"Жизнь малых епархий". Светлый вечер с архим. Саввой Тутуновым и Марией Темновой (22.05.2017)

Гостями программы "Светлый вечер" были заместитель управляющего делами Московской Патриархии архимандрит Савва Тутунов и фотограф, пресс-секретарь фестиваля "Артос" Мария Темнова.

Разговор шел о жизни малых и удаленных епархий Русской Православной Церкви и о фотовыставке «Епархии: знакомые и неизвестные», проходящей в рамках православного фестиваля «Артос» в Москве.

---

А. Пичугин

— В студии Светлого радио приветствуем Вас мы, Лиза Горская...

Л. Горская

— ...Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Этот час, ближайший, вместе с нами и с Вами проведут архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии... Здравствуйте!

Архимандрит С. Тутунов

— Добрый вечер!

А. Пичугин

— ...Мария Темнова, фотограф сайта, проекта «Епархии знакомые и неизвестные», пресс-секретарь фестиваля «Артос». Здравствуйте.

М. Темнова

— Добрый вечер!

А. Пичугин

— У нас две темы, с которых мы начнем нашу программу. Во-первых, это фотовыставка, которая с 23 по 29 мая в рамках фестиваля «Артос» будет показывать жизнь епархий. Епархии — не знаю, кто-то из слушателей, наверняка, в курсе, кто-то нет, — епархий в Русской Православной церкви стало за последние годы значительно больше. Если раньше обычно епархии укладывались в административные границы того или иного региона, то сейчас в одной, например, Тверской области может быть сразу несколько епархий, а область становится...

Л. Горская

— Ну две.

Архимандрит С. Тутунов

— Три.

Л. Горская

— Три уже?

А. Пичугин

— Три, да.

Л. Горская

— Я отстала от времени, простите.

А. Пичугин

— Может быть, на последнем Синоде, по-моему, еще одну добавили. Ну, не важно. Теперь, в основном, регионы, которые раньше были епархиями, стали митрополиями, а внутри митрополии есть несколько епархий. Ну, об этом подробнее, я думаю, отец Савва расскажет.

Архимандрит С. Тутунов

— Да, пожалуйста.

А. Пичугин

— Я прав? Про административную историю поведал.

Архимандрит С. Тутунов

— Административная история, может быть, не самое интересное, что мы сегодня расскажем.

А. Пичугин

— Нет, тут надо просто, наверное, объяснить с самого начала, почему все это было задумано — вот проект «Епархии знакомые и неизвестные»? Для чего, с чем (нрзб.)?

Архимандрит С. Тутунов

— Вот это мы расскажем.

А. Пичугин

— Да, давайте.

Архимандрит С. Тутунов

— Собственно, епархий, действительно, стало только в России намного больше — на 119 больше на сегодняшний день. Было их в начале 2009 года 69, стало 188. Если взять всю Русскую церковь, помимо России, то еще больший рост. И эти епархии, новые епархии — они очень разные, и, в общем, достаточно незнакомые. Нам хорошо — ну, по крайней мере, большинству слушателей этого радио, нам с Вами хорошо известно, как протекает жизнь в Москве, в других больших городах.

А. Пичугин

— 25 городов вещания.

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, тем не менее, в областных городах. И это все-таки свой род жизни. А те епархии, которые были созданы, это епархии, кафедры которых, центры которых находятся в районных городах, иногда весьма и весьма небольших. Например, была не так давно создана Ванинская епархия — это в Хабаровском крае. Если не ошибаюсь, Ванино — это вообще п.г.т., поселок городского типа.

А. Пичугин

— Ванино — это вот я помню тот Ванинский порт, и (нрзб.)...

Архимандрит С. Тутунов

— Вот-вот, там, да... Но, тем не менее, это очень сравнительно небольшой населенный пункт. И по размерам — если епархии... те епархии, в границах которых находится столица региона, столица субъекта Федерации, областной город, другими словами, они остаются весьма и весьма большими, с учетом населения самого областного города и прилегающих территорий, это часто епархии, где намного больше, чем 1 миллион жителей, то те епархии, которые были выделены, могут быть очень маленькими.

Я даже не беру такой немножко экзотический пример, как Нарьян-Марская епархия, там совсем маленькая епархия по населению, но очень протяженная очень протяженная по территории.

А. Пичугин

— Ты туда просто не попадешь.

Архимандрит С. Тутунов

— Да. И там служат-то, по-моему, пять священников, плюс-минус.

Но вот, скажем, Песочинская епархия — это Калужская область, там, по-моему, 88 тысяч населения. Ардатовская епархия — это в пределах епархии... Саранская митрополия, республика Мордовия, — таам, соответственно, 100 тысяч жителей. То есть достаточно небольшие сами по себе епархии. Хотя есть из нововыделенных епархий и епархии больше — какая-нибудь Новороссийская или Нижне-Тагильская, где все-таки больше миллиона населения.

Но при этом, например, почему эти маленькие епархии, тем не менее, выделялись? Скажем, возвращаясь к примеру Ардатовской епархии республики Мордовия, там количество населения на одного священника — условно, полторы тысячи человек, ну, плюс-минус, я сейчас точную цифру не буду называть. Ну, где-то полторы тысячи человек. То есть это самая лучшая плотность такая населения к священнику.

Л. Горская

— А это население — извините, перебиваю — какого вероисповедания?

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, республика Мордовия, в основном, православная. Я специально взял примеры именно вот таких, в основном, православных регионов, потому что можно было бы поговорить о какой-нибудь Нефтекамской епархии, можно было бы поговорить о новосозданных епархиях в республике Татарстан, но там придется понимать, что есть доля населения неправославного. В республике Мордовии все-таки, в основном, население православное. Или, скажем, Новороссийская епархия — это у нас что? — Кубань, там вот я назвал — там больше миллиона населения, но при этом плотность населения к священнику — это почти 8 тысяч человек. То есть там невозможно пока что создать еще более маленькие епархии, потому что священников не хватает.

Есть епархии... Ну, скажем, даже не епархии — среди тех епархий которые вошли в проект, о котором мы сегодня еще будем говорить, есть часть епархий — викариатства. Это Николаевское викариатство Хабаровской епархии. Это часть Хабаровской области, которая находится на самом ее севере, которая по протяженности приблизительно как от Санкт-Петербурга до Белгорода — по-моему, 400(?) тысяч километров. Живет там 38 тысяч или 28 тысяч человек, на всей этой территории. Понятно, что отдельную епархию там уже никак не создашь. Там служат пять священников и владыка, который является викарным Хабаровской епархии. То есть он, фактически, не самостоятельный архиерей, но, учитывая отдаленность и то, что от Хабаровска до Николаевска-на-Амуре лететь уж не помню, сколько... Мария, не помните? Ну, несколько часов лететь на самолете — там 900 километров, по-моему, почти 1 тысяча километров, вернее, расстояние, то он, фактически, самостоятелен в своей деятельности.

Все эти епархии очень разные. Одно дело — это, опять же, Николаевское викариатство, другое дело — Новороссийское или Нижне-Тагильское в Екатеринбургской области. И нам хотелось показать вот этим проектом, в который вошли 10 очень разных епархий со всех концов России...

А. Пичугин

— А, это Вы сейчас перечисляли епархии не просто так?..

Архимандрит С. Тутунов

— Нет, там некоторые из них не вошли в наш проект. То есть я, скорее, по численности какие-то такие крайние назвал.

Нам хотелось нашим проектом показать, как живут люди, верующие люди, как живут священники, как живут новые архиереи в этих очень-очень небольших епархиях, которые не имеют преимуществ областного центра, что там происходит, что там за православная жизнь.

Или, скажу, вот Колпашевская епархия — 400 километров от Омска Колпашево. Причем, по протяженности Омская область была разбита на две епархии — Колпашевская больше по протяженности, но меньше по населению. По протяженности она, по-моему, приблизительно как вместе взятые Смоленская, Тверская, Московская, Калужская область и, по-моему, еще кусок Курской...

А. Пичугин

— Небольшая такая, крошечная.

Архимандрит С. Тутунов

— Вот да. Это все Колпашевская епархия. Населения там, понятно, сильно меньше.

А. Пичугин

— И священников там, наверняка, тоже немного.

Архимандрит С. Тутунов

— Священников — я сейчас точную цифру не назову, но там очень активные священники, несмотря на то, что это для кого глубинка, а кто-то это назовет «дырой», там очень активные священники, очень активный архиерей, причем, очень образованный — у него там филологическое образование Калининградского университета. В интервью, которое он дает этому проекту, он рассуждает о жизни людей, приводя аналогии из «Капитанской дочки», еще откуда-то из Пушкина. В общем, человек, который не просто пришел с улицы, а который еще и вжился в это.

А. Пичугин

— Есть, кстати — простите, что перебиваю, — более такие близкие примеры. Меня всегда... епархия Александровская и Юрьев-Польская, которая когда-то была...

Л. Горская

— Все-таки ПольскАя, наверное?

А. Пичугин

— Ну, официально — Юрьев-ПОльская. А так-то — да, наверное, мне ближе к сердцу «ПольскАя» говорить. Ну, не важно. Это епархия, которая была выделена из состава Владимирской, теперь это часть Владимирской митрополии, и она одном месте подходит практически к границе Московской области, там до Москвы остается километров 30, максимум, до МКАДа. Это максимально, где Владимирская область подходит к Москве. А другим своим концом эта епархия уходит в бескрайние леса и болота, куда-то уже почти к Иваново.

Архимандрит С. Тутунов

— Ну вот Вы мне объясните — наверное, отец Савва, — как вот это деление, изменение структуры епархий, может — наверное, у многих слушателей возник такой вопрос — сказывается на жизни обычного прихожанина или еще не прихожанина. Никак? Или как-то все-таки сказывается? Или, в идеале, должно сказаться, но пока не сказалось?

Архимандрит С. Тутунов

— Вы знаете, где-то сказывается, где-то еще не сказывается, где-то что-то буксует, где-то, наоборот, жизнь бьет ключом. Вот те примеры, которые были взяты в нашем проекте, там тоже не очень разные... Там, например, чувствуется разница, когда читаешь очерки с мест. Но, в целом, это мы, конечно, выбирали те епархии, о которых мы знали, что они уже достаточно активные. Или, по крайней мере, те епархии, которые созданы уже несколько лет и уже прошли период своего самого начального восстановления и поэтому развиты.

И вот, скажем, что в первую очередь происходит? В первую очередь происходит то, что архиерей, прибывая в эти места, начинает много посещать приходы и старается объединять священников. Как правило — не как правило, иногда так, иногда по-другому, скажем так, — но нередко священники в этих отдаленных районах жили немножечко оторвано... ну, предоставлены сами себе. Это не значит, что они плохо трудились. Это значит, что они были предоставлены сами себе и что у них нередко не было даже вот такого регулярного общения с собратьями. Не то, что с архиереями, а именно с собратьями.

Вот я был не так давно (год назад уже, наверное) в епархии, которая не вошла в наш проект, но которую можно вполне отнести к таким епархиям в глубинке, — это епархия в Югорске. Югорск — это, в принципе, достаточно богатый, потому что там есть газ, но, с другой стороны, эта епархия, в общем, которая находится посреди поля. Югорск — это часть Ханты-Мансийской области. Город там вырос только за счет, собственно, добычи полезных ископаемых, так же, как и другие города этого региона или другие населенные пункты. И я со многими там общался. Мы специально туда ездили с одним моим коллегой, чтобы ознакомиться с жизнью конкретно этой новой епархии. И мы расспрашивали священников — ну, прихожан в меньшей степени... — священников, представителей местной власти, что изменилось.

Для местной власти архиерей — это, конечно, удобнее... Ну, как — удобнее? С архиереями удобнее общаться и принимать решения, потому что ты понимаешь, что архиерей уже решение принял, ему не нужно ни у кого дальше спрашивать. А когда строятся какие-то проекты по строительству храмов, по открытию воскресных школ, по созданию каких-то, условно, православных детских лагерей...

Л. Горская

— ...проведению Крестных ходов.

Архимандрит С. Тутунов

— Проведение Крестных ходов — это очень, скорее, внутренняя история. Ну, может быть, и проведение Крестных ходов. Но, по крайней мере, именно такие вещи, которые для прихожанина важны. Новый храм для прихожанина, безусловно, важен. Воскресная школа для прихожанина, безусловно, важна. И так далее. В этих вопросах власти будут идти... Им легче будет работать, если есть архиерей на месте, чем если договариваться с благочинным, который поедет спрашивать у архиерея в областном городе за тридевять земель, и неизвестно еще, какой он ответ привезет.

Поэтому, с точки зрения такой административной, появление нового архиерея позволяет продвигать, развивать какое-то количество проектов.

Помимо этого, архиерей, вот этот конкретный, в том числе в этой епархии и вот в Бежецкой епархии, которая вошла в наш проект, начал активно объединять священников, то есть собирать их, обсуждать с ними... Причем, не то, что обсуждать — «я начальник, ты дурак» — именно рассуждать вместе с ними о том, что можно сделать. И когда со священниками идет диалог и когда они вовлекаются в диалог, они могут открыть что-то для себя, чего раньше не было.

Это не значит, что все примеры вот такие идеальные. Есть некоторые епархии, где вот так происходит, есть епархии, где происходит пока еще не всегда удачно.

А. Пичугин

— Мы напомним, дорогие слушатели, что сегодня в гостях у радио «Вера» архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии, Мария Темнова, фотограф проекта «Епархии знакомые и неизвестные», пресс-секретарь фестиваля «Артос». Мария, у Вас знакомство с епархиями как началось? Вы фотограф, но почему Вы решили заняться именно этой церковной епархиальной темой?

М. Темнова

— Вы знаете, в этот проект меня пригласили достаточно давно, когда он только начинался. Мы уже этот проект завершили на данном этапе, и вот как раз фотовыставка, которая пройдет на фестивале «Артос», стала неким итогом, которая представляет целостную картину — как раз то, о чем говорил отец Савва. Для меня, как для организатора фестиваля «Артос», особенно интересно то, что эта выставка очень по-разному иллюстрирует как раз то основное, что связано с этим проектом. Задача была, прежде всего, рассказать о реальной современной жизни каждой из епархий, о тех особенностях, которые их отличают друг от друга. Потому что, действительно, очень разный колорит, очень разный климат, очень разные архиереи, что особенно видно по интервью. И вот то, о чем как раз говорил отец Савва, я хотела бы для себя вспомнить. У меня было одно из очень ярких впечатлений — одна из первых епархий, которую я посетила, это была Бежецкая епархия, и как раз епископ Бежецкий и Весьегонский Филарет дал замечательное интервью и очень подробно рассказывал о жизни епархии и сказал замечательные слова, что образование новых епархий — своеобразное формирование пространства — происходит при появлении активной жизни епархии. То есть, действительно к ней подтягиваются и общественные организации, и люди становятся более активными, и духовенство сближается. И для меня это был такой, своего рода, новый взгляд на то, чем живет Православная церковь сегодня. Потому что, к сожалению, действительно информации очень мало, и особенно в тех епархиях, которые очень, скажем, малонаселенные, удаленные от Москвы. И увидеть то, как там происходит вот как раз формирование этого духовного пространства за счет образования новой епархии и за счет личности архиерея, это было настолько интересно. Это был действительно своеобразный такой калейдоскоп — совершенно от Среднерусской возвышенности до Астраханских степей. Вот лично у меня это просто был какой-то взрыв новых эмоций и впечатлений и совершенно новый взгляд на то, как это происходит в реальности.

А. Пичугин

— Мария, тогда расскажите про фестиваль «Артос», чтобы мы лучше понимали, в рамках чего проходит эта выставка. Тем более, бесплатные маршрутные такси.

Архимандрит С. Тутунов

— «Артос» — это проект, действующий при Комиссии Русской Православной церкви по выставочной деятельности. ЭТ о фестиваль, который в течение года проводится несколько раз (в зависимости от года — четыре или пять раз). И каждый раз, проводя этот фестиваль, мы выбираем какую-то большую тему, которой будет этот фестиваль посвящен.

В данный раз мы выбрали тему «Путешествие к православию», и в течение семи дней работы фестиваля мы будем рассказывать каждый день о какой-то из дружественных нам православных стран — о Грузии. о Сербии, о Румынии. о Греции. И, собственно, вся программа фестиваля направлена на то, чтобы самому широкому кругу посетителей (и это совершенно не обязательно будут люди православные — это могут быть просто посетители парка «Сокольники», это могут быть люди, только делающие первый шаг в сторону Церкви) прийти и познакомиться с культурным наследием стран, посетить выставку, ярмарку, посетить какие-то образовательные площадки, посмотреть кино, сходить на концерт. То есть программа фестиваля каждый раз очень разнообразная. Мы стараемся подобрать разнонаправленные события, чтобы это было интересно людям разного возраста, людям разных интересов, увлечений. И собственно фотовыставка — это вот постоянно действующая экспозиция. В рамках «Артоса» она будет проходить все семь дней, и мы надеемся, что она станет таким вот объединяющим звеном, поскольку рассказ о православии, о путешествии в православие невозможно, на наш взгляд, на взгляд организаторов, без того, чтобы, прежде всего, людей познакомить с тем, чем живет Русская Православная церковь сегодня и наша родная необъятная страна, что в ней происходит интересного.

А. Пичугин

— Все работы Ваши?

М. Темнова

— Нет, у нас принимал участие в подготовке этого проекта... Вообще, надо сказать, что эта выставка — это итог очень масштабного проекта, который был реализован православным порталом «Приходы». И фотовыставка является всего лишь небольшой частью того, что было подготовлено журналистами и фотографами совместно в рамках этого проекта.

В рамках самого проекта представлено более 1 тысячи фотографий, в итоговую экспозицию, в отбор вошло только 70 фотографий из этой тысячи. И, собственно, сам проект посвящен подробному расскажу о каждой из епархий. То есть то, что будет представлено на фестивале, это некое общее знакомство.

Л. Горская

— Вот Вы сказали, что людей нужно познакомить с деятельностью(?), с православием, а мне кажется, что людей нужно, в первую очередь, познакомить с людьми. И сейчас во всех проектах, которые так или иначе связаны — я, наверное, скажу — с исследованием российских регионов (звучит дико, но так и есть, потому что зачастую действительно жители крупных городов не подозревают, что там, вдалеке, а это интересно)... И я вот видела, что проект «Епархия» вот как раз об этом. Отец Савва?

Архимандрит С. Тутунов

— Да, собственно, о чем я хотел сказать — мы сейчас с Вами сидим, рассуждаем. пытаемся рассказать друг другу о том, что... Ну, я сам — рассказать, плюс, Мария — Вам рассказать о том, что было в этом проекте, и что, какие там тексты были, какие фотографии. На самом деле, этот проект надо читать и смотреть. Потому что это, в первую очередь, история жизни людей. Это история жизни людей, как, например... Ну, там есть очень... Журналисты у нас там разные были. Кто-то более строги, кто-то более такой лиричный. Там есть романтичная истории о том, как один священник, будучи выпускником, по-моему, Гнесинки или музыкального высшего учебные заведения московского в итоге поехал служить, по-моему, как раз в Колпашевскую епархию, познакомившись там со своей невестой, ну и, собственно, уехал к ней. Ну, там это целая история — как это произошло. Есть более, может быть, строгие и как бы такие не официальные, а, скорее, описательные тексты про то, как живут люди... как живут архиереи, что они делают, когда их деятельность уже такая, более публичная. Но все это — именно рассказы о людях, об очень разных людях, которые для многих наших слушателей, повторюсь, малознакомо... Ну, кто-то вырос, но уехал в мегаполис, и кто-то вырос, родился в мегаполисе. Но все-таки большинство епархий, которые мы затронули, это действительно достаточно отдаленные, но многочисленные по своему подобию... То есть это достаточно отдаленные края нашей страны, но которых в нашей стране очень много.

А. Пичугин

— Мы очень боимся слова «провинция»... Это красиво — провинция!

Архимандрит С. Тутунов

— Это провинция. Это провинция, причем, это глубокая провинция. Даже тот же Бежецк, хотя от Бежецка, в общем, недалеко отсюда...

Л. Горская

— Сравнительно недалеко.

А. Пичугин

— Это пару часов от Москвы.

Архимандрит С. Тутунов

— Да. Это уже такая провинция, вполне, причем, где-то симпатичная, где-то не очень богатая, где-то откровенно нищая...

Л. Горская

— Где-то дорог нет.

Архимандрит С. Тутунов

— Где-то дорог нет, совершенно верно. Тот же владыка Филарет рассказывает, с какими трудами он объезжает епархию, хотя старается посетить каждый приход несколько раз в году.

А. Пичугин

— Тот же владыка Филарет у нас здесь в студии рассказывал, как еще в 90-е годы отцы епархии, потому что денег вообще не было, все были нищие, ездили в Германию, перегоняли машины, чтобы хоть как-то прокормить свою семью. Но сейчас, говорит, конечно, уже ситуация сильно изменилась, но ситуации разные.

Архимандрит С. Тутунов

— Да. Но сами эти истории очень интересны. То есть мы видим не какие-то такие мощные приходы с многочисленным клиром, с многочисленными прихожанами на службе, что замечательно, что такие приходы есть. И слава Богу, что они есть, и это действительно радость, когда есть большой приход — Московский, Петербургский. Даже в самой Твери — Тверской, где много священников, где каждый день, может быть, идут службы, где большая воскресная школа, где много прихожан. Это замечательно, это есть. А помимо этого, есть много приходов намного меньше, которые живут другой жизнью.

А. Пичугин

— И приходов ли? Я вспоминаю — в Ивановской области (это одна как раз из новообразованных епархий), ну тоже... Шуйско-Итейковская, по-моему, она правильно называется, тоже ведь от Москвы, если без пробок, то два — два с половиной часа. Пять-шесть храмов, которые окормляются одним священником, причем, храмы на расстоянии друг от друга в 50-60 километрах, в половодье иногда больше 100.

Архимандрит С. Тутунов

— Это, кстати, реалии, реальность нынешней жизни вот таких епархий — в том, что... Как-то вот так на язык попалось, вот владыка Филарет об этом рассказывает. Одна из задач, которую он старался осуществить, которой он старался достичь, которую старался решить, это именно окормление максимального числа населенных пунктов. Понятно, если в населенном пункте, условно, 10-15 человек живет, священника туда не направишь на постоянной основе. Значит, строится маленькая часовня, и священник периодически туда приезжает. Или даже не часовня — выделяется какое-то помещение. Там вот в проекте есть даже фотографии таких маленьких часовен совершенно. Ну, для нас, может быть, она... Может быть, даже она уродливая, может быть, она такая... какое-то непонятное строение. Но это то, что вот они смогли сделать, вот туда священник периодически приезжает и хоть как-то общается с людьми, рассказывает им о Боге, помогает им, совершает какие-то богослужения.

Л. Горская

— Детей крестит, в конце концов.

Архимандрит С. Тутунов

— Детей крестит, в том числе.

А. Пичугин

— Если там еще дети есть.

Архимандрит С. Тутунов

— Где-то есть. Ну, или, по крайней мере, причащает жителей...

А. Пичугин

— Бабушек.

Архимандрит С. Тутунов

— Причащает, исповедует их тоже.

М. Темнова

— Ну, Вы знаете, кстати, вот Вы заговорили о провинции, Вы сказали это с такой немножко, наверное, негативной коннотацией, а я хочу как раз, как фотограф этого проекта... К сожалению, я посетила только три епархии, но за жизнью проекта, естественно, я очень внимательно следила... Как раз сказать, что меня удивило, и очень приятно — много детей. Очень много детей. Очень, вот несмотря на то, что, вроде бы, жителей не так много в населенном пункте, и действительно, как бы в отсутствие, допустим, каких-то досуговых учреждений, в отсутствие каких-то градообразующих предприятий, вокруг которых раньше была какая-то активная жизнь, как раз именно приходы и даже небольшие деревенские часовни становятся таким центром общественной жизни. И очень приятно было увидеть, особенно когда мы посещали Ахтубинскую епархию (это в Астраханской области)... Там очень большие расстояния. То есть там как раз как в той песне — «Степь да степь кругом». Ты едешь по этой бесконечной степи...

А. Пичугин

— «Вперед — 500, назад — 500».

М. Темнова

— Ты едешь по этой бесконечной степи. И, тем не менее, вот в тех как раз не больших населенных пунктах, которые в епархии есть, очень активная жизнь, очень много детей и какой-то совершенно такой невероятный свет распространяется. И это ощущается абсолютно четко. То есть это не какое-то такое сиюминутное впечатление фотографа. Мы там достаточно много времени провели, и это было очень приятно — увидеть провинцию именно в таком позитивном ключе.

А. Пичугин

— Мы напомним, что в гостях у радио «Вера» сегодня архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии, Мария Темнова, фотограф проекта «Епархии знакомые и неизвестные», пресс-секретарь фестиваля «Артос». Лиза Горская, Алексей Пичугин, мы через минуту вернемся.

Мы возвращаемся в студию Светлого радио. Здесь сегодня архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии, и Мария Темнова — фотограф проекта «Епархии знакомые и неизвестные». Лиза Горская, я — Алексей Пичугин.

Л. Горская

— Возвращаясь к тому, с чем приходится сталкиваться в отдаленных епархиях, отец Савва сказал такую фразу: эти епархии, эти приходы живут другой жизнью, не такой, как городские приходы, где много людей. Чем отличается эта жизнь, и какие нужды первичны для такого рода церковных общин?

Архимандрит С. Тутунов

— Скажем так, во-первых, то, что их объединяет, все наши приходы: то, что везде совершается одно и то же богослужение, одна и та же евхаристия. Отличаются они, собственно, так же, как отличаются малые города от Большой Москвы — тем, что там меньше людей. Соответственно, один священник вместо многих. Один священник, как сегодня уже было сказано, должен окормлять не один приход и даже не один город, а несколько городов, расположенных очень удаленно друг от друга. Соответственно, ему приходится дергаться туда-сюда. Соответственно, в каждом городе люди его видят реже. Там все-таки меньше, как правило, несмотря на сказанное сегодня, как правило, все-таки там меньше детей и молодежи.

А. Пичугин

— Простите, пока мы далеко не ушли: а почему так происходит? Это нехватка кадров?

Архимандрит С. Тутунов

— Очень просто...

А. Пичугин

— Это невозможность священнику просуществовать, если там будет двое-трое священнослужителей? Они просто не смогут прокормиться?

Архимандрит С. Тутунов

— Просто не смогут прокормиться, как правило. Нехватка кадров — да, и это тоже. Потому что все-таки чуть-чуть увеличить — ну, может быть, не чуть, где-то, может быть, существенно увеличить количество священников, но не хватает кандидатов, а где-то уже нельзя увеличить количество священников, потому что просто больше не прокормишься, — и то, и то есть. Но обе ситуации верны в том или ином месте. Но... Да, есть, действительно, конечно, есть места, ну вот куда — мы уже упоминали — куда священника не назначат, просто потому, что там его не прокормят. Он там не прокормится, даже если он будет сам свой огород сажать, но все-таки какие-то средства материальные нужны, помимо продукции огорода.

Л. Горская

— А вот что значит «прокормить священника»? Этот «прокорм» — он из чего состоит?

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, священник нередко — у нас, конечно, есть монашествующее духовенство, но нередко у священника есть, помимо себя, которому нужно кушать, ему самому, еще есть жена, еще есть дети, которым тоже нужно не только кушать, но и лечиться, учиться, одеваться. И это все стоит денег, как, наверное, всем нам известно. И чтобы эти одежду, еду, лечение, наверное, какой-то отдых, учебу оплатить, священнику нужно жалованье, как всем, собственно, людям. И если священник будет один служить в деревне, где живут 20 человек, то у него этого жалованья не хватит.

Л. Горская

— Вот это, собственно, и был мой вопрос — то есть жалованье священника формируется из доходов приходских?

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, из тех пожертвований, которые приносят в храм.

Л. Горская

— То есть сверху ему никто зарплату не платит?

Архимандрит С. Тутунов

— Есть епархии, где архиереи, особенно те епархии, где, скажем, очень большой центр — областной, например, — и есть при этом еще и большое количество деревенских храмов. Совсем. То есть не деревенских Московской области, которые, в общем, деревни еще достаточно такие...

А. Пичугин

— Уже и не назовешь...

Архимандрит С. Тутунов

— И не назовешь, да, а именно вот деревни действительно. Есть нередко ситуации, когда происходит некая канализация этих средств — что-то епархия может доплачивать священникам, которые трудятся в глубинке. Как правило, все-таки это делается по-другому. Как правило, поскольку священники — это те священники, которые служат в глубинке, они, если не назначены на несколько храмов, служат только по субботам-воскресеньям там, в глубинке, то на будни они нередко приезжают служить в будничных службах в город. Разные есть схемы...

Л. Горская

— У меня, собственно, почему вопрос возник... Я в свое время, очень много лет назад, была поражена, приехав из Москвы на какие-то праздники в отдаленную епархию, в деревенские храмы, обнаружив, как там люди... Обнаружив, что там проблемы совершенно другого порядка. То есть там важно набрать денег на кагор, на масло, на муку, чтобы испечь просфоры силами местных бабушек. Ну, то есть здесь кому-то жемчуг мелкий, а кому-то минимум богослужебный... как сказать... минимум, необходимый для службы, иметь, это уже большое достижение. Но я думаю, с тех пор ситуация изменилась все-таки в лучшую сторону.

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, всякое есть. Наверное, и такое тоже есть. Вот в том же нашем проекте есть история про владыку, вот как раз викария Хабаровской епархии, Николаевска-на-Море, который приехал в один из пяти приходов, которыми заведует, и они вместе с местным настоятелем, как он рассказывает в своем интервью, лобзиком дотачивали алтарную преграду, потому что ее сделали слишком глухой. Ну, владыка Аристарх — вот он такой, вот он готов взять лобзик в руки и сам пилить. Поэтому всякие ситуации есть, разные. Но, в целом, конечно, сейчас людей больше. Даже в определенных местах все-таки люди больше ходят в храмы, чем 10-15-20 лет назад. По-разному.

Ну, скажем, нельзя сказать, что вот прямо совсем большинство приходов России находятся в той ситуации, о которой Вы сейчас рассказали. Но, конечно, в селе жизнь еще отличается тем, что... Ну, вот, например, во многих приходах в провинциальной глубинке меньше молодежи, конечно, чем мы ее видим на приходах в Москве. Меньше детей, чем мы видим на приходах в Москве. Почему? Ну потому что... Ну, детей, может быть, не меньше, а вот молодежи меньше, потому что молодежь уезжает учиться в районные и областные центры, где есть специальные учебные заведения и вузы. Просто они не могут оставаться там — негде учиться.

Ну, а потом, опять же, есть епархии очень разные. Скажем, та же Ардатовская епархия, о которой я говорил в самом начале (это Саранская область) — там большая часть народа, значительная часть народа ходит в храм. Поэтому, несмотря на то, что епархия очень маленькая, 100 тысяч населения, все равно там во всех храмах много людей. А где-то в других местах — скажем, в Красном Поясе — там народ вообще не ходит. Потому что так исторически сложилось. Там совершенно другая ситуация.

Поэтому говорить о том, что... Мы можем сказать о том, что жизнь Церкви, жизнь приходов не в областных городах, тем более, не в Москве, отличается от той, которую мы знаем в Москве или волостных городах, но вот прямо взять и описать ее будет затруднительно, потому что она очень... Даже в хорошем смысле, без какого-то отрицательного оттенка, в этой провинциальной глубинке... Провинциальная глубинка очень сильно отличается, в зависимости от места.

Поэтому, в том числе, я приглашаю почитать наш проект, в котором епархии самые разные.

А. Пичугин

— Мария, а Вас что больше всего удивило? Те епархии, которые Вы сами посетили, посмотрели, снимали? Вы снимали только церковную жизнь или вообще жизнь глубинки?

М. Темнова

— Нет, мы снимали жизнь около Церкви. То есть это не строго церковная жизнь — это и жизнь, которая ежедневно происходит там. Как выглядят храмы, много ли восстановлено храмов, много ли храмов было разрушено в годы советской власти, после революции, Что вообще происходит в, скажем так, даже не епархии, а немного шире — в области, как в административной единице? И я могу сказать, что очень многое изменилось. То есть судить по ситуации, которая была, допустим, пять, семь, восемь лет назад, наверное, уже не совсем корректно. Потому что как раз и образование новых епархий, и приход епископов очень многое в некоторых епархиях изменил. И можно сказать, что та картина, которую мы сейчас наблюдаем, она как раз... Вот и любопытен проект тем, что он схватывает какие-то детали каждой епархии, и очень разные детали. У нас есть зарисовки и из общественной жизни, и, скажем, ну, я не знаю, как это можно назвать — и архитектурной составляющей каждой епархии. И, собственно, такое, скажем — портрет архиерея, беседа с ним. Это и то, что касается жизни, вообще далекой от Церкви — то есть это, например, то как раз, чем живет молодежь, куда она уезжает или не уезжает из этой области, что вообще происходит в общественной жизни региона в целом. И вот как раз вот этот весь спектр событий, которые касаются этой области, этой епархии, он в проекте достаточно полно представлен, в том числе и в фотографиях. Потому что фотографии являются иллюстрацией как раз к журналистской работе, к этим портретным зарисовкам, к этой картине каждой из епархий. И, собственно, сам отбор фотографий финалистов, если можно так об этом говорить, основывался на том, чтобы совершенно разные аспекты показать. Портреты людей, крестные ходы, храмы епархии, какие-то картины природы, характерные для этого региона, чтобы наиболее полно представить ту картину, которую мы видели. Наверное, меня как раз больше всего и удивило то, насколько разные епархии. То есть, кажется, вроде бы, например, Белев и Бежецк — это приблизительно одинаково удаленные от Москвы города, одинаково, можно так сказать, провинциальные, но при этом там совершенно разная жизнь — не только церковная, а жизнь в целом.

А. Пичугин

— Мы напомним, дорогие слушатели, что сегодня в гостях у радио «Вера» архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии, и Мария Темнова, фотограф проекта «Епархии знакомые и неизвестные», пресс-секретарь фестиваля «Артос», Что вот Вас больше всего, может быть, удивило? Может быть, растрогало, порадовало? Или, наоборот, не понравилось в той жизни, в которую Вы окунулись, в то, что Вы увидели?

М. Темнова

— Вы знаете, на самом деле, я ожидала более негативных впечатлений, как человек, скажем так, активно следящий, в основном, за жизнью крупных городов. И, поехав в города небольшие, я ожидала увидеть там, ну, такое немножко, как сказать, болото. Но меня удивило как раз то, что жизнь там, независимо от каких-то совершенно отличающихся от столичных условий, очень живая, очень интересная. И, конечно, прежде всего, встречи с людьми. Это совершенно разные люди. Это были и насельники монастырей, и собственно сами архиереи, и люди, трудящиеся в храмах. Это совершенно удивительный какой-то калейдоскоп историй, которые люди рассказывали. И было настолько интересно увидеть именно тех людей, которые это самое церковное пространство формируют, и с ними пообщаться, и настолько... Был совершенно иной взгляд. Вот Тверская область — это места, где я проводила свое детство у бабушки и дедушки. Там очень сильно изменилась жизнь за это время. Но при этом общение с людьми — оно определило, в целом, какое-то совершенно суперпозитивное впечатление от проекта в целом. И я была очень приятно удивлена тем, насколько люди определяют то, что сейчас там происходит, насколько много делается людьми, вроде бы, казалось бы...

Л. Горская

— А кто это может еще определять, кроме людей?

М. Темнова

— Ну как — есть обстоятельства, которые могут что-то определять, а есть люди, которые сами собой формируют то духовное пространство...

Архимандрит С. Тутунов

— Думаю, что Мария говорит не только о том, что у нас, ну, чего уж греха таить, нередко, чтобы что-то получилось, кажется, что это должно начальство решить, что должно начальство сделать, да? А я так понимаю, что Мария говорит о том, что все люди формируют жизнь в тех местах, которые она посетила, да? Если...

М. Темнова

— Да, совершенно верно. То есть там было рассказано очень много историй о, например, восстановлении храмов, просто связанных с историей людей, с их семьей, что они сами жертвовали, они вложили очень много усилий для того, чтобы восстановить в каких-то совершенно маленьких деревнях храмы. И люди, которые помогали восстанавливать, просто банально, действительно, участвовали — сами готовили что-то для иконостасов, сами, своими руками делали. А кто-то привозил какие-то семейные иконы. которые, возможно, имеют огромную материальную ценность, но они не были проданы ни на аукционе, и так далее, были просто пожертвованы в храм людьми. И вот эти все истории — они были очень трогательные.

Л. Горская

— Ну, Вы, да... возможно, эти иконы в ряде случаев вообще под спудом люди хранили, рискуя жизнью — ну, или, как минимум, свободой — в свое время, пряча их из разрушенных храмов, спасая их оттуда. В общем, Вас поразили люди?

М. Темнова

— Да.

Л. Горская

— Встреча с ними оказалась гораздо более светлой и оптимистичной, что ли, чем Вы предполагали?

М. Темнова

— Да, понимаете, есть такая проблема — российская дорога, расстояние.

Л. Горская

— Водка еще.

М. Темнова

— (Смеется.) И, казалось бы, при низкой плотности населения, когда приезжаешь в какой-то храм, как говорят, что туда приходят двадцать бабушек, и, с одной стороны, это впечатление может быть очень таким поверхностным — о том, что эти двадцать бабушек — это что-то очень печальное. Ну как же так — на службу пришли двадцать бабушек! А когда начинаешь общаться с каждой из них и слышишь историю каждого конкретного человека, открываешь какие-то совершенно неожиданные вещи, истории, просто наполненные таким личным... Ну, я не знаю, можно ли тут назвать — это, наверное, будет очень так пафосно звучать, духовным подвигом людей, но, тем не менее, там были такие истории...

Л. Горская

— Они все — героические, наши бабушки.

Архимандрит С. Тутунов

— Речь идет не только о бабушках, на самом деле. Мы... Иногда есть такое клише, что ли, что провинция у нас грязная, провинция у нас нищая, провинция у нас загибается, да?

Л. Горская

— Стремится в Москву.

Архимандрит С. Тутунов

— Ну, это, может быть, даже отчасти верно, к сожалению. Но что провинция у нас загибается. Где-то это правда. А те лица и священников, приехавших иногда из той же Москвы в какое-нибудь такое место, куда мысли не было, чтобы такой человек туда поехал...

А. Пичугин

— А это частая история?

Архимандрит С. Тутунов

— Нет, это не частая история, чтобы кто-то из Москвы приехал совсем в глубинку — конечно, это не очень частая история.

А. Пичугин

— И стал священником.

Архимандрит С. Тутунов

— Да. Но это есть. И это не единичные, скажем... Это не частые, но и не единичные случаи. Конечно, чаще всего все-таки священники, служащие в глубинке, это люди, которые родились и выросли, ну, по крайней мере, в том же регионе. Не обязательно в таких же удаленных от областного города местах, но, по крайней мере, может быть, в самом областном городе и регионе. Но хотя разные очень есть.

А. Пичугин

— Молодежи много на службах в таких храмах? Я понимаю, что все зависит от епархий, от городов, от сел, но, наверное, можно вычленить какое-то среднестатистическое — ну, не среднестатистическое — какую-то общую картину.

Архимандрит С. Тутунов

— Не думаю.

М. Темнова

— Нет, Вы знаете, это очень сложно, потому что ситуация с молодежью — она, собственно, не в самих епархиях, она в областях России очень разная. Есть области, где просто банально нет перспективной работы. И, естественно, понятно, что молодежь будет ехать и учиться и работать в более крупные областные центры. И, к сожалению, эта проблема есть, но она не характерна для всех епархий.

Архимандрит С. Тутунов

— Где-то так, а где-то по-другому. О чем я и говорил — что все эти епархии, как, собственно, все российские регионы, очнеь разные. Как внутри одного и тього же российского региона есть тоже очень разные, скажем, районы. Ну, возвращаясь к тому, о чем я говорил, что вопреки этому общераспространенному клише, что провинция загибается (опять же, что отчасти верно, к сожалению), все-таки те портреты, которые нарисованы в этом проекте (фотопортреты, письменные портреты, портреты пером, если можно так выразиться, хотя, скорее, клавиатурой, но...), — вот эти портреты говорят о тех живых людях, которые есть в этих живых местах, где не просто теплится жизнь, а жизнь живет. В том числе, живет там, где живет церковная жизнь, где действует церковь действительно не закрыто, где Церковь развивается, где люди развиваются в Церкви. Это не только священники, это, тем более, не только те священники, которые приехали из Москвы в глубинку (все-таки это исключительный случай), но это и не только священники — это и люди, которые миряне многочисленные, которые в той или иной форме участвуют в жизни Церкви. Кто-то преподает в воскресной школе, кто-то на клиросе поет, кто-то чем-то еще занимается, кто-то с молодежью работает там, где она есть. Это прихожане просто. Это те люди, которые понимают в строительстве храмов. Но сейчас не строительством храмов только мы живы — есть еще много дел, которые нужно делать, помимо строительства храмов. Это, в первую очередь, на самом деле, проповедь Евангелия. Если только строить храмы и не проповедовать Евангелие, мы, в общем, далеко не пойдем.

Л. Горская

— А вот сам проект «Епархии знакомые и неизвестные» — он все-таки для кого? Он... Да, для кого? Он для тех людей, которые трудятся, подвизаются в отдаленных епархиях? Он для нас в больших городах, чтобы мы вообще представляли, в какой стране, в какой церкви — я имею в виду земную ее часть — мы пребываем?

Архимандрит С. Тутунов

— Вы знаете, для тех и для других. Он интересен нам, чтобы мы понимали, что есть и другие люди, кроме нас. Он интересен... Я знаю, что он принес даже просто непосредственную пользу в некоторых епархиях тем людям, которые участвовали в этих проектах, когда через эти проекты они завязали какие-то отношения, в том числе, с нашими фотографами, журналистами, стали с ними работать, общаться, переписываться. Те к ним приезжают. Они уже развивают какие-то другие проекты, не обязательно в области информационной, но уже вместе. Потому что наладился какой-то контакт все-таки с представителями крупного города, столицы. И что-то у них развивается свое.

Я знаю, что в некоторых епархиях... То, что мы сделали этот проект и его опубликовали, это привлекло интерес местных СМИ к этой епархии. Местные СМИ заинтересовались, стали больше о ней писать, соответственно, и люди стали больше интересоваться. То есть не хочу сказать, что мы как-то сделали что-то такое большое, что изменило коренным образом жизнь этих конкретных епархий, но где-то что-то изменилось. В каких-то епархиях — да, в каких-то — нет, опять же. У нас 10 епархий участвовали в проекте. Где-то ничего не дало.

Л. Горская

— У Вас на какой стадии вообще проект сейчас?

Архимандрит С. Тутунов

— Проект закончился. То есть мы сделали... Он был профинансирован грантом «Православной инициативы», и, собственно, грант исчерпал себя, сейчас исчерпывает себя. И мы сделали 10 комплексов репортажей и фоторепортажей. По каждой епархии — несколько либо очерков, либо интервью, и очерков, и интервью, и обязательно фоторепортаж, в который входит несколько десятков сотен фотографий, да, Мария?

М. Темнова

— Да, где-то более 100 фотографий на каждую епархию.

Архимандрит С. Тутунов

— Как минимум, да. И, собственно, сейчас мы пока что завершили.

А. Пичугин

— Мы будем уже заканчивать тоже нашу программу...

Л. Горская

— ...хотя хотелось бы поговорить еще.

А. Пичугин

— А уже все! Напомним только, что с 23 по 29 мая (соответственно, уже завтра) открывается в Сокольниках, во 2-м павильоне фотовыставка «Епархии знакомые и неизвестные», Приходите. Я думаю, что всегда интересно посмотреть на то, как живут люди. С одной стороны, недалеко от Москвы — там, пару часов. С другой стороны, вообще край света, где-то — ну, по нашим представлениям, людей, живущих в большом городе. Ну, и также напоминаю, что выставка, о которой мы сегодня говорили, проходит в рамках 7-го Международного православного фестиваля «Артос». Он также с 23 по 29 мая в Сокольниках, там же, будет проходить, а его центральная тема — это «Путешествие к православию». Он объединяет около 200 участников из России и из стран ближнего, дальнего Зарубежья. Ожидается, что в разных мероприятиях фестиваля будут принимать участие представители Греции, Сербии, Грузии, Румынии, Италии, Белоруссии, Украины — ну, и, конечно же, как я уже сказал, России. Вход на все мероприятия свободный. С 11 до 19 вечера (правда, в последний день — до 17 вечера) фестиваль «Артос» ждет гостей. Сокольники, павильон № 2, Конгрессно-выставочный центр. Адрес: 5-й Лучевой просек, дом 7. От метро «Сокольники» до павильона, как мы уже в ходе нашей программы выяснили, будут ходить бесплатные маршрутки.

Спасибо нашим гостям, которые были с нами этот час. Архимандрит Савва Тутунов, заместитель управляющего делами Московской патриархии, Мария Темнова, фотограф проекта «Епархии знакомые и неизвестные», пресс-секретарь фестиваля «Артос». Лиза Горская...

Л. Горская

— ...Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Будьте здоровы!

Архимандрит С. Тутунов

— Спасибо!