Москва - 100,9 FM

«Альбом «Один страшный день». Юлия Теуникова

* Поделиться

У нас в гостях была певица, музыкант, лидер группы «КоМПОзит» Юлия Теуникова.

Мы говорили с нашей гостьей о её музыкальном творчестве, а также о том, как создавался её новый альбом «Один страшный день», и о чём он.


А. Пичугин

— Друзья, здравствуйте, «Светлый вечер» на светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, я рад вас приветствовать. С удовольствием представляю нашу гостью. Сегодня вместе с нами и с вами здесь в этой студии ближайший час проведет Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит». Добрый вечер.

Ю. Теуникова

— Добрый вечер всем. Рады, что вы снова к нам пришли, это уже третья программа с вами, «Светлый вечер». Раз в несколько лет мы встречаемся и, по-моему, то ли всякий раз то ли вот прошлый раз тоже, это были презентации альбома. И я рад, что сегодня мы тоже представляем альбом, который совсем недавно у Юлии Теуниковой, группы «КоМПОзит» вышел, он называется «Один страшный день». Песни, правда, в нем совсем не страшные. По крайней мере, мне так кажется. Чем этот альбом примечателен для вас и знаков?

Ю. Теуникова

— Ну хочу сказать, что насчет «Страшного дня» люди разное говорят, многие говорят, что, наоборот, очень страшный и очень тяжелый.

А. Пичугин

— Там есть несколько песен, которые, может быть, социально или исторически действительно могут показаться не то чтобы неудобными, но вызывать какое-то чувство тревоги, может быть.

Ю. Теуникова

— Ну тревожно-провокационные, скажем так. То есть для меня этот альбом, он скорее это, наверное, нижняя точка, не скажу, что депрессивного состояния, но вот такого тревожно... не знаю, напряженного состояния. Ничего мрачнее я еще не писала.

А. Пичугин

— Просто, может быть, у меня такое восприятие. Потому что мне друзья часто говорят, что, ну, Пичугин, ту музыку, которую ты слушаешь, ее вообще в состоянии нормальном психического здоровья слушать нельзя, потому что у тебя вечно... Я тут посчитал, ехал человек со мной в машине и посчитал, что из десяти песен, которые сыграли, ровно десять были про смерть. Я это никак не замечаю, мне, наоборот, даже как-то настроение повышается от музыки достаточно депрессивной.

Ю. Теуникова

— Ну так и есть. Потому что песни про смерть, они действуют, на одних они действуют угнетающе, а на других, наоборот, они действуют как напоминание того, что надо заниматься, надо делать скорее то, что ты делаешь, потому что наше время крайне ограниченно.

А. Пичугин

— Да и вообще нам в христианском пространстве часто говорят: помни о смерти, помни час смертный.

Ю. Теуникова

— Конечно.

А. Пичугин

— Но тем не менее это все-таки не только о смерти, да, «Один страшный день» —это переживание, наверное, навеянное какими-то, не знаю, ощущениями вообще происходящего в мир последних лет.

Ю. Теуникова

— Да, совершенно верно. Это песни, навеянные совокупностью внутренних и внешних событий. И если сравнить его с предыдущим альбомом (я уточню, что предыдущий мой альбом назывался «Russian Сказки», и он был поверхностно социально характера, как я его обозначаю, то есть это была некая ретроспектива событий, происходящих извне и такой театр песни с представлением людей из разных слоев, чтобы вот создать вот эту внешнюю картинку происходящего), то новый альбом — «Один страшный день», он схож с ним, но это такой взгляд изнутри. Плюс еще с некоторой позицией, с позиции некоторой богооставленности местами.

А. Пичугин

— Ну это вы как-то ощущаете, или мир ощущает, или...

Ю. Теуникова

— Да, у меня просто с этим были связаны конкретные события — это болезнь близкого человека, и плюс какие-то внешние события на это накладывались. Вот, например, есть в альбоме песня «Введи войска» — она как раз про переживания человека, которому осталось недолго жить и, соответственно, на это накладываются какие-то внешние события, связанные там с митингами, демонстрациями, и это слилось в одно, и вот получилась такая песня.

А. Пичугин

— Ну мне показалось, я редко ощущаю, что... И вообще не люблю говорить о том, что вот эта музыка там, она о Боге, вот это не о Боге...

Ю. Теуникова

— Ну да.

А. Пичугин

— Но послушав альбом «Один страшный день», мне показалось, что Бог там присутствует практически в каждой песне, незримым таким, третьим персонажем, который, собственно, за всем этим наблюдает.

Ю. Теуникова

— Да, конечно. То есть это точка, это ну как бы это третья точка. Вот личность, социум и Господь — это три точки, на которых этот альбом зиждется. Но они у меня всегда присутствуют практически, это правда.

А. Пичугин

— А вот мне всегда было интересно, если мы говорим о альбоме, как музыкант приходит — наверное, у всех по-разному, но вот у вас как, — приходит к тому, что вот надо бы пластинку новую выпустить? Материал ли набирается... Ну ведь материал может набираться годами, песен может быть написано десять, двадцать, тридцать, пятьдесят, а вот в какую-то концепцию альбома это не складывается и человек ничего не выпускает. А у некоторых написалось десять песен — раз, и уже новый диск.

Ю. Теуникова

— Я расскажу, как вообще писался этот альбом. Мы существуем вот в том виде в современном, «коМПОзитовском», примерно с 15-го года, и в какой-то момент у нас скопилось определенное количество вещей, которые надо было бы записать. И в процессе записи нас покидает барабанщик наш — Bigus, Володя Глушко, и у нас меняется барабанщик. То есть часть альбома мы записали со старым барабанщиком, который эмигрирует в Израиль. И он как раз сообщает нам примерно за полгода до своей эмиграции об этом, и мы спешно пишем альбом, — это начало 19-го года. То есть две трети альбома мы записываем — он эмигрирует. Потом появляется новый барабанщик у нас — Андрей Панкратов, и остальные вещи, их четыре, плюс еще одна, которую я записываю самостоятельно, мы записываем уже с новым. И я могу сказать, что если в 19-м году концепции еще не было, то в 20-м она появилась — то есть были дописаны какие-то свежие вещи, и все сложилось вот в такой вид, в котором оно, собственно, и издано сейчас. То есть альбом ковался по ситуации.

А. Пичугин

— А так ли сейчас важно (и пандемия, мне кажется, это тоже показала) для записи альбома, не для живых выступлений, а для записи альбома, где живут музыканты? Я знаю группы, которые живут в разных странах, благополучно, участники живут в разных странах, и благополучно каждый у себя прописывает свои партии, потом где-то это все, в пятой стране вообще, сводится — и вот уже группа выпустила альбом.

Ю. Теуникова

— В общем-то да, это правда. И, наверное, мы бы поступили так, если бы в группу не пришел новый барабанщик Андрей — и понятно, что, когда есть уже новый барабанщик, с ним уже другая совсем движуха, своя получается. Но так или иначе, никуда от этого не денешься. Потому что все-таки живая игра — это живая игра. И вот мы играем вещи, делаем какие-то новые вещи, приходим на студию и записываемся. И барабанщик и басист записываются одновременно — это получается живой драйв, это очень работает на энергетику альбома. То есть все вещи, которые были записаны, были записаны именно так: вдвоем басист и барабанщик играют — то есть ритм-секция у нас писалась без наложения. Поскольку по интернету пока еще это невозможно сделать, приходилось это делать вживую.

А. Пичугин

— Но это такие фишечки исключительно группы «КоМПОзит» или многие так записывают?

Ю. Теуникова

— Нет, это принцип. Во-первых, это принцип джазовых музыкантов.

А. Пичугин

— А, когда ритм пишется вместе.

Ю. Теуникова

— Да, джазовые музыканты, пишущие неквадратную музыку — с замедлениями, с ускорениями, без метронома, — они могут писаться исключительно так. Мы, конечно, чуть более роковые в этом смысле, то есть метроном у нас все-таки присутствует, но мы тоже предпочитаем писаться вместе, потому что джазовый принцип у нас тоже присутствует.

А. Пичугин

— Тут надо объяснять. Метроном в представлении большинства людей — это штука из музея.

Ю. Теуникова

— Да, это штука такая — цик, цик, цик, цик — которая отсчитывает четкий ритм. И в рамках этого ритма никуда нельзя отклоняться, ни вправо, ни влево.

А. Пичугин

— А он где, барабанщик в этот момент как слышит?

Ю. Теуникова

— А барабанщик надевает «уши».

А. Пичугин

— В «ушах» метроном?

Ю. Теуникова

— Да, в «ушах» метроном, и он задает ритм. Но хороший барабанщик всегда умеет «плавать» в этих долях — чуть-чуть назад оттягивать или вперед. И если ритм-секция сыграна, именно такое взаимодействие — оттягивание назад, толкание вперед — и создает вот этот драйв, этот момент живой игры, который потом цепляет слушателя.

А. Пичугин

— То есть это все-таки еще в некоторой доле импровизация.

Ю. Теуникова

— Это нет, это... ну можно сказать и так.

А. Пичугин

— Ну по крайней мере для ритм-секции.

Ю. Теуникова

— Это импровизация в рамках заданной четкой формы. Вот так. То есть это авант-рок, прог-рок, джаз-рок — он зиждется вот на этих принципах.

А. Пичугин

— А если речь идет о живом выступлении?

Ю. Теуникова

— Если идет речь живом выступлении, там, конечно, метроном не нужен. Ну то есть есть класс музыкантов, которые любят играть с плейбэками, любят слушать себя в метрономе — но это не про нас, мы играем свободно.

А. Пичугин

— Сейчас мы вернемся еще к этому разговору. Давайте только послушаем музыку. У нас сегодня, я напомню, представляет Юлия Теуникова из группы «КоМПОзит», лидер группы «КоМПОзит», альбом, который называется «Один страшный день». И первая песня, которую мы послушаем, она называется «Лето». Расскажите о ней.

Ю. Теуникова

— «Лето» — это песня последнего, наверное, спокойного нашего периода — 2018 год, — и она рождена предчувствием того, что это как раз вот последний мирный год. Так получилось, что дальше уже начнутся какие-то испытания. И песня-утешение, можно сказать.

А. Пичугин

— Давайте послушаем. Попробуем утешиться.

А. Пичугин

— Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», в программе «Светлый вечер» на светлом радио. И замечательная песня «Лето» — это как раз то, о чем я говорил, и там — с чем вы согласились, — о том, что есть все-таки один из действующих лиц — такой невидимый, не проговариваемый зачастую, это Бог, собственно.

Ю. Теуникова

— Конечно, да. Иначе бы крантец пришел нам всем.

А. Пичугин

— Смотрите, все-таки хочу как-то вернуться к разговору о технических подробностях — вдруг это не только мне интересно. Плейбэк — вот что это такое? Вы говорите: «Плейбэк — это не для нас».

Ю. Теуникова

— Плейбэк — это прописанные треки.

А. Пичугин

— В живых выступлениях, которые играются, да?

Ю. Теуникова

— В живых выступлениях.

А. Пичугин

— Да, как раз я хотел спросить, почему вы не пользуетесь этим. Я помню, как-то на концерте бы с одним своим очень хорошим другом, звукорежиссером, он говорит: ну что-то тут с помощью плейбэка прописана почти половина всего. Группа очень известная, такая всероссийского известного формата. Я говорю: ну а что я-то? Мне медведь на ухо наступил — из музыкальной школы выгнали из 1 класса, я не слышу. Он говорит: ну как не слышишь? Ну вот смотри, ну сколько тут гитар играет? Ну сколько здесь еще играет дополнительно инструментов? А гитар на сцене две, а играет четыре, как минимум, сейчас. А почему вы этим не пользуетесь?

Ю. Теуникова

— Ну у нас, во-первых, не сложилось как-то, у нас никто это особо не любит. Может быть, когда-нибудь мы это и попробуем. Но вообще я скажу лично свою позицию: я люблю на концертах момент живого действия. И всякое звукоизвлечение на концерте — это событие, и я не хочу слушателя, зрителя лишать этого события. Потому что у нас, например, есть виолончель, есть перкуссия, есть та же ритм-секция и гитара, и они на концерте выдают то, что может отличаться от студийной записи, и в этом есть тоже свой интерес. Ну есть люди, которые любят приходить — вот они хотят услышать то, что они слышат на студийной записи. А есть слушатель, который ходит на концерты, потому что им интересна именно живая игра.

А. Пичугин

— То есть это разница: посмотреть на исполнителя и послушать исполнителя.

Ю. Теуникова

— Ну можно и так сказать.

А. Пичугин

— Или еще можно ответить: а вы хотели бы на концерте в консерватории слушать предзаписанные инструменты?

Ю. Теуникова

— Вот, тоже самое, да.

А. Пичугин

— А вы когда пишете песни, сама идея песни, она изначально рождается от текста или от того, что вы в своем арсенале обладаете таким-то набором инструментом, на которых играю ваши коллеги, и эта песня, она всегда пишется из расчета того, что этими инструментами ее можно передать?

Ю. Теуникова

— У меня есть несколько способов сочинения песен. И есть текстоцентричный блок, и это примерно одна четвертая из всего того, что я пишу.

А. Пичугин

— Только одна четвертая.

Ю. Теуникова

— Да, одна четвертая. То есть вещи, рожденные из идеи текста. То есть вот есть какая-то история, которую я хочу рассказать, и я, как правило, от этого отталкиваюсь, когда пишу текстоцентричные вещи, от истории. А в основном я отталкиваюсь все-таки от образа. То есть есть какой-то образ — может быть, это мелодическое, гармоническая какое-то сочетание, может быть, это риф какой-то. То есть да, я рассчитываю, ну я часто думаю, допустим, сочиняя вещь, как бы это сыграла группа и сыграла бы она это вообще. И бывало так, что я писала вещи специально под группы. Например, вот в этом альбоме это песня «Катится» — она была написана очень давно, но когда-то я ее писала именно в расчете на то, что там будет такая-то ритм-секция, такая-то гитара и такая-то струнная секция и перкуссионная. То есть у меня есть и такие вещи.

А. Пичугин

— Ваш муж Петр Акимов, какой процент его мнения? Ну вот как внутри семьи, это все равно происходит, наверное, в том числе внутри семьи, поскольку вы в одной группе выступаете. А его вклад в аранжировки и тексты и в создание всего?

Ю. Теуникова

— Сейчас расскажу. Ну в песню, то есть в музыку и тексты — никакого, он вообще старается все это не слышать. То есть я ему очень редко что-то показываю просто под гитару.

А. Пичугин

— А ему же потом играть в том числе партии свои.

Ю. Теуникова

— Ну да, вот он приходит, мы приходим на базу, начинаем разбирать, и он уже все слышит. Вот я ему иногда даже рассказываю, какие партии играть. На самом деле очень большая, потому что на нем я проверяю всю музыкальную часть. То есть когда я ему рассказываю, как бы показываю свою песню (уже, как правило, в полуготовом виде), он оценивает все гармонии, все мелодические партии — то есть я всегда с ним советуюсь. При этом он не концептуалист — он не задает стиль, не задает идею. Но он именно вот как бы очень активно участвует в гармонико-мелодической части. Но вот в «КоМПОзите» больше всего участвует Боря Далматов. Как именно автор, ну как автор...

А. Пичугин

— Гитарных партий.

Ю. Теуникова

— Именно даже не только гитарных, а автор решений аранжировочных. То есть есть какая-то часть, которую делаю я — там вот типа тех же песен «Катится», с одной стороны, с другой стороны, песен «Лето» и «Доченька». А есть вещи, которые прямо практически в которые вдохнул жизнь Боря — это «Wi-Fi», «Введи войска» — вот такие вещи, где требуются какие-то нестандартные, наверное, неквадратные аранжировочные решения. Вот, например, проигрыш в «Wi-Fi» — это целиком придумал Боря, и не только, его очень многое. В общем, Боря как раз тот человек, которому интересно содержание. Пожалуй, единственный в нашей группе. Но это и хорошо.

А. Пичугин

— А как остальные? У вас тут внушительный список музыкантов. И они что: а, Юль, ну как скажешь, так и сыграем?

Ю. Теуникова

— А остальным просто интересно то, что получается в итоге. Нет, им очень интересно, если бы им было неинтересно, они бы просто не играли. Потому что ну мы же не коммерческий проект, по большому счету. И по-маленькому.

А. Пичугин

— Кстати, некоммерческий проект — я помню, что альбом «Один страшный день», он тоже непросто рождался, и собирались даже краудфандинговым способом деньги среди поклонников, чтобы его издать, записать.

Ю. Теуникова

— Да, конечно. Мне помог очень сильно один человек — Алексей Труфанов, точнее даже семья: Алексей Труфанов и Катя Пчелкина — это студия SBTG — это ребята, которые делают трансляции, многим неизвестным и известным группам они делают интернет-трансляции. Также они нам в свое время сняли видео на песню «Гагарин жив».

А. Пичугин

Ю. Теуникова

— Ой, замечательная песня. Я прекрасно помню.

Ю. Теуникова

— Это было концептуальное видео, снятое одним кадром. Вот они наши друзья и любители нашей музыки, и вот они нам очень здорово помогли. Потом еще, конечно же, очень сильно помог Саша Валединский, Алес — издатель, собственно, наш издатель «Выргорода», и Андрей Романов.

А. Пичугин

— Песня «Гагарин жив» — я вспоминаю, что я тогда работал, это достаточно давно уже было, на одной радиостанции в ночных эфирах прямых. И я ехал как раз на эфир, и по радио, по одной из радиостанций тоже, в машине играла песня, какое-то живое выступление. Я думаю: песня классная, кто поет? Не могу понять: Юлия Теуникова, не Юлия Теуникова... Никак не мог понять. Выяснилось: Юлия Теуникова. Ну мы сейчас возвращаемся к музыке, будем слушать не «Гагарин жив!», ее вы можете послушать и найти...

Ю. Теуникова

— Да. Я прошу прощения, я перебью, и все-таки хочу поблагодарить наших слушателей, которые тоже просто невероятно помогли: два раза у нас был сбор и два раза, буквально за сутки, они накидали необходимую сумму.

А. Пичугин

— Ну видите, как здорово.

Ю. Теуникова

— Я хочу сказать: те, кто еще хочет получить диски из жертвователей, из дарителей, кто еще не получил, просьба все-таки написать мне — я с удовольствием вам их привезу.

А. Пичугин

— А Юлию Теуникову можно найти в всех социальных сетях. Возвращаемся к музыке. Напомню, сегодня Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», представляет у нас в студии свой альбом «Один страшный день». И песня, которую мы сейчас будем слушать, называется «Сквозь меня». Расскажите о ней.

Ю. Теуникова

— Это финальная песня альбома. Она очень сильно отличается от всего альбома, как, собственно, и предыдущая песня, «Лето». Это два таких светлых пятна на альбоме, все остальное достаточно жестко, мрачно...

А. Пичугин

— Ну вы не пугайте наших слушателей заранее. Мне вот так не показалось совсем. Я, правда, сначала сказал, что я люблю достаточно депрессивную музыку, но и не только же депрессивную.

Ю. Теуникова

— Конечно. Просто мы находимся, видимо, где-то посередине между совсем уже поддонным андеграундом и мейнстримами.

А. Пичугин

— Ну вы сейчас всех распугаете, а это не так. Альбом мне показался очень светлым. И даже песня — вот мы потом еще одну послушаем, я просто хочу о ней подробнее поговорить, это важно, даже в контексте нашего какого-то понимания о себе, о своей истории. Вот эта песня для меня стала очень важной, я ее сейчас ставлю очень многим своим знакомым. Но это будет следующая композиция. А сейчас будем слушать песню «Сквозь меня» — это завершающая песня альбома «Один страшный день», который сегодня у нас представляет Юлия Теуникова. После этого небольшой перерыв, и мы вернемся к разговору.

Ю. Теуникова

— Я хотела только пару слов сказать, что на этой песне мы обычно играем все — то есть каждый член группы играет свое фирменное соло с представлением. Но поскольку альбом это все-таки альбом, тут всего лишь две сольных партии. «Сквозь меня».

А. Пичугин

— Мы возвращаемся к нашему разговор. Напомню, Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», сегодня в гостях у светлого радио. Мы представляем новый альбом группы «КоМПОзит» «Один страшный день» и слушаем песни из этого альбома. Вот сейчас была замечательная до перерыва песня, которая называется «Сквозь меня». А вы представляете, вот если вы говорите, что это — ну не хочется говорить слово «итог», но вот вы говорили в начале программы, что это ну вот перед какими-то глобальными потрясениями, наверное, песни про... ну вот что-то в преддверии чего-то такого большого и не очень хорошего, да, в мире. А вы представляете, куда вы своим творчеством можете двигаться дальше?

Ю. Теуникова

— Да, конечно. Причем, как только был написан этот альбом, у меня сразу же появилась идея, про что нужно петь дальше. То есть это одна непрерывная линия повествования.

А. Пичугин

— Ну у вас творчество вообще достаточно последовательно. Мне кажется, если посмотреть альбомы, которые в разные годы выходили, даже подряд проследить, мне кажется, это достаточно волнообразная, но очень последовательная... Волнообразная — потому что где-то очень светлая, где-то менее, но эти песни, они все равно выстраиваются в один ряд очень хорошо.

Ю. Теуникова

— Ну да. Но то что оно последовательно, начинает быть понятным уже потом. Сразу, когда я начинаю что-то выдавать новое, далеко не все понимают, зачем это, к чему это и почему.

А. Пичугин

— А куда двигаться дальше?

Ю. Теуникова

— А куда мы планируем двигаться дальше? Ну это такой тоже вопрос, провокационный немножечко, потому что мне бы не хотелось разглашать, куда мы хотим двинуться, пусть это будет интригой для людей. В основном, конечно, я планирую, мы планируем заниматься тем же, чем мы и занимались раньше, но в сторону света точно.

А. Пичугин

— Вот, это очень кардинально такой важный вопрос и ответ. Что не надо ни музыкальных, никаких творческих подробностей разглашать, но это же очень важно, как вы будете сами оценивать и какие акценты вы будет расставлять для себя. Видите, мы немножко по-разному смотрим, но для меня и вот этот альбом был светлый. Почему светлый — вот я еще раз повторяю, что я в этом альбоме везде вижу Бога. Далеко не во всем творчестве, которое... А я каждый день слушаю, много музыки слушаю, естественно, каждый день. И далеко не все, что мне нравится и даже очень нравится, и даже очень-очень нравится, то что у меня «на репите» часто играет — далеко не везде я там вижу Бога. А вот здесь у вас почти каждая песня, она Им наполнена. И даже если там пессимизм во всем, да, но при присутствии Бога там все равно будет свет, все равно там будет всегда надежда.

Ю. Теуникова

— Да, так и есть. Иначе я не вижу для себя никакого смысла. То есть я как-то раз, мне как-то раз задали вопрос: а что для вас недопустимо в творчестве? А я сказала, что для меня одна только вещь недопустима в творчестве — это хула на Святого Духа. И я очень надеюсь, что я никогда не нарушу вот этой своей собственной там внутренней заповеди. Я очень не хотела бы когда-либо от нее отступить.

А. Пичугин

— Да, это важно. А почему альбомы? Сейчас же все больше людей вообще от идеи альбомов отходят. Они выпускают маленькими тиражами какие-то там, не знаю, синглы или еще что-то, такое вот совсем небольшое, а альбомы так и не выходят годами. У вас же тоже была такая история.

Ю. Теуникова

— У нас была такая история, но она совершенно не связана с тем, что это не модно, не нужно. Это было связано только с тем, что у нас с Петром маленькие дети, и мы просто не имели возможности плотно заниматься вот альбомом, например, и ну перебивались синглами. И вот как только появилась такая возможность, засесть на студии — кстати, спасибо карантину. Потому что когда все ушли в онлайн, когда все школы и музыкальные школы закрылись, и нам не надо было никого возить, я просто засела за компьютер и сидела, и придумывала, и писала новое. А в промежутках мы просто гуляли, занимались с детьми, делали какие-то домашние дела. В общем, мне вот в этом плане карантин и очень понравился, и очень помог. Хотя у нас и был провис на студии, она закрылась.

А. Пичугин

— Не только вы говорите из числа знакомых музыкантов, что карантин в целом, кроме вот каких-то рисков, да, связанных со здоровьем, что карантин пошел на пользу — поскольку можно было сидеть, заниматься музыкой так, как ты хочешь, так как тебя никто не гонит никуда. И понятно, что все подвисло, и ты занимаешься творчеством так, как ты его представляешь.

Ю. Теуникова

— Да, и насчет альбомов я хочу сказать: я не думаю, что это так, что люди отвыкли от альбомов, что им не нужны альбомы. Я думаю, что существует все-таки огромная масса людей, которые продолжают мыслить альбомами. Потому что альбом — это вот как книга, это не как фильм, это некое развернутое повествование, это погружение в мир автора, если можно так выразиться. Ну вот можно сказать, что недавно был хайп, относительно недавно, по поводу последнего альбом Земфиры.

А. Пичугин

— Ой, а мне понравился. А вдруг выяснилось, что подавляющему большинству моих знакомых категорически не понравилось.

Ю. Теуникова

— Однако же сколько о нем говорили. Вот интересный такой момент.

А. Пичугин

— Каждый раз, когда у Земфиры что-то выходит, об этом много говорят. И мне предыдущий альбом, например, не очень, а вот этот альбом очень. Ну в пределах разумного, да. А вот с кем ни поговоришь, все говорят, что, либо такой депрессивной (а вот видите, мы опять подходим к тому, что у меня вот это вот ощущение, видимо, как-то обострено, да), такой депрессивной музыки Земфира давно не писала или никогда не писала. А у меня совсем не возникало такого ощущения.

Ю. Теуникова

— Ну вот да, но тем не менее это инфоповод какой — альбом. Надо же, какой-то артист, пусть и самый известный, записал альбом — там полмесяца только об этом люди и говорили. Это же шикарно, я считаю, что все отвлеклись от всяких новостей политических и стали обсуждать музыку. Я считаю, если мир будет таким через там, не знаю, лет пять — это просто будет мечта, а не мир. Что все будут ругаться только по поводу того, хороший это альбом или плохой это альбом.

А. Пичугин

— Ну главное, чтобы это тоже не приводило к каким-то катастрофическим последствиям.

Ю. Теуникова

— Ну что главное, лишь бы не убивали и не калечили люди.

А. Пичугин

— А тут про это у вас тоже был чудесная песня, про недавние события на Украине.

Ю. Теуникова

— Да, «Беженцы».

А. Пичугин

— «Беженцы», да. Беженцы у входа. А мы сейчас будем продолжать слушать музыку. И следующая песня, вот пускай она... Я сначала думал перед тем, как она прозвучит, о ней поговорить. Пускай она прозвучит все-таки, чтобы наши слушатели понимали, о чем, а потом мы ее обсудим. Поскольку для меня тут есть какие-то важные маркеры. «Сон Гайдара» она называется, «Сон Аркадия Гайдара» из альбома «Один страшный день». И группа «КоМПОзит» ее, Юлия Теуникова представляет у нас в студии.

А. Пичугин

— Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит» сегодня в программе «Светлый вечер». И напомню, что представляем мы альбом группы «Теуникова & КоМПОзит» «Один страшный день». Вот прозвучала песня «Сон Аркадия Гайдара» — наверное, во всем этом альбоме для меня самая знаковая. Я уже говорил, что я теперь ее ставлю некоторым моим знакомым, чтобы ну какую-то вот обратную связь такую получить, что они о ней скажут. Наверное, она, если я ее правильно понимаю и понимаю так, как вы понимаете или как-то по-своему, для меня тут в двух измерениях. С одной стороны, это абсолютно биографическая история там раннего Аркадия Гайдара, про которого все мы, наверное, знаем, кто рос на его книгах, что он был красным командиром. Но достаточно немногие люди знают о том, что он участвовал в очень кровавых событиях. Ну прямо в очень кровавых событиях.

Ю. Теуникова

— Карательных операциях.

А. Пичугин

— В карательных операциях на Тамбовщине — что у нас сейчас, в общем, осуждается в стране, — подавлении крестьянских восстаний, крайне кровавых. И вот среди прочего командир, молодой командир совсем, Аркадий Гайдар, которому на тот момент было всего лишь едва 20 лет, там отличился не раз. И это об этом песня. Но, с другой стороны, там упоминаются те произведения, на которых мы все выросли. Хотя, может быть... я не знаю, ваши дети Гайдара читают?

Ю. Теуникова

— Конечно, да, читали мы всю советскую литературу практически, на которой мы сами были воспитаны.

А. Пичугин

— Ну я-то, конечно же, рос на «Тимуре и его команде», на «Чуке и Геке».

Ю. Теуникова

— Мои дети обожают «Республику ШКИД», между прочим. И я всегда им рассказываю всю подоплеку истории «Республики ШКИД», про биографию, дальнейшую биографию героев. Рассказываю много про Пантелеева, про Белых и про всех остальных, про Викниксора и про всех остальных участников. Да, и, к слову, о Гайдаре и как, собственно, возникла эта песня. Известны строчки из его письма или дневника: не могу заснуть, снятся люди, убитые мною в детстве. Я приблизительно фразу воспроизвожу, может быть, она чуть-чуть неточная. Но суть такова. То есть смысл в том, что Гайдар мучается от сновидений, в которых ему снятся люди, с которыми он расправился. И песня эта, она прямо четко делит слушателей пополам — за и против. То есть очень мало людей к ней остаются равнодушны. То есть для одних эта песня, безусловно, антимилитаристская, антивоенная, вообще...

А. Пичугин

— Ну как и ваше творчество в целом.

Ю. Теуникова

— Да, против любого варианта насилия. А другие же люди — как правило, это поклонники СССР. И что меня удивляет, сейчас среди молодежи очень много таких поклонников. Я понимаю, когда это люди моего возраста и старше, хотя тоже вопрос, потому что люди моего возраста — это поколение 70-х, они, на мой взгляд, все-таки...

А. Пичугин

— Ну вашего возраста — это, наверное, все-таки поколение перестройки уже.

Ю. Теуникова

— Ну я родилась в 76-м году, да.

А. Пичугин

— Это поколение перестройки.

Ю. Теуникова

— Поколение перестройки. И эти люди всего, мы всего, всех прелестей советской жизни просто не вкусили и вкусить не могли — ни очереди, ни отсутствие товаров нужных. То есть мы в очередях просто не успели просто постоять и так далее.

А. Пичугин

— Я, знаете, можно вас перебью. Когда десять лет назад очень было популярно среди молодых людей ходить с какой-то символикой советской, заходить в стилизованные под советские общепитовские заведения, которых было и вдруг стало очень много в Москве — я понимаю о том, что эти дети (ну тогда, на тот момент дети, которым сейчас уже под тридцать) были очарованы тем, что им рассказывали.

Ю. Теуникова

— Да, да.

А. Пичугин

— Они сами не застали уже, они родились там лет через пять после распада Советского Союза. Но все равно какая-то непрерывная преемственность была их родителей, их бабушек, дедушек, которые до сих пор нестарые люди, а тогда это были, как раз застой пришелся на их относительную молодость. Да, когда вот этим вот интересуется нынешняя молодежь, которая совсем оторвана от советской традиции, мне кажется, это уже что-то из разряда какой-то романтизации не только СССР, это та же самая романтизация, я точно также могу сейчас романтизировать XVI век, о котором практически ничего не знаю.

Ю. Теуникова

— Да, совершенно верно. И вот для этих людей эта песня, то есть я, написав и спев эту песню, совершаю святотатство, потому что СССР для них — это общество справедливое, общество, где все так, как оно должно быть. И Гайдар воевал за это справедливое общество, и он прав. И неправа я, осуждая Гайдара. Осуждая за то, что он применял силу. То есть для них это вот, этого факта просто не существует. То есть то, что это общество построено на насилии, они просто не знают, и из их сознания как-то вытесняется, они это отрицают. То есть для них Гайдар и Советский Союз — это нечто священное, что ну что оказалось в песне просто поругано. И это удивительно.

А. Пичугин

— Я думаю, что об этом вам говорят люди все-таки более старшего возраста.

Ю. Теуникова

— Да. Но и младшие говорят.

А. Пичугин

— Ну я, например, прекрасно помню людей, ну в моем детстве очень много книг, которые мы читали, они были посвящены — это были книги о героях гражданской войны, с понятным акцентом. И это было недавним временем, у меня не было ощущения в детстве, хотя я там несколько помладше, но у меня не было ощущения в детстве, что это что-то очень дальнее, да.

Ю. Теуникова

— Конечно.

А. Пичугин

— И Мальчиш-Кибальчиш, и платоновские рассказы.

Ю. Теуникова

— И «Р.В.С».

А. Пичугин

— Да, и вот это все было вроде... Вот дедушка мой, еще совсем не старый, но родившийся в период гражданской войны. А это все для меня было как-то очень близко. Именно поэтому я вот понимаю людей, которые какие-то оценки дают, исходя хотя бы из такого опыта.

Ю. Теуникова

— Да, потому что мы же ведь сами во все это играли — мы играли в гражданскую войну, Великую Отечественную войну — в сознании людей это все очень сильно романтизировано. То есть как? Это вот люди пошли воевать за светлое общество, за справедливое общество, и говорить про такого человека, что он сволочь, что курган набит трупами, что сколько он тут укокошил зазря...

А. Пичугин

— Да. В моем детстве ветераны гражданской войны, участники гражданской войны были моложе, чем оставшиеся в живых сейчас ветераны Великой Отечественной.

Ю. Теуникова

— Да, так и есть.

А. Пичугин

— И поэтому все вот было живо. Но при этом при всем вы там перечисляете какие-то знаковые произведения Гайдара.

Ю. Теуникова

— Да.

А. Пичугин

— А почему, что это? Это попытка показать с другой стороны? Или это всё все равно из образа Гайдара, который вот был таким во времена гражданской войны, а потом как он мог вот еще и писать такие достаточно нравственные произведения?

Ю. Теуникова

— Да вот да, это удивительно. Вот сила и гений Гайдара именно в том, что он этот прекрасный, хрупкий и наполненный любовью мир сочетал с очень жестким и непримиримым отношением к врагам.

А. Пичугин

— А так он же воевал.

Ю. Теуникова

— Я считаю, что это просто кульминация ну коммунистической идеи.

А. Пичугин

— А он же воевал именно за эту нравственность, о которой он впоследствии и писал.

Ю. Теуникова

— Конечно.

А. Пичугин

— Он нигде он нигде не солгал, он именно за эту нравственность и воевал, и воспевал ее впоследствии.

Ю. Теуникова

— Да. И в этом вся трагедия. И я эту трагедию хотела показать: что человек, которому до смерти нужна эта страна, вот эта голубая чашка прекрасная, да, этот камень горячий — ну это пламенеющая реальность, он за нее воевал, он за нее отдал жизнь.

А. Пичугин

— И мы, безусловно, не можем сказать, что это произведение безнравственное. Там как раз, наверное, в целом поколения, которые росли на этих книгах, пускай там, если мы уж на радио «Вера» сейчас об этом говорим, не было христианских мотивов прямых, да, но они говорили о помощи ближнему, они говорили о каком-то братстве, они говорили...

Ю. Теуникова

— Вот на минуточку, насчет помощи ближнему: вот ближнему — помощь, а врага — убивать.

А. Пичугин

— Да.

Ю. Теуникова

— То есть христианского милосердия там никакого.

А. Пичугин

— Нет, абсолютно нет, ни капли.

Ю. Теуникова

— И в этом огромная разница. Что вот сейчас мы всех плохих убьем, а вот хорошим и останутся...

А. Пичугин

— Да, а бабушке дров наколем.

Ю. Теуникова

— Да, и будет, да, и мы справедливое общество только так построим: убив всех хороших и оставив всех плохих. Вот.

А. Пичугин

— Да.

Ю. Теуникова

— Поэтому и трагедия.

А. Пичугин

— Да, на этом, как подсказывает наш звукорежиссер Александра, на этой оптимистичной ноте... Но давайте закончим все-таки хорошим. Действительно песня, которая завершит нашу сегодняшнюю программу — Юлия ее исполнит вживую, — это не из альбома, который сегодня представляли — «Один страшный день», а это... Напомните, откуда?

Ю. Теуникова

— Это песня из альбома «Таймер» 2009 года. Песня называется «Война прошла».

А. Пичугин

— И там как раз говорится о том светлом мире, который и должен наступить после.

Ю. Теуникова

— Пусть война уже пройдет.

А. Пичугин

— Да, пусть пройдет. Спасибо большое. Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», сегодня представляла альбом, который называется «Один страшный день». Я Алексей Пичугин. Мы прощаемся с вами. Слушаем песню и завершаем передачу. До свидания.

Ю. Теуникова

— До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Слушать на мобильном

Смотрите наши программы на Youtube канале Радио ВЕРА.

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Мы в соцсетях
******
Другие программы
Истории старого звонаря
Истории старого звонаря
На территории Андреевского монастыря в Москве, где находится Радио «Вера», можно встретить скромного, почти неприметного человека, спешащего подняться на колокольню. Но стоит ему забраться туда, как окрестности оглашаются неземным звоном. В этот момент вы с замиранием сердца останавливаетесь и думаете: «Надо же, какой талант! Талант от Бога!» И вы абсолютно правы: Петр Алексеевич Колосов — один из лучших звонарей столицы, а, может быть, и России. Но искусство звонаря — это лишь одно из многочисленных его дарований. Ведь Петр Алексеевич ещё и изумительный рассказчик! И в этом вы легко убедитесь, слушая программу «Истории старого звонаря»
Во что мы верим
Во что мы верим
Частное мнение
Частное мнение
Разные люди, интересные точки зрения, соглашаться необязательно. Это — частное мнение — мысли наших авторов о жизни и обо всем, что нас окружает.
Семейные советы
Семейные советы
Чем живет современная семья? Как научиться слушать и слышать друг друга? Какие семейные традиции укрепляют семью? Об этом и многом другом расскажут авторы программы — опытные родители, священники и психологи.

Также рекомендуем