Деяния святых апостолов

Поделиться

Деян., 46 зач., XXI, 26-32.

²⁶ Тогда Павел, взяв тех мужей и очистившись с ними, в следующий день вошел в храм и объявил окончание дней очищения, когда должно быть принесено за каждого из них приношение.

²⁷ Когда же семь дней оканчивались, тогда Асийские Иудеи, увидев его в храме, возмутили весь народ и наложили на него руки, ²⁸ крича: мужи Израильские, помогите! этот человек всех повсюду учит против народа и закона и места сего; притом и Еллинов ввел в храм и осквернил святое место сие.

²⁹ Ибо перед тем они видели с ним в городе Трофима Ефесянина и думали, что Павел его ввел в храм.

³⁰ Весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа; и, схватив Павла, повлекли его вон из храма, и тотчас заперты были двери.

³¹ Когда же они хотели убить его, до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился.

³² Он, тотчас взяв воинов и сотников, устремился на них; они же, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла.

Комментирует протоиерей Павел Великанов.

Комментирует протоиерей Павел Великанов.

Книга Деяний — замечательный исторический памятник, который позволяет нам увидеть происходившее во времена апостолов самым непосредственным образом. Итак, апостол Павел оказывается в руках разъярённых иудеев, которые с лёгкостью приписывают ему то, чего он не совершал. Для самих иудеев уже не было вопроса, как относиться к Павлу: для них он — вероотступник, обновленец и модернист — если пользоваться современной лексикой. Ещё бы: будучи вроде вполне разумным и образованным человеком, воспитанником известного раввина Гамалиила, он смеет утверждать вещи, идущие вразрез с традицией, вещи, от которых иудеи приходят в ужас — настолько для них это неприемлемо! Проще его убить — создав общее недовольство народа, чтобы и к ответственности за убийство некого было бы привлечь: кто-то убил, была целая толпа — и поэтому в итоге судить-то и некого!

Как же ведёт себя апостол в этой критической для его жизни ситуации? Спокойно. Он не пытается оправдываться, разъяснять, что его неправильно поняли, или что его оклеветали — он предаётся в руки жаждущей крови толпы — даже не сопротивляясь. Похоже, он даже не против расстаться с жизнью — если до этого дойдёт. Правда, когда неожиданно вмешиваются римские воины — ситуация успокаивается. С Римом шутки плохи, и толпа постепенно рассасывается.

Что даёт апостолу такую внутреннюю целостность — и откуда у раздражённых иудеев столько ненависти к нему? Ответ прост: главный вопрос — в вере.

Постойте — скажете вы. Но разве иудеи не были религиозными людьми? Разве не из религиозной ревности они жаждали смерти Павла? Конечно же! Именно так и есть! Потому что «религиозность» и «вера» — понятия вовсе не тождественные. «Религиозность» — это определённая система представлений, сформировавшаяся в рамках определённой духовной традиции. Причём эти традиции у разных народов — тоже очень разные. А вот вера — это нечто совсем иное. Вера — это, с позволения сказать, определённая тональность отношений между конкретным человеком и Богом. Религиозность близка к идеологии, это тоже определённая «система координат» — представлений, понятий, обычаев, бытового поведения. Религиозность — это «форма», а вот вера — «содержание», наполнение этой формы. Отношения между ними могут быть очень разными. Они постоянно взаимодействуют друг с другом: религиозность помогает вере быть «оформленной», конкретной, не выродиться в абстрактную философему. В свою очередь, вера даёт религиозности жизнь, теплоту, эмоциональную вовлечённость. Опыт протестантских церквей наглядно показывает, насколько скудной становится духовная жизнь, когда внешние проявления религиозности минимализированы до предела.

Но бывают и отношения конфликта: когда вере становится тесно и душно в рамках привычной религиозности. И вот здесь человек оказывается перед непростым выбором. Либо предпочесть привычный, уютный внутренний мирок религиозности жаждущей обновления вере — приказав ей знать своё место и довольствоваться тем, что определено традицией — либо, напротив, избрать живость веры — тщательно разбирая, в чём именно конфликт, где не хватает «воздуха» для полноценного дыхания. Апостол Павел избрал второе, иудеи — первое. Но, как всегда, Бог Сам всё расставил по своим местам — и благодаря этому выбору апостола с каждым годом христианская Церковь крепла и развивалась.

Мне хочется пожелать, чтобы и мы почаще наблюдали за тем, как взаимодействуют в нашей жизни вера и религиозность — и не боялись того напряжения, которое может временами возникать между ними!