Поделиться
Россия, шестнадцатый век, Иосиф-Полоцкий монастырь. Сырая мрачная келья, больше похожая на тюремную камеру. Окон нет, поэтому в комнатушке всегда плохо пахнет и в воздухе висит гарь от свечей. Старец в поношенной рясе пишет на стене угольком:
МАКСИМ:
- Моё сердце, изнемогающее от печали, укрепи небесной милостью, Господи...
МОНАХ:
- Получено письмо из Москвы. МитрополИт ДаниИл рассмотрел твою просьбу. Как еретИк ты не заслуживаешь прощения. По-прежнему тебе не разрешается пользоваться пером и бумагой.
МАКСИМ:
- Всю свою жизнь я боролся с Ересью, какой же я еретик! Но в главном, в главном, скажи - помиловал ли меня митрополит?
МОНАХ:
- Нет. Как еретик ты не можешь причащаться.
МАКСИМ:
- Сколько раз я уже каялся в невольных грехах моих! Если и ошибся я в переводе книг, то неумышленно!
МОНАХ:
- Митрополит дал тебе совет: притвориться умирающим и так получить святое Причастие.
МАКСИМ:
- Никогда я не стану лгать и лукавить в таких вещах!
МОНАХ:
- Тогда прощай.
Максим стоит в задумчивости, катает уголек по ладони. А затем, вздохнув, продолжает писать на стене:
МАКСИМ:
- Сердце мое, жестокое более, чем камень или железо, умягчи Господи, Истинным умилением, чтобы я мог благословить Тебя.
Максим Грек приехал в Москву по личному приглашению великого князя Василия Ивановича. Тот получил в наследство богатую библиотеку греческих рукописей и желал, чтобы они были переведены на церковно-славянский язык. Чтобы привезти в Москву грамотного переводчика, на Афон отправилось целое посольство. Выбор монастырского начальства пал на образованного инока Максима, который долго путешествовал по свету, учился наукам в Париже и изучал античное искусство в Италии, но всем наукам и искусствам предпочел служение православного монаха. Максим долго отказывался от лестного предложения, которое сулило немалую материальную выгоду. Но всё же монастырское начальство отправило Максима в далёкую Москву.
В русской столице его встретили очень приветливо, поселили в Чудовом монастыре на содержании великого князя и для начала попросили перевести с греческого псалмы с толкованием. Максим переводил на латынь, а его помощники - уже на церковно-славянский. Больше года длился этот труд. Великий князь остался весьма доволен его результатом, щедро наградил переводчиков и предложил ученому монаху, который к тому моменту уже выучил и русский, и церквно-славянский языки, заняться исправлением богослужебных книг.
Понимая, что он еще не владеет новыми языками в совершенстве, афонский инок долго не соглашался взяться за этот труд и горячо просил князя отпустить его на родину. Но редко кому в истории удавалось переспорить князей. Пришлось Максиму взяться за богослужебные тексты, которые из-за огромного количества ошибок, допускавшихся при переписывании, были в большом беспорядке.
В это же время великий князь Василий собрался развестись с женой, которая была бесплодна, и жениться во второй раз - на Елене Глинской. Возглавивший русскую церковь митрополит Даниил благословил этот беззаконный брак. Но Максим, до сих пор упражнявшийся лишь в обличении различных ересей, со всем пылом одарённого полемиста обрушился на этот союз. Гнев князя не заставил себя долго ждать. Тотчас же в переводах Максима были обнаружены ошибки, и монах был отдан под суд. Суд признал его еретиком, и несчастного грека сослали в Волоцкий монастырь, славившийся своим строгим уставом. Но и это было не самым страшным. Максиму запретили причащаться и пользоваться письменными принадлежностями.
Двадцать лет он провел в заточении. Менялись митрополиты, умерла Елена Глинская. Но отпускать греческого монаха на волю никто не собирался - слишком близко он узнал русский двор и нравы в государстве.
Во время своего заточения он не терял присутствия духа и написал на стенах своей темницы канон Святому Духу - утешителю, который до сих пор читают в Церкви. Максим сумел простить своих мучителей. Когда Московский митрополит Даниил в свою очередь попал в опалу, Максим Грек послал ему письмо, прося прощения и предлагая примириться.
Только перед самой смертью Максима перевели в Свято-Троицкую Лавру, где ему было разрешено приступить к церковным Таинствам. В последние годы жизни он имел возможность продолжить и свое богословское творчество. К нему даже обращались за консультацией от имени царя, прося разоблачить сектантский характер некоторых учений, приглашали на Стоглавый Собор. Но Максим от царских приглашений учтиво отказался, ссылаясь на дряхлость.
После смерти преподобного многие его труды были изданы, а сам он причислен Церковью к собору Радонежских святых.
Псалом 35. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Становясь христианами, мы обычно прекрасно усваиваем слово «покаяние», стараемся не только каяться сами, но и призываем других идти по пути покаяния. Но есть ли на нём какие-нибудь опасности и, если да, как их избежать? Ответить на этот вопрос помогает 35-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 35.
1 Начальнику хора. Раба Господня Давида.
2 Нечестие беззаконного говорит в сердце моём: нет страха Божия пред глазами его,
3 ибо он льстит себе в глазах своих, будто отыскивает беззаконие своё, чтобы возненавидеть его;
4 слова уст его — неправда и лукавство; не хочет он вразумиться, чтобы делать добро;
5 на ложе своём замышляет беззаконие, становится на путь недобрый, не гнушается злом.
6 Господи! милость Твоя до небес, истина Твоя до облаков!
7 Правда Твоя, как горы Божии, и судьбы Твои — бездна великая! Человеков и скотов хранишь Ты, Господи!
8 Как драгоценна милость Твоя, Боже! Сыны человеческие в тени крыл Твоих покойны:
9 насыщаются от тука дома Твоего, и из потока сладостей Твоих Ты напояешь их,
10 ибо у Тебя источник жизни; во свете Твоём мы видим свет.
11 Продли милость Твою к знающим Тебя и правду Твою к правым сердцем,
12 да не наступит на меня нога гордыни, и рука грешника да не изгонит меня:
13 там пали делающие беззаконие, низринуты и не могут встать.
Недавно на исповеди я разговорился с человеком, который каялся в довольно серьёзном грехе. Видел я его не первый раз, и грех этот он уже совершал. Когда же я спросил его, почему он его повторяет, мой собеседник дал очень неожиданный, хотя и вполне понятный ответ. Он сказал: «Я каждый раз чувствую, что Бог меня прощает и просто снова поступаю так же, ведь всякий раз история моего греха обнуляется». «Но как же вы понимаете, что Бог вас простил», — спросил я. «Очень просто, — говорит, — я же прощу прощения, как же Ему меня не простить? Мне вот и легче после исповеди становится, ощущение такой приподнятости появляется...» «Но ведь реального исправления по сути не происходит?» — спрашиваю я. На что он спокойно отвечает: «Ну что ж, не всё сразу». Эта история, скажем прямо, очень печальная. И в первую очередь потому, что это история самообмана.
Псалом 35-й, который мы услышали сегодня, начинается с описания внутреннего мира беззаконного человека. Причём, перед нами не просто перечисление внешних черт, но пересказ внутреннего диалога, который совершается в сердце грешника. Греховный закон, который псалмопевец называет нечестием, говорит с человеком и улавливает его в свои сети. Губительность этого разговора в том, что человек внутренне успокаивается и лишается страха Божьего. А успокаивается он потому, что обманывает сам себя и льстит себе, будто бы уже осознал беззаконие своё, чтобы возненавидеть его. И действительно, разве не так обычно с нами происходит? Ведь извиняясь, человек говорит: «Вот, посмотри, я уже осознал, что был неправ, я уже испытываю чувство вины». Но псалмопевец на этом не останавливается и выносит вердикт такому чувству грешника: «слова уст его — неправда и лукавство, не хочет он вразумиться, чтобы делать добро». То есть оказывается, можно видеть свой грех и даже осуждать себя за него, но не исправляться, не вставать на путь истинный, чтобы делать добро. Конечно, когда речь идёт о повседневных немощах, борьба с ними должна происходить постоянно. Однако, когда речь про тяжёлые грехи, которые совершаются сознательно и вольно, покаяние не должно ограничиваться словами, ведь человек может льстить себе и лишь успокаивать собственное сердце. Да и правда, о чём переживать, если ты уже признал себя несовершенным, если уже далёк от тщеславия и гордости... Может быть, от них ты и далёк, зато к самому греху пока ещё близок, ведь жизнь свою не исправил. И это значит, что ощущение лёгкости, которое человек испытывает после покаянных слов, на самом деле может иметь разную природу и должно завершаться не новым падением, но исправлением и праведной жизнью.
Псалом 35. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 35. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла
Поделиться
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
Флп., 240 зач., II, 5-11
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Минувший век стал чрезвычайно богатым на святых: Русская Церковь в гонениях явила невероятную стойкость, и многие её чада прославились как мученики и исповедники Христовы. Об этих святых мы знаем много: у нас есть документы, есть их письма, дневники, есть воспоминания современников. Казалось бы, этому стоит радоваться, изучать и учиться видеть пути современной святости. Однако практика показывает нечто иное: зачастую верующие, исследуя жизнь новых святых, приходят в некоторое недоумение, ведь оказывается, что прославленные Церковью святые были людьми. Да, именно так — людьми. И нас почему-то этот факт приводит в замешательство. По какой-то неведомой причине мы привыкли размышлять о святых как об инопланетных антропоморфных существах, которым чужды человеческие сомнения и ошибки. Но нет, святые — это обычные люди, и Пресвятая Богородица, Рождество Которой мы сегодня празднуем, — тоже. Однако Её и их отличало от многих из нас то, о чём говорит звучащий сегодня во время литургии в православных храмах гимн из 2-й главы Послания апостола Павла к Филиппийцам. Давайте послушаем эти удивительные слова.
Глава 2.
5 Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе:
6 Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу;
7 но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек;
8 смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.
9 Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени,
10 дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних,
11 и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца.
Суть всего только что прозвучавшего отрывка апостольского послания заключена в его начальных словах: «В вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:5). Здесь нам не стоит обманываться словом «чувствования»: апостол вовсе не призывает пытаться воспроизвести в нас самих то, что чувствовал Господь, к примеру, во время Гефсиманского моления или же во время Распятия. Речь идёт не об ощущениях, а об образе мысли, и далее апостол Павел конкретизирует, говоря, что Христос, будучи по природе Богом, не держался за Своё равенство с Богом-Отцом, Он добровольно принял на Себя образ раба, то есть стал человеком. Но что на практике означает призыв апостола? Мы и так люди, каким же должен быть наш образ мыслей, аналогичный образу мыслей Христовых?
Очевидно, что мы не можем спуститься, скажем так, на уровень ниже — не можем уподобиться животным, отказавшись от своего человеческого статуса. Хотя, конечно, нечто подобное мы видим в подвиге юродивых Христа ради — эти люди по любви ко Христу отказывались от всего человеческого, но их подвиг очень специфический, к нему Господь призывает особо, и такой путь не может быть путём большинства.
Ответ на наш вопрос кроется в дальнейших словах прозвучавшего сегодня отрывка: «Смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2:8). Дело не только в том, что Христос стал Человеком, но и в том, что Он в Своём смирении и послушании Богу-Отцу дошёл до конечного предела — до Смерти, за которой последовало Воскресение. Именно так призывает нас поступать апостол Павел — смиренно и до конца следовать воле Божией о нас. Да, это безумно тяжело и почти невозможно. Однако Господь даёт силу приступающим к Нему с сердечным устремлением ко благу. Мы можем быть какими угодно грешниками, можем совершить немало ошибок, можем обладать скверным характером, но первостепенное значение имеет сердечное устремление: если человек, несмотря на всё перечисленное, стремится к Богу, падает, встаёт и продолжает свой путь в смиренном осознании своего бедственного положения, то Господь подаёт такому человеку Свою благодать, помогает обрести те же чувствования, что и во Христе Иисусе, и через это достичь спасения.
Божия Матерь, Которую мы сегодня с особым усердием воспеваем, Своим примером показала и доказала, что человек может в совершенстве уподобиться образом мыслей Христу и обрести всепобеждающую благодать. Пусть же Её пример послужит вдохновением для нас на пути следования за Христом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 35. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Начальнику хора. Раба Господня Давида.
2 Нечестие беззаконного говорит в сердце моем: нет страха Божия пред глазами его,
3 ибо он льстит себе в глазах своих, будто отыскивает беззаконие свое, чтобы возненавидеть его;
4 слова уст его - неправда и лукавство; не хочет он вразумиться, чтобы делать добро;
5 на ложе своем замышляет беззаконие, становится на путь недобрый, не гнушается злом.
6 Господи! милость Твоя до небес, истина Твоя до облаков!
7 Правда Твоя, как горы Божии, и судьбы Твои - бездна великая! Человеков и скотов хранишь Ты, Господи!
8 Как драгоценна милость Твоя, Боже! Сыны человеческие в тени крыл Твоих покойны:
9 насыщаются от тука дома Твоего, и из потока сладостей Твоих Ты напояешь их,
10 ибо у Тебя источник жизни; во свете Твоем мы видим свет.
11 Продли милость Твою к знающим Тебя и правду Твою к правым сердцем,
12 да не наступит на меня нога гордыни, и рука грешника да не изгонит меня:
13 там пали делающие беззаконие, низринуты и не могут встать.
