Прежде чем перейти к изложению дальнейших грозных и неожиданных событий, потрясших до основания жизнь Русской Земли, взглянем, что происходило кругом нашей Родины, ко времени появления Татар, и чем она являлась сама.
Немцы, пользуясь внутренними нестроениями на Руси, прочно утверждались на наших берегах Балтийского моря. Одно время опасными соперниками для них могли быть Датчане. Канут Шестой Датский в 1196 году утвердился на Эстонском побережье. Но Немцам удалось скоро справиться с этими соперниками. Они обманом захватили на охоте преемника Канута — брата его Вольдемара Второго и несколько лет продержали последнего в заточении, причем за это время почти все Датские приобретения на Балтийском море перешли в руки Немцев.
Что касается Шведов, то они не могли соперничать с Немцами, так как у них непрерывно шла жестокая и кровопролитная усобица, закончившаяся только в 1222 году — избранием короля Эриха Эриксона. Скоро этот слабый человек подпал под влияние могущественного вельможи — ярла Биргера, который стал приводить страну в порядок и готовить престол собственной семье.
В Польше, со второй половины двенадцатого века шли также жестокие распри, и она была разделена на четыре больших отдельных княжества. Вместе с тем, Поляки были все время заняты и внешней борьбой с опасными соседями: Немцами, Чехами и Литовским племенем — Пруссами.
Ужасающие усобицы и смены императоров происходили в конце двенадцатого и начале тринадцатого веков и в Греческой Земле, причем в 1204 году Царьград был неожиданно взят Латинскими рыцарями-крестоносцами, отправлявшимися в новый крестовый поход, для добывания Иерусалима.
Захват Царьграда был делом рук правителя или дожа богатейшего по своей морской торговле города Венеции — Генриха Дандоло. Он посоветовал крестоносцам, которые отправлялись в Палестину через Венецию, предварительно овладеть Константинополем, причем дал им этот совет исключительно в целях собственной своей наживы. Этот Дандоло, увечный и почти слепой девяностотрехлетний старик, самолично распоряжался как приступом, так и последующим ужасающим разграблением города.
Рыцари, плавая в крови мирных обитателей Царьграда, позволяли себе неслыханные жестокости и святотатства. Все церкви были ими дочиста ограблены. В храме Святой Софии благородные рыцари собственноручно изрубили на части и разделили между собой Святой Престол, слитый из золота с драгоценными каменьями, в то время, как распутная женщина плясала на горнем месте и пела непристойные песни.
Во время описанных нами событий, распложенная за Кавказским хребтом единоверная нам Грузия переживала свой золотой век. Здесь, в конце двенадцатого столетия, воцарилась необыкновенная женщина — Великая Тамара, преданиями о славных делах которой живут Грузины и до настоящего времени.
Эта Тамара, очаровательная своим обликом и соединившая огромный государственный ум с редкой душевной чистотой, была строгой ревнительницей Православия и вела ряд удачных войн с грозными соседями — мусульманскими государями, искусно воспользовавшись тем, что во время ее царствования они должны были постоянно вести напряженную борьбу с крестоносцами. Она всегда лично присутствовала в сражениях, не вмешиваясь, однако, в распоряжения военачальников, но ободряя их и солдат своим ласковым словом и нежной заботой. Ее воины, сражаясь на глазах боготворимой ими царицы, совершали чудеса храбрости. Тамара сочеталась браком с сыном Андрея Боголюбского Юрием. Но Юрий не ценил достоинств своей супруги, хотел царствовать сам над Грузинами, поднялся на нее войною и, проиграв большое сражение, был с честью отпущен ею.
Что касается наших соседей — Половцев, то с ними постоянно и беспрерывно шла тяжелая и утомительная борьба. Летопись насчитывает 37 значительных Половецких нашествий до появления Татар. Мелких было гораздо больше.
Постоянно же шла у нас борьба и с пограничными Финскими племенами: ее вели как Новгородцы, так и Суздальские князья.
Новгородцы имели столкновения и с Финнами, составлявшими население крайних севера и востока Европы: Заволжской Чудью, Печерой, Югрою и Пермью.
В эти дальние страны Новгородцы ходили за данью, причем походы их бывали порой и неудачными. Так, Новгородские данники потерпели сильнейшее поражение в 1193 году от Югры, жившей на Урале, благодаря тому, что их выдал неприятелю свой же изменник, какой-то злодей Савка.
Тут же на далеком северо-востоке, в последней четверти двенадцатого века, была устроена Новгородскими выходцами независимая община Вятка.
Мы уже видел, что Андрей Боголюбский и Всеволод Большое Гнездо предпринимали против Волжских Болгар несколько удачных походов. После же смерти Всеволода, во время усобиц, возникших среди его сыновей, Болгары предприняли сами наступательное движение и взяли у нас в 1217 году Устюг, причем только в 1220 году Юрий Всеволодович Суздальский собрался послать против них сильную рать. Поход этот был успешен и закончился взятием Болгарского города Ошела и многих других городов по реке Каме.
Обрадованный Юрий выехал сам навстречу своим войскам, щедро наградил их, пировал три дня и заложил в 1221 году для закрепления своих завоеваний город Нижний Новгород у впадения Оки в Волгу. Он был основан на Земле Мордвы, с которой поэтому тоже пришлось вступить в упорную и кровавую борьбу.
Радио блокадного Ленинграда

Фото: PxHere
В Санкт-Петербурге по адресу Итальянская улица, 27 разместилось массивное здание в классическом стиле. С 1933 года в его стенах располагалось Ленинградское радио, отчего строение и получило своё название — «Дом радио». На его фасаде расположены памятные таблички, одна из которых гласит: «Мужеству работников Ленинградского радио в дни блокады посвящается». В период Великой Отечественной войны сотрудники радио ни на день не прекращали работу. Начальник радиовещательного узла Пётр Палладин вспоминал: «С воскресного дня 22 июня в жизни работников Ленинградского радио наступила новая, суровая военная пора». Многие сотрудники были включены в состав батальона связи или переведены на казарменное положение.
В сентябре 1941 года, когда вокруг Ленинграда сомкнулось кольцо блокады, радио приобрело особое стратегическое значение и стало едва ли не единственным средством коммуникации осаждённых людей с внешним миром. Благодаря этому блокадники слышали передачи московского радио и могли транслировать свои программы за пределы города. Вся большая страна знала, что Ленинград жив, несмотря на голод и постоянные обстрелы.
Дикторы, музыканты, актёры и другие сотрудники не прекращали работу над передачами. В программе «Последние известия» жители могли узнать новости с фронта. С первого дня и до конца блокады ленинградцев поддерживал голос поэтессы Ольги Берггольц. В передаче «Говорит Ленинград!», которую она вела, можно было услышать известных городских учёных, музыкантов и поэтов. Так осенью 1941 года с обращением к женщинам Ленинграда выступила поэтесса Анна Ахматова. Она говорила о мужестве и стойкости жительниц города. А композитор Дмитрий Шостакович рассказал о работе над своей новой Седьмой симфонией. Премьера её состоялась в Ленинградской филармонии 9 августа 1942 года. Специалисты радио транслировали исполнение на всю страну и даже за её пределы. Радист Нил Рогов, работавший за трансляционным пультом, вспоминал: «Я очень волновался, понимая, что передача пойдёт в эфир через коротковолновую радиостанцию и её смогут услышать во многих странах. Это была подлинная гармония музыки и жизни, борьбы и победы. Победы добра над злом».
Так музыкальные произведения, стихи, голоса знаменитых жителей и дикторов не давали горожанам пасть духом в самые страшные дни. Главный диктор радио — Михаил Меланед — вспоминал: «Как-то мы с Ниной Фёдоровой читали из радиостудии передачу для партизан. Вдруг взрыв. Мы продолжили читать. Взрывной волной выбило оконную раму , осколок попал в дикторский пульт. Но прекратить передачу было нельзя: нас слушают». Радио блокадного города не умолкало ни на минуту, а в те моменты, когда эфиров не было, по нему транслировали стук метронома. Медленный темп ударов означал отсутствие воздушной атаки, а быстрый — предупреждал о ней.
Каждый день эфира давался работникам радио ценой невероятного мужества, а порой и жизни. «Как было трудно поддерживать его работоспособность. Рушились здания, обрывалась радиопроводка. И всё же обрывы устранялись, аварийные бригады шли в зону обстрела, порой сутками, не уходя с поста» — писал Пётр Палладин, начальник радиовещательного узла. Наконец, 18 января 1943 года, в день прорыва блокады, поэтесса Ольга Берггольц объявила в эфире: «Ленинградцы! Дорогие соратники и друзья! Блокада прорвана!».
Память об этих днях, где стойкость и вера в победу, помогали людям переживать страшные дни ленинградской блокады, осталась в архивных звукозаписях с ленинградского радио. Сегодня каждый может найти запись архивного стука метронома, а ещё зайти в музей блокады в Санкт-Петербурге и прикоснуться к непростому прошлому.
Все выпуски программы Открываем историю
Храм Спаса Нерукотворного (с. Кукобой, Ярославская область)
На севере Ярославской области, почти у самой границы с Владимирской, стоит небольшое село Кукобой. Расположилось оно на берегу реки Ухтомы. Русло её в этом месте сужается и напоминает, скорее, большой ручей. Слово «кукобой» с языка одного из финно-угорских племён, некогда населявшего эту территорию, так и переводится — «большой ручей». От Ярославля до Кукобоя 160 километров по магистральному шоссе. Приехать сюда непременно стоит ради ярославской жемчужины — Храма Спаса Нерукотворного Образа.
Словно резной сказочный терем, стоит он в окружении скромных деревенских домиков, полей и оврагов. Спасский храм в Кукобое часто сравнивают с петербургским Спасом на Крови. Они, действительно, схожи очертаниями — богатым и сложнейшим декором фасада, орнаментом и узорами. В отличие от своего петербургского собрата, кукобойский храм облицован кирпичом цвета слоновой кости. На изящных шатровых башнях куполов — фигурная черепица, покрытая глазурью оттенка бирюзы. Небесно-голубые маковки с крестами. Не ожидаешь встретить в глубинке такую красоту поистине столичного архитектурного размаха!
Впрочем, Спасский храм в Кукобое как раз и строил архитектор из столицы — Василий Антонович Косяков, автор Морского собора в Кронштадте, Собора Петра и Павла в Петергофе и Богоявленской церкви на Гутуевском острове в Санкт-Петербурге. Проект знаменитому зодчему заказал в 1909 году Иван Агапович Воронин — петербургский купец, бывший кукобойский крестьянин. Он решил сделать землякам подарок. Предложил на выбор построить дорогу от Кукобоя до Пошехонья или новую церковь. Кукобойцы выбрали церковь. И спустя всего 4 года в центре небольшого села вырос величественный Храм Спаса Нерукотворного Образа. До наших дней сохранились фотографии с момента освящения храма, которое совершил в 1912-м году епископ Ярославский и Ростовский Тихон (Белавин), будущий Патриарх Московский и Всея Руси. На этих снимках кукобойские крестьяне, подняв головы вверх, смотрят на свой новый храм, словно не веря, что в их отдалённом селе появилась удивительная святыня. Спасский храм в одночасье прославил маленький, ничем доселе не примечательный Кукобой на всю Россию. Люди специально приезжали, чтобы полюбоваться архитектурой храма и помолиться в его стенах.
И сегодня к храму Спаса Нерукотворного Образа в Кукобое едут люди. Пережив безбожные советские годы, когда богослужения были прекращены, убранство уничтожено, а в алтаре заседало колхозное правление, храм возродился — в 1989-м году его вернули верующим. И сердце начинает радостно биться, предчувствуя встречу, когда ещё издалека, с дороги, видишь яркую бирюзу его куполов.
Все выпуски программы ПроСтранствия
24 марта. «Тайна младенчества»

Фото: Hoi An and Da Nang Photographer/Unsplash
Малые дети мгновенно впитывают, как бы из воздуха, всякое родительское настроение, слово, взгляд, будучи совершенно открыты духовному и душевному воздействию со стороны взрослых людей. Такими мы должны быть в отношении всего Божественного, церковного, святого... Вместе с тем, нам должно быть совершенно закрытыми для грешного и грязного, низкого и пошлого, злого и чуждого благодати Христовой. «Уклонись от зла и сотвори благо», — учит нас Священное Писание духовной мудрости.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды











