Москва - 100,9 FM

«Тюремное служение священника». Светлый вечер с прот. Александром Зинченко (11.04.2019)

* Поделиться

У нас в гостях был помощник начальника УФСИН России по Курской области по работе с верующими заключенными протоиерей Александр Зинченко.

Разговор шел об особенностях тюремного служения священника сегодня и для чего оно нужно, о том, как удается находить общий язык с заключенными и какая поддержка им особенно необходима.


Ведущая: Лиза Горская

Л. Горская

– В эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». Здесь с вами в студии Лиза Горская. И сегодня у нас в гостях протоиерей Александр Зинченко. Батюшка помощник начальника УФСИН России, Управления федеральной службы исполнения наказаний России по Курской области, по работе с верующими. Здравствуйте.

Протоиерей Александр

– Здравствуйте.

Л. Горская

– У меня такой вопрос сразу. Вы помощник начальника УФСИН, но именно ваша деятельность касается только верующих, которые по тем или иным причинам отбывают срок заключения в Курской области?

Протоиерей Александр

– Да. Я работаю с теми людьми, которые у нас попадают в места лишения свободы по той или иной причине. Но находят Бога и приходят в храм Божий, которые у нас есть на территории каждой колонии. И уже выслушав их, мы начинаем вникать в их внутренние проблемы, жизненные проблемы, ну и пытаемся их решить через веру, через исполнение заповедей Божиих, ну через православие.

Л. Горская

– А сколько колоний в Курской области?

Протоиерей Александр

– В Курской области у нас есть женская колония, которая обслуживает 15 регионов, такое селение Малая Локня, ИК-11. Есть колония, где находятся «первоходы» – это Львовский район Курской области. И две колонии строгого режима, где «первходы» и «второходы» – это поселок Косиново.

Л. Горская

– Что значит «первоходы» и «второходы»?

Протоиерей Александр

– Ну «первоходы» – это те люди, которые первый раз попали под осуждение. А там «второходы» и прочие – это уже которые имеют рецидивы, неоднократно судимые, и неоднократно отбывают наказания.

Л. Горская

– Это надо полагать, самый тяжелый контингент.

Протоиерей Александр

– Да я бы не сказал, все люди одинаковые. Но статьи могут быть у них тяжелые.

Л. Горская

– Вот так вот.

Протоиерей Александр

– Все зависит от статьи, по какой статье люди попадают в места лишения свободы.

Л. Горская

– Люди, с которыми вам приходится общаться, чаще всего по какой статье отбывают срок? Или нет такого, чтобы там было больше одного рода преступлений, меньше другого рода преступлений? Или это вообще некорректный вопрос? Вы мне скажите, я как бы хочу быть корректной.

Протоиерей Александр

– Ну люди по различным статьям. Конечно, на сегодняшний день очень много 228 – это наркотики. Очень большое количество людей. А так сидят люди, ну преступления всевозможные и различные. Вы знаете, вот у нас есть чин покаяния, исповедь, есть такие вот книжечки, где мы пытаемся через эти книжечки подготовить себя достойным образом к таинству Покаяния, и там есть перечень грехов. Так вот в местах лишения свободы мне приходится слышать такие грехи, о которых даже трудно представить. Но мы не имеем права излагать исповедь, и переступать всевозможные грани и черты, общепринятого каких-то норм поведения, и там они особенно ярко выражаются. Когда приходят эти люди, ну зачастую они рядом с нами живут, внешне они, ну простой человек, который работает где-нибудь на производстве. Но когда послушаешь его покаяние или исповедь, то вы знаете, ни сказкой сказать, ни пером описать. Такие грехи бывают, мне сейчас очень трудно называть названия.

Л. Горская

– Вы знаете, это вообще очень интересная тема отдельная, на что мы, люди, способны и можем оказаться способны, в случае если рамки общества и закона перестанут нас как-то форматировать.

Протоиерей Александр

– Ну вы знаете, многие осужденные, они уже династически осужденные – дедушки, бабушки, папы с мамами и они. И есть очень много, большая категория среди осужденных тех людей, которые в детстве были выброшены буквально на помойку. И их находят, отдают в Дом малютки, детский дом, интернат, потом тюрьма. И вот они ну ничего другого и не видели в своей жизни. Ну да, грехи их велики, но кто-то должен и их пожалеть, кто-то должен уметь их слушать, слышать, разговаривать с ними, как-то привести на ум, привести к вере в Бога, к покаянию. Покаяние для многих в местах лишения свободы, вот мы проводим занятия по покаянию, пытаемся им объяснить, что это такое, что это мышление категориями невозможного, мышление, которое должно нас привести к изменению нашей рассудочной деятельности, изменению нашего сознания, преобразить нашего внутреннего человека. И многие это слышат.

Л. Горская

– А часто вообще люди в местах лишения свободы приходят к Богу, это распространенное явление?

Протоиерей Александр

– Это повсеместное. Вот у нас в Курской области, могу сказать, что я не могу пройти практически по зоне, чтобы не подходили и не брали благословение. То есть многие люди, которые там отбывают наказание, они в священнике видят какое-то, знаете, окошко в мир, какой-то свет, какую-то надежду. И видят в нем человека, который их сумеет выслушать хотя бы и услышать. Вот мы стараемся также тесно сотрудничать с психологической службой УФСИН, с психологами, которые есть в каждой колонии. И мы стараемся взаимодействовать. Психолог иногда направляет ко мне алко, наркозависимых людей и я в свою очередь, если что-то обнаруживаю такое, что ну с согласия, конечно, осужденного, что нужно ему помочь, я пытаюсь оговорить или даже вместе идем к психологу и пытаемся решать его проблемы внутренние какие-то. Это очень важно. Потому что, знаете, в местах лишения свободы находиться – это такая стрессовая, шоковая ситуация для каждого, необычная. Это как на линии фронта, диавол с Богом борется, а поле битвы сердце человека. И тут вот важно не понести потери, потому что бывают суицидальные наклонности у некоторых людей. Психологическая служба старается отслеживать, и мы как священники стараемся также этот момент отслеживать и чтобы не допустить каких-то потерь. Вот это очень важно. Поэтому пытаемся, для нас очень важно не само богослужение в местах лишении свободы, а личный контакт. То есть каждый из нас имеет право передвижения по территории исправительного учреждения – рабочие зоны, жилые зоны, где мы встречаемся, беседуем, разговариваем. Даже сами осужденные иногда подходят к нам, говорят, батюшка, надо поговорить там с Ивановым, Петровым, Сидоровым, у них там такие-то проблемы, там бабушка там или мама умерли, или там кто-то заболел, еще что-то, он сильно переживает там. И тут очень важный такой вот момент. Особенно когда что-то происходит на воле с родственником, и они сильно переживают, находясь в этих местах лишения свободы.

Л. Горская

– Молодой человек, ну такой блаженный – добрый, наивный, веселый, – ходил, улыбался, очень простой, шел по улице, ну наверное даже, можно сказать, города Химки, а лопух. И выбегают из-за угла люди и говорят: на вот, подержи. И он подержал – и на много лет сел. Ну потому что они что-то украли, с этим бежали. И, в общем, темная была история, и не получилось ничего доказать. Вышел через несколько лет без зубов, все еще улыбается. Ну в общем, сказать, что жизнь сломана – не нам судить там. А много таких случаев, вот вам приходится с подобного рода сталкиваться?

Протоиерей Александр

– Ну повсеместно. И вы знаете, в некоторых случаях я даже задаюсь вопросом, ну неужели это до такой степени, так много. Но когда вот разговариваешь, общаешься с людьми, и видно, насколько человек порядочный, вот даже находясь в местах лишения свободы это применительно, это слово. И ты его выслушиваешь, и просто удивляешься, что такая сложилась ситуация. Но, конечно, есть такое понятие как казуистика, когда люди ищут самооправдания: почему я здесь оказался. Некоторые себя утешают, говоря о том, что если бы я здесь не оказался, может быть, я бы уже в могиле лежал, может быть, я пострадал. Ну и мы так, каждый, мы им в утешение говорим, что то что с вами произошло, это меньшее из того, что могло бы произойти. То есть Господь где-то попустил человеку оказаться в такой ситуации, а может быть, он попал туда для того, чтобы его внутренний мир преобразился, произошла вот эта вот метанойя мышления – он начал мыслить категориями невозможного и обрел Бога в местах лишения свободы, и спас свою бессмертную душу. И может быть, для этого даже он оказался там. Это не обязательно, что он что-то совершил. Ну совершаем мы все, мы же все грешные люди, как Господь говорит: несть человека, который поживет и не согрешит, всяк человек ложь есть.

Л. Горская

– А работники соответствующих органов говорят: был бы человек, а статья найдется.

Протоиерей Александр

– Да. Да есть и другое выражение, что то, что вы не в местах лишения свободы, это не ваша заслуга, а наша недоработка.

Л. Горская

– Поэтому действительно так, если копнуть. Вы два раза за нашу программу употребили формулировку «мыслить категориями невозможного». Давайте об этом поговорим. Что это значит, почему это важно?

Протоиерей Александр

– Ну что это значит. Слово Божие, вы знаете, написано на нескольких языках: Сепитуагинта – греческий, Вульгата – латынь, и арамейский язык. Так вот на Спетуагинте есть такое слово, употребляется – «метанойя», где «мето» – обновлять или созидать, «нойя» – сознание, мышление. То есть научиться мыслить для меня нестандартно, изменить свое отношение к Богу, ближнему, окружающим нас людям. Ну как Иоанн Кронштадтский говорил, спасись сам, вокруг тебя тысячи спасутся. Второе значение этого слова – преображение. Вот когда ты изменишь свои взгляды и отношение и к родителям, и к семье, и к жене, и к детям, и к работе своей, и к жизни своей, то ты преобразишься, твой внутренний человек станет другим. Так вот Кирилл и Мефодий, учителя словенские, перевели это слово «метанойа» как «покаяние». «Покайтесь, приблизилось бо Царство Небесное». И покаяние это тот самый главный и правильный путь, по которому мы должны идти для того, чтобы спасти свою бессмертную душу. Если мы не будем иметь этого покаяния здесь, пока мы еще в теле, а человек, как Сам Господь, говорит живет в теле и вне тела, в хижине и вне хижины, если мы не достигнем вот этого покаяния сегодня, здесь и сейчас, то печальна наша будет участь в загробном мире.

Л. Горская

– Но мыслить категориями невозможного – это же парадоксально звучит.

Протоиерей Александр

– Ну невозможно для меня того, который живет здесь, в этом социуме, в этом мире. Когда у нас говорят, к примеру, ну вот есть десять заповедей, что такое десять заповедей – это свойства нормального человека, не больше ни меньше, да, это свойства как мы должны жить думать мыслить, и рассуждать. И вдруг «не убий» вот заповедь, а нам сегодня говорят: а почему не убий? Это регулирование беременности. Не укради – это материальная заинтересованность. Что вы нам говорите: прелюбодеяние, любодеяние, блуд? Да это же великое слово «любовь». И дальше мы видим, что происходит – мы переходим красную черту, у нас появляются каких-то меньшинства, так ведь?

Л. Горская

– А эвтаназия?

Протоиерей Александр

– И эвтаназия – не убий. До чего мы дошли, вот мысля такими категориями светскими, такими секулярными. Но когда мы говорим о мышлении категориями невозможного, это когда я, находясь в этом социуме и принимая вот эту философию вот этого социума, вот эти взгляды, которые противоречат ценностям нашим тем, вековым, то я задумываюсь, что да нет, стоп, надо остановиться. Я так не думал, не рассуждал, но теперь буду рассуждать. То есть понукать себя, как говорил Серафим Саровский: томлю томящего меня. Да, понукай понукающего меня, идти вот этим вот путем, начать мыслить по-другому. Каждый день контролировать свое мышление, мы начинаем думать и рассуждать уже не так, как я бы рассуждал с точки зрения, как это хорошо мне. Не мне, но имени Твоему, Господи, чтобы пройти вот этим путем. И тогда мы думаем: в больнице посетить, в темнице посетить, жаждущего напоить, голодного накормить, нагого одеть.

Л. Горская

– Да хотя бы другу позвонить.

Протоиерей Александр

– Да, и другу позвонить и родителям позвонить обязательно. И узнать, как твой друг живет, что-то я его давно не видел. Вот если мы зайдем в архиве и посмотрим исповедальные грамоты, то там, в тех старых царских грамотах написано, что вот такого Иванова нету, а где же он есть? А ну поручим нашим братьям по вере, чтобы они пошли, посетили и узнали, что с ним происходит. Никто не был оставлен, о каждом была, проявлялась забота. Духовная забота и о спасении его, и о жизни, пока еще в теле. Поэтому вот та категория невозможного, для нас оно звучит уже немножко по-другому, не так как раньше. Раньше это была норма мышления, а сегодня это уже мышление категорией невозможного, потому что в мире у нас уже изменились несколько взгляды и ценности, вот мы уже стали такими более секулярными, светскими.

Л. Горская

– Я напоминаю, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». У нас в студии протоиерей Александр Зинченко, помощник начальника УФСИН России, Управления федеральной службы исполнения наказаний России по Курской области. Помощник начальника УФСИН по работе с верующими, да, вот такое уточнение.

Протоиерей Александр

– Да.

Л. Горская

– Я так поняла, что это как бы категория непостоянная, что в колониях люди обращаются к Богу, это процесс непрерывный.

Протоиерей Александр

– Непрерывный.

Л. Горская

– Разных возрастов, да, люди?

Протоиерей Александр

– Абсолютно разных возрастов.

Л. Горская

– Но приводит одно, я так думаю – покаяние.

Протоиерей Александр

– Да, покаяние. То есть вот эта метанойя – изменение сознания, изменение мышления. Понимаете, вот когда приходит вот это чувство покаяния, когда человек начинает так думать, это уже начало пути духовного исцеления. Когда происходит лечение внутреннего вот этого человека, который заболел этими грехами. А что есть грехи – это слова, дела и помыслы, противоречащие закону Божиему. И вот когда приходит вот это чувство покаяния, Господь посещает сердце человека, он видит другими глазами, слышит другими ушами, он обоняет все по-другому. Он уже не может без Бога и Церкви Матери. И таких примеров очень много, о которых можно рассказывать. Ну у меня есть несколько таких примеров, о которых я бы сказал, когда мне приходилось общаться. Я вспоминаю, однажды я зашел в строгий режим, и очень долго там ждали священника и пребывали как бы в непрестанном таком бодрствовании. И вдруг выходит один осужденный ко мне, ну считающийся в криминальной среде авторитетным таким, падает на колени, вынимает А4 формата целую пачку листиков, исписанных с обеих сторон его грехами. Я два часа стоял рядом с ним, возложив на него епитрахиль и руки, и слушал эту исповедь, это покаяние. Он рыдал, он плакал, он ну просто не мог. А стоять рядом и слушать было просто невозможно. Он такие грехи называл и так рассказывал о них, я скажу вам честно, я таких покаяний не видел ни от собратьев священников, ни от верующих здесь, в миру. Поэтому для меня вот мне иногда задают вопрос: а зачем вам это нужно, батюшка, для чего вы...

Л. Горская

– Я бы задала, но вы уже на него отвечаете.

Протоиерей Александр

– Да, зачем это вам нужно? Ну чтобы и свою душу спасти, наверное. Чтобы и внутреннего человека изменить, и чтобы самому не упасть ниже дозволенного, понимаете. И когда ты это видишь, это тебя как бы стимулирует. Это тебя вдохновляет работать дальше, как сказать, какую-то духовную помощь. Ну иногда, может быть, и не только духовную помощь, а и там где-то узнать, как дети у него, как там жена, позвонить там, утешить их тоже, домашних. То есть мы еще и с родственниками работаем. И еще я как бы и иногда работаю в режиме как телефон доверия. Вот когда мне звонят и уже даже бывшие освободившиеся осужденные. Ну мне иногда как бы на вид ставят о том, что я имею якобы связь с криминальным миром. Но это бывшие сидельцы, и они люди, у них души Христовы, каждая душа христианка. И ну как мне оказывать ему, если он звонит мне и спрашивает: батюшка, вот у меня такие-то трудности, такие-то проблемы, помоги как-то решить. Я нахожу каких-то людей, которые помогают семье там материально, с жильем, с пропиской, ну с чем угодно, с детьми там помогают как-то. Ну вот работа очень такая обширная.

Л. Горская

– Ну а кто ему поможет, кому он из людей нужен.

Протоиерей Александр

– Конечно. И если батюшке будет не нужен, то кому он еще будет нужен. А если к батюшке обратились, то батюшка должен благодарить Бога, что к нему обратились, значит, он не напрасно говорит и не напрасны его слова, это надо ценить. Я вот вспоминаю, у меня были, я вот начинал в женской колонии, и многие женщины мне говорят: батюшка, а где вы раньше были? Почему мы не были с вами знакомы, почему мы раньше не познакомились? Может быть, я в тюрьме не сидела бы и сын мой жив был. Представляете? Поэтому для меня это представляет особую ценность.

Л. Горская

– Получается, что людям зачастую просто не хватает какой-то поддержки духовной?

Протоиерей Александр

– Конечно. Вы понимаете, многие люди вот здесь, в миру, они ходят и ищут. И нужно, чтобы мы, священнослужители, не где-то сидели в своих квартирах или где-то находились неведомые. Вот наши предки, если мы возьмем старые фотографии царские, они всегда в облачении ходили. И священник, это внешняя проповедь священника, когда ты идешь, когда ты в метро, автобусе, трамвае, я люблю ездить таким транспортом, и начинаются разговоры. Иногда между собой люди начинают заговаривать, а потом обращаются к тебе, и ты несешь слово Божие, ты начинаешь им говорить о спасении, о духовности, нравственности, морали. Ты даешь им какие-то свои визитки и предлагаешь, чтобы они тебе звонили. И у меня вот на телефоне семьсот номеров где-то вот приблизительно. Я, честно говоря, не успеваю всем отзвониться, со всеми поговорить. Я свой рабочий день начинаю, я каждый день встаю в четыре утра.

Л. Горская

– А ложитесь когда, сразу вопрос.

Протоиерей Александр

– Ну я где-то в 23.30 домой появляюсь. Ну по-всякому бывает, в час, в два ложусь вот так вот, ну в двенадцать – это хорошо, если получится. И целый день в движении. Я вот за месяц проезжаю на машине 10-15 тысяч километров. Раз в два раза месяц меняю масло в машине, тысячу рублей в день я вот бензин проезжаю. И я бы хотел очень большое спасибо своим всем друзьям, помощникам, благодаря которым я эту работу делаю. Потому что если бы не они, я не залил бы бензина, я бы не доехал до нужного адресата, я бы не выполнил эту работу. Я ну скажу прямо, вот я никогда не завтракаю и не обедаю. Почему? С одной стороны, времени нет, а с другой стороны, и денег нет на это. Я экономлю на своем собственном желудке и еду туда, где меня ждут. Это я говорю не потому, что чтобы сказать, что вот такой вот особенный или хороший, я просто хочу сказать о том, что ну мне это интересно.

Л. Горская

– Это вы зря. Потому что если у вас желудок сломается, то кто будет этим людям помогать?

Протоиерей Александр

– Я уже священник в девятом поколении, и у меня уже практика.

Л. Горская

– Уже генетически перестроены.

Протоиерей Александр

– Я уже не могу даже есть, обедать там, мне уже плохо...

Л. Горская

– До конца литургии, да.

Протоиерей Александр

– Я уже привык, каждый день встаю и спрашиваю матушку: я сегодня служу или не служу? Потому что даже воду глотать нельзя, понимаете. Поэтому уже такой режим жизни складывается, что ты уже запутываешься, служу я сегодня, не служу, потому что ты каждый день готов идти служить.

Л. Горская

– Но есть матушка, которая ведет учет. Кто вам помогает, много людей?

Протоиерей Александр

– Очень много. Ну я вот вам сказал, у меня семьсот номеров где-то на телефоне. И многих я, есть друзья, и друзья друзей, есть знакомые и знакомые знакомых. Поэтому и я иных людей даже не знаю. Мне перезванивают там, какую-то помощь предлагают, иногда и материальную. К моему номеру привязан счет, и они мне что-нибудь переводят там, чтобы я мог доехать куда-то, что-то решить, что-то сделать, с кем-то встретиться, побеседовать. С молодежью вот сейчас пытаемся контактировать, с уголовно-исполнительной инспекцией. Я сейчас, мне удается посещать еще, у нас есть такой центр, который работает с нарко и алкозависимыми. Я тоже пытаюсь туда ездить, с ними беседовать, разговаривать. Работы очень много, и работа такая, я бы сказал, на износ. Я практически в машине живу. Но очень интересная работа. Потому что ты понимаешь, что жизнь очень короткая. И нужно много успеть и, ну как говорится, спешите делать добро. Я спешу.

Л. Горская

– Вы сказали, что вы священник в девятом поколении. Расскажите немного про вашу семью, пожалуйста.

Протоиерей Александр

– Ой, ну семья у меня восемь человек на сегодняшний день. Матушка у меня регент, сын диакон, средняя дочь иконописец, младшая золотошвейка. Матушкина мама, теща, монахиня в монастыре. Каждый несет службу в своем звании и чине, и каждый знает, что ему нужно делать. Матушка у меня поет утро – вечер, службу практически наизусть всю знает, голос у нее удивительный. Я даже могу сказать, что когда встал вопрос, я хотел быть монахом, и стал вопрос о моем браковенчании, я матушку видел четыре раза. А когда ехал венчаться, я забыл, как ее зовут.

Л. Горская

– Ой!

Протоиерей Александр

– И в этом году исполняется 30 лет нашей совместной жизни.

Л. Горская

– Ну матушка напомнила, я так понимаю.

Протоиерей Александр

– Да. 30 лет нашей совместной жизни, 30 лет моего служения в сане священника. Жена моя – душа моя, ангел хранитель мой, и мои успехи – ее заслуги.

Л. Горская

– А вот те несколько поколений священников, которые были у вас в роду, это все Курская область тоже?

Протоиерей Александр

– Нет, это Киев. Я в 93-м году приехал из Киева сюда. Там была угроза жизни в связи с этими событиями националистическими, поползновениями. Ко мне пришли с оружием, и мне пришлось выехать. И я буквально после этого случая я в Лавре встретил своих однокашников, которые были направлены в Курскую область служить, они меня перевезли. Это был 93-й год.

Л. Горская

– Девять поколений священнослужителей. Это просто очень сложно представить, я поэтому спрашиваю. К сожалению, у нас сейчас мало кто может похвастаться, в принципе, что знает свой род на три поколения вглубь истории, на четыре. Откуда у вас такая осведомленность?

Протоиерей Александр

– У меня в семье все верующие были. И бабушки, они все это помнили, и какие-то альбомы есть. У меня дедушка, он окончил в военном звании полковник, начальник штаба 58-й мотострелковой дивизии.

Л. Горская

– Священник?

Протоиерей Александр

– Да.

Л. Горская

– Ничего себе.

Протоиерей Александр

– Да, и когда он пришел с фронта, то он освобождал там ту территорию, где он откуда родом был. И после войны, ему пришлось быть и священником, и первым секретарем горкома партии, и главным милиционером. В нашем роду был такой Сова известный – вот Шухевич, Бендера. И вот он где-то в 50-х годах его отловил, этого Сову, он  охотился на него, будучи как бы и представителем власти и духовной власти. В моей семье, в моем роде даже книга есть. Вот Павло Григорьевич Тычина, известный украинский писатель, это наш родственник троюродный тоже.

Л. Горская

– Ну остается только восхититься. Давайте вернемся, я даже не знаю, как сказать послушание это, не послушание. Вот то что вы помощник начальника УФСИН России по Курской области, это вообще ваш выбор или вас назначили? Вот такой вопрос.

Протоиерей Александр

– Нет, я думаю, тут несколько совпадений таких. Во-первых, как бы я не мечтал и не думал, что я буду заниматься тюремным служением. А случилось так, что я имел приход рядышком с колонией. Проезжал каждый раз мимо, крестился и говорил: только б не на это послушание.

Л. Горская

– А почему? Предрассудки, предубеждения?

Протоиерей Александр

– Ну как вот, в обществе идут разговоры, и по телевизору что-то показывают такое, и вот предубеждение какое-то такое было. А Господь, юморист, сказал: батюшка, в тюрьму. В тюрьму, батюшка. И я стал, вот меня как-то пригласили раз, второй, третий. И я посмотрел – ничего страшного нет. И когда я стал приходить, то я вижу, что ну просто люди изголодались по слышанию слова Божиего, жаждут. И я стал ходить и говорить, как можно больше стал приходить, даже и пешком ходил, там девять километров мне было ходить. А потом увидели мою работу. Мы за короткий период времени очень много преобразили в этой женской колонии, мы построили очень красивый храм, такой греко-византийский. И я уже хотел было уходить. Но когда я начальнику управления об этом сказал, он, видимо, побеседовал с владыкой нашим Германом, митрополитом Курским. Владыка мне звонит и говорит: батюшка, примите послушание. Я владыке говорю: владыка, а когда я не принимал послушания? Вот и хорошо, будете помощником.

Л. Горская

– Я напоминаю, что в эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». Оставайтесь с нами, мы вернемся через минуту.

Л. Горская

– «Светлый вечер» в эфире радио «Вера». Здесь с вами в студии Лиза Горская. Протоиерей Александр Зинченко, помощник начальника УФСИН России по Курской области, по работе с верующими. Отец Александр, вот такой вопрос. А до того, как вы начали ходить в эти колонии, там был священник или вы первый там или первый после перерыва?

Протоиерей Александр

– Нет, там эпизодически. Там была такая детская колония, но она уже пришла в упадок, и стоял вопрос закрыть. И как только приняли решение, что там будет женская колония, вот меня и пригласили. До этого я эпизодически в тех или иных колониях бывал, иногда посещал, но это было так, на частном уровне, меня кто-то просил, и я посещал осужденных. До этого я еще занимался проектом «Люди улиц» и «Дети улиц».

Л. Горская

– Почему?

Протоиерей Александр

– Почему я этим проектом занимался? Ну кто-то должен этим заниматься. Ведь вы же знаете, что слово Божие, Сам Господь призывает нас к этому. И я жил вот здесь, в Курской области, а ездил в Киев и в Харьков. И там мои друзья, однокашники, мы сделали реабилитационные такие центры при приходах. И мы из канализации, с теплотрасс вынимали, у нас был автобусик, мы ездили по городу, перевязывали раны, кормили детей. Ну потом вы сами знаете, что произошло, уже туда ездить нельзя было. И мы уже здесь стали заниматься.

Л. Горская

– Ну там, наверное, еще другая беда, помимо того что беспризорные просто дети, что само по себе чудовищно, сейчас еще наркотики.

Протоиерей Александр

– Да. Есть очень много брошенных детей при живых родителях, брошенные, никому не нужны. Там не ведется воспитательная работа, никакие беседы и им даже просто поговорить не с кем. Мне вот часто приходилось общаться с людьми различного возраста, в том числе с детьми. Когда они садились и разговаривали, и говорят: да вот никогда в жизни не подумали бы, что вот можно с батюшкой разговаривать, всегда думали, что страшно. Надо уметь расположить к себе и детей, и взрослых, и дать им выговориться и научиться слушать и слышать. И дать им то, чтобы им стало интересно, почему надо верить в Бога, почему мы верим в Бога, почему мы посещаем дом Божий, храм Божий. Почему мы служим, почему мы от чего-то отказываемся и чем-то жертвуем в жизни своей.

Л. Горская

– Я вот сейчас о чем думаю. После войны, в 45-м было же тоже очень много беспризорников, сирот. И я вот, например, знаю там ситуации в московских дворах, там по рассказам своих родственников, папы своего. И там эти сироты, которые объединялись в стайки, вот они беспризорники, и они могли даже что-то украсть. Но всегда находился человек, который поймает их за шиворот и объяснит, почему это делать плохо. И всегда находился человек, который сварит им на всех один суп там, сам оставшись без обеда. И как-то так всем миром многих из них не то что поставили на ноги, а из них выросли прекрасные люди с очень острым чувством справедливости, с острым чувством социальной ответственности и так далее. Ну этих людей уже большинства тоже нет или они там в глубокой старости. И там среди моих знакомых тоже есть вот эти старики из московских сирот, и это люди настолько целостные, они такое восхищение вызывают. Почему, куда это все делось? Почему сейчас у нас беспризорники в такой катастрофически гибельной ситуации все?

Протоиерей Александр

– Ну я думаю, все исходит из семьи, от родителей. Потому что многие родители заняты собой, карьерой.

Л. Горская

– Так у этих детей вообще не было родителей, их просто прохожие воспитывали. Ну как-то вот...

Протоиерей Александр

– Тогда было другое время, давайте скажем. Там ближе люди к Богу были, внутренне, духовно более распложены, они были проще. Вот у меня есть друзья, которые ездят в Латинскую Америку, и сказали, что больше сюда и приезжать не будут. Потому что там люди верующие. Они проще, они ближе к земле, они живут на земле. У них нет таких запросов и интересов как у нас: смартфоны, телефоны. Им бы покушать, им бы пообщаться с кем-то, найти друга какого-то, книжку почитать какую-то. Сегодня, видите, электронные книги читаем, а раньше книгу в руки, да и сегодня, кто любит запах книги, подержать ее в руке, пообщаться с книгой. Также вот и я думаю, в семье если бы больше уделялось внимания детям. Ну я вот имея небольшой опыт вот общения и с несовершеннолетними детьми, поскольку я немножко принимаю участие в уголовно-исполнительной инспекции, и мы уже неоднократно совместные поездки делали по городу нашему, встречались, в семьи заходили и беседовали, разговаривали. Ну где-то на каком-то этапе, может быть, родители уже потеряли своих детей, эта улица их больше чему-то научила. Вы же сегодня видите, как средства массовой информации влияют и интернет на этих детей.

Л. Горская

– Но на взрослых они не меньше влияют.

Протоиерей Александр

– И на взрослых влияют. Смотришь, взрослые люди и в игры играют, сидят в этих телефончиках. Вот в метро я по городу ехал, видел.

Л. Горская

– Или начинают ток-шоу пересказывать. Ну зачем вы мне это пересказываете?

Протоиерей Александр

– Тогда люди были и добрее, и ближе, и Бог жил в сердце и разуме этих людей. Но все-таки период времени был такой вот, недалекий от времен императорских, да, когда люди жили Богом, жили храмом. Я помню, в детстве мы играли в игры такие уличные – и «штандер-вандер» там и лапта, и «цурки-палки» – была такая игра.

Л. Горская

– Они все потеряны, по-моему, по большей части, эти игры.

Протоиерей Александр

– Да, и я не вижу, чтобы играли в такие игры. Конечно, вот сейчас какие-то модные игры такие, которые в будущем ты мог бы стать кем-то и зарабатывать большие деньги, играя в футбол там или еще что-то. То есть если кто-то куда-то идет, в какую-либо дворовую команду футбольную, то как бы идут в расчете на перспективу. Может занять это какое-то место зачастую, а не просто чтобы поиграть там.

Л. Горская

– Ну мне кажется, что, это мое личное мнение, впечатление даже, что вот детки, которые в раннем возрасте куда-то профессионально идут в спорт, это амбиции родителей, это не может быть детским желанием.

Протоиерей Александр

– Зачастую родители, да, потому что хотят сформировать карьеру такую для этого ребенка.

Л. Горская

– И что в итоге, получается, что детям, подросткам не хватает чего?

Протоиерей Александр

– Родителей не хватает. Чтобы родители слушали, чтобы стали друзьям. Вы знаете, я как-то слушал одного психолога – монахиня, женщина, она сказала, что не должны быть родители друзьями с детьми. Вот я не могу с этим согласиться. И вот у меня дети, они всегда везде с нами, всегда. Им интересно с нами. Им не интересна улица, им неинтересна подворотня, им неинтересно как-то там ну где-то покурить или еще что-то, им всегда интересно с нами. Мы сидим, беседуем, обсуждаем какие-то там и книги, и какие-то духовные проблемы, и рассуждаем на библейские тематики – им интересно. И их не заставишь куда-нибудь пойти там в никуда, на улицу. Вот им интересно. Ну у меня уже взрослые, конечно, дети, у меня уже и внучка есть. Поэтому я уже имею какой-то опыт и имею что сказать.

Л. Горская

– Я знаю, ее Лиза зовут.

Протоиерей Александр

– Елизавета Петровна, да, я ее так и называю: Елизавета Петровна.

Л. Горская

– А сколько ей уже?

Протоиерей Александр

– Второй годик. Ну такая вот подвижная, интересная. Слава Тебе, Господи.

Л. Горская

– И вспоминаю, вот картинка, как сейчас принято говорить, мем, где-то год назад ее увидела: там 60-й год – 2018 год. На одной картинке мама за руку затаскивает ребенка в дом, а он, значит, хватается за футбольный мяч изо всех сил. А на другой картинке, в 2018, мама пытается, да, вытолкать ребенка на солнышко, во двор, а он держится за клавиатуру от компьютера, и мяч ему неинтересен. Ну может быть, это просто особенность времени.

Протоиерей Александр

– Ну видите, в тот период времени было живое общение. И мы радовались, что это мой друг, что я могу ему подать руку, что я его обнять за плечи могу. И мы тогда ориентировались, я помню, в своем детстве, мы ориентировались на героев Великой отечественной войны. Мы играли в войну, мы к чему-то стремились, пойти в армию. Потому что считалось, что ни одна девушка на тебя не посмотрит, если ты не будешь в армии, потому что ты не мужчина. Мы стремились попасть в какой-то род войск, где действительно ты мог бы отвечать в какой-то хотя бы малой степени за свое отечество, да. И мне пришлось отслужить в группе по приемке и переработке «груза-200», когда был Афганистан. Ну тогда мы немножечко были другими, и сейчас время другое. А сейчас оно тоже, когда задаешь вопрос молодежи, говорят: мы тоже общаемся, переписочками через телефоны. А мы вживую общались, и нам интересно было друг с другом. Кто-то там на гитаре играл, кто-то там стихи читал, мы практиковались даже рассказчиками быть, рассказывали какие-то интересные истории, прочитанные книги – ну вот такое живое было общение. И конечно, нас учили о том, что друзей много не бывает. В том смысле таких друзей, которые могли бы там и кровь тебе сдать, если будет нужда, и в любую минуту ты мог и ночью позвонить, он приедет, отзовется. То есть было желание идти к самопожертвованию, быть готовым в любую минуту нужным, востребованным. И чтобы когда тебя ни попросят, ты всегда оказался в том месте, где ты больше всего нужен.

Л. Горская

– Это мой папа, которому, у кого бы колесо, где ни пробило, все папе звонили ночью всегда.

Протоиерей Александр

– И у нас такие родители были.

Л. Горская

– Я напоминаю, что в эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». У нас в гостях протоиерей Александр Зинченко, помощник начальника УФСИН, Управления федеральной службы исполнения наказаний России по Курской области, по работе с верующими. Вот вы говорили в начале программы, что сейчас такой бич, да, я так понимаю, что это тоже примета времени, и очень много людей сидит за употребление, за распространение наркотиков. Я так понимаю, по большей части, это молодые люди.

Протоиерей Александр

– Разного возраста, и пожилые в том числе.

Л. Горская

– Прямо много-много.

Протоиерей Александр

– Очень много.

Л. Горская

– И их, я так понимаю, становится все больше.

Протоиерей Александр

– Да, к сожалению.

Л. Горская

– Вот эти люди тоже приходят к Богу?

Протоиерей Александр

– Да. У нас очень много людей, которые употребляли наркотики и страдали алкозависимостью. Очень много их в храмах. Они пересмотрели... Ну понимаете, дело в то что человек, который пытается торговать наркотиками, а кто-то употреблять наркотики, и тот и другой ищет вот этого состоянии счастья. Что есть счастье? Счастье это особое духовное состояние. Для христианина вот это духовное состояние выражается в Боге, пребывании все время с Богом, пребывании со своими братьями по вере и сестрами. А такой человек, он ищет свой путь к счастью. Ну кто-то вот думает: я сейчас вот продам эти наркотики, и быстро заработаю деньги, и смогу как-то что-то приобрести себе, какие-то там смартфоны, телефоны и еще что-либо. Может быть, более пожилые люди, они пытаются этим заниматься только для того, чтобы устроить быт своей семьи, решить какие-то жилищные, может быть, вопросы есть, их еще не существует. А тот, кто употребляет, тот употребляет ну для того, чтобы оказаться в каком-то тоже духовном состоянии эйфории, забытьи, уйти от этого мира, потому что он не может как-то себя реализовать. И вот когда попадает в места лишения свободы, и у него нет доступа к этим наркотикам, то он находит свое утешение и вот это духовное состояние особое в Боге. Он приходит в храм, он начинает общаться с этими людьми, он начинает видеть по-другому, мыслить, вот как мы уже говорили, категориями невозможного.

Л. Горская

– А почему он сразу не попытался найти это утешение и счастье в Боге? Почему он попался в эту ловушку?

Протоиерей Александр

– Потому что я думаю, не было у него руководителя духовного. И какой-нибудь это не обязательно должен быть священник. Это может быть и учитель, ну родители, близкие, друзья какие-то – те люди, которые могли бы его удержать от ошибок и провести правильным путем к искомому.

Л. Горская

– А мне кажется, это еще сейчас зло еще очень навязчиво.

Протоиерей Александр

– Ну и навязчиво в том числе. Потому что есть люди и структуры, которые пытаются людей подсадить на эти наркотики и вовлечь.

Л. Горская

– Я хочу вам сказать, что там, где я живу, а это центр Москвы, постоянно вижу и рекламу, и соответствующие телефоны. И мы, жители, ничего не можем с этим сделать. И я знаю места, где делаются закладки наркотиков уже много лет. Что вы думаете, я не сообщала об этих местах? Сообщала. Они там как были, так и остались. Их только сами жители гоняют, те кто их делает. Те кто с собаками гуляют, гоняют тех, кто делает закладки наркотиков. Те кто с детьми гуляют, ловят тех, кто пытается делать закладки. И в итоге даже один папа перегнул палку и погорячился, и был оштрафован за то, что немножко помял – 120 тысяч это ему стоило, – он помял наркоторговца. Суд у него выиграл наркоторговец.

Протоиерей Александр

– Да, ну видите, мы можем ответить словами Самого Спасителя: диавол, как лев рыкая, бегает и ищет кого поглотить и поглощает. Поэтому диавол с Богом борется, а поле битвы сердце человека. Вот идет сражение за души, за спасение людей. Мы пытаемся привлечь людей к Богу, ко Христу привести. А кто-то пытается таким образом увести их. Я думаю, что если мы будем жить со Христом, во Христе и для Христа, то будет, как мы вот пасхальные слова говорим: «С нами Бог, разумейте, языцы, и покаряйтесь, яко с нами Бог». И ничего нам не страшно. И я думаю, если мы будем держаться Церкви как корабля спасения, если мы будем жить с Богом в душе и сердце своем, то нам ничего не страшно. Главное вот держатся веры отеческой, веры православной. У нас есть множество примеров духовных подвигов наших предков, ратных подвигов наших предков – это тот маяк, которым мы можем руководствоваться и идти по жизни. Ну Господь легких путей не обещал, конечно. Но мы должны стремиться и стараться, преобразовывать своего внутреннего человека и побеждать свою страсть. И тем более вот сейчас пост, как раз тот период времени, когда мы можем и должны рассуждать на различные темы.

Л. Горская

– А что для вас главное в Великом посте?

Протоиерей Александр

– Для меня в Великом посте главное? Ну все главное. Главное что-то не пропустить, о ком-то не забыть, с кем-то поговорить. Ну обычная жизнь.

Л. Горская

– Люди, получается.

Протоиерей Александр

– Люди, да. Ну для меня пост, он круглогодичный практически. Потому что я держусь каких-то правил жизни и питания, и ну так жизнь моя устроена, особенно последние годы. Поэтому для меня все главное вот в этом посту, когда он есть. Мы очень ждем поста всегда, когда дело там уже к середине подходит, тогда ждем, когда он закончится, как бы в том смысле, что немножко уже устаешь. Ну сложности от усталости, от того что не хватает средств для пропитания там и еще что-то такое. Вот в этом сложности. А так все ровненько идет. Бывает искушения, всегда начало поста и конец поста бывают искушения. Это и всем верующим людям известно.

Л. Горская

– А что значит, не хватает средств? Вам как, УФСИН зарплату не платит?

Протоиерей Александр

– Ну зарплата у меня 17 тысяч 850 рублей. Я каждый день трачу тысячу рублей на бензин. Жилья у меня нет, мы снимаем квартиру, за квартиру надо платить. Прихода у меня нет, мирского прихода, где бы был доход, у меня нет, я только имею храмы в тюрьмах. У меня семь храмов, семь приходов. Вот из этих семи приходов три домовых храма. Все стройки на мне, батюшки только приходят, совершают богослужения, молитвословия там, беседы. А все храмы, которые есть, за короткий период времени вот были построены мною. Не мною, как бы я не один работал, многие люди нам помогали, и кто-то и копеечкой помогал из своих зарплат, пенсий там выделяли как-то средства, кто-то в местах лишения свободы вот осужденные строили, работали эти храмы. Но организовывать приходилось мне, добывать средства, стройматериалы, решать вопросы заноса в исправительные учреждения – в основном работа такая на мне лежала строительства храмов. На сегодняшний день у нас очень красивые храмы построены. Осталось немножечко только достроить, два храма нуждаются кровлю сделать, изготовить. Хотелось бы колокола приобрести в каждую колонию, чтобы мы могли проводить фестивали колокольных звонов и обучать осужденных колокольному мастерству. У нас есть очень много осужденных уже, примеров, которые выйдя из мест лишения свободы, где-то пристраиваются при храме. Даже у нас есть из бывших осужденных монашествующие, трудники уже при обителях. Наши отцы игумены, настоятели монастырей с охотой берут осужденных, бывших осужденных. Все мастерские, которые у нас есть по изготовлению какой-то церковной утвари, это бывшие осужденные в нашей епархии.

Л. Горская

– Скажите, вам можно как-то помочь или вот те семьсот человек, которые у вас в записной книжке, они справляются? Я просто к тому, что вы перечислили проблемы, перечислили как бы нужды, и может быть, кто-то там из слушателей захочет поддержать.

Протоиерей Александр

– Ну конечно, мы бы очень просили о помощи. Почему, потому что эти семьсот человек, они не справляются, конечно. Это малые суммы. Иногда мы организовываем продажу, вот вы знаете, такие именные кирпичики, и это малыми суммами поступает, но это время на это уходит. Конечно, если бы кто-либо изъявил желание нам помочь, то это можно сделать в онлайн-банке, к моему номеру привязан, и тогда эти средства поступят, специальный счет у нас есть, и мы сможем продолжить нашу работу. На сегодняшний день мы бы хотели еще сделать такой реабилитационный центр, где бы мы могли заняться проблемой: люди улицы, дети улицы и женщины в трудном положении. На это, знаете, такое поле непаханое на сегодняшний день, есть очень большая необходимость помогать такой категории лиц, которые, ну знаете, где кто находится, кто в подъездах, кто на кладбищах так проживают. И хотелось бы, вот как я рассказывал, мы на Украине работали, хотелось бы и здесь так работать. Чтобы мы могли предложить и пищу, и там, может быть, иногда средства и какую-то иную помощь. Ну где-то должно быть у нас подворье, офис какой-то, где бы мы могли встречаться. На сегодняшний день я встречаюсь со всеми в своей машине, либо где-то действительно в подворотнях, на кладбище или где-либо. У меня машина это склад на колесах, там у меня чего только нет в этой машине. Я развожу, раздаю. Где что дают, я всегда беру, и куда раздать и дать я тоже нахожу и имею такую возможность помочь кому-то.

Л. Горская

– А где-то в интернете есть информация о том, как помочь, чтобы ваш мобильный в эфире не говорить, к которому счет привязан? Может быть, какая-то еще дополнительная информация.

Л. Горская

– Ну есть у нас на сайте нашей епархии там тюремный отдел.

Протоиерей Александр

– Сайт Курской епархии.

Протоиерей Александр

– Да, сайт, тюремный отдел. Вот можно через вот этот сайт, тюремный отдел Курской митрополии. У нас еще есть руководитель тюремного отдела протоиерей отец Евгений Бычков, он как бы по епархии, а я как бы по УФСИН, и мы вместе с ним ведем эту работу. На счет его прихода, он имеет приход, можно также вот перевести. Это если как для организации, юридическое лицо, там есть счет: Ильинский храм, Воскресенско-Ильинский храм города Курска, который приписан к тюремному отделу.

Л. Горская

– Ну я думаю, что если кто-то из наших слушателей запутается, он может обратиться в епархию Курскую или к нам в редакцию, мы поможем распутаться. Если кто-то захочет помочь, наверняка найдет способ. И все-таки дело такое нужное, и что уж там, редкое. К сожалению, подходит время нашей программы к концу.

Протоиерей Александр

– Я думаю, что вот с наступлением поста каждый из нас должен задуматься о том, выполняю ли я то, к чему нас Господь призывает. Ведь Сам Господь сказал каждому из нас в Евангелии от Матфея: «Шедше убо идите, научите вси языцы, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, учаще их соблюдать все, чему Я вас научил». Господь учил нас и больницы и темницы посетить, и нагого одеть, и жаждущего напоить, и голодного накормить. И вот мы и должны идти вот этим путем во время поста, чтобы не забыть никого того, кто есть рядом с нами и нуждается в нас. Всегда надо посмотреть, не проходить мимо того человека, кто нуждается, может быть, замерзает, может быть, голодный, может быть, в чем-то нуждается и поделиться тем, что мы имеем. Это очень важно. Конечно, все это со Христом, во Христе и для Христа.

Л. Горская

– Спасибо большое, отец Александр. Я напоминаю, что в эфире радио «Вера» была программа «Светлый вечер». У нас в гостях протоиерей Александр Зинченко, помощник начальника УФСИН, Управления федеральной службы исполнения наказаний России по Курской области, по работе с верующими. Всего доброго.

Протоиерей Александр

– Спаси Господи. Ангела Хранителя.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Герои моего времени
Герои моего времени
Программа рассказывает о незаметных героях наших дней – о людях, способных на поступок, на подвиг. Истории этих героев захватывают и вдохновляют любого неравнодушного человека.
Мудрость святой Руси
Мудрость святой Руси
В программе представлены короткие высказывания русских праведников – мирян, священников, монахов или епископов – о жизни человека, о познании его собственной души, о его отношениях другими людьми, с природой, с Богом.
Притчи
Притчи
Притчи - небольшие рассказы, наполненные глубоким духовным смыслом, побуждают человека к размышлению о жизни. Они несут доброту и любовь, помогают становиться милосерднее и внимательнее к себе и к окружающим.
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».

Также рекомендуем