«Я иногда посещаю лекции, изучаю физиологию, психоанализ и другие полезные вещи… У людей толстая кожа, и пробить ее не так-то просто… Надо соврать как следует, только тогда тебе поверят и посочувствуют. Человека надо напугать или разжалобить!».
Это была реплика одного из главных персонажей пьесы Александра Вампилова «Старший сын», – пьесы, написанной в 1960-е годы, и обошедшей едва ли не все наши театры, включая самые крупные, столичные. Правда, столичные – уже только после гибели драматурга, не успевшего встретить своё 35-летие.
Фрагменты фонограмм для закладок я взял из одноименного фильма Виталия Мельникова. Студента Володю Бусыгина, выдающего себя за якобы нашедшегося сына стареющего концертного музыканта, там сыграл (как вы слышали) – Николай Караченцов. Роль же «отца», Андрея Сарафанова – исполнил Евгений Леонов.
Итак, два студента-гуляки опоздали на электричку. Ища тепла, еды и ночёвки они подслушали у подъезда имена жильцов, поднялись в избранную квартиру и один из них объявил себя сыном бывшего гастролёра… Чистый, простодушный человек, воспитавший после развода двоих детей (они присутствуют в пьесе), ему поверил. Да так поверил, что ночью наш студент, волнуясь, обозначил Сарафанова – в разговоре с приятелем – как …святого. Словом, он по-настоящему растерялся, захотел, было, дать поскорее дёру, да не сумел. К всему прочему, в ту бессонную ночь ему – как старшему сыну – доверили сокровенное:
«[Сарафанов] Каждый человек родился творцом, ну, конечно, каждый в своём деле. И каждый, Володя, должен в меру своих сил, способностей – творить, – чтоб лучшее в нем… чтобы самое хорошее в нем оставалось – другим. Оставалось людям! Я поэтому сочиняю…»
Дочь Сарафанова – Нина – доверительно рассказала новообретенному «брату», что её мать, смеясь, называла своего мужа «блаженным», что её отец издавна сочиняет кантату «Все люди братья», и что за годы он написал «целую страницу».
...Даже если бы этих слов – «святой» и «блаженный» – не было, если бы в пьесе Вампилова не слышалось эха евангельской притчи о блудном сыне (оговорюсь, что Володя Бусыгин, начая свою игру, мстительно помнил о личном безотцовстве), – я всё равно знал бы наверняка, что «Старший сын» – есть подлинное христианское сочинение, написанное в те годы, когда начальство пообещало предъявить публике последнего живого священника. Впрочем, вряд ли Вампилов об этом так думал.
И дело не в том, что я сам долгое время рос без старшего мужчины в доме.
Просто эта пьеса и этот фильм, видимо, оказались для меня первыми уроками христианской любви, преподанными языком драматургии, языком лицедейского искусства. Так вышло.
«[Сарафанов] Я сейчас возвращался домой, и думал. Размышлял о жизни. И что ни говори, а жизнь мудрее всех нас, живущих и мудрствующих. Она милосердна, она справедлива. Героев она заставляет усомниться, а все тех, кто сделал мало, или… ничего не сделал, – но проживших жизнь с чистым сердцем, понимаешь, Володь? – она утешает. Ты понимаешь? Она утешает».
Героев она заставляет усомниться, а проживших с чистым сердцем – утешает…
Надо ли говорить, что сей монолог о жизни – есть приближение к подлинной религиозности?
Незадолго до своего ухода, Евгений Леонов, переживший долгое коматозное состояние, после которого он сумел вернуться на сцену, дал телеинтервью.
Этот монолог показали годы спустя .
«Я теперь стал верить… ну, не в Бога, я так быстро переделаться не могу», смущенно оговорился великий артист перед своим невероятным признанием. «…А в то, что выше закона может быть – любовь, выше права – милость, выше справедливости – прощение».
За много лет до этих исповедальных слов, сыгранный Леоновым отставной музыкант Сарафанов, – получивший в финале «Старшего сына» покаянное признание сокрушённого самозванца («Я и сам уже не верю, что я вам не сын»), – произнес свои святые слова, обессмертившие имя молодого драматурга Вампилова:
«[Сарафанов] Что бы там ни было, а я считаю тебя, Володя, своим сыном. Вы все мои дети, потому что я люблю вас. Плох я или хорош, но я люблю вас. А это – главное».
Горькая реплика вырвалась у режиссера Олега Ефремова, после того как пьесы Александра Вампилова пошли на столичных сценах без своего родителя: «Мы не почувствовали, что каждая его строка пропитана сознанием какой-то высшей цели». Сам же Вампилов любил повторять так: «Писать надо лишь о том, от чего не спится по ночам…»
Псалом 122. Богослужебные чтения
Мы, бывает, поддаёмся самоуверенности — представлению о том, что всё способны контролировать. И все процессы в жизни нам подвластны. Это не так. Обстоятельства часто сильнее наших возможностей. Об этом, в частности, говорит нам псалом 122-й, что читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Псалом 122.
Песнь восхождения.
1 К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах!
2 Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы — на руку госпожи ее, так очи наши — к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас.
3 Помилуй нас, Господи, помилуй нас, ибо довольно мы насыщены презрением;
4 Довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых.
Псалом 122-й был, скорее всего, составлен в шестом веке до Рождества Христова. Автор этого библейского произведения нам неизвестен. Что не так уж и важно. Гораздо важнее — обстоятельства сочинения псалма. А именно — что прозвучавший текст появился в условиях так называемого Вавилонского плена — насильственной депортации древних евреев из Иудеи (южной части ветхозаветного Израиля) в Междуречье (территорию современного Ирака, где когда-то располагался Вавилон).
Национальная гордость древних евреев была в ту эпоху вдребезги разбита. Они не в теории, а на практике ощутили, что такое — власть жизненных обстоятельств. Осознав греховные ошибки прошлого и проявив смирение, ветхозаветные иудеи стали с молитвой ждать помощи от Бога. Ведь только на милосердие Творца им и оставалось надеяться. Никакие земные обстоятельства изменить участь древних евреев к лучшему были не способны.
Псалом 122-й буквально пронизан чувством абсолютного смирения. Автор признаёт свою беспомощность перед лицом жизни. Читаем в псалме: «К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах! Вот, как очи рабов обращены на руку господ их, как очи рабы — на руку госпожи её, так очи наши — к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас». Псалмопевец понимает, что Вавилонский плен случился не на пустом месте. Он стал наказанием за греховную жизнь. Потому и просит автор псалма Бога о помиловании.
Мы слышим следующие пронизанные болью слова: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас, ибо довольно мы насыщены презрением; довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых». Вавилонский плен представлял собой в практическом отношении не только насильственное переселение древних иудеев, но и превращение их жизни в своего рода концлагерь, когда их заставляли в Вавилоне участвовать в различных стройках, выполняя тяжкие работы. Но не только это приносило страдания. Значительно больше боли доставляло ощущение утраты свободы.
Однако покаяние, возвращение к благочестию (не на словах, а на деле) стали для древних иудеев инструментом обретения утраченного. Продлившись почти семьдесят лет, Вавилонский плен завершился. Ветхозаветные евреи смогли вернуться домой, долгое время помня, как опасно поддаваться греховной гордости. Потом, правда, на их долю выпали новые испытания. Во многом из-за игнорирования печального опыта прошлого...
Нас же, христиан, псалом 122-й учит сразу нескольким очень важным и полезным вещам. Во-первых, не поддаваться унынию, но иметь надежду на Бога. Во-вторых, помнить, что отделить, отдалить нас от Господа способны только грехи. Их нужно остерегаться и бояться. Особенно гордости, заставляющей нас жить не по правде, а согласно ошибочным иллюзиям о себе и мире, которые (иллюзии) до добра никого не доводят.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Православная служба «Милосердие Казань» помогает людям в сложных жизненных ситуациях

Православная служба «Милосердие Казань» приходит на помощь людям в сложных жизненных ситуациях и в этом большая заслуга волонтёров проекта. Анна Игнатьева — одна из них.
Рабочий день девушки всегда наполнен разными задачами. Посетить со священником приют для бездомных людей, собрать продуктовые наборы для нуждающихся, вывезти на природу воспитанников детского дома и многое другое. Но главная задача — распределить ресурсы волонтёров, чтобы помощь для подопечных пришла вовремя. Анна — координатор добровольцев православной службы «Милосердие Казань». Под её началом 85 человек. Это люди разного возраста и профессий, которые решили в своё свободное время помогать другим.
Сегодня у службы помощи «Милосердие Казань» семь направлений. Это адресная помощь, когда, к примеру, нужно приготовить обед одиноким пожилым людям или убраться в их жильё. Поддержка бездомных и инвалидов, больничное служение, организация праздников и концертов для подопечных.
Кроме того, у проекта есть свой склад, где нужно помогать сортировать одежду и фасовать продуктовые наборы для гуманитарной помощи.
В прошлом году добровольческая служба «Милосердие Казань» обработала почти 200 заявок и обращений. Но чтобы добровольцы могли помогать дальше, а Анна координировала их служение, проекту нужна поддержка. Оказать её можно на сайте православного портала Милосердие.ру.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Ключевые мотивы «Исповеди» блаженного Августина». Протоиерей Павел Великанов
У нас в студии был настоятель московского храма Покрова Богородицы на Городне в Южном Чертанове протоиерей Павел Великанов.
Отец Павел поделился своими размышлениями касательно ключевых тем этого произведения, в частности, о том, с чего может начинаться духовная жизнь человека, почему досуг — это не отдых, а также каким образом дом может быть способом постижения бытия.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных книге «Исповедь» блаженного Августина.
Первая беседа с Константином Антоновым была посвящена истории религиозного обращения блаженного Августина (эфир 16.03.2026)
Вторая беседа с Владимиром Легойдой была посвящена личному восприятию нашим гостем этого произведения (эфир 17.03.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер












