Поделиться
Я знаю, время пройдёт и слова устареют; но не устареет горечь и грусть, потому что в начале 2016-го года умер в городе Волгограде совестливый человек и таинственный, невероятного таланта поэт – Сергей Васильев. Сергей Евгеньевич, Серёжа. Он жил скудно и тяжело, иной раз не зная, будет ли хлеб в дому назавтра, но догадываясь, что, скорее всего, придут новые стихи, и он разошлёт их друзьям, и через пару дней добавит просьбу: те – забудьте, читайте эти, я, кажется, улучшил, я переделал. Он писал честно, беспощадно, размашисто.
В последнее время он начал задумываться о грядущем своём юбилее и новой, итоговой книжке: до шестидесятилетия оставалось меньше года. «…Посему больше никому ничего из новых стихов не показываю, – писал он мне в декабре 2015-го. – Посылаю тебе то, что сочинилось у меня в последнее время. Отнесись как можно более жёстко. Всего тебе! Васильев».
И в приложении к письму – тут же начинали искриться, звучать, гудеть – его промытые, загадочные, и одновременно осязательные образы и мелодии.
А Создателю вновь хвала –
Его желчь отыщешь с трудом.
Вот твой храм, сгоревший дотла,
Вот твой странноприимный дом.
И в серебряной нищете
Что же делать, Господь, прости,
Горемычному сироте –
Разве руки крестом сплести.
Из-за пазухи нож кривой
Ночь достанет, станет, как зверь.
Ты поверишь, что я живой?
Умоляю тебя, поверь!
Сергей Васильев, из последних стихотворений, 2015-й год
…а то и прорвётся детский, какой-то щемяще-детский голос, которого я больше ни у кого и не слышал – «Я, как кошка, гуляю сам по себе, / И пусть ни гроша за душой, / Я помню, Господи, о Тебе / И о том, какой Ты большой…»
Я писал, вдохновлённый пронзительной васильевской лирикой, что читая её, я думаю о благотворном воздействии живительного вещества баратынской и заболоцкой поэзии; о том, как золотое солнце Арсения Тарковского отражается в прозрачном рубцовском озере, о криках бродячих волжан трех веков и детских спорах в наших недетских играх.
…Помянешь имя Евгения Баратынского, и вот поэтесса Светлана Кекова пишет мне из Саратова о стихах Сергея Евгеньевича:
«Ты помнишь, эти его строчки – “…Мой дар убог, / И голос мой, как водится, негромок”? Такое признание можно было бы принять за некое творческое кокетство, за скрытую “провинциальную” гордыню. Можно было бы… Но – нельзя. Он – поэт кристальной сердечной чистоты, из которой и проистекает подлинное смирение. И ещё он – поэт сострадания и боли, боли за каждого человека, и – боли за всю Россию…»
Я хочу возвратиться туда,
Где не рады чужому увечью,
Где растенья горят от стыда
За звериную плоть человечью,
Где застенчиво пашут и жнут
В годы смуты и в годы разрухи,
Где дубы вековые живут
И живут вековые старухи.
Может, там, в опустевшем дому,
Я, забывший печаль дорогую,
В этой жизни хоть что-то пойму
И про жизнь позабуду другую.
…Теперь итоговая книга чудесного волжского поэта Сергея Васильева выйдет уже без него; и, вослед «Часам с кукушкой», «Бересклету», «Черным подсолнухам» и «Речи пернатых», – надеюсь, как всегда, каким-то чудом, долетит и до первопрестольной.
27 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Ashkan Forouzani/Unsplash
Есть в Священном Писании как будто пугающие слова о младенцах: «Блажен, — сказано Духом Святым о дочери Вавилонской, — кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень». О ком и о чём идёт речь? Конечно, не о младенцах человеческих! «Дщерь Вавилоня» — по-славянски — это любая греховная страсть: гнев или гордыня, например. Её младенцами именуются первые проявления страсти в душе — греховные помыслы или образы. Блажен будет христианин, если немедля разрушит прилоги, первые греховные мысли, о камень имени Христова, отгоняя страсть горячей молитвой ко Господу Иисусу.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Гнев или кротость. Ольга Шушкова
Поделиться
Я часто заказываю продукты с доставкой на дом. Это экономит силы и время. И вот, однажды вечером, придя поздно с работы, спохватилась, что продуктов на завтра нет. Ни масла, ни яиц, ни творога. Остался только хлеб и маленький кусочек сыра. Но я так устала, что заказывать продукты сейчас и ждать доставку уже не было сил. Что осилила, так это сложить в виртуальную корзину в приложении магазина всё необходимое, чтобы утром время не тратить. Выбрала время доставки на 9 утра. И, наконец, легла спать.
Встала в 8:20. Выходить из дома на работу нужно в 10:15. На всё про всё меньше двух часов. В 8:30 в приложении торговой сети отобразилось, что заказ доставят в течение 30 минут. Это меня устраивало. Начала спокойно собираться.
Включила Радио ВЕРА. В эфире шла программа о гневе и кротости. Говорилось о том, что гнев изначально дан нам Богом для борьбы со своими грехами. И как важно уметь сдержать неправедный гнев, когда он направлен на других людей.
На часах пробило девять утра. Заказ ещё не привезли. Я начала нервничать. Почти голодной идти на работу не хотелось. В 9:10 написала в поддержку. Они ответили: «Ждите, будем разбираться».
Прошло 10 минут, но никакой новой информации о доставке не приходило. Я была готова разразиться тем самым неправедным гневом, о котором только что рассказывали по радио. Но подумала: «А ведь не зря мне сейчас Господь дал услышать именно про гнев. Может, попробую сдержаться?». Я помолилась, попросила у Бога сил, чтобы побороть свою ярость, даровать мне терпение и смирение. Потом, насколько могла спокойно, ещё раз написала в поддержку. В 9:25 мне ответили, что заказ утерян, извинились и вернули деньги.
Тут мой гнев был уже практически неудержим. Времени на поиски продуктов на другой торговой площадке уже не было. Я поняла, что прохожу испытание на кротость. Молясь про себя, изо всех сил сдерживаясь, попыталась все же вежливо спросить, нельзя ли повторить заказ. Мне ответили, что можно, надо всего лишь нажать на одну стрелку в приложении. Я решила рискнуть. Простить и довериться ещё раз тем, кто меня подвёл.
И о чудо! В 9:40 курьер уже звонил в дверь. Как быстро получилось во второй раз! В 9:45 приехал ещё один курьер с таким же заказом. Я поняла, что первый курьер нашёлся и доставил-таки мой заказ, хотя его уже отменили. Написала в поддержку, что в результате получила два заказа, хотя за первый деньги уже вернули. Они ответили: «Такого не может быть, первый заказ отменён. Будем разбираться».
Я поела и побежала на работу. Поздно вечером, вернувшись домой, снова зашла в чат поддержки. И была приятно удивлена. Мне написали, что первый заказ оставили в подарок, за то, что не привезли его вовремя.
Стало так хорошо на душе, что я сумела всё же совладать со своими дурными чувствами, по-доброму отнеслась к людям. И они ответили тем же. Моя сдержанность была вознаграждена и морально, и материально.
Теперь я попробовала со стороны посмотреть на эту ситуацию. И даже улыбнулась: смешно бы я выглядела, отчитывая продавцов, разъярившись просто из-за еды. А курьер! Я даже не подумала о нем. Что случилось, почему он не добрался по моему адресу? В тот момент я зациклилась на себе. И как хорошо, что Господь помог мне повернуться от своего эгоизма к людям. Не гневаться, а простить, дать шанс все исправить. Гнев поддается укрощению с помощью Божьей. Теперь я точно знаю, как выбирать между ним и кротостью — надо обращаться с молитвой к Всевышнему.
Автор: Ольга Шушкова
Все выпуски программы Частное мнение
Светлая полоса
Поделиться
Фото: Vitali Adutskevich / Pexels
Хмурым зимним утром Дима спешил в новую жизнь. Ещё две станции метро, пару кварталов пешком. На собеседование просили не опаздывать — организация серьёзная и приглашения он ждал целый год.
Людской поток вынес Диму на одну из центральных улиц города. Морозный воздух освежил после душной поездки.
— Вроде бы, сейчас направо? — задумался молодой человек.
Дыхание от волнения сбилось. Дима достал телефон: уточнить адрес и взглянуть на карту, но тот внезапно разрядился. Видимо из-за мороза. Ком в горле опустился в грудь и там пульсировал. Дима нажал кнопку перезапуска — телефон по-прежнему не включался.
Исторические особняки и огромные сталинки молчаливо провожали Диму, спешащего по незнакомым переулкам. Он вспоминал маршрут по памяти, вчера вечером он изучал его, но город оказывался хитрее: запутывал, кружил. Вдруг среди кирпичных исполинов Дима увидел храм — небольшой, приземистый, но такой праздничный, как пасхальное яйцо. Молодой человек потянул за ручку двери и оказался в другом мире. В робком свете свечей на него смотрел образ Николая Чудотворца. Дима приложился к нему, прося помощи и утешения.
— Неужели всё пропало?
На выходе из храма в кармане что-то зазвенело. Дима достал телефон.
— Включился! Ещё успеваю!
Радостный он поспешил на важную встречу, а под его ногами начиналась новая, светлая полоса.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
