«Социальное служение в Шахтинской епархии». Священник Владислав Касьянов

Гостем программы «Делатели» был руководитель Комплексного центра социальных инициатив имени св. прав. Иоанна Кронштадтского, председатель отдела по церковной благотворительности и социальному служению Шахтинской епархии священник Владислав Касьянов.

Наш гость поделился историей своего прихода к вере и в Церковь и того, каким был его путь к социальному служению.

Кроме того, отец Владислав рассказал о том, как в 2014-ом году Церковь помогала беженцам, с какими сложностями и эмоциями сталкивались священнослужители. Также гость программы рассказал о своей противоабортной деятельности, о помощи семьям с детьми-инвалидами и других социальных проектах.

Ведущий: пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности Василий Рулинский

---

В. Рулинский

— Добрый вечер, дорогие друзья. Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Меня зовут Василий Рулинский, я пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. У нас в гостях сегодня иерей Владислав Касьянов, председатель социального отдела Шахтинской епархии и руководитель Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Батюшка, добрый вечер.

Иерей Владислав

— Добрый вечер.

В. Рулинский

— Рад вас видеть у нас в студии. Мы с вами давно знакомы, и знаю о том, как активно развивается социальная деятельность у вас в Шахтинской епархии, много всего сделано. И мне кажется, что одна из особенностей вашей особенно деятельности — это системность, организация всего по очень грамотному такому, именно продуманному сценарию и при этом и горящее сердце. У вас много было хлопот еще связано с помощью беженцам с 2014 года, вы начали их принимать там у себя, в приграничных таких городах. И мы с вами как раз, по-моему, познакомились в 2014 году, когда мы приезжали тогда с владыкой Пантелеимоном, с Мариной Васильевой и знакомились с деятельностью по окормлению вот этих пунктов временного размещения там на границе. Первые беженцы поехали, когда начались все эти грустные события на территории юго-востока Украины, и вы начали их принимать, окормлять, давать буквально кров и поддержку. И про это мы, наверное, тоже поговорим сегодня. И можно сказать, у вас такая деятельность самая разносторонняя, сложно сказать, кому вы не помогаете. И в этом смысле меня поражает ваш масштаб, несмотря на то что Шахтинская епархия, в общем-то, нельзя сказать, что эта епархия очень большая или столица митрополии. Нет, это город внутри Ростовской митрополии, Донской митрополии, но все-таки очень много всего развивается. Поэтому про это мы поговорим. И мне очень приятно, что вы сегодня с нами. Батюшка, я бы хотел начать немножко с другого даже аспекта, не с социальной деятельности, про которую, конечно, мы будем сегодня говорить. О том, поговорить, что вы вообще кандидат философских наук, и интересно поговорить о вашем приходе к Богу. Вы писали диссертацию по философским наукам, и тема очень интересная: «Эволюция религиозности в постсоветской России» — Э это работа 2005 года, я ее специально посмотрел перед эфиром. Меня она приятно так удивила, много было интересного в этой работе, я нашел для себя. Расскажите, как вы шли к Богу? И какие здесь основные вехи на этом пути?

Иерей Владислав

— Наверное, издание 2005 года требует переиздания, рассмотрения уже с точки зрения совершенно других аспектов. Но был уже прихожанином храма. И вот поступление в аспирантуру — это было благословение духовника. Причем, сначала, когда я спрашивал о том, стоит ли мне продолжить такую научную деятельность, батюшка, мой духовник, архимандрит Силуан (Ковалевич), он сказал: «Ну зачем тебе это нужно? Наверное, достаточно». А потом, видимо, помолившись, уже догнал меня — я уходил за ограду церковную. Нагнал и говорит: «Наверное, все-таки надо. Учение — свет, учение — это развитие».

В. Рулинский

— Интересно как. Обычно говорят, что старцы, если говорят что-то, то первое слово — это самое важное. А здесь получилось такая у вас особенная ситуация.

Иерей Владислав

— Как-то он подумал, да, видимо, помолился. И решение было все-таки дать благословение, поддержать такое начинание. И мы обсудили с духовником, с духовным отцом, что направление научных изысканий, оно должно как-то соприкасаться с утверждением в вере, с исследованием веры, укреплением в ней. И я думаю, что защита этой диссертации, она тоже была таким каким-то шагом к воцерковлению и утверждение в вере.

В. Рулинский

— Но вы при этом в одном из интервью рассказывали о том, что впервые попали в тот храм, где потом начали служить, еще когда были совсем молодым человеком и фактически зашли просто поставить свечку за здоровье. У вас были какие-то проблемы со здоровьем? Расскажите про эту ситуацию.

Иерей Владислав

— Тяжелая спортивная травма. И дочери было два годика. И мы с матушкой, тогда с супругой Натальей, решили выехать в Сосновый Бор на прогулку. Это 19 километров от города Каменск-Шахтинский, такие лагеря пионерские, базы отдыха, зоны отдыха. И на пути к этому лесу величественный храм. Вот как будто откуда-то из Санкт-Петербурга перенесенный и в казачью станицу поставленный, величественный Успенский храм с приделами великомученика Дмитрия Солунского и собора Крестителя Иоанна Предтечи. И мы решили заехать, поставить свечечку, приложиться к святыням.

В. Рулинский

— А насколько вы были тогда еще воцерковленным человеком?

Иерей Владислав

— Были какие-то поиски такие духовные. Вот начало духовного пути какого-то было, может быть, в раннем возрасте, когда потерял папу. И у нас в семье мы папу очень почитали, любили. И потеря родителя, она была такой тяжелой травмой, такой раной незаживающей. И вот утешение пришло, когда разъяснили, подсказали близкие о том, что у Бога живы все. Что есть непосредственная связь, что можно ходатайствовать, что можно даже как-то с родителем быть в общении, помогая ему, утешая его молитвами, добрыми делами, доброй памятью о нем, просьбами к Господу, к угодникам Божьим.

В. Рулинский

— А сколько вам было лет?

Иерей Владислав

— Мне был 21 год.

В. Рулинский

— Достаточно молодой.

Иерей Владислав

— До сих пор, да, в отце до сих пор нуждаюсь и с такой радостью смотрю на тех, кто вот в преклонном возрасте родителей имеет с ними общение, имеет возможность проявить к ним любовь, поблагодарить их и быть с ними рядом.

В. Рулинский

— А потом я так понимаю, что вы какие-то шаги в сторону Церкви не сразу сделали, вот эта жизнь развивалась как-то своим каким-то путем, да? Вы потом только пришли к пониманию.

Иерей Владислав

— Вот такой как бы разворот серьезный, он случился во время того события, о котором вы спросили — зашли в храм. И я попал в такую вот какую-то на территорию любви. У меня не срасталась нога, был аппарат Елизарова. Я зашел с костылем одним.

В. Рулинский

— Это неприятная история.

Иерей Владислав

— Да. И сразу же мне поднесли стульчик. И какое-то внимание, тепло такое. Вот это, знаете, такое социальное служение я на себе почувствовал, которое не требует инструкций, какого-то написания проекта, а вот которое от сердца идет. И вот в этом храме я и остался, и потом на следующую службу приехал на литургию, исповедовался, причастился. А потом и пел в хоре, и читал, и помогал в алтаре. А потом стал настоятелем там, в этом храме.

В. Рулинский

— Но вы так перепрыгнули через целое...

Иерей Владислав

— Перепрыгнул. Ну, я имею в виду, что вот именно этот момент был таким ключевым, принципиальным, поворотным. И когда, конечно, встреча с батюшкой, вот эти первые встречи, вот эти глаза, полные любви его, такого смирения настоящего, его подвижническая жизнь и образ его действий, слов и жизни, которая во Христе, она, конечно же, вот такие перемены в сердце произвела, которые вот стопы поставили на путь воцерковления уже.

В. Рулинский

— Вы начали свою активную социальную деятельность, как мне кажется, вот с этой ситуации, которая вот возникла в 14-м году. Но, по-моему, уже много всего было сделано к 14-му году. Расскажите, как вы начинали свой путь в социальном служении, и с чем вы столкнулись.

Иерей Владислав

— Буквально вот будет 15 лет 14 октября, на праздник Покрова Пресвятой Богородицы, когда была хиротония диаконская совершена надо мной епископом Шахтинском и Миллеровским Игнатием (Депутатовым), ныне он митрополит Саратовский и Вольский. И буквально я неделю был диаконом, через неделю состоялась священническая хиротония. Еще до хиротонии у меня был указ на руках нести послушание председателя социального отдела епархии.

В. Рулинский

— Ну, это новая епархия, она только, по-моему, образовалась.

Иерей Владислав

— Новая, да. Владыка, ознакомившись, личное дело посмотрев, увидев вот как раз диплом кандидата философских наук и биографию, он принял решение, побеседовав со мной, принял решение назначить на такое послушание.

В. Рулинский

— Вы как к этому отнеслись? Обычно, знаете, батюшки по-разному могут к этому относиться, к такому решению.

Иерей Владислав

— Дело в том, что это вот такое было время, когда чувствуешь себя необыкновенно совершенно — наверное, эти состояния, они иногда приходят, но редко бывают. Была готовность трудиться, было желание, с радостью воспринято было как большое доверие это и хотелось все силы приложить. Непонятно было как, потому что церковное социальное служение — это не какая-то социальная работа в светском понимании. И здесь такой помощью, направлением, таким вот поддержкой, ресурсом стало то, что буквально там в течение короткого времени был организован съезд Общецерковный по социальному служению, на который мы, прибыв, познакомились с председателем отдела, тогда епископом Пантелеимоном (Шатовым).

В. Рулинский

— Это 2010 год, да?

Иерей Владислав

— Да, это необыкновенные были совершенно дни, и они потом продолжались, в годы перешли, когда, собираясь здесь, в Москве, мы начинали только с Божественной литургии все мероприятия. Владыка всегда возглавлял службу, мы имели возможность непосредственного общения такого. Были такие пастырские семинары, когда уходили все светские люди. И вот такое становление, конечно же, произошло благодаря владыке Пантелеимону, его отношению к этому вопросу, его подвижническому такому отношению. И я безмерно благодарен ему за эти первые годы становления, я считаю его таким духовным наставником, который кардинальные такие перемены в моем сердце произвел своим опытом. Не только своими словами, но и своими делами, своей жизнью.

В. Рулинский

— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим сегодня со священником Владиславом Касьяновым, председателем социального отдела Шахтинской епархии, руководителем Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Меня зовут Василий Рулинский. Если у вас есть желание присоединиться к добрым делам Церкви, это можно сделать на сайте Синодального отдела по благотворительности https://diaconia.ru/, и отправить можно СМС по номеру 343 со словом «отдел», поставить пробел и написать сумму. Например: «отдел 500». Батюшка, вот вы начали говорить о том, как начинали свое служение, о роли владыки Пантелеимона. И достаточно быстро, насколько я понимаю, у вас появилась целая россыпь юридических лиц. Я, конечно, могу ошибаться, может быть, не быстро, но у меня такое ощущение, что у вас там прямо целый ряд таких социальных учреждений появились, и под каждое из них вы создали отдельное юридическое лицо. У вас же было желание прямо все сферы охватить, вы так во все направления пошли? Или какое это было для вас самое-самое приоритетное?

Иерей Владислав

— Вот таким центром социального служения или такой самой главной единицей является все-таки община. И как я сказал, что я попал на территорию любви, и также вот и думаю сейчас, что какие-то проекты или какие-то добрые дела на приходе, они должны организованы быть по запросу непосредственному тех людей, которые здесь сейчас рядом находятся и нуждаются в твоей помощи. Но есть вот такие проекты крупные, которые требуют объединения усилий, которые одной общине реализовать не под силу. И поэтому владыка, правящий архиерей наш, благословил для реализации крупных социальных проектов, таких общих добрых дел, в которых задействована вся епархия или там несколько приходов, создать некоммерческую организацию.

В. Рулинский

— Вот как раз центр Иоанна Кронштадтского.

Иерей Владислав

— Да. И небесным покровителем владыка благословил иметь святого праведного Иоанна Кронштадтского. Для нас это отдельная тема, это отдельная радость, потому что мы сразу стали участниками...

В. Рулинский

— Иоанновской семьи.

Иерей Владислав

— Иоанновской семьи. И вот в такие самые ее годы лучшие, когда отец Николай собирал часто в Санкт-Петербурге. И мы даже приняли участие в поездке в Суру в Архангельской области.

В. Рулинский

— Это родовое, можно сказать, родовая деревня.

Иерей Владислав

— Необыкновенное совершенно событие, когда священники со всего мира, начиная от Америки, Канады до Австралии, все, кто имеет отношение к храмам, к каким-то организациям, носящим имя святого праведного Иоанна Кронштадтского — нашего батюшки, мы все говорим, мы собрались вместе...

В. Рулинский

— Всероссийского батюшки, да.

Иерей Владислав

— Всероссийского батюшки. И на каждой станции мы выходили. Поезд имел вагон храм с престолом, жертвенником, полноценный храм. Совершалась и Божественная литургия, молебны на каждых на станциях. И в непосредственно в Суре было совершено две Божественных литургии — Святейший Патриарх одну из них возглавил. Был там, тоже возглавил эти все празднества. Конечно же, вот впоследствии помощь такая социальная в социальных проектах Иоанновской семьи была тоже ощутима. Особенно вот в то время, когда вы затронули, были открыты пункты временного размещения беженцев. У нас на территории Ростовской области четыре пункта перехода государственной границы было, и три из них в Шахтинской епархии. Сама там около трехсот километров протяженность сопредельной территории была, епархия граничила тогда с сопредельным государством. И через эти три перехода сначала на машинах, спокойно, с вещами, потом как-то быстро автобусами, а закончилось это — пересекали границу по полям, с детьми на руках, без документов...

В. Рулинский

— Просто бежали.

Иерей Владислав

— Просто бежали, да. И вот здесь, с момента, наверное, окончания Второй мировой войны, все говорят о том, что не было каких-то нормативных таких актов, которые могли бы вот в этой ситуации дать соответствующую адекватную реакцию на события. Не было перемещения таких масс людей. И тут бюджетное финансирование, мы все знаем, оно постатейно идет целенаправленно на определенные нужды. А здесь вот нужно было срочно решить целый такой набор вопросов, который был жизненно важен для тех людей, которые прибывали. Даже вот организовывали маленький лагерь на 200, на 300 человек...

В. Рулинский

— Ничего себе маленький.

Иерей Владислав

— Да, а потребность, а к утру, например, там оказывалась тысяча человек. А разворачивали на тысячу — и было уже полторы на следующий день, а через день уже больше двух тысяч. И потребовались такие какие-то решения очень сложные, которых в практике не было и церковного служения, и в практике муниципальных образований, региональной власти, государственных органов власти. Ну, это был такой вот период, когда мы говорим о соработничестве, его светское такое название есть — межведомственное взаимодействие, когда вот оно все такие горизонтальные и вертикальные связи позволило выстроить наилучшим образом.

В. Рулинский

— Батюшка, а в чем здесь роль Церкви? Как вы тогда выстраивали работу в этих сложных условиях?

Иерей Владислав

— Дело в том, что администрация, например, муниципального образования, администрация региона, она не имеет необходимых средств, тогда не имели, каких-то запасов. И, в принципе, все, в чем нуждались люди на тот момент, в первую очередь предоставлено было церковными приходами. Там вот, знаете, такая интересная началась история. Каждый приход практически, по крайней мере, в нашей епархии, в Донской митрополии это точно, стал пунктом и приема помощи, и передачи. И, конечно же, кто-то пытался, не все в пунктах временного размещения, мы как приграничная территория, квартиры все были заняты, даже вот дачные участки, они по цене гораздо дешевле, их снять, чтобы там они все были заняты. То есть вот наполнена было людьми наша территория, которые испытывали острую необходимость буквально во всем — это предметы первой необходимости, это одежда, это продукты питания. Но это, конечно же, и поддержка, потому что совершенно не знали люди, какие-то прогнозы строить было невозможно. Люди попали в ситуацию, аналогом которой не имели в своем опыте совершенно ничего. И поэтому вот, знаете, так вот во время окормления пунктов временного размещения некоторое недоверие к людям в форме сначала было у тех, кто прибывал в пункты временного размещения. А стояли автобусы, и надо было в глубь территории вывозить, невозможно было такое скопление народа здесь обеспечить, и поэтому логистика была просчитана, и железнодорожный транспорт, и автомобильный вывозил огромное количество людей. И вот стояли автобусы в разных направлениях, и люди не решались, куда ехать. Там города прямо, куда едут.

В. Рулинский

— Надписи прямо на автобусах.

Иерей Владислав

— Да. Но подходили к священнику, брали благословение, спрашивали, куда поехать. И после благословения направлялись в автобус и смиренно уезжали уже с какой-то надеждой. Были развернуты палатки-часовни, палатка-храм была в одном на Донецком ПВР.

В. Рулинский

— Ну, сразу поясню, что это Донецк — одноименный город...

Иерей Владислав

— Но на территории Ростовской.

В. Рулинский

— Ростовской области, которая входит в Шахтинскую епархию.

Иерей Владислав

— Да. Как раз вот во время приезда владыки Пантелеимона еще шли боевые действия вдоль границы. И практически это все, вот эти лагеря, не лагеря, а пункты временного размещения, в них были слышны взрывы, и вот такая атмосфера была очень напряженная.

В. Рулинский

— Ну я был, по-моему, как раз в этой поездке вместе с Владыкой, я помню такое напряжение, тоже оно присутствовало, как в воздухе как будто чувствовалось.

Иерей Владислав

— Вот, например, смотрите, надо искупаться, жара 37–40°, лето, и вот есть какие-то требования, должны быть оборудованы душевые комнаты, их не хватает. Но кроме душевых комнат, которые по СНИПам в ПВРе положены, необходимо постираться, необходимо как-то, может, искупаться, и баню принять. Если долго, одного душа недостаточно. И вот, кстати, при помощи приходов, которые входят в Иоанновскую семью, и благотворительного фонда, были закуплены целые такие установки, специальные бани. И разработано даже такое помещение — банно-помывочный такой комплекс, который специалисты светских подразделений с интересом так рассматривали — в СНИПах этого не было, это был такой новодел. И такая деятельность получила достаточно высокую оценку, потому что было все очень сделано добротно. И это была помощь большая людям. Жара — холодильники, приобретение холодильников, морозильников. Надо было сохранить питание, питье какое-то прохладное. И, конечно же, со всех епархий Русской Православной Церкви пошли уже машины. И ту помощь, которую организовала Церковь в первые вот моменты, когда уже была подразделениями спецрегиональными...

В. Рулинский

— МЧС, да?

Иерей Владислав

— Да, МЧС и так далее организована, она послужила вот таким спасением. Такой помощью в самый сложный, самый вот ответственный период.

В. Рулинский

— Многие просто физически брали к себе домой. Я так понимаю, прихожане многие, и монастыри, и храмы как-то устраивали людей, просто это действительно было некуда же.

Иерей Владислав

— Да, у нас даже был церковный ПВР открыт на Манычском, в Манычской станице, на Пятницком архиерейском подворье — это Багаевский район Ростовской области. Был вот такой церковный ПВР, который отвечал всем требованиям, установленным, значит, государством. И даже Дом для мамы у нас, приют для беременных тоже был перепрофилирован, и мы многодетные семьи принимали.

В. Рулинский

— Батюшка, а что было самым сложным в этот период? Лично для вас.

Иерей Владислав

— Да я не могу назвать что-то такое определенное. Было чувство ответственности. Ну и было, конечно, желание приложить все усилия. Но не было страшно. Как-то вот, вы знаете, вот эта боль, она откликнулась в сердцах, наверное, всех. Мы понимали, что мы один народ, вот мы единоверцы. Здесь вот как-то не возникало совершенно никаких. Конечно, мы помогали бы всем совершенно, независимо от национальности и вероисповедания. Но это вот как общая беда воспринято было, и отклик был такой, что там нечего было бояться, надо было просто работать, надо было действовать срочно. И помощь буквально отовсюду была.

В. Рулинский

— Если проводить какие-то параллели с ситуацией, когда беженцы уже после 22-го года начали поступать, есть ли какая-то вот, как сказать, разница вот в этом служении. Я так понимаю, что поток беженцев стал меньше с 22-го года? Или как-то вы иначе это воспринимаете?

Иерей Владислав

— Ну это совсем другое было. Там тоже были пункты временного размещения, но масштабы были другие, и как бы уже система была сама устроена, подготовлена так, что она сбоев не допускала. И, конечно же, вот этот второй как бы такой поток, он совершенно в других условиях происходил. Уже здесь система была организована достаточно четко.

В. Рулинский

— Это программа «Делатели на Радио ВЕРА». Мы говорим сегодня со священником Владиславом Касьяновым, председателем социального отдела Шахтинской епархии, руководителем Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Меня зовут Василий Рулинский, я пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. Если у вас есть желание поддержать добрые дела Церкви, это можно сделать по номеру SMS 343 поставить слово «отдел» в SMS, написать потом пробел и сумму. Например: «отдел 500». Пожертвование пойдет на работу Синодального отдела по благотворительности. Также можно на сайте Синодального отдела https://diaconia.ru/ посмотреть все новости, узнать больше про социальное служение Церкви и присоединиться к добрым делам и стать добровольцем, почитать отчеты о собранных пожертвованиях и о том, как куда они направляются и также можно подписаться на регулярное пожертвование. А в социальных сетях «Дела Церкви» в ВК, в Телеграме и в Maксe можно следить за историями тех людей, кто занимается социальным служением Церкви. Это делайте на Радио ВЕРА, мы вернемся после короткой паузы.

В. Рулинский

— Это «Делатели» на Радио ВЕРА. Меня зовут Василий Рулинский. Я пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. У нас в гостях сегодня священник Владислав Касьянов, председатель социального отдела Шахтинской епархии и руководитель Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Батюшка, мы в первой части программы уже начали говорить о помощи, с 2014 года которую вы организовали вы и представители епархии, и многие другие люди, организовали беженцам тогда с юго-востока Украины, и потом, после 2022 года начали организовывать эту деятельность. Вы знаете, мне кажется, что у вас так много направлений, которыми вы занимаетесь, но вот я бы хотел про одно из них особенно спросить — это предабортное консультирование, очень важное направление, особенно на фоне того, что у нас происходит с демографией в стране. В целом ситуация не так чтобы сильно благополучная, даже можно сказать иначе, совсем неблагополучная. И слава Богу, как-то получается что-то делать с ограничением абортов, их становится вроде бы, по государственным таким статистическим данным, меньше в целом по стране. Но, конечно, мы понимаем, что за этими большими цифрами, которые дает государство, дает Минздрав, стоят конкретные судьбы, конкретные жизни конкретных людей, конкретных женщин и их детей, которых удается или не удается спасти. И, насколько я понимаю, вы как только начали эту деятельность в социальном отделе, вы практически сразу к этому направлению обратили свое внимание. Расскажите, что вы тогда сделали. Насколько я понимаю, это предабортное консультирование в женских консультациях и Дом для мамы. Как вы начинали эту работу? И, главное, что это сегодня, из чего состоит эта работа вот в этом направлении у вас?

Иерей Владислав

— Сегодня, конечно, совсем другое отношение к этому вопросу, и более серьезная поддержка в обществе и со стороны государства, и уже позиция Церкви более четко и однозначно звучит по этому вопросу. Вот тогда — это 2011 год, и, конечно же, противоабортная такая деятельность, она встречала очень серьезные препятствия. Ну это было действительно одно из первых таких вот направлений, общее направление, которое развивалось в епархии. Тогда мы посмотрели волгоградский опыт очень интересный, который вот таким образом проблему вырисовывал — речь шла о защите прав потребителей. И мы начали совершенно вот такой, светский как бы путь развития. Мы подняли вопрос о том, что действительно нарушаются права потребителей, так как абортарий — это такая организация, которая заинтересована в увеличении количества абортов, здесь больше денежные средства поступают, премии, развивается само медицинское учреждение. И, конечно же, сотрудники таких учреждений абсолютно не заинтересованы рассказать правду о последствиях вот такой хирургической манипуляции, вот как принято это понимать, как аборт. И мы подняли вопрос о том, что необходим кабинет в каждой женской консультации психолога, который бы был в штате этого медицинского учреждения, но был рекомендован епархией. Там у нас была такая интересная форма сотрудничества, соработничества в городе Шахты, называлось «Шахты — земля духовного наследия», когда через определенное количество времени собирались совместно глава администрации города, правящий архиерей, руководители профильных отделов и руководители епархии, руководители подразделений соответствующих администраций муниципального образования. И удалось вот такую идею воплотить в жизнь, что в женских консультациях должен быть кабинет, и в «бегунке, прежде, чем попасть в абортарий со всеми анализами и осмотром врачей, необходимо, чтобы женщина, находящаяся в состоянии репродуктивного выбора, могла выслушать информацию о последствиях аборта и медицинские последствия — это и психологические, это и духовные.

В. Рулинский

— И вы, получается, готовили психологов таких специальных?

Иерей Владислав

— Первое, что мы сделали, мы обучили таких людей. Обучили. Тогда это направление в Синодальном отделе возглавлял Сергей Чесноков. И очень активно эта тема развивалась. Мы собирались отдельно, и очень был хороший ресурс. И было открыто четыре таких, в городах Шахтинской епархии были открыты четыре кабинета консультирования доабортного. Мы слово «против» не упоминали, потому что были интегрированы наши люди в систему медицинского учреждения, получали какую-то символическую зарплату в медучреждении, но основные и обучение, и ресурсная поддержка была со стороны епархии организована в тех благочиниях, где открыты были эти кабинеты консультирования.

В. Рулинский

— И какие результаты были, батюшка?

Иерей Владислав

— Обратную связь нам сложно вот такую четкую. Но из той информации, которую нам удавалось получить, мы сразу же в первый год получили за полугодие 30–40 человек оставшихся в живых детей, взятых на смерть — то есть родители которых уже приняли соответствующее решение, что ребенка не будет, ребенок жить не будет. И здесь, конечно, началась такая у нас деятельность интересная, потому что приходили и папы, кто-то ругался. И даже был такой случай, когда позвонила Альбина Николаевна, и позвонила из города Шахты, с пункта акционного, и сказала: «Батюшка, срочно нужна коза». А я говорю: «По какому поводу требуется?» Говорит: «На одной чаше вот коза и жизнь ребенка». Оказывается, пришла мама, у которой трое детей, беременная четвертым. И когда вот такой диалог состоялся с психологом, и она как-то нашла подход и затронула какие-то вот струнки души, мама в сердцах воскликнула, что: «Если бы хотя бы коза у меня была. Чем я буду кормить? Я бы и оставила четвертого». Поэтому вот по такому звонку привезли, значит, и козу, и козла, и даже петушка, и несколько курочек. И мама родила четвертого. А через некоторое время привела свою подругу, которая собиралась сделать аборт. И она, благодаря встрече с нашими специалистами, тоже сохранила жизнь ребенку.

В. Рулинский

— Слава Богу.

Иерей Владислав

— Да, то есть получалось вот то, что мы смогли, нам очень важно тоже было как-то результаты нашей деятельности понимать. Вот 30–40 человек — то есть это целый класс средней школы деток, взятых на смерть, но которым сохранена жизнь, которые приняли святое крещение многие. Мы многих крестили сами, прямо к нам приносили деток.

В. Рулинский

— И приют для мам потом появился, да, вскорости?

Иерей Владислав

— Да, приют для мамы. Вот это тоже из реальных запросов конкретной деятельности. Потому что появились мамы, которые говорят: «Я бы оставила, но мне сказали: где взяла, где нагуляла, туда и иди. Там и рожай, там и воспитывай», — то есть уходи из дома. Или иди делай соответствующий этот, или, значит, дома не появляйся. Были и мамочки из детских домов, воспитанницы, которые говорили: «Ну все равно заберут ребенка, потому что негде жить». И какие-то уже были вопросы к таким мамам. И тогда, конечно, органы опеки очень жесткую такую ввели политику, и сложно было вот женщине в этой ситуации принять какое-то решение, взять на себя ответственность, потому что репрессивный такой характер был достаточно жесткий у соответствующих структур. И тогда вот возникла необходимость такая: иметь конкретное такое социальное учреждение — дом, где могли бы мы принять маму еще во время беременности, где она могла спокойно бы находиться, выносить и родить ребенка и первое время получить всю необходимую помощь. И здесь, конечно, тоже надо вспомнить о Марии Студеникиной, о первом доме. Поскольку мы часто были в Москве, и эти проекты, просто вот они были от А до Я прописаны, показаны. И, конечно, нам уже было проще. Надо только было решиться и все.

В. Рулинский

— И вы решились?

Иерей Владислав

— И мы решились.

В. Рулинский

— Слава Богу. Вы знаете, мне в одном интервью вашем понравилось, как вы описываете одну ситуацию, как раз связанную с вот этим противоабортным консультированием. Я позволю себе процитировать вас: «Там ох, как остро проблема стоит. Потому что там и плачут, и мужей для поддержки приводят, там и скандалы бывают. И вот бывает, все что можно, людям скажут — и психолог, и соцработник, и священник — всю душу вложишь, а человек все равно не изменяет своего решения. Ты вот знаешь, что он жизнь себе портит, и что душа будет болеть — ведь сколько таких историй на исповеди слышишь, а сделать ничего не можешь. Ведь если человек сам не захочет, его и не спасешь — свобода». Здесь мне, конечно, вспоминается фраза из «Братьев Карамазовых», как один из героев Достоевского говорит о том, что широк человек, я бы сузил. Вот про этот феномен свободы. То есть человек действительно идет к греховному такому выбору, идет самостоятельно, свободно, идет смело, твердо к этому пути. Как вот здесь не нарушить его свободы и при этом как-то ему все-таки помочь сделать правильный выбор? Вот поделитесь здесь.

Иерей Владислав

— Во-первых, это мировоззренческая ошибка. Свобода, она же в другом заключается. Здесь рабство — рабство греха, непонимания, заблуждения. Но и тут как — аккуратно, через вот такие просветительские беседы, молитву об этом человеке, доброе какое-то отношение. Ну, как-то Господь дает слова. Но если это не происходит, то, конечно же, надо понимать, что мы не сможем весь мир изменить. И надо просто делать свое дело, вот как сеятель. А все остальное уже оставить Господу. Может быть, даже вот такой отчаянный шаг и такое падение в грех потом как-то перевернет жизнь человека и даст ему возможность, даст ему силы совершенно поменять точку зрения, взгляд на жизнь, поменять свои ценности и все-таки найти путь к свободе настоящей и к спасению.

В. Рулинский

— Ну, дай Бог, конечно. Дай Бог. Иногда бывает такое, что, знаете, говорят, что дураки учатся на своих ошибках, мудрые на чужих. Иногда бывает, что эти ошибки, я и по себе знаю, какие-то вещи вроде как ты понимал, что можно не совершить, а все равно совершаешь. И, конечно, потом ты понимаешь, что вот надо было так поступить. Но действительно такое часто бывает, что человек, может быть, где-то ошибется, где-то что-то сделает не так, а потом уже его эта мысль догоняет. Но и это тоже важное состояние.

В. Рулинский

— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим сегодня со священником Владиславом Касьяновым, председателем социального отдела Шахтинской епархии, руководителем Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Если у вас есть желание поддержать работу Синодального отдела по благотворительности, который координирует все социальное служение Русской Православной Церкви, это можно сделать по номеру 343, отправив SMS вот по этому номеру со словом «отдел», поставить пробел и написать сумму. Например: «отдел 500». Также можно следить за нашими социальными сетями «Дела Церкви» в ВК, в Максе, в Телеграме. Батюшка, вот мы немножко поговорили про служение в ситуации, когда речь идет о спасении жизней детей. Есть еще одна тема, которая очень важна для вашей деятельности, как главы социального отдела епархии — это тема помощи зависимым. Вы организовали в хуторе Маркин женский — ну, сначала мужской, потом женский центр, да? Как сейчас с этим обстоят дела? Как вы видите эту проблему зависимости, насколько динамика изменяется самих людей, кто обращается к вам, их потребности и их, скажем так, проблемы, насколько меняются с течением времени? У вас же есть уже большой опыт в этой сфере. Поделитесь этим, пожалуйста.

Иерей Владислав

— Женский, к сожалению, центр нам организовать не удалось. Но продолжить и развивать реабилитационный центр для мужчин — да, удалось. И у нас сейчас в хуторе Маркин один из таких, наверное, значимых проектов реализуется, где медицинское учреждение и епархия Русской Православной Церкви, на одной территории сотрудничая, решают проблему помощи зависимым людям. Таких проектов было четыре, и вот сейчас один остался.

В. Рулинский

— Совместных с медициной, да?

Иерей Владислав

— Да, где на территории медицинского учреждения — то есть подразделения наркологического диспансера Ростовской области, находится и храм, в данном случае у нас храм Паисия Святогорца, преподобного Паисия Святогорца, построенный руками наших воспитанников. И непосредственно мы находимся на территории медицинского учреждения и реализуем там программу реабилитации в церковной общине, которая утверждена нашим Синодальным отделом. У нас центр посещал владыка Мефодий, и мы получили очень высокую оценку деятельности.

В. Рулинский

— Меняются ли вот сами запросы наркозависимых? Или это не только наркозависимые, там игровые, например, вот особенности? Вот сейчас же с этими играми много очень, я так понимаю, проблем у людей, они во многом вот в эту сферу уходят. Насколько у вас часто вот эти запросы поступают?

Иерей Владислав

— Здесь, на территории — это специализированное медицинское учреждение, поэтому здесь круг сужен, — именно алкоголезависимые и наркозависимые получают помощь. Сам центр Иоанна Кронштадтского — это та некоммерческая организация, которую вы упомянули, она стала поставщиком социальных услуг в Ростовской области и уже на протяжении нескольких лет является победителем конкурсов, ежегодно получает из средств регионального бюджета сертификаты на оказание помощи зависимым людям. И там только наркозависимые фигурируют. Есть там и лица, которые судом направлены.

В. Рулинский

— Апробации, да.

Иерей Владислав

— И, конечно, сертификаты не весь год, но практически мы безвозмездно добросовестно работаем в течение всего года в этом наркологическом учреждении, осуществляем вот такую помощь. Из таких новых форм — это работа с родственниками. Здесь надо сказать, что тоже очень сильное направление этой деятельности организовано при Синодальном отделе, и владыка Мефодий приглашает на семинары и собирает руководителей реабилитационных центров. Мы между собой имеем очень такое серьезное доброе соработничество, общение, взаимодействие. И благодаря тому, что мы самые лучшие примеры видим и можем поучиться в таких центрах, как «Воскресение», например, приезжаем на слеты к отцу Евгению Лищенюку в Благодатное, и имеем возможность таких вот семинаров, встреч, неформального общения, это направление помощи, оно вот и получает развитие. Надо сказать, что сама проблема, конечно, усугубляется.

В. Рулинский

— Вы как-то, получается, начали помогать Виктору Коновалову. Очень интересный юноша. Он, я так понимаю, родился без рук, и от него отказалась его биологическая мама, его приняла в свою семью Наталья, о которой я когда прочитал эту цифру, она меня поразила: в ее семье пять родных и 44 приемных ребенка. Я когда это прочитал, я начал проверять, думаю: точно ли тут нет ошибки? 44 приемных ребенка. И Виктор удивительных успехов достиг, он многократный чемпион Ростовской области в разных спортивных дисциплинах. Я вот специально даже выписал: трехкратный чемпион по плаванию, пятикратный чемпион по карате, он поет на клиросе у вас там в одном из храмов Миллерово, в Шахтинской епархии.

Иерей Владислав

— Да, великомученика целителя Пантелеимона.

В. Рулинский

— Да. При этом еще блогер. И получается, вот невероятный просто человек, можно сказать, вдохновит любого. И я знаю, что в январе 2026 года, благодаря вам, и состоялась встреча Виктора со Святейшим Патриархом Кириллом в Москве. Расскажите, как появилась эта идея и какое впечатление осталось у самого Виктора от этой встречи?

Иерей Владислав

— Я не могу сказать, что благодаря мне, потому что ему позвонили из Московской Патриархии и с ним беседовали, и рассматривали как бы эту возможность, и вот она была организована. Потому что он написал письмо и выразил вот такое желание встретиться со Святейшим Патриархом. Для него это вот такая детская мечта, которая воплотилась в жизнь. И, конечно, для него это огромная радость такая. Но Виктор находится сейчас в таком возрасте, когда очень много искушений, очень многое ему предстоит преодолеть. Поэтому, конечно, мы познакомились, когда он был ребенком, но сейчас у него самый ответственный такой, наверное, возраст. Вот я думаю, что с Божьей помощью, нашими общими усилиями, поддержкой, он все-таки вот этот такой сложный период пройдет достойно.

В. Рулинский

— Ну, дай Бог, да, 17 лет человеку. В 2009 году он родился. Будем надеяться, что у него все в жизни сложится. Батюшка, вот хочется еще про помощь людям с инвалидностью поговорить хотя бы немножко, у нас времени не так много. У вас на территории епархии тоже развивается это направление. Расскажите, что уже сделано.

Иерей Владислав

— Это отдельная большая программа по благословлению нашего владыки, епископа Шахтинского и Миллерского Симона. Реализуется огромная, масштабная программа помощи семьям, имеющим детей с ограниченными возможностями здоровья. Мы, конечно же, таким двигателем считаем, локомотивом этого, этих проектов, считаем отца Александра Маликова, он был у вас тоже гостем вашей программы.

В. Рулинский

— Да, замечательный батюшка. Всем, кто не слушал этот эфир, предлагаю прослушать его.

Иерей Владислав

— Такой соратник, соработник, дорогой человек. Они, конечно, я думаю, они с матушкой просто подвижники.

В. Рулинский

— Ну, так и есть, да.

Иерей Владислав

— И вот то, что, конечно, им удалось пережить, познать, и тот опыт, который они имеют, вот все это вместе позволило нам правильно, грамотно, квалифицированно ответить на тот запрос, который со стороны этих семей есть и организовать вот такую программу. Сначала «Город Ангелов» — это такие яркие, однодневные события, это фестивали, конкурсы детей с ограниченными возможностями здоровья, где они реализовывали свои таланты, показывали свои возможности, зажигая друг друга, социализируясь, интегрируясь вот в такое общественное пространство, показывая свои возможности, укрепляя себя и вдохновляя вот от этих таких совместных встреч. Но мы, благодаря этим таким большим событиям редким, получили выход на родительское сообщество, услышали их запрос. И дальше, конечно, пошло на создание реабилитационной программы, когда уже было вот такое межведомственное взаимодействие включено в полной мере. Мы понимали, что здесь проблема очень серьезная, и как бы здесь тот вопрос, который решается всем миром. Мы, конечно, нашли очень много отзывчивых сердец. И не только каких-то вот лично — личностей, людей, но и целые организации. И здесь вместе с нами в программу включились, в реализацию программы помощи и Общественный совет при Главном управлении МВД России по Ростовской области, и Общество судей России, и Южная оперативная таможня.

В. Рулинский

— И к вам начали приезжать люди с инвалидностью из Донбасса, вы начали принимать такие семьи, насколько я понимаю?

Иерей Владислав

— Ну, это вот немножко позже произошло. Сначала полномасштабная работа пошла для тех семей, которые проживают на территории Донского региона. Манычская так расположена близко к Ростову, и всем удобно приехать, семьям легко и нам легко собрать всех. Но дальше, как развитие этой программы, мы обратили внимание на жителей сельских территорий. Дело в том, что Шахтинская епархия это в основном сельские территории, это огромное по протяженности пространство, и очень много отдаленных сельских территорий. И мы понимали, что здесь, недалеко от регионального центра, очень много организаций, которые эту помощь оказывают, некоммерческих, очень много различных структур, здесь и медицинское сообщество все сконцентрировано, и психологи...

В. Рулинский

— А в Шахтах ничего не было?

Иерей Владислав

— В Шахтах есть, но Шахты — это не вся Шахтинская епархия. А вот до Воронежской области огромные пространства, сельские территории, там некоторые есть больше трехсот, отдаленные участки. И получается, там больше четырехсот от регионального центра, от города Ростова-на-Дону. И здесь возникла такая идея не оставить без внимания и жителей вот этих территорий, дальних сельских поселений. Как возникла эта программа: Синодальный отдел организовывал программу помощи семьям, которые нуждаются и находятся в дальних сельских территориях, и мы, распределяя эту гуманитарную помощь и проезжая все эти территории, среди благополучателей нередко встречали семьи с особыми детками. И вот здесь возникла как раз идея реализовать отдельный конкретный проект для отдаленных территорий, для сельских поселений. И когда эта программа была выстроена, начала работать, Синодальный отдел, вот Вероника Викторовна Леонтьева обратилась с помощью — как раз были освобожденные территории, были семьи на новых территориях, которые никогда никакой поддержки не получали, помощи системной. А поскольку здесь центр «Берега» был открыт на подворье храма преподобного Сергия Радонежского в Каменском районе, и как раз был организован для того, чтобы сельские территории покрыть программой помощи, попросили, чтобы группы, сформированные из новых территорий, мам с детками с особыми, могли бы стать участниками программы.

В. Рулинский

— Ну и вот так смены вот эти.

Иерей Владислав

— И вот так начались смены, да, и они сейчас продолжаются.

В. Рулинский

— Слава Богу.

Иерей Владислав

— И еще важно отметить, что наш проект помощи семьям с особыми детками потребовал прямо развития. Дело в том, что он реализуется больше 10 лет, и наши подопечные, которые с нами уже являются одной семьей, они преодолели возрастной ценз — 18 плюс. Восемнадцать — все. А в 18 лет мы столкнулись с тем, что семьи, имеющие деток особенных, уже не деток, а людей особенных, воспитывающие или вот им помогающие, они сталкиваются с такой проблемой — часто они оказываются вот в этот период в социальной изоляции. Что программы закончены, уже и Дед Мороз не приходит, и какие-то вот такие очень серьезные проекты, перестает быть взрослый человек участником этих детских проектов. Здесь эмоциональное выгорание, вследствие вот такой отсутствия системной поддержки. И после восемнадцати значительная часть государственных механизмов сопровождения, они прекращают работать. И поэтому возникла необходимость создать новый проект — проект комплексной системной помощи, который бы объединял духовную поддержку, социальную адаптацию, психологическую помощь, трудовую ориентацию, сопровождаемую занятость именно для вот такой категории людей.

В. Рулинский

— Да, вы знаете, батюшка, здесь вот мы с вами много аспектов вашей социальной деятельности обсудили, это действительно масштабная совершенно деятельность. И поскольку у вас и центр называется во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского, я, готовясь к нашему эфиру, одну цитату нашел святого праведного Иоанна Кронштадтского, хотел бы ее зачитать и предложить вот немножко вас на эту тему поразмышлять. Иоанн Кронштадтский праведный пишет вот что: «Побуждением к милосердию ближним служат наши собственные немощи, болезни, напасти, скорби, несчастья и желание, столь нам сродное, чтобы ближние наши не были к нам бесчувственно холодны во время наших бед и напастей, а относились к нам с сочувствием». Вот это ощущение того, что побуждением к милосердию служат наши собственные немощи, болезни и напасти, насколько оно вам близко? Насколько вы это в жизни чувствуете, батюшка?

Иерей Владислав

— Вы знаете, добродетель милосердия, она и в святоотеческом понимании это не просто социальная помощь, а это духовное делание, которое преображает человеческое сердце. И здесь отражение Божественной любви через милосердие — это уподобление Самому Творцу. Прямо в Евангелии сказано: «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут» — то есть, проявляя сострадание к ближнему, человек искупает свои грехи. То есть это вот такое духовное лекарство, которое надо осознать, понять. И если ты плачешь о своих грехах, то тебе обязательно это лекарство потребуется. И если ты действительно хочешь исцеления, то это лекарство ты должен принимать.

В. Рулинский

— Именно так давайте и будем поступать. А мы сегодня в программе «Делатели» говорили со священником Владиславом Касьяновым, председателем социального отдела Шахтинской епархии и руководителем Комплексного центра социальных инициатив имени святого праведного Иоанна Кронштадтского. Меня зовут Василий Рулинский, я пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. Если у вас есть желание присоединиться к добрым делам Церкви, можно это сделать на сайте синодального отдела https://diaconia.ru/ и, отправив SMS по номеру 3443 со словом «отдел», поставить пробел и написать сумму. Например: «отдел 500». Также можно следить за нашими новостями, историями о социальном служении Церкви в наших социальных сетях, они называются «Дела Церкви», и можно их найти в ВК, в Телеграме, в Максе. Может быть, и какая-то эта история вдохновит вас, и вы тоже станете частью большой такой истории дел милосердия Русской Православной Церкви. Спасибо большое, дорогой батюшка, за ваше служение, за то, что вы сегодня рассказали, за то, чем вы поделились. Я думаю, что особенно последние слова тоже многих могут вдохновить на участие в добрых делах. Спасибо большое.

Иерей Владислав

— Спаси Господи.

В. Рулинский

— Всего доброго.

Иерей Владислав

— Всего доброго.

---

Все выпуски программы Делатели

• «Церковная благотворительность». Алексей Беглов
• «Социальное служение в Боровичской епархии». Священник Андрей Панов
• «Гуманитарная помощь в Москве». Елена Холодова

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов