Поделиться
Деян., 42 зач., XIX, 1-8.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
В любом учебнике догматического богословия есть раздел, посвящённый учению о Духе Святом. О Духе Святом повествует Священное Писание, о Нём же мы можем прочитать и во множестве духовно-назидательных книг. А ещё у нас есть церковные праздники в честь Святого Духа. И, конечно же, мы непрестанно молимся о том, чтобы Дух Святой вселился в нас, очистил наши души от всякой скверны и привёл нас ко спасению. Но что может сказать о Святом Духе тот человек, который родился в нецерковной семье, был крещён в младенчестве лишь в силу традиции и в своей сознательной жизни не проявляет никакого интереса к христианству? Поймёт ли такой человек сам вопрос о Духе Святом? Как он отреагирует на этот вопрос? Можно с большой долей уверенности предположить, что, скорее всего, вопрос не будет понят корректно, и внятный ответ на него мы получить не сможем. Такое положение дел существенным образом отличается от свидетельств Древней Церкви, одно из которых мы можем найти в 19-й главе книги Деяний святых апостолов, отрывок из этой главы звучит сегодня во время литургии в православных храмах. Давайте послушаем его.
Глава 19.
1 Во время пребывания Аполлоса в Коринфе Павел, пройдя верхние страны, прибыл в Ефес и, найдя там некоторых учеников,
2 сказал им: приняли ли вы Святаго Духа, уверовав? Они же сказали ему: мы даже и не слыхали, есть ли Дух Святый.
3 Он сказал им: во что же вы крестились? Они отвечали: во Иоанново крещение.
4 Павел сказал: Иоанн крестил крещением покаяния, говоря людям, чтобы веровали в Грядущего по нем, то есть во Христа Иисуса.
5 Услышав это, они крестились во имя Господа Иисуса,
6 и, когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый, и они стали говорить иными языками и пророчествовать.
7 Всех их было человек около двенадцати.
8 Придя в синагогу, он небоязненно проповедовал три месяца, беседуя и удостоверяя о Царствии Божием.
Крещения Иоаннова уже давно не существует, оно закончилось приблизительно тогда, когда Иоанн Креститель был взят под стражу, хотя, конечно, крестили и его ученики, но в отношении общины Иоанна оказалась абсолютно справедливой процитированная Христом фраза пророка Захарии: «Говорит Господь Саваоф: порази пастыря, и рассеются овцы!» (Зах. 13:7). Конечно, причина этого явления лишь в том, что Иоанн был Предтечей, его миссией было приготовление людей к Пришествию Христову, и приводить он должен был не к себе, а к Нему — к Воплощённому Богу. Иоанн со своей миссией справился замечательно, а потому в годы жизни апостолов всё ещё оставались люди, знавшие лишь Иоанново крещение.
В наше время таких людей не существует, и все те, кто был крещён в канонической православной Церкви крещены так, как крестили своих учеников апостолы Христовы, и всем нам был дан Дух Святой в Таинстве миропомазания. Но почему же тогда мы без специальной подготовки не в состоянии что-либо сказать о Духе? Почему мало какой человек, крестившийся в сознательном возрасте, может сказать, что крещение разделило его жизнь на «до» и «после»?
Самым простым ответом на эти вопросы стало бы утверждение, что всё церковное учение — ложь, а Новый Завет — вымысел. Однако с таким ответом будут категорически не согласны те люди, которые и в наши дни имеют общение с Духом Святым, те, для кого Дух реален насколько же, насколько реальны и они сами. Такие люди — это не какое-то чудо родом из седой древности, они наши современники, это те люди, кто вопреки расчёту и логике выбрали путь служения Церкви, те, кто, ограничивая себя во всём, служат Богу и людям, те, кто живёт с молитвой в уме и в сердце, те, для кого евангельские слова Христа не пустой звук. Всех этих людей можно назвать тем же самым словом, которым в только что прозвучавшем отрывке книги Деяний названы собеседники апостолов: словом «ученики».
Для познания Духа Святого недостаточно одних лишь правильно совершённых крещения и миропомазания, для этого необходимо ещё и обладать некоторой совокупностью знаний. Именно по этой причине Господь наш Иисус Христос перед Своим Вознесением заповедовал апостолам не только крестить, но и учить, что апостолы и делали, а потому-то крещёные ими люди в том случае, если их стремление ко Христу было искренним, получали и знание о Духе Святом, а также и дары Самого Духа, что делало их способными жить жизнью уже не плотской, но духовной.
Христиане всегда должны оставаться учениками, в этом состоит залог пребывания в Духе Святом. Дай Бог, чтобы мы об этом помнили, и чтобы у нас никогда не возникло ощущения, что мы в полной мере познали Христа и Его Евангелие.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
28 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер
Поделиться
Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег
Поделиться
Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
