Поделиться
Помните фильм про Титаник? Там есть уникальные документальные кадры затонувшего лайнера. Они были сняты под водой при помощи специального глубоководного аппарата. Во время погружения, внутри него могли находиться только три человека. Все остальные увидели Титаник уже в кинотеатре. И я тоже была среди них. Мне и в голову не могло прийти, что я когда-нибудь увижу его “вживую”.
И что интересно, это случилось не там, где Титаник затонул. А в далекой Южноафриканской стране — в Мозамбике. На берегу Индийского океана в городе Бейра находится некогда самый роскошный и большой отель в Африке. Гранд-отель. Но живут в нем не богатые туристы, а нищие и бездомные. Около 3 тысяч бездомных захватили шикарную гостиницу и поселились в ее номерах.
Еду современные постояльцы готовят на открытом огне. Электричества, канализации, водопровода - ничего этого в Гранд-отеле больше нет. Дорогой паркет, перила, двери - все что горит ушло на дрова. Резную мебель, сантехнику, проводку, трубы, стекла - все что можно вынести - давно вынесли и продали. В полумраке неосвещенных коридоров, среди гор мусора и нечистот, торгуют апельсинами и всякой мелочью местные жители - бездомные. Они обосновались в номерах, подсобных помещениях, коридорах, лифтовых шахтах и даже в телефонных будках. О былой роскоши напоминают только очертания парадных залов и лестниц.
Гранд отель был построен португальцами в 1955 году для состоятельных белых туристов. Именитые архитекторы, модный стиль Ар-деко - все предвещало небывалый успех. В свое время, это действительно был самый большой и богатый отель на юге Африки. Но именно это его и сгубило. Просто не нашлось достаточного количества постояльцев, способных платить за такую роскошь. Через 8 лет, так и не окупившись, отель был закрыт для туристов.
Новая жизнь Гранд-отеля началась в 1975 году. Мозамбик стал самостоятельным государством. Но за независимостью немедленно последовала гражданская война. Она длилась 16 лет и унесла более миллиона жизней. В Гранд-отеле одновременно были и штаб революции, и тюрьма, и военная база. Уже тогда, на волне голода и хаоса началось разграбление и уничтожение уникальных интерьеров колониальной эпохи.
После войны Гранд-отель стал приютом для беженцев. Именно их потомки, во втором-третьем поколении, там и живут. В олимпийском бассейне (некогда единственном в стране) стирают одежду и моются, у парадного подъезда соорудили курятник, а на пандусах сушат рыбу и креветок. Мусор не убирается уже несколько десятилетий и всплывает до самых окон в сезон дождей. Гранд-отель, некогда самый роскошный из африканских, утонул в нечистотах. Он полон крыс и холеры. Восстановить отель нельзя, но и демонтировать его не удается - жители отказываются покидать захваченные помещения. Так и стоит Гранд-отель на берегу океана, как символ разрухи, нищеты и страдания. Вот такая история. Если хотите увидеть затонувший Титаник - поезжайте в Мозамбик!
Н. Готорн «Дом о семи фронтонах» — «Золото будничных дел»
Поделиться
Фото: Johnny McClung / Unsplash
Можно ли наполнить повседневные бытовые дела высшим смыслом? Фиби, героиня романа «Дом о семи фронтонах», написанного в девятнадцатом веке американским писателем Натаниэлем Готорном, незаметно для самой себя поступает именно так. Девушка приезжает из провинции к тётушке, поселяется в её мрачном доме... и принимается за бытовые дела. Фиби готовит завтраки, моет посуду, печёт лепёшки на продажу в лавке тётушки, убирается, ухаживает за садом. Привычная к труду, Фиби легко справляется с этими делами, но главное другое. Вот что бросается в глаза её тётушке: Фиби любую работу выполняет так, словно её простые бытовые действия имеют духовный смысл. Она умеет, говорит о ней автор, в ткань будней вшивать золотую нить одухотворённости.
Протоиерей Всеволод Шпиллер, известный проповедник двадцатого века, в одной из своих проповедей затронул тему золота и будней. Каждая душа в глубине своей имеет золото. Это золото есть творческая — то есть созидающая сила. И она может осуществляться даже самым простым образом, в бытовых делах и обязанностях, освящая целую жизнь. И именно эта любовь, служение человеку есть в то же время служение Богу.
Слова отца Всеволода перекликаются с тем, как Фиби сумела превратить свои дни в золото.
Все выпуски программы ПроЧтение:
А. Яшин «Спешите делать добрые дела» — «Не откладывать добрые дела»
Поделиться
Фото: Towfiqu barbhuiya / Unsplash
«Дорожите временем!» — призывает нас святой апостол Павел. Но как правильно дорожить временем? Может быть, потратить его с максимальной пользой, предельно интенсивно? Время, потраченное на пустоту, уходит в небытие. Время, потраченное с пользой для души, уходить в вечность. Это-то и есть разумное его употребление.
И один из способов такого разумного употребления времени — добрые дела. Поэт Александр Яшин, говоря о добрых делах в стихотворении «Спешите делать добрые дела», призывает не откладывать их. Почему? Да потому что дни, как опять же говорил святой апостол Павел, лукавы. Что это значит? Время быстротечно. И опоздать с добрыми делами очень легко. Вот герой стихотворения собирается порадовать отчима, построить дом бабушке, накормить старика. Но не успевает. Отчима уже нет и бабушка умерла, а с едой для старика в блокадном Ленинграде герой опаздывает всего на один день и «дня того не возвратят века».
И тут на память приходят слова митрополита Антония Сурожского, проповедника двадцатого столетия, слова, может быть, на первый взгляд ошеломляющие, но если вдуматься, окрыляющие:
— Если бы мы думали постоянно, трепетно, — говорил владыка, — о том, что стоящий рядом с нами человек, которому мы сейчас можем сделать доброе или злое, может умереть, как бы мы спешили о нём позаботиться!
Если помнить эти слова митрополита Антония, то, наверное, не придётся, как делает это герой стихотворения «Спешите делать добрые дела», жалеть о безвозвратно утраченных возможностях.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Д.Н. Мамин-Сибиряк «Сказка о царе Горохе» — «Разглядеть Христа в том, кто нуждается»
Поделиться
Фото: Dmytro Bukhantsov / Unsplash
Встречая близких людей, мы радуемся. И огорчаемся, если по каким-то причинам эта встреча не происходит. Но что если, встретив человека, мы проходим мимо, не узнав его? Такой вопрос ставит в «Сказке о царе Горохе» писатель Мамин-Сибиряк. У царя Гороха две дочери-красавицы: Кутафья и крохотная, размером с горошинку, царевна Горошинка. Когда дочери вырастают, начинается война с соседним королём, сам царь попадает в плен и почти одновременно Горошинка исчезает. А вместо неё в царском дворце появляется кривая, хромая и уродливая девушка, которую все зовут Босоножкой. Девушка говорит, что она и есть Горошинка, но никто ей не верит. Босоножка останавливает войну, помогает сестре счастливо выйти замуж, но... её даже на свадьбу не зовут. Стесняются — уж слишком Босоножка безобразна. Да и не верят до конца, что это Горошинка так изменилась. Или не хотят верить. Отправляют бедняжку пасти гусей, не слушая её восклицаний:
— Мама, отец, но ведь это я, ваша дочь!
Но ни отец, ни мать никак не могут узнать свою дочь. Эта ситуация напоминает евангельскую притчу о Страшном суде и о грешниках, осуждённых за то, что не сумели разглядеть Христа в окружающих их людях. Смотрели — и не видели Его в алчущих, жаждущих, больных, странниках, заключённых.
А что же Босоножка? В конце сказки она вновь становится красавицей Горошинкой (правда, уже не малюткой). У сказки счастливый конец, но насколько он был бы счастливее, если бы родители не отталкивали дочери, а сразу узнали её в Босоножке, которая так нуждалась в их любви и тепле?
Все выпуски программы ПроЧтение:
