, понимаете, когда мы говорим вообще о каких-то внешних источниках, тут нужно быть аккуратными. Почему? Потому что далеко не всё до нас дошло. Какие-то вещи... вот, например события Исхода не описаны в египетских источниках. Почему? А давайте возьмём нашу советскую историографию и посмотрим, что писалось относительно начала Великой Отечественной войны. Мы увидим совершенно разный подход к событиям, например, связанным с Украиной, и сколько людей там оказалось пленёнными в нашей советской историографии и в современной российской, например, историографии.
А. Пичугин
— Это наша недавняя история — полно ещё очевидцев.
В. Стрелов
— Да-да. Дело в том, что крепкие, могущественные государства не очень любят вспоминать о том, что они потерпели какие-то поражения. И поэтому неудивительно, если мы, например, об Исходе не найдём вот таких упоминаний в египетских источниках. С другой стороны, то, как описано покаяние в Ниневии, это какое-то событие очень большого масштаба.
А. Пичугин
— Вот вы сейчас сказали о покаянии в Ниневии. Может быть, чуть-чуть поподробнее об этом? Потому что далеко, наверное, не все слушатели знают об этом событии, о том, что произошло.
А. Митрофанова
— Центральное событие, во всяком случае во внешнем мире, которое описывается в книге пророка Ионы. Не знаю, что из этого более, не знаю... более главное, простите за этот каламбур: три дня и три ночи, которые он провёл внутри у Кита, или же всё-таки то покаяние, к которому он призывал людей, и они последовали за его словом. О ките мы чуть позже поговорим. А вот что касается этого покаяния, здесь, действительно, хочется разобраться — в чём суть? Почему пророка Иону отправили туда, почему он сопротивлялся? Ему Господь говорит: «Иди!» Он говорит: «Нет, я не пойду, потому что они покаются, ты их помилуешь, и я буду тогда выглядеть не очень хорошо в их глазах. Ну, авторитет упадёт — я же всё-таки человек, который призван пророчествовать! Они покаются — ничего не случится, Ты их помилуешь, Ты же Милостивый. И тогда мне, как пророку, несдобровать — репутация будет утрачена».
В. Стрелов
— Здесь не только это. Дело в том, что Ниневия — это столица Ассирии. Ассирия — это главный враг Израиля. И призывать к покаянию ниневитян для того, чтобы они избегли наказания, уже готового на них излиться от Господа, это действовать не в интересах своей собственной страны.
А. Митрофанова
— О, слушайте, как это актуально! То есть получается, что страна, которая считает себя народом Божьим, и как об этом Господь и говорит Сам, внезапно должна признать, что не только она будет спасена, но будут спасены, например, ещё и соседи, которые — злейший враг этой самой страны.
А. Пичугин
— Тут не просто спасена. Если перекладывать это на какие-то времена более нам близкие, это, скорее, что какое-то из государств, кроме нас, избранных, может быть тоже право в чём-то.
А. Митрофанова
— Например?
А. Пичугин
— Кстати, наверное, стоит сказать, что Ниневия находится на территории нынешнего Ирака.
В. Стрелов
— Да, и город, который там остался, практически ничего из себя сейчас не представляет.
А. Митрофанова
— Володь, расскажите, как всё было — что вам известно? Если можно говорить о том, что нам сейчас что-то об этом известно.
В. Стрелов
— Начнём мы с того, что личность пророка Ионы действительно относится к 9-8 веку до Рождества Христова. Но в тот момент Ниневия ещё не представляла из себя такого города, каковым он описан в нашей книге. И, по совокупности некоторых факторов, учёные приходят к выводу, что книга написана значительно позднее. Уже после того, как был завершён Вавилонский плен и народ Божий вернулся на свою территорию, перед ними — израильтянами, иудеями — встала задача: заново отстроить Иерусалимский храм. Рядом их окружали самаряне, которые не очень были рады тому, что Израиль вернулся на свою территорию. С самарянами отношения были весьма напряжёнными, с одной стороны. С другой стороны, некоторые израильтяне вступали в отношения с теми людьми, которые были переселены на эту территорию, и даже вступали с ними в брак. И тогда Ездра и Неемия...
А. Митрофанова
— Это кто? Поясните, пожалуйста.
В. Стрелов
— Это главные действующие персонажи как раз периода после Вавилонского пленения, те, кто руководили вот этим переселением — священник... И они выступили против. И даже влачили за волосы тех людей, которые вступали вот в такие смешанные браки. И в этот момент публикуется, можно сказать, становится известной книга Ионы, которая говорит совсем о другом — что те люди, которые живут рядом с нами, могут оказаться гораздо более человечными и внимательными к Слову Божьему, чем даже наши собственные пророки.
А. Митрофанова
— Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие» сегодня в программе «Светлый вечер» на радио «Вера». И сегодня, в день памяти пророка Ионы, парадоксального, загадочного во многом, мы говорим о том что это был за человек, и о каких событиях идёт речь в его книге в Ветхом Завете. Каждый может найти, прочитать этот источник и убедиться, что там парадокс на парадоксе. Вот со всеми этими парадоксами мы сейчас и разбираемся. Володь, вы удивительно глубокую тему сейчас подняли по поводу того, что народ, который считает себя единственно правым, внезапно выясняет, что рядом с ними могут жить другие народы, которых тоже любит Господь и которых Он тоже своей милостью не оставит. Как я понимаю, эта идея начинает встречать сопротивление в рядах богоизбранного народа. Так ли это было? Вы киваете...
В. Стрелов
— Да. И тут как раз и появляется и книга Ионы, и, кстати, книга Руфь, где рассказывается о том, что бабушка Давида была ни больше ни меньше как моавитянка, о которой сказано, что до десятого колена не могут войти в общество Господне. И вот эти вот две книги, точно также как и книга Иова, бросают вызов религиозным консерваторам, которые считают, что только мы знаем, как Бог действует в этом мире, только мы правы, только нас Бог будет поддерживать. Вдруг мы узнаём, что Иов, который живёт в земле Уц — мы не знаем, где эта земля, это тоже некоторое литературное место, — и вдруг Иов оказывается великим праведником, не будучи членом народа Божия. Руфь-моавитянка, которая является представителем необычайно враждебного народа для Израиля, оказывается бабушкой Давида. И Иона вдруг выясняет для себя, что Бог любит ниневитян не менее, чем людей его собственного народа.
А. Митрофанова
— Какая получается современная история! Написанная, ну, не в восьмом веке до Рождества Христова, когда жил пророк Иона, а чуть позже, но тем не менее...
А. Пичугин
— А чуть позже, кстати, когда?
В. Стрелов
— Это пятый, четвёртый, может быть, век.
А. Пичугин
— На чём они основывались, когда писали о событиях, которые произошли за несколько столетий до того?
А. Митрофанова
— И кто «они», собственно говоря? Знаем ли мы что-то об авторах?
В. Стрелов
— Когда мы говорим вообще о книгах Библии, в первую очередь мы должны иметь ввиду, что сначала эти истории бытовали в устной форме, а потом уже были записаны. Когда мы переходим к устному жанру, то понятие об авторстве оказывается весьма условным. Мы не знаем, кто был автором книги пророк Ионы. Человек в пятнадцатом веке, ещё не имеющий исторического сознания, наверное, сказал бы, что это был сам Иона, который описал то, что с ним произошло.
А. Пичугин
— Так я вам больше того скажу, я думаю, что и в 21-м веке многие так думают.
В. Стрелов
— Да.
А. Митрофанова
— Вот что значит — во всём нужно разбираться. И голову, опять же, включать. Это касается, наверное, не только книг, но и жизни прежде всего — в каждом своём действии, слове лучше всё-таки голову включать.
В. Стрелов
— Тут, конечно, возникает некоторая сложность. Дело в том, что на случай с пророком Ионой ссылается Сам Господь, говоря о том, что как Иона был во чреве китовом три дня и три ночи, также надлежит быть и Сыну Человеческому. И с другой, стороны, что Иона... да, царица Савская восстанет для того, чтобы осудить тот народ, который не поверил вести Господа. Точно также и Иона — ниневитяне покаялись от его проповеди, а вот от проповеди Господа народ не кается. И в этом смысле, у тех, кто настаивает на историчности книги Ионы, есть вот такой козырь. Поэтому я бы предпочёл даже не особо акцентировать внимание на то, насколько точно и исторично эта книга передаёт некоторые события, но какой богословский смысл она несёт, что она нам говорит, что Бог пытается нам сказать через вот этот случай с Ионой. А здесь буквально каждый стих будет говорящим в этой книге.
А. Митрофанова
— Давайте с этим попробуем разобраться. Прежде всего, у самого пророка Ионы внутренняя и очень глубокая драма происходит, когда он слышит о том, что ему нужно идти и проповедовать этому самому народу, который первый враг Израиля. И эта ломка внутренняя, психологическая борьба, если угодно, хотя такого понятия как психология, наверное, в то время ещё не существовало, она доводит его до того, что он уплывает, он пытается спасаться бегством от этой своей миссии. Он оказывается на корабле, там начинается буря. И вот ещё один парадокс, понимаете — на этом корабле разные совершенно люди, разных народов и вероисповеданий. И оказавшись в беде — как в окопах атеистов не бывает, точно так же и на корабле во время бури, наверное, не остаётся неверующих людей. Все начинают молиться, каждый своему богу — каждый кого знает, тому и молится. И только пророк Иона, у которого опыт личного общения с Господом Богом, в отличие от других корабельщиков, дремлет себе спокойно в трюме. А это, вообще, как? Это как возможно? Беда, скоро всех смоет, скоро все погибнут, а он себе просто спит.
В. Стрелов
— Когда вы говорили о парадоксальности этой книги, мне кажется, это один из таких моментов. Вообще, давайте вспомним, что говорит Священное Писание о Боге. Псалом 138 — невероятно красивый: «Куда пойду от духа Твоего и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо — Ты там, сойду ли в преисподнюю — и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря — и там рука Твоя поведёт меня и удержит меня десница Твоя». Иона, вопреки тому, что сказано здесь, пытается скрыться от лица Божия. Так, наверное, ребёнок может поступить, но не взрослый человек.
А. Митрофанова
— Тем более пророк.
В. Стрелов
— Он садится на корабль и плывёт в Фарсис. Для иудеев того времени это самая далёкая известная точка — где-то в районе Испании. И когда начинается буря, шторм... Причём, знатоки древнееврейского говорят о том, что здесь употреблены такие глаголы, которые показывают, что шторм разыгрался вокруг самого корабля, но не вообще на море.
А. Митрофанова
— То есть локальный такой шторм. Бермудский треугольник разверзся почему-то именно в этом месте.
В. Стрелов
— Да. И они совершенно точно должны были понять, что этот шторм необычный. И тут они действительно начинают молиться. Для политеистов-языч
А. Митрофанова
— А потом уже все вместе решат, что делать. Выясняется, что Иона — всему причиной.
В. Стрелов
— Интересно, как Иона характеризует себя: «Я еврей. Чту Господа Бога небес, сотворившего море и сушу». Для людей, вот для этих корабельщиков — финикийцев или кем бы они ни были — это должно было прозвучать как гром среди ясного неба. Дело в том, что в системе политеизма боги локальны: есть боги Египта, есть боги Ниневии, есть боги того же Фарсиса и так далее. Здесь говорится о Боге, Который сотворил всё абсолютно. То есть это некое верховное божество,сотвори
А. Митрофанова
— Жалко было его.
В. Стрелов
— Да, в них вот эта мера человечности присутствует. Мы сейчас говорим о литературе дохристианской.
А. Пичугин
— Даже в христианской, даже в сказке про Садко всё было по-другому. Хотя, наверное, корнями она уходит как раз туда.
В. Стрелов
— Вполне возможно. Ну, может быть аргонавты здесь ещё повлияли как-то, но...
А. Митрофанова
— Если даже Евангелие взять — сколько там эпизодов, когда фарисеи приводят, например, блудницу ко Христу и говорят, что она виновата, её надо побить камнями. То есть довольно жёсткий разбор полётов-то в то время был. Причём это времена гораздо более поздние, то есть, по идее, гораздо более человечные. И место действия — та самая земля, которая дана богоизбранному народу. А здесь, опять же, язычники. Вот это тоже такой момент, он прямо цепляет, когда читаешь. Простите за это слово, но это действительно так. Драматургия, которая достойна, не знаю, какого-то глубокого осмысления: что там происходит на этом корабле. Есть пророк, который спит во время бури — остальные молятся, а он спит. И когда он говорит, что давайте бросайте меня в море, потому что я всему виной, люди говорят: «Ты знаешь, а давай попробуем тебя спасти».
В. Стрелов
— Да. И когда у них ничего не получается, они воззвали к Господу и сказали: «Молим Тебя, Господи!» — здесь меняется даже имя. Если раньше они обращались к нему просто как к одному из богов, здесь они обращаются к Нему по имени, как Ягве, то есть они стали верующими в каком-то смысле. Пусть они не совершили обрезание, не прошли то, что требуется для порядочного прозелита, но для них теперь это Бог, к Которому они могут обращаться: «Да не погибнем за душу человека сего, и да не вменишь нам кровь невинную, ибо Ты, Господи, соделал, что угодно Тебе», — взяли Иону и бросили его в море, и утихло море от ярости своей. И устрашились эти люди Господа великим страхом, и принесли Господу жертву, и дали обет. То есть они к Нему отнеслись уже как к своему Богу, которому они приносят жертву — главный язык, на котором древний человек говорит с Богом. И они дают обет, что когда они вернутся на сушу, то они что-то сделают, чтобы ещё почтить память Бога.
А. Пичугин
— Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие» сегодня в программе «Светлый вечер» на светлом радио. Алла Митрофанова, я — Алексей Пичугин. И через минуту мы в эту студию вернёмся.
А. Митрофанова
— Ещё раз добрый «Светлый вечер», дорогие слушатели! Алексей Пичугин, я — Алла Митрофанова. Напомню, что в гостях у нас сегодня Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие». В день памяти пророка Ионы мы говорим о том, сколько парадоксов в книге, которая ему посвящена. В корпусе ветхозаветных текстов есть и этот текст. И он потрясающе интересный, там невероятная драматургия. И при этом такие смыслы, которые сегодня оказываются актуальны как никогда. Внезапно совершенно пророка из Израильской земли, от израильского народа посылают в ту землю и к тем людям, которые являются первыми врагами Израиля, которые, по мнению израильтян, будут гореть где-то в геенне огненной, наверное. И выясняется, что этих людей точно также любит Господь, как и свой богоизбранный израильский народ, и что Он к ним точно также относится с какой-то своей заботой, как Отец, и о них беспокоится; и что, главное, эти люди оказываются способны слышать Бога, и что они, на самом деле, какие-то... Просто космическая история — космическая история про то, что не всегда один человек, который считает, что он истина в последней инстанции, или народ, который считает, что он истина в последней инстанции, имеет право судить другие народы и знать, кому что на роду написано. Господь знает, а мы с вами давайте лучше помолчим и не будем навешивать ярлыки на соседей и на тех людей, которые кажутся нам порой даже и воплощением зла. Володь, знаете, сейчас хотелось бы обратить внимание на другой эпизод, который тоже парадоксально очень и неправдоподобно звучит, по поводу того, что Иона три дня и три ночи провёл внутри большой рыбы, очевидно кита. Он его заглотил, а потом отпустил на волю, причём на сушу — он его ещё до берега подбросил, что называется. К этому как относиться?
В. Стрелов
— Во-первых, что это кит — это, скорее, перевод.
А. Митрофанова
— Также как и тыква.
В. Стрелов
— Да. В еврейском там «большая рыба». В 19 и 20 веке находили моряков, которые были проглочены... находились в пасти одного из китов в течение 13, мне кажется, часов или даже больше суток.
А. Пичугин
— Выживали?
В. Стрелов
— Теряли зрение и достаточно быстро умирали, но выживали. То есть история не совсем уже неправдоподобная
А. Пичугин
— А потом, три дня и три ночи это тоже может быть аллегория для того, чтобы тут провести параллели со Спасителем, Который спустился во ад. Хотя тут тоже не совпадает. Нет?
В. Стрелов
— Я не думаю, что автор книги Ионы как-то вот об этом специально думал...
А. Пичугин
— Ну, автор-то, конечно, нет. А в подлинники там именно три дня и три ночи?
В. Стрелов
— Ну да. Здесь, наверное, точно также как с книгой Товита...
А. Митрофанова
— Ой, какая чудесная книга — про собачку там есть эпизод! Простите, пожалуйста!
В. Стрелов
— Да. Там есть и про собачку, и там тоже есть рыба. Помните, рыба сначала чуть не съела Товию, а потом ангел помог Товии эту рыбу вытащить. Они её разделали, съели полностью — вот если представить... Это всё построено на таком юморе. И здесь тоже — читатели, которые открывают для себя книгу Ионы, если они относятся к этому не как к чему-то такому невероятно такому высокому и над чем и улыбнуться нельзя, если они способны по-человечески отнестись к этой книге, они, естественно, будут улыбаться над тем, что только Иону выбросили за борт, и тут нашлась рыба, которая его проглотила, а потом и доставила его ещё туда, куда ему было необходимо. Здесь совершенно замечательный псалом, который Иона изрекает во время своего пребывания во чреве рыбы. Этот псалом показывает, что Иона действительно пророк — невероятной высоты... дальше он всё равно не будет жить на том уровне, на котором ему сейчас вот это вот открылось.
А. Митрофанова
— Ой, как это по-человечески понятно! В тот момент, когда наступает какой-то серьёзный кризис или жареный петух клюёт в голову, мы все внезапно становимся людьми очень чуткими и допускающими присутствия Бога в своей жизни. А потом, когда этот пик ненастья остаётся позади, то как-то возобновляется нормальная жизнь, средняя температура по больнице, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
В. Стрелов
— Когда мы попадаем в трудные ситуации, зачастую мы начинаем вопить к небу: «За что это мне?» У Ионы всё-таки, в отличие от среднестатистиче
А. Митрофанова
— А прочтите, что он там говорит!
В. Стрелов
— Он говорит: «Я к Господу возвал в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой. Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною. И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святой храм Твой», — вот у него есть надежда на то, что он увидит Господа ещё, что он будет в месте Его присутствия. «До основания гор я нисшел, земля своими запорами навек заградила меня; но Ты, Господи Боже мой, изведёшь душу мою из ада.Когда изнемогла во мне душа моя, я вспомнил о Господе, и молитва моя дошла до Тебя, до храма святаго Твоего.Чтущие суетных и ложных богов оставили Милосердаго своего, а я гласом хвалы принесу Тебе жертву; что обещал, исполню: у Господа спасение!» Здесь, во-первых, Иона говорит, что для него... он действительно пророк этого нового пророческого времени. Люди, которые жили ещё старыми представлениями, им казалось, что жертва — это тот язык, на котором можно говорить с Господом. Но Господь в псалмах говорит: «А ем ли я мясо козлов и пью ли кровь волов? Нет, мне это всё не нужно — это всё мои звери. А ты принеси мне жертву хвалы». И вот Иона говорит, что, Господи, вот дай мне только выжить, и я буду Тебя славить, я буду... в английском катехизисе есть интересный вопрос: а для чего, вообще, создан человек? Исключительно ради того, чтобы Бога славить. Но это уже после реформ, которые произошли в англиканской Церкви — это 16-й, наверное, век, что-то такое. А здесь Иона это нам показывает за много веков до Рождества Христова — ради чего должен жить человек: чтобы хвалить Господа и чтобы быть светом для язычников. Израиль часто забывал о своём призвании. Мы, как православные христиане, можем сказать: «Хорошо, книга Ионы нам говорит: будем держать язык за зубами относительно участи всех этих окружающих народов. Но мы с ними общаться не будем — не дай Бог чему-нибудь плохому научимся». Книга Ионы говорит о другом — что, если ты действительно имеешь откровение от Бога, ты должен этим делиться. И Иона идёт для того, чтобы быть этим светом для язычников. Правда, свет его заключается, пока, в том, что он должен сказать, что Господь сильно гневается — злодеяния этого города дошли до очей...
А. Пичугин
— А почему жители города должны его послушать и, более того, согласиться с ним?
В. Стрелов
— Знаете, для древнего мира это не такая уж редкость. Мы видим пророков, которые, например, принадлежат к Иудейскому царству, а ходят в соседнее Израильское царство, чтобы там проповедовать. Их не очень любят за это, но тем не менее народ их слушает, к ним прислушивается.
А. Пичугин
— А в чём, кстати, неправедность Ниневии?
В. Стрелов
— В самой книге это особенно не описывается, но мы знаем, что это был, действительно, достаточно кровожадный народ, который, как о нём написано, разрушит стены и будет крюками тащить — вот из этих стен и женщин уведут в плен, и детей, и юношей, и скот тоже. Это народ-завоевател
А. Пичугин
— Потому что эта история не столь хорошо известна, как, например, история Содома и Гоморры, которые уже стали нарицательными. И там все стараются домыслить — что же там было в Содоме и Гоморре такого, что их пришлось уничтожить.
А. Митрофанова
— Даже термин такой есть. Не будем сейчас его называть!
А. Пичугин
— Но тут речь идёт о Ниневии, о который мы знаем гораздо меньше. А люди, которые не интересуются историей, археологией, которые не интересуются библеистикой, наверное, про Ниневию ничего и не слышали никогда.
В. Стрелов
— А может быть, это и хорошо, что не говорится, какой именно грех. Потому что у каждого из нас есть какие-то свои моменты в жизни, за которые нам может быть стыдно. И мы можем поставить себя на место этих ниневитян.
А. Митрофанова
— Кстати, да. Это же модель поведения, архетип определённый. И образ покаяния, который там следует. Кстати, интересно, что там не только люди, но и животные были...
В. Стрелов
— Но это улыбка, конечно, потому что животные 40 дней и 40 ночей ничего не едят — в это достаточно сложно поверить.
А. Пичугин
— Кстати, тут символично, может быть, то, что несколько лет назад боевики Исламского государства, которое у нас запрещено, как известно, в России, уничтожили остатки города Ниневия.
А. Митрофанова
— Печальная судьба, печальная весьма. Но на тот момент эта история, которая, действительно, звучит очень назидательно, она потрясает своей какой-то глубиной, неординарностью и нелинейными подходами Господа Бога по отношению к людям. Вы, Володь, вспомнили про английский катехизис, а я параллельно с этим вспомнила стихотворение Гёте, которое не знаю, как точно перевести на русский язык: «Откуда мы явились? Из любви. Без чего бы мы пропали? Без любви», — и так далее. То есть получается, что любовь — причина всего. То есть для чего на этом свете появился человек, из чего он родился? У Бога не было причины человека создавать, у Него единственное что — это любовь. Он, в общем-то, Самодостаточный и без нас может совершенно спокойно прожить. Мы родились из любви. Точно также не только израильтяне, но и ниневитяне, получается, родились из любви. И русские, и американцы, и украинцы, и иранцы, и иракцы — и вообще все на свете. И Сирия, и Афганистан, и все эти страны — всё родилось из любви.
В. Стрелов
— Господь Сам про Себя так говорит, если мы откроем 4-ю главу, второй стих — молитву Ионы, он молится и говорит: «О, Господи! Не это ли говорил я, когда ещё был в стране моей? — Что ты не будешь уничтожать этот народ. — Потому я и побежал в Фарсис, ибо знал, что Ты Бог благий и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и сожалеешь о бедствии». Вот эти слова, которые очень напоминают нам то, что Бог провозгласил ещё в книге Исход о Себе — когда Он идёт перед Моисеем и... Возгласил: «Господь, Господь Бог человеколюбивый, милосердный, долготерпеливый и многомилостивый, и истинный». Вот эти слова повторяются и здесь. И это, опять же, нас побуждает посмотреть на то, как мы смотрим иногда на Бога: хотим ли мы, чтобы Он был Судиёй карающим по отношению к тем людям, которые нам не нравятся, и спрашиваем: «Ну, Господи, почему же Ты не вмешиваешься?». Или мы всё-таки готовы допустить, что Бог Такой, как сказано об этом здесь — что Он благой и милосердный? В отношении самих себя нам, наверное, хотелось бы, чтобы это было так.
А. Митрофанова
— Конечно, а в отношении соседей — это пусть будет такой бич карающей, они же заслужили великую кару. Но не всё так линейно.
В. Стрелов
— Вот и у Ионы так и получается: Бог отменяет наказание, голворит об этом Ионе, но Иона устраивается для того, чтобы посмотреть, как же Господь всё-таки эту Ниневию разрушит.
А. Митрофанова
— Устраивается, в смысле на высоте горы, и строит там себе палатку, чтобы полюбоваться, что же будет дальше.
А. Пичугин
— Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие» сегодня в программе «Светлый вечер» на светлом радио. У нас последняя часть программы, и хотелось бы ещё поговорить о почитании пророка Ионы не только у христиан, но и ещё, например, и у мусульман. И вообще о том, что многие персонажи Ветхого Завета — мы с вами уже об этом как-то говорили, довольно давно, правда, — почитаются не только у христиан, иудеев, но также у мусульман и вообще в очень разном, в религиозном отношении, мире.
В. Стрелов
— В иудейском традиционном предании считается, что Иона был одним из сынов пророческих, которые находились рядом с Елисеем и Ильёй.
А. Митрофанова
— Это ещё два великих пророка, которые упомянуты в Ветхом Завете.
В. Стрелов
— Да-да-да! И таким образом традиционное иудейское предание относит Иону к одному из самых древних пророков, и действительно его почитают. В исламском мире я, к сожалению, не знаю, как к нему относятся.
А. Пичугин
— Опять же, возвращаясь к Исламскому государству, запрещённому на территории России, в июне 2015 года боевики взорвали здание мечети пророка Юнуса (Ионы) как раз в городе Мосул, который находится недалеко от Ниневии той же самой. Соответственно, Ислам тоже почитает его как одного из пророков.
А. Митрофанова
— Удивительно это, конечно, а за что сегодня, как вы считаете, Володь, нужно прежде всего пророка Иону почитать? Про что его история всё-таки, если подводить какие-то итоги? И что это сегодня, в 21 веке для нас, какое это имеет сегодня звучание?
В. Стрелов
— Мне кажется, в первую очередь для нас это замечательная иллюстрация каков Бог. Чем заканчивается книга? «Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более 120 тысяч человек, не умеющих отличить правой руки от левой?» А это кто такие?
А. Митрофанова
— Не знаю.
А. Пичугин
— Все, наверное.
А. Митрофанова
— Наверное, действительно мы все.
В. Стрелов
— Это дети, которые ещё не знают, где у них право, а где лево, и скот.
А. Митрофанова
— Вы знаете, я думаю, что Лёша абсолютно прав. Это, во многих ситуациях, все мы. Не только когда женщина за рулём и не может право-лево отличить, но и когда вообще в принципе в жизни случается что-то такое, про что спустя много лет размышляешь и понимаешь, что это же было очевидно — в этой ситуации нужно было поступить так-то и так-то. Но в тот момент, когда это всё происходит, либо эмоции захлёстывают, либо какое-то иное состояние — у кого-то злость, у кого-то отчаяние, у кого-то что-то ещё. И в итоге бывает так, что мы не видим выхода из простой ситуации, выхода очевидного, выхода, который можно было бы найти, если бы в этот момент понять, что мы в этом мире не одни, что есть мы и ещё плюс Один. И вот этот самый «плюс Один», как я люблю говорить, простите за это выражение, но это ощущение присутствия Бога.
В. Стрелов
— Да, здесь можно помолчать, наверное.
А. Митрофанова
— Давайте вернёмся тогда к пророку Ионе. Мы начали разговор с тыквы, которая выросла у него на той самой горе, где он устроился, чтобы посмотреть на то, как будет уничтожена Ниневия. И выросло у него там это прекрасное дерево, фактически за ночь. Мы к этому тоже как аллегории ведь относимся, или как, или что? За ночь выросло дерево, которое способно укрыть его от зноя, сберечь его голову.
В. Стрелов
— Это ещё один момент, который специально, видимо, автор вводит в сюжет для того, чтобы подчеркнуть — это некоторый рассказ такой назидательный. Потому что если бы хотели написать конкретное историческое повествование, говорили бы о том, что Иона сидел долго, это бы дерево росло, и потом что-то с ним бы случилось. Мне кажется, опять же, здесь вопрос не в дереве как в таковом, а в том, как Господь действует по отношению к Ионе. Он не начинает его сразу обличать, Он показывает ему — вот дерево, которое выросло, ты над ним не трудился, но когда оно засохло, ты огорчился. Сделай выводы относительно людей, которые для Меня гораздо более дороги, чем вот это вот дерево. Господь не пытается Иону построить каким-то образом, хотя имеет полное на это право — Иона Его не слушается, Иона действует по своей воле. Но Господу важно, чтобы Иона сам что-то для себя осознал. Даже нам иногда могут не нравиться, которые являются такими религиозными фанатиками. Но вот эта книга говорит, что Бог и их тоже любит. И любит не меньше тех людей, которые считают себя толерантными, человеколюбивыми и так далее.
А. Митрофанова
— А ещё он атеистов, наверное, тоже любит.
А. Пичугин
— Да всех.
В. Стрелов
— Я думаю, что всех.
А. Митрофанова
— Вообще всех, в не зависимости от религиозной принадлежности.
А. Пичугин
— И, наверное, это никоим образом не влияет на спасение человека. Правда, тут могут возразить: а как же так, зачем тогда быть христианином, а паче того, православным христианином для спасения?
В. Стрелов
— Всё-таки есть разница — поступаешь ты по-Божьи или ты поступаешь вопреки Его заповедям и Его воле в этом мире. И специально для того, чтобы вернуть народ ниневийский на путь праведности, Иона-то и послан. То есть Господу не всё равно, как мы живём. Есть вещи, которые нельзя допускать в своей жизни. Но, как владыка Антоний в своей беседе о христианстве говорит, вспоминая отца Георгия Шумкина: «Когда мы совершали что-то хорошее, его любовь к нам была ликующей. Когда мы делали что-то плохое, он переживал вместе с нами, для него это была боль и трагедия». Вот тоже самое Господь, видимо, испытывает, глядя на человечество в целом. И история с Ионой — это прсото очередное подтверждение того, что Господь больше наших представлений.
А. Митрофанова
— Знаете, опять же, эта история с покаянием ниневитян, она наводит на мысль — у них ведь был выбор: они могли послушать пророка Иону, могли не послушать. И тот и другой варианты были равно возможны. И, что называется, нет никакой первоначальной предначертанност
В. Стрелов
— Боюсь, что разговор о Содоме и Гоморре нас немножко выведет за рамки просто передачи. Хочу напомнить, что там разговор шёл хотя бы о 10 праведниках. И когда их не нашлось, вот этот небольшой город Содом оказался разрушенным. Ниневия тоже, в конце концов, исчезла с лица земли, и такова участь большинства империй. Весь вопрос — остаёмся ли мы людьми, как мы относимся к тем, кто находится рядом с нами: мы будем протестовать против того, что наши родные вступают с ними в браки, как это делал, например, Ездра и Неемия; мы будем подозрительно относиться к людям, которые немножко от нас отличается, как это было с самарянами; или мы всё-таки будем смотреть на это с другой точки зрения — что если нам что-то дано, то не для того, чтобы мы возвышались, а для того, чтобы мы этим делились.
А. Пичугин
— Ну что ж, спасибо. Осталось, наверное, только напомнить уже что-то такое совсем биографическое о пророке Ионе. Неизвестно, где он умер — есть две версии: о том, что он, после проповеди в Ниневии, остался там жить, и похоронен там же, его могила была уничтожена как раз год назад; а вторая версия, что он возвратился к себе, и там тоже есть его могила почитаемая.
В. Стрелов
— Должно же было исполниться пророчество о том, что «я опять увижу святой храм Твой». В иудейской традиции считается, что Иона, конечно, возвратился и рассказал об этом тем людям, которые его окружали. Так и появилась эта книга.
А. Митрофанова
— Скажите, ошибаюсь я, или действительно имел место эпизод, когда жители Ниневии пришли к пророку Ионе, стали его благодарить за то, что он их призвал к покаянию?
В. Стрелов
— Это, скорее, в мультфильме «Библия в анимации. Ветхий Завет».
А. Митрофанова
— (Смеётся). Хорошо, спасибо за это пояснение!
А. Пичугин
— Владимир Стрелов — ректор Библейского колледжа «Наследие» был гостем программы «Светлый вечер». Алла Митрофанова —
А. Митрофанова
— Алексей Пичугин.
А. Пичугин
— Будьте здоровы!
А. Митрофанова
— До свидания!
В. Стрелов
— До свидания!
Помогать фонду «Время детства»

Московский фонд «Время детства» помогает детям с онкозаболеваниями и их семьям. Появился он благодаря инициативе нескольких волонтёров. Кто-то из них сам перенёс рак, а кто-то ухаживал за тяжелобольными близкими. Пройдя сложный путь, они решили вместе помогать тем, кто оказался в похожих ситуациях. Фонд «Время детства» организует сборы на срочные нужды, предоставляет семьям жильё на время лечения в Москве, проводит для онкобольных детей праздники и мастер-классы в больнице.
Уже 4 года проект растёт и развивается и ему важна поддержка неравнодушных людей. Помогать можно как финансово, так и своими талантами и навыками. Например, программист Екатерина Белова, обновила устаревший сайт фонда, сделала его современным и удобным. Эту трудоёмкую и дорогостоящую работу девушка выполнила бесплатно. Кате важно помогать другим. «Мир надо менять к лучшему. И каждый может внести в это свой вклад», — считает она.
Сайт — необходимый инструмент для работы благотворительной организации. Там размещаются сборы, отчёты, фотографии и новости. Без него комплексно и слажено помогать людям крайне сложно.
Благодаря талантливому и доброму программисту Екатерине сотрудники фонда «Время детства» могут продолжать свою важную миссию — поддерживать семьи с онкобольными детьми.
Вы тоже можете помогать фонду и его подопечным своими умениями, талантами и не только. Чтобы узнать об этом больше, свяжитесь с сотрудниками проекта. Их контакты есть на сайте фонда.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Поэма «Мертвые души». Протоиерей Павел Карташев

У нас в студии был настоятель Преображенского храма села Большие Вязёмы Одинцовского района протоиерей Павел Карташёв.
Разговор шел о духовных смыслах произведения Николая Васильевича Гоголя «Мертвые души», что открывается при внимательном чтении и почему в поэме почти нет положительных героев.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных жизни и творчеству Н.В. Гоголя.
Первая программа с директором Московского дома Гоголя Верой Викуловой была посвящена жизни знаменитого писателя и основным этапам его творчества.
Вторая программа с писателем, публицистом Алексеем Бархатовым была посвящена духовным поискам Гоголя.
Третья программа с протоиереем Павлом Карташевым была посвящена духовным смыслам повести «Шинель».
Ведущая: Алла Митрофанова
Все выпуски программы Светлый вечер
«Вера и дело». Антон Кузьмин

В гостях у Радио ВЕРА успешный предприниматель Антон Кузьмин — учредитель и генеральный диркетор компании «БС Груп».
Его история — это пример того, как вера и семейные ценности формируют отношение к делу и вдохновляют на помощь другим.
Путь в бизнесе Антон начинал с участия в проектах для военных городков, но вскоре он понял, что хочет строить не только здания, но и помогать создавать общие ценности.
Одним из ярких моментов стало строительство обыденного храма в Кемерово за сутки. Этот проект объединил не только профессионалов, но и простых прохожих, которые, увидев стройку, захотели присоединиться. Такой опыт показал, как важны инициатива, участие каждого и вера в общее дело.
Антон активно участвует в социальных проектах: от возведения храмов до создания культурных и спортивных центров в небольших городах. Для него это не просто работа, а способ делиться энергией и вдохновлять людей вокруг.
Семья и вера остаются главной мотивацией Антона, наполняя его силами для новых свершений и благих начинаний.
Этот выпуск цикла «Вера и дело» — о том, как предпринимательский успех может стать платформой для добрых дел и объединять людей через искреннее желание служить.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
М.Сушенцова
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА.
У микрофона — Мария Сушенцова.
И сегодня мы продолжаем цикл бесед «Вера и Дело», в рамках которых мы разговариваем с предпринимателями о христианских смыслах экономики.
Сегодня наш гость — Антон Кузьмин, учредитель и генеральный директор компании «БС ГРУП», российский поставщик светодиодных решений.
Добрый вечер, Антон!
А.Кузьмин
— Добрый вечер!
М.Сушенцова
— Антон, у вас очень богатая, как мне показалось, биография. Вы жили в разных точках не только нашей страны, но и Земного шара, и мне стало интересно узнать, чем Вы увлекались в детстве, кем Вы хотели стать?
Особенно меня тронуло, что детство Вы, в основном, провели на севере... и... знаете... у меня, может быть, есть несколько наивное такое представление о том, что люди с севера — они имеют очень, такой, крепкий, закалённый характер, и, вообще, много в жизни понимают уже с детства... Вот, поделитесь, пожалуйста, Вашими истоками!
А.Кузьмин
— Да. Ну, я родился в семье военных, и, поэтому, в силу, так сказать, службы родителей, приходилось очень много менять места жительства.
Пожили мы на Дальнем Востоке, и... вот... после, соответственно, Афганистана, когда отца отправили... мы уже попали в Карелию... это, как раз, к вопросу севера. Вся родня, на самом деле, она — Архангельская, Вологодская область. И, поэтому, наверное, север является для нас не просто родной точкой, а таким местом... так скажем... родовым. Вот.
И... почему получилось, что я родился на Дальнем Востоке, но, всё равно, родители, когда уже начали увольняться с армии, приняли решение вернуться ближе... так сказать, на родину.
Да, люди севера — это, действительно, люди... тяжёлого характера, очень стойкие, очень упёртые — это 100%. Другой момент — ещё, наверное, надо сказать, что вся родня, которая, вот... она... там... по папиной и по маминой линии — это люди достаточно тяжёлой судьбы. Потому, что... как это правильно сказать... лесозаготовки... вот, это... лесники... то есть, это всегда было — испытание.
Если говорить про меня, конкретно, то... так получилось, соответственно, что родился на Дальнем Востоке. Это не совсем север, но... родился на границе в Китаем. И то детство, которое было — это... опять же... там...температура летом +40, зимой −40... но... всё равно, переносится это по-другому. Потому, что не такая влажность... ну, Дальний Восток — он, в этом плане, уникален. Как-то так...
М.Сушенцова
— Здорово! А, расскажите, с чего начинался Ваш путь в строительстве? Почему Вы пришли именно в эту сферу, выбрали её, в качестве основной... ну, не само, конечно, строительство — в итоге, Вы занимаетесь решениями, связанными со строительством...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... но... тем не менее... если говорить крупными мазками...
И, может быть, поделитесь с нами — вот, на Вашем этом пути, наверняка, были какие-то сложные развилки, сложные точки выбора, как в пути любого бизнесмена...
А.Кузьмин
— Ну... Вы знаете, как говорят — у нас каждый человек, который делал хоть какой-то ремонт, строил дачу, он уже является строителем. Поэтому, наверное, именно погружение в эту профессию было именно таким.
Ну, получилось так, что... где-то, наверное, в 1993-94 году, мой папа — он начал работать с Петрозаводским деревообрабатывающим комбинатом. И это, наверное, был первый опыт, такой... как бы... связанный, действительно, к стройке. Там производились деревянные окна, двери, погонаж... и данную продукцию мы поставляли по всей территории Центральной части России.
Ну... отсюда и пошло, как бы... поездки, погружение в стройку, значит... и, самое забавное, что у нас всегда все эти проекты — они были социальные. То есть, мы работали по программе переселения из районов, приравненных к районам Крайнего Севера, в Центральную часть России. То есть, это — закрытые военные городки, которые... соответственно... по достижении там людьми определённого возраста — проживших, проработавших, прослуживших... да... то есть, они от государства получали возможность получить бесплатно жильё в Центральной части России. И мы переселяли эти семьи.
Вторая история у нас была... ну, на самом деле, с этого началось — это Калининград наш любимый. Отсюда... потом мы поговорим про Фёдора Фёдоровича Ушакова...
М.Сушенцова
— Да-да-да...
А.Кузьмин
— Тоже мы строили жильё для военных... соответственно... и переселяли военных. И, вот, как-то эта вся социальная история со стройкой — она всегда увязывалась.
Ну, и, где-то, наверное... в 2011 году, получается... да... мы праздновали юбилей отца. Приехал его один афганский друг — Андрей Александрович, — спасибо ему огромное за это, и он мне сказал: «Слушай... надо заниматься светодиодным освещением. Это сейчас — новый тренд, за этим — будущее», — и я погрузился... так сказать... именно, в поставки светодиодного освещения, в последствии это стало уже и производство, разработки... то есть, на текущий момент, мы выполнили гигантское количество проектов. У нас очень много проектов со Сбербанком... Красная Поляна...
М.Сушенцова
— Да, да... которой все теперь любуются...
А.Кузьмин
— ... подготовка к Олимпийским играм... вот... и горный кластер, соответственно... всё светодиодное освещение выполнили там мы, причём это было в такие кратчайшие сроки — мы сделали это за три месяца перед Олимпийскими играми, практически, жили на стройке. Вот... такой... очень интересный опыт, который настраивает потом на очень хороший трудовой лад.
М.Сушенцова
— Да, интересно у Вас, действительно, получилось. То есть, у Вас была такая точка бифуркации в Вашей карьере, когда темпы выросли... там... в сотни раз? Темпы, объёмы... то есть, получилось, что, такой, личный фактор сыграл роль — Вы познакомились с человеком, который Вас направил в ту самую сферу...
А.Кузьмин
— Ну, не то, что познакомился... это, можно сказать, человек, который воспитывал даже в какое-то время... да. То есть, очень важно в жизни иметь таких наставников — как мой папа любит говорить, «учителей» — и прислушиваться, опять же, к тому, что тебе говорят. Потому, что, поверьте, очень много возможностей, которые нам даются, мы их сами упускаем — из-за того, что мы не пытаемся услышать то, что нам говорят, те советы, которые нам дают.
И, вот, здесь было крайне важно... Я, реально, помню этот момент, как... вот... что-то как-то на меня подействовало. А когда я ещё и стал погружаться в производство светодиодного освещения... то есть... я понял, насколько эта вещь... ну, она светлая, понимает? У нас даже был слоган компании: «Свет несу!»
М.Сушенцова
— Да, это удивительно рифмуется и с названием нашего радио — Радио ВЕРА ещё по-другому называют часто «Светлое радио» — и с названием нашей программы... общим названием... «Светлый вечер». И так символично, да, что Вы сегодня у нас в гостях, и тоже занимаетесь светом — пусть и в... таком... физическом измерении этого тварного мира, но — тем не менее...
А.Кузьмин
— Да...
М.Сушенцова
— Нести свет можно и так — потому, что даже и такой свет очень дорогого стоит и очень важен. Особенно, в нашей стране, расположенной в северных широтах, где у нас такие долгие зимы...
А.Кузьмин
— Да, да...
М.Сушенцова
— Этот свет электрический, порой, действительно, воздействует особым образом — добавляет оптимизма.
Расскажите, пожалуйста... а, вот... просто, интересно — это такая... на мой взгляд, обывателя в этой технической сфере... кажется, что это очень прогрессивная, в целом, отрасль... высокотехнологичная, да? Потому, что там своя, наверное, существует гонка технологий, и, наверняка, наши китайские партнёры там очень серьёзную нам составляют конкуренцию, если не... вообще... вытесняют нас...
Вот, можете, в паре слов, охарактеризовать Ваше производство? Вы работаете, всё-таки, с какими-то иностранными... может быть, китайскими... ещё какими-то... комплектующими, и дальше из них собираете, или у Вас, прямо, производство полностью российское?
А.Кузьмин
— Ну, смотрите... то есть, базируемся мы на базе холдинга «Инкотекс» — это известное предприятие ещё с советского времени, и большинство людей его знают по кассовым аппаратам и счётчикам электроэнергии «Меркурий». Можно сказать, как побочное производство — это светодиодное освещение, измерительное оборудование, это светодиодные мультимедийные экраны — вот, то, что вы видите по Москве... да, и, в принципе, по России. Каждое табло аэропорта, РЖД, вокзалов — вы взаимодействуете с нашей продукцией.
По поводу качества... вы знаете... тут очень интересный момент. Большой плюс, опять же, в том, что у нас действуют старые СНИПы, ГОСТы, по которым та продукция, которая производится здесь, она более качественная.
Почему говорю «более»? Потому, что это, всё равно, понятие относительное. У нас... бытовой потребитель — он смотрит на лампочку «яркая», «не яркая». А если мы возьмём, там, измерительные приборы и померяем, мы, действительно, поймём — ярко это или нет.
Другой момент в том, что... вот, то, что Вы сказали по поводу китайских товарищей, партнёров... ну, к сожалению, да — сегодня в России микроэлектроника не на том уровне, чтобы использовать все свои компоненты, и, поэтому... там... те же платы... это химически вредное производство. Ну... в России этого крайне мало. Конечно, есть заводы, которые это делают, но не для этой отрасли.
Значит... большинство компонентов идёт с Китая, но здесь полностью делается, так называемый, SMD-монтаж. Это... такие... большие линии, похожие на бесконечные принтеры, куда загружаются все компоненты, и на плате это всё дело паяется, и... собственно говоря... собирается там изделие.
Вот, поэтому, большинство заводов, которые освещение производят в России, работают по такому принципу. Есть маленькие предприятия, которые покупают готовые компоненты и просто собирают это всё в некую форму.
Хочу сказать... хороший такой, на самом деле, для меня, элемент гордости за наше производство. В 2015 году, когда произошёл после Олимпиады этот сумасшедший скачок доллара и евро, наша продукция — она стала более интересна на заграничном рынке. И у меня был опыт — мы сделали пять школ в Германии. Причём, в центральной части.
М.Сушенцова
— Ничего себе...
А.Кузьмин
— Да... и конкурентами были в этой всей среде компании с очень большими именами. То есть, помимо цены, к тому, что мы участвовали там в тендере, ещё важны были технические характеристики. И, собственно говоря, мы прошли там — набрали 5 из 5 баллов. И, я вам скажу, что до сих пор этот свет работает — то есть, 15-й год... уже... посчитайте... почти 10 лет... и никаких проблем нету.
Но основным моментом было... как бы, решающим моментом было другое. Ном дали тестовые комнаты — примерно, как, вот, студия... наверное, метров двадцать — там висело 4 светильника и датчик движения. То есть, вы входите, и, по датчику, светильники включаются.
Приходит комиссия, соответственно, входит в нашу первую эту комнату — светильники включаются, и включаются так — один светильник раньше, а три — с задержкой... там... 2 секунды.
И говорят: «Ну, это, вот, как-то, неправильно... плохо...» — идут к следующим. У следующих конкурентов — такая же история. Идут ещё... там... ко всем претендентам — у всех одинаковая история.
Я говорю: «А вы объясните, в чём проблема?» Они говорят: «Надо, чтобы они одновременно включались». Я говорю: «Ну, дайте лестницу — я сейчас залезу, да и сделаю». «Да, ладно... сделаешь?» Я говорю: «Конечно, сделаю!»
Дают мне лестницу, дают электрика... соответственно... пять минут — я там всё перекоммутирую, зову комиссию. Они входит — всё работает. И говорят: «Слушайте... как?» Я говорю: «Да... как-то... ноу-хау! Надо знать!»
На самом деле, задача была очень простая. Потому, что... любой бизнес надо начинать с того, что ты должен погружаться, и сам делать это всё руками. Я сам... на определённом этапе... соответственно... разбирал эти светильники, собирал... монтировал... то есть, я понимал, в чём логика. Вся проблема был в том, что длина проводов была разная, а физику никто не отменял.
И, когда они увидели всё эту историю, они, прям, оценили. И, вот, так мы выиграли этот тендер.
М.Сушенцова
— Да, вот она в чём — русская сила, да? Умение всё разобрать и собрать своими руками...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... и понимание, как это работает.
М.Сушенцова
— Я напомню, что у микрофона — Мария Сушенцова, и сегодня у нас в гостях — Антон Кузьмин, учредитель и генеральный директор компании БС ГРУП, российский поставщик светодиодных решений.
Продолжаем наш интересный разговор. Антон ( для тех, кто только что подключился ) рассказывал увлекательную историю о том, как в 2015 году удалось в Германии оборудовать несколько школ светодиодным оборудованием, выиграв конкуренцию у серьёзных, я так понимаю...
А.Кузьмин
— Именитых...
М.Сушенцова
— ... да, именитых производителей и поставщиков света. И, конечно, замечательно то, что удалось блеснуть, именно, своим собственным знанием дела изнутри и погружением, возможностью быстро всё исправить. Мне кажется, что, на самом деле, традиционно, наши российские производители... может быть, больше даже... там... в советское время... ещё раньше... этим славились, и замечательно, что Вы в этом духе продолжаете традиции наших славных предков.
Теперь, знаете, мне о чём хотелось спросить? Насколько я помню, Вы, на первых порах ещё Вашего строительного развития, Вашего строительного дела, Вы руководили подготовкой и строительством Обыденного храма в городе Кемерово...
А.Кузьмин
— Да, было дело...
М.Сушенцова
— Причём, это было, насколько я понимаю, в кратчайшие сроки.
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— И, вот, в связи с этим, возникает вопрос. Очевидно, что Вы, уже на тот момент были верующим человеком. Вот, не могли бы Вы поделиться с нами, а как Вы пришли к вере, и повлияло ли это как-то на Вашу деятельность, на Ваши ценности в бизнесе?
А.Кузьмин
— Ну... если с самого начала... Крестился я в первом классе. И тут, на самом деле, знакомые нашей семьи с Архангельска... моя крёстная... это такой человек, прям... очень набожный — это пример. Я, наверное, никогда таким не стану. Потому, что... ну... человек, прям, действительно, этим живёт. Ну, и, вот... как-то так получилось, что дорога к храму началась, вот, именно, собственно говоря, с её примера.
Крестился я в Архангельске. И, после этого... вы знаете... как-то... долгое время мне было интересно носить крестик... там... открывать Библию... но... честно... я её, на тот момент не читал, даже не было попыток. «Отче наш»... ну... наверное, классу к седьмому... как-то он ко мне пришёл.
Следующим, таким, важным этапом — это было, получается, в 2001 году — мой отец с друзьями в Белоруссии участвовали в строительстве Дома Милосердия. Это очень известный проект. И они отправили нас туда помочь сделать в апсайд. Мы приехали туда, в Минск. Дом Милосердия — он сделан в виде креста, если сверху смотреть. Сейчас это, прям, территория Минска, тогда это был пригород.
И, вы знаете, когда приехал, я удивился — потому, что батюшка-настоятель, когда нас встретил — это человек был с такими яркими голубыми глазами... очень погружённый... и... ну, мы долго пообщались... в итоге, приступили к этому сайту... но самое забавное в том, что он нам подарил молитву. Ну... молитва — и молитва... для меня так было, на тот момент.
И я, вернувшись в Карелию, садясь, прогревая машину, я её начал просто читать. Она очень быстро засела в голову... сейчас расскажу дальше — это ещё интересней... И, как-то, вы знаете... я нашёл свою молитву, действительно.
Как выяснилось потом, это — молитва Оптинских старцев. И она, я считаю, что... вот, опять же... в рамках, наверное, бизнеса — может, не совсем это красиво звучит — но это... такая... бизнесовая молитва. Потому, что она тебя настраивает, и успокаивает... и, вот... с этого момента, как-то всё немножко в жизни начало меняться.
Потом получилось... следующий этап... мы переехали в Москву. И, с товарищем, как-то сидели вечером, и я говорю: «Слушай, давай съездим в какое-нибудь святое место!»
Ну, в какое святое место? Просто, в Интернете набираем «святое место» — раз, Оптина Пустынь! Ну, собрались и поехали.
Приезжаем туда, ходим по храму, и — вот, тут я вижу молитву Оптинских старцев, читаю... у меня аж мурашки пошли... я говорю: «Слушай, я знаю, как так получилось... вот, эта, вот, связь... через года реализовалась в том, что мы приехали в это место». Это, как я считаю, такое... тоже, опять же... может быть, направление свыше какое-то было.
По поводу храма в Кемерово — это тоже был очень интересный проект. Есть такой Российский клуб православных меценатов... честно, не знаю, сейчас он существует или нет... но на тот момент это очень, такое, активное движение было. И один из проектов был там — это обыденные храмы. Обыденные храмы — это храмы, построенные за один день. И, вот, этот проект храма в Кемерово — его, действительно, построили за сутки. Он есть в Интернете. Это был первый храм. Это — храм из бруса. То есть, это — готовый комплект, и, собственно говоря, мы его там собирали.
В чём интерес проекта был? В том, что надо было собрать людей, которые бы в этом поучаствовали. То есть, не просто чтобы профессиональные строители приехали, а собрать местных людей — показать им площадку... вот. И мы начали, соответственно, подготовку... там... за месяц — ВКонтакте рассылали приглашения... у нас набралась тогда группа. По-моему, мы отправили более 3000 приглашений за месяц... как мы считали? Что, вот, 3000 приглашений мы отправим, примерно 10% откликнется, как-то поучаствует, из этого примерно 10% придёт на стройку и построит. Это уже будет хорошо.
И мы, действительно, собрали порядка 30-40 человек, которые пришли на стройку. И, как только начался процесс строительства, просто прохожие, видя, что что-то делают... То есть, люди строят храм: «А что здесь?» — «Храм строим». — «А можно поучаствовать?» — «Можно». То есть, люди брали брёвна, брали дрели, нагеля забивали... то есть... как-то это пошло, действительно... таким... вовлечением людей.
Это был очень интересный проект. И мы, действительно, его построили за 24 часа.
Следующий проект, который, скажем так, на меня очень сильно подействовал — это наш проект со строительством храма Ушакова на Речном Вокзале. Это, действительно, большой проект.
Не будем про политику... начался он, просто, именно в тот самый день... и получилось так, что этот проект — он очень долгое время... как бы... зарождался... и не хватало такой объединяющей силы, которая бы могла его подтолкнуть.
У нас есть, соответственно, Дмитрий Шлопак, который является членом нашего... назовём его так... оргдвижения, инициативной группы. У нас есть наши — адмирал и контрадмиралы, у нас есть владыка Викентий... и, вот... благодаря, вы знаете, такому собранию разносторонних людей... то есть, сейчас проект, за, вот, эти, там... полтора-два года... он уже стоит под крышей, и двигается в правильном направлении к наполнению. Потому, что это будет храм, где убранство всё будет сделано из янтаря. И почему, вот, опять же, эта отсылка к Калининграду... то есть...
М.Сушенцова
— Да...
А.Кузьмин
— ... она очень интересная.
Это, действительно, красивый проект — я, прям, рекомендую... в Интернете есть рендеры... сейчас готовится сайт — посмотреть это всё. Дай Бог... Бог даст, мы реализуем всё это дело в 2026 году, но это будет один из... таких... народных храмов, которые... вот, действительно... всем миром! Потому, что у нас нету какого-то якорного спонсора, который бы давал на это деньги. То есть, мы сами — бегаем, собираем, договариваемся, и — в этом, опять же, уникальность. И даже владыка Викентий сказал, что... ну... с деньгами — всё очень просто, а попробуйте поучаствовать — все. И вовлечение людей, как раз, занимает гораздо больше времени, нежели, соответственно, поиск денег. Потому, что мы не стараемся кого-то заставить в этом участвовать — мы показываем своим примером.
Вокруг, вообще, сейчас, Ушакова... то есть, есть очень много различных, образно будем называть так — движений. Например, мы делали в феврале прошлого года: «Ушаков — моими глазами». То есть, это — работы со всей России, был конкурс. Кто-то рисовал, кто-то писал стихи, очерки... то есть, там более 3000 работ со всей страны было собрано. И, самое забавное, что возраст самого младшего участника был 4 года, а самый старший — ему было 84 года. И, причём, эта бабушка приехала на вручение — в полном сознании, прочитала стихи, посмотрела... так скажем... на всех собравшихся, и сказала: «Ребята, вы абсолютно всё правильно делаете!»
В этом году мы делали автопробег. Мощи, соответственно, из нашего храма — мы отвезли в Санаксарский монастырь на берегу реки... ну, это... где и родился, собственно, Фёдор Фёдорович.
Большое тоже мероприятие — собрали, порядка, наверное, 50 машин людей вовлечённых и отвезли мощи. Это всё, опять же, есть в Интернете — всё можно посмотреть.
Сейчас в строительстве храма есть новые вехи. Вот, у нас будет сейчас... мы готовим адмиральский приём к 280-летию со дня рождения. И мы раньше всё это дело проводили в театре Советской Армии... ну, это... Дом Приёмов... а сейчас мы уже готовы провести такое мероприятие в Кремле. То есть, мы понимаем, что мы уже готовы презентовать... мы, опять же, бизнесово говорим... данный проект более широкой аудитории, и те, кто на это посмотрят — как бы, и оценят проделанную работу.
М.Сушенцова
— Спасибо Вам большое за этот увлекательный рассказ, и мы ещё вернёмся к этому интересному обсуждению.
Я напомню, что у нас в гостях сегодня Антон Кузьмин — учредитель и генеральный директор компании БС ГРУП, российский поставщик светодиодных решений, и с вами — я, Мария Сушенцова.
Вернёмся после короткой паузы — не переключайтесь!
М.Сушенцова
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА.
У микрофона — Мария Сушенцова.
Это цикл «Вера и Дело», в рамках которого мы встречаемся с предпринимателями и разговариваем с ними о христианских смыслах экономики.
Сегодня у нас в гостях Антон Кузьмин — учредитель и генеральный директор компании БС ГРУП, российский поставщик светодиодных решений.
В первой части программы, Антон очень увлекательно рассказывал о проекте храма Фёдора Ушакова. А Вы не могли бы, ещё раз, зафиксировать для наших слушателей, где он находится?
А.Кузьмин
— Этот храм — на территории Речного Вокзала.
М.Сушенцова
— В Москве.
А.Кузьмин
— То есть, если мы едем по Ленинградскому шоссе в область, с левой стороны его очень хорошо сейчас видно с дороги.
М.Сушенцова
— Замечательно. И храм планируется закончить, со всем убранством, к 2026 году?
А.Кузьмин
— Да, мы планируем в 2026 году.
М.Сушенцова
— Антон... а, вот, знаете... хотелось такой вопрос задать... несколько общий, связанный, как раз, с тематикой нашей программы: вот, как бы Вы сформулировали Ваши приоритеты, принципы, ценности, которых Вы стараетесь придерживаться в Вашем деле?
Может быть, это касается отношений с сотрудниками, или качества продукции... вот, есть ли у Вас какие-то принципы, от которых Вы стараетесь не отходить даже при самых неблагоприятных условиях конъюнктуры?
А.Кузьмин
— Ну... знаете... Опять же, надо, всё-таки, вернуться, как я называю, к основам. А основа всего, для чего бизнесмены этим занимаются — ну, понятно, у всех разная. У меня, конкретно — это семья, мои близкие, друзья. То есть, это тот самый, как раз, драйвер, который меня заряжает каждый день на какие-то, вот, такие свершения, подвиги, и так далее.
Крайне важно, когда у человека есть семья, особенно — я являюсь многодетным отцом, у меня четверо детей... надеюсь, будет пятеро... и, вот, это — те вещи, которые... они должны быть в основе. Потому, что, когда у вас есть семья, у вас есть ответственность — вы уже понимаете... ну, вы берёте на себя ответственность, так или иначе.
Другой момент — если говорит о развитии, конкретно, тут очень важно ещё иметь рядом людей, которые тебя стимулируют на развитие. Ну, не то, что они тебя как-то наставляют, а, просто, своим примером. То есть, у меня, опять же, есть очень много друзей, кто... там... намного состоятельней, намного успешней, и ты — тянешься к таким людям. Да? То есть, у тебя происходит момент... не то, чтобы ты хочешь быть такой, как он, а ты говоришь: «Слушай... вот, здорово он — взял и сделал, вот, это! А чего мне — не взять и не сделать, вот, это?» То есть, самое главное — не бояться. И, когда, вот, такие примеры есть — это крайне важно.
Потом, я считаю, что... опять же... в жизни каждого бизнесмена, когда вы формируете команду — а команда — это не просто ваши сотрудники — это люди, которые вас направляют советом, это те же друзья, это те же партнёры — то есть, крайне важно уметь слышать таких людей.
Как я уже говорил, да, и в первой части — к сожалению, мы очень часто находимся в каком-то, таком, длинном забеге. И, вот, как у лошади, шоры надеты, и мы смотрим только прямо. Вот, очень важно остановиться, просто открыть глаза, и посмотреть, собственно говоря, вокруг — это решает 99% проблем. Понимаете?
Если сегодня взять среднестатистического бизнесмена в Москве — это, всё-таки, люди очень мотивированные и устремлённые. Если взять бизнесменов, опять же, по регионам — ну, к сожалению, это не так. Потому, что большинство тех, кто преуспевает в своих регионах — они переезжают в Москву. Ну... в крупные города — Москва, Санкт-Петербург. И, вы знаете, в этом — большой минус. Потому, что в регионах не остаётся людей, которые могли бы мотивировать, тянуть за собой команду, привносить что-то новое.
Опять же, возвращаясь, вот... в рамках меня... то есть, мне очень нравится помогать людям. Я сейчас, как бы, не для красного словца. То есть, вот, наверное, с момента моего, скажем так, погружения и прихода к вере, я понимал, что я хочу зарабатывать деньги, чтобы помогать людям. И это может быть — адресная помощь, это может быть помощь, вот, как в проектах того же Ушакова — строительство храмов, помощь, конечно, СВО. Есть у нас подопечные девочки с болезнью бабочки — это когда... буллёзный эпидермолис называется... дети, которые рождаются с повреждённой кожей — я, прям, очень просто объясняю. Опять же, у тебя есть сотрудники, которым тоже нужно помогать. У тебя есть в окружении друзья, которым тоже нужно помогать. И крайне важно, чтобы люди тебя воспринимали так, чтобы они не боялись к тебе подойти и попросить. Потому, что, в большинстве своём, люди не деньги просят — люди просят совет. Сейчас, вот... в этом ускоряющемся мире... нам, порой, и поговорить не с кем. То есть, это — большая проблема. И... опять же... в рамках нашего мужского сообщества. То есть, мы формируем такие клубы по интересам, где бы мужчины-бизнесмены разного уровня, разного возраста могли собраться и спокойно поговорить по душам. У меня — достаточно большое количество друзей, и, я вам скажу, у меня есть чатик «Антошкины мысли»... вот... это близкие друзья, где я... просто, там... скидываю какие-то прикольчики... желаю доброго утра... ещё что-то... не все люди способны на это — чтобы поделиться какой-то такой светлой энергией. Это — не к тому, что человек не может... кто-то стесняется... кто-то: «Ну... я серьёзный... зачем мне это делать?»
Если посмотреть, опять же, мои истории, которые я выкладываю с утра — желать всем любви и счастья, и так далее... можно сказать, что это какой-то сумасшедший... но, тем не менее, я считаю, что — часть, которая есть во мне, и которой я хочу поделиться. И она — мотивирует людей. Это очень важно.
М.Сушенцова
— Да, интересно... То, как Вы рассказываете, говорит о том, что, действительно, у Вас и Ваши подопечные по благотворительным проектам, и Ваши сотрудники, и Ваш более ближний круг — действительно, Вы, прежде всего, во всех стараетесь видеть людей.
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— И, вот, это человеческое... а человеческое — это что?... это взаимодействие, общение, прежде всего — оно, действительно, на первом плане.
А, вот, если возвращаться к, несколько, такому... бизнес-сленгу, уж извините, то как бы Вы охарактеризовали Ваш стиль руководства? Вы, всё-таки, предпочитаете, и Вам кажется эффективной, более, такая, иерархичная структура — вертикаль? Или, всё-таки, вот... более горизонтальный стиль отношений, когда каждый из Ваших... там... ближайших помощников... ну, скажем так... более вышестоящих сотрудников отвечает, просто, за свой тематический кусок, и все, более-менее, на равных, взаимодействуют?
А.Кузьмин
— В одном из банков — там есть такая система управления, как аджайл. И, Вы знаете, мы очень долго не могли понять, что же это такое. В общем, аджайл-пространство — это когда ты можешь взаимодействовать... ты не ставишь стенок каких-то... ты не ставишь барьеры... твоя задача — их максимально убрать. Для того, чтобы сотрудники, коллеги... не знаю... привлечённые какие-то специалисты — они понимали, что этих границ нет, и всегда можно подойти с любым вопросом и его командно обсудить.
И, вот, мой стиль управления — он, примерно, такой же. Я люблю, чтобы коллектив был небольшой, и коллектив был... каждый бы отвечал друг за друга, каждый бы поддерживал друг друга. И это крайне важно.
Потому, что, поверьте — я поигрался и в большую компанию, и в маленькую, и в региональные офисы какие-то... Я понимаю, что сегодня... вот, этот стиль управления, когда есть какая-то вертикаль власти... она, безусловно, есть, да... просто... банально: я, там, учредитель и директор, у меня есть бухгалтер, юристы, дальше — менеджеры — это, именно, построение. Но, с точки зрения общения, я считаю, что в коллективе должна быть свобода определённая. Потому, что, когда люди находятся... в таком... достаточно расслабленном состоянии, проще понять, готовы эти люди работать или нет? На что они готовы? Как эта команда будет взаимодействовать самостоятельно? То есть, грубо говоря, нет руководителя — работает эта команда, или не работает?
И, вот, когда у тебя такие свободные отношения в рамках коллектива — я считаю, это более эффективно.
К сожалению, с точки зрения бизнеса, такие команды — они очень долго самоорганизуются, нежели, когда — вот, человек, которому ты на бумажке написал, что он... там... с девяти до шести работает, и вот — список обязанностей.
А здесь — как бы, немножко сложнее. Потому, что у человека, как бы, есть цель. Твоя задача — там... реализовать такой-то проект. Проект не может закончиться в определённое время, всегда есть какие-то переносы, срывы... там... форс-мажоры. Тем не менее, в рамках того, когда ты человека погружаешь в середину проекта, в центр, и он понимает, что он сегодня взаимодействует абсолютно с разными командами, с разными участниками процесса, он сам — развивается. То есть, я считаю, вот, это — крайне важная история.
М.Сушенцова
— Здорово! То есть, для Вас важно выявить внутреннюю мотивацию человека.
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— Вы очень интересно подметили, что... действительно, когда человек расслабляется — то есть, у него нет мотива страха, что «меня сейчас поймает начальник»... там... не знаю...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... «на меня какую-нибудь санкцию наложат»... то, действительно, открывается то, что, собственно, из человека изнутри исходит. Ему интересна эта работа, он хочет достигать каких-то результатов — это, действительно, своего рода, лакмусовая бумажка.
Расскажите, пожалуйста... У Вас очень много благотворительных проектов, о многих из них Вы сейчас упомянули, о чём-то мы поговорили подробнее... но, вот, что сейчас для Вас... знаете... самое дорогое Вашему сердцу из, вот, тех направлений помощи, которыми Вы занимаетесь?
А.Кузьмин
— Ну... у меня есть... я такой человек, который — не могу сидеть на одном месте, и, каждый раз, мы придумываем сами себе какую-нибудь новую задачу.
В этом году я в Карелии реализую футбольный манеж — вот, мы его делаем на площадке Всероссийского общества «Динамо».
То есть, я купил этот манеж, сейчас идёт стройка, и дальше — мы просто дарим его, соответственно, городу.
Это, как бы... проект, для меня — он почему важен? Потому, что моя крестница — она занимается футболом.
М.Сушенцова
— Здорово...
А.Кузьмин
— Детским... вот, этим... женским футболом. И почему-то в Карелии это очень сильно начало набирать обороты. А площадок нет. И, что-то, мы посидели, поговорили... я и говорю: «Ну, давайте реализуем. Это просто стоит каких-то денег».
Проект непростой — потому, что, опять же... поставщики... условия... сроки... не всегда, там, финансирование можно обеспечить вовремя... но, тем не менее, он двигается. И мы должны его реализовать, вот, в начале следующего года.
В следующем году — я уже поставил себе цель — я очень хочу, чтобы в нашей Черноголовке, как мы с Вами обсуждали, появилась ледовая арена. К сожалению, пока крайне сложно идёт, с точки зрения... вообще... восприятия властей. Ну... маленький городок... надо понимать. Но, при этом, Черноголовка в хоккее очень хорошо себя показывает. Если посмотреть выступления наших — и юниоров, и ветеранов — они достаточно неплохо себя показывают на различных турнирах.
Поэтому... каждый год стараюсь я ставить какую-то цель, и реализовать, вот, такой проект.
М.Сушенцова
— Да... я поясню этот момент для наших радиослушателей.
До начала эфира, мы с Антоном сошлись на том, что у нас есть общая географическая точка — это небольшой городок в Подмосковье Черноголовка, где у Антона находится загородный дом, и где он много чего уже сделал. Я знала об этих проектах, но не знала, кто их автор. Теперь я с ним познакомилась. А я, как раз, родом из Черноголовки, провела там всё детство, юность, и... очень приятно, я думаю, будет услышать, встретить...
А.Кузьмин
— ... почти земляка!
М.Сушенцова
— ... да... да... встретить почти земляка, и будет приятно нашим слушателям оттуда — я знаю, что многие из этого городка слушают нас, им будет особенно приятно.
Но, о чём ещё, пользуясь случаем, я бы хотела Вас расспросить — это о музее ретро-техники. Я знаю, что одно из Ваших давних увлечений — это ретро-автомобили, военная техника...
А.Кузьмин
— Ну, вообще, автомобили... да...
М.Сушенцова
— ... вообще, автомобили, да, возьмём шире — разного плана, и военные, в том числе... Вот, расскажите, пожалуйста, ещё о таком, вот, проекте, как Музей ретро-техники.
А.Кузьмин
— Да, это — военно-технический музей в Черноголовке. Находится он в селе Ивановском — это недалеко. В общем... если очень кратко, история была следующим образом.
У меня есть сосед, Вячеслав Васильевич, и, в какой-то момент, мы были у него... это был 2000 год, наверное... дома. Он рассказывал, как он купил очень красивый мерседес. Достаёт каталог, открывает, а на первой странице — ретро-машина. И я говорю: «Слушайте... а у меня друг сейчас такую продаёт». Он говорит: «Да, ладно...» Я говорю: «Да, серьёзно — он продаёт». Он говорит: «Сколько?» — я называю ему сумму. Он говорит: «Всё... давай, мы её берём!»
В общем, мы, действительно, купили эту машину, отправили ему, и, после этого он сказал: «Слушай... а мне, вообще, в принципе, интересно пособирать ретро-автомобили».
И, в Карелии, мы начали выискивать... вообще, в таких местах!... то есть, всякие старые машины — притом, что это машины довоенного периода. Мы нашли там форды, мы нашли... вот, эти... BMW... мерседесы... нашли редкий автомобиль Вандерер — к сожалению, не уцелел, в результате реставрации — сгорел... хотя, очень редкая машина.
И старт музея начался, на самом деле, с машины ГАЗ-М1. Мы нашли эту машину, Вячеславу Васильевичу я отправил фотографии... при том, что я, честно, не понимал ценности этого автомобиля. То есть... ну, ГАЗ и ГАЗ... для меня... иностранные машины казались более интересными. Он сказал: «Нет. Хочу ГАЗ-М1», — и мы в Карелии начали его восстанавливать. Купили машину-донора... ну... потому, что задача была — сделать машину с автоматической коробкой, так как Вячеславу Васильевичу так удобней.
И... как-то... вот, этот проект реализовался, и, в этот момент, Вы знаете... самое интересное, что я понял, именно — ты начинаешь восстанавливать, ты начинаешь жить этим проектом, ты погружаешься в историю. Потому, что... как сложно было делать, формовать, вот, эти крылья красивые — длинные, изогнутые... как сложно было покрасить такую машину... как сложно было сделать все, вот, эти стыки... и это в то время, когда... простите... техника была не на столько точна... как это делали?
И, вот... скажем так... с этого проекта, Вячеслав Васильевич посмотрел на всю эту историю, и сказал: «Слушай... ну... давайте собирать ещё машины!» — и, со временем, это просто превратилось в музей.
Следующей итерацией этого музея стало — это в том, что... где реставрируют машины. То есть, качество стало не устраивать, отправляли машину на реставрацию в Европу. Качество тоже стало плохое, плюс — ряд трофейных машин не вернули. Ну, они ж трофейные... И было принято решение делать мастерскую прямо на базе музея.
Вот, таким образом, собственно говоря, это сейчас укоренилось, и мастерская сейчас загружена на несколько лет вперёд — потому, что то качество, тот сервис, который может дать эта мастерская при выполнении таких работ — это сравнимо с музейной ценностью.
М.Сушенцова
— Вы знаете, слушаю Вас, и очень приятно становится от того, что Вы стараетесь делать важные и с исторической точки зрения, и с туристической точки зрения... такие... объекты, точки притяжения, именно, в небольших местах. Ну... Петрозаводск — это, конечно, областной центр, но, тем не менее... замечательно, что что-то устраивается и благоустраивается где-то не в наших крупнейших городах, а там, где, действительно, люди в этом нуждаются, и... допустим, в небольших городках — таких, как Черноголовка — это, действительно, делает эти городки, эти маленькие точки, сёла интересными для посещения.
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— Особенно, москвичам. Потому, что доехать от Москвы — всего час-полтора, и для детишек — особенно, для мальчишек — посмотреть на такие вещи, прикоснуться к истории...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... и, может быть, действительно, что-то захотеть в своей жизни делать подобное... Не в смысле, конечно, заниматься именно ретро-автомобилями... но, вот, это приобщение к красоте...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... пусть даже и в виде автомобильной техники — мне кажется, это... знаете... даже, такое... эстетическое воспитание.
А.Кузьмин
— Ну... здесь очень важно ещё подметить, что музей — это же не просто экспонаты, это не просто реставрационные мастерские — это ещё инфраструктура, это различные соревнования, это различные праздники. И, с развитием каждого из таких, вот, событий, количество людей, которые посещают и знают про этот музей, становится гораздо больше. Музей — это, всего лишь, точка... как, вот, и храм... это — точка притяжения. А вокруг него можно делать очень много различных событий.
М.Сушенцова
— Я напомню, дорогие слушатели, что у микрофона — Мария Сушенцова, и сегодня у нас в гостях — Антон Кузьмин, учредитель и генеральный директор компании БС ГРУП, российский поставщик светодиодных решений.
Антон, расскажите, пожалуйста, о том, как Вы сейчас помогаете Донбассу — я знаю, что это одно из основных направлений...
А.Кузьмин
— Давайте, не будем говорить «Донбассу», а — новым территориям, да? Правильней...
М.Сушенцова
— Новым территориям, да...
А.Кузьмин
— Ну... получилось так, что у меня есть друг, Ярослав, и, в какой-то момент... то есть, я видел, что он регулярно ездит — при том, что его поездки были связаны не... вот... с событиями, а он ещё «до» — он и открывал спортивные залы... потому, что... ну, вот, у человека была такая программа, скажем так. И, когда началась, соответственно, СВО, он начал ездить туда... и, как-то, вот, знаете... внутри — захотелось.
Я никогда не был в Украине. То есть, всё моё посещение Украины — это был, по-моему, 1996 год — я был в Евпатории. Всё.
То есть, я никогда не был в Киеве, понимаете? Для меня это... вот... как бы... ну... вообще непонятная территория, так скажем, неизвестная.
Вот. И... с Мирославом встретились, поговорили, и он говорит: «Да, ездим, действительно, помогаем. Вот, у нас есть Светлана Фёдоровна Гизай, она живёт в Луганске, депутат сейчас, и она, грубо говоря, нам скидывает списки, мы смотрим, чтобы это была адресная помощь, и — собираем, едем и раздаём это всё дело».
Вот, мы собрались в такую поездку, поехали, и первый город, соответственно, был Луганск. Вот, наша первая поездка. Конечно, меня поразило! Потому, что... ну... ты приезжаешь, и это погружение немножко в другой мир — тебе сложно его понять. Потому, что ты едешь, и там — беда, горе и надо помогать, и, вот, на этих чувствах, соответственно, ты там боишься лишнее движение сделать, лишнее слово сказать, спросить... Опять же... вот, это, вот, отношение там... братского народа... друг к другу... и так далее. То есть, ты крайне избирателен в выражениях.
Но когда мы приехали в Северодонецк и начали раздавать гуманитарную помощь, я... честно... прям, даже поменял своё первое представление о том, как это будет. Потому, что настолько люди культурно подходят по заявкам... То есть, кто-то говорит: «Вот, я сапожки заказывал... я обогреватель заказывал...» — то есть, никто не пытается это хапнуть и убежать.
Все встали в очередь, аккуратненько получили по заявкам, что они хотели. Понятно, что мы купили чего-то больше, что-то осталось. И люди говорят: «О, осталось! Можно я возьму?» — «Да, конечно».
Даже, вот, случай... подошла женщина и говорит: «Слушайте, сапожек мужских 42-го размера не осталось?» А остались — 44-го, мы говорим: «Есть 44-й, возьмите... с носочком...» — и так далее. Она говорит: «Нет-нет, может, кому-то другому...» То есть, вот, это было — очень человечно.
И когда ты, вот, первый раз съездил, второй, третий... ты общаешься с людьми... то есть, это не просто ты перевёл куда-то деньги, а это, прям, действительно, ты — лично, из рук в руки.
Мы ходили там по домам, ходили по этим подвалам... и ты видишь, вот, это всё происходящее вокруг, и ты понимаешь, что эта помощь — она очень важна. И когда сегодня люди погружаются в такие проблемы, неважно, как — поездкой, деньгами — это большой плюс, вообще, к объединению нас, как людей.
Другая поездка была... она получилась немножко больше — мы поехали сперва в Луганск, потом заехали в Донецк, и потом поехали в Мариуполь. И, вы знаете, когда мы ночью ехали с Донецка в Мариуполь — прям, буквально, под комендантский час, потому, что мы не успевали: где-то дороги не было, где-то заблудились — когда ты въезжаешь в Мариуполь, в сравнении с Луганском, это, конечно, прям — небо и земля. То есть, то, что сейчас сделали с Мариуполем, какой это красивый город, как там всё отстроили — это, конечно, впечатляет. Вот, хотелось бы, чтобы в рамках того, что сделалось там, оно бы и дальше двигалось, соответственно, по всем регионам. Потому, что мы умеем показать... собраться и показать, вот, эту, вот... как сказать... силу мысли, вложение, объединение... и, вот... ну... как «всем миром», действительно. Это, вот, понимаете... я слова выбираю... очень здорово бы это транслировать дальше!
Поэтому, вот... в рамках, вот, этой помощи, соответственно, я считаю, что — у кого есть отклик, надо продолжать помогать. Даже когда всё это закончится, надо, всё равно, помогать.
М.Сушенцова
— Да, Вы знаете, наверное, ведь, самая длинная и важная задача — длинная по времени — это выстраивание межчеловеческого взаимодействия с народами вновь присоединённых территорий.
То есть, действительно, нам всем очень будет нужно почувствовать близость друг ко другу...
А.Кузьмин
— Нам очень важно общение. И я скажу: самый большой опыт и то, что я для себя вынес, общаясь там с людьми — мы же не понимаем, как всё происходило тогда... ну... мы, многие, отстранены от этого. А это — участники тех самых событий, и того, что к ним привело, и что будет... то есть, очень важно общаться.
Вот, когда ты общаешься — там нет агрессии, там нет вины, там нет какой-то, там... каких-то обвинений, абсолютно... Там — абсолютно нормальные люди. И, когда ты смотришь, через что они прошли, в чём многие живут, как говорится... ну... волосы на голове начинают шевелиться.
И ты понимаешь, что сегодня... вот, я, когда из первой поездки уезжал, люди подходят — вот, у тебя в кармане ещё какие-то деньги есть: «Пожалуйста, возьмите... это... это...» — ты понимаешь, что тебе, в данный момент... слушайте, я, когда поехал, с собой взял аптечку: купил нурофен, там... что-то от желудка... ещё... и так далее... я даже таблетки все отдал! Вот, даже таблетки! Потому, что там они были в моменте важнее гораздо, чем они у меня.
И, вот, все, кто хочет понять, почему нужно помогать, я рекомендую просто... не надо ехать на линию соприкосновения, надо просто съездить в близлежащие районы, и вы сами всё увидите. Это, действительно, та вещь, которая заставит нас задуматься и поможет нам найти общий язык к объединению.
М.Сушенцова
— Здорово! Знаете, прям, захотелось съездить... Потому, что, действительно, мы живём, такой, в общем-то, сытой и довольной, размеренной жизнью, а когда соприкасаешься с другой жизнью, которая очень близко на грани со смертью, и, вообще, с другими нуждами, с другим чувством ценности жизни и ценности момента — это, конечно...
А.Кузьмин
— Да.
М.Сушенцова
— ... оздоравливает и отрезвляет в своей собственной жизни.
А.Кузьмин
— Так и есть.
М.Сушенцова
— Спасибо Вам за то, что поделились этим опытом!
Знаете, под финал нашей программы, мне бы хотелось Вам задать вопрос совсем не про бизнес, а, скорее, про сферу вне него в Вашей жизни — про семью. Вы уже поделились с нами, что у Вас четверо детей, Вы — многодетный отец, и я помню, что... Вы, так, коротко упомянули, что, вообще, хотелось бы пять детей — насколько я понимаю, Вы намекаете на значение слова «семья» — «семь я», да?
А.Кузьмин
— «Семь я», да...
М.Сушенцова
— То есть, семь человек — в Вашем представлении, для гармонии, нужно, как минимум, пять детей. Вот, расскажите, пожалуйста... Вы — очень занятой человек. У Вас, понятно — и Ваше дело, и множество других начинаний благотворительных... Как Вам удаётся находить, вот, этот баланс — пресловутый, может быть, но, на самом деле, очень важный для каждого из нас, особенно, если кто является многодетным родителем — всем эта проблема знакома. Вот, всё-таки, как, искренне стараясь вкладываться душою в своё дело, оставлять в этой душе ещё какие-то силы для семьи? Как Вам это удаётся? Какие у Вас есть секреты, традиции свои семейные?
А.Кузьмин
— Да, всё очень просто! На самом деле, как и в любом деле — надо искать баланс. То есть, его просто нужно искать.
Вернувшись к бизнесу... это кажется, что ты, собственно говоря, собственник бизнеса, и, в любой момент, можешь всё бросить, соответственно, и поехать... К сожалению, это не так. И, конечно, я стараюсь выбирать... у нас есть, грубо говоря, День рождения нашей семьи, когда мы всей семьёй собираемся и куда-то уезжаем... у нас есть Дни рождения — мы их тоже празднуем семьёй. Потом, опять же — Новый год, да? То есть, есть праздники, которые, в достаточно длительном промежутке, мы можем находиться все вместе.
Другой момент. Я скажу, наверное — очень многое зависит от женщины. И здесь я хочу, в первую очередь, вспомнить свою маму. Потому, что мама всегда учила, что, в любой ситуации, важен диалог. Как в бизнесе, так и в семье. В семье — в первую очередь.
И мы с супругой нашли этот баланс, постоянно находимся в диалоге. Понятно, что я закрываю вопрос зарабатывания денег, она — закрывает вопрос домашнего очага.
Но — во многом, это зависит от женщины. И, если, собственно говоря, твоя супруга воспринимает всё абсолютно правильно, и абсолютно понимает, что для тебя является важным — а, для мужчины, бизнес, и, вообще, дело — это крайне важно, и она даёт тебе возможность этим заниматься, тогда и дома всё хорошо. И, вот... здесь, опять же говорю... я тут играю маленькую роль... это всё — супруга.
Другой момент, который хотелось бы упомянуть... и призвать слушателей... не знаю, там... молодёжь: слушайте, рожайте, как можно больше детей! Потому, что... опять же... это — ваше развитие, это — ваше будущее!
Вот, когда мы пошли на второго ребёнка, мой папа говорил: «Ну, ты понимаешь? Это — второй ребёнок...» Я говорю: «Пап, ну... нас же тоже с сестрой — двое... и ничего страшного — прожили, как говорится». То есть, не надо задумываться о том, что... вот... там... «не хватит денег»... «жилищные условия»... всё будет! Вот, всё будет, действительно! Главное — не останавливаться.
А если по жизни идти легко, и к этому относиться легко... то есть... вот... поверьте — всё будет получаться!
М.Сушенцова
— Замечательно! На этих духоподъёмных словах... можно сказать, на призыве к демографическому подъёму...
А.Кузьмин
— Да, да... ( Смеются )
М.Сушенцова
— ... можно, со спокойной душой, заканчивать наш эфир.
Я напомню, что сегодня с вами была Мария Сушенцова, а у нас в гостях был Антон Кузьмин — учредитель и генеральный директор компании БС ГРУП, российский поставщик светодиодных решений, и мы беседовали в рамках цикла «Вера и Дело», в котором мы разговариваем с предпринимателями о христианских смыслах экономики.
Спасибо Вам большое, Антон, за этот разговор...
А.Кузьмин
— Спасибо!
М.Сушенцова
— ... за то, что поделились и рабочим, и личным, и какими-то Вашими общими мыслями, направлениями деятельности, которых у Вас много.
Спасибо большое и нашим слушателям за внимание! До встречи через неделю!
А.Кузьмин
— Спасибо... спасибо!
М.Сушенцова
— До свидания!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов