Поделиться
Апостол Павел. Худ.: Джованни Франческо Барбьери
2 Кор., 173 зач., III, 4-11.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Если мы будем внимательны при чтении житий святых, то мы с лёгкостью заметим одну важную общую черту отношения к самим себе и к Богу тех, кого Церковь прославляет как угодивших Богу и достигнувших Царства Небесного: все эти люди не считали какие бы то ни было собственные дарования и успехи в полном смысле своими, все они прекрасно понимали, что если у них что-то и получается, то не благодаря их трудам, талантам и упорству, а исключительно по милости Божией. Естественно, что точно так же относился к самому себе и апостол Павел, он неоднократно писал об этом в своих посланиях, одно из тех мест, в которых апостол исповедует свою немощь пред величием Бога, звучит в православных храмах сегодня во время литургии, оно взято из 3-й главы Второго послания апостола Павла к Коринфянам.
Глава 3.
4 Такую уверенность мы имеем в Боге через Христа,
5 не потому, чтобы мы сами способны были помыслить что от себя, как бы от себя, но способность наша от Бога.
6 Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит.
7 Если же служение смертоносным буквам, начертанное на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лице Моисеево по причине славы лица его преходящей,
8 то не гораздо ли более должно быть славно служение духа?
9 Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания.
10 То прославленное даже не оказывается славным с сей стороны, по причине преимущественной славы последующего.
11 Ибо, если преходящее славно, тем более славно пребывающее.
Зная жизнь апостола Павла, нам не кажется удивительным высказанное апостолом отношение к собственным заслугам: он, конечно же, прекрасно помнил, что его Бог избрал и призвал без каких бы то ни было стремлений к этому со стороны самого Павла. Впрочем, говорить так не совсем корректно, и так полагать мог лишь сам апостол, нам же очевидно, что его ревность об угождении Богу, пусть и имевшая крайне искажённое направление, послужила той самой почвой, на которую легло призвание от Господа Иисуса Христа. Сам человек не способен корректно оценивать степень своего стремления к Богу, и апостол Павел этого не делал, он лишь свидетельствовал, что всё им сделанное на ниве христианской миссии, — это не его заслуга, а дар Божий.
Упомянул же эту мысль апостол вовсе не случайно: христианская община Коринфа переживала не самые лучшие времена, и, как всегда в таких случаях, сознание рисует картину печального будущего, судя по всему, некоторые из христиан Коринфа были особенно подвержены этой общечеловеческой тенденции, и они нуждались в утешении и ободрении. Именно это и сделал апостол Павел, его слова о его собственной слабости и силе Бога, а также о том, что само существование Церкви в Коринфе — это Божие действие, должны были привести адресатов послания к очевидному и простому выводу: если Бог дал бытие Церкви Коринфа, значит Он Сам и промышляет о ней, Он не даст ей погибнуть.
Дальнейшие слова апостола Павла из только что прозвучавшего отрывка Второго послания к Коринфянам призваны усилить эту мысль. В них апостол противопоставил служение Ветхого Завета и служение новозаветной Церкви, он напомнил о Моисее, на лицо которого после общения с Богом невозможно было смотреть по причине исходившего от него света, однако этот свет был временный и преходящий, как, собственно, временным был и Ветхий Завет, тогда как Новый Завет — вечен, вечна и его слава. Если же кому-то кажется, что Церковь Христова может устареть, отжить своё, лишиться своей силы, то такой человек глубоко ошибается. Да, Господь может лишить кого-то из христиан Своей благодати по причине наших человеческих грехов, но Он никогда не оставит Церковь без Своего попечения, значит, у нас, как и у христиан древнего Коринфа, всегда есть путь возвращения к благодати Христовой через очищение своего сердца и изменение жизни по тому образцу, который указал нам Господь в Евангелии, а его апостолы — в своих посланиях.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Как тут не поверить?»
ПоделитьсяВ этом выпуске своими историями о событиях, которые были настолько необыкновенными или неожиданными, что явно человеком воспринимались как вмешательство Бога и помогали в укреплении веры, поделились ведущие Радио ВЕРА Наталия Лангаммер, Анна Леонтьева, Марина Борисова, а также наш гость — настоятель храма святого равноапостольного князя Владимира в городе Коммунар Ленинградской области священник Алексей Дудин.
Все выпуски программы Светлые истории
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Хвалю вас, братья. Алексей Шириков
Поделиться
Каждый раз, когда я читаю в библейских группах Первое послание святого апостола Павла к Фессалоникийцам, участники удивляются тому, насколько много в нём апостол хвалит своих читателей. Он вспоминает их «дело веры и труд любви, и терпение упования», говорит, что от них «пронеслось слово Господне» по всей округе, называет их своей радостью и венцом похвалы.
Меня эти места в тексте прежде тоже удивляли. Лет с шестнадцати, когда я впервые читал послания. «Как же так, — думал я, — можно же возгордиться». Меня так воспитали: если что-то хорошее произошло, если я чего-то достиг, на олимпиаде или в спорте, хвалиться этим не стоит, нужно просто благодарить Бога, а собственные усилия по возможности не упоминать вовсе, чтобы не заслонить ими Того, Кто на самом деле всё устроил.
Когда я рассказывал об успехах, отец всегда задавал вопрос: «Кого надо благодарить?» Правильный ответ я выучил быстро: «Бога!» Думаю, что для меня это было даже полезно, отучило от лишней самоуверенности. Но слова апостола Павла меня удивили. Мне тогда казалось, что похвала — себя ли или других — неизбежно приведет к гордости. Поэтому я старался от нее в принципе отказаться.
Позже я прочитал у того же апостола Павла строчку, которая поставила все на свои места. В Первом послании к Коринфянам он пишет уже о себе самом: «Благодатию Божиею есмь то, что есмь, и я более всех их потрудился, впрочем не я, а благодать Божия, которая со мною». Называя свои успехи в деле проповеди, апостол просто признает правду о себе, не искажая ее из ложной скромности. Он может это сделать, потому что тут же воздает всю славу Богу. А значит, может похвалить и фессалоникийцев, ведь возможный вред похвалы исчезает, если помнить о Том, кто дает человеку все — Творце.
И вот, кажется, ответ и на моё детское недоумение. Отрицать собственный труд не то же самое, что смиряться. Это — форма неправды, и она не проходит бесследно: кто приучил себя не замечать плод в собственной жизни, тот и в чужой его не заметит, потому что взгляд уже настроен видеть не то, что удалось, а то, что ещё нужно исправить. Именно поэтому многим из нас так же трудно похвалить другого, как и признать свои собственные достижения. Мы просто заставили себя не видеть результат ни своих усилий, ни усилий других людей.
Но тут мне вспоминается другой пример, из прощальной речи Христа. За несколько часов до того, как один из учеников Его предаст, а все остальные разбегутся, Он говорит им: «Я назвал вас друзьями». Он понимает, что произойдёт дальше, знает про Иуду, знает, что Пётр трижды отречётся ещё до крика петуха, а остальные попросту скроются в темноте. И всё равно называет их друзьями. Может быть, эти слова и помогли им потом не отчаяться, увидев свою слабость.
Поэтому я сам сегодня стараюсь научиться и честно оценивать собственный труд, не пряча его за одним лишь «слава Богу», и не бояться хвалить других. Ведь любое дело мы совершаем в синергии с Богом, в соработничестве.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
Тутовое дерево. Анастасия Битиева
Поделиться
Возле дома моей бабушки рос тутовник. Она посадила его много лет назад, когда только переехала в свой дом с небольшим огородом. Сорок лет спустя тутовник возвышался над всей улицей, привлекая взоры соседей и прохожих густой кроной.
Я очень любила тутовник, и бОльшую часть летних каникул проводила на нем. Бабушка никогда не запрещала мне забираться на дерево, только просила быть осторожнее. А когда я спускалась, ждала меня внизу с горбушкой хлеба и стаканом молока или компота.
На тутовнике я читала книги, наблюдала за жизнью улицы, мечтала и даже смотрела кино! По выходным на нашу улицу приезжал выездной кинотеатр, и экран разворачивался прямо посередине улицы, а с тутовника открывался самый лучший вид!
Но больше всего мне нравилось в ветреную погоду взбираться высоко-высоко на самую верхушку тутовника, обнимать ветви и раскачиваться вместе с ними на ветру, слушая шум листвы, который то напоминал бушующее море, то превращался в музыку. Это было настоящее волшебство! Казалось, что так будет всегда...
Когда мне исполнилось четырнадцать лет, бабушка тяжело заболела и умерла. Через год маме пришлось продать дом: мы жили на другом конце города, следить за ним должным образом не получалось. Новые хозяева очень скоро тутовник срубили, а дом снесли. И вместе с ними словно исчез мой чудесный и счастливый мир.
Но чем больше проходило времени, тем отчетливее становилось: самое важное осталось со мной — любовь бабушки, ощущение тепла и радость, с которой я когда-то смотрела на мир с ветвей тутовника.
Память о счастливом детстве, любовь близких, родной дом — всё это делает человека настоящим, помогает не потерять самого себя во взрослой жизни, поверить в свои силы. Митрополит Антоний Сурожский говорил, что подлинная вера в себя — это не самоуверенность, а доверие той глубине, которую Бог вложил в каждого человека.
Мне кажется, именно в детстве, когда нас просто любят, это глубина впервые открывается. Мы еще ничего не знаем о Боге, но уже учимся узнавать любовь.
«Любовь никогда не перестает», — пишет апостол Павел в своем послании к коринфянам. Поэтому все, что было дорого в детстве, тоже не исчезает бесследно. Оно просто меняет форму, превращаясь в невидимую, но прочную опору внутри. Подобно семенам, упавшим в землю, которые однажды обязательно прорастут вновь.
Мой тутовник тоже никуда не исчез. Потому что главным в нем была любовь бабушки, которая привела меня туда, где она открывается во всей своей полноте...
Сегодня я звонарь в храме Воскресения Словущего, и минимум раз в неделю поднимаюсь высоко-высоко на колокольню храма и звоню в колокола...
И иногда, особенно в ветреную погоду, в звоне колоколов слышится шум листьев моего тутовника и голос бабушки, которые возвращают меня в детство, когда она была рядом. И тогда я особенно ясно понимаю, что любовь действительно не перестает. Все, что было подарено любовью, однажды помогает узнать Того, кто сам есть Любовь.
Автор: Анастасия Битиева
Все выпуски программы Частное мнение
