Деяния святых апостолов

27.05.2025

Поделиться

Апостолы

Деян., 40 зач. (от полу́), XVII, 19-28.

Комментирует протоиерей Павел Великанов.

Иногда всего лишь одно слово в древнем языке текста Писания способно очень сильно изменить наше понимание. И сейчас — как раз такой случай: давайте послушаем отрывок из 17-й главы книги Деяний святых апостолов, который читается сегодня в храмах во время богослужения — и затем вернёмся к размышлениям.

Глава 17.

¹⁹ И, взяв его, привели в ареопаг и говорили: можем ли мы знать, что это за новое учение, проповедуемое тобою?

²⁰ Ибо что-то странное ты влагаешь в уши наши. Посему хотим знать, что это такое?

²¹ Афиняне же все и живущие у них иностранцы ни в чем охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое.

²² И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны.

²³ Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам.

²⁴ Бог, сотворивший мир и всё, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворенных храмах живет

²⁵ и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и всё.

²⁶ От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию,

²⁷ дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас:

²⁸ ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: «мы Его и род».

История, рассказанная автором книги Деяний, является классикой настоящего миссионерства: оказавшись в ареопаге перед благородными жителями Афин, апостол Павел начинает свою речь не с укора, не с декларации своего учения, а с... восхищения — причём искреннего! — благочестием афинян, поставивших жертвенник «неведомому Богу» — среди множества жертвенников всем известным божествам разных народов. Называя жителей «особо набожными», апостол использует слово «δεισιδαιμονεστέρους» — производное от δεισιδαίμων богобоязненный, набожный, суеверный или очень набожный. Это слово из двух основ: δεισι- — присоединяемая форма от глагола δείδω «бояться» от существительного δέος «страх» и -δαίμων — «божество, дух-покровитель». «Набожность» в таком изводе — это прежде всего «сверхтрепетность» перед тем, что находится за гранью материального, вещественного; испуг перед неведомым, таинственным, теми силами, которые «раздают» счастье и несчастье, добрую и злую «долю». Интересно, что этимологически греческое слово «δαίμων» происходит именно от глагола «δαίομαι» — «наделять», «давать долю», «распоряжаться» — в том числе и судьбой. То есть «благоговение афинян» — это прежде всего страх перед духами-распорядителями — от которых ждать можно чего угодно!

И смотрите, как гениально апостол берёт это ощущение глубинного ужаса перед неведомым — и, оперевшись на него, буквально переворачивает смысл: ведь его проповедь — не о мрачных, непонятных, непознаваемых тёмных демонических силах — которых и опасаются афиняне! — а о Богочеловеке, Живом, отдавшем Свою жизнь на Кресте — но и восставшем из мёртвых!

И тут же возникает вопрос: а мы сами-то, православные христиане, сильно ли в своём представлении о духовном мире продвинулись по сравнению с жителями Афин — или так же, как и они, скорее «сверхтрепетны» перед угрозами от «неведомого» — или вместе с апостолом Павлом ощущаем себя самыми близкими родными святых — да и самого Господа Иисуса Христа — от которых уже мы ожидаем не угроз и опасностей, а поддержки, вдохновения и — радости!...

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов