Поделиться
Татьяна Любомирская
Был в моей жизни тяжелый период, когда на душе было тускло, а будущее казалось бессмысленным и лишенным радости. Но самым сложным было сознавать, что все мои беды произошли по моей вине. Если бы я была мудрее, терпеливее, всё могло сложиться по-другому. Отчаяние разъедало сердце, как серная кислота. И только одно еще как-то поддерживало меня наплаву: полгода назад я оплатила поездку в Израиль. Через несколько дней мне предстояло оказаться в главном храме всего христианского мира ‒ Храме Гроба Господня.
Я мечтала, как войду в Кувуклию, и Господь обязательно пошлет мне утешение. Эта надежда светила, как тонкий солнечный луч, помогала жить все эти долгие, серые дни до поездки.
И вот, наконец, я здесь! Сразу же из аэропорта мы поехали в Храм, чтобы приложиться к Святыне, побывать на ночной Литургии. Те, кто был в этом месте, знают, что простоять в очереди к Кувуклии можно несколько часов. Толпа паломников огромная. А перед ночной Литургией — особенный ажиотаж, ибо с началом Богослужения доступ к Гробу Господню перекрывают. Те, кто не успел приложиться, будут вынуждены прийти в другой день. В паломнических группах время расписано очень плотно, и такой возможности может не быть. Поэтому мы все волновались. Уже зная предстоящий график на неделю, мы понимали: сейчас или никогда.
Храм Гроба Господня не такой уж большой. Из-за огромного количества прихожан в нем почти всегда душно. Выстояв полтора часа в очереди и уже оказавшись внутри загородки, что обозначало близость к Святому месту, я вдруг почувствовала сильную дурноту и головокружение. «Нет, нет, только не сейчас!» — мысленно воскликнула я, понимая, что если я выйду из очереди на воздух, то обратно уже не попаду. Но оставаться тоже не было никакой возможности. Сознание меркло, ноги подкашивались. В итоге, как я ни боролась с собой, я упала в обморок. Прихожане и дежурные монахи, привыкшие к таким ситуациям, вывели меня из толпы и посадили на пол у противоположной стены, где было не так душно. Кто-то вложил мне в руки бутылку с водой.
Медленно приходя в себя, я со слезами на глазах смотрела, как другие паломники из моей группы приближаются к Кувуклии. Очень скоро они войдут в это Святое место, а я так и не попаду туда. Так и не смогу ощутить эту благодать, не смогу попросить прощения за свои ошибки и помолиться о помощи и утешении. Ради одной меня никто не станет менять график поездки.
«Это тебе за всё, что ты натворила», — думала я, чувствуя себя полным ничтожеством. «Ты не имеешь права туда входить. У тебя злое сердце и слабая воля. Даже Господь не хочет, чтобы ты подошла к Нему так близко. Сама во всем виновата!».
И тут, хотя до начала Литургии оставалось еще достаточно времени, доступ к Кувуклии вдруг перекрыли. Перекрыли прямо перед нашей группой! Расстроенные люди расходились по разным уголкам храма в ожидании Богослужения. А сопровождавшая нас монахиня утешительно улыбнулась и сказала:
— Ничего страшного, не расстраивайтесь! Раз никто из вас не попал, завтра мы откажемся от одной поездки и еще раз приедем сюда. Вы все сможете приложиться.
В этот момент я ощутила такую уверенность в том, что Господь меня любит, помнит обо мне и слышит мое сердце, что все дурные мысли рассеялись, как дым. Подумать только, ради одной меня Господь задержал тридцать человек! Он знал, как мне нужно получить это утешение, и, как в евангельской притче, оставил девяносто девять овечек и пошел за одной, заблудившейся, чтобы привести ее к себе. И как мудро Он сделал это, не обделив и не позабыв никого из нашей группы. Любовь Бога к нам безусловна, и Он никогда не отворачивается от нас, что бы ни было в нашем прошлом, если мы сами стремимся к Нему вернуться.
Автор: Татьяна Любомирская
Все выпуски программы Частное мнение
27 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Ashkan Forouzani/Unsplash
Есть в Священном Писании как будто пугающие слова о младенцах: «Блажен, — сказано Духом Святым о дочери Вавилонской, — кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень». О ком и о чём идёт речь? Конечно, не о младенцах человеческих! «Дщерь Вавилоня» — по-славянски — это любая греховная страсть: гнев или гордыня, например. Её младенцами именуются первые проявления страсти в душе — греховные помыслы или образы. Блажен будет христианин, если немедля разрушит прилоги, первые греховные мысли, о камень имени Христова, отгоняя страсть горячей молитвой ко Господу Иисусу.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Гнев или кротость. Ольга Шушкова
Поделиться
Я часто заказываю продукты с доставкой на дом. Это экономит силы и время. И вот, однажды вечером, придя поздно с работы, спохватилась, что продуктов на завтра нет. Ни масла, ни яиц, ни творога. Остался только хлеб и маленький кусочек сыра. Но я так устала, что заказывать продукты сейчас и ждать доставку уже не было сил. Что осилила, так это сложить в виртуальную корзину в приложении магазина всё необходимое, чтобы утром время не тратить. Выбрала время доставки на 9 утра. И, наконец, легла спать.
Встала в 8:20. Выходить из дома на работу нужно в 10:15. На всё про всё меньше двух часов. В 8:30 в приложении торговой сети отобразилось, что заказ доставят в течение 30 минут. Это меня устраивало. Начала спокойно собираться.
Включила Радио ВЕРА. В эфире шла программа о гневе и кротости. Говорилось о том, что гнев изначально дан нам Богом для борьбы со своими грехами. И как важно уметь сдержать неправедный гнев, когда он направлен на других людей.
На часах пробило девять утра. Заказ ещё не привезли. Я начала нервничать. Почти голодной идти на работу не хотелось. В 9:10 написала в поддержку. Они ответили: «Ждите, будем разбираться».
Прошло 10 минут, но никакой новой информации о доставке не приходило. Я была готова разразиться тем самым неправедным гневом, о котором только что рассказывали по радио. Но подумала: «А ведь не зря мне сейчас Господь дал услышать именно про гнев. Может, попробую сдержаться?». Я помолилась, попросила у Бога сил, чтобы побороть свою ярость, даровать мне терпение и смирение. Потом, насколько могла спокойно, ещё раз написала в поддержку. В 9:25 мне ответили, что заказ утерян, извинились и вернули деньги.
Тут мой гнев был уже практически неудержим. Времени на поиски продуктов на другой торговой площадке уже не было. Я поняла, что прохожу испытание на кротость. Молясь про себя, изо всех сил сдерживаясь, попыталась все же вежливо спросить, нельзя ли повторить заказ. Мне ответили, что можно, надо всего лишь нажать на одну стрелку в приложении. Я решила рискнуть. Простить и довериться ещё раз тем, кто меня подвёл.
И о чудо! В 9:40 курьер уже звонил в дверь. Как быстро получилось во второй раз! В 9:45 приехал ещё один курьер с таким же заказом. Я поняла, что первый курьер нашёлся и доставил-таки мой заказ, хотя его уже отменили. Написала в поддержку, что в результате получила два заказа, хотя за первый деньги уже вернули. Они ответили: «Такого не может быть, первый заказ отменён. Будем разбираться».
Я поела и побежала на работу. Поздно вечером, вернувшись домой, снова зашла в чат поддержки. И была приятно удивлена. Мне написали, что первый заказ оставили в подарок, за то, что не привезли его вовремя.
Стало так хорошо на душе, что я сумела всё же совладать со своими дурными чувствами, по-доброму отнеслась к людям. И они ответили тем же. Моя сдержанность была вознаграждена и морально, и материально.
Теперь я попробовала со стороны посмотреть на эту ситуацию. И даже улыбнулась: смешно бы я выглядела, отчитывая продавцов, разъярившись просто из-за еды. А курьер! Я даже не подумала о нем. Что случилось, почему он не добрался по моему адресу? В тот момент я зациклилась на себе. И как хорошо, что Господь помог мне повернуться от своего эгоизма к людям. Не гневаться, а простить, дать шанс все исправить. Гнев поддается укрощению с помощью Божьей. Теперь я точно знаю, как выбирать между ним и кротостью — надо обращаться с молитвой к Всевышнему.
Автор: Ольга Шушкова
Все выпуски программы Частное мнение
Светлая полоса
Поделиться
Фото: Vitali Adutskevich / Pexels
Хмурым зимним утром Дима спешил в новую жизнь. Ещё две станции метро, пару кварталов пешком. На собеседование просили не опаздывать — организация серьёзная и приглашения он ждал целый год.
Людской поток вынес Диму на одну из центральных улиц города. Морозный воздух освежил после душной поездки.
— Вроде бы, сейчас направо? — задумался молодой человек.
Дыхание от волнения сбилось. Дима достал телефон: уточнить адрес и взглянуть на карту, но тот внезапно разрядился. Видимо из-за мороза. Ком в горле опустился в грудь и там пульсировал. Дима нажал кнопку перезапуска — телефон по-прежнему не включался.
Исторические особняки и огромные сталинки молчаливо провожали Диму, спешащего по незнакомым переулкам. Он вспоминал маршрут по памяти, вчера вечером он изучал его, но город оказывался хитрее: запутывал, кружил. Вдруг среди кирпичных исполинов Дима увидел храм — небольшой, приземистый, но такой праздничный, как пасхальное яйцо. Молодой человек потянул за ручку двери и оказался в другом мире. В робком свете свечей на него смотрел образ Николая Чудотворца. Дима приложился к нему, прося помощи и утешения.
— Неужели всё пропало?
На выходе из храма в кармане что-то зазвенело. Дима достал телефон.
— Включился! Ещё успеваю!
Радостный он поспешил на важную встречу, а под его ногами начиналась новая, светлая полоса.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
