Выздоравливать с Достоевским. Анна Леонтьева

Поделиться

Это было одним великим постом. Я подхватила какой-то очень злой вирус и страшно заболела. Лежала в нашей спальне с температурой тридцать девять, которая сбивалась, но не очень надолго. Муж переехал в свой кабинет, чтобы не заразиться, потому что, если родители троих детей будут лежать с такой температурой одновременно, ничего хорошего в этом не будет....

Муж и дети навещали меня издалека, приносили чай и вкусную еду, которой совсем не хотелось. Когда ты лежишь в таком горячем вакууме, есть потребность получать хоть какую-то информацию. День сменяет ночь очень странно, не в обычном ритме: то очень быстро, то чудовищно медленно. И вот тогда я начала слушать аудиокниги. Глаза болели, невозможно было читать. «Идиот», «Братья Карамазовы».

Я читала, и в мою душу вдруг в силу очищенности, незамутненности, покоя сознания в этой информационной тишине, не в разум, как раньше, а в душу, непосредственно, хлынул поток чего-то потрясающе нового. Прочитав Достоевского в юности, я совсем не это тогда почерпнула. А тут я упивалась каждым словом, каждым описанием, каждым диалогом. Это оказался — концентрат для души. А слова-то какие, нет в языке таких слов, так никто никогда не описывал.

Очень важно для нашей веры перечитывать Достоевского. Очень важно, потому что она оживает. Возможно, это я про себя говорю. И вот что оживает у Федора Михайловича, я помню этот свет, от его героев пролившийся.

Первое — это благодарность. Глубокая, насыщенная благодарность. Старец Зосима — персонаж романа «Братья Карамазовы» —рассказывает о своей дуэли, состоявшейся в молодости, когда он утром, еще в помрачении открывает окно, и его душу прямо заливает свет — солнце, пение птиц, зелень, радость — и он едет на дуэль в решительности радости: дает выстрелить в себя и выбрасывает пистолет.

И начинается бесконечная, нарастающая благодарность, Бог Сам открывает эту дамбу, благодарность переливается через край. Знаете, мне одна знакомая матушка сказала, что надо обязательно перед сном писать слова благодарности: за что именно ты благодарен Богу. Это непросто. Я говорю: «Вот дай мне пример!» Она теряет зрение, ей нужна еще одна операция, она говорит: «Спасибо, Господи за то, что еще немного вижу, что открыла утром глаза». Понимаете? А я хорошо вижу, и я за это забываю благодарить. А тут я слушаю Достоевского, и вдруг чувствую благодарность за все: за чашку чая с лимоном, за кота, и по возрастающей: за трех детей, за любимого мужа, за домик, где я болею... и так далее...

Второе — это страдание. Мы так часто спрашиваем с Бога за невинное страдание, за страдание детей. Ответить невозможно, или так скажем — сложно воспринять ответ с полной убедительностью, искренно. А вот прочитать Достоевского можно, и у него много страдания детей. И взрослых. И страдание у Достоевского — одно из самых осмысленных вещей. Страдание — это переплавка души в золото. Страдание — это чистое стекло, через которое льется свет, это кристалл, в котором бликует солнце.

И — жалость. Все страсти, все уныние, вся ненависть — побеждается жалостью. А мы-то, советские дети, думали, что «жалость унижает человека»! А она — основа любви. Есть такое выражение «я люблю тебя от земли до неба» — красиво? Так вот у Федора Михайловича все это пространство от земли до неба любви — пронизано жалостью. К страданию, к другому человеку. И эта жалость сокрушает все преграды между душой человека и Богом.

Я помню, как все это через слушание непостижимого Достоевского вливалось в меня. И под это проходили часы, я выздоравливала. Однажды я открыла глаза на закате — и почувствовала себя в силе. Я подняла глаза: на большую старинную икону в позолоте, подаренную папой, лился золотой закатный свет. Никогда не забуду этот миг. Этот золотой свет определенно закрепил все то, что я в эти дни получила, услышала и осмыслила...

Автор: Анна Леонтьева

Все выпуски программы Частное мнение

• Страсть приобретения. Ольга Шушкова
• Правильные слова правильно. Алёна Боголюбова
• Почему в храме нельзя разговаривать. Алёна Боголюбова