
Фото: Andy Li/Unsplash
Апрельское утро было дождливым. Со стороны штормящей Атлантики дул ледяной ветер. Жители города Сент-Джонс, что на западе Канады, спешили на работу, раскрыв зонты и подняв воротники. По центральной улице города бежал парень в шортах и футболке. Прохожие с любопытством поглядывали на одинокого спортсмена: «Не лучшее время для пробежки!» — усмехались они, а подойдя поближе с изумлением видели, что парень бежит... на протезе! Его правая нога ниже колена была ампутирована. На белой футболке темнела надпись: «Марафон Надежды».
Пасмурным днём двенадцатого апреля тысяча девятьсот восьмидесятого года Терренс Стенли Джонс, или просто Терри, как все его звали, начал свой, ставший легендарным, забег в поддержку борьбы с онкологическими заболеваниями. Он сам был болен раком, и ампутированная нога была следствием этой страшной болезни.
...Всё началось в такой же пасмурный, дождливый день, только не весной, а осенью. Терри сидел за рулём своего новенького автомобиля, подаренного отцом на совершеннолетие, и был с головой погружён в мысли о предстоящем баскетбольном турнире. Он как раз возвращался с тренировки, где, как обычно, выложился на все сто, и теперь чувствовал приятную усталость. Как здорово, что ещё три светофора — и он дома!
В этот самый момент Терри почувствовал сильный удар в капот машины, от которого он резко дёрнулся и больно ушибся правым коленом о приборную панель. Молодой человек увидел, что задел припаркованный на обочине пикап. К счастью, повреждений не обнаружилось, никто не пострадал, и остаток пути до дома Терри проехал без приключений.
На следующий день боль в колене усилилась, и с каждым днём становилась всё ощутимее. «Ерунда, — с беспечностью подростка думал Терри, — пройдёт!». И продолжал ходить на тренировки. Однако боль не отступила — ни через две недели, ни через месяц. А когда спустя полгода она стала невыносимой, Терри наконец решил обратиться к врачу. Тщательное обследование завершилось в кабинете у онколога, откуда Терри Фокс вышел со страшным диагнозом — «рак кости».
Ногу ампутировали. А потом была химиотерапия, во время которой Терри увидел, сколько людей — и детей, и взрослых,— мучительно страдают, не имея даже надежды на выздоровление. Его душой овладело стремление хоть чем-то помочь им и всем тем, кому в жизни ещё придётся столкнуться лицом к лицу с раком. И хотя прогнозы медиков относительно самого Терри совсем не были оптимистичными, молодой человек знал, что делать.
Терри решил устроить Марафон Надежды — пробежать через всю Канаду, чтобы по пути собирать пожертвования в пользу медицинских исследований в области онкологии. «Если бы каждый канадец пожертвовал на это важное дело хотя бы доллар, врачи получили бы двадцать четыре миллиона для спасения людей!» — твердил Терри.
Бежать на протезе было больно и тяжело. Но Терри думал о тех, ради кого он всё это затеял — и боль отступала! Каждый день, невзирая на погоду и самочувствие, он пробегал полную марафонскую дистанцию в сорок два километра сто девяносто пять метров, перемещаясь вглубь страны. Его встречали журналисты, люди читали надпись на его футболке, расспрашивали, давали деньги, выписывали чеки. Уже за первые несколько недель Фоксу удалось собрать двести тысяч долларов. Восхищённые мужеством и жертвенностью молодого человека, многие присоединялись к Марафону Надежды и бежали вместе с Терри.
Терри Фокс намеревался таким образом достичь ВанкУвера, проделав путь от Атлантического океана до Тихого. Но спустя полгода со старта помимо уже привычных болей в ноге, Терри начал мучить страшный кашель. Остановившись для обследования в больнице провинции ОнтАрио, Терри узнал, что рак дал метастазы в лёгкие. Продолжить марафон он уже не смог.
Однако сумма, которую Терри успел собрать за полгода своей акции, была поистине огромной — двадцать четыре миллиона. Как раз столько, сколько получилось бы, если каждый канадец пожертвовал по одному доллару...
Терри был счастлив. «Теперь я верю в чудеса, — говорил он, — и очень жалею, что лишь заболев, осознал, как это неправильно — жить только для себя, что смысл жизни — в помощи другим!»
Десять месяцев спустя Терри Фокс умер от рака лёгких, совсем немного не дожив до двадцати трёх лет. Зато его «Марафон Надежды» живёт до сих пор, и каждый год люди в разных уголках мира бегут, чтобы сохранить чью-то жизнь.
Псалом 42. Богослужебные чтения
Недавно, читая книгу Джеймса Холлиса «Жизнь между мирами», где крупнейший современный психотерапевт рассказывает, как выжить в эпоху, когда всё рушится и разваливается, мне встретилась его мысль, которая очень зацепила. «Счастье — это побочный продукт правильно выстроенных отношений между нами и нашей душой в каждый данный момент жизни». Прочитав эти слова, я подумал о том, что ведь невозможно «выстроить отношения», не разговаривая! И 42-й псалом царя и пророка Давида, который звучит сегодня в храмах за богослужением, как раз показывает нам, как следует вести разговор с собственной душой.
Псалом 42.
1 Суди меня, Боже, и вступись в тяжбу мою с народом недобрым. От человека лукавого и несправедливого избавь меня,
2 Ибо Ты Бог крепости моей. Для чего Ты отринул меня? для чего я сетуя хожу от оскорблений врага?
3 Пошли свет Твой и истину Твою; да ведут они меня и приведут на святую гору Твою и в обители Твои.
4 И подойду я к жертвеннику Божию, к Богу радости и веселия моего, и на гуслях буду славить Тебя, Боже, Боже мой!
5 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога; ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
В тональности прозвучавшего сейчас разговора Давида со своей душой пронзительны две вещи. Первое — то, насколько автор псалма искренен. Он не говорит «из образа», «из ожидания окружающих». Если у него есть вопрос, обращённый к Богу, — он прямо Ему так и говорит: «Зачем Ты отринул меня?» Когда его речь обращается к собственной душе — он тоже не пытается «сгладить» ситуацию — и прямо ставит сам себе диагноз: да, мне плохо, да, всё из рук валится, да, я унываю.
Второе — это ракурс, из которого Давид смотрит внутрь себя. Это не «когда же мне сделают хорошо?» И не «всё пропало!» И тем более не «в жизни нет гармонии и счастья». Его ракурс — с позволения сказать — «через Бога»: он снова и снова словно «заглядывает» через Небо на самого себя — причём и изнутри, и снаружи — и таким образом высвечивает все те места, которые требуют коррекции или радикального обновления.
Но самое главное в этом разговоре Давида со своей душой — отсутствие пагубной самонадеянности. Он не говорит сам себе: «Ничего, сейчас поднатужимся и ка-а-а-ак выскочим из всех проблем!» Он сам себя зовёт к иному — к обращению к Богу, к молитве, к упованию на Всевышнего — только из которого и собирается черпать все свои внутренние ресурсы!
Так что Холлис в общем-то действительно прав: счастье — не «улов» опытного «рыбака по жизни», и не «показатель эффективности»: оно, скорее, похоже на «проблеск», «искру» внутри, которая возможна только когда душа научилась прямо и откровенно говорить и сама с собой, и с Господом Богом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Христианство против язычества славян». Сергей Алексеев
Гостем программы «Исторический час» был доктор исторических наук Сергей Алексеев.
Разговор шел о том, что известно о верованиях славянских народов до принятия христианства, какие мифы об этом сейчас возникают и как именно христианство стало основой жизни и культуры на Руси.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
«Розанов, Пришвин и Лавра». Алексей Варламов
Гостем программы «Лавра» был ректор Литературного института имени А.М. Горького Алексей Варламов.
Разговор шел о писателях, чей жизненный путь и творчество были связаны Троице-Сергиевой Лаврой, в частности о Михаиле Пришвине и Василии Розанове.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России











