Жизнь Винсента де-Поля – французского священника и благотворителя порой напоминала приключенческий роман. Де-Поля захватывали в плен пираты, он был продан в рабство, бежал, выполнял секретные поручения при королевском дворе и ни в грош не ставил собственную славу. Главным для него было другое – помощь бедным.
Родился Винсент в Гасконии, в семье крестьянина. Заметив в сыне тягу к знаниям, отец отдал мальчика учиться гуманитарным наукам и теологии. В 1600 году двадцатилетний де-Поль принял священство. А через пять лет с ним случилась знаменитая история с продажей в рабство в Тунисе. За два года, проведённых в неволе, де-Поль так расположил к себе своего хозяина, что тот принял христианство и бежал во Францию вместе с Винсентом.
Вернувшегося домой де-Поля назначили ответственным за раздачу милостыни при дворе королевы. Но из Парижа Винсент уехал по собственной воле. Он бежал от славы, объектом которой стал, благодаря своим проповедям. В провинции де-Поль основал первое во Франции общество милосердия в поддержку бедноты. С тех пор в каждом городе, где священник читал свои проповеди, создавались такие общества.
Не меньше чем бедняков, де-Поль жалел заключённых-каторжников. Их держали на цепях в казематах. Почти не кормили, не допускали к ним врачей. Винсент решил исправить положение. Он стал навещать заключённых. Первый опыт общения с озлобленными людьми результата не принёс. Священника и слушать не захотели. Но постепенно ему удалось покорить сердца осуждённых. Винсент не ограничивался одними разговорами по душам, он сумел открыть в Париже больницу для заключённых.
Де-Поль мечтал о том, чтобы привлечь к благотворительной работе девушек и женщин из светского общества. Желающих помогать неимущим было много. Но состоятельные француженки часто не знали, чем, кроме денег, они ещё могут быть полезны. И де-Поль основал общества Дочерей и Дам милосердия. В них вступали женщины, желающие навещать заключённых в тюрьмах и быть сиделками при больных. Каждый год в общества записывалось до двадцати пяти тысяч добровольных помощниц, вдохновлённых де-Полем.
С неменьшим усердием Винсент заботился о детях-сиротах. Холодными зимами он ходил по улицам Парижа и подбирал малышей. Де-Поль купил дом и разместил в нём для начала двенадцать ребят. Уже через год в приюте проживало четыре тысячи детей и пожертвования текли рекой. А де-Поль, воодушевлённый успехом дела, получив от неизвестного дарителя десять тысяч ливров, открыл на эти деньги госпиталь для неизлечимых больных.
Но главным по значимости делом де-Поля французы считают создание большого приюта-больницы для бедных в Париже. Этот проект называют величайшим делом благотворительности 17-ого века. Сорок тысяч бедняков обрели тогда крышу над головой и работу.
Де-Поль помогал и французской провинции. Во время Тридцатилетней войны он собирал средства для пострадавших жителей городов и деревень. Когда деньги заканчивались, объявлял новый сбор. Заметив, что жертвователи не торопятся на помощь, решился на действенную меру: напечатал в прессе счета от людей, попавших в беду. Пристыженные богачи тут же поспешили на помощь. А Винсет продолжал подбирать беженцев по дорогам Франции, привозил их в Париж, находил всем жильё. И помня о собственном плене в молодости, до конца жизни выкупал из турецкого рабства узников.
Благотворителя уважали, с ним считались сильные мира сего: кардиналы, короли, королевы. Но настоящими друзьями де-Поля были простые люди, которые называли своего благодетеля «уполномоченным Провидения». Через 80 лет после смерти де-Поля Церковь канонизировала его. С тех пор 27-ое сентября во Франции празднуется как день святого Винсента де-Поля.
На остановке

Фото: Jana Shnipelson / Unsplash
Привычный маршрут встречает мелкой моросью в лобовое стекло. Небо серое. Еду на работу. На перекрёстке скопились машины — красный свет, останавливаюсь.
Взгляд падает на автобусную остановку на другой стороне улицы. Там стоит пожилая пара. Невысокая женщина в бежевом плаще и светло-бордовой косынке слегка опирается на сумку-тележку. Рядом с ней сухощавый спутник в брюках, серой болоньевой куртке и с чёрной матерчатой сумкой для продуктов. Он делает к женщине шаг и аккуратно заправляет торчащий кончик косынки под воротник плаща. Мужчина делает это бережно, не спеша. Когда он заканчивает, то женщина поворачивается к нему, и её лицо меняется в улыбке, будто молодеет на глазах.
Они продолжают просто стоять рядом, а я чувствую тихую радость. И как-то светлее всё становится вокруг, будто-то потеплело за окном.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Добродушный великан

Фото: Bruno Kraler / Pexels
Однажды моё рабочее утро на автомобильной заправочной станции началось со знакомства с огромным псом. Видимо, он забрёл к нам — подальше от дороги.
Это был метис крупных пород: сенбернара, кавказской овчарки, а возможно и московской сторожевой. Как он здесь оказался — никто из коллег не знал. Он улёгся на лужайке возле пожарного щита и, кажется, не собирался никуда идти.
Я решил подойти к нему не с пустыми руками. Миска с гречкой, перемешанной с тушёнкой, стала залогом нашего успешного знакомства. Через 10 минут я уже гладил собаку.
Рассвет — так мы с коллегами назвали этого «четвероногого странника» — теперь живёт на заправке. У него есть свой вольер с будкой и лежанка. Не знаю почему, но теперь, когда моё рабочее утро начинается с заботы об этом добродушном великане, на душе у меня становится теплее. Для этого я прихожу пораньше и отношу ему миску с едой, а взамен получаю звонкий лай.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Имбирный нокаут

Фото: Gundula Vogel / Pexels
Я работаю тренером по боксу. И как-то, возвращаясь после соревнований из другого города, прилетел в Москву рано утром. По пути из аэропорта заехал в магазин — жена приболела и попросила купить лимонов. И вот стою во фруктовом отделе, выбираю цитрусы, и вижу рядом в лотке с имбирём необычное корневище. По форме оно напоминало человечка. Причём весёлого: руки были направлены вверх, а ноги будто согнуты перед прыжком, голова слегка наклонена набок. Он будто танцевал...
Я не собирался покупать имбирь, но тут сообразил, что чай с имбирём и лимоном — это двойной удар по простуде. Но я немного ошибся. В моём случае удар был даже не двойным. Корень в виде танцующего человечка вызвал такую радость у супруги, что её самочувствие тут же улучшилось.
— Да, — подумал я. — Пожалуй, утро, которое начинается с улыбки и имбирно-лимонного чая, вполне может отправить простуду в нокаут.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











