Поделиться
В 2005 году в Перми в сквере клинической больницы открыли памятник врачу-благотворителю Гралю. Личность легендарную для всего края - Фёдора Христофоровича Граля окрестили в народе «святым доктором». А как иначе можно было назвать человека, который помимо высокого профессионализма, исповедовал принципы бескорыстного служения людям.
В Пермь Фёдор Христофорович приехал в конце 18-ого столетия по приглашению губернатора края. Гралю предстояло создать местную систему здравоохранения. Доктор прослужил в Перми сорок лет - до конца своей жизни. Он открыл в городе первую больницу. Был в ней и терапевтом, и хирургом, и окулистом. Фёдор Христофорович трудился от зари до зари. Вставал в пять утра и до семи принимал больных у себя дома. Потом ездил по учебным и благотворительным учреждениям города, в которых числился бесплатным доктором. По субботам объезжал ближние и дальние деревни уезда, где лечил крестьян. А в самой Перми устраивал для них особые приёмы по базарным дням. Работу Фёдор Христофорович заканчивал глубокой ночью. Правда, поспать удавалось далеко не всегда – доктора вызывали к больным. И он никому не отказывал.
В таком напряжённом режиме Граль работал всю жизнь. Когда в Перми открыли военный госпиталь, и министерство внутренних дел направило туда Фёдора Христофоровича, 53-летний доктор попросил отменить это распоряжение. Не потому что устал. У него просто не было времени. Вот что Граль писал властям по этому поводу: «Я ежедневно обязан около ста, а иногда и гораздо более больных осмотреть и случается операции делать. Сверх сего заведую я четыре больницы, как то: городской госпиталь, горный лазарет, больницу при сиротовоспитательном доме и при семинарии - и никакой, кроме двух учеников, другой помощи».
Каждый год Фёдор Христофорович устраивал курсы повышения квалификации для медиков: как инспектор врачебной управы он ездил по всей губернии и делился своим опытом с молодыми докторами. В 1802 году Граль настоял на необходимости профилактики оспы в Пермском крае. Один справиться с такой громадной работой он, конечно, не смог бы. А потому обучил студентов духовной семинарии и учеников лекарей методам прививки. Но простые люди, не понимая назначения прививок, боялись делать их своим детям. Тогда по просьбе Граля епископ Иустин написал в «увещевание» жителям Пермской епархии о необходимости вакцинации. Обращение напечатали в типографии и разослали по всей губернии. Священники читали его в церквях. И постепенно дело сдвинулось с мёртвой точки: с каждым годом прививалось всё больше и больше детей.
А когда краю угрожала эпидемия холеры и многие врачи - в том числе и в Петербурге - уверяли, что болезнь эта не заразна, только благодаря доктору Гралю местные власти успели принять необходимые меры профилактики. В результате в Пермской губернии эпидемии не было, а по всей Российской империи холера всё-таки распространилась.
Зимой и летом Фёдор Христофорович ходил в тёмно-зелёном мундире, треугольной шляпе и со шпагой на боку. Таким доктора-бессребреника и запомнили пермяки. Шестого июня 1835 года город притих: отменили занятия во всех учебных заведениях, закрыли присутственные места. Возле дома Фёдора Граля собралась почти вся Пермь. Съехались и окрестные крестьяне и те, кто жили за двести вёрст. Люди прощались с доктором. «Редкую впечатлительную картину представляло похоронное шествие. За гробом шла огромная масса народа. Все рыдали», - писал в воспоминаниях очевидец тех событий. На могиле Фёдора Христофоровича поставили скромный памятник, заказанный на народные пожертвования.
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
