«Поддержка социально-ориентированных проектов». Светлый вечер с Евгенией Телицыной и Маргаритой Ребецкой (15.06.2017)

«Поддержка социально-ориентированных проектов» (15.06.2017) - Часть 1
Поделиться
«Поддержка социально-ориентированных проектов» (15.06.2017) - Часть 2
Поделиться
 Телицына Евгения и Ребецкая Маргарита

Маргарита Ребецкая (слева) и Евгения Телицына (справа)

У нас в гостях были исполнительный директор фонда «Навстречу переменам» Евгения Телицына и автор кино-театрального проекта «ВзаимоДействие» Маргарита Ребецкая.

Мы говорили о деятельности фонда, о том, какие проекты фонд поддерживает, и об инклюзивном проекте «ВзаимоДействие», где люди с синдромом Дауна участвуют в театральных постановках.


А. Пичугин

– Светлый вечер на светлом радио, дорогие слушатели. Здравствуйте. В этой студии приветствуем вас мы, Алла Митрофанова…

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– И вместе с нами сегодня здесь, в этой студии замечательные девушки. Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам». Здравствуйте.

Е. Телицына

– Добрый вечер.

А. Пичугин

– Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», победитель конкурса социальных проектов фонда «Навстречу переменам». Здравствуйте.

М. Ребецкая

– Здравствуйте.

А. Пичугин

– Фонд «Навстречу переменам» в нашей студии второй раз. Мы так сейчас посчитали перед эфиром, что примерно раз в год, получается, мы здесь встречаемся. В прошлый раз мы говорили об одном проекте, сегодня совершенно другое, но я думаю, что и аудитория тоже в какой-то мере меняется, и не грех кому-то напомнить, а кому-то рассказать о том, чем же занимается сам фонд «Навстречу переменам».

Е. Телицына

– Да, мы ищем социальные проекты, которые помогают детям, с помощью конкурса, который проводим каждый год. Выбираем лучшие, лучшим из лучших даем грант в сумме миллион двести и программу поддержки. Как образовательная часть у нас в программе есть, так и консультационная – сотрудники компании «Партнер», которые поддерживают наш фонд, консультируют по своим специальностям наших грантополучателей. И наша третья цель еще создать сообщество, чтобы эти люди не чувствовали себя одиноко и чувствовали себя среди соратников и тех, кто делает похожие вещи.

А. Пичугин

– Это важно.

А. Митрофанова

– Получается, что вы фактически объединяете людей и создаете ту среду, которая необходима для того, чтобы ну вообще что-то произрастало.

Е. Телицына

– Ну да, мы так и говорим, что мы ищем правильную идею в правильных руках и помещаем ее в правильную экосистему.

А. Митрофанова

– Экосистему? А почему экосистему?

Е. Телицына

– Ну так можно сказать, да, что это некая среда…

А. Пичугин

– Она в своей среде начинается находиться, произрастать, питаться.

Е. Телицына

– В которой она подпитывается и развивается.

А. Митрофанова

– Слушайте, вы в прошлый раз к нам приходили, рассказывали про замечательный проект, связанный с уточками.

А. Пичугин

– Заплывы уточек.

А. Митрофанова

– Что-то, знаете, на первый взгляд кажется совершенно далекое от жизни, а на практике потрясающая история. Сегодня у нас в гостях вместе с вами Маргарита Ребецкая, которая… Ну вы знаете как, бывают у нас в жизни Дон Кихоты – люди, которые не потому что сражаются с ветряными мельницами, а потому что они, вопреки всему, берутся за какую-то задачу фактически неподъемную, и просто делают свое дело. А потом неожиданно смотрят по сторонам и видят, что что-то от этого изменилось. Это потрясающе. И мне очень хотелось, чтобы вы рассказали, Евгения, сначала вы, на какие критерии вы опираетесь, когда отбираете в вашем конкурс проекты, которые хотели бы поддержать. И почему одним из лауреатов вашего конкурса стал проект Маргариты Ребецкой.

Е. Телицына

– Да, с удовольствием отвечу. Для нас важны три вещи. Одна это проблема, которую человек хочет решить. И тут я с вами очень согласна, что это действительно удивительные люди, которые видят эти проблемы и при этом рискуют их решать, берут на себя ответственность. Потому что многие могут поворчать и забыть, а это такие люди, которые эту проблему не могут обойти. Второй важный момент – это решение, которое они предлагают. Там есть несколько критериев: это инновационность, потенциал к масштабированию и потенциал к финансовой устойчивости.

А. Пичугин

– Тут вы несколько терминов сейчас упомянули. Кроме финансов не все понятно, ну я думаю, может быть, далеко не всем, по крайней мере.

Е. Телицына

– Ну для нас важно, чтобы это был предпринимательский, в хорошем смысле этого слова, проект. То есть предприниматель, человек, который инновационным способом быстро достигает своей цели. В данном случае это цели социальные – социальные изменения в сфере детства, конкретно в нашем случае. И поэтому для нас важно, чтобы человек делал либо новую вещь, либо новым способом решал проблему, либо другими методами какими-то пользовался, нестандартными. Либо был инновационен в своем регионе. Поскольку мы работаем со всей страной, принимаем заявки со всей России, то например, если в Москве инклюзивный детский сад это в общем-то практически норма, во всяком случае многие знают, что это такое, как это работает и хотят отдавать своих детей, то, например, в Иркутске наша грантополучательница была первой, кто открыл подобное заведение. И поэтому для нас это был один из признаков того, что она нам подходит – что она рискует в регионе делать что-то, что там еще не сделано.

А. Митрофанова

– А те деньги, которые вы выделяете, это много или мало?

Е. Телицына

– Не знаю, зависит очень сильно от проекта.

А. Пичугин

– От региона, наверное, тоже.

Е. Телицына

– Да, и от региона, и от проекта, и от склада ума. Потому что некоторые люди попадают к нам в программу без денег. То есть у нас есть такая возможность: тем, кто не прошел в призеры, кто не получил деньги, остаться в программе без грантов. И многие говорят, что они рады, что они не взяли деньги, потому что наоборот, они без денег больше делают и не расслабляются.

А. Митрофанова

– Вот как.

Е. Телицына

– Да. А некоторые люди, которые получили гранты, для них это мало, потому что у них есть некие задачи. Но для нас важно, чтобы эти деньги шли на то, чтобы либо заглубить проект, либо расширить, да, то есть либо сделать его устойчивым, либо чтобы больше людей могли воспользоваться услугой или продуктом.

А. Пичугин

– Вы говорите: остаться в программе – если человек не получает от вас деньги, он все равно может продолжать с вами сотрудничать.

Е. Телицына

– Конечно.

А. Пичугин

– Что вы ему можете предложить?

Е. Телицына

– Смотрите, зависит от этапа конкурса. У нас всего пять этапов и на последнем жюри. Когда приезжают восемь человек в Москву на финальное жюри, четверо получат деньги, четверо нет. Вот этим четверым, которые не получили, мы предлагаем все то же самое, что тем, кто получили, кроме денег.

А. Митрофанова

– А что еще в таком случае вы предлагаете?

Е. Телицына

– Консультации. Во-первых, мы вместе планируем долгосрочные цели, определяем миссию, видение и вообще проект-проект – проектируем вместе. Мы подходим очень индивидуально, выявляем слабые стороны или зоны развития. Ставим приоритеты вместе и находим наставников и консультантов, которые смогут помочь продвинуться в развитии этих сторон и желаемых сфер. Ну и соответственно мы два раза в год собираем наших ребят, чтобы они пообщались, прошли какое-то обучение. Вот буквально на прошлой неделе мы это делали, вот Маргарита была на этой встрече, может быть…

А. Митрофанова

– Поделитесь своими впечатлениями.

М. Ребецкая

– Ну да, мы увиделись и вот так собрались первый раз после победы в конкурсе, и было очень интересно. Ну то есть за то время, которое прошло после конкурса, мы все, мне кажется, были в какой-то марафонной скачке, потому что победа в конкурсе, она всех очень сильно мотивировала. И все пошли вот на этот такой уровень быстрее, выше, сильнее. И в какой-то момент, когда мы все встретились, просто посмотрели друг на друга, поняли, что очень много схожих каких-то ситуаций, каких-то проблем, какие-то этапы тоже очень-очень схожи. Это было очень важно и интересно поделиться и обсудить, собственно кто на каком этапе находится сейчас, с какими сложностями столкнулся. И важно просто понять, что твои проблемы, они не уникальны, что собственно все сталкиваются с какими-то кризисами или, наоборот, с подъемами, что это совершенно нормально. Наверное, это самое важное.

Е. Телицына

– Иногда для нас очень важно, чтобы наши ребята не чувствовали себя просто в бюрократической ситуации, что подали заявку, получили грант, прислали отчет. Для нас это такая жизнь, мы в какой-то момент становимся семьей или там сменой в пионерлагере на год условно, да. И для нас очень важно, чтобы все сложности не замалчивались, а наоборот были открыты, и мы могли помогать.

А. Митрофанова

– Вот этот как раз удивительно. Потому что чаще всего грантовые программы предусматривают выделение определенной суммы, а дальше уже просто ждут какой-то письменной или в электроном виде отчетности, так чтобы дебет с кредитом сходился. А вы, получается, фактически берете своих призеров под крыло.

А. Митрофанова

– Да. Но мы совсем другие. Эта наша уникальность, мы ей дорожим и стараемся ее из года в год сохранять, несмотря на то, что меняется и количество участников. И конечно, когда у нас было четыре победителя в 2012 году и сейчас 17 человек у нас в программе, это немножко разное. Но для нас суперпринципиален индивидуальный подход, человеческие отношения и здравый смысл, которые превалируют над бюрократией.

А. Пичугин

– Маргарита, как вы нашли друг друга?

М. Ребецкая

– Ой, мы нашли друг друга совершенно случайно. То есть просто мои знакомые рассказали мне…

А. Пичугин

– Простите, по порядку. Сначала как вы пришли к идее, а потом нашли фонд «Навстречу переменам».

М. Ребецкая

– К идее я пришла, мне кажется, как-то не как стандартный социальный предприниматель, потому что я себя в принципе с этим никак не идентифицировала.

А. Пичугин

– Но вы занимались, я правильно понимаю, балетом?

М. Ребецкая

– Ну вообще я работаю в ансамбле Моисеева, я танцую. И в какой-то момент я стала волонтером в театре, в таком любительском театре, где играли ребята с синдромом Дауна, и я стала помогать как хореограф. И потом мне захотелось сделать свой спектакль, два года я делала свой спектакль с командой волонтеров. Мы его выпустил и поняли, что это какую-то имеет важность, потому что ну нам показалось, что зрители, которые были на спектакле, они как-то пересматривали свое отношение к людям с синдромом Дауна. И именно потому что, мне кажется, поскольку я пришла в эту проблему со стороны, тот театр, который уже существовал, там ну это в основном был такой закрытый круг родителей и людей, вовлеченных в проблему. Так как я пришла со стороны, я вовлекла в команду для постановки спектакля тоже людей со стороны, зрители были тоже люди со стороны. И в общем как-то стало очевидно, что просмотр такого спектакля может повлиять на изменение отношения к людям с синдромом Дауна. И потом я уже стала выяснить, что существует, оказывается, такая проблема, что люди с синдромом Дауна недостаточно социализированы в нашей стране, они не трудоустроены…

А. Митрофанова

– То есть вы об этом не знали?

М. Ребецкая

– Меня это просто как бы не волновало, я с этим не сталкивалась.

А. Митрофанова

– Не задумывались.

А. Пичугин

– А когда это было?

М. Ребецкая

– Ну вот год…

А. Пичугин

– 2013 примерно, да?

М. Ребецкая

– Нет, тот спектакль я выпустила год назад, но работала над ним два года.

А. Пичугин

– Ну 14-й, получается.

А. Митрофанова

– Вы понимаете, что вы сделали? Вы же фактически вытащили эту тему из сферы таких домашних вопросов, которые на кухне могут обсуждаться в социальное пространство. И у нас в России, как мне кажется, не так много каких-то организаций и вообще людей, которые бы говорили о вопросах, связанных с людьми с особенностями развития. И когда речь идет о детках с синдромом Дауна, то у нас-то вообще как-то, знаете, у нас есть определенные табу. Ну вот мы, условно говоря – сейчас десять раз в кавычках, – на «неприятные» темы мы не говорим. И почему-то вот эти вопросы, они попадают в разряд вот именно таких тем. Почему – не очень понятно. По-моему, весь цивилизованный мир давным-давно развернулся совершенно в другую сторону, все хорошо и ну как, не то что бы там хорошо, но во всяком случае, вот эта инклюзия, то есть включение жизни одних людей в жизнь других людей, происходит очень успешно.

А. Пичугин

– Ты знаешь, я не устаю приводить этот пример, и может быть, во всем мире это по-другому выглядит. У нас мне долгое время казалось, что мы делаем лицо, ну в какую-то позу встаем: ах, у нас по-другому и как же нам неудобно говорить, а на самом деле все давным-давно удобно. Но совсем недавно я послушал у коллег на одной из разговорных радиостанций программу про детей с синдромом Дауна и про аутистов, там все вместе было. И позвонил мужчина, сначала мужчина, который возмутился тем, что ему недавно в аэропорту пришлось пережить несколько трагических моментов, когда при нем в самолет садилась группа детей, ну вот то ли аутистов, то ли с синдромом Дауна, я не помню. Но вот поразило до глубины души: он требовал, чтобы его, всего такого здорового и хорошего, оградили от этих вот, значит, ужасных детей и он не хочет этого видеть. И вдруг – а это цепная реакция на самом деле, один такой звонок и цепная реакция пошла, – начали звонить. Программа была, естественно, направлена на другое, наоборот. Но цепная реакция повлекла за собой массу таких звонков, когда люди требовали увести с детской площадки, не сажать в самолет, оградить в принципе их замечательных золотых деток от таких же точно детей, но с особенностями в развитии. И я понял, что проблема у нас в России действительно существует, не знаю, как в Европе, действительно не знаю, как в Америке тоже.

А. Митрофанова

– Маргарита, скажите.

М. Ребецкая

– Ну это прямо горячий вопрос. И я понимаю, что это происходит от незнания, от неинформированности. И на самом деле, что мне кажется такой проблемой, что есть какая-то идеальная форма инклюзии – это такой мир, в котором все люди с особенностями включены, они везде работают, мы не обращаем на это внимания, и все такие, все очень толерантные и все делают вид, что все равны. И есть как бы наше общество, которое на сто процентов еще далеко от этого. Но зачастую, когда люди начинают работать с этой проблемой, они как бы сразу начинают к ней вплотную подводить. То есть, допустим, проводится мероприятие, на котором на одной детской площадке сводят обычных детей и детей с различными особенностями. И родители этих обычных детей, они действительно не готовы к этой встрече с такими распростертыми объятиями, потому что они ничего не знают про этих детей, они не знают, насколько могут они быть опасны или нет, что они могут сделать в той или иной ситуации – у них нет об этом никакой информации. То есть, например, есть люди, которые считают, что люди с синдромом Дауна опасны и агрессивны. И поэтому, на мой взгляд, нужна какая-то прослойка, то есть то, что мы пытаемся сделать, это подготовить это знакомство через театр, да, когда еще существует некая граница, которую в конец зритель преодолевает и уже свой эмоциональный барьер может преодолеть.

А. Пичугин

– А как человека в этот театр, простите за бедность речи, затащить? Если люди привыкли к тому, что у них круг ну каких-то таких вот развлекательных, простите, каких-то мероприятий, отдыха, досуга ограничивается районным кинотеатром и районным гипермаркетом.

М. Ребецкая

– Да, это очень сложный вопрос и мы над этим очень много думаем и работаем. Это в том числе вопрос пиара. И ну что мы конкретно сейчас делаем, я пока не знаю про людей, которые ходят только в районные кинотеатр и супермаркет, но то что мы пытаемся сделать это мы пытаемся изменить контекст. То есть мы пытаемся изменить те пространства, поменять какую-то среду, в которой проходят подобные мероприятия, убрать вот этот сильный социальный налет, поменять его на более модный. То есть это такие вещи, они ну как бы это чисто средства пиара. Мы пытаемся все это принести очень красиво, с такой позиции глянца, чтобы люди пришли в первую очередь на красивую обложку, а уже потом прониклись содержанием. И еще очень важная штука, с которой мы сейчас работаем, мы снимаем такие маленькие социальные ролики. У нас в команде кинорежиссер Юля Сапонова и ее продюсер Олеся Овчинникова, это мои полноценные партнеры, они снимают короткие ролики с участием наших же актеров, и мы их стараемся распространить в сеть.

А. Митрофанова

– А я так понимаю, один из этих роликов я как раз видела перед началом нашего эфира, где девушка танцует в каком лофте и за ней через окно наблюдает парень, которому очень хочется принять участие в ее танце, но он там подметает улицу. У него с синдром Дауна, он так смотрит через окно. И она его замечает и приглашает к себе. И потом уже там огромная аудитория за окнами скапливается, и всем очень хочется туда. Очень красиво. Очень красивый ролик. Вообще вы большие молодцы.

А. Пичугин

– Напомним, дорогие слушатели, что Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам», Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «Взаимодейстие», победитель конкурса социальных проектов фонда «Навстречу переменам» здесь, в этой студии.

А. Митрофанова

– Маргарита, что-то вы хотели сказать по поду ролика. Расскажите, как вы их создаете вообще.

М. Ребецкая

– Ну это командная такая работа. Поскольку мы работаем с нашими ребятами, мы очень много о них знаем, и все эти все ролики, вообще все там наши спектакли, они навеяны нашим общением с ребятами. То есть то, что мы в них открываем, находим, мы стараемся это как-то перенести и передать зрителю. Истории с вот этим роликом с танцующей парой была для нас такой маленькой победой, потому что он неожиданно стал вирусным, хотя мы просто его запустили на нашу страницу на фейсбуке, но он там собрал что-то там 600-700 тысяч просмотров. И люди делали перепосты с какими-то публикациями, вроде «я не знала…», «я пересмотрела…», «я никогда не думала…» – вот это было очень-очень важно для нас, потому что мы хотели как раз открыть людям глаза.

А. Пичугин

– Алла, скажи, где ролик-то можно увидеть.

А. Митрофанова

– На фейсбуке, на страничке фонда собственно совершенно спокойно можно зайти и посмотреть. Я напомню, что фонд, кинотеатральный проект, точнее сказать, «ВзаимоДействие» представлен в социальных сетях. И в частности, я посмотрела на фейсбуке. Зашла и фактически это был первый ролик, который там оказался, привлек мое внимание цветовой гаммой и невероятно, знаете, со вкусом все сделано. А когда видишь какую-то художественную работу, очень хочется в нее вглядеться и посмотреть. И, может быть, вы действительно правы по поводу того, что сейчас очень важно формой привлекать внимание, а потом уже человек проникается содержанием. Может быть, это действительно так. Все-таки мы сейчас живем в такое время, когда форма, она, наверное, для привлечения внимание первична. Евгения, а можно вам задать вопрос. Вы говорите о том, что вы по целому ряду критериев оцениваете ваших кандидатов и долго выбираете, кому же предоставить гранты, а потом уже соответственно дальнейшее сопровождение. Вы когда рассматривали кинотеатральный проект «ВзаимоДействие», который Маргарита представляет, вы что в нем увидели, какой потенциал?

Е. Телицына

– Вы знаете, для меня Ритин проект в каком-то смысле идеально соответствующий нашим критериям именно с точки зрения долгосрочных целей. Потому что я вижу потенциал именно в изменении сознания людей в массе, что приведет к положительным социальным изменениям для детей с синдромом Дауна. И это не за пять минут делается, и даже не за год, и не за один спектакль. Но та амбиция, которую Рита преследует, для нас ключевая. И вообще мне очень повезло в жизни, потому что я встречаюсь с большим количеством людей, у которых есть эта амбиция менять вокруг ради других. И меня это очень трогает и вдохновляет. Но Рита какая-то квинтэссенция, мне кажется, этого потенциала и смелости. Потому что действительно я с вами согласна, что тема такая сложная. И не каждый рискует про нее говорить. И чаще всего это делают люди, которые столкнулись персонально. И, с одной стороны, это классно, потому что у них есть опыт, который они могут привнести, а с другой стороны, это некий все равно взгляд с определенной точки. А у Риты взгляд с другой точки. И я вижу много смысла как и для людей с синдромом Дауна, так и вообще для любых людей, которые хотят что-то менять. Видя, как одна хрупкая девушка может всю Москву поставить на уши, мне кажется, это может вдохновить других, кто хотел бы так же.

А. Митрофанова

– Маргарита, расскажите, как выставите Москву на уши. Что вы делаете помимо того, что снимаете ролики и ставите спектакли, как выстраивается ваша работа системно?

М. Ребецкая

– Сейчас я хочу чуть-чуть добавить про свое уважение относительно наших взаимоотношений. На самом деле это тоже для нас особенная история. Потому что такому проекту как наш не так просто найти понимающих людей, которые нас могут поддержать, потому что действительно у проекта нет, скажем, прямого эффекта. Грубо говоря, у нас нет конкретных десяти детей, да, ну не считая наших конкретных десяти актеров, которым мы помогаем. То есть наш эффект, он гораздо шире, но я не знаю точно, да, какой конкретно аудитории, какого охвата мы достигнем и каким образом эти изменения будут происходить. То есть мы не помогаем конкретным там ста детям, а мы помогаем детям в целом за счет изменения отношения. Вот как раз фонд «Навстречу переменам» удивительным образом это понял.

А. Митрофанова

– Значит, вы снимаете ролики, вы ставите спектакли. Как, что еще, или в этом художественном пространстве как выстраивается ваша работа, и как вы находится героев для ваших сюжетов? Ведь это должны быть дети, или подростки, или уже люди, которые перешагнули за порог 18 лет с синдромом Дауна. Как вы с ними взаимодействуете?

М. Ребецкая

– Ну вот за этот год у нас сформировалась своя постоянная труппа, в нее входит порядка двенадцати актеров, мы репетируем регулярно, два-три раза в неделю. Собственно проекты, они, периодически какие-то возникают идеи там где-то выступить на каком-то фестивале, приглашения. Но вот этот год мы потратили исключительно на такое просто формирование облика проекта. Мы готовились целенаправленно к выпуску спектакля и параллельно снимали вот эти маленькие социальные ролики. И также Юлия Сапонина, кинорежиссер, загорелась идеей снять документальный фильм про всю эту нашу историю, и причем снять это в жанре документальной комедии. То есть то не просто документальный фильм…

А. Митрофанова

– Комедии?

М. Ребецкая

– Да, не просто документальное кино о там, не знаю, людях с инвалидностью, да, и как они там, не знаю, с этим живут. А это история о такой совершенно безумной труппе, в которой играют разные люди со своими абсолютно жизненными проблемами, то есть проблемами такими же, которые есть у нас с вами.

А. Пичугин

– А как вы искали актеров?

М. Ребецкая

– Это сарафанное радио, потому что понятно, что круг родителей таких детей, он тоже как бы достаточно узкий…

А. Пичугин

– Я думаю, что большинство родителей просто побоятся своего ребенка отправлять в незнакомый проект, который непонятно чем закончился. И кто эти люди, которые занимаются всем этим…

А. Митрофанова

– Ну личная рекомендация, мне кажется, дорогого стоит.

М. Ребецкая

– Ну да, ну у нас уже была репутация, мы же сделали спектакль в предыдущем театре, он пошел на «Золотой маске», и в общем нас уже знали, к кому идти, то есть нам было чем похвастаться.

А. Пичугин

– А вот как изначально все это происходило? Вот с тем спектаклем, который потом подошел к «Золотой маске». Как там происходил поиск людей?

М. Ребецкая

– А это уже существующий театр, он называется «Открытое искусство», он уже там существует около 10 лет. И в нем играют такие актеры, с ним долгое время работал режиссер с психолого-педагогическим образованием, то есть это в первую очередь было вот в таком формате. Собственно я пришла уже в готовый существующий коллектив. А потом моя команда, команда волонтеров, решила создать свой собственной коллектив уже со своей идеей и, собственно, продвигаться.

А. Митрофанова

– Слушайте, вы сказали сейчас про документальный фильм, который был бы снят в жанре комедии, и я сразу вспомнила потрясающее кино, которое мы не раз уже в этой студии вспоминали. Испанский фильм, который называется «Я тоже». Там одну из главных ролей, там собственно две главные роли, одна Лола Дуэньяс, любимая актриса, и Пабло Пинеда – молодой человек совершенно очаровательный, который с синдромом Дауна и который там играет, я вот не помню, то ли он сам себя играет там, то ли у него есть реальный такой прототип…

А. Пичугин

–Если мы об одном и то же говорим, то там сам себя.

А. Митрофанова

– Ну он один пока такой фильм, к сожалению, чтобы он получил такое международное признание и был настолько популярен. Это история человека, который получил высшее образование, который успешно очень реализован с точки зрения профессиональной, он включен в социальную жизнь…

А. Пичугин

– Преподает в вузе, в конце концов.

А. Митрофанова

– Преподает в университете и влюбляется в самую обычную такую женщину, причем она такая, она по своему психотипу такая бронебойная такая. И он в ней видит вот это хрупкое создание, которое на самом деле мужчина видит в своей женщине. И он понимает, что это его, и он ее добивается. Хотя у нее нет проблем с поклонниками, но он ее добивается, и она в нем оценила именно вот это потрясающее мужское качество: увидеть, попытаться защитить, да, подставить плечо. Это такая тонкая потрясающая история, невероятная просто. Почему мы про этот фильм всегда вспоминаем, а наверняка же ведь есть что-то еще, а мы об этом не знаем. А, может быть, вы нам расскажете, что еще посмотреть. Потому что это же, знаете как, это жизненный тонус повышается после таких фильмов, это как инъекция витаминов внутривенно.

М. Ребецкая

– Есть еще известный французский фильм «Восьмой день», он как бы менее такой, скажем так, более фантазийного плана, потому что…

А. Пичугин

– Художественный?

М. Ребецкая

– Ну да, он тоже художественный, имею в виду, что это прямо такой очень честный фильм. Очень честный. Там такие вопросы поднимаются, которые они на самом деле очень верные, но непростые. А что касается просто примеров успешности, ну поскольку мы так пытаемся какие-то тоже на своей страничке давать примеры, есть люди там, я вижу какие-то истории заграницей. Какой-то известный фотограф человек с синдромом Дауна, известная модель синдромом – то есть какие-то примеры, схожие с Пабло Пинеда, но Пабло Пинеда какой-то, наверное, самый грандиозный. Ну я могу сказать, что даже в нашей труппе ребята, они достигли определенных вещей. У нас есть парень, который поднимает штангу на чемпионатах мира, выигрывает чемпионаты мира. Есть девочка, которая плавает, и сейчас она там поедет на Паралимпиаду. Есть двое ребят, которые проходят стажировку в голландской транспортной компании, и есть какой-то шанс, что их оформят и они смогут там работать в качестве помощников менеджера. То есть потенциал есть.

А. Митрофанова

– Потенциал есть. И при этом вы еще снимаете свои ролики. И я напомню, что очень вдохновляющие и жизнеутверждающие маленькие фильмы можно найти на странице в фейсбуке кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие». Маргарита, а может быть, где-то еще их можно посмотреть?

М. Ребецкая

– Ну пока что наш охват это интернет.

А. Митрофанова

– Хорошо, ну тогда пока там. А дальше я очень надеюсь, что у вас с помощью гранта, который вы получили, что вам удастся расширить свою сферу влияния, у вас будет больше зрителей, потому что, мне кажется, вы нам очень нужны. Я напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», победитель конкурс 2017 года «Навстречу переменам» и Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам». Продолжим буквально через минуту.

А. Пичугин

– Мы возвращаемся в студию светлого радио. Здесь сегодня Алла Митрофанова и я, Алексей Пичугин. Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам». Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», победитель конкурса социальных проектов, который организует фонд «Навстречу переменам». Перед перерывом вы перечисляли профессии, не профессии, ну по крайней мере то, чем занимаются люди с синдромом Дауна. Мне стало интересно, я нашел несколько фамилий фотографов. Вот есть сайт bigpicture.ru, здесь, например, рассказ про девушку, она дочь профессионального фотографа, ее зовут Кая. Она дочь фотографа Себастьяна Лучиво – известный фотограф. И здесь подборка фотографий (bigpicture.ru – я думаю, что можно найти и по запросу в любой поисковик), как видит мир ее отец через объектив и рядом дублирующая фотография примерно того же места, та же картина, но глазами дочери. Очень интересная разница. И вот авторы, которые делали этот материал, приходят к выводу, что многие работы девушки с синдромом Дауна, они более естественны, и будь то снимки людей или природа. А вот это, мне кажется, нашему разговору было бы хорошей иллюстрацией, если кто-то заинтересуется и посмотрит, найдет в интернете, там много интересного.

А. Митрофанова

– Вообще, Маргарита, а по вашему опыту общения с вот такими людьми и детьми, в частности, с особенностями развития, а чем они особенные? Ведь они же наверняка как-то по-своему тоже видят мир, видят нас.

М. Ребецкая

– Да, действительно это так. Я не могу сказать, что мы абсолютно одинаковые с ними, хотя между нами есть очень-очень много общего. Но когда начинаешь с ними работать, вот буквально проходит какое-то небольшое время и ты вообще забываешь о том, что такое синдром Дауна. То есть просто привыкаешь к каким-то определенным особенностями речи, поведения, и дальше уже просто включаешься в какое-то взаимодействие с людьми и их характерами. И ну что для меня важно, это то, что они очень разные. То есть если мы там начинаем говорить, что они там все солнечные или все очень добрые и никогда не злятся там и так далее – это совершенно не так. Они такие же, как мы, у них есть свои характеры, свой темперамент, и они все очень разные. И там даже что касается естественности. То есть, например, у нас в спектакле есть ребята, которые действительно, их игра всегда очень естественна. И мне остается только давать им какое-то определенное задание, и они всегда его выполняют так, как они выполняют в жизни, потому что они сто процентов верят в то, что они делают здесь и сейчас. А есть ребята, которые обожают изображать. И это вот просто такие актрисы таких больших театров, которые просто постоянно играют в драму, им нужно роли такие пострашнее, и они очень-очень любят и делают это все как вот в таких вот провинциальных театрах – с заломами рук, страданиями. Поэтому они все на самом деле очень разные. Но что для меня важно, то что они все не боятся быть собой и не боятся каких-то своих чрезмерных проявлений. То есть если мы всегда себя немножко осекаем, да, относительно той или иной ситуации…

А. Митрофанова

– А чаще маску надеваем, кстати.

М. Ребецкая

– Да, социума, то у них, конечно же, этого нет, совершенно их это не волнует и не интересует. И еще интересный момент это опыт, жизненный опыт, который они получают. Потому что от этого жизненного опыта зависит действительно их развитость – может быть, вот это очень важно. Потому что если у них нет модели поведения в той или иной ситуации, он действительно могут сделать что-то такое, что нам покажется чем-то непривычным или странным. Но если они в этой ситуации уже побывали и им объяснили или, по крайней мере, с ними поговорили, как в ней действовать, то они с ней обязательно справятся. Вот это очень интересно, и поэтому мне кажется, что чем больше какого-то жизненного опыта, чем больше их включают в среду и дают им возможность быть, да, как-то действовать, существовать наравне с нами, тем больше это влияет на их развитие. И возможно, когда-нибудь они смогут достигнуть высот аналогичных там Пабло Пинеда.

А. Митрофанова

– Евгения, можно у вас спросить. Вы вовлечены в этот проект, но вместе с тем и немножечко со стороны на него смотрите, потому что у вас же помимо проекта «ВзаимоДействие» еще много других…

Е. Телицына

– Да, все так.

А. Митрофанова

– Вы как вообще думаете, насколько возможно эту железобетонную стену сдвинуть с мертвой точки?

Е. Телицына

– Я думаю, что возможно. Но нужно для этого терпение и упорство, которое очень сложно одному человеку одинаково стабильно применять. Я вообще верю, что если копать в одном месте, то можно что-нибудь выкопать рано или поздно. Но для нас важно…

А. Митрофанова

– Кость бронтозавра.

Е. Телицына

– Да, для нашего фонда как раз это тоже одна из функций: какое-то время – год, два, три побыть вот этой поддержкой для таких людей, у которых есть это терпение и упорство, но иногда его надо так чуть-чуть подкормить и подпитать. Ну и вообще я верю в наше общество, иначе бы меня тут не было.

А. Митрофанова

– А почему? Почему верите? Что вам подсказывает, что что-то здесь возможно? Это не праздный вопрос.

Е. Телицына

– Мне кажется, что у нас в стране есть такая национальная черта. Я много путешествую по России в связи со своей работой, много вижу разных людей, и мне кажется, что мы очень светлые глубоко в себе. Дальше кто как успел там этот свет закрыть, но мне кажется, что можно его вынимать, да, и он может превращаться в толерантность, в любовь к людям, в уважение к людям с той или иной быстротой.

А. Пичугин

– Много путешествуете по России, и всегда тут же возникает вопрос: а что-то меняется? Ну опять и гранты, которые вы раздаете, и Иркутск вспоминали. Понятно, что что-то происходит. Но Иркутск большой город, а за пределами больших городов? Дети с синдромом Дауна, дети аутисты рождается же везде.

Е. Телицына

– Всем очень тяжело. То что вы спрашиваете, действительно пока еще много времени должно пройти, чтобы было одинаковый уровень того, что делает Рита, как это здесь публика воспринимает, или этот же спектакль привезут куда-нибудь в небольшой населенный пункт. Но я думаю, что везде есть люди, которые хотят что-то менять, и это удивительно. Нам приходят заявки и из больших и из маленьких городов, и из деревень, где есть девушки пенсионного возраста, которые всю свою пенсию вкладывают в свой социальный проект и там наследство, дома продают и меняют. Они везде есть. И здесь важно просто их потенциал подцепить и чуть-чуть помочь ему развиваться.

А. Митрофанова

– Вот вы сказали когда про то, что где-то глубоко внутри у нас такая все-таки закопана национальная черта, что мы светлые. И я думаю, а как сделать так, какие вообще рычаги есть, с помощью которых можно до этого света ну дойти что ли, откопать его.

Е. Телицына

– Я тоже про это думаю много. Но пока вижу только про примеры. Почему так важно поддерживать людей, делать их яркими, почему нам важен пиар, потому что видя то, что делают ребята, можно на секундочку задуматься, а что тогда я. И мне кажется, через пример личный и, в принципе, человеческий, любую ясную историю можно. Но, может быть, еще есть какие-то варианты.

А. Митрофанова

– Один пример сейчас у нас перед глазами – это Маргарита Ребецкая, которая автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», направленного на поддержку людей с синдромом Дауна и на создание более здоровой психологической и социальной среды в обществе, чтобы вообще эти люди чувствовали себя абсолютно на равных со всеми остальными. Потому что на самом деле это нормально, когда люди друг с другом так взаимодействуют. Какие еще примеры вы могли бы еще привести такие яркие из вашего опыта?

Е. Телицына

– Ну у нас очень разные примеры. Мы стареемся как раз не выделять какую-то отдельную категорию детей с отдельными особенностями или без особенностей. И, например, есть проект тоже московский. Есть такая девушки Анна Тихомирова, она придумала книжный автобус «Бампер», который в «Музеоне» стоит, может быть, многие его видели…

А. Митрофанова

– Многие видели, кто живет в Москве.

Е. Телицына

– И более того, «Бампер» мобильная вещь и по европейской части России периодически перемещается.

А. Пичугин

– Можно вкратце рассказать, наверно.

Е. Телицына

– Да, это волшебный автобус, в нем подобраны особенные детские книжки, каждая из которых написана с уважением к ребенку. И для Ани, автора проекта, это самое главное. И ее миссия сделать так, чтобы дети полюбили читать а взрослые поняли, что это важно. То есть она именно болеет про то, что дети перестали видеть в книге источник а) образования, б) художественного удовольствия, с) некоей психологической поддержки. И это стало последнее время такой пыткой школьной – чтение. И она хочет поменять эту ситуацию. И тут вопрос логики, что она видит проблему, придумывает инновационное решение. Автобус работает и как магазин, где можно за деньги купить книгу и они могут на прибыль, которая остается, поехать в детский дом или в какой-то город, где нет книжного магазина и там свои программы проводить. И вот Анна яркий пример того, как именно, используя предпринимательские бизнес-модели и видя такую светлую миссию, человек пытается менять тоже отношение к некоей сложности. И тоже это очень сложная работа, и тоже ее невозможно измерить, так же как вот сложность Ритиного проекта. Что мы на самом деле никогда не сможем, опустив в пробирку в воду, сказать, что именно вот здесь Рита поработала над изменением, да, то есть также и в Анином проекте. Что касается других городов, может быть, пример Анна и Анатолий Вощиковы, они из города Каменск-Уральский. Это совсем другой объем, и они как раз другие. Они родители ребенка с ДЦП, сами инженеры, оба вместе учились. И абсолютно не были никак связаны ни с психологией, ни с социальной деятельностью, пока у них у самих не родился такой ребенок. И они такую тонкую вещь нашли, что когда ты можешь плохо ходить, тебя водят, то ты даже не можешь пойти туда, куда ты хочешь, то есть ты либо добиваешься, либо ты ходишь за мамой. А если у тебя есть велосипед, то ты можешь поехать сам, куда хочешь и это совсем другое тоже психологическое состояние. Я решаю, куда я еду, или меня ведут, или мне нужно заставлять их, манипулировать и рыдать, чтобы меня вели.

А. Митрофанова

– Слушайте, действительно очень тонко.

Е. Телицына

– И они, поскольку не очень богатые люди, они не могли себе позволить, есть специальные американские велосипеды для детей с особенностями развития тела, но они не могли, поскольку он растет, каждый год покупать ему новый. И они, используя свое образование, придумали специальную деталь, некий мост, которую можно на любой обычный велосипед надевать и специальные крепления, и тогда он может подходить для детей, которым сложно ехать на обычном велосипеде. И они продают эту деталь по всей России – собственно можно всем вникнуть в этот вопрос, для кого это важно. И тоже у них миссия не про то, чтобы продать много деталей, а про то, чтобы дать возможность этим детям вырасти в человека, который сам знает, куда ему надо и как он туда попадет.

А. Митрофанова

– Потрясающе.

Е. Телицына

– Но это, конечно, при этом имеет физическое воздействие, что человек, естественно, развивается, чувствует себя более здоровым, веселее жить. Да, но вот здесь есть вот эта маленькая вещь, которая мне безумно нравится. И они тоже вместе с Маргаритой выиграли, они у нас первый год в программе. Посмотрим, как будет развиваться, но пока они очень большие молодцы.

А. Митрофанова

– У нас, знаете как, действительно, наверное, вы правы по поводу того, что где-то глубоко внутри в нас что-то такое закопано. И когда, в силу тех или иных обстоятельств, начинает выходить наружу, то начинают случаться чудеса. Мы так получилось, что живем в такой среде, где знаете как, в каких-то странах система работает хорошо, и вот эти лакуны, о которых вы говорите, они восполняются там просто за счет системы медицины, здравоохранения или какие-то социальные там структуры правильно работают. У нас зачастую это все на личном подвиге. Это я не знаю, хорошо или плохо, это вообще не моя задача давать оценки, просто…

Е. Телицына

– На самом деле я верю, что в каждом человеке есть свет, если уж на то пошло, но просто именно в путешествиях по стране его много видно, его сложно скрыть. И поэтому мне, правда, кажется, что мы здесь можем, в России, может быть, через сто лет, но построить какую-то красивую ситуацию.

А. Митрофанова

– Ой, дай Бог, чтобы это было так. Вы знаете, во всяком случае, очень хочется.

А. Пичугин

– Сто лет – такое прям совсем растянутое…

А. Митрофанова

– С точки зрения вечности, вообще…

А. Пичугин

– Да дожить хочется, Алла Сергеевна!

Е. Телицына

– Хочется всем, но не получится, возможно.

А. Пичугин

– Напомним, дорогие слушатели, что в гостях у радио «Вера» сегодня Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам», Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», победитель конкурса социальных проектов фонда «Навстречу переменам».

А. Митрофанова

– Маргарита, а у вас не бывает таких моментов, когда вы понимаете, что вы устали или что опускаются крылья, или ну что-то еще такое, а при этом надо вставать и делать дальше, потому что вас ждут, и вы понимаете, что это нужно? Ну то есть не то что вы хотите, а то, что это просто вот нужно. Ну то есть выгорание что ли такое?

М. Ребецкая

– Ну конечно бывают. Ну сейчас как раз даже на последней встрече с фондом мы об этом в том числе и с другими социальными предпринимателями говорили. Мне кажется, что это происходит от достижений. Когда происходят какие-то достижения, изменения, у тебя появляются крылья и кажется, что ты можешь еще больше, еще больше. И объем задач начинает расти, и амбиции начинают расти, и ты пытаешься уже сделать не какой-то процент от задуманного, ты пытаешься сделать все. И в какой-то момент, конечно, от объема задач, от ответственности, от того, что ты постоянно… Я просто в какой-то момент на премьере, вот как у нас была вчера премьера спектакля, уже на свое имя я просто отскакивала от людей, потому что я понимала, что они все от меня что-то хотят. Я себе говорю о том, что отдых, он принципиально так же важен для моего проекта, как и работа над проектом, потому что это я, я его делаю. Если я буду здорова и счастлива, проект от этого будет только лучше. Но вот сейчас, наверное, последняя пара месяцев меня научили тому, что вот в таком режиме работать нежелательно. Желательно сделать его более гармоничным. Я думаю, что мы к этому придем. Но поскольку у нас сейчас такой формат стартапа, то конечно, вот это 24 часа в сутки. И еще мне кажется, очень сильным здесь является, таким давящим фактором это эмоциональные перепады. Потому что часто случается просто эйфория от того, что нереально какие-то люди откликнулись, у нас получилось чего-то добиться, и это так окрыляет. И потом через какое-то время что-то чуть-чуть не получилось, и ты впадаешь в какой-то обратное состояние. И вот эти волны, из-за них, конечно, очень устаешь. Но пока что мысли о том, чтобы остановить и бросить или что вот это надо и поэтому я делаю, у меня не возникало.

А. Митрофанова

– Ну а вот вы в «Артплее», на одной из самых модных, как мне кажется, да, сейчас московских площадок, играли спектакль, и к вам пришла туда публика. И как все прошло по вашим ощущениям?

М. Ребецкая

– По моим ощущениям все очень хорошо прошло. Мне сложно судить так достаточно объективно, потому что тоже был определенный срез публики, было много наших друзей, но были, в отличие от предыдущего спектакля, в том числе были люди, которые пришли именно на имя проекта. Потому что за вот эту там нашу работу с сентября, какую-то определенную аудиторию новую мы нарастили. Мы старались сделать праздник, мы старались сделать так, чтобы людям было хорошо, чтобы им было красиво, чтобы было много детей, разных детей, которые бы пришли на наш спектакль и, возможно, включились в какую-то игру с нашими актерами. И собственно это и произошло. Так что я думаю, что все состоялось.

А. Митрофанова

– А про что спектакль? Что там за история?

М. Ребецкая

– Спектакль про развязанные шнурки.

А. Митрофанова

– Прекрасно.

А. Пичугин

– Ну подождите, прекрасно-то прекрасно. Что развязанные шнурки?

А. Митрофанова

– Ты хочешь спойлеров?

А. Пичугин

– Да, ну чуть-чуть, я хочу чуть-чуть спойлеров, чтобы эти спойлеры могли, кстати, привлечь людей.

М. Ребецкая

– Ну главная героиня нашего спектакля – маленькая девочка 9 лет без с синдромом Дауна. У нее есть определенные сложности: она хочет, мечтает стать балериной, но не решается пойти на балетный конкурс. Внезапно она встречает особенного мальчика, который включается с ней в какое-то взаимодействие, к которому она еще не готова. Но стечение обстоятельств толкает ее на контакт с ним и, отправляясь за ним, она отправляется в сказочное путешествие и попадает в сказку, где действуют герои ее любимых сказок, в том числе и сказки «Золушка», которую она читала вместе с мамой. И там, путешествуя, в общем, по этому сказочному миру, она через особенных людей обретает себя и возвращается в наш мир совершенно другой. То есть это история на самом деле о нас и о нашей встрече с особенными людьми.

А. Митрофанова

– Красиво. Красивая история. Ну да, я думаю, что это было бы замечательно вообще увидеть. Вы когда собираетесь в ближайшее время играть спектакль?

М. Ребецкая

– Мы сейчас на летний сезон отдыхаем, потому что у нас такая труппа молодых актеров, они все зависят от своих родителей и, естественно, все разъехались по отпускам и каникулам

А. Митрофанова

– Да, каникулы это святое.

М. Ребецкая

– С сентября мы возвращаемся к репетициям. И мы очень надеемся, это одна из наших основных задач на лето, на самом деле, организационных, найти площадку для регулярных выступлений. Мы очень надеемся, что мы сможем играть регулярно.

А. Пичугин

– А в Москве сейчас с этим сложно? С поиском площадок вот под такие проекты?

М. Ребецкая

– Ну есть своя специфика определенная. Мы пока что ищем свой формат. Я уже говорилп о том, что мы стараемся вывести это из привычного контекста даже социального театра. То есть немножко вынести это за рамки каких-то привычных даже театральных событий. Поэтому мы еще пока что ищем и в том числе и площадку мы тоже ищем по своему формату.

А. Митрофанова

– Маргарита, значит у нас очень отзывчивые слушатели, вы знаете, они просто необыкновенные. Мы сами удивляемся, как люди начинают друг другу помогать, там мы о ком-то рассказываем там в программе «Дело дня» или еще как-то, если кому-то нужна помощь – отклик невероятный. Вы скажите, как вас найти, если кто-то сейчас, слушая нашу программу, захочет подключиться и чем-то помочь.

М. Ребецкая

– У нас есть почта проекта – interaction.theatre@gmail.com – можно написать в случае, если вы волонтер, вы хотите стать волонтером. Или хотите стать участником нашего проекта, или хотите нас чем-то поддержать, или с кем-то свести – то есть здесь вариаций много. И еще у нас есть сайт interactionfund.com, на котором есть такая кнопка, кажется, называется «помочь» и в том числе там можно помочь финансово и перечислить любую сумму денег. И это, конечно, очень поможет нам, в том числе и с поиском площадок и реализацией спектаклей.

А. Митрофанова

– И я напомню, что в социальных сетях вы тоже представлены. Там можно найти кинотеатральный проект «ВзаимоДействие» и посмотреть и ролики, которые вы снимаете, и вообще какие-то фотографии, и почитать о вашей деятельности. Евгения, к вам у меня вопрос, связанный с вашим фондом «Навстречу переменам», который поддерживает, напомню, социальных предпринимателей таких, как Маргарита, например. Когда у вас следующий сезон приема заявок? Или, может быть, в этом году еще можно к вам успеть?

Е. Телицына

– Да, вы знаете у нас прямо сейчас идет прием заявок, у нас есть сайт – fond-navstrechu.ru, и точно до 16 июня будет прием заявок. И, возможно, мы продлим еще на неделю, об этом мы напишем и на сайте, и у нас тоже есть фейсбук достаточно активный, фонд «Навстречу переменам» так и называется, и там будут все новости. То есть если кому-то из слушателей хочется побольше про нас узнать или вы чувствуете в себе вот этот вот потенциал – свет, азарт, рискованное настроение, как, может быть, Рита смогла до вас донести или вдохновить, то можно попробовать подать заявку, и мы будем очень рады.

А. Митрофанова

– До 16 июня, это в последнюю дверь последнего вагона, все как мы любим.

Е. Телицына

– Ну в связи с последней дверью, мы подумаем еще, как лучше сделать. Может быть, мы дополнительно объявим о нескольких днях, ну максимум неделе для тех, кто не любит в последнюю дверь последнего вагона, а хочет пару дней подумать.

А. Митрофанова

– Еще раз тогда напомните, пожалуйста, каким критериям должны соответствовать заявки, которые вы рассматриваете.

Е. Телицына

– Острая социальная детская проблема для региона, инновационное решение, у которого есть потенциал к финансовой устойчивости и масштабированию, и автор идеи должен сам подавать нам заявку, и у него должен быть азарт, смелость, неудержимость в решении этой проблемы и он должен хотеть учиться.

А. Митрофанова

– Хотеть учиться – это очень важно. И вот можно еще в конце программы, вы как считаете, а каким навыкам основным все-таки сегодня необходимо учиться таким людям, социальным предпринимателям, чего нам сегодня в стране не хватает?

Е. Телицына

– Структуре в первую очередь. Потому что часто люди эмоциональны, очень много идей, много желания, много мыслей, много контактов, и все это превращается в безумный хаос, который действительно сжигает человека за несколько лет.

А. Пичугин

– А вы помогаете этому учиться?

Е. Телицына

– Да. Ну надо у Риты, конечно спросить, но…

А. Пичугин

– Может, у Риты все было структурировано, когда она к вам пришла.

М. Ребецкая

– Нет, вообще у нас…

Е. Телицына

– У Риты еще есть чему учиться. И вообще простраиванию, да, своего проекта. Да, мы помогаем и хотели бы еще лучше помогать, это тоже зона нашего развития еще больше.

А. Митрофанова

– Вы тоже развиваетесь постоянно?

Е. Телицына

– Мы, конечно, да, нам на самом деле всего пять лет, это не так много для такого фонда, как наш. Немало, конечно, но…

А. Пичугин

– Ну уже немало. Потому что 10 лет назад у нас вообще ситуация с подобными проектами была нулевая в стране.

Е. Телицына

– Факт, да. Мы, конечно, начинаем чувствовать себя уверенным таким фондом, но все-таки мы никогда не собираемся останавливаться в учебе сами. И также, мне кажется, что важно учиться не бояться зарабатывать деньги. Потому что у нас есть такой стереотип, что стыдно, плохо, страшно, нельзя, деньги это грязь и при этом…

А. Пичугин

– Это у кого такой стереотип?

Е. Телицына

– Есть у тех людей, которые подают нам заявки, очень много.

А. Пичугин

– Это, видимо, какие-то совсем чистые сердцем люди…

Е. Телицына

– Вот видите, даже у вас есть стереотип, что чистые сердцем…

А. Пичугин

– Существующие в безвоздушном пространстве.

Е. Телицына

– Да. Но мне кажется, что здесь вот убить эту идею, что деньги это плохо, и также убить идею, что деньги это главное…

А. Пичугин

– Ну с детских лет вкладывали в голову, что ж…

Е. Телицына

– Ну то есть здесь важно найти баланс, что это и не главный единственный смысл жизни и не ужасная какая-то грязная вещь. И вот этот баланс может дать много независимости наши проектам.

А. Пичугин

– Это вы уже про гражданское общество начинаете говорить.

А. Митрофанова

– А что ты сейчас видишь перед собой в студии?

А. Пичугин

– А вижу, да, что оно у нас периодически ростками пробивается из-под асфальта, но только ростками и только из-под асфальта.

А. Митрофанова

– Ну не знаю, а вот, например, Евгения говорит, что у нее есть несдержанный оптимизм в этой сфере.

А. Пичугин

– Можно я про утиный заплыв спрошу, он есть еще?

Е. Телицына

– Да он был 27 мая. Мы 100 тысяч рублей, 150 привлекли с помощью утиного заплыва. Были очень рады всех видеть и собираемся в следующем году продолжать в том же духе.

А. Митрофанова

– Вы напомните, пожалуйста, утиный заплыв это что такое?

Е. Телицына

– Утиный заплыв – это такая благотворительная акция, она берет корни из международных утиных заплывов. Если кому-то не лень набрать в ютубе «duck race», вы найдете удивительные видеосюжеты, как по Темзе плывет сто тысяч уточек, например.

А. Пичугин

– Да, мы уже смотрели.

Е. Телицына

– У нас сто тысяч уточек пока не получается, у нас получатся тысяча – три тысячи уточек пустить и по пруду Воронцовскому, но тем не менее мы в рамках семейного фестиваля в одном из парков Москвы, пока это был Воронцовский парк, посмотрим, что будет в следующем году, тоже устраиваем такой заплыв. И можно заранее через интернет зарегистрировать свою уточку, можно на месте. И мы всех уточек выпускаем плыть в водоем, кто первый приплывает, получает призы. И все средства собранные идут в фонд поддержки собственно социальных проектов, которые поддерживает фонд.

А. Пичугин

– Ну если это будет в Москва-реке, то я представляю, Алла, как мы выходим отсюда, из дверей студии…

А. Митрофанова

– Или открываем окно…

А. Пичугин

– Открываем окно, и мимо нас по Москве-реке проплывают несколько тысяч резиновых уточек.

Е. Телицына

– Ну у вас классное на самом деле место для этого, мне кажется.

А. Митрофанова

– Замечательно.

А. Пичугин

– Может быть, давайте заплыв устроим.

Е. Телицына

– Давайте устроим.

А. Пичугин

– А кстати говоря, пообщаемся. Хорошо, спасибо большое. Напомним, что в гостях у радио «Вера» сегодня были Евгения Телицына, исполнительный директор фонда «Навстречу переменам» и Маргарита Ребецкая, автор кинотеатрального проекта «ВзаимоДействие», победитель конкурса социальных проектов фонда «Навстречу переменам». Алла Митрофанова…

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Всего хорошего.

А. Митрофанова

– Спасибо большое.

Е. Телицына

– Спасибо большое.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (8 оценок, в среднем: 4,00 из 5)
Загрузка...