У нас в студии были руководитель отдела благотворительных программ православной службы «Милосердие» Владлена Калашникова и участница благотворительной акции «Милосердие на бегу», основатель культурного сообщества «TO Art» Мадина Тотоонова.
Наши гости рассказали о том, как участие в марафоне может помочь собрать средства для подопечных службы «Милосердие», об удивительных историях людей, ставших «благобегунами» и о тех, кто их поддерживает.
Ведущие программы: Тутта Ларсен и пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности Василий Рулинский.
Т. Ларсен:
— Привет, друзья, это проект «Делатели» на Радио ВЕРА. Я Тутта Ларсен...
В. Рулинский:
— И я Василий Рулинский. И у нас в гостях прекрасные две замечательные девушки, Владлена Калашникова и Мадина Тотоонова. Владлена Калашникова у нас уже была — это руководитель благотворительных программ православной службы «Милосердие». А Мадина — это волонтер службы «Милосердие», не побоюсь этого слова — мы сегодня об этом будем много говорить, так что не удивляйтесь, дорогие друзья, благобегун, расскажем, что это значит, службы «Милосердие» и основатель сообщества ToArt. Да, Мадина, все правильно?
М. Тотоонова:
— Добрый вечер. Я предпочитаю говорить: ToArt.
Т. Ларсен:
— То есть творческое объединение.
М. Тотоонова:
— «То» — это частика моей фамилии, и это сообщество, которое мы основали с моей сестрой. Мы Тотооновы, поэтому ToArt. А «To» — это как частичка к чему-то прекрасному, красивому.
В. Рулинский:
— Замечательно. Мы сегодня будем говорить об очень интересной теме — совсем скоро, 17 сентября, в Москве пройдет Московский марафон, наверное, самое крупное такое беговое событие...
Т. Ларсен:
— Сезона.
В. Рулинский:
— Сезона, России — не знаю, как это называется. И в рамках этого марафона будет очень интересная такая благотворительная инициатива, причем она не первый год уже реализуется нашей службой «Милосердие» православной. Что это за инициатива и вообще, как можно через бег помочь другим людям, это, мне кажется, не всегда понятно, и нужно объясниться. Влада, расскажи, что это значит.
В. Калашникова:
— Ну инициатива имеет богатую вообще историю. Конечно, мы не были теми, кто ее придумали. Придумали ее старшие товарищи из Америки и Европы. Старшие только для нас, фандрайзеров. Я совершенно не настаиваю на их старшинстве по всем жизненным вопросам, но в отношении привлечения средств на благотворительные проекты у них, конечно, есть преимущество чисто историческое. И там в XX веке кому-то пришла идея не просто собирать средства на борьбу с какой-то социальной проблемой, на исследования медицинские, которые могли бы решить какую-то медицинскую проблему сложную, но и совершить ради этого какой-то подвиг. Надо сказать, что, когда я прикладываю эту ситуацию к себе, я два раза участвовала, в том числе и бежала дистанцию 10 километров на нашей акции, в том числе на самой первой акции, я понимаю внутренне это так, что ты ощущаешь потребность что-то отдать. И не что-то вот так слегка, ну так вот, на отвяжись, простите за выражение...
Т. Ларсен:
— То, что легко тебе это дается.
В. Калашникова:
— Да. А вот предпринять реальное усилие, которое дает внутреннее право просить что-то взамен. Для меня это было важно. Как мне кажется, это важно для многих людей, которые участвуют вот в таких благотворительных забегах. Мы не единственная благотворительная организация, которая проводит благотворительные забеги, но зато у нас самая многочисленная благотворительная команда благобегунов.
Т. Ларсен:
— А вот интересно, насколько именно спортивное мероприятие благотворительное, оно эффективнее или привлекательнее для потенциальных благотворителей, чем просто какой-нибудь сбор или клич и так далее. Очень много ведь всяких форматов участия в благотворительности. Насколько спортивные мероприятия работают здесь?
В. Калашникова:
— Работают на уровне с другими благотворительными акциями, их в нашей службе помощи «Милосердие» несколько в течение года, можно выделить четыре. И, например, есть благотворительная акция «Дари радость на Рождество» — о ней мы тоже со слушателями Радио ВЕРА беседовали, — когда человек может выбрать подопечного, которому он хочет подарить подарок, о котором тот мечтает. Это акция позволяет привлечь не только подарки, но и средства на уставную деятельность. Потому что, погружаясь в историю подопечных, человек, как правило, понимает смысл деятельности службы, и готов ее подержать. И, к счастью, это несколько миллионов рублей вот в этот рождественский период, которые потом обеспечивают около месяца работы службы помощи «Милосердие». А вот беговые акции, они начинались у нас в 2016 году с 300 тысяч рублей. Понятно, что стоимость денег меняется, но тем не менее для какого-то сравнения: максимальная сумма, которую мы собрали, была три миллиона рублей — это тоже значительные деньги.
В. Рулинский:
— Это от всех бегунов в рамках одной акции?
В. Калашникова:
— Да, что особенно ценно, здесь человек не просто бросает свои пятьсот рублей в копилку, а он создает, мы ему создаем индивидуальную страницу, и он просит своих друзей и знакомых поддержать его личный подвиг. Он сам ставит себе цель, он собирает средства — у кого-то это три тысячи, а у кого-то 50 тысяч.
В. Рулинский:
— И становится таким фандрайзером, говорит: ребята, я бегу, давайте, в пользу меня жертвуйте средства.
Т. Ларсен:
— Поддержите меня.
В. Калашникова:
— Да. Вот у нас Мадина, которая согласилась сегодня вместе со мной прийти к вам в гости, она лидер буквально сейчас в нашей команде благобегунов, она лидер среди фандрайзеров-волонтеров, у нее сейчас самая большая сумма собрана. И ну немножко неловко всегда говорить о деньгах, ну так мы устроены...
В. Рулинский:
— Да ничего, нормально.
В. Калашникова:
— Но тем не менее мне хотелось бы подчеркнуть и сказать, что это большое значение имеет. О том, почему Мадина решила включиться в нашу акцию, я думаю, она сейчас сама расскажет.
В. Рулинский:
— Да, Мадина, как вы вообще в эту историю-то втянулись?
Т. Ларсен:
— Вы бегаете?
М. Тотоонова:
— Вчера в своем блоге я написала, что я, конечно, бегу, но, по большому счету, я стою или иду, но я стараюсь бежать. То есть для меня это тоже из большого количества обстоятельств сложившееся, каждый раз решение принимается действительно накануне забега, принимать ли непосредственное участие или поддержать кого-то. Когда-то это было желание поддержать подругу, когда-то было желание поддержать супруга. Я вообще являюсь тоже волонтером службы помощи и тоже участвовала во многих акциях, в том числе и «Подари подарок на Рождество», мы с моей семьей ездили тоже, знакомились с бабушками. И все то, о чем Влада сейчас рассказывала, действительно работает потрясающе: ты видишь, как люди рядом с тобой меняются и как они включаются в жизнь ближних, и знакомятся с ближними, что их на самом деле оказывается много. Возвращаясь к моему участию в забеге — это очень близко к моему дню рождения, у меня день рождения 25 августа, и я решила вот для себя в какой-то момент, что для меня очень важно тоже какой-то общественный совершить значимый вклад и в себя, и привлечь к этому моих близких, дорогих людей, прежде всего друзей и родных. И предложила им поучаствовать, поддержать меня в качестве подарка на день рождения — то есть такой очень, мне кажется, стандартный повод. И когда я увидела, что большое количество людей меня поддержало, я начала и тренироваться, и ныть, но продолжать выходить каждый день, чтобы как-то красиво выступить. И оказалось, что это действительно интересно, это действительно привлекает внимание к службе помощи «Милосердие», к активному какому-то участию, и этот небольшой эпизод в жизни, он на самом деле очень влияет качественно и на твою жизнь, и на жизнь вокруг тебя. Для меня это большой челлендж.
Т. Ларсен:
— Тот самый подвиг.
В. Калашникова:
— Да, тот самый подвиг. Я совершенно не бегун, вот это не мой вид спорта, я не люблю все это повторяющееся. Но признаюсь, что, когда ты совершил это, ты получаешь невероятную эйфорию. И радость, конечно, оттого что ты это делаешь в команде, она еще и очень личная.
В. Рулинский:
— Мадина, а когда ты финишируешь, вот эйфория или все-таки усталость дикая, что наконец-то уже конец, все, уже не могу?
Т. Ларсен:
— Это смотря сколько — ты 10 километров или 42 пробежал.
В. Калашникова:
— Для некоторых здесь это 42. Для меня в первый раз я очень усердно занималась и приобрела такую серьезную травму, и для меня добежать было, я последние несколько километров просто на Иисусовой молитве добежала. То есть для меня это был просто подвиг. Я сейчас вспоминаю, я не смогла бы сейчас это повторить, то есть вот этот первый мой забег был таким очень важным. У меня не было связки на ноге...
В. Рулинский:
— Ой...
В. Калашникова:
— Я давно ее порвала и не занималась никакими видами спорта. То есть у меня был еще такой очень личный запрос — на то, чтобы преодолеть какие-то страхи, какие-то ограниченные возможности свои, немножечко да, их расширить, для того чтобы, наверное, и в других сферах быть смелее.
В. Рулинский:
— Ну это действительно удивительно, да.
Т. Ларсен:
— А вот интересно, да, какой в этом забеге процент действительно таких вот отчаянных новичков, как Мадина, а какой процент профессиональных людей? Просто, знаешь, я сейчас подумала: иезуитская такая дистанция — 42 километра.
В. Рулинский:
— Не 40, а именно 42.
Т. Ларсен:
— Пробежал сорок, и еще и два доползи.
В. Калашникова:
— А там еще метры. Я как-то сейчас забыла, там что-то типа 238 метров.
В. Рулинский:
— Но это же из Греции Древней, да, идет эта дистанция?
В. Калашникова:
— Там мера другая, да, не километраж. Да, марафон — это сколько пробежал воин тот самый, чтобы возвестить победу...
Т. Ларсен:
— И умереть.
В. Калашникова:
— И добежал, и умер.
В. Рулинский:
— В этом что-то есть.
Т. Ларсен:
— Memento mori. А что, это наша позиция.
В. Калашникова:
— А мне что-то вспомнилось: хорошее дело браком не назовут, и вот хорошее дело в этом смысле марафоном тоже не должны были, но есть в этом какой-то противоречивый, красивый смысл.
В. Рулинский:
— Ну так все-таки, Тутта задала вопрос: сколько профессионалов, а сколько новичков?
В. Калашникова:
— Я не могу сказать прямо точно в процентах. Но по моим личным ощущениям, когда я в группе общаюсь с командой, что две трети — это вот отчаянные люди типа нас. Время подвига.
В. Рулинский:
— Без связок там, с Иисусовой молитвой.
Т. Ларсен:
— Нет, речь не об этом. А почему я спросила, потому что ну все-таки марафон — кажется, что это что-то очень серьезное и под силу только профессионалу. А на самом деле люди, которые сейчас нас слушают, они могут испугаться и сказать: нет, ну наверное, я это не справлюсь с этим. Не обязательно связки рвать. Просто две трети людей, которые участвуют в марафоне, это непрофессиональные бегуны, и мне кажется, это важно.
В. Рулинский:
— И не обязательно 42 бежать, да, можно пробежать и 10.
В. Калашникова:
— Большинство бегут 10. 42 — это однозначно дело только подготовленных, очень здоровых людей. Поэтому я вас как организатор убедительно прошу: не пытайтесь повторить это дома, самостоятельно, не надо. 10 километров — да, потому что в конце концов вы можете идти.
М. Тотоонова:
— Вот я хотела как раз об этом сказать, что бежать не обязательно. Здесь очень часто наблюдаешь, что благобегуны, друг друга подбадривая, идут какую-то часть дистанции, и это тоже нормально.
В. Рулинский:
— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. А мы говорим о участии в Московском марафоне, но не только в нем. Программа, я так понимаю, предполагает, что ты можешь пробежать и не только в рамках Московского марафона, но ты просто можешь стать таким благобегуном и как-то деньги собирать в пользу благотворительных инициатив, да, Влада?
В. Калашникова:
— Абсолютно верно. В других городах можно пробежать вплоть до формата вокруг дома десять раз, это может быть, как угодно. Это, продолжая разговор на тему подвига, вот что-то для тебя личное, что ты хочешь преодолеть. Или не хочешь, и имеешь на это полное право. И мы в этом году даже ввели такой термин как благоболельщик — то есть если человек по состоянию здоровья не может бежать, он не может там идти, предположим, но он готов просто создать свою страницу, рассказать о том, что есть служба помощи «Милосердие», рассказать, что есть акция такая благотворительная и просто выступить как волонтер-фандрайзер, а потом, например, прийти на забег и поддержать наших бегунов. Потому что на самом забеге наши волонтеры также стоят с плакатами, с ладошками, что главный подвиг — это подвиг ради других, что будь сильным, беги за слабых, напоминая о глубинном смысле того, что делает человек. Это тоже участие, это тоже важно и это тоже ценно.
Т. Ларсен:
— А вот, кстати, ты сказала такую интересную вещь: будь сильным, беги за слабых. А ты, Вась, до отбивки такое словосочетание употребил, значит: православные спортсмены. То есть мне кажется, что на самом деле у нас очень часто, ну по крайней мере это мое личное впечатление, такой личный опыт, в нашей православной христианской, в этом нашем бульоне питательном, в которым мы все варимся, в нашем сообществе, к спорту люди часто относятся если не настороженно, то хотя бы скептически — то есть это типа не христианское это дело, телом заниматься, надо вот о душе подумать. А что бы мы сказали таким людям? И все-таки как вы соединяете христианство и спорт в этом проекте, именно идеологически?
В. Калашникова:
— Я сразу вспомнила историю — я начну издалека, небольшой исторический экскурс. Когда я пришла в службу помощи «Милосердие», незадолго до этого я занималась альпинизмом — там получила звездочку, значок точнее, потом я получила первый разряд, там вот это вот все. И, конечно, один из известных тоже таких вот форматов, который существует на западе, это благотворительное восхождение, и мне очень хотелось. И на одной из первых встреч, когда собрались все руководители проектов «Милосердие», я это озвучила и сказала: а давайте. На что владыка Пантелеимон, наш руководитель, сказал: ни в коем случае, ты что, там кого-то камнями завалит...
В. Рулинский:
— А мы будем виноваты.
В. Калашникова:
— Да, да. И то же самое...
Т. Ларсен:
— И вообще это гордыня, понимаешь: залезть куда-то там и водрузить там свой флаг.
В. Рулинский:
— Ты же не смиряешься, а восходишь. Таких надо точно смирять.
Т. Ларсен:
— Прости, пожалуйста, за оффтоп, не могу не вспомнить. Мы были в Александрове, и там есть колокольня, с которой Никита, значит, христианин Никита, холоп, на деревянных крыльях с этой колокольни прыгнул.
В. Рулинский:
— Дедал.
Т. Ларсен:
— Царь Иван Грозный это наблюдал, сказал: ну давайте посмотрим, как он прыгнет. Он прыгнул, перелетел стену крепостную, приземлился и ногами обратно вернулся, значит, на территорию монастыря — то есть он выжил, он с колокольни на деревянных крыльях слетел.
В. Рулинский:
— Ну, видимо, на этом история не закончилась.
Т. Ларсен:
— Нет. Потому что царь Иван Грозный сказал: человеку летать негоже, это дело ангельское. И казнил его, понимаешь.
В. Рулинский:
— Вот я ждал такого.
Т. Ларсен:
— И сказал: вот что за гордыня такая, понимаешь, и встал на пути прогресса. И тут как бы тоже тема, да, ну такая: непонятно, вот, конечно, благотворительное восхождение — денег собрали, но вознеслись же, понимаешь.
В. Калашникова:
— Ну надо сказать, что по прошествии времени я сама себе задаю вопрос: а зачем нужно было так мучиться, да, чтобы куда-то лезть, мерзнуть?
Т. Ларсен:
— А как же подвиг?
В. Калашникова:
— Да. Ну вот, видимо, душа человеческая, она христианская, жаждет подвига, если не духовного — это же сложно, то хотя бы физического, начнем с базы. И в этом отношении, в смысле начать с базы, такой небольшой подвиг под наблюдением духовника, я думаю, будет только на пользу. Ну и возвращаясь к исторической справке, Владыка долго время нам не благословлял беговую акцию. Одна из идейных вдохновительниц — нас было две, и основной была не я, а Екатерина Метлева, сотрудница «Милосердия» с огромным стажем, недавно она вышла замуж и уехала в Грецию. Мы ожидаем, что за будущего священника, но там как Бог даст. Но я очень хочу ее имя здесь упомянуть: Екатерина Метлева — тот человек, который...
В. Рулинский:
— Она была фанат прямо этой идеи.
В. Калашникова:
— Да. Вот нам пришлось ждать, наверное, года три, когда это созреет, и когда наш владыка Пантелеимон начал говорить о том, что для поддержания самочувствия, бодрости, для того чтобы хватало сил на жизнь духовную, человеку нужно все-таки отдыхать — спать нужно в достаточной степени, и все-таки заниматься физкультурой. Мы не говорим о профессиональном спорте, мы не говорим о том, что половину суток нужно заниматься спортивным чем-то, да, там или качать, чтобы все видели, какой у меня бицепс тут нарос. Мы говорим о том, что это доказано, что спортивная нагрузка, она, во-первых, помогает развивать волю, во-вторых, она влияет на гормональный фон, улучшая его и, в принципе, дает человеку ну ресурс для жизни, для деятельности, в том числе и для духовной. И мне кажется, что заходить совсем уж в дебри и говорить, например, про подвижников, которые там запирались где-то, как там Серафим Саровский, например, и ничего не видели, ничего не делали и ничем не занимались — это тоже своего рода гордыня. Ну не для нас это, мы мелко плаваем пока тут, в лягушатничке. Ну давайте пока творить добро в нашем лягушатничке.
В. Рулинский:
— Ну для каждого должны быть, наверное, свои какие-то форматы участия в чем-то добром. И кому-то отзывается вот такая тема, а кому-то, может быть, как раз...
Т. Ларсен:
— Рукоделие.
В. Рулинский:
— Например, да. Пойти и продать, вот как монахи это делают, значит, первому такому человеку, и сколько он даст, за столько и продать, как в этой истории. Ладно, ну я встречал такую вот точку зрения, и тут в том числе даже сотрудники Радио ВЕРА...
Т. Ларсен:
— Я слышу подвох.
В. Рулинский:
— Периодически тоже некоторые высказывались, вот перед нашим эфиром, о том, что вообще спорт в таких вот масштабах и объемах, как вот типа 10 километров — это не полезно. Что бы ты сказала на этот счет?
В. Калашникова:
— Ну, безусловно, бег — это нагрузка серьезная на позвоночник, на коленные суставы и на стопы. Поэтому мы с нашими друзьями, беговой базой Уралхима, организуем тренировки бесплатные для наших благобегунов — для того, чтобы тренер поставил их технику бега, в целях минимизации травмирования. Это очень важно.
В. Рулинский:
— Ну конечно, да.
В. Калашникова:
— Из собственного опыта, как человек, который не имеет возможности ездить тренироваться даже в собственную бесплатную команду тренировку, я могу сказать, что не случится ничего страшного, если ты здоровый человек, который все-таки имеет спортивную нагрузку в жизни. Ну я не знаю, кто чем занимается — кто ходит в тренажерный зал, кто пилатесом занимается дома, в онлайн-студии. Это мой вариант, второй.
В. Рулинский:
— А кто шахматами? Это мой.
В. Калашникова:
— Не подойдет. Прости, Вась.
Т. Ларсен:
— Нет, ты можешь идти пешком.
В. Калашникова:
— Он не наращивает мышечный каркас. Ты можешь идти пешком.
В. Рулинский:
— И решать шахматные задачи?
Т. Ларсен:
— В уме.
В. Калашникова:
— Да, пока твой мозг насыщается кислородом более интенсивно, благодаря ходьбе, ты решишь парочку там рашпилей, ходы какие-нибудь новые придумаешь, дебюты.
В. Рулинский:
— Хорошо.
Т. Ларсен:
— Мадина, а как вы познакомились со службой «Милосердие», как вы оказались в волонтерах?
М. Тотоонова:
— Мои дети учатся при Марфо-Мариинской обители, в Елизаветинской гимназии. И близость географическая и появившееся время способствовали тому, чтобы я как-то поинтересовалась вначале, пригляделась, наблюдая за детишками, которые прогуливались в обители, и потом потихонечку предложила свое участие в качестве волонтера на время, пока дети в школе. На что я услышала рекомендацию пройти вначале определенный курс, который периодически проходит для новых участников и получила сомнительное благословение.
В. Рулинский:
— Это что значит?
М. Тотоонова:
— Да, в общем, я когда рассказал о том, что, значит, я мама (на тот момент у меня было трое детей), мне сказали, что ну я свою бы жену не благословил. Это немножечко мой неофитский такой настрой остудило. Я задумалась, да, и на какое-то время...
В. Рулинский:
— А что не благословили?
М. Тотоонова:
— На активное такое участие, то есть мне хотелось сразу же да, те самые 42 километра и взойти сразу же. В общем, так немножечко меня удержали от каких-то таких серьезных...
Т. Ларсен:
— Резких телодвижений.
М. Тотоонова:
— Да, резких телодвижений. И предложили быть координатором на телефоне. И когда я поняла, насколько это тоже, да, такой каждодневно-рутинный труд важен. И если, пожалуй, и к нему я не всегда готова, и пожертвовать своим временем, и не видеть результат сразу же, да, это несколько заставило меня поразмышлять над какими-то другими, в том числе и духовными вопросами, в том числе, насколько я готова. И обратить, наверное, внимание на ту сферу, которая прежде всего, да, вот мне дана как маме, как жене, и немножко переориентировать свои запросы. И потихонечку увидела там других мамочек, которые бегают, подумала, что вот когда-нибудь, может быть. И такая форма тоже стала. Ну на уровне волонтерства я принимаю участие тоже в самых простых функциях там развоза, подарочки вместе с детьми, спеть тропарь на праздник, прийти в гости к кому-то.
В. Рулинский:
— Ну в смысле к подопечным, да, каким-то?
М. Тотоонова:
— Да, тем подопечным, которые находятся рядом, то есть не нужно ехать на другой конец. То есть ты смотришь, даже бывает так, что я там раскладываю маршрут по дороге из дома на дачу, и мы, выехав чуть-чуть пораньше, успеем заехать там в три семьи. Ну, к сожалению, наши планы обычно, бывает, меняются, корректируются, потому что вдруг затевается чаепитие, разговоры. И я понимаю, что это лучший пример для воспитания, когда ты вместе разделяешь какие-то вопросы каждодневные, не делаешь из этого какой-то героический поступок, а просто там встраиваешь в какой-то семейный маршрут, то есть волонтерство такое.
Т. Ларсен:
— Не могу не спросить все-таки — может быть, это не очень какая-то пересекается с темой благобегунов, но тем не менее, просто хотелось прямо совсем от печки. Вы закончили МГИМО, работали в МИДе, а потом... Ну то есть перед вами, в общем-то, маячила вполне себе серьезная такая социально-политическая, может быть, карьера.
В. Рулинский:
— Стать послом.
Т. Ларсен:
— Да, и вдруг потом вы вышли замуж, у вас родились четверо детей, и вы просто, ну как вы говорите: я работаю мамой. Но при этом, конечно, вы свои таланты и свою энергию все равно реализуете через вот этот проект ToArt и, как я поняла, вы говорите о женской реализации, о том, как женщине найти свой путь в жизни. Но для кого-то это может выглядеть, знаете, наоборот, как схождение со своего пути: ничего себе, карьера в МИДе поменялась на домохозяйку, и ну как? У нас же принято как-то наоборот: сделать карьеру, а потом рожать. А что вы рассказываете своим, не знаю, подругам или тем женщинам, которые приходят в ваш проект в поисках своей женской реализации?
М. Тотоонова:
— Это очень сложный вопрос. Потому что это какие-то, да, маленькие события, которые накапливаются, и ты в какой-то момент понимаешь, что этот путь и эта сфера интересов, она уже не настолько... Мне в какой-то момент, когда я пришла в МИД, я была невероятно вдохновлена, я работала в отделе Марии Захаровой, и мы были очень молоды, и нам казалось, что мы вот, подписываясь под каждым выполненным заданием, совершаем действительно какие-то такие дипломатические подвиги каждый день. И мы работали очень много: мой рабочий день начинался без десяти семь и заканчивался там никогда — то есть ты постоянно был в обойме, ты постоянно в повестке дня, потому что там информационный отдел, это чрезвычайно интересно. Но в какой-то момент я стала замечать, что ты теряешь эмпатию, ты теряешь жизненно необходимые ресурсы для того, чтобы оставаться человеком каждый день. А когда ты становишься родителем, когда ты становишься женой, это особенно заметно, что есть люди, которые рядом могут тебе даже немножечко намекнуть об этом.
Т. Ларсен:
— Обратную связь такую дать.
М. Тотоонова:
— Да. Я была благодарна на самом деле и супругу и, наверное, и детям тоже невербально, потому что они не могли это, конечно, облечь в слова в тот момент. Но когда у меня было двое детей, я приняла решение, что я не могу больше работать в том режиме и в том ритме, в котором я работала, а по-другому я не могла и не хотела. То есть вот какой-то такой внутренний кризис, который тоже привел к тому, что я пошла учиться в Свято-Тихоновский, какие-то еще пути стала искать для себя, когда-то работала на радио — вот поделилась с вами, — не очень удачно, потому что поняла тоже, что не моя сфера. Потому что я думала, что это будет тоже что-то связанное с информацией, с умением ее обрабатывать. Ну, видимо, какие-то особенности работы тоже не совсем соответствуют моим талантам скромным. А ToArt — наше сообщество, оно сложилось тоже из увлечения детей, увлечения, которое я выстраивала для мам этих детей — то есть много-много лет мы ходили сначала с детьми, потом с мамочками в музеи, в театры, ездили в какие-то паломничества, ездили в красивые искусствоведческие поездки, даже и за границу они складывались и достаточно интересными получались. И где-то примерно год назад я получила благословение сделать проект открытым, сделать его масштабней и пытаться и через эту деятельность проводить благотворительные акции.
Т. Ларсен:
— Я только хотела сказать, что и благотворительность стала какой-то значимой частью этой истории.
М. Тотоонова:
— Да, безусловно. Мы начали тоже благотворительные мероприятия, то есть можно не только бежать — хотя мы сегодня говорим о беге и будем, меня возвращайте, если вдруг я убегу в другую тему. Потому что можно заниматься искусством, можно заниматься всем, тем что делает жизнь красивей и при этом этим самым привлекать внимание к каким-то добрым делам. И это будет тоже опять же делать тебя сильней.
В. Рулинский:
— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим с людьми, которые вдохновлены Христом на служение милосердия. И у нас в гостях Владлена Калашникова, руководитель благотворительной программы службы «Милосердие» и Мадина Тотоонова, благобегун (надеюсь, что вы уже поняли, что это значит) и основатель творческого сообщества ToArt. Да, Мадина, спасибо. И ведущие этой программы, замечательная, по-моему, Тутта Ларсен...
Т. Ларсен:
— Василий Рулинский. Мы продолжим.
В. Рулинский:
— Себя не похвалишь, никто не похвалит. Мы продолжим через минуту, да, но перед этим обязательно скажем сайт, на котором можно оставить свой призыв подержать благобегунские намерения и в пользу благотворительности — это сайт https://nabegu.miloserdie.ru/. Вот там можно все прочитать и принять участие в этой замечательной акции «Милосердие на бегу». Вернемся после короткой паузы.
Т. Ларсен:
— Вы слушаете проект «Делатели» на Радио ВЕРА. Я Тутта Ларсен...
В. Рулинский:
— Я Василий Рулинский. У нас в гостях Владлена Калашникова и Мадина Тотоонова. Владлена представляет службу «Милосердие», а Мадина тоже представляет службу «Милосердие», но в качестве волонтера-благобегуна. Мы сегодня говорим об акции «Милосердие на бегу».
Т. Ларсен:
— И о том, что можно заниматься спортом и делать всякие прекрасные и интересные дела не просто так, не ради красоты и спорта, а во благо, параллельно помогая тому, кому сложнее, чем тебе.
В. Рулинский:
— Я, например, могу сказать внешне: вот я посмотрел сайт https://nabegu.miloserdie.ru/ — посмотрел сайт и увидел там достаточно много очень ярких, интересных людей, которые вот фотографии у себя выкладывают и призывают, там есть такой текст, там дорогие друзья, поддержите меня, я бегу, и все такое. И у меня почему-то закралась такая мысль, что далеко не все из этих людей церковные люди. Как ты, Влада, считаешь, насколько вот много людей невоцерковленных позволяет эта акция тоже вовлечь в дела милосердия?
Т. Ларсен:
— И важно ли это для службы «Милосердие», воцерковлены благотворители или нет?
В. Калашникова:
— Я прямо задумалась над вопросом, он для меня неожиданный. И, наверное, вот основываясь на самом факте, что для меня это неожиданно, для меня как для организатора это не имеет решающего значения. Мы не отбираем благобегунов по признаку, что этот человек церковный, или как часто он посещает храм, скажем, или причащается. Для нас важно желание, готовность к нам присоединиться. Но я могу пойти, например, от обратного. Была в моей жизни ситуации, мой муж несколько раз поддерживал эту акцию тоже, он и бегал, и очень успешно собирал средства на деятельность проекта, большие суммы, примерно на уровне Мадины, одного из наших лидеров. И он обратился к своему другу, который сознательно занимался беговым спортом, тренировался регулярно, но он по складу совершенно другой человек, совершенно далекий от Церкви. И мы получили ответ, что нет, я не готов поддержать православную организацию. Почему? Ответ, знаете, такой, я бы сказала, бизнесово-рыночный: потому что я не хочу своим участием ввести кого-то в заблуждение, что я поддерживаю православие. Поэтому могу сказать так, что человек, поддерживая православную службу помощи «Милосердие», как минимум, он не стесняется показать...
