Поделиться
Фото: Jakub Żerdzicki/Unsplash
То, что талантливые композиторы в своих произведениях подчас разворачивают нечто наподобие литературного полотна, с помощью музыки передавая эмоции, рисуя пейзажи и даже портреты, пожалуй, ни для кого не секрет. Писатели, в свою очередь, наоборот, порой создают тексты, которые воспринимаются как музыка: у кого-то звучит изящная мелодия, у кого-то — целая симфония. У Олеси Николаевой — известной писательницы и профессора Литературного института имени Горького, лауреата Патриаршей литературной премии — получилась «Грузинская рапсодия». Так музыкально назвала она свой сборник рассказов и очерков о стране, с юных лет пленившей её сердце.
Олеся Николаева знает литературный секрет того, как сделать по-настоящему интеллектуальную прозу доступной самому широкому кругу читателей. Её «Грузинская рапсодия» «звучит» изысканно, но не вычурно и сразу же увлекает. Эти мемуарные зарисовки воспринимаются как-то по-особенному легко, органично и непосредственно. Может быть, потому, что, как и подобает настоящей рапсодии, тексты в этой книге, хоть и связанные в единое целое общей темой, представляют собой довольно свободную и весьма разноплановую импровизацию. Кажется, что автор не ставила перед собой каких-то глобальных творческих сверхзадач, а просто плыла по волнам своей памяти, делясь с читателем светом и теплом самых счастливых её мгновений.
Признаваясь в любви к Грузии, Олеся Николаева знакомит нас с удивительным грузинским поэтом Бесиком Харанаули, пишущим пронзительные лиричные верлибры, чьё имя, так непривычно звучащее для русского слуха, по-грузински вовсе ничего плохого не означает, а попросту является уменьшительным от Виссариона. Читатель окажется за одним столиком в кафе с красавицей Ирен — подругой автора, грузинской переводчицей, как две капли воды похожей на Бэллу Ахмадулину, и станет свидетелем забавного курьёза, когда кто-то из посетителей кафе и вправду примет её за известную поэтессу. И, наконец, окажется в Мцхете, на вершине горы, откуда до звёзд рукой подать и где на самом краю обрыва стоит древний монастырь Зедазени, в котором живёт удивительных монах Мамао Торнике — грузинский архимандрит, однажды в советское время умудрившийся крестить целый пионерский лагерь!
Даже то, как однажды в Тбилиси воры вытащили у неё из сумочки деньги и документы, Олеся Николаева вспоминает с юмором. И рассказывает в связи с этим в общем-то, совсем о другом — о том, как ей тогда помогли: друзья, знакомые и даже незнакомые... Прекрасные в своей простоте и мудрости люди, искренняя и бескорыстная доброта человеческих душ, свет и радость неожиданных встреч — этими чудесными нотами наполнена «Грузинская рапсодия» Олеси Николаевой.
22 марта. О пребывании в молитве как приобретении
Поделиться
О чистосердечной молитве как приобретении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Само пребывание в молитве уже есть приобретение. Почему не стоит ждать результатов от разговора с Богом? В жизни каждого верующего однажды наступает момент усталости. Мы приходим к Богу с просьбами, читаем правила, выстаиваем службы, но внутри возникает горький вопрос: а есть ли результат? Грехи те же, чудес нет, настроение не поднимается. Зачем тогда всё это?
Мы с вами привыкли жить логикой мира. Если я вложил труд, должен получить зарплату. И ту же логику мы переносим на молитву, ожидая от Бога оплаты эмоциями или сверхспособностями. И здесь нас поджидает главное заблуждение. Святые отцы предупреждали: человек, не очистивший сердце от гордости, не выдержит дара чудотворения. Он тут же присвоит его себе и падёт.
Именно поэтому преподобный Иоанн Лествичник оставил нам удивительное наставление. Он говорит: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори "я ничего не приобрёл”, ибо само пребывание в молитве уже есть приобретение». Состояние, когда нам сухо и скучно, а мы всё равно стоим перед Богом, это и есть высшая школа веры.
Святые стремились не к способностям, а к одному — жить с Господом. Когда мы приходим к любящему отцу, нам не нужен подарок каждую минуту. Нам нужно побыть с ним рядом.
Существует и смертельная опасность — ждать от молитвы только сладости. В православии это называется прелестью, самообманом. Бог приходит к нам не как анестезиолог, чтобы дать приятные эмоции, а как хирург. Ему важно исцелить нашу душу, часто через боль и скуку молитвы. Потому что именно в этой тишине рождается настоящая любовь, которая говорит: «Я здесь, потому что люблю Тебя, а не потому что жду награды».
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 марта. О Сергиевском подворье в Иерусалиме
ПоделитьсяСегодня 22 марта. В этот день в 2011 году России было передано иерусалимское Сергиево подворье. О его истории и значении — настоятель прихода Святой Троицы Московского Патриархата в городе Мельбурне протоиерей Игорь Филяновский.
Сергеевское подворье — одно из самых известных зданий русского подворья в Иерусалиме, связанное с историей православного паломничества на Святую Землю.
Здание было построено в 1889 году по инициативе Великого князя Сергея Александровича, председателя Императорского Православного Палестинского общества. Оно предназначалось для размещения паломников из Российской империи и для работы администрации общества, которая занималась поддержкой православных святынь и организацией паломничества в Иерусалим. Подворье стало важной частью Большого Русского комплекса рядом со святынями, включая и храм Гроба Господня.
После революции 1917 года здание перешло под управление британских властей, а затем — государства Израиль. Многие десятилетия оно использовалось как государственное учреждение и не выполняло первоначальной паломнической функции.
В 2011 году Сергеевское подворье было официально передано России. После реставрации оно вновь стало центром деятельности Императорского Православного Палестинского общества и важным символом исторического и духовного присутствия России на Святой Земле.
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 марта. О прощении
Поделиться
О прощении — клирик Иваново-Вознесенской епархии иеромонах Макарий Маркиш.
Прощать надо всегда — и до молитвы, и после молитвы, и во время молитвы, и когда угодно. Прощение бывает разным.
Если вы работаете в банке, к вам обратился ваш должник, и вы на заседании правления решаете, списать ему долг или нет. Это вот одно прощение. Или кто-нибудь вам на ногу на ступит и скажет: «Извините меня, пожалуйста», — и вы вот тут же извиняете. Это дела простые, внешние и практические.
Есть вопрос духовного измерения прощения, которое происходит не между вами и вашим обидчиком или должником, а между вами и Самим Господом Богом. Вот поэтому-то акцент делается именно на молитве.
Когда вы молитесь, вспомните, кто перед вами. Не кто-то, кто должен вам 500 рублей или что-нибудь ещё, или кто вас обругал. А Сам Господь. И вот к Нему мы обращаемся с этим желанием простить, с этим намерением простить, с этой просьбой о том, чтобы Он даровал мне, моему сердцу, моей воле прощение.
Помните, что прощение — это не эмоция. Эмоции могут быть любыми. Это направление вашей воли к добру. Вот она-то соединяется с Божьей волей. Поэтому речь о молитве.
Все выпуски программы Актуальная тема:
