Святитель Игнатий (Брянчанинов) и его семья

Поделиться

Святитель Игнатий Брянчанинов

В доме господ Брянчаниновых — дворян, помещиков села Покровское Вологодской губернии — царил радостный переполох. Глава семьи, Александр Семёнович Брянчанинов, человек обыкновенно сдержанный, не скрывал своего счастья. Его жена, Софья Афанасьевна, родила сына! Супруги долгое время оставались бездетными и горячо молились Богу, чтобы он послал им детей. В надежде на помощь Господа Брянчаниновы щедро раздавали милостыню, совершали паломничества по святым местам. Их молитвы были услышаны. Долгожданный первенец появился на свет 17 февраля 1807 года. На 9-й день мальчика окрестили и нарекли Дмитрием — в честь вологодского святого чудотворца — преподобного Димитрия Прилуцкого.

С детства Митя любил уединение. Не раз отец и мать обнаруживали его одного, стоящего на коленях в пустой церкви Покрова Божьей Матери, которая располагалась в имении Брянчаниновых. Другим любимым местом Дмитрия был старый парк. Часто, хватившись сына, родители повсюду его искали и находили сидящим под вековыми деревьями и погружённым в размышления. Александра Семёновича настораживала столь ранняя склонность мальчика к созерцанию и молитве. «Чего доброго, подрастет и в монахи захочет», — говорил он жене. Старший Брянчанинов не забывал, что Митя — вымоленный ребёнок. Но надеялся, что Дмитрий пойдёт по его стопам и сделает блестящую светскую карьеру. Софья Александровна поддерживала мужа. Сам Александр Семёнович когда-то окончил Императорский пажеский корпус, несколько лет служил при дворе Павла I и принадлежал к кругу самых образованных людей своего времени.

Подобного будущего Брянчаниновы желали для всех своих детей. После рождения Мити Бог подарил супругам, одного за другим, ещё восьмерых. И всё же на Дмитрия, как на самого старшего, были прежде всего обращены взоры родителей. Он и сам прекрасно это понимал. Митя боялся огорчить отца и мать, которых очень любил. И хотя уже давно решил, что хочет стать монахом, не стал открывать родителям своих намерений. Он старался быть хорошим сыном, заботился о братьях и сёстрах. Родной брат Дмитрия, Пётр Брянчанинов, рассказывал, что в детстве они любили бегать наперегонки. «В игре Дмитрий никогда не выказывал своего превосходства старшего надо мной, младшим и более слабым», — вспоминал он. И, тем не менее, все дети в семействе Брянчаниновых сами принимали главенство Димитрия, и не только из-за старшинства, а вследствие особенного склада его ума и характера. По словам одной из сестёр, Дмитрий был скромен, благоразумен, внимателен и вежлив.

Когда мальчику исполнилось 15 лет, Александр Семёнович повёз его в Петербург, чтобы определить в Императорское военное инженерное училище. По дороге отец внезапно обратился к сыну с вопросом о том, на какую службу он в будущем желал бы поступить. Дмитрий понял, что момент истины настал. Попросив у отца обещания не сердиться, если ответ не понравится, он с твёрдостью сказал, что желает «идти в монахи».

Желание его исполнилось спустя 9 лет. Окончив училище, в 1831 году Дмитрий принял монашеский постриг с именем Игнатий. Отец и мать долго сердились на сына, но в итоге приняли его выбор. Родители и сын переписывались, часто навещали друг друга. Когда Игнатий получил известие о том, что мать его находится при смерти, он примчался домой. За несколько минут до кончины, глядя на него, Софья Александровна произнесла: «Теперь, в этот час, у меня одно утешение: мой старший сын — в монастыре».

С отцом Игнатий продолжал поддерживать постоянную связь. Став епископом Кавказским и Черноморским, одним из самых известных и авторитетных духовных писателей 19 века, свои письма к нему он по-прежнему подписывал просто: «с искренним почтением, ваш любящий и преданный сын».