Поделиться
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
1 Кор., 159 зач., XV, 12-19.
Глава 15.
12 Если же о Христе проповедуется, что Он воскрес из мертвых, то как некоторые из вас говорят, что нет воскресения мертвых?
13 Если нет воскресения мертвых, то и Христос не воскрес; 14 а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша.
15 Притом мы оказались бы и лжесвидетелями о Боге, потому что свидетельствовали бы о Боге, что Он воскресил Христа, Которого Он не воскрешал, если, то есть, мертвые не воскресают; 16 ибо если мертвые не воскресают, то и Христос не воскрес.
17 А если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна: вы еще во грехах ваших.
18 Поэтому и умершие во Христе погибли.
19 И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков.
В сегодняшнм чтении мы слышим как апостол Павел удивляется тому, что люди, которые называют себя христианами, могут не верить в воскресение мертвых. Они могут верить в Бога, молиться, даже исполнять заповеди, но без веры в воскресение.
Если мы обратимся к проповедям апостола, которые изложены в книге Деяний, то увидим, что он практически все время говорит о воскресении Христа. И это, конечно же, не случайно. Для него победа Христа над смертью оказывается важнейшей частью замысла Божьего, ведь если смерть оказывается всесильной, если она — это последняя правда, ни в чем по-настоящему нет смысла.
Некоторое время назад один знакомый священник поделился со мной занимательным наблюдением. Он сказал, что раньше, в 80-х, в начале 90-х количество заупокойных записок на литургии было больше, чем количество заздравных, а в наше время наоборот, люди больше молятся о здравии живых, чем об упокоении умерших. Из этого он сделал простой вывод: приоритеты и людей меняются, и наше общество больше беспокоиться о том, что происходит здесь и сейчас, чем от том, что будет происходить с каждым из нас после смерти. Сложно сказать, насколько он был прав, но строители древних мегалитических сооружений, огромных гробниц, которые встречаются по всему миру, тоже гораздо больше времени уделяли посмертной участи. Ведь от людей, которые строили эти гробницы, практически ничего не осталось: ни от их домов, ни от имущества... ничего кроме огромных гробниц, в которых они искали упокоения и возможно даже бессмертия.
Чего же ищем в христианстве мы? Уверенности в том, что Бог все устроит? Возможности обратиться с проблемами к всемогущему Существу? Или все же мы узнали в Боге Того, кто не просто решает наши проблемы, но любит нас и готов был Сам войти в нашу жизнь и пройти через смерть, чтобы открыть нам путь к вечности?
Но ведь этот вопрос рождает другой:
Если наша жизнь — это продолжение обычной мирской суеты, ярмарка тщеславия, соперничества, раздела наследства, обиды и подозрения... Глядя в собственную душу, наедине с самим собой, без посторонних, что мы скажем, нужна ли нам вечность? О какой жизни заботимся на самом деле?
Для апостола Павла вера в воскресение настолько важна, что все остальное оказывается тщетным, если воскресения нет. А что изменится в нашей жизни, если изъять из нее идею воскресения? Честный ответ на этот вопрос показывает, что практически ничего. Молиться о хорошей работе или благополучии в жизни можно и без всякого воскресения. А потом, как наступит время, просто исчезнуть с лица земли и все...
Апостол не хочет соглашаться с этой мирской логикой. Бог открывает нам возможность новой жизни. Жизни без суеты, без злобы, без распрей и превозношения... только надо умереть для греха и воскреснуть для Бога. Ведь «если Христос не воскрес, то вера наша тщетна и мы еще во грехах наших». Поверив в это, мы действительно будем самими несчастыми из людей.
Но если Господь воскрес и все, во что мы верим, правда!? Жизнь наша должна измениться, потому что мы должны усвоить, что всякое зло и неправда не будут торжествовать вечно, потому что они не навсегда.
«Журнал от 03.04.2026». Максим Печенкин, Ольга Богданова
Поделиться
Каждую пятницу ведущие, друзья и сотрудники радиостанции обсуждают темы, которые показались особенно интересными, важными или волнующими на прошедшей неделе.
В этот раз ведущие ведущие Наталия Лангаммер и Анна Леонтьева, а также редактор рубрики «Вопросы священнику» в журнале «Фома» Ольга Богданова и главный режиссер Радио ВЕРА Максим Печенкин вынесли на обсуждение темы:
— Смыслы богослужений;
— Городская топонимика; фотоконкурс проекта «Рядом», посвящённый храмам Москвы;
— Комфорт и аскеза в жизни;
— Ближние — как слышать и понимать друг друга?
Все выпуски программы Журнал
Василий Максимов. «После обедни»
Поделиться
— Андрей Борисович, как я рада, что Вы нашли время и приехали ко мне на дачу! Проходите, не стесняйтесь. Сейчас чай будем пить.
— Маргарита Константиновна, мне приятно Вас навестить. Я пока ехал, любовался природой. Какая у нас красота: густые леса, цветущие поля. Приходит на ум картина Василия Максимова «После обедни».
— Не припомню такую. Покажете?
— Сейчас найду в телефоне репродукцию, и Вы сразу поймете, о чем я. Вот так Вам видно?
— Да, благодарю
— Посмотрите. Пожилой крестьянин с седой бородой в простом пальто и картузе — головном уборе с козырьком, напоминающем кепку. Он стоит на фоне золотистого урожайного поля с пучком спелых колосьев в одной руке и палкой для ходьбы в другой.
— Какие теплые, солнечные тона. На заднем плане — тоже стога сена и крестьяне, которые собирают урожай. Вспоминается строчка из Некрасова: «В самом разгаре страда деревенская».
— А вдалеке художник написал церковь с зелёными куполами. Но несмотря на второстепенный план, это не просто деталь. Храм придаёт сюжету главный смысл.
— Безусловно. Ведь само название картины — «После обедни» — говорит о том, что крестьяне только что были на богослужении, вышли из храма и принялись за работу.
— Василий Максимов не понаслышке знал о крестьянской жизни. Он сам родился в 1891 году в крестьянской семье и был прекрасно знаком и с бытом, и с традициями.
— Которые, кстати, были неразрывно связаны с Православной Церковью. На картине буквально рядом находятся: и поле, и храм. И всё подано в такой гармоничной композиции.
— Кстати, Вы верно обратили внимание на тональность оттенков. Солнечные, я бы даже сказал сочные краски. Зелень травы, россыпь полевых цветов — синих, белых, фиолетовых. Природа здесь в период своего расцвета — символизирует плодородие и благословение Божие на новый урожай.
— А обратите внимание, какое небо — спокойное, светлое, с тающими облаками. От этой картины так и веет умиротворением. Хочется, глядя на неё сказать: «Слава Богу за всё!».
— Мне кажется, как раз об этом и думает крестьянин. Посмотрите на его добрый и задумчивый взгляд.
— Меня ещё впечатлили его руки. Рабочие, натруженные, но как ласково, почти с благоговением, он прикасается к колосьям.
— Хлеб на Руси действительно почитали. Ведь его освящают как «Тело Христово» за Литургией. Он является результатом труда. И в молитве мы упоминаем его, говоря: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». Во многих семьях это почитание сохранилось и в наши дни.
— Считаю это хорошей традицией. И Вас сейчас как раз свежей выпечкой угощу с домашним вареньем. Вот уже и чайник кипит. Мойте руки и к столу!
— Не смею спорить, Маргарита Константиновна. Уже иду!
Картина Василия Максимова «После обедни» находится в Омском областном музее изобразительных искусств им. М. А. Врубеля.
Все выпуски программы Краски России:
Никольский храм (с. Малышево, Московская область)
Поделиться
Подмосковная железнодорожная станция Бронницы Рязанского направления часто ассоциируется с одноимённым, тоже подмосковным, городком. Однако расстояние между ними — около двадцати километров. По некоторым сведениям, когда в середине 19 века через уезд прокладывали паровозную ветку на Рязань, жители тихих, патриархальных Бронниц, воспротивились появлению в черте города шумной и дымной железной дороги. В то же время, местному купечеству она открывала торговые возможности. Поэтому в конце концов нашли компромисс — проложили рельсы в обход города, но не слишком далеко от него. Станция Бронницы расположилась рядом с посёлком Малышево. Благодаря паровозному сообщению, население Малышево вскоре стремительно разрослось и жители задумались о том, чтобы построить в посёлке храм. Собирали, как говорится, с миру по нитке. Крупную сумму пожертвовал малышевский помещик — князь Александр Голицын-Прозоровский. Так в 1910-м на станции Бронницы появилась деревянная церковь во имя святителя и чудотворца Николая.
Конусообразные «шатровые» купола, стены из светлого тёса, зелёная кровля, высокое крыльцо с резными деревянными колоннами. Скромная красота. Церкви подобной архитектуры раньше называли «дачными». И правда, от Никольского храма в Малышево веет загородным уютом и спокойствием. Построенный незадолго до событий октября 1917-го, Никольский храм при советской власти, на удивление, выстоял. Возможно, большевики решили не трогать церковь, поскольку служить в ней всё равно оказалось некому. Духовенство Никольского храма было репрессировано в 1930-е. Настоятеля церкви, священника Иоанна Алешковского, которого в феврале 1938-го расстреляли на Бутовском полигоне, в 2000-м году он причислили к лику новомучеников и исповедников Российских. Тем не менее, официально храм в советское время не закрывался. Причём, в буквальном смысле. Церковь много лет простояла с открытыми дверями и даже окнами. Сельчане по праздникам собирались в церкви и вместе молились.
Богослужения в Никольском храме села Малышево возобновились с началом Великой Отечественной войны и больше уже не прерывались. Светлый, похожий на шкатулку ручной работы, стоит он в окружении высоких деревьев, и словно зовёт отдохнуть от шума и суеты и помолиться в тишине его деревянных сводов.
Все выпуски программы ПроСтранствия
