Свои люди

Поделиться

В детстве меня часто посылали на лето в пионерские лагеря. Иногда сразу в несколько за одно лето. Это как мама путевку достанет. Например, лагерь для работников торговой промышленности. Или там – научно-исследовательского какого-нибудь института. Или – поскольку мама была журналистом – от издательства «Правда». Там я постигала жизнь с разных социальных так сказать точек нашего тогдашнего общества. Иногда это были очень жесткие жизненные уроки. В том смысле, что я приходила в свой отряд – и сразу понимала, что со мной «что-то не то». Иногда это «что-то» возводилось мною в какую-то мучительную степень. В одном из лагерей от какой-то очень богатой организации – не помню какой, честно говоря, – я выжила только потому, что оставаясь гадким утенком, знала почти наизусть первый том Графа Монте Кристо – и чтобы нравиться, должна была на ночь пересказывать приключения бедного Дантеса соседкам по палате, которым не привелось по каким-то причинам полюбить те книжки, которые полюбила я. В другом мне почему-то все время говорили, что я выпендриваюсь – так и говорили, и я следила, отчаянно следила за собой: где? В каком месте? Чего я за собой не замечаю? Играем, например в игру «фразы» - это когда вожатая берет лист бумаги и каждый пишет на нем свою фразу и загибает лист, чтобы было не видно, а потом вожатая все вместе читает – получается забавно. Мне было пятнадцать, я и увлекалась стихами Томаса Мана, поэтому написала от себя на листочке «я есмь что я есмь и пребуду таков». Игра шла весело и хорошо, пока не отогнулся мой кусочек бумаги, и не прочитав фразу, вожатая почему-то сразу раздраженно спросила меня: Леонтьева, опять ты выпендриваешься?..

Потом я попадала в другие лагеря и другие компании. Если там не было сердитых вожатых, которые считали, что кто-то «выпендривается» или сверстников, которые судили меня по одежке, как говорят, – а одежка у меня была средняя, обычная такая одежка. Но, например, было с кем обсудить любимые книжки, фильмы, стихи… попеть хором что-нибудь из Окуджавы… я начинала оттаивать и понимать, что я НОРМАЛЬНАЯ. И ничего я не выпендриваюсь.

Так и живу по сей день. Попадаю в разные компании. Иные не принимают меня, но я уже знаю секрет. Он в том, что у каждого из нас есть свои люди, свои компании, свои близкие. Как там, в псалме царя Давида – «с преподобными преподобен будеши»? Это, наверное, еще и о том, думаю я, чтобы найти тех самых людей, с которыми именно тебе, именно сейчас – будет душевно по пути. И не смущаться, что эти люди – не все человечество. Тогда получится верить в себя. Вы не выпендриваетесь, просто свои люди у всех разные.