Москва - 100,9 FM

"Страстная седмица". Светлый вечер с протоиереем Вадимом Маркиным (10.04.2017)

* Поделиться

У нас в гостях был духовник детского приюта Ефросиньи Московской протоиерей Вадим Маркин.

В первый день Страстной седмицы мы говорили о том, каково значение оставшихся до Пасхи дней, чему они посвящены и как совмещается скорбь страстных дней с радостью приближающегося Воскресения Христова.

 


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели! «Светлый вечер» на светлом радио. И в этой студии приветствуем вас мы: Лиза Горская —

Л. Горская

— И Алексей Пичугин!

А. Пичугин

— В гостях у нас сегодня протоиерей Вадим Маркин — наш давний друг, духовник детского приюта святой Ефросинии Московской. Здравствуйте, отец Вадим!

Прот. Вадим Маркин

— Добрый вечер!

А. Пичугин

— Чаще всего в этой студии мы с вами говорим о детях, о воспитании детей, о детских приютах. Но у нас начинается Страстная неделя… Вернее, Страстная седмица. Напомним разницу, что неделя — это воскресный день, а седмица — это, соответственно, семь дней, если по-церковному. Давайте поговорим сегодня как раз о Страстной седмице — о тех днях до Пасхи, которые нам с вами предстоят.

Прот. Вадим Маркин

— Да, это очень важно для каждого из нас.

А. Пичугин

— Смотрите, вчера Церковь отмечала Вход Господень во Иерусалим. Это праздничный день. До этого была Лазарева суббота, праздничный день Благовещения… В этом году так выпало, что у нас три праздника подряд. Благовещение из этого календаря немного выпадает, а вот Лазарева суббота, и вдвойне, наверное, Вход Господень в Иерусалим — это же праздники, праздничные дни. Но с другой стороны всё-таки уже, наверное, наступает такое тревожное ощущение.

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, что праздничный день Входа Господня в Иерусалим… Я просто напомню нашим слушателям, что это день, когда Господь плакал: «Иерусалим, Иерусалим, сколько раз я собирал как птица собирает птенцов под крылья свои… Се оставляю дом ваш пуст» — это относится к этому дню, плач о Иерусалиме. Поэтому это и праздник, и скорбь.

Л. Горская

— Наверное, стоит поговорить подробнее о том, что… Ну, во-первых, Великий пост уже закончился. Это как бы, наверное, не так очевидно для многих, потому что Великий пост закончился, но постные дни продолжаются.

А. Пичугин

— Почему Великий пост не до Пасхи?

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, здесь такая же логика, как праздник Пасхи — Праздник праздников и Торжество из торжеств. Может быть, некоторые наши слушатели поразятся, что Пасха не входит в понятие двенадцати великих праздников. То есть она Праздник над праздниками, Праздник праздников. Также параллельно с этим я бы сказал о нашей Страстной седмице, что это пост постов и скорбь скорбей. И то, что она не входит в понятие Великий пост говорит не о том, что пост закончился и его нет, а о том, что началось просто уже самое главное после главного. Может быть, знаете, параллель из жизни — это как двойная сплошная на дороге. То есть одну сплошную тоже пересекать нельзя, а две — это уже совсем нельзя. Вот по логике так же.

А. Пичугин

— На что в первую очередь надо обратить внимание именно на Страстной седмице? Как вы считаете? Как вы говорите прихожанам?

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, самое важное, что мы с вами не историю вспоминаем, а мы же с вами проходим это событие, как минимум, сопереживаем этому событию, а, как максимум, сошествуем Христу в этот момент. Но для того чтобы сопереживать и уж тем более сошествовать Христу, необходимо знать историю. Поэтому я считаю, что важно знать историческую канву каждого дня, и день за днем пропускать это через себя, переживать это и двигаться тем же путем, которым шел Христос.

Л. Горская

— Предлагаю вот о чем поговорить. Впереди, слава Богу, Пасха. К Пасхе, помимо служб и т.д., принято убирать свой дом, готовить стол, чтобы отметить праздник. И так получается, что многие хлопоты, начиная от генеральной уборки и заканчивая приготовлением праздничных блюд или особо пасхальных блюд — все эти хлопоты приходятся на Страстную седмицу. Вот как с этим быть? Что время…

А. Пичугин

— Для приготовления праздничного стола…

Л. Горская

— В смысле то, что это одновременно особое время, где каждая служба не похожа на другую, каждый день новая служба, посвященная отдельному евангельскому событию, которая служится особым чином, и каждый из них как сокровище, которое никак нельзя пропустить, с одной стороны, а с другой стороны, целый ряд необходимых дел по хозяйству. Что бы вы посоветовали нам?

Прот. Вадим Маркин

— Вы же видите, знаете, что это не только проблема Страстной седмицы, а это вообще проблема всей нашей жизни — вот это сочетание духовного и материального. С одной стороны, если взглянуть поверхностно, всё материальное в этом мире отвлекает нас от духовного: надо бы помолиться, а на работу идём…

А. Пичугин

— «Марфа, Марфа, печешися о многом…»

Прот. Вадим Маркин

— Да, конечно, вспоминается это место Евангелия. И поэтому в Страстной седмице это, может быть, ещё больше обострено как особое время, но проблема эта общая для всех нас и для всего нашего времени. Поэтому и ответ на ваш вопрос лежит как раз в этой плоскости. Да, живём материально, ходим на работу, покупаем себе ботинки, кормим наших детей, и в тоже время — это часть нашей духовной жизни. Ключ к решению этой проблемы лежит в том, чтобы среди материальных хлопот видеть духовную составляющую. Как мы убираем квартиру? Ради чего мы убираем квартиру? Что в нашей душе в момент, когда мы убираем квартиру? Вот в этих плоскостях нужно решать эту проблему.

А. Пичугин

— Вы говорите про то, что нам нужно прожить со Христом эти дни и прожить, ощущая всей душой, наверное, то, через что Он проходил. Но каждый раз у меня лично возникает вопрос. Ведь впереди Пасха, даст Бог, мы до нее доживем благополучно, хотелось бы, но ведь это Пасха — событие, которое произошло когда-то, Христос воскрес, и мы это знаем. А люди, которые встречали Христа на входе в Иерусалим с пальмовыми ветвями, этого не знали, ученики слышали, но не до конца верили в это. В общем-то, окружение Христа, которое было вместе с Ним в эти дни, которое всё это вместе с Ним проходило и переживало, Воскресение себе представляло слабо.

Прот. Вадим Маркин

— Алексей, вы совершенно точно подметили принципиальное отличие того, что происходит с нами каждый год, когда мы проходим вместе со Христом эту Страстную седмицу, и той — первой Страстной седмицей, которую проходил Христос и окружающие Его. Как раз именно в этом и отличие! Мы-то знаем сегодня, что Христос воскреснет, что мы будем с Ним, Он с нами, эту радость пасхальную мы содержим в нашем сердце, что бы не происходило в нашей жизни. Это подарок от Бога нам. Этот подарок мы получили, и он с нами навечно. И мы с этим подарком с вами находимся, но это никак не мешает сопереживать нам все трудности и все страдания Христа.

А. Пичугин

— Я встречал людей, которые действительно зримо скорбят, которые плачут, переживают. А я, например, себя никогда не мог заставить переживать, потому что последние дни… Для меня Пасха всё-таки действительно, наверное, важнейший праздник в году. И это пасхальное ощущение в конце Великого поста начинает очень зримо проявляться. Наверное, это у каждого по-своему?

Л. Горская

— Наверное.

А. Пичугин

— У меня вот так.

Л. Горская

— У меня не так.

Прот. Вадим Маркин

— А у меня тоже не так, как у Алексея. (Смеется.)

А. Пичугин

— Наверное, потому что Алексей мало в храм ходит в эти дни.

Прот. Вадим Маркин

— Вот не могу сказать…

Л. Горская

— Покаяние в прямом эфире!

Прот. Вадим Маркин

— Знаете, Алексей, здесь разные причины. Бывает, что нам просто не хватает даже знаний того, что произошло. За нехваткой знаний тут уже подтягивается нехватка понимания. Я имею в виду в тонкости, в глубине. Но самое главное, что хочется сказать, это как раз понимание того, что всё это происходит и с нами тоже. Я именно сейчас говорю о скорбях Христа Спасителя. Вот, Алексей, посмотрите на ваш собственный жизненный путь. Разве в своей жизни вы не видели ситуаций, которые внутренне, духовно являются абсолютной калькой того, что происходило на Страстной седмице?

А. Пичугин

— Я думаю, что да. Я не знаю, насколько глубоко и насколько это можно сравнивать, но естественно происходили вещи, которые не хотелось, чтобы повторялись, не хотелось бы переживать этот опыт еще раз. Наверное, у каждого человека такой опыт есть. После определенного возраста он появляется.

Прот. Вадим Маркин

— Да. До этого надо дорасти, но мы с вами взрослые люди и доросли до этого, поэтому у каждого из нас это происходит и будет происходить до нашей земной смерти.

Л. Горская

— Знаешь, когда у меня это пасхальное ощущение, о котором ты говорил, начинает проявляться? Когда хор начинает петь ирмос «Волною морскою...» в Великую Субботу на Полунощнице. Вот в этот момент, вместе с этой «волной морской» и начинает, а до этого нет.

А. Пичугин

— Видишь, у каждого по-своему это. У кого-то это привязано действительно к богослужебному кругу. У меня это, скорее, наверное, внутреннее ощущение того, что уже скоро, уже сейчас ты ждешь Пасхи. Я сейчас, может быть, совсем не прав. Это ощущение у каждого свое, и каждый по-своему это переживает. Может быть, я совершенно неправильно к этому подхожу, вполне возможно, и, наверное, но как ждешь чего-то такого, что действительно ждешь, чем ты живешь какое-то продолжительное время (или не очень продолжительное), и вот оно всё ближе-ближе, и последние несколько дней такой мандраж от того, что вот уже скоро, вот уже почти сейчас… Да, Страстная, но Пасха-то уже на пороге стоит, она уже сейчас произойдет, мы сейчас ее будем отмечать. Я тут недавно уже как-то говорил, я просто хочу надеется, что у меня это не ощущение того, что «ну всё, пост кончился, Христос Воскресе, и…» Всё-таки это действительно такое ощущение от Воскресения Христова?

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, Алексей, я думаю, что нам даже не стоит подходить с позиции «правильно, не правильно». Мы идем этим путем, мы сопереживаем, и дальше это в какой-то мере у нас у всех одинаково в главном, а в каких-то вещах у каждого по-своему. Даже у вас, у самого это будет по-разному.

А. Пичугин

— Наверное, да. И я думаю, что каждый пост (Великий пост, по крайней мере) у меня проходит абсолютно в разных ощущениях. О каком-то можно было потом, после его окончания сказать, что, хотя бы в малом он был постом, а о каком-то, наверное, нельзя так сказать.

А. Пичугин

— Напомним, дорогие слушатели, что в гостях у светлого радио сегодня духовник детского приюта святой Ефросинии Московской — протоиерей Вадим Маркин. Мы говорим о Страстной седмице.

Л. Горская

— Я предлагаю поговорить подробнее о тех событиях, которые предстоят в течение этой недели.

А. Пичугин

— Уже она началась, сегодня — первый ее день.

Л. Горская

— Да, каждый день, как мы уже говорили, особый. И вот, начиная с сегодняшнего дня, батюшка, расскажите, что же происходит?

Прот. Вадим Маркин

— Сегодня, собственно, одно событие было в Великий Понедельник — это проклятие бесплодной смоковницы. И это событие о том, когда Господь подошел к смоковнице и проклял это дерево, не найдя на нем плода. И также евангелист Матфей повествует о том, как Спаситель мира провел ночь в Вифании — в селении недалеко от Иерусалима. И, собственно, события Великого Понедельника на этом завершаются.

А. Пичугин

— Мне смоковницу было жалко всегда. Мало ли у нас бесплодных деревьев, от которых ничего хорошего, но тем не менее они растут. Я понимаю, что здесь это было сделано в назидание окружающим.

Прот. Вадим Маркин

— Знаете, это чувство, о котором вы сказали, тоже было у меня, когда я, может быть, впервые читал Евангелие. Всегда жалко, когда что-то и кто-то погибает.

А. Пичугин

— У меня, кстати, такое же ощущение от некоторых событий, связанных с книгой Деяний апостолов.

Прот. Вадим Маркин

— Вы совершенно правильно, Алексей, сказали, что это событие нельзя понять в его глубине, в его таком духовном совершенстве, не видя в нем прообразовательного значения. Прежде всего для ветхозаветного человека смоковница — это весь народ Израилев, который должен был давать плоды всегда, в любую секунду и минуту. Но этих плодов не нашел Господь Спаситель. Это закон Моисеев, который был дан народу, и плод от закона Моисеева тоже должен был наблюдаться. Название этому плоду — любовь. Но люди как бы исполняли закон, исполняли внешний свод правил, но любви не имели. И в этот момент обличение и назидание одновременно, и боль Христа Спасителя, когда Он обращался к людям со своей проповедью, со своим словом. Поэтому, конечно, вот то, что мы видим под образом смоковницы. А листья, которые шелестят, это наши внешние проявления: слова, заверения, убеждения, наше внешнее поведение.

А. Пичугин

— Ну, это вот Великий Понедельник. Но уже литургически, по-церковному наступил и вторник. Мы с вами беседуем вечером, соответственно, Великий Вторник уже по церковному исчислению наступил. А в этот день, насколько я понимаю, вспоминается обличение Спасителем фарисеев и книжников.

Прот. Вадим Маркин

— Сначала в этот день происходит объяснение самим Христом Спасителем события проклятия смоковницы. Вообще, это очень такой редкий случай. То есть в первый день происходит само событие, во втором дне обращаются ко Христу за объяснением, и Он дает это объяснение. И дальше, вы совершенно правы, там мы с вами слышим притчи в Великий Вторник. Это притчи о двух сыновьях, о злых виноградарях, о брачном пире. Там, знаете, подходят ко Христу с вопросами искусительного характера. То есть иудейские вожди обращаются ко Христу с тремя вопросами. Первый вопрос — о подати кесарю, стоит ли подавать кесарю подать. Дальше походят саддукеи и спрашивают о воскресении мертвых, дают такой искусительный вопрос. И третий ​— когда спрашивают о том, какая же наибольшая заповедь, хотят уловить Христа в Его каком-то отклонении от истины, и спрашивают у Христа, а в чем эта наибольшая заповедь. И дальше уже звучит то, о чем мы сказали — предостережение от книжников, фарисеев, от их подхода жизненного, от их позиции. Вот эти события происходили во вторник. И это еще не всё! Я только перечисляю. Во вторник была и эта скорбь Христа о Иерусалиме, лепта вдовы всем известная — это тоже происходит во вторник, когда Господь был у сокровищницы. Одно очень такое почти незаметное событие, о котором очень мало говорится, и большинство наших слушателей о нем даже не знают, потому что оно такое как бы проходное, но на самом деле оно очень глубокое — там хотели со Христом встретиться эллины, то есть не жители Иерусалима, а эллины. И они пытались устроить эту встречу, и было некое предложение ко Христу. Само предложение не звучит, но звучит ответ Христа Спасителя. Он отказывается, Он говорит, что то, что Ему надлежит пройти, надо пройти. Это было самое настоящее предложение бегства. Как бы это перевести на современный язык, помогите мне. То есть члены диаспоры за рубежом предложили Христу Спасителю тайно покинуть страну, быструю эмиграцию для того, чтобы избежать смерти, которую Христос отклонил. Там звучат пророчества о разрушении иерусалимского храма. Это всё Великий Вторник, я пересказываю. И это пророчество, я обращу внимание наших слушателей, как раз было поставлено в каком-то смысле во главу угла при суде неправедном ночью. Когда Христа судили, то как раз ссылались на эти слова: «Он говорил, что разрушит храм…» Как раз на эти слова ссылались лжесвидетели. И притчи о смоковнице, призыв к бодрствованию, о десяти девах, притча о талантах, и слово о Страшном Суде, которое произносит Спаситель. Это всё события Великого Вторника.

А. Пичугин

— А можно про эллинов чуть поподробнее? А чем их так привлекало учение Христа, что они решили к Нему обратиться с таким предложением?

Прот. Вадим Маркин

— Учение Христа привлекало, если сказать современным языком, в общем-то, весь мир.

А. Пичугин

— Да, но на тот момент в основном за Ним ходили либо иудеи, либо в крайнем случае, мы знаем про Его общение с самарянкой. Понятно, что среди апостолов были представители эллинской культуры…

Прот. Вадим Маркин

— Совершенно верно.

А. Пичугин

— Но, насколько я понимаю, до сих пор спорят об их происхождении. То есть в основном это всё-таки были иудеи.

Прот. Вадим Маркин

— Да, совершенно верно. Это были иудеи в рассеянии. До событий земной жизни Спасителя были разные события, описанные в Ветхом Завете, и иудейский народ был расселен по всему миру. Поэтому эти эллины пришли на праздник, они исповедовали иудаизм, поэтому-то они и оказались в храме.

А. Пичугин

— А, вот как!

Прот. Вадим Маркин

— Да, и евангелист Иоанн как раз об этом пишет, что из пришедших на поклонение в праздник были некоторые эллины. Так начинается эта история. Они подошли к Филиппу, ученику Христову, который был из Вифсаиды Галилейской, и спросили его, если так прямым текстом: «Господин, нам хочется видеть Иисуса». Филипп идет и говорит о том апостолу Андрею, а потом Андрей и Филипп сказывают о том Иисусу. То есть уже обращаются к Нему. Кстати, эти строки уже показывают, что происходит что-то очень важное. То есть, смотрите, эллины обращаются к Филиппу, Филипп говорит Андрею, и Андрей и Филипп идут ко Христу сказать об этом. А с чем они обращаются? В Евангелии нет темы, с которой они обратились, она остается за страницами Евангелия. Это очень интересно. Нет утверждения с чем обращаются, но есть ответ Христа Спасителя. Иисус же сказал им в ответ: «Пришел час прославиться Сыну Человеческому. Истинно, истинно говорю вам, если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно. А если умрет, то принесет много плода». И дальше: «Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире, сохранит ее в жизнь вечную». И из этого ответа нам понятен вопрос. Ему предложили уйти от креста, ему предложили эмиграцию (опять я применю современное понятие).

А. Пичугин

— Что же, мы так идем по дням Страстной седмицы. Давайте теперь перейдем к Великой Среде. Мы всё ближе и ближе подходим к событиям, которые описывают Гефсиманский сад и всё, что произошло там. Но перед четвергом, когда мы вспоминаем об этом, была Страстная Среда. И что же это такое? Что же это за день? И чем он так важен?

Прот. Вадим Маркин

— В Страстную Среду прежде всего произошел заговор фарисеев и решение иудеев об убийстве Христа. Евангелист Матфей в 26-й главе об этом говорит. Это произошло на рубеже между вторником и средой, в ночь со вторника на среду. И этот заговор происходит, и дальше в Вифании — в селении недалеко от Иерусалима происходит событие, которое описывает евангелист Марк и другие евангелисты — это помазание Иисуса грешницей. И, наконец, самое главное — в среду происходит решение Иуды Искариотского о предательстве и плата за это предательство.

А. Пичугин

— Может быть, здесь чуть поподробнее о самом предательстве поговорим. В чем феномен предательства Иуды, о котором уже столько веков говорится, и постоянно ломаются копья о том, было ли это предопределено заранее, был ли выбор у Иуды? И, вообще, как?

Л. Горская

— Я вот себя спрашиваю, а зачем был нужен Иуда, когда всем были известны и состав «преступления», и как выглядит Христос тоже все знали? Зачем нужен был Иуда? Зачем это предательство должно было быть персонифицировано? Без него же можно было обойтись, но не обошлось!

Прот. Вадим Маркин

— Знаете, прежде всего вопрос, а почему вокруг этого, как Алексей выразился, ломаются копья? Мне кажется, что мы должны понять причину. Вы знаете, почему? Потому что это имеет отношение к нам. Помните, когда Христос на Тайной Вечери говорит, что один из учеников предаст Его… Вспомните, какой вопрос задают ученики…

А. Пичугин

— «Не я ли?»

Прот. Вадим Маркин

— Да. Не «Кто? Назови имя!», а «Не я ли?» Вот это «не я ли?» интересует и волнует меня лично и каждого из нас больше, чем вопрос «кто?»

А. Пичугин

— Ну, «кто?» — это праздный вопрос довольно, а «не я ли?» — это уже смысл.

Прот. Вадим Маркин

— Да, это смысл, это имеет отношение ко мне лично. Я-то переживаю о себе, каков я, и поэтому весь разговор об Иуде — это разговор о себе самом, о каждом из нас. Это очень важно понимать. Иуда — это не просто какой-то некий плохой человек, к которому мы не имеем отношения. Обратите внимание, что предали-то все. Я имею в виду, что все разбежались, что все сделали вид, что как бы ничего не произошло. Но это дальнейшие дни нам показывают. Предатели-то все! А если все, то мы-то как? А мы чего не испугаемся или испугаемся? Мы-то как себя поведем? Мы в жизни-то простые какие-то вещи… Чуть-чуть нам стало страшно и мы — всё, мы — по тормозам, и мы… Вот даже простая бытовая ситуация, когда кто-то кого-то обижает. Легче же спрятать глаза и как-то не вмешиваться в эту историю. Я беру простые вещи, а если взять вещи еще более сложные! Если ты стоишь перед расстрелом, если у тебя выбор, либо писать донос, либо не писать, если на кону, простите за выражение, твое экономическое, политическое или какое-то еще положение, то как ты поступишь? И это всё разговор об Иуде, это всё разговор о себе самом.

Л. Горская

— Даже бывают попроще вещи, когда ни жизни, ни положению ничего не угрожает, а просто, кажется, проще не обратить внимание и, закрыв глаза, просто пройти мимо.

Прот. Вадим Маркин

— Конечно! Или просто в каком-то нашем коллективе кто-то выпал из этого коллектива в той или иной мере.

А. Пичугин

— Из нашего недавнего прошлого и, к сожалению, уже видим, что и нашего настоящего — не могу молчать. И вот это «не могу молчать» — оно тоже ведь, наверное, в какой-то мере является таким предательством. Давайте продолжим через минуту. Напомню, что духовник детского приюта святой Ефросинии Московской — протоиерей Вадим Маркин — гость программы «Светлый вечер». Лиза Горская, я — Алексей Пичугин. И мы скоро вернемся.

А. Пичугин

— Мы возвращаемся в студию «Светлого радио». Здесь сегодня протоиерей Вадим Маркин — духовник детского приюта святой Ефросинии Московской. Лиза Горская, я — Алексей Пичугин. Мы говорим о Страстной седмице. Предательство Иуды мы ещё не до конца, мне кажется, обсудили. Это самое важное, что произошло в Страстную Среду. Человек пришел, договорился, и получил за это 30 сребреников. А меня всегда интересовал такой вопрос. Он же всю дорогу был вместе с Христом, он был в числе двенадцати избранных, соответственно, наверняка обладал тоже определенными духовными дарами, которые он получил от Спасителя, он видел всё, что Спаситель делает, но тем не менее совершилось предательство. Наверное, самый логичный вопрос, а как такое, вообще, могло произойти, когда ты видишь всё, что происходит, а потом идешь и предаешь?

Прот. Вадим Маркин

— Прежде всего это кризис веры.

А. Пичугин

— А веру же потрогать можно в данном случае.

Прот. Вадим Маркин

— Веру потрогать можно, но Иуда был воспитан в иудаизме. Он был воспитан, и у него было собственное представление о Мессии. И его собственное представление о Мессии напрочь не сходилось с тем, что он видел.

А. Пичугин

— Ну, как?

Прот. Вадим Маркин

— Очень просто. Мессия — это великий царь, который придет и установит царство на всей земле.

Л. Горская

— Царь человеческий?

Прот. Вадим Маркин

— Да.

А. Пичугин

— То есть он чего-то другого ждал?

Прот. Вадим Маркин

— Царь человеческий с воинством, с министром финансов…

Л. Горская

— С короной!

Прот. Вадим Маркин

— С троном!

А. Пичугин

— Но он же не сможет исцелять больных, не сможет воскрешать мертвых, не сможет делать десятой части того, что делает Христос. Да у него там будут корона, министр финансов, у него будет красивая повозка, много слуг, но ведь это всё немного к другому относится. Или мы так легко об этом рассуждаем с позиций человека XXI века?

Прот. Вадим Маркин

— Да, я думаю так. Кризис веры. Кстати, то, что вы привели пример, это как раз пример о том, что чудо само по себе не является свидетельством для истины. То есть чудеса происходят в нашей жизни вокруг…

Л. Горская

— Но мы их можем не замечать.

Прот. Вадим Маркин

— Но мы не замечаем, мы игнорируем. Также и там. Вы знаете, и тут еще личные ожидания. Вот этот момент, который в церковных песнопениях, что Иуда — «сребреники», «предательство» и «продал». И этот момент не является натяжкой. Он действительно такой. То есть Иуда себя тоже в этой когорте мнил на определенном положении, и никак не человеком, который будет ходить за Иисусом и ничего не иметь в кармане.

Л. Горская

— Не спать на земле?

Прот. Вадим Маркин

— Да. И не иметь дома, коттеджа…

Л. Горская

— Виллы. Возвращаясь к тому, что Иуда — это история во многом про нас… Я же не только вам задаю, но и всем задаю этот вопрос: «Зачем этот несчастный Иуда был нужен? Почему нельзя было обойтись без него?» Вот есть человек, которого просто поминают недобрым словом уже почти 2000 лет. Его даже по-своему жалко, не позавидуешь же ему. И мне все отвечают, что это история про нас. И не было бы Иуды, то мы про себя многое бы не поняли. И он необходим нам, чтобы знать себя, на что мы способны. Вот это чудовищно на самом деле звучит. Неужели мы все такие потенциально?

Прот. Вадим Маркин

— Да, мы все такие. Но как Иуда имел выбор, слава Богу, этот выбор есть и у нас. Мы все такие, но каждый из нас может быть не таким.

Л. Горская

— Я не знаю, насколько это может относится к нашей теме, но буквально на днях я, спросив очередного священника про Иуду, через несколько часов увидела запись своей знакомой в «Facebook», где она вспоминала какую-то историю двадцатилетней давности про то, как у них в классе в школе была история, когда ее подруга украла и выкинула школьный журнал, потому что плохо училась. И эту мою знакомую классная руководительница вынуждала предать подругу и сказать, что именно эта подруга и выкинула журнал. И так интересно, что девушка уже сейчас не может вспомнить, предала ли она подругу или нет. Память заблокировала эту историю. Но она выяснила, что на тот момент, когда ее допрашивали и просили признаться, уже всё было известно, уже другие люди рассказали, кто на самом деле выкинул журнал. И ее эта искренняя запись в социальной сети заканчивается фразой: «А зачем меня вынуждали предать, если уже всё было известно?» И оказалось, что это достаточно общая история для нашего даже школьного образования. Вот что это? Что это за явление такое?

Прот. Вадим Маркин

— Это Господь попускает то, о чем мы с вами говорим, что у каждого из нас происходит каждое евангельское событие, которое описано в Евангелии. И происходит оно с детства, и это великолепный пример, который вы привели. Мы можем не понимать, мы, может быть, даже не читали Евангелие, но мы проходим путь со Христом и путь Христа. Это удивительная вещь. Кстати, на генеральный вопрос, который сейчас звучит, сам Христос же тоже ответил: «Впрочем, Сын Человеческий идёт, как ему преднаписно, но горе тому человеку, через которого Сын Человеческий предается».

А. Пичугин

— У меня всегда был вопрос именно по поводу той цитаты, которую вы привели: «Но горе тому человеку, через которого Он предается».

Прот. Вадим Маркин

— То есть этот человек имел свободу выбора.

А. Пичугин

— Но получается, что изначально он имел свободу выбора, но эта свобода выбора такая относительная. Он родился на свет Иудой, тем самым, который предаст Христа, прожил свою какую-то относительно небольшую жизнь, стал взрослым человеком, встретился со Христом, предал Его, пошел и удавился. Соответственно, он родился, и, в общем-то, его главное предназначение в этом мире, чтобы предать Христа, но у него была свобода выбора. Но было изначально понятно, что он предаст.

Л. Горская

— А было ли? А, теоретически, мог ли это быть другой из апостолов?

Прот. Вадим Маркин

— Конечно. Более того, такой был.

А. Пичугин

— Пётр?

Прот. Вадим Маркин

— Да, конечно. Мы должны их сравнить, чтобы увидеть эту свободу выбора, потому что Петр со своей искренностью на Тайной Вечере говорит, что он «весь свой в доску» (простите за такое, может быть, жаргонное выражение).

А. Пичугин

— Нет-нет, хорошо.

Прот. Вадим Маркин

— Но так оно было-то! «Свой в доску?» — говорит Христос, «да петух не пропоет дважды, как трижды отречешься от Меня». И так и получилось.

А. Пичугин

— Но мы всегда делаем из Петра такое чудовище, простите. Мы часто его сравниваем с Иудой, говорим, что Петр отрекся. А мне всегда казалось, что в этом отречении Петра много человеческого и очень мало…

Л. Горская

— Так в предательстве Иуды тоже много человеческого.

Прот. Вадим Маркин

— Только человеческое!

А. Пичугин

— Согласен. Хорошо, может, я не совсем корректно выразился, но в отречении Петра нет той глубины падения. Я представляю себе человека на допросе где-нибудь в НКВД в 30-е годы, когда священника какого-нибудь спрашивают: «А знаешь ли ты этого епископа?» Он говорит: «Нет, не знаю» — «Ну, как же не знаешь? Вот твой епископ у нас тут уже сидит десятый день. Вот тут ты на фотографии с ним изображен» — «Нет, не знаю, вы что-то путаете, он только похож на него». Мы бы сейчас спустя 80 лет после этого, наверное, к этому священнику, если он дальше этого епископа никак не предал, относились бы по-человечески… Да, он пытался спасти свою жизнь, это так по-человечески близко нам. Вот так же я не совсем понимаю, а в чем же глубинный смысл здесь…

Л. Горская

— То есть, когда ради абстрактного спасения собственной жизни ты понимаешь, а когда за 30 серебряников ты не понимаешь?

А. Пичугин

— Видимо да.

Прот. Вадим Маркин

— Я тоже с трудом улавливаю разницу. Может быть, надо войти в психологию момента. История с Иудой — там сначала собрали совет, решили погубить его, и Иуда — это просто эпизод. Кстати, 30 серебряников — это тоже только эпизод. Сколько дали, столько и взял! Дело было не в них по большому счету.

А. Пичугин

— Многие говорят, что там магия чисел какая-то…

Л. Горская

— Ну, это…

Прот. Вадим Маркин

— Да. Это уже другая история. А Пётр? Давайте войдем… Как проходило это предательство? Вот входит он на территорию, горит костер, воины вокруг него собрались (с помощью Иоанна Богослова его знали). И тут тетка подлетает и говорит: «Он был с ними!» Ты следуешь за Христом… Написано же, что все разбежались. Я имею в виду сейчас ночь Гефсиманского сада. И Пётр убежал, но Пётр идет вслед, он видит, куда ведут Христа, и он здесь, и говорит: «Нет, я не знаю Его». И тут другие подошли: «И говор твой говорит, что ты — галилеянин» — «Нет, я не знаю Его». И это происходит через 2-3 часа после Тайной Вечери, когда он клялся в любви. Ну как не предательство? Это предательство! Поэтому я думаю, что отличие здесь прежде всего в том, что Петр плакал горько. Вот это вот сопереживание… Иуда тоже раскаялся, есть прямо эти слова, то есть пожалел о содеянном. И Петр плачет, потому что пожалел. Но дальше этот момент любви, евангельские события нам раскрывают этот момент любви, когда происходит встреча Петра со Христом. Сначала Евангелие описывает Петра в пустой пещере, где воскрес Христос, и он вышел удивляясь. И потом эта встреча опять у этого костра — как тогда костёр ночью перед судом, так и теперь костер на берегу Галилейского озера. Но мы забегаем вперед, конечно…

Л. Горская

— Но, забегая вперед, получается, что Иуда тоже встретился со Христом буквально через несколько дней, когда Христос сошел во ад, а Иуда был уже там.

Прот. Вадим Маркин

— Да, получается так.

А. Пичугин

— Многие вообще толкуют сошествие Христа во ад… Это же всё уже вневременное. То есть, что Он сходил во ад в конце всего мира, когда уже там находятся люди, которые жили до конца мира, то есть спустя тысячелетия после произошедшей крестной смерти.

Л. Горская

— Но Иуда всё равно там был.

А. Пичугин

— Иуда там был, конечно. Но опять же это из области наших догадок… Но где он был? Как он был? Чего он был? Но то, что они встретились …

Л. Горская

— Так там все были!

А. Пичугин

— Но они встретились безусловно.

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, мне кажется, что для полноты картины… Я сейчас неожиданное предложение такое делаю. В разговоре об Иуде мы должны вспомнить слова царя Давида. Это Псалтирь, 54-я глава: «Ибо не враг поносит меня — это я перенес бы. Не ненавистник мой величается надо мною — от него я укрылся бы. Но ты, который был для меня тоже, что я, друг мой и близкий мой…» И Иуда, и Петр предают Христа не как Бога, а как друга. В этом всё понимание. Это их друг, это тот, с кем они были. Это тот, который дал им всё, что мог дать, и что должен был дать. Это предательство друга, поэтому-то Петра Христос и спрашивает: «Симоне Ионин, любиши ли Мя?» — «Да, Господи, люблю Тебя». «Фили» — то есть это любовь друга. Вот такая тема про Иуду!

А. Пичугин

— Напомним, что протоиерей Вадим Маркин духовник детского приюта святой Ефросинии Московской в гостях у программы «Светлый вечер» на светлом радио.

Л. Горская

— Мы двигаемся дальше по Страстной седмице.

Прот. Вадим Маркин

— А дальше это Великий Четверг. Пожалуй, это самое главное событие Страстной седмицы (хотя трудно выделять, что главное, что второстепенное). Но просто потому, что в Великий Четверг на Тайной Вечере устанавливается Новый Завет, поэтому для нас это очень важно. И события Тайной Вечери являются центральными событиями Великого Четверга. По традиции все христиане всего мира в этот день собираются вместе в храме, происходит Божественная Литургия, совместное Причастие. И начинаются события четверга умовением ног своим ученикам, братской трапезой, которую описывают евангелисты, вот этого диалога за столом о том, кто предаст, изобличения Иуды, и, собственно, установления Нового Завета — того, что это, в чем он состоит. И тут же (об этом, наверное, не очень знают наши слушатели) прямо сразу, где устанавливается Новый Завет, спор о том, кто есть больший среди учеников. Это очень важная деталь, на мой взгляд. И дальше ученики следуют в Гефсиманский сад в ночь. Там же происходят события, когда Иуда ведет воинов, события предательства. Всё это происходит в этот день.

Л. Горская

— Возвращаясь в бытовую плоскость… Можно ли Великий Четверг назвать тем водоразделом, когда, если что-то не успел сделать к Пасхе, то уже не надо суетиться? Или этот водораздел где-то раньше? Я это опять про уборку, про вот эти все хозяйственные хлопоты.

Прот. Вадим Маркин

— Вы знаете, вот так просто, однозначно ответить на этот вопрос, как не странно, трудно. Жизнь так устроена, что бывает на некоторые богословские вопросы ответить легче, чем на вопросы о том, когда можно мыть пол, когда нельзя, или, когда можно мыться, а когда нельзя. То есть это очень индивидуально, это уже так устанавливается в народе, надо просто включать логику и вот это внутреннее ощущение.

А. Пичугин

— Мне кажется, что у нас просто очень много народных традиций, которые мы возводим в аксиому. Например, «в этот день…» Когда у нас там принято дом прибирать?

Л. Горская

— Я не знаю, у меня, к сожалению, нет таких традиций…

А. Пичугин

— По-моему, в Великий Четверг.

Прот. Вадим Маркин

— Ну, «Чистый Четверг, поэтому сделаем дом чистым...»

А. Пичугин

— Да, наверное, такая хорошая традиция.

Л. Горская

— Подожди, в Великий Четверг вообще некогда убираться. Там с утра служба большая и вечером.

А. Пичугин

— Ты понимаешь, что это же шло из глубины наших древнерусских веков, когда, будем откровенны, в деревнях служились, наверное, эти службы, но я не уверен в этом. Даже до сих пор в сельских церквях очень многие службы Страстной седмицы опускаются, просто потому, что туда некому ходить.

Л. Горская

— Просто потому, что туда проверка не приезжала в эти дни.

А. Пичугин

— Просто потому, что туда никто не ходит. А что будет священник служить со своими…

Прот. Вадим Маркин

— Я улыбаюсь, слушая ваш диалог. (Смеется.)

А. Пичугин

— Ты что сразу будешь грозить им административным наказанием?

Л. Горская

— Причем здесь это. Но это же нонсенс, когда в Страстную седмицу какие-то службы пропускаются.

А. Пичугин

— Но мы же не ходим на все службы Страстной седмицы по своей занятости, по работе.

Прот. Вадим Маркин

— Но там еще бывает, что они объединяются.

Л. Горская

— Да?

Прот. Вадим Маркин

— То есть пропускается точный момент, но объединяется с другой, присоединяется.

А. Пичугин

— Вот мы все ходим на работу и поэтому пропускаем какие-то богослужения, а то и большинство.

Л. Горская

— Алексей, если бы ты работал священником, то ты бы не пропускал.

А. Пичугин

— Подожди, Елизавета! Вот мы пропускаем с тобой, вот еще пропускают люди, вот, соответственно, в храм никто и не приходит. Потому что священник, да, может и один послужить, может с женой, может с алтарником, но, в общем-то, если нет народа…

Л. Горская

— Служба для Бога или для людей больше?

Прот. Вадим Маркин

— Служба — это наша молитва пред Богом, это наша жертва Богу, поэтому она не для Бога, она перед Богом. А для людей — это уже дополнительная опция.

Л. Горская

— То есть, если никто не пришел в храм, это не отменяет значение службы?

Прот. Вадим Маркин

— Однозначно, нет.

Л. Горская

— Великая Пятница! Что происходит в Великую Пятницу?

Прот. Вадим Маркин

— Во-первых, событие ночи между четвергом и пятницей — это мы уже отнесем к событиям Великой Пятницы. Итак, в четверг после Тайной Вечери Господь и апостолы встают, следуют в Гефсиманский сад. Там молитва Христа Спасителя нашего пред Богом Отцом, там происходит событие, когда