Поделиться
Александр Вампилов. Художник: Квасов Юрий Николаевич.
«Я иногда посещаю лекции, изучаю физиологию, психоанализ и другие полезные вещи… У людей толстая кожа, и пробить ее не так-то просто… Надо соврать как следует, только тогда тебе поверят и посочувствуют. Человека надо напугать или разжалобить!».
Это была реплика одного из главных персонажей пьесы Александра Вампилова «Старший сын», – пьесы, написанной в 1960-е годы, и обошедшей едва ли не все наши театры, включая самые крупные, столичные. Правда, столичные – уже только после гибели драматурга, не успевшего встретить своё 35-летие.
Фрагменты фонограмм для закладок я взял из одноименного фильма Виталия Мельникова. Студента Володю Бусыгина, выдающего себя за якобы нашедшегося сына стареющего концертного музыканта, там сыграл (как вы слышали) – Николай Караченцов. Роль же «отца», Андрея Сарафанова – исполнил Евгений Леонов.
Итак, два студента-гуляки опоздали на электричку. Ища тепла, еды и ночёвки они подслушали у подъезда имена жильцов, поднялись в избранную квартиру и один из них объявил себя сыном бывшего гастролёра… Чистый, простодушный человек, воспитавший после развода двоих детей (они присутствуют в пьесе), ему поверил. Да так поверил, что ночью наш студент, волнуясь, обозначил Сарафанова – в разговоре с приятелем – как …святого. Словом, он по-настоящему растерялся, захотел, было, дать поскорее дёру, да не сумел. К всему прочему, в ту бессонную ночь ему – как старшему сыну – доверили сокровенное:
«[Сарафанов] Каждый человек родился творцом, ну, конечно, каждый в своём деле. И каждый, Володя, должен в меру своих сил, способностей – творить, – чтоб лучшее в нем… чтобы самое хорошее в нем оставалось – другим. Оставалось людям! Я поэтому сочиняю…»
Дочь Сарафанова – Нина – доверительно рассказала новообретенному «брату», что её мать, смеясь, называла своего мужа «блаженным», что её отец издавна сочиняет кантату «Все люди братья», и что за годы он написал «целую страницу».
...Даже если бы этих слов – «святой» и «блаженный» – не было, если бы в пьесе Вампилова не слышалось эха евангельской притчи о блудном сыне (оговорюсь, что Володя Бусыгин, начая свою игру, мстительно помнил о личном безотцовстве), – я всё равно знал бы наверняка, что «Старший сын» – есть подлинное христианское сочинение, написанное в те годы, когда начальство пообещало предъявить публике последнего живого священника. Впрочем, вряд ли Вампилов об этом так думал.
И дело не в том, что я сам долгое время рос без старшего мужчины в доме.
Просто эта пьеса и этот фильм, видимо, оказались для меня первыми уроками христианской любви, преподанными языком драматургии, языком лицедейского искусства. Так вышло.
«[Сарафанов] Я сейчас возвращался домой, и думал. Размышлял о жизни. И что ни говори, а жизнь мудрее всех нас, живущих и мудрствующих. Она милосердна, она справедлива. Героев она заставляет усомниться, а все тех, кто сделал мало, или… ничего не сделал, – но проживших жизнь с чистым сердцем, понимаешь, Володь? – она утешает. Ты понимаешь? Она утешает».
Героев она заставляет усомниться, а проживших с чистым сердцем – утешает…
Надо ли говорить, что сей монолог о жизни – есть приближение к подлинной религиозности?
Незадолго до своего ухода, Евгений Леонов, переживший долгое коматозное состояние, после которого он сумел вернуться на сцену, дал телеинтервью.
Этот монолог показали годы спустя .
«Я теперь стал верить… ну, не в Бога, я так быстро переделаться не могу», смущенно оговорился великий артист перед своим невероятным признанием. «…А в то, что выше закона может быть – любовь, выше права – милость, выше справедливости – прощение».
За много лет до этих исповедальных слов, сыгранный Леоновым отставной музыкант Сарафанов, – получивший в финале «Старшего сына» покаянное признание сокрушённого самозванца («Я и сам уже не верю, что я вам не сын»), – произнес свои святые слова, обессмертившие имя молодого драматурга Вампилова:
«[Сарафанов] Что бы там ни было, а я считаю тебя, Володя, своим сыном. Вы все мои дети, потому что я люблю вас. Плох я или хорош, но я люблю вас. А это – главное».
Горькая реплика вырвалась у режиссера Олега Ефремова, после того как пьесы Александра Вампилова пошли на столичных сценах без своего родителя: «Мы не почувствовали, что каждая его строка пропитана сознанием какой-то высшей цели». Сам же Вампилов любил повторять так: «Писать надо лишь о том, от чего не спится по ночам…»
11 мая. О церковной жизни
Поделиться
О церковной жизни — клирик храма равноапостольных царей Константина и Елены в Симферополе протоиерей Владимир Кашлюк.
Церковная жизнь имеет глубокое духовное значение. Она даёт возможность установить личные отношения со Христом и обрести поддержку в пути ко спасению. Через участие в Таинствах человек получает благодатную помощь Бога, а именно прощение грехов, силы для борьбы с искушениями и рост в добродетели.
Богослужение, молитва, пост и следование христианским заповедям формируют основу духовной жизни. Они помогают преображаться изнутри, учиться любви, смирению и милосердию.
Церковь выступает как семья, где верующий не чувствует одиночества. Он соединён с другими христианами и с Богом, что особенно ярко проявляется в совместном причащении. Через него возникает единство верующих друг с другом и со Христом.
Смысл церковной жизни выходит за рамки личного духовного роста. Он включает служение ближним и свидетельство о вере в повседневности. Участвуя в жизни прихода, мирянин может реализовать заповедь любви к ближнему через социальную и благотворительную деятельность, помощь нуждающимся, воспитание детей в вере.
Таким образом, церковная жизнь становится школой духовного возрастания, где личные усилия соединяются с действием Божественной благодати, а внутренние преображения приводят к изменению образа жизни, к стремлению жить по Евангелию и делиться полученной благодатью с окружающими.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 мая. О страхе смерти
Поделиться
О страхе смерти — настоятель храма Рождества Пресвятой Богородицы села Песчанка в Старооскольском районе Белгородской области протоиерей Максим Горожанкин.
Боязнь смерти и память о том, что наша жизнь конечна, — это совершенно разные вещи, особенно в свете христианского вероучения и евангельского благовестия.
Конечность жизни может наполнить смыслом каждый её день. Если мы понимаем, что мы можем умереть и умереть порой внезапно, то наше отношение к жизни будет гораздо более осмысленным. И именно в этом заключается и молитвенный опыт Православной Церкви, когда мы встаём от одра, мы благодарим Господа, что Он даровал нам новый день. Когда мы ложимся и читаем молитвы на сон грядущий, мы просим Господа, чтобы Он одр наш не соделал одром смерти.
И особенно в контексте чина погребения очень важно осмысливать своё нынешнее бытие. Царства Небесного необходимо желать не только усопшим и не только посмертно. Царства Небесного мы должны пожелать себе сегодня и сейчас. Именно об этом пишет преподобный Максим Исповедник: «Кто не пожелал Царства Небесного здесь при жизни, тот да не надеется на него в вечности».
Поэтому вдумчивое отношение к конечности бытия на самом деле наполняет огромным смыслом это самое бытие. Человек часто живёт так, как будто никогда не умрёт. Отодвигает от себя эти мысли. Но Священное Писание и традиция Церкви напоминают нам о том, что мы не знаем, когда предстанем перед Господом. И помня об этом, мы можем трезвенно и вдумчиво проводить свою жизнь. В чём да поможет нам Господь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 мая. О прощении
ПоделитьсяО прощении без осуждения — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Каждый раз, когда современный человек думает о прощении, о том, что он должен простить, мы как бы ставим себя в положение судьи, того, кто может простить, а может и не простить. «Вот, я такой большой человек, в руках которого находится судьба другого человека. Я могу его простить, а могу его не простить».
Евангелие совершенно по-другому смотрит на то, что такое прощение. И в таком контексте, который я сказал, прощение как раз выглядит осуждением. Я осуждаю человека на прощение. Я выношу свой суд о его судьбе и великодушно прощаю или, наоборот, не прощаю.
Господь призывает нас простить по-другому. Он призывает нас простить и принять. И даже если мы можем использовать такие слова, как понять и пожалеть, это не сверху вниз. Опять-таки: «Я такой большой, добрый, замечательный, обладающий властью понимать или не понимать». Кто я такой — мы и себя-то судить не можем. И поведение Бога и других людей нам не дано судить. Даже Иов, который высказал Господу свои обоснованные на первый взгляд претензии, получил от Него ответ: «Кто ты такой, чтобы спрашивать даже Меня об этом».
Поэтому те люди, которые находятся рядом с нами, они не наши рабы, они не наши слуги, они ничего нам не должны. В этом смирение — думать, что нам никто другой ничего хорошего не должен. Мы должны любить других, мы должны прощать других. Я лично должен любить и прощать. А мне никто ничего не должен. Это первый пункт смирения.
И поэтому непрощение или прощение, когда мы ставим себя в это, — это, конечно, следствие гордыни. Надо немножечко смириться, свою гордыньку посмирять и понять, что у нас нет выбора, мы обязаны простить.
Все выпуски программы Актуальная тема:
