Поделиться
Флп., 242 зач., II, 16-23.
Глава 2.
16 содержа слово жизни, к похвале моей в день Христов, что я не тщетно подвизался и не тщетно трудился.
17 Но если я и соделываюсь жертвою за жертву и служение веры вашей, то радуюсь и сорадуюсь всем вам.
18 О сем самом и вы радуйтесь и сорадуйтесь мне.
19 Надеюсь же в Господе Иисусе вскоре послать к вам Тимофея, дабы и я, узнав о ваших обстоятельствах, утешился духом.
20 Ибо я не имею никого равно усердного, кто бы столь искренно заботился о вас,
21 потому что все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу.
22 А его верность вам известна, потому что он, как сын отцу, служил мне в благовествовании.
23 Итак я надеюсь послать его тотчас же, как скоро узнаю, что будет со мною.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Что чувствует человек, оказавшись в тюрьме? Представить одновременно и просто, и сложно. Просто — потому, что так или иначе наготове имеются какие-то избитые клише, описывающие пребывание в неволе. Сложно же от того, что неволя ужасает. Даже сам вид тюрьмы наводит тягостное чувство, высасывающее радость жизни. Примерно такой спектр эмоций ощущаешь, когда читаешь, например «Записки из Мёртвого дома» Достоевского.
Федор Михайлович, прошедший через каторгу, на собственном опыте прекрасно знал, о чём пишет. Каждая строка его почти автобиографического произведения наполнена тоской несвободы. Не столько внешней, сколько внутренней. Ведь герой писателя, даже освободившись, продолжает ощущать на себе влияние тюрьмы — того самого мёртвого дома. Ощущал травмирующие последствия заключения и сам Достоевский.
Интересно, что только что услышанные нами слова апостола Павла были написаны тоже в заключении. Павел, оклеветанный иудейскими законниками, был схвачен в Иерусалиме. Ему готовилась коварная расправа. Но Павел, как гражданин Римской империи, потребовал разбирательства в суде высшей инстанции — в суде кесаря. Потому и был этапирован в Рим. Находясь в столичных застенках, апостол не падал духом. Он имел возможность духовно поддерживать римских христиан, посещавших его.
Кроме того, не слишком надеясь на добрый для себя исход, Павел составлял послания для наиболее дорогих его сердцу общин. Прежде всего, он поспешил направить обширное письмо церкви города Филиппы. Здесь из уст Павла и его помощника Силы впервые на европейском континенте прозвучала проповедь Евангелия. Филиппийцы не просто с радостью приняли христианство. Они оказались чистыми сердцем людьми без какого-либо, так сказать, «двойного дна». Только от христиан Филипп апостол брал деньги на поддержание своих немногочисленных нужд. Делал он это потому, что знал — филиппийцы помогают ему с радостью и никогда в будущем не поставят ему в вину оказанную помощь.
Но вернёмся к тексту послания. Апостол фактически пишет завещание. Он призывает своих читателей никогда не терять радость о Боге — какими бы ни были трудными обстоятельства жизни. Более того, для Павла гонения, жертвой которых он оказался, являются доказательством правоты его дела. Он никому не сделал ничего плохого, никого ни в чём не обделил, не обидел, но всё равно оказался в тюрьме.
Павел видит в этом знак принадлежности к подвигу Христа. Спаситель ведь тоже пострадал безвинно. Потому апостол радуется, а не печалится в застенках тюрьмы. В своей неволе он видит финишную прямую жизненного пути, направленного в сторону Царства Божия. Царства, которое он уже видел однажды в самом начале служения во время мистического видения, и вновь хотел бы оказаться там. Глядя на основанные им общины, на многочисленных учеников, Павел радостно благодарит Бога за то, что его жизнь прошла не зря, что благодаря его трудам Евангелие стало частью бытия многих и многих людей.
Прозвучавшее послание учит нас не опускать рук, но терпеливо нести своё служение. И пусть нам подчас кажется, что всё бессмысленно и тщетно, что мёртвый дом греховной несвободы высасывает все силы. На самом деле это не так. Сила Божия в немощи совершается. Каждый, кто подобно апостолу Павлу стремится искренне исполнять дело Господне, обязательно будет Отцом Небесным укреплён и утешен, в полной мере ощутив однажды, что всё было действительно не зря.
15 сентября. «Золото кленовой листвы»
Поделиться
Фото: Lauri Poldre / Pexels
Незабываемо шествие по мягко шуршащему под ногами кленовому золотистому ковру, когда ты чувствуешь себя едва ли не античным царём Мидасом, который превращал в золото всё, к чему бы ни прикасался. Но что́ тленные сребро и злато для христианина, искупленного драгоценной Кровью Христовой и обретшего свет благодати Господней в своём сердце? Настанут, по удостоверению Святых Отцов, такие дни на земле, когда золото, как никому не нужное, будет лежать под ногами; и единственно благодать Духа Святого, словно небесная манна, будет питать верные Богу души, храня их от обольщений антихристова времени. Давайте же дорожить нашим небесным сокровищем, хранить и умножать его, всегда пребывая в покаянии и молитве!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 сентября. О значении появления новых храмов
Поделиться
13 сентября в праздник перенесения мощей благоверных князя Петра и княгини Февронии Муромских Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в новоосвященном храме в честь иконы Божией Матери «Седмиезерная» в подмосковных Мытищах на территории Федерального научного центра гигиены имени Ф.Ф. Эрисмана.
На проповеди Его Святейшество говорил о значении появления новых храмов.
То, что сегодня происходит на земле русской, особенно в граде Москве, многие за рубежами нашего отечества, в том числе и в традиционных христианских странах, не могут понять. В богатом, просвещённом Западе, особенно в Западной Европе, сегодня храмы либо закрываются, либо перепрофилируются, в лучшем случае в мечети, там хоть Богу молятся, а в худшем случае — в увеселительные заведения.
Удивительно, никаких протестов, никаких демонстраций. Где-то права кого-то нарушились, борьба идёт, а храмы закрывают — никакой борьбы нет. Я не могу себе представить, чтобы в России, когда закрывали храмы, вот так бы народ реагировал. Ведь сколько было мучеников, исповедников именно потому, что они не боялись смерти, защищая храмы.
Вот это всё —результат нашего исторического пути. Я уже говорил когда-то о том, что я из семьи тех, кто очень пострадал. Дед мой прошёл 47 тюрем и 7 ссылок, имея 7 человек детей. Вот когда его последний раз арестовывали, бабушка уже не выдержала и сказала: «На кого ж ты нас оставляешь, ну что ж ты делаешь с нами?» И он сказал удивительные слова: «Я ведь не из-за нарушения закона иду, не потому что я преступник, а я за Христа пострадаю. Волосы не упадут с вашей головы, и никто из вас не умрёт от голода». Точно так всё и произошло.
Радость, которая сегодня наполняет сердце. При каждом освящении нового храма, когда я вижу в храмах людей разного возраста, современных совершенно людей, не просто как в советское время тыкали пальцем и говорили: «Да у вас одни старушки-пенсионеры». Вообще благодарить надо, потому что старушки оказались сильнее советской власти. Они пронесли веру в Бога, воспитали своих детей и внуков, и благодаря тем старушкам мы сегодня с вами здесь.
Но сегодня уже другой народ, и это свидетельствует о том, что вера православная действительно обновила души и сердца наших людей. И поэтому каждое освящение храма, нового храма в московском мегаполисе является не просто замечательным историческим событием, а великим литургическим праздником, подобным двунадесятому празднику.
Вот дай Бог, чтобы милость Божия пребывала с каждым и помогала каждому на его жизненном пути. Аминь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 сентября. О евангельских мотивах в искусстве
Поделиться
О евангельских мотивах в искусстве — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Бывает так, что произведение искусства впервые как красоту открывает человеку Бога, например, икона. Человек, который занимается живописью, приходит в Третьяковскую галерею и видит там «Спас Нерукотворный Новгородский». И он понимает, что эту красоту нельзя выдумать, что человек, который писал безымянную эту икону, или «Деисус» Андрея Рублёва возле Звенигородского чина, да, вот, или другие иконы, он понимает, что этот человек знал что-то о красоте, которая никогда не заканчивается, что-то такое, что я тоже теперь хочу узнать. Человек приходит к вере.
Бывает, что человек, любящий, допустим, Осипа Мандельштама, вдруг слышит слова: «Я христианство пью, холодный горный воздух», или: «И Евхаристия, как вечный полдень длится». И человек: что такое? А почему для Мандельштама этот воздух, вот в отличие от отравленного воздуха города, настоящий, чистый? А что такое Евхаристия?
Или он читает Пастернака: «Всю ночь читал я твой завет, и как от обморока ожил». Дайте-ка я тоже почитаю Новый Завет. Если уж Пастернак пришёл в такое состояние.
Или он читает Ахматову, «Реквием», и понимает, что когда Лев Николаевич Гумилёв, её сын, каждый день может быть расстрелян, 10 лет без права переписки, она это знает. А человек может уже не быть давно, но она стоит там вместе с другими женщинами у «Крестов», у знаменитой питерской тюрьмы, да, и пишет стихи «Реквием». Она обращается к страданию матери Божией.
«Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел».
И вот человек становится глубочайшим образом верующим через осмысление своего страдания при обращении к распятию Христа и плачу Матери Божией.
Поэтому, конечно, произведение искусства, когда их автор является авторитетом для зрителей или слушателей, или там человек слушает «Страсти по Матфею», говорит: «Дай-ка я почитаю, что это такое». Открывает Евангелие от Матфея и начинает читать о страданиях Христа. Они могут очень помочь нам в проповеди людям и в обретении веры в Господа Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