Т. Ларсен:
— Как минимум сочувствует.
В. Калашникова:
— Да, и не стесняется показать, что он поддерживает православие, православные ценности. Я хотела сказать: Православную Церковь, но смотря что тут понимать под Церковью.
В. Рулинский:
— Ну, может быть, давай я поясню свой вопрос. Я имею в виду, что вот есть люди, например, они живут своей жизнью, они ходят на работу, заботятся о своей семье, отдыхают — все как обычно, как у всех. И при этом в благотворительности ну особо вот не участвуют. И особо в церковь тоже не ходят. Ну так вот в Бога верят, ну, в общем...
Т. Ларсен:
— В душе.
В. Рулинский:
— Как большинство, да. И при этом вот здесь вот у них именно эта акция насколько может, и как по твоему опыту, насколько она тех людей, кто вроде как к благотворительностью свойства никакого не проявлял...
Т. Ларсен:
— Не расположен.
В. Рулинский:
— Да, активности не проявлял, они при этом вовлекаются, бывают такие случаи вообще?
В. Калашникова:
— Ну не могу тут ответить какой-то историей успешного успеха.
В. Рулинский:
— Или все такие проверенные и давние, да?
В. Калашникова:
— Нет, ты знаешь, по-разному бывает. Бывают какие-то встречи радостные, когда человек, который работал когда-то в редакции портала «Милосердие.ру», ушел и, допустим, девушка, сейчас вспомнила, родила троих детей, и вот она вернулась, будучи уже многодетной мамой, и она пробежала. Бывают люди, которых я совершенно не знаю. Потому что, когда команда больше ста человек, далеко не все из них участвуют в Телеграм-группе бегунов, где у нас более плотное общение. Я не знаю, кто он — он пришел, ушел этот человек, просто оставив такой вот, как комета, да, хвост вот этого света и добра. И я не могу и не берусь оценивать, насколько глубокий оставит след в душе, но я надеюсь, что зерно, которое было заронено, оно когда-то прорастет. Та история, про которую ты, возможно, Вася, вспоминаешь, задавая вопрос про «Белый цветок», когда человек шел мимо услышал, да, на «Белом цветке» — это другое наше крупное мероприятие, — и его озарило. Потому что он услышал слова нашего Владыки, который выступал на сцене на тот момент, и он пришел в Церковь — вот такого рассказать не могу. Но я считаю, что даже не зная о том, как дальше идет его церковный путь, само по себе его участие — это шаг навстречу Богу, в любом случае.
В. Рулинский:
— Ну по-моему и священники иногда бегут, да?
В. Калашникова:
— Бегут.
В. Рулинский:
— Есть у вас один, по-моему, точно.
В. Калашникова:
— Был у нас, ну как минимум этот отец Иван Захаров.
В. Рулинский:
— Рассекретили его, благобегуна нашего.
В. Калашникова:
— Почему?
В. Рулинский:
— Нет, я же говорю, что он особо так не очень активно про это говорил.
В. Калашникова:
— Да, но он проявлял православную скромность, я так думаю. Мы его позовем и, возможно, он сможет участвовать. Тут есть такой немножко смешной момент, совпадение: забег Московского марафона проходит утром в воскресенье. И встает вопрос: а как же служба?
В. Рулинский:
— Ну ночью можно послужить.
В. Калашникова:
— Ну я предложу. Я себе запишу.
В. Рулинский:
— Ну, в принципе, есть же такая практика.
Т. Ларсен:
— А расскажите, как это работает. Вот сейчас нас слушает человек, который хочет поучаствовать в забеге, и надо объяснить ему, с чего начать.
В. Калашникова:
— Достаточно зайти на сайт https://nabegu.miloserdie.ru/, перейти на анкету, нажать на кнопку «Участвовать» — там можно выбрать несколько разных опций: бегу сам, бежит мой ребенок, бегу с командой. Выбираешь ту опцию, которую, собственно, выбираешь практически, появляется небольшая анкета, где заполняешь небольшие сведения, и в том числе маленький текст о себе. Если не хочешь, можешь прочерк поставить. Ну, в общем, поскольку с этим ты планируешь потом идти к своим друзьям и знакомым, то хорошо пояснить, что тебя мотивирует. Потому что для многих друзей знакомых будет неожиданностью, по крайней мере если это в самый первый раз. Дальше мы получаем эту анкету, мы ее обрабатываем, создаем страницу бегуна и на указанный имейл отправляем ссылку. После этого человек, ну во-первых, он получает информацию о тренировках, может к нам присоединиться. Во-вторых, он начинает рассказывать своим друзьям. Потому что кроме беговой цели, например, тренироваться и пробежать 10 километров, у меня, помню, была внутренняя цель: пробежать 10 километров и не разу не остановиться. Ну поскольку я не бегун, не спортсмен. У кого-то это может быть цель по времени, у кого-то это может быть цель просто пройти и все. И фандрайзинговая цель, к которой он приступает. Все. А мы поддерживаем в течение подготовки до собственно забега, мы публикуем какие-то даже обучающие фандрайзинговые материалы, видеозаписи.
В. Рулинский:
— Как описывать саму просьбу к людям, обращение.
В. Калашникова:
— Как обращаться к людям, как в своих соцсетях рассказывать, что обязательно рассказывать, что не нужно думать, что ты просто запостил ссылку — все, и я в домике, а все люди добрые, они сами разберутся. Люди добрые...
В. Рулинский:
— Но сами не разберутся.
В. Калашникова:
— Да, сами не разберутся. Им нужно напомнить. Я сторонник того, что друзьям, близким, которые не воспримут это как манипуляцию, ты пишешь лично и сам в Востап или Телеграм, что используешь, что, дорогая Марина (у меня есть подруга, она меня каждый раз поддерживает), я в этом году бегу, вот моя страница, поддержи меня, пожалуйста. И вот так вот это работает. Плюс все желающие присоединяются в Телеграм-группу «Милосердие на бегу» — там мы обмениваемся впечатлениями о тренировках. У нас туда иногда ездят фотографы наши, там благобегуны и благобегуницы наряжаются.
Т. Ларсен:
— Мадина а расскажите, кого вы привлекли в свой фандрайзинг благобегунов. И мы не можем озвучить сумму, да, все-таки можно же похвастаться, как это?
В. Калашникова:
— Можно.
М. Тотоонова:
— Я не против совершенно. На самом деле в этом году у нас какая-то скромная компания — мы бежим только с мужем. Все предыдущие годы у нас была большая компания из близких друзей, из друзей, которые вдруг получили эту рассылку с просьбой поддержать и отозвались: а почему бы и нет? Кто-то поучаствовал, кто-то там не смог поучаствовать, то есть была большая команда. И отвечая вопрос, а воцерковленные ли все люди были — нет, были даже люди, которые исповедуют другую религию. Но, безусловно, да, вот это ощущение причастности к каким-то христианским ценностям...
Т. Ларсен:
— К доброму делу.
М. Тотоонова:
— К доброму делу, да, оно очень умягчает и располагает сердца в том числе. Командная история мне очень нравится, и благодаря, когда ты это делаешь командно, ты чувствуешь, да, какую-то необратимость, что ты должен продолжать. Я предостерегу некоторых новых бегунов: поначалу тебя очень разочаровывает, что тебя никто не поддерживает.
Т. Ларсен:
— Почему?
М. Тотоонова:
— Да, потому что не все понимают механизм, как это работает. Не знаю, Влада, как у тебя, но у меня действительно в какие-то первые мои попытки быть успешным благобегуном я столкнулась с тем, что просто какие-то сомнения в искренности, какое-то непонимание, как это устроено. Сейчас, на данный момент, мне кажется, уже какое-то общественное мнение и отношение к разного рода деятельности, оно более, да, готово к такого рода акциям, и легче люди идут. Но я вот расстраиваюсь, что наша группа пока еще не очень многочисленная команда.
В. Рулинский:
— Сколько там?
В. Калашникова:
— Там 38 человек.
Т. Ларсен:
— Ну ничего себе, немногочисленная.
М. Тотоонова:
— Нет, было больше. Раньше было около ста, не меньше.
В. Рулинский:
— Ну еще время осталось.
В. Калашникова:
— Да, конечно.
В. Рулинский:
— И надо сказать, ведь есть билеты на Московский марафон. Насколько вообще эта история вообще коррелирует, вот билеты и то, что участвует человек именно в акции службы «Милосердие»? «Милосердие» предоставляет билеты или надо самому их как-то покупать?
В. Калашникова:
— Ну надо сказать, что билетов, так называемых слотов, на 10 километров Московского марафона в этому году уже нет, их все раскупили.
В. Рулинский:
— Так, и что делать?
Т. Ларсен:
— Мероприятие популярное.
В. Калашникова:
— Да, это, правда, главное беговое любительское событие страны.
В. Рулинский:
— Так.
В. Калашникова:
— Мы закупились определенным количеством этих слотов, и мы объявим фандрайзинговый челлендж: когда от того, какую сумму ты сможешь привлечь на своей странице, будет зависеть возможность получить совершенно бесплатно слот.
В. Рулинский:
— То есть, грубо говоря, всегда можно еще до 17 сентября постучаться, написать на сайте, заполнить заявку на https://nabegu.miloserdie.ru/, и тогда будет возможность там все-таки получить этот бесплатный билет, если там какие-то условия, да, нужно будет соблюсти.
В. Калашникова:
— Да, если сможешь собрать больше определенной суммы пожертвование. Звучит несколько, наверное, прагматично. Ну во-первых, все же мы благотворительная организация, и поэтому просто подарить что-то платное мы не то чтобы не можем...
В. Рулинский:
— Войти в убыток себе.
В. Калашникова:
— Даже не то чтобы себе, своим подопечным — вот тут о чем речь. И во-вторых, все же видим, что это вызывает азарт у наших участников — и ограниченность сроков, и понятность вот этих вот условий, и то, что не нужно самому идти, покупать этот слот, это облегчает людям жизнь, участникам, и поэтому они как-то активно очень включаются.
Т. Ларсен:
— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим с Владленой Калашниковой и Мадиной Тотооновой о прекрасной акции «Милосердие на бегу», которую придумала Московская служба «Милосердие». И, собственно, хочется задать вопрос. А вот непосредственно сама вот эта вот азартная составляющая, которая здесь все-таки присутствует — ну мы отчасти этого касались уже немножко, она, мне кажется, все-таки немножко людей может смущать. Если у человека, скажем, как бы не лежит душа к этой азартной составляющей, что ему делать? Ему кроме как покритиковать создателей акции, есть еще какие-то занятия у него?
Т. Ларсен:
— Быть болельщиком.
В. Калашникова:
— Да, поддержать других благобегунов пожертвованием. В конце концов просто пожертвовать в пользу проектов службы помощи «Милосердие». Мы же здесь не говорим про азарт карточного игрока, мы здесь говорим про спортивный азарт — когда человек бросает вызов самому себе, как модно говорить, пытается стать лучшей версией себя. На мой взгляд, в этом нет ничего плохого, но надзор духовника желателен.
Т. Ларсен:
— Да, ну слушай, вот я тоже сижу и думаю: ну чтобы побудить человека заниматься благотворительностью, всегда приходится прилагать достаточно много усилий. Что сделать, чтобы человек смотивировался и зашевелился? И кажется, что самое простое — это просто подписаться на рекуррентный платеж, и твоя благотворительная деятельность будет происходить вообще без твоего участия, ты только деньги зарабатывай и все, и они будут списываться сами.
В. Рулинский:
— Да, сумма автоматически.
Т. Ларсен:
— А здесь тебе надо и анкету заполнить, и еще...
В. Рулинский:
— И про себя рассказать.
Т. Ларсен:
— И про себя рассказать, и еще народ привлечь. И потом еще и побежать, да. То есть, казалось бы, ну такой формат уж очень, скажем так...
В. Рулинский:
— Сложный.
Т. Ларсен:
— Да, просто слишком много всего человеку надо для этого сделать. А получается, что, может быть, человеку этого и надо. И еще мне кажется, что очень интересно, что это, конечно, классный способ поддержать коммуникацию с близкими тебе людьми. Я сегодня слушала такую сегодня смешную шутку, девчонки прислали в общий женский чатик: если закончилось лето, а тебе не подарили ни одного кабачка, то ты одинок, это у тебя никого нет. Это и как бы может быть еще и такой способ убедиться в том, что ты не одинок, что у тебя есть те, кто готов ради тебя и вместе с тобой через этот подвиг пройти или хотя бы тебя в нем поддержать.
В. Рулинский:
— Да.
Т. Ларсен:
— Это какая-то очень такая интересная форма саморазвития что ли, какого-то личного роста своего и над собой, и над своими какими-то ленями. А главное, узнать что-то о себе новое. Ты обзвонил всех друзей, а они тебе сказали: да ну, отстань. И ты думаешь: что-то с моими друзьями не так... Но в вашем случае было...
М. Тотоонова:
— Я очень была рада.
Т. Ларсен:
— Не сливались люди.
М. Тотоонова:
— Ну кто-то сливался, кто-то поддерживал, кто-то удивлял, и это чудесно. И были люди-спортсмены, есть у меня, значит, среди друзей те, кто и бегают 42, занимаются постоянно и ставят себе цели все выше и выше, но они меня удивляют тем, что они не участвуют в нашей акции, и у них тоже есть какие-то там свои причины и вопросы, почему, и это люди воцерковленные. Вот мне хотелось бы, наверное, чтобы как-то общественное отношение, оно меняло и внутреннее тоже понимание, что ты можешь таким образом, что ты не нарушаешь какие-то законы духовные, да, дерзая и открыто заявляя, что да, действительно, мне это нравится. Мне нравится бегать.
Т. Ларсен:
— Слушайте, а вообще я подумала, мы же, христиане, мы все время ноем, как нам трудно молиться, да, вот ой, общение с Богом — это самое сложное, что у нас в жизни есть, подвиг молитвы — это все не про нас, ничего не получается. А ты, получается, ты как бы молишься этим действием. То есть ну если тебе так трудно общаться с Богом словами молитвы, ты можешь пообщаться с Ним благотворительным забегом. И как бы ради Христа над собою сделать усилие и людям помочь.
В. Рулинский:
— Ну да. Это же, наверное, тоже про подвиг. Паломничества часто такие предпринимаются, что далеко идут прямо.
Т. Ларсен:
— Очередь стоять к мощам.
В. Рулинский:
— Да, и в Троице-Сергиеву Лавру к преподобному Сергию — там же крестный ход из Хотьково, такой тоже серьезный крестный ход. И Великорецкий, по-моему, крестный ход, тоже очень большой, серьезный.
Т. Ларсен:
— Несколько дней длится.
В. Рулинский:
— И Царские дни — там же люди ночью преодолевают расстояние, там же до Ганиной ямы ого-го, там еще ночью идешь там, после службы как раз происходит. Я не был, но там люди отзываются, и они действительно прямо духовную такую пользу от этого получают большую.
Т. Ларсен:
— Вот, смотрите, мы вам сколько сейчас накидали духовных, фундаментальных этих обоснований для марафона.
В. Рулинский:
— Мадина, у вас четверо детей, да?
М. Тотоонова:
— Да, у меня четыре дочки.
В. Рулинский:
— Прекрасно. А насколько они вовлекаются в тему благотворительности? Вы как-то этому содействуете?
Т. Ларсен:
— Бегут ли?
М. Тотоонова:
— Нет, они не бегут. Они поддерживали в качестве группы поддержки, болельщиками были. Сегодня они меня очень наставляли, тоже мне какие-то хорошие теплые слова — у нас сейчас нет нянь, они на даче там сидят с маленькой дочкой. В общем, отправили меня на Радио ВЕРА с радостью. И, наверное, просто группа моей поддержки, пока выступают в таком роде. А другие мои проекты, в том числе благотворительные, они очень поддерживают, и своим участием в том числе. Мы делали одно из мероприятий была фотовыставка после поездки в прошлом году — мы ездили по литературным местам, приехали в гости к Абрамову, в Верколу. И там тоже у нас было чудесное знакомство с местным батюшкой, и как-то очень было желание поучаствовать в жизни прихода и что-то тоже сделать красивое и доброе. Приехав сюда, мы с приятельницей, которая снимала все это, сделали большую фотовыставку, и мои дети участвовали в том, чтобы все это развешивать, в том, чтобы оформить музыкально — дочка играла на входной зоне, в общем, и мы собрали около 800 тысяч.
Т. Ларсен:
— Ух ты!
М. Тотоонова:
— Да, это была очень успешная акция. Мы все были потрясены, да, тем как отозвались. Это всего лишь фотовыставка. То есть можно бежать.
В. Рулинский:
— А где проводилось, на Рублевке?
М. Тотоонова:
— Проводилась в «Фаворе», в известном.
В. Рулинский:
— А ничего себе, новая Рублевка наша.
М. Тотоонова:
— Ну, в общем, были входные билеты на мероприятие достаточно большие, был аукцион.
В. Рулинский:
— Здорово как вы все придумали. Класс!
М. Тотоонова:
— Ну вот кто-то там, мы заказывали альбомы, разные формы участия — вот дети конкретно в этой акции очень активно участвовали. В других мероприятиях, в лекционных, которые мы делали в пользу тоже службы помощи, они тоже участвовали организационно, привлекая участников, своих друзей — в организации, в проведении. Ну всегда нужны еще одни руки, еще одни глаза, еще одни теплые слов, которые расположат сердце участников и создадут общий фон и желание поучаствовать в следующий раз.
В. Рулинский:
— Я знаю, что среди благобегунов — мы теперь не боимся этого термина, благодаря сегодняшнему эфиру, я надеюсь, он закрепится в этой студии и будет звучать еще не раз. Среди благобегунов есть одна очень интересная семья, я как-то про нее прочитал, они начали, бежали, по-моему, вдвоем, потом у них...
Т. Ларсен:
— С младенцем что ли?
В. Рулинский:
— Да, самое смешное, что там еще и пес побежал.
Т. Ларсен:
— Ух ты.
В. Рулинский:
— Да, они там шутят, что только рыбки у нас в семье не бегут. Влада, расскажи, что это за семья такая уникальная.
В. Калашникова:
— Да, это семья Лагутинских. Я не могу сказать, что я знакома с ними близко, хотя с отцом семейства, его зовут Тарас, недавно мы как раз списывались. Знаю, что да, у них родился третий малыш, знаю, что Тарас очень вовлечен в дела семьи, и очень помогает жене, что очень ценно, он ее старается не оставлять с двумя малышами, потому что ей будет тяжело. И да, в этом году, несмотря ни на что, они участвуют снова, они в лидерах снова с точки зрения волонтерского фандрайзинга своего. Пока не спросила его, скольких младенцев он возьмет в благозабег, думаю, что все же одного и, видимо, младшего. Ну потому, что каждый должен поучаствовать. Потому что существуют специальные коляски вообще для забегов с особой амортизацией, да.
В. Рулинский:
— Ой, ничего себе.
В. Калашникова:
— Да. И ну все-таки коляска двойная — наверное, это будет слишком. Мне кажется, он побежит с одной коляской, видимо, там будет младший ребенок.
Т. Ларсен:
— Ну то есть если ты хочешь пробежать в благомарафоне, ты можешь пробежать в любом формате, даже пройти пешком. И для этого не обязательно быть профессиональным бегуном, напомним. Вы можете впервые в жизни прийти и, даже не пройдя тренировки, хотя есть бесплатные тренировки и, если не с кем оставить ребенка, можно бежать с ребенком или идти. Короче, можно взять с коляской и пройти десять километров и, считай, пройти марафон.
В. Рулинский:
— Ну мне кажется, тема пса осталась нераскрытой.
М. Тотоонова:
— Я знаю еще одну семью Гордеевых, которые тоже в прошлом году бегали с коляской, с двумя детьми, да, и все это было, можно же не обязательно 10 километров, есть детские забеги — по-моему, мы про них не сказали. Есть возможность детских забегов, и некоторые дети... К сожалению, мои — нет.
Т. Ларсен:
— Не любят бегать.
М. Тотоонова:
— Не любят бегать. Иногда да, нет пророка в своем отечестве, тоже такое случается. Ну может быть, что-то поменяется после программы.
В. Рулинский:
— Ну я так понимаю, что ведь можно не только бежать. Можно и просто зайти на сайт https://nabegu.miloserdie.ru/ и там сделать пожертвование — поддержать, например, Мадину или кого-то из тех, кто...
В. Калашникова:
— Да, и даже нужно.
Т. Ларсен:
— Просто влиться в сообщество тех, кто бежит.
В. Рулинский:
— Это хорошо. Поддержать пожертвованием вот конкретного там Тараса... как, Лагутинский?
В. Калашникова:
— Лагутинский.
В. Рулинский:
— Да, и, по-моему, там один из благобегунов у нас IT-отдел возглавляет — фантастически интересный человек. У него сколько, 10 детей?
В. Калашникова:
— Двенадцать.
В. Рулинский:
— 12 детей. Я все время путаюсь.
Т. Ларсен:
— Уже сбился.
В. Рулинский:
— И он, по-моему, нескольких возьмет с собой.
В. Калашникова:
— Да, двоих сыновей он берет с собой, планирует взять, старших.
В. Рулинский:
— И это не предел еще, очевидно.
В. Калашникова:
— По мере подрастания, да, еще тоже там.
В. Рулинский:
— Еще у нас главный врач бежит обычно нашей церковной больницы, Алексей Юрьевич.
В. Калашникова:
— Нет, ты знаешь, он в прошлом году не бежал, в позапрошлом была отмена забега.
В. Рулинский:
— Ну что-то он как-то да, сдает позиции, я смотрю.
Т. Ларсен:
— Нет, просто Алексей Юрьевич в Донбассе подвизается.
В. Рулинский:
— Ну да, ему простительно.
Т. Ларсен:
— Да. У него там много сложных дел на ниве милосердия.
В. Калашникова:
— Да, то есть он не уклоняется от дел милосердия. А он как раз очень активно занят на передовой, на переднем краю он сейчас. Да, у нас бегают сестры милосердия. И, например, наша старшая...
В. Рулинский:
— Не в платах, я надеюсь.
В. Калашникова:
— Нет, потому что жарко. Шучу. Нет, ну просто все-таки правило уместности, оно действует даже в благозабегах. А аще может задуть на глаза. В общем, бежит старшая сестра патронажной службы. Много лет она на этом посту стояла, сейчас она в декрете, но она все равно остается на связи. Алена Давыдова, они с мужем усыновили троих детей.
В. Рулинский:
— Да...
В. Калашникова:
— Поэтому они сейчас, ну она конкретно, Алена, в декретном отпуске, но она приняла решение участвовать.
В. Рулинский:
— Фантастические люди, я вообще преклоняюсь перед этим человеком.
Т. Ларсен:
— Стоит в этот забег прийти просто для того, чтобы на этих людей смотреть, к ним прикоснуться.
В. Рулинский:
— Это точно.
В. Калашникова:
— Я вообще хотела сказать в какой-то момент, что, конечно, говоря о том, что можно участвовать, нужно участвовать, под это можно подвести и физическую там основу, и духовную, всякую разную. Но вообще, по-честному, эта акция геройская. Ну правда, это для героев — для очень смелых, очень активных людей, которые не боятся рискнуть тем, что вот они выходят на арену и говорят всем своим друзьям: а знаете, я поддерживаю благотворительность. Это непросто, я на своем опыте могу сказать, что это непросто. И да, есть этот вот разрыв с православным мировоззрением: а надо же втайне. Ну а как лучше? Втайне не делать ничего или все-таки сказать и что-то сделать.
Т. Ларсен:
— И кого-то еще с собой.
В. Калашникова:
— Вовлечь.
Т. Ларсен:
— Да, вовлечь и приобщить.
В. Рулинский:
— Ну мы на Радио ВЕРА, тут тайн у нас нет. Спасибо большое. Это был прекрасный эфир про прекрасную акцию «Милосердие на бегу». Можно стать благобегуном, можно поддержать благобегунов на сайте https://nabegu.miloserdie.ru/. У нас в гостях были благобегун — не побоюсь этого слова, — Мадина Тотоонова, основатель творческого сообщества ToArt. Спасибо, Мадина. И Владлена Калашникова, руководитель благотворительных программ православной службы «Милосердие». Владлена, спасибо.
Т. Ларсен:
— Спасибо.
В. Калашникова:
— Спасибо. Всего доброго.
Т. Ларсен:
— Легкого марафона.
М. Тотоонова:
— Спасибо большое.
Все выпуски программы Делатели
- «Помощь детям из детских домов». Священник Феодосий Амбарцумов
- «Путь помощи ближним». Священник Владимир Климзо
- «Помощь детям». Елена Альшанская
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
![Апостол Павел](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2018/03/Apostol-Pavel.jpg)
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
1 Кор., 141 зач., IX, 2-12.
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2019/05/Pavel-Velikanov-1024x696-240x240.jpg)
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Вас когда-нибудь смущало, когда вы узнаёте, что некий знакомый — вполне успешный, здоровый, красивый молодой человек — вдруг всё оставляет и уходит в монашество? Если да, то отрывок из 1-го послания апостола Павла к Коринфянам — именно для вас! Давайте послушаем 9-ю главу, которая сегодня читается в храмах во время богослужения.
Глава 9.
2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
3 Вот мое защищение против осуждающих меня.
4 Или мы не имеем власти есть и пить?
5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?
6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?
7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?
8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?
9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?
10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.
11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?
12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.
В сегодняшнем апостольском чтении многократно повторяется одно и то же слово — «власть» — по-гречески — εξουσία. В прямом смысле слова «власть» — это законное право или способность действовать. Но апостол Павел не просто так использует это слово снова и снова именно в своих риторических вопросах: тем самым он хочет особо подчеркнуть нечто крайне важное. Что же именно — давайте разбираться.
Ни для кого не секрет, что среди остальных апостолов Павел стоял «не в ряду», сильно выделяясь. Он единственный происходил из фарисеев, духовной элиты, ученик Гамалиила — ещё бы не отличался от простых рыбаков и сборщиков податей! Но, кроме этого, Павел ещё и вёл себя... подозрительно: он не был женат, старался не обременять своих слушателей сборами для своих личных нужд, предпочитая зарабатывать самостоятельно — и в целом вызывал скорее раздражение у апостолов, чем радостное принятие. Причина — непривычная широта взглядов вместе с самым настоящим радикализмом. Неудивительно, что это вносило определённую тональность в его деятельность. И перед нами — фактически оправдательная речь перед теми, кто смущается его поведением, нетипичным даже для первых христиан.
Апостол Павел мудро и деликатно в форме вопрошаний озвучивает «висевшие в воздухе» вопросы к нему — и даёт ясный ответ: да, всё правильно, все эти вопросы — совершенно правомочны. Но — есть одна маленькая деталь. Он существенно повышает планку личной праведности с единственной целью: не дать повода тем, кто хотел бы усмотреть в его проповеднической и миссионерской деятельности всего лишь... разновидность «бизнеса на духовной тематике». У него есть право — такое же, как и у всех других проповедников, — иметь супругу, питаться от пожертвований, пользоваться гостеприимством — и всё это ни разу не зазорно. Но он переступает через все эти свои права не потому, что они — ущербны или неправильны — а только потому, что не хочет дать даже малейший повод для «претыкания» тем, кто эти поводы с удовольствием отыскивает.
Пример апостола — хороший повод для нас задуматься, на самом ли деле мы готовы также бережно относиться к тем, кто находится вне всякой религии и веры — пытаясь искренне понять, обо что именно прежде всего спотыкаются эти люди, начиная смотреть в сторону Церкви Христовой?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Поможем Соне и другим подопечным Марфо-Мариинской обители
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/09/Soberi-rjukzak-dobra-1-322x480.png)
Соня с трёх лет живёт в Елизаветинском детском доме. Это благотворительный проект. Находится он в Марфо-Мариинской обители милосердия в Москве. В этом месяце Соне исполняется 11 лет. Она заботливая и внимательная девочка, всегда опекает младших и старается помочь взрослым — и салат на обед приготовит, и общую игру организует, и комнату в порядок приведёт. Настоящая помощница воспитателям!
Одно из её любимых увлечений — вязать крючком. Причём вязать Соня может и на детской площадке, и в метро, и в кровати перед сном. У неё всегда под рукой крючок и моток ниток. Ещё девочка с удовольствием осваивает швейную машинку, плетёт из бисера и вышивает.
Сотрудники Елизаветинского детского дома занимаются всесторонним развитием детей, поддерживают их интересы и обеспечивают всем, что нужно для творчества и учёбы.
На днях Соня вместе с другими девочками из детского дома отправилась в школу. И сейчас перед воспитателями стоит важная задача — приобрести на весь учебный год тетрадки, книги, ручки и многое другое. Но без помощи им не обойтись.
Сегодня на территории Марфо-Мариинской обители помимо Елизаветинского детского дома, работает ещё несколько социальных проектов. В каждом из них есть маленькие и юные подопечные, которым важна поддержка — это ребята с инвалидностью, сироты и дети из малоимущих семей.
Чтобы подготовить их к школе обитель милосердия ежегодно проводит акцию «Собери рюкзак добра». В этом году её участниками стали 268 детей, и вы можете их поддержать. Переходите на сайт: https://rukzakdobra.ru/ и сделайте любой благотворительный взнос.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«11-е воскресенье по Пятидесятнице, Сретение Владимирской иконы Богородицы». Прот. Федор Бородин
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/06/Protoierej-Fedor-Borodin.jpg)
В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Разговор шел о смыслах богослужения в ближайшее воскресенье, о празднике Сретения Владимирской иконы Богородицы, об Усекновении главы Иоанна Крестителя, о церковном новолетии (индикте), о праздновании Положения честного Пояса Пресвятой Богородицы, а также о днях памяти благоверного князя Даниила Московского и мучеников Адриана и Наталии.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица