Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла

Поделиться

1 Кор., 161 зач., XV, 29-38.

²⁹ Иначе, что делают крестящиеся для мертвых? Если мертвые совсем не воскресают, то для чего и крестятся для мертвых?

³⁰ Для чего и мы ежечасно подвергаемся бедствиям?

³¹ Я каждый день умираю: свидетельствуюсь в том похвалою вашею, братия, которую я имею во Христе Иисусе, Господе нашем.

³² По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем!

³³ Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы.

³⁴ Отрезвитесь, как должно, и не грешите; ибо, к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога.

³⁵ Но скажет кто-нибудь: как воскреснут мертвые? и в каком теле придут?

³⁶ Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживет, если не умрет.

³⁷ И когда ты сеешь, то сеешь не тело будущее, а голое зерно, какое случится, пшеничное или другое какое; ³⁸ но Бог дает ему тело, как хочет, и каждому семени свое тело.

Комментирует священник Дмитрий Барицкий.

Отрывок, который мы только что услышали, посвящен важному пункту христианского Символа Веры — всеобщему воскресению мертвых. Уверенность в том, что это событие обязательно произойдет в конце человеческой истории, существовала уже в Ветхом Завете. Однако, в Коринфе в христианской среде появились те, кто, видимо, отрицал эту веру. К ним и обращены слова апостола Павла. Он приводит несколько аргументов в ее пользу.

В первую очередь, он говорит о том, что факт телесного воскресения следует из самой сути таинства Крещения. Ведь именно в нем человек умирает для жизни прошлой, греховной, чтобы воскреснуть в жизнь новую, жизнь со Христом. Это и символизирует погружение в купель, которое, с одной стороны, погребение и одновременно с этим — очищение, обновление и воскресение. Но если понимать Крещение только как духовное преображение человеческой души, какой в нем смысл? Ведь все равно всех ждет телесная смерть. Поэтому апостол Павел и начинает свою речь со странного выражения: «если мертвые совсем не воскресают, то для чего и креститься для мертвых»? Иными словами, если нет в конце истории телесного воскресения, в буквальном смысле телесного, а не только духовного, для чего мы тогда крестимся? Получается мы делаем это ради того, чтобы спасти то, что в любом случае обречено на умирание? Но это же абсурд!

Во-вторых, он предостерегает коринфян от попыток осмысливать факт будущего воскресения слишком рассудочно. Это не приблизит их к сути того, что должно произойти. Но только породит в их сознании разного рода противоречия и нестыковки. Так, например, неизбежно появятся вопросы: в каком возрасте воскреснут мертвые? Если человек был увечным от рождения, воскреснет он таким же, каким был при жизни или у него будет новое тело? Как земля сможет вместить всех умерших? И так далее. Апостол Павел советует не рассуждать на эту тему, опираясь исключительно на свой житейский и интеллектуальный опыт. В качестве наглядного образа он приводит образ семени. Мы ведь не задаем вопрос, как ему удается, пройдя через смерть, существенно трансформироваться и преобразится в нечто качественно новое. Мы не смущаемся тем, что весь процесс остается скрытым от нас. Так и здесь.

Наконец, апостол Павел приводит еще одним аргумент в пользу телесного воскресения. Это аргумент нравственный. Если нет воскресения, нет и воздаяния. А, следовательно, нет и разницы между добром излом, Богом и дьяволом. И весь смысл жизни можно свести к простому: «ешь, пей, веселись, ведь завтра умрешь».

Богу все возможно. А потому будем и мы, дорогие друзья, просто доверять опыту нашей Церкви, отображенному в Символе Веры, который гласит: «Ожидаю воскресение мертвых и жизни будущего века. Аминь».