Поделиться
У нас в студии был настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митино священник Стахий Колотвин.
Мы говорили об особенностях и смыслах богослужения в ближайшее воскресение, о праздновании Собора Московских святых и обретения мощей преподобного Иова Почаевского, о памяти святых Иринея Лионского, апостола Тита, епископа Критского и преподобного Пимена Великого, а также об Усекновении главы Иоанна Предтечи.
Ведущий: Алексей Пичугин
М. Борисова
— Добрый вечер, дорогие друзья. С вами Марина Борисова. В эфире программа «Седмица», в которой мы каждую субботу говорим о смысле и особенностях богослужения наступающего воскресенья и предстоящей недели. И у нас в гостях настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин.
Иерей Стахий
— Добрый вечер.
М. Борисова
— С его помощью мы постараемся разобраться, что ждет нас в церкви завтра, в 11-е воскресенье после Пятидесятницы, и на предстоящей неделе. Ну и как всегда, по традиции, мы стараемся понять смысл грядущего воскресенья, исходя из евангельских и апостольских чтений, которые мы услышим завтра за Божественной литургией в храме. Мы услышим завтра отрывок из Первого Послания апостола Павла к Коринфянам, из 9-й главы, стихи со 2-го по 12-й. И начинаются они словами: «Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе». И дальше апостол Павел говорит: «Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?» — то есть речь идет о священническом служении и о том, какими плодами может пользоваться священник?
Иерей Стахий
— Действительно, это очень важный практический отрывок, который, конечно, должен у себя на скрижалях сердца каждый священнослужитель записать. Ну и мирянам тоже полезно на него ориентироваться. Потому что как если мы дальше посмотрим, за рамками вот этого чтения апостол Павел как раз показывает: нет, я делаю палатки, я сам себя содержу, чтобы вас не обременять, но тем не менее, поскольку задача апостола Павла воздвигнуть Церковь, которая и после его смерти мученической, которую явно он все равно ожидает и готовится, она должна и дальше как-то существовать, то он тоже поясняет о том, что заботиться о своих священнослужителях, о своих проповедниках люди должны. Почему это требовалось дополнительное пояснение? Потому что, в принципе, вся проповедь апостола Павла, она строится на том, что Христос преодолел закон, что вот этот ветхозаветный закон — с нормативами, с десятиной, которая, как мы помним, в притче о мытаре и фарисее, фарисей хвастался, что он даже там с мяты — то есть и то травку какую-то в огороде сорвал и то с нее десятину он всего вот дает, что все это абсолютно неважно для спасения. Однако если представить вот этот узкий путь в Царствие Небесное, что он проходит по самой вершине такой, и неважно, в какую сторону ты падаешь в пропасть, что в правую, что в левую, то тоже как раз и есть некоторый риск забыть о том, что действительно те, кто благовествуют, они нуждаются в содержании. Причем, в принципе, у нас-то, в нашем русском народе, люди воспринимают, что священник, да, он делает какую-то работу, да, вот он там что-то не очень понятно прочитал на церковнославянском, вот что-то он там покропил святой водичкой, что-то он покадил — и вот за это, в принципе, и нужна какая-то оплата. И люди, они все-таки там не забывают, они жертвуют что-то. Однако все-таки апостол Павел здесь говорит о проповеди. То есть, по сути, со священником выстраиваются отношения неправильные, не те, к которым призывает апостол Павел. Потому что апостол Павел себя именно ставит как проповедника, как тот, кто благовествует, тот кто ведет к Царствию Небесному, а не тот, кто исполняет какие-то ритуальные функции. У нас же наоборот: не, батюшка вот проповедь хорошую сказал — все, все развернулись и ушли. А если батюшка как-то вот специально для нас какую-то особую молитву прочел — вот это специальная услуга, которую нужно оплатить. Нет, поэтому тоже вот, я думаю, вот слушают нас те люди, которые, безусловно, и когда они тогда и деток крестили, и когда они там на дом батюшку позвали квартиру освятить, что и, надеюсь, они не столкнулись с дурным священником, который с них потребовал какую-то фиксированную плату за то, что Господь сказал: даром приняли, даром подавайте, что они, конечно, о батюшке позаботились. Однако надо задать себе вопрос: а в принципе я когда последний раз помогал священнику, который просто проповедует? Не оплачиваю ли я именно просто некоторые акробатические номера с различными там литургическими предметами, которые, я думаю, как-то вот мне особенно в жизни пригодятся. А при этом, может быть, проповедь Христову я больше не поддерживаю. Более того, вот ну да, как и поддерживаются и православные каналы, и радио «Вера», что тоже вот какое-то люди берут и добровольное пожертвование направляют. Да, это же как раз даже некоторое более сознательное действие, потому что люди понимают: вот радио «Вера», оно несет проповедь — это как раз то, о чем говорит апостол Павел. Пусть и в технических условиях XXI века, когда никто не остановится на площади и не будет слушать, ни на центральной горе Коринфа, да, богатого портового города, ни где разгружаются корабли, идущие из других стран там, из Святой Земли, из Палестины приплывшие. Действительно, сейчас методы проповеди другие — через интернет, через радио, через телевидение. Поэтому тоже, конечно, на всякий случай, руководство радио «Вера» меня к этому не подзывало, не подталкивало, а как раз это из нашего сегодняшнего чтения вытекает, что тоже, дорогие друзья, каждый христианин, по мысли апостола Павла, должен финансово поддерживать не ритуальные действия, а именно проповедь Христа.
М. Борисова
— Но заканчивается этот отрывок совсем другой мыслью, апостол говорит: «кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое. Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное? Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову».
Иерей Стахий
— Действительно, апостол Павел, как я уже упомянул, он в другом месте, развивая мысль, он говорит о том, что я сам тружусь, вот это палаточки делаю, чтобы не пользоваться. При этом оставлю другим, потому что апостол Павел ушел, а священник, которого он рукоположил, которого он поставил в общине, он с этой общиной остается в Коринфе, апостол Павел показывает, какой главный плод. Потому что еще есть один очень большой соблазн, причем чем человек более обеспеченный, тем ему, недаром Господь говорит, что трудно войти в Царствие Небесное, когда богатство тебе мешает, об этот соблазн вот как раз и спотыкается. Потому что думаешь: я приношу Церкви какую-то пользу, я на Церковь что-то жертвую, вот я пожертвовал там какие-то деньги — и в храме написали иконы, да, или я взял, пожертвовал деньги — и там аудиосистемы приходской батюшка на службу, там микрофон, облачения купили. Ну или что-то вот какие-то там, или на второй этаж воскресной школы, там штукатурим, и — раз, люди привезли действительно там отделочные материалы, там плиточки вот пожертвовали — замечательно. Но если ты не принесешь духовный плод, все это тщетно. То есть апостол Павел как раз беспокоится, что люди, они как раз и перепутают некоторую расстановку приоритетов. Ой, раз апостол нам об этом говорит, раз он напоминает нам — а в Коринфе, надо все-таки понимать, это такой вот, просто современным языком, хаб Римской империи — то есть это порт, ровно посередине Римской империи, посредине вот этого mare internum — внутреннее море, как называлось Средиземное море. Более того, были времена различные, когда римляне, ну это в основном было еще до апостола Павла, в дохристианскую эпоху, когда специально подавляли пошлинами Коринф, как такого конкурента римской торговли. Потом уже, когда империя объединилась в единое целое, и Коринф стал неотъемлемой частью империи, то уже вот эти искусственные заграждения снялись, то есть Коринф действительно, где люди расчетливые, где люди богатые, богаче, чем в среднем везде по Римской империи. И поэтому, конечно, что тут есть соблазн такой сбиться на то, что вот у нас будет как вот в храме сейчас все благолепно — золоченый иконостас, подсвечники, у батюшки самые красивые вышитые облачения, иконы лучшего, самого модного иконописца записаны — то есть вот все это, а духовного плода не будет. Да, про это Господь как раз в Евангелии говорит, что вот гробы повапленные, а внутри полные всякой нечистоты. Конечно, апостол Павел, поэтому сразу ему приходится делать некоторый для баланса противовес своим же собственным словам, говорит: самое главное, мы сеем в вас, конечно, духовное. Понятное дело, когда мы вспоминаем притчу о сеятеле, мы видим, что плод, он произрастает и в 30, и в 60, и в 100 крат и человек, который в нем духовное посеяно, он может и какой-то материальный плод принести, но все-таки самое главное духовное. Потому что как человек, причем ладно, тут можно сказать: ой, мы вместе на социальную тему поругали богатых, а мы вот такие бедные сидим, молодцы, вот прямо спаслись. Нет, человек тоже может подумать о материальном. Я взял и прочел такой-то объем текста молитвенного, перед причастием я взял, положил, столько поклонов, я столько-то времени, от звонка до звонка, пробыл в храме на службу, и это как-то меня к Богу приблизило. На самом деле надо понимать, что это тоже материальное, это наши материальные усилия. Да, очень хорошо, что мы тратим усилия и все-таки, хоть и шатаемся, хоть и присаживаемся на лавочку, но в храме стоим, молимся, выбрались, хотя, конечно, кроватка нас не выпускала с утра. Очень хорошо, что взяли мы и каким-то усилием себя сподвигли, телу приказали, бессмертная душа приказывает телу, тело встает на молитву и как-то вместе с душой к Богу какой-то призыв направляет. Но если за этим не будет настоящей духовной жизни, то и это будет тщетно. То есть мы видим такой более узкий уровень и как раз он более опасный, потому что человек думает: да нет, вот эта угроза не про меня, вот это там про богачей, что тоже мы все оказываемся в зоне риска. И из этой зоны риска надо приходить и приносить духовный плод. А в другом месте апостол Павел сказал, что это любовь, радость и мир.
М. Борисова
— А теперь обратимся к отрывку из Евангелия от Матфея, из 18-й главы, стихи с 23-го по 35-й. Это хорошо известная большинству православных верующих, в особенности церковных людей, притча, когда Господь сравнивает Царство Небесное с царем, который прощал своему должнику огромный долг в десять тысяч талантов, а тот, выйдя счастливый от царя, не смог простить своему должнику долга в сто динариев. И в результате все это закончилось плачевно и, разгневавшись, государь отдал этого своего должника истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Казалось бы, все понятно. Но почему камнем преткновения так на протяжении всего существования человечества служит именно прощение долга твоему должнику?
Иерей Стахий
— Ну на самом деле вот пару слов я здесь тоже могу сказать. Конечно, безусловно, нам надо прощать долги наши, как мы свидетельствуем в молитве «Отче наш», что вот мы уже якобы оставляем то, что нам должны, и поэтому Ты, Господи, тоже нас прости, помилуй, пощади. Однако несмотря на этот такой самоотверженный призыв, лучше все-таки разобраться, как прощает нас Господь. Потому что все-таки, я думаю, завтра мы все придем в храм, и батюшка на проповеди всем скажет: друзья, не забываем. Здесь это чтение очень важно, потому что оно нам показывает, что, в принципе, происходит в таинстве исповеди. Иногда люди думают, вот как там взять, я покаялся, там снялся с меня грех, или я там покаялся, нужно еще что-то делать, чтобы там этот грех... Вот когда мы приходим на исповедь и свидетельствуем, приносим свидетельство перед лицом Церкви, которая, священник ее полномочный представитель, Духом Святым молится и просит: Господи, да, вот это свидетельство прими, что человек хочет от своего греха, от своего долга освободиться. Господь становится держателем, можно сказать, нашего вот этого долга. По окончании этой притчи мы видим, что Господь, как держатель этого долга, не то что он человека как-то наказал, а он, по сути, его имеющийся долг ему просто на него обратно повесил. То есть нельзя сказать, что Господь как-то отыгрался, Он говорит: ой, не хочешь жить в системе таких взаимоотношений, Я тебя ставлю в систему взаимоотношений других. Любой грех нас отделяет от Бога. Почему ветхозаветные люди не могли попасть в рай? Потому что грех совершил, освободиться от него не можешь и, естественно, идешь вот уже в геенну огненную, пусть там даже праведники больше там в приятном месте, в лоне Авраамовом пребывали, как вспоминаем притчу о богаче и Лазаре, но все равно как-то не очень это все радостно. А Господь, Который (как апостол Павел говорит: помните, какой дорогой ценой вы куплены), Он наш долг вот этот выкупает. И мы вот грех — грех даже, может быть, мы оскорбили ближнего, но все равно мы через это оскорбили Бога, — Господь его принимает на Себя, и Он, как только мы приходим на исповедь, Он сразу его прощает, авансом, мы еще ничего не сделали, а Он уже сразу простил. Однако Он смотрит дальше, как вот Господь, исцеляя кого-то, в Евангелии Он говорит: иди и больше не греши. И поэтому наша задача после того, как Врач душ и телес на исповеди наши души исцелил, задача наша идти и больше не грешить. Самая фатальная ошибка людей, которые даже регулярно ходят в храм, не только радио слушают, но и проходят исповедуется, причащаются — это желание снова прибежать на исповедь и формально повторить то же самое, что неделю назад или две недели назад, тот же самый перечень грехов. Иногда ради какой-то психологической разгрузки, иногда потому, что ой, надо к причастию подойти, перед этим что-то оттарабанив. По сути, ты не понимаешь, что ты все это время делаешь что? Вот этот долг, накопленный, ты говоришь: Господи, ну Ты же будешь терпеть бесконечно, вот я снова и снова говорю: прости. Господь говорит: меняйся. Наоборот, прежде чем идти в следующий раз на исповедь, каждый из нас должен задуматься: я сейчас подойду к Царю, и буду ли я достоин, что Он снова мне вот этот долг спишет? А возможно, перед кем-то я сейчас виноват, а может, опять же перед этим самым Царем, возможно, я что, повторяю тот же самый грех? Вместо того, чтобы его менять, осмыслять, что я сейчас приду на исповедь и вместо того, чтобы сказать: да, батюшка, я разобрался — вот в таких-то ситуациях грех у меня прямо бьет ключом, вот в таких-то ситуациях я его могу приглушить, а вот если я здесь усилия приложу, то я прямо целых три дня без этого греха обхожусь. А вместе этого если я пойду и опять просто одним словом или одним предложением повторю то, что говорил неделю назад, то, конечно, никакого прощения не будет. Даже если будет формально молитва прочитана. Потому что здесь Господь просто скажет: ну нет, не хочешь расставаться с грехом, пусть он тебя давит тяжестью, раз ты не хочешь выбираться.
М. Борисова
— Напоминаю нашим радиослушателям, сегодня, как всегда по субботам, в эфире радио «Вера» программа «Седмица». Со мной в студии настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин. И мы, как всегда по субботам, говорим о особенностях и смысле богослужения наступающего воскресенья и предстоящей недели. Наступающее воскресенье у нас особенно насыщенно всевозможными памятными событиями. Ну, по традиции сложившееся уже, правда, в новое время, мы первое воскресенье сентября посвящаем памяти Собора Московских святых. А 6 сентября у нас память святителя Петра, митрополита Московского. Но мне хотелось бы сначала все-таки поговорить еще об одном святом, память которого приходится как раз на это воскресенье, 5 сентября — это святой Ириней Лионский. Святой первых веков христианства, о котором, к сожалению, не очень часто мы вспоминаем, хотя, на мой взгляд, он очень важен для понимания многих вещей, хотя бы потому, что он первым из святых отцов признал все четыре канонических Евангелия каноническими, то есть его вклад в наше восприятие веры православной огромный. А о нем самом мы знаем очень мало. Как, собственно, и о его гонителе, главном гонителе христиан при его жизни, императоре Марке Аврелии.
Иерей Стахий
— Безусловно, Ириней Лионский сейчас, слава Тебе, Господи, иногда хоть всплывает в информационном пространстве, когда какая-нибудь секта прогремит, и профессор нашего университета, да, что Александр Леонидович Дворкин возглавляет центр Иринея Лионского, и как раз что-нибудь комментирует. А центр Иринея Лионского — главный такой сектоведческий центр нашей богоспасаемой державы, он получил имя в честь Иринея Лионского неспроста. Потому что как раз Ириней Лионский первый, кто не просто заметил проблему, безусловно, проблему замечали и до него, и более того, и конечно, в Посланиях Апостольских уже есть предостережения, и Сам Господь наш Иисус Христос говорит да, придут лжехристы и лжепророки и многих уловят, что вот к благовестию Христову примешивается действительно что-то чуждое, что человека может привести совсем не ко спасению души, а наоборот, к куда более скорой погибели, к духовной смерти. Именно поэтому Ириней Лионский, хотя он вроде был наряду, таким же, как и множество его современников, грекоязычным уроженцем восточного Средиземноморья, нельзя сказать, конечно, что он был греком, это эллинизированные различные народы, но человеком именно греческой, даже не римской культуры, который, учитывая, что апостолы, просто по географическому принципу куда больше проповедовали, и апостолы от 12-ти, и апостолы от 70-ти ближе к Иерусалиму. То есть в Восточной части Римской империи уже следующее, второе поколение, это те, кто пошли дальше на запад. Да, государство единое, вот эта громадная Римская империя, и он проповедовал, был епископом на территории Франции, современный город Лион. И более того, и богослужебный язык чаще всего там был греческий, ну просто потому, что это был родной язык или по крайней мере второй родной язык для тех, кто шел благовестие Христа туда нести. Однако параллельно с проповедью приходилось обращать внимание на тех, кто проповедует что-то ложное. Даже сейчас есть некоторая такая логическая ловушка, такая пропагандистская, говорить: ой, там Православная Церковь обращает внимание на секты — надо, главное, там людям проповедовать Христа, а там на секты не отвлекаться, кто захочет, сам истину найдет. Увы, нет. Вот как мы ребенка своего ограждаем от какого-то негативного контента, от того, что ему навредит, его сердцу. Потому что маленький ребенок, совсем малыш, вообще ни в чем не разберется. Подросток, он разберется, но тоже в чем-то смутится, что-то у него действительно неверные представления будут. И то есть как-то стараемся просеивать, пока человек не окрепнет. Точно также и человек, который укрепленный в православной вере, он, конечно, ни в какую секту, ни в какую ересь не уклонится, потому что у него есть хорошие богословские знания, долгие годы церковной жизни, и он вроде как застрахован более-менее. Однако если мы видим, время проповеди Иринея Лионского в чем-то перекликается с нашими временами, по времени проповеди после советских лет. Вот мое поколение, как можно сказать, батюшки, которые проповедовали сразу после падения советской власти — вот первое поколение, вот мое там — второе поколение, что тоже можно сравнить с поколением Иринея Лионского. Уже у людей какие-то представления о христианстве есть, но они настолько туманны, что туда можно впихнуть все что угодно. Потому что, например, тоже были скандалы с определенными рекламными компаниями, с пропагандой одного из смертных грехов, которые апостол Павел показывает и подсказывает, что практикующие его люди Царствия Небесного не наследуют. И как раз многие люди, которые вроде христианской самоидентификации, они говорили: да нет, что это такое, это же как-то все, наоборот, по любви, по-христиански и так далее. То есть уже к христианству примешивается, к вот этой бочке меда, такие ложечки дегтя, которые все портят. И спасибо Иринею Лионскому, который, по сути, занялся, вот помимо того, что он проповедовал, помимо того, что он выживал в условиях гонений от язычников, когда вот вроде нет, вот мы сейчас все объединиться должны, и православные, и еретики, чтобы вот пережить вот эти гонения. Он говорит: нет, это, конечно, все хорошо, но тем не менее вот это внутренняя болезнь, то что Церковь разъедает и уводит из нее вот этих овец стада Божия на погибель, это как раз вот эти страшные внутренние враги, которых Господь в Евангелии называет волки в овечьих шкурах. И, конечно, в чем главный такой соблазн был именно римской эпохи. Сейчас секты, они в чем-то куда более примитивны, в чем-то они там восточной какой-то эзотерикой увлекаются, в чем-то они какие-то культы даже нерелигиозные, коммерческого успеха составляющей. Римская империя — это такой котел кипящий различных философских течений, которые тоже прежде всего греческого происхождения, но сталкивались и с какой-то рациональностью римской. Вот, собственно, Марк Аврелий, о котором вы упомянули, император, это как раз типичный пример развития стоической философии. Потому что стоическая философия уже несколько столетий как развивалась, но римская стоическая философия, она действительно получала свою четкость. Вот как римляне, например, они не очень котировали спорт. Вот грек, он мог пойти и для развития красоты тела заниматься спортом, римлянин считает: нет, надо пойти вскопать огород или пойти завоевывать варваров, кидать в них там копья и вот этим тренироваться. Точно также и вот стоическая философия Марка Аврелия, она тоже, можно сказать, переводилась на некоторый практический уровень: ты должен не просто там стойко переносить какие-то нечестья там, но ты должен брать и выстроить некоторую систему. Собственно, и вот эта система Марка Аврелия, она и стала, потому что очень часто некоторых гонителей до сих пор даже, бывает, кто-то из христиан, ну так богословски не очень образованных, оправдывает, говорят: нет, человек выстроил хорошую систему, вот она работает, он был аскетичный лично, там победоносные войны вел. Вот Марк Аврелий, он как раз был такой. Он вообще, в отличие там от многих полководцев более поздних времен, не отсиживался где-то в уютных столицах, а он действительно на границе сам вел в атаку, умер он на территории Вены. А Вена, это надо понимать, тогда не то что имперская столица, это наоборот, был лагерь, где Марк Аврелий на границе сдерживал наступающие германские племена, бесконечные вот эти волны. И несмотря на это, вот он именно ради того, жизнеспособности нашего римского языческого государства нужно христиан преследовать, вот они разъедают языческое сообщество. На самом деле мне кажется, что даже это некоторое гонение и логика этих гонений и подтолкнула посмотреть Иринея Лионского под тем же взглядом и на то, что происходит с ересью внутри Церкви. Что точно также вот это как раз еретическое течение, что люди берут и отделяют частички тела Христова от Христа, каждого из нас. Вот вы тоже упомянули, что Ириней Лионский, он зафиксировал, нельзя сказать, наверное, что он первый сказал, ну вот почему он именно это четко прописал, что четыре канонических Евангелия. Потому что ну сейчас нам, в принципе, кажется: ну нет, это само собой разумеющееся. И даже различные сектанты, они все равно ну как-то с этим худо-бедно соглашаются. Однако на тот момент самые разные такие смешения той или иной философской школы с христианским учением, они предлагали различные подложные памятники, которые тоже именовались Евангелиями. Причем почему это легко воспринималось, потому что Евангелии зафиксированные это было как раз для второго поколения уже некоторая норма. Для первого поколения христианского, когда воспитывался и впитывал христианскую веру сам Ириней Лионский, он прежде всего слышал Евангелие из уст вот апостолов от 12-ти, апостолов от 70-ти, которые ничего не записывали, а которые шли и проповедуют. Апостол Павел пишет послания, еще ни одно Евангелие не написано, когда он свои первые послания направлял. Поэтому тоже то, что появляется какое-то очередное записанное Евангелие, это не вызывало подозрений. Как ну просто кто-то из апостолов, он, пока бы помоложе, больше сил, ходил, проповедовал, сейчас он на старости лет сел и начал записывать, Дух Святой ему помогает. То, что Ириней Лионский дал нам вот такую помощь, подсказал, что это, кстати, очень важная подсказка. Потому что сейчас, когда находят там какое-то Евангелие от Иуды, Евангелие от Фомы — различные такие литературные памятники с таким наименованиями, и кажется, что вот в древности о них все знали, а потом средние века темные, там церковники все попрятал. Нет, мы оглядываемся на II век и видим, что святитель, священномученик Ириней Лионский уже говорит: нет, не было, Древняя Церковь не знает других Евангелий. И поэтому его древнее свидетельство служит и сохранению какой-то цельности христианской общины в наши дни.
М. Борисова
— В эфире радио «Вера» программа «Седмица». С вами Марина Борисова и настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин. Мы ненадолго прервемся и вернемся к вам буквально через минуту. Не переключайтесь.
М. Борисова
— Еще раз здравствуйте, дорогие друзья. В эфире наша еженедельная субботняя программа «Седмица». С вами Марина Борисова и настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин. И, как всегда по субботам, мы говорим о смысле и особенностях богослужения наступающего воскресенья и предстоящей седмицы. Следующая неделя у нас изобилует поводами поразмышлять. Ну церковный календарь, он вообще насыщен этими поводами, но вот как-то некоторые недели складываются так, что эти поводы можно сгруппировать, если постараться. Так вот на следующей неделе у нас есть повод поразмышлять о том, как святость отражается в конкретных исторических условиях. Мы будем вспоминать апостола Тита, епископа Критского — 7 сентября, преподобного Пимена Великого — 9 сентября и обретение мощей преподобного Иова Почаевского — 10 сентября. То есть мы будем вспоминать святого апостольских времен, святого времен зарождения монашества и святого, прославившегося, когда нужно было свидетельствовать о вере православной в условиях гонений со стороны хотя и христиан, но западных католиков, на той территории, которая сейчас относится к Украине. Ну начнем мы с апостола Тита, апостола от 70-ти, он замечателен, вообще мы очень мало знаем об апостолах от 70-ти, но благодаря посланиям апостола Павла именно апостола Тита мы знаем, потому что именно ему адресовано послание, касающееся пресвитерского служения.
Иерей Стахий
— Действительно с апостолом Титом нам очень-очень повезло, потому что ну вообще про древний мир, в том числе и Церковь древнюю, которая как часть древнего мира, вот та соль, которая весь мир начинала осаливать, мы можем опираться на какие-то источники письменные. И здесь нам не просто письменные источники, которые как-то переписывались и, как мы верим, что Дух Святой хранит слово Священного Писания, что несмотря на то, что каждый автор Священного Писания, человек, вкладывает что-то личное, Дух Святой не дает что-то вредное туда примешать никаким силам злобы поднебесной. Вот точно также и у нас об апостоле Тите есть упоминания, есть свидетельства даже двух различных книг Нового Завета. Прежде всего, ну в хронологическом даже каком-то вот порядке это Деяния Святых Апостолов, где уже мы видим некоторое повествование со стороны об апостоле Тите, как спутнике апостола Павла, что действительно это его ученик, и действительно это человек, который с ним встретился, действительно это там уроженец Крита — то есть у нас есть некоторые стартовые позиции, мы видим некоторую биографическую справку. А потом, с другой стороны, мы видим личное обращение. Потому что апостол Павел, хотя каждое из его посланий, оно не было какой-то тайной за семью печатями, недаром что его послания к горожанам, к городским общинам различных городов древних Римской империи они пополнили Новый Завет и стали универсальным некоторым средством опоры духовной жизни для любой христианской общины на протяжении всех тех столетий, тысячелетий, миллионолетий и так далее, сколько Господь нам еще позволит до Страшного суда просуществовать, несмотря на множество содеянных нами лютых. Так вот, апостол Тит — мы видим к нему личное послание. И как мы видим, это даже не послание, которое наставление к самому Титу, а по сути, некоторая такая инструкция, как апостол Тит должен наставлять других. Очень важен нам апостол Тит в принципе для понимания иерархии, иерархии церковной. Ну потому, что мы знаем, что, особенно это было с древних времен, вот мы говорили про Иринея Лионского, то есть уже впервые века христианства были такие сектанты, то есть ничего нового, и от восточного православия откалывались различные секты такого старообрядческого толка, которые отрицали тоже иерархию — и беспоповцы, и какие-то экзотичные там хлысты, молокане. А уж самые знаменитые это, конечно, различные направления протестантизма, которые тоже в той или иной степени тоже отрицали, ну и, по сути, само епископство, и священство в Церкви в разной степени. Но то же, что сейчас даже современный человек, кто-то это просто озвучивает этот вопрос, кто-то его не озвучивает, но: ой, лучше не задумываться, а то мало ли. Ну вот зачем, зачем вообще священник в Церкви? Ну вот как раз мы здесь и вспоминаем про пастыреначальника Христа, Который Христос не просто пастырь, который мог жить вечно и, обладая Божественной силой, на земле и Сам всех вести, но действительно призывает немощных людей, вот этих 12 апостолов — сначала 12, потом еще более немощных 70 апостолов. И которые все Его оставляют, бегут, Его предают, по сути, и Христос в одиночестве (ну благо, Иоанн Богослов вернулся, благо, жены-мироносицы рядышком были) страдает за грехи всего мира. И все равно к этим же людям Он после Воскресения является и тоже их направляет на дальнейшую проповедь, прежде чем вознестись на небеса, и дает им власть и над духами нечистыми. Мы смотрим на это и понимаем, что, конечно, вот священники — люди немощные. И понимал это, конечно, и апостол Павел. И, наоборот, он Тита наставляет не как немощного человека, а наставляет как своего действительно такого преемника, соратника, который должен найти среди этих немощных вот самых лучших, да. Вот как тоже вспоминаем, в одном мультике, еще советских времен, который я там в детстве смотрел, что там: «Пошлите за ними лучшие из лучших. — Лучшие из лучших зализывают раны, да там, господин. — Ну посылайте за ними лучших из худших». И вот точно такие на самом деле, вот это священство, как лучшие из худших. Все вокруг люди грешные, и как Господь доверяет, доверяет человеку вот именно отобрать из этих самых немощных христиан, тех, кто хоть как-то соответствует этому служению Христову. Даже до сих пор в жизни Церкви, несмотря на некоторую ее бюрократизацию, да, мы знаем, что есть вот ответственные должности — благочинный священник, есть секретарь епархии. Однако вот духовником епархии — то есть тот священник, который исповедует и батюшек, и тот священник, который исповедует кандидатов в священники, —обычно назначают не какого-то важного начальника, а наоборот, просто пожилого уважаемого священника, который должен, как апостол Павел, как апостол Тит, почувствовать, почувствовать просто, кто из вот этих немощных юношей сможет хоть как-то послужить Богу и людям. Поэтому тоже в завершение наших слов об апостоле Тите я бы попросил наших всех радиослушателей сугубо ему помолиться, чтобы никакие недостатки батюшек, священников, нам вот не помешали, дорогие миряне, нашему общему спасению души.
М. Борисова
— Смотрите, вот апостолы были посланы к людям на проповедь Евангелия. Прошло всего четыре века, и пятнадцатилетний будущий преподобный Пимен Великий вместе с братьями уходит в пустыню, чтобы приблизиться к Богу, то есть уходит от людей. Причем уходит так, чтобы этими людьми там даже не пахло вокруг. Что изменилось в подвиге и что изменилось в сути святости, ведь если она святость, она должна быть универсальна?
Иерей Стахий
— На самом деле еще апостол Павел говорит о вертепех, горах и пропастех земных — то чтение, которое читается на память всех святых, показывает, что отшельники были, да, и даже вот в ветхозаветные времена, что это некоторый путь — путь бегства от мира, чтобы миру послужить. Если путь бегства от мира ветхозаветный, это путь временный — то есть бежит пророк Моисей, чтобы потом вернуться и вывести народ Израильский, бежит пророк Илия, чтобы вернуться, не пострадать, а вернуться и, наоборот, посрамить жрецов Валааловых, и утвердить веру в истинного Бога, в Единого, среди богоизбранного народа, то конечно, для монашества такого древнего этот путь тоже был бегства от мира, но для того, чтобы вернуться и послужить уже Христу в Царствии Небесном. Тем не менее уже со времен Пимена Великого сохраняются различные поучения. Все-таки Пимен Великий — это не первая волна монашества, да, это уже тоже вот, как мы говорили про Иринея Лионского, у нас удивительно это, и вот я даже не задумывался об этом, а сейчас вот говорю и сам понимаю: Ириней Лионский — вот это вторая волна поколения христианства. Апостол Тит, да, он апостол от 70-ти, но все равно некоторое преемство, такая вот полуторная волна, то есть первое поколение старших апостолов — апостол Павел, вот уже апостол Тит вроде современник апостола Павла, уже сам вынужден кого-то наставлять. И так и Пимен Великий, недаром что вот если мы посмотрим, среди других чинов святых великими называют очень мало кого-то, там среди святителей вот Василий Великий, да, а там среди преподобных достаточно много. Потому что каждое вот это некоторое направление пустынничества, оно давало что-то свое. И вот эти там сохранившиеся и передававшиеся в патериках афоризмы Пимена Великого, они тоже уже показывают, что некоторая монашеская мудрость, уже мудрость не только для того, чтобы убежать от мира, но и мудрость, которая этот мир может поддерживать.
М. Борисова
— Ну да, от Антония Великого остались только жития, а от Пимена Великого двести афоризмов.
Иерей Стахий
— Да, уже, действительно, Пимен Великий, можно сказать, такой учитель. Конечно, прежде всего учитель для монашествующих. Не все там советы Пимена Великого мы сможем применить в нашей какой-то мирянской жизни. Но уже как некоторый такой противовес, как вот мы вспоминаем, что Царствие Небесное внутри нас есть, мы вспоминаем совет Господа, как нужно молиться, да: ты бери, зайди в свой дом, там затвори двери и там помолись. И Отец твой, Который видит на небесах, тайно что ты делаешь, воздаст тебе явно. То есть, по сути, все равно к каждому христианину, даже не монашествующему, вот этот призыв о уединении с Богом, он обращен. Поэтому тоже если как-то вот за суетой таких городских будней, насыщенных вот какой-то жизнью, и когда ты даже убегаешь от мира и пытаешься затвориться в своей келье, уже там домашней, тот кусочек там кухни, который тебе выпадает, где ты можешь действительно разместиться среди детей, то тоже все равно у тебя сейчас, в XXI веке, воронка интернета, который тебя из всякого уединения на самом деле вытягивает и не дает тебе с Богом спокойно пообщаться. Мне кажется, можно Пимену Великому помолиться и как раз говорить: преподобный отче Пимене, вот, может, как раз такого твоего радикального желания удалиться в пустыню, в еще более дальнюю пустыню, потому что уже ближняя пустыня освоена, то есть уже к моменту выхода Пимена Великого на монашеское делание все, что можно было рядом, поближе вот как-то там и в Святой Земле, в Египте уже успевает монахами заселяться. А если Пимен идет дальше, в Нитрийскую пустыню, еще в какие-то более далекие места, точно также и нам порой для того, чтобы уединиться, дорогие друзья, недостаточно одним в комнате остаться. Еще иногда нужно для этого и отложить смартфон, выключить ноутбук, и хотя бы уже если не с молитвословом, то просто с хорошей книгой чуть-чуть вот почитать, подумать, осмыслить там прошедший день — тогда это будет настоящее уединение. Поэтому если в начале IV века ближняя пустыня это было уединение, а в конце IV века уже дальняя пустыня, так и у нас, уже мы берем и помним: если у человека смартфон включен — значит, ты пока в уединении не находишься.
М. Борисова
— Напомню нашим радиослушателям, сегодня, как всегда по субботам, в эфире радио «Вера» программа «Седмица». Со мной в студии настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин. И мы говорим о смысле и особенностях богослужения наступающего воскресенья и предстоящей «Седмицы». Предстоящая неделя заканчивается очень странным праздником — праздник Усекновения главы Иоанна Предтечи, 11 сентября. День строгого поста. Вот очень много памятных дат в церковном календаре, и среди них очень много трагических, но этот праздник, он вызывает некоторое недоумение, если ты вдумаешься хотя бы в ситуацию, когда произошло вот это самое усекновение. То есть ведь главный пророк, человек, возвестивший пришествие Христа Спасителя, погиб вовсе не за веру, а ну если переводить это на современный язык, его убили в пьяном кураже. Поскольку требование какой-то танцовщицы подать ей на блюде его голову — это ну пьяный бред, такой вот концентрированный. А мы, а у нас в церковном календаре это праздник. И внутри возникает некоторое недоумение: мы что празднуем?
Иерей Стахий
— Ну на самом деле, видите, quod licet Iovi, non licet bovi — тут не просто она была пьяная танцовщица, но она действительно была дочь наследницей, ну в некоторой степени пересекаясь, и наследницей единого иудейского престола и более того наследницей и набатейского престола. И более того, что ей потом довелось побывать замужем за еще различными мелкими царями Ближнего Востока, то есть, в принципе, такая богатая была биография у этой дамы, просто началась она особенно ярко и особенно вот ну на самом деле печально. Мы видим про то, что Иоанн Предтеча — это слуга Царя Небесного, это тот, вот кто идет как глашатай. Глашатай — тот, кто возвещает волю. Почему слушают глашатая царского? Не потому, что он важная фигура, а потому что то, что он озвучивает, это речи царя. В принципе, это нам сейчас, конечно, мы давно не слушаем царских глашатаев, но тем не менее вот, например, и у нас, в нашей богоспасаемой державе, когда просто вот вроде представитель журналистики, пресс-секретарь, но при этом, будучи пресс-секретарем президента, человек уже становится не просто журналистом, а к его словам прислушиваются куда больше, чем к словам там премьер-министра, министров, потому что он вроде озвучивает то, что говорит уже председатель Российской Федерации. Точно также и здесь мы видим, что Иоанн Предтеча, он показывает, кто истинный Царь. Он пострадал не за пьяный угар, а он пострадал за служение истинному Царю — Христу. Да, что не служение кесарю Августу, не служение Ироду Антипе, не служение Понтийскому Пилату, там римским каким-то местным войскам, не служение великому царю Артете (вот кто бывал в Петре, в Иордании — удивительные, конечно, места, что тоже понимаешь, какая красота, какое действительно могущество вот этого маленького, контролирующего торговые пути царства было), что это все сводится к тому, что это максимально ответственная и должность вроде как была, вот как по земным меркам, если бы мы представили Иоанну Предтечу, и максимально торжественная смерть. При этом, конечно, эта торжественная смерть, она стала куда более торжественной благодаря тому, что это глава была усечена и принесена вроде для поругания на пир. Потому что как обычно казнили, вот когда было не распятие на кресте для устрашения окружающим, казнь усечения главы — ну тоже это как раз, взяли, в темницу палач зашел, отсек — и место в темнице освободилось, можно других там заселять. Какой-то тюремный фонд не очень богатый был, тем более учитывая, что вот важных преступников, их прямо где-то рядом с дворцом, в какой-то яме там или под самим дворцом держали. Мне довелось побывать в 17-м году на месте усекновения Иоанн Предтечи — это палестинская территория А. Палестина разделена на различные территории, вот зона А — это максимально палестинское самоуправление, это обычно самые неспокойные места. И когда я ездил, например, в подростковые годы, вместе с хором пели мы у Гроба Господня, ездил пять раз, пел, и ни разу мы туда попасть не могли. В двухтысячных, в середине двухтысячных годов там было еще небезопасно. А уже вот лет пять назад, шесть начали туда пускать, и сейчас каждый паломник может побывать. По сути, это развалины дворца, который Ирод Антипа построил в римском стиле, в подражание, показывая свою как бы инкультурацию в римское сообщество. И что тоже в итоге мы получаем? Что тоже в месте торжественном, месте максимально красивом, в месте, которое и сейчас является символическим местом, потому что вот эта зона А, где палестинцы сами управляют, их очень мало, поэтому они очень гордятся, вот такие что такие места есть, где они живут почти как свободные люди, а не просто как заключенные в Бантустане где-то. Так что вот все вот это торжественное, что вроде человек старается это сделать максимальным постыдным — ой, пьянка, гулянка там, и по пьяни кого-то зарезали. А получается, на выходе. Наоборот, максимальное такое торжество. Максимальное торжество, которое тем не менее на самом деле Иоанн Предтеча, он — я хотел сказать, становится в ряду, а на самом деле открывает ряд всех тех святых, которых именно мы память празднуем в день их смерти — и мучеников, и преподобных. Горестно мучение любого другого мученика? Горестно, но это рождение его в жизнь вечную. Горестно, что да, преподобный, может, он до ста лет дожил, но все, ученики остались без такого наставника. Но тем не менее это для него рождение в жизнь вечную. Иоанн Предтеча, недаром что Господь говорит, что он величайший из рожденных женами — то есть, не считая Христа, рожденного от Девы, действительно величайший святой, тут и спорить не о чем, именно почему у него столько дней памяти в году, и каждый из них имеет первостепенное значение. Так вот день Усекновения главы Иоанна Предтечи — это самый главный праздник Иоанна Предтечи среди всех остальных. Потому что это день, когда он тоже пошел и стал глашатаем уже не только в этом материальном мире, а стал, как вот поется в его песнопениях, благовествуя «сущим во аде Бога явльшегося плотию» — что продолжил свое благовестие, ну понятное дело, кому он во аде мог благовествовать — не тем грешникам, кто от Бога отделился, а как раз тем праведникам, которые Господа ждали и просто в силу того, что Царствие Небесное закрыто, не могли попасть в Царствие Небесное, благовествовал им скорое освобождение. То есть он оказался среди самых благодарных слушателей, которых у него при жизни не было.
М. Борисова
— Но трагедия же не только в том, какова была его физическая смерть. Ведь перед этим же еще были мучительные сомнения. Казалось бы, великий пророк, крестивший Самого Христа, до конца сомневался. Он же посылал Своих учеников спросить Христа: Тот ли Ты, кого мы ждали или ожидать там другого? То есть вот это ощущение неуверенности в правильности того, что он понял из Божией воли, она как бы усугубляет трагедию того, что с ним произошло в результате в этой пустыне.
Иерей Стахий
— Ну здесь бы я с вами не согласился. Потому что, действительно, когда Иоанн Предтеча, как мы знаем, что в Символе вере поем: «Духа Святого, глаголавшего пророки». Почему пророки, когда их спрашивали ветхозаветные цари, как там битва закончится, они как раз сомневались? Потому что Дух Святой не ставил задачи там победы в битвах. А когда о Христе благовествовать, Который, например, через сотню лет придет, они говорили, там Исаия говорит, сплошь вот это точно — про там пронзенные руки, про там ребро, которое копием и так далее, что мы видим, как это вот можно прозреть? Ну только Духом Святым. И, конечно, Духом Святым Иоанн Предтеча, как любой из пророков, а он действительно величайший из пророков, увенчавший все пророческое служение, он уже к моменту, когда Господь приходит креститься, он уже понимает, что пред ним действительно Христос. То что Иоанн Предтеча посылал учеников своих, которые продолжали ходить именно с ним, а не со Христом, а как мы знаем, тоже вот по преданию Церкви, что как раз апостолы, апостолы от 12-ти, они почти все перед этим были учениками Иоанна Предтечи. То есть они сразу поняли, что вот, больше, чем Иоанн Предтеча, раз сам Иоанн Предтеча сказал, то надо идти за Ним. То есть, по сути, это послание было не для Иоанна Предтечи, а для Его учеников, чтобы они это услышали. Чтобы услышали опять это и люди, израильтяне. Потому что помните, как Господь говорил: вот ну вы, фарисеи, Меня обвиняете, что Я там ем, пью, веселюсь вместе с грешниками, с мытарями, да, что вот он такой любитель просто пирушек, что он пророк. А что же вы Иоанна Предтечу осуждаете, да, что он вот не ест, не пьет, аскет такой, пустынник, а ну в нем там бес, говорит, а вам не угодить. Но тем не менее для тех людей, которые все равно, всегда есть некоторое такое меньшинство, которое ориентируется именно на то, что там, например, у батюшки очень длинная борода, что батюшка ходит особенно нечесаный, немытый, в грязном подряснике — значит, это особая духовность. И таким людям очень важны некоторые такие внешние свидетельства. Поэтому, я думаю, что недаром, что даже вот светские исследователи относили, что Иоанн Предтеча, возможно, относился к течению, воспитывался в духе течения зилотов, вот приверженцев то есть третьего течения, наряду с фарисеями и саддукеями, самое малочисленное, потому что оно было самое радикальное и полностью было истреблено во время Иудейской войны, потому что тоже занимали самую радикальную и непримиримую позицию — и не отступить, и не сдаваться, лучше там руки на себя наложить. И как раз тоже вокруг Иоанна Предтечи собирались, может, такие радикальные варианты. И посылает ко Господу, и Господь отвечает: посмотрите, вот что происходит, древо по плодам. Тоже мне вот даже, ко мне регулярно кто-то обращается через социальные сети, пишет, задают вопросы. И тоже достаточно много потратил время на человека, у него такой некоторый радикальный настрой, то есть он все время вот с такой претензией. Ты ему пытаешься ответить, а он еще больше как-то заводится. И в итоге я ему просто записал аудиосообщение, где как раз постарался сказать: ну посмотрите, да, вот вы в чем-то вот так правы, но разве есть вот это какое-то там счастье у вас, есть эти плоды любви? Где вот эта там радость христианская, почувствуйте ее. И как раз то, что Господь и говорит: посмотрите, что происходит вокруг, да, Меня, пойдите и скажите Иоанну Предтече. И точно также вот и человеку, который, всегда есть эта угроза, собственно, и многие, как мы вот говорили про Иринея Лионского, потому что кто-то от большого ума, кто-то от интереса к философии, а кто-то банальной гордости, что кажется, я лучше, я не такой, как все. И человек уходит в секту не потому, что его кто-то туда увлек, а сам ее начинает образовывать, потому что ему кажется: вот, я лучше, вот я особенный. Иоанн Предтеча, хотя он максимальный аскет и, конечно, никакой из его учеников с ним в аскетизме сравниться не мог, тем не менее он даже своим авторитетом им не говорит: вот, перед вами Христос. Те, кто к его авторитету прислушались, они еще три года назад сразу оставили Иоанна Предтечу и пошли за Христом. А говорит: посмотрите, что происходит. И поэтому очень часто люди, которые занимают какую-то вот такую радикальную позицию и готовы считать, что все вокруг в ад попадут, только мы там спасемся, и очень этим фактом доволен, как только если человека вот вырывать из какого-то привычного круга людей таких озлобленных, и если его поместить в любящее христианское сообщество, как его душа оттаивает и он, наоборот, свою энергию, свою любовь ко Христу, которая все равно есть, направляет в мирное, созидательное русло.
М. Борисова
— И все-таки этот праздник, как поется в известной песне, со слезами на глазах. Недаром и Церковь предписывает в этот праздник строгий пост.
Иерей Стахий
— Но при этом все круглые фрукты — арбузы, дыни — есть можно, они постные.
М. Борисова
— Спасибо огромное за эту беседу. С вами были Марина Борисова и настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине, священник Стахий Колотвин. Слушайте нас каждую субботу. До свидания.
Иерей Стахий
— Божией помощи.
Он живёт в моих делах. Виктория Галкина
Поделиться
В один из прохладных осенних дней я пришла в наш храм пораньше. В полумраке, у кануна, стояла женщина лет пятидесяти. Она не плакала, но в её глазах была такая глубокая печаль, что я невольно задержала шаг.
На чаепитии после службы услышала историю этой нашей сестры во Христе. Ту, что навсегда осталась в моём сердце. Её мужа, Андрея, не стало внезапно — сердечный приступ на работе. Один звонок, скорая, реанимация, и вот уже всё кончено.
Первые недели она жила, как во сне. Каждое утро просыпалась с одной и той же мыслью: «Он больше не ответит, не улыбнётся, не скажет "люблю"». Она ловила себя на том, что машинально ставит вторую чашку на стол, или поворачивает голову на знакомый звук, или берёт телефон, чтобы рассказать ему что-то важное... А потом — тишина.
Женщина перестала выходить из дома, почти не ела, не отвечала на звонки. Мир стал для неё серым, звуки — глухими, а будущее — бессмысленным.
Однажды она всё же дошла до храма просто потому, что ноги, как говорится «сами привели». Подошла к батюшке, который знал их семью много лет, и тихо спросила:
— Как мне жить дальше?
Он посмотрел на неё внимательно, с той особой теплотой, которую умеют подарить священники.
— Начните поминать его, — сказал он, — Не только в дни памяти, а каждый день, молитесь за него, делайте добрые дела, вспоминайте его с благодарностью. Это — способ сохранить вашу связь.
Сначала женщине показалось, что это не поможет. Но она решила попробовать.
Прошло несколько месяцев. Как рассказывала женщина, боль не исчезла, но изменилась. Из острой, разрывающей, она стала тупой и тихой.
Однажды, возвращаясь с работы, остановилась у храма. Зашла, поставила свечу за упокой Андрея. И вдруг почувствовала не пустоту, а присутствие.
— Я чувствую, что он не ушёл, — прошептала она, — Он живёт в моих делах, в моей любви, в молитвах.
Заканчивая рассказывать свою историю, она произнесла: «Память это — действие. Вспоминать, значит не просто прокручивать в голове образы прошлого, а продолжать любить, благодарить, делиться тем, что осталось в сердце и молиться о любимом. И главное, что я поняла: благодарность сильнее скорби, когда мы благодарим за то, что было, боль теряет власть над нами».
Ведь любовь не умирает, она никогда не перестает, как сказал апостол Павел в Послании к Коринфянам. По словам святителя Иоанн Златоуста: «Смерть разлучает тело от души, но не разлучает любви от любящих». Эти слова согревают сердце. В них кроется не отвлечённая истина, а живое утешение для каждой души, объятой скорбью.
Когда мы ставим свечу в храме, когда произносим имя дорогого человека, когда мысленно обращаемся к нему в минуты радости и печали, мы не просто «поминаем», в этой незримой, но ощутимой связи рождается удивительное чувство: они рядом.
И в этом великая надежда: связь не прервана. Она лишь перешла в иную, духовную реальность. Нас соединяет молитва. Земная и Небесная церкви молятся вместе.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 22 марта 2026г.
Поделиться
Утро 22.03.26 н.ст.
Неделя 4-я Великого поста.
Святы́х сорока́ му́чеников, в Севасти́йском е́зере
му́чившихся.
Глас 8.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 22 марта 2026г.
Поделиться
Утро 22.03.26 н.ст.
Неделя 4-я Великого поста.
Святы́х сорока́ му́чеников, в Севасти́йском е́зере
му́чившихся.
Глас 8.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Васи́лия Вели́кого
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н, блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Воскресные, глас 8:
Тропарь: Помяни́ нас, Христе́ Спа́се ми́ра,/ я́коже разбо́йника помяну́л еси́ на дре́ве:/ и сподо́би всех, Еди́не Ще́дре,// Небе́сному Ца́рствию Твоему́.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
Тропарь: Слы́ши, Ада́ме, и ра́дуйся со Е́вою:/ я́ко обнажи́вый пре́жде обоя́,/ и пре́лестию взем вас пле́нники,// Кресто́м Христо́вым упраздни́ся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Тропарь: На дре́ве пригвожде́н быв, Спа́се наш, во́лею,/ я́же от дре́ва кля́твы Ада́ма изба́вил еси́,// воздая́, я́ко Щедр, е́же по о́бразу, и ра́йское селе́ние.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Днесь Христо́с воскре́с от гро́ба,/ всем ве́рным подая́ нетле́ние,// и ра́дость обновля́ет мироно́сицам по стра́сти и Воскресе́нии.
На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Ра́дуйтеся му́дрыя жены́ мироно́сицы,/ пе́рвыя Христо́во Воскресе́ние ви́девша,// и Его́ возвести́вша апо́столом, всего́ ми́ра воззва́ние.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Дру́зи Христо́вы апо́столи я́вльшеся,/ сопресто́льни Его́ сла́ве бы́ти иму́ще,/ со дерзнове́нием Тому́ нам предста́ти,// я́ко ученицы́ Его́ моли́теся.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Севастийских мучеников, глас 2:
Тропарь: Во́инство, и жи́знь, и красоту́ теле́с,/ и бога́тство пренебре́гше,// благосла́внии четы́редесять Христа́ вме́сто всех насле́доваша.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Ка́мением неща́дно четы́редесяте повеле́нием бие́ми мучи́телевым,// мета́ния Бо́жиим Ду́хом на повелева́ющия возвраща́хуся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Е́зером страсте́й обурева́емии и волно́ю напа́стей лю́тых,// к вам, четы́редесятем Христо́вым во́ином, прибега́ем.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Утвержде́ние бу́ди, и прибе́жище, и покро́в, Де́во Богоневе́сто,/ ве́рою к Тебе́ прибега́ющим// и Бо́жию Тя Ма́терь испове́дающим.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Е́сли храм Госпо́дский:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Е́сли храм Богоро́дицы:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к хра́ма.
Е́сли храм свято́го:
Тропа́рь воскре́сный, глас 8:
С высоты́ снизше́л еси́, Благоутро́бне,/ погребе́ние прия́л еси́ тридне́вное,/ да нас свободи́ши страсте́й,// Животе́ и Воскресе́ние на́ше, Го́споди, сла́ва Тебе́!
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь Севасти́йских му́чеников, глас 1:
Боле́зньми святы́х, и́миже о Тебе́ пострада́ша,/ умоле́н бу́ди, Го́споди,/ и вся на́ша боле́зни исцели́,// Человеколю́бче, мо́лимся.
Конда́к воскре́сный, глас 8, подо́бен: «Я́ко нача́тки...»:
Воскре́с из гро́ба, уме́ршия воздви́гл еси́,/ и Ада́ма воскреси́л еси́,/ и Е́ва лику́ет во Твое́м Воскресе́нии,/ и мирсти́и концы́ торжеству́ют// е́же из ме́ртвых воста́нием Твои́м, Многоми́лостиве.
Конда́к хра́ма.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Севасти́йских му́чеников, глас 6, подо́бен: «Е́же о нас...»:
Все во́инство ми́ра оста́вльше,/ на Небесе́х Влады́це прилепи́стеся,/ страстоте́рпцы Госпо́дни четы́редесять,/ сквозе́ о́гнь бо и во́ду проше́дше, блаже́ннии,/ досто́йно восприя́сте сла́ву с Небе́с// и венце́в мно́жество.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Богоро́дицы, глас 6:
Предста́тельство христиа́н непосты́дное,/ хода́тайство ко Творцу́ непрело́жное,/ не пре́зри гре́шных моле́ний гла́сы,/ но предвари́, я́ко Блага́я,/ на по́мощь нас, ве́рно зову́щих Ти;/ ускори́ на моли́тву и потщи́ся на умоле́ние,// предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен воскре́сный, глас 8:
Чтец: Проки́мен, глас осмы́й: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Хор: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Чтец: Ве́дом во Иуде́и Бог, во Изра́или ве́лие И́мя Его́.
Хор: Помоли́теся и воздади́те/ Го́сподеви Бо́гу на́шему.
Проки́мен Севасти́йских му́чеников, глас 5:
Чтец: Проки́мен, глас пя́тый: Ты, Го́споди, сохрани́ши ны/ и соблюде́ши ны от ро́да сего́ и во век.
Хор: Ты, Го́споди, сохрани́ши ны/ и соблюде́ши ны от ро́да сего́ и во век.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Ко Евре́ем посла́ния свята́го апо́стола Па́вла чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Евр., зач.314: гл.6, стт.13-20):
Чтец: Бра́тие, Авраа́му обетова́я Бог, поне́же ни еди́нем имя́ше бо́льшим кля́тися, кля́тся Собо́ю, глаго́ля: вои́стинну благосло́вствуя благословлю́ тя, и мно́жя умно́жу тя. И та́ко долготерпе́в, получи́ обетова́ние. Челове́цы у́бо бо́льшим клену́тся, и вся́кому их прекосло́вию кончи́на во извеще́ние, кля́тва есть. В не́мже ли́шше хотя́ Бог показа́ти насле́дником обетова́ния непрело́жное сове́та Своего́, хода́тайствова кля́твою. Я́ко да двема́ ве́щма непрело́жныма, в не́юже не возмо́жно солга́ти Бо́гу, кре́пкое утеше́ние и́мамы прибе́гшии, я́тися за предлежа́щее упова́ние. Е́же а́ки ко́тву и́мамы души́, тве́рду же и изве́стну, и входя́щую во вну́треннее заве́сы. Иде́же предте́ча о нас вни́де Иису́с, по чи́ну Мелхиседе́кову, Первосвяще́нник быв во ве́ки.
Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою,
говоря: истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя.
И так Авраам, долготерпев, получил обещанное.
Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.
Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву,
дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду,
которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий, и входит во внутреннейшее за завесу,
куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека.
Чте́ние Севасти́йских му́чеников (Евр., зач. 331: гл.12, стт.1-10):
Бра́тие, толи́к иму́ще облежа́щь нас о́блак свиде́телей, го́рдость вся́ку отло́жше и удо́бь обстоя́тельный грех, терпе́нием да тече́м на предлежа́щий нам по́двиг, взира́юще на нача́льника ве́ры и соверши́теля Иису́са, И́же вме́сто предлежа́щия Ему́ ра́дости претерпе́ крест, о срамоте́ неради́в, одесну́ю же престо́ла Бо́жия се́де. Помы́слите у́бо таково́е Пострада́вшаго от гре́шник на Себе́ прекосло́вие, да не стужа́ете, душа́ми свои́ми ослабля́еми. Не у до кро́ве ста́сте, проти́ву греха́ подвиза́ющеся, и забы́сте утеше́ние, е́же вам я́ко сыно́м глаго́лет: сы́не мой, не пренемога́й наказа́нием Госпо́дним, ниже́ ослабе́й, от Него́ облича́емь. Его́же бо лю́бит Госпо́дь, наказу́ет, бие́т же вся́каго сы́на, его́же прие́млет. А́ще наказа́ние терпите́, я́коже сыново́м обрета́ется вам Бог. Кото́рый бо есть сын, его́же не наказу́ет оте́ц? А́ще же без наказа́ния есте́, ему́же прича́стницы бы́ша вси, у́бо прелюбоде́йчищи есте́, а не сы́нове. К сим, пло́ти на́шей отца́ име́хом наказа́теля, и срамля́хомся, не мно́го ли па́че повине́мся Отцу́ духово́м, и жи́ви бу́дем? Они́ бо в ма́ло дней, я́коже го́де им бе, нака́зоваху нас, а Сей на по́льзу, да причасти́мся святы́ни Его́.
Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще,
взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.
Помыслите о Претерпевшем такое над Собою поругание от грешников, чтобы вам не изнемочь и не ослабеть душами вашими.
Вы еще не до крови сражались, подвизаясь против греха,
и забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: сын мой! не пренебрегай наказания Господня, и не унывай, когда Он обличает тебя.
Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает.
Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?
Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны.
Притом, если мы, будучи наказываемы плотскими родителями нашими, боялись их, то не гораздо ли более должны покориться Отцу духов, чтобы жить?
Те наказывали нас по своему произволу для немногих дней; а Сей — для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий воскре́сный, глас 8:
Чтец: Аллилу́иа, глас осмы́й: Прииди́те, возра́дуемся Го́сподеви, воскли́кнем Бо́гу Спаси́телю на́шему.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Предвари́м лице́ Его́ во испове́дании, и во псалме́х воскли́кнем Ему́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Аллилуа́рий Севасти́йских му́чеников, глас 4:
Чтец: Глас четве́ртый: Воскли́кните Го́сподеви, вся земля́, по́йте же и́мени Его́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Ма́рка свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Мк., зач.40: гл.9, стт.17-31):
Диакон: Во вре́мя о́но, челове́к не́кий прии́де ко Иису́сови, кла́няяся Ему́, и глаго́ля: Учи́телю, приведо́х сы́на моего́ к Тебе́, иму́ща ду́ха не́ма, и иде́же коли́ждо и́мет его́, разбива́ет его́, и пе́ны тещи́т, и скреже́щет зубы́ свои́ми, и оцепенева́ет, и рех ученико́м Твои́м, да изжену́т его́, и не возмого́ша. Он же отвеща́в ему́ глаго́ла: о, ро́де неве́рен, доко́ле в вас бу́ду? Доко́ле терплю́ вы? Приведи́те его́ ко Мне. И приведо́ша его́ к Нему́. И ви́дев Его́, а́бие дух стрясе́ его́, и пад на земли́, валя́шеся, пе́ны тещя́. И вопроси́ отца́ его́: коли́ко лет есть, отне́леже сие́ бысть ему́? Он же рече́: изде́тска. И мно́гажды во огнь вве́рже его́ и в во́ды, да погуби́т его́, но а́ще что мо́жеши, помози́ нам, милосе́рдовав о нас. Иису́с же рече́ ему́: е́же а́ще что мо́жеши ве́ровати, вся возмо́жна ве́рующему. И а́бие возопи́в оте́ц отроча́те, со слеза́ми глаго́лаше: ве́рую, Го́споди, помози́ моему́ неве́рию. Ви́дев же Иису́с, я́ко сри́щется наро́д, запрети́ ду́ху нечи́стому, глаго́ля ему́: ду́ше немы́й и глухи́й, Аз ти повелева́ю, изы́ди из него́ и ктому́ не вни́ди в него́. И возопи́в и мно́го пружа́вся, изы́де, и бысть я́ко мертв, я́коже мно́зем глаго́лати, я́ко у́мре. Иису́с же емь его́ за ру́ку, воздви́же его́, и воста́. И вше́дшу Ему́ в дом, ученицы́ Его́ вопроша́ху Его́ еди́наго, я́ко мы не возмого́хом изгна́ти его́? И рече́ им: сей род ничи́мже мо́жет изы́ти, то́кмо моли́твою и посто́м. И отту́ду изше́дше, идя́ху сквозе́ Галиле́ю, и не хотя́ше, да кто уве́сть. Уча́ше бо ученики́ Своя́ и глаго́лаше им, я́ко Сын Челове́ческий пре́дан бу́дет в ру́це челове́честе, и убию́т Его́, и убие́н быв, в тре́тий день воскре́снет.
Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым:
где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли.
Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне.
И привели его к Нему. Как скоро бесноватый увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену.
И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства;
и многократно дух бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам.
Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему.
И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию.
Иисус, видя, что сбегается народ, запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него.
И, вскрикнув и сильно сотрясши его, вышел; и он сделался, как мертвый, так что многие говорили, что он умер.
Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал.
И как вошел Иисус в дом, ученики Его спрашивали Его наедине: почему мы не могли изгнать его?
И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста.
Выйдя оттуда, проходили через Галилею; и Он не хотел, чтобы кто узнал.
Ибо учил Своих учеников и говорил им, что Сын Человеческий предан будет в руки человеческие и убьют Его, и, по убиении, в третий день воскреснет.
Чте́ние Севасти́йских му́чеников (Мф., зач.80: гл.20, стт.1-16):
Диакон: Рече́ Госпо́дь при́тчу сию́: уподо́бися Ца́рствие Небе́сное челове́ку домови́ту, и́же изы́де ку́пно у́тро ная́ти де́латели в виногра́д свой, и совеща́в с де́латели по пе́нязю на день, посла́ их в виногра́д свой. И изше́д в тре́тий час, ви́де и́ны стоя́ща на то́ржищи пра́здны, и тем рече́: иди́те и вы в виногра́д мой, и е́же бу́дет пра́вда, дам вам. Они́ же идо́ша. Па́ки же изше́д в шесты́й и девя́тый час, сотвори́ та́коже. Во еди́ный же на́десять час изше́д, обре́те други́я стоя́ща пра́здны и глаго́ла им: что зде стоите́ весь день пра́здни? Глаго́лаша ему́: я́ко никто́же нас ная́т. И глаго́ла им: иди́те и вы в виногра́д мой, и е́же бу́дет пра́ведно, прии́мете. Ве́черу же бы́вшу, глаго́ла господи́н виногра́да к приста́внику своему́: призови́ де́латели и даждь им мзду, наче́н от после́дних до пе́рвых. И прише́дше и́же во единыйна́десять час, прия́ша по пе́нязю. Прише́дше же пе́рвии мня́ху вя́щше прия́ти, и прия́ша и ти́и по пе́нязю. Прие́мше же ропта́ху на господи́на, глаго́люще, я́ко си́и после́днии еди́н час сотвори́ша, и ра́вны нам сотвори́л их еси́, поне́сшим тяготу́ дне и вар. Он же отвеща́в рече́ еди́ному их: дру́же, не оби́жу тебе́, не по пе́нязю ли совеща́ со мно́ю? Возми́ твое́ и иди́, хощу́ же и сему́ после́днему да́ти, я́коже и тебе́. Или́ несть ми леть сотвори́ти, е́же хощу́, во свои́х ми? А́ще о́ко твое́ лука́во есть, я́ко аз благ есмь? Та́ко бу́дут после́днии пе́рви, и пе́рвии после́дни, мно́зи бо суть зва́ни, ма́ло же избра́нных.
Ибо Царство Небесное подобно хозяину дома, который вышел рано поутру нанять работников в виноградник свой
и, договорившись с работниками по динарию на день, послал их в виноградник свой;
выйдя около третьего часа, он увидел других, стоящих на торжище праздно,
и им сказал: идите и вы в виноградник мой, и что́ следовать будет, дам вам. Они пошли.
Опять выйдя около шестого и девятого часа, сделал то́ же.
Наконец, выйдя около одиннадцатого часа, он нашел других, стоящих праздно, и говорит им: что́ вы стоите здесь целый день праздно?
Они говорят ему: никто нас не нанял. Он говорит им: идите и вы в виноградник мой, и что́ следовать будет, полу́чите.
Когда же наступил вечер, говорит господин виноградника управителю своему: позови работников и отдай им плату, начав с последних до первых.
И пришедшие около одиннадцатого часа получили по динарию.
Пришедшие же первыми думали, что они получат больше, но получили и они по динарию;
и, получив, стали роптать на хозяина дома
и говорили: эти последние работали один час, и ты сравнял их с нами, перенесшими тягость дня и зной.
Он же в ответ сказал одному из них: друг! я не обижаю тебя; не за динарий ли ты договорился со мною?
возьми свое и пойди; я же хочу дать этому последнему то́ же, что́ и тебе;
разве я не властен в своем делать, что́ хочу? или глаз твой завистлив оттого, что я добр?
Так будут последние первыми, и первые последними, ибо много званых, а мало избранных.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 3
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице Единосу́щней и Неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Даде́ святы́м Свои́м ученико́м и апо́столом, рек: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Даде́ святы́м Свои́м ученико́м и апо́столом, рек: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Вме́сто «Досто́йно есть...»:
О Тебе́ ра́дуется, Благода́тная вся́кая тварь,/ А́нгельский собо́р и челове́ческий род,/ освяще́нный хра́ме и раю́ слове́сный,/ де́вственная похвало́,/ из Нея́же Бог воплоти́ся,/ и Младе́нец бысть, пре́жде век Сый Бог наш:/ ложесна́ бо Твоя́ престо́л сотвори́/ и чре́во Твое́ простра́ннее Небе́с соде́ла.// О Тебе́ ра́дуется, Благода́тная, вся́кая тварь, сла́ва Тебе́.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́ и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стны воскре́сный и Севасти́йских му́чеников:
Хор: Хвали́те Го́спода с Небе́с,/ хвали́те Его́ в Вы́шних.
Ра́дуйтеся, пра́веднии, о Го́споде, пра́вым подоба́ет похвала́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, и́же во святы́х...
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
