Поделиться
После того, как мамочка отошла ко Господу, тихо и очень внезапно, я долго не могла заставить себя разобрать ее вещи. Было слишком остро. Как говорит моя подруга, родители всегда уходят неожиданно, в каком бы возрасте они ни были.
Но вот прошло несколько лет, и мне пришлось разбирать мамины коробки. Это было такое открытие! ТАКОЙ мамы я не знала. Я и представить себе не могла, как мамочка любила красиво одеваться! Огромные коробы, наполненные прекрасными вещами, которые они покупали с отчимом во время путешествий. Отчим — ученый, его приглашали работать во Францию, Италию, Германию и во много-много стран. Оттуда мамочка привозила не только одежду, но и изящнейшие сувениры.
Я перебирала все это, и как будто отмотала много десятилетий назад — увидела маму в юности: бедность, советский «дефицит», много работы и невозможность красиво одеться. И когда такая возможность появилась — мамочка компенсировала все эти бедно одетые годы. Я с радостью рассматривала эти вещи, а еще — вазочки, чашечки, кофточки, я как будто знакомилась со своей мамой заново! Я видела в ней девочку, которой недодарили подарков, и как по-детски было везти эти штучки так издалека. И как хотелось свить уютнейшее гнездышко, хотя бы уже совсем как говорят «во второй половине жизни»!
А потом подобное озарение-увидение посетило меня, когда дочь переезжала, и я помогала разбирать ее вещи. Вернее, дочь перевезла вещи на новое место и вынуждена была отъехать, а я решила помочь ей разобрать. Сколько чувств я испытала, просто раскладывая одежку по полкам... Вот друзья дарят ей боа, туфли с серебряными застежками на высоченных каблуках, плащи с немыслимыми причудливыми крыльями... и вижу мою девочку, уже конечно взрослую, но еще такую юную. Эти образы, которые ей предлагали, и которые она примеряла — очень светских, томных дам. И она пробовала, она меряла на себя эти обличья, может быть ей иногда и хотелось быть именно такой — светской дамой на балу современности. Но никто не отменял ее настоящего образа, того, который ей идет: художницу в простом платье или джинсах и кедах, свободную девушку, перепачканную красками, смешливую, не томную, пытающуюся из джунглей своих идей и фантазии отловить ТО САМОЕ — что о ней было задумано.
Кончиками пальцев, раскладывая такие разные вещички, я чувствовала эту борьбу дочери за саму себя, за попытку отловить и увидеть эту саму себя, не растерять, не растеряться. Кончики пальцев моих горели. Как сложно молодым! Как сложно пожилым! Как сложно нам понять и тех, и других. Наши пожилые дорогие родители — как много мы о них не знаем! Наши любимейшие дети, раздражающие нас своими «духовными и творческими поисками», нелепыми поступками и мыслями — как много мы не ведаем их метаний и болей!
Недаром Господь дал мне такой чувствительный опыт, так материально почувствовать своих близких — на кончиках пальцев.
Автор: Анна Леонтьева
Все выпуски программы Частное мнение
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
22 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Когда в жилище вносят новорождённого младенца, все домочадцы, от мала до велика, затихают, начинают двигаться бесшумно и общаться между собой полушёпотом — только бы не потревожить дитя, не разбудить его, если оно уже почивает сладким сном. Подобным образом должен бы вести себя всегда и со всеми каждый из нас, чад Церкви. В каком смысле и почему? В сердцах крещёных людей почивает Богомладенец Христос, предназначивший нас быть сосудами Его благодати. Благоговейное и деликатное обращение с людьми свойственно тем, у кого «Христос за пазухой», по русскому выражению.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
22 марта. О пребывании в молитве как приобретении
Поделиться
О чистосердечной молитве как приобретении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Само пребывание в молитве уже есть приобретение. Почему не стоит ждать результатов от разговора с Богом? В жизни каждого верующего однажды наступает момент усталости. Мы приходим к Богу с просьбами, читаем правила, выстаиваем службы, но внутри возникает горький вопрос: а есть ли результат? Грехи те же, чудес нет, настроение не поднимается. Зачем тогда всё это?
Мы с вами привыкли жить логикой мира. Если я вложил труд, должен получить зарплату. И ту же логику мы переносим на молитву, ожидая от Бога оплаты эмоциями или сверхспособностями. И здесь нас поджидает главное заблуждение. Святые отцы предупреждали: человек, не очистивший сердце от гордости, не выдержит дара чудотворения. Он тут же присвоит его себе и падёт.
Именно поэтому преподобный Иоанн Лествичник оставил нам удивительное наставление. Он говорит: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори "я ничего не приобрёл”, ибо само пребывание в молитве уже есть приобретение». Состояние, когда нам сухо и скучно, а мы всё равно стоим перед Богом, это и есть высшая школа веры.
Святые стремились не к способностям, а к одному — жить с Господом. Когда мы приходим к любящему отцу, нам не нужен подарок каждую минуту. Нам нужно побыть с ним рядом.
Существует и смертельная опасность — ждать от молитвы только сладости. В православии это называется прелестью, самообманом. Бог приходит к нам не как анестезиолог, чтобы дать приятные эмоции, а как хирург. Ему важно исцелить нашу душу, часто через боль и скуку молитвы. Потому что именно в этой тишине рождается настоящая любовь, которая говорит: «Я здесь, потому что люблю Тебя, а не потому что жду награды».
Все выпуски программы Актуальная тема:
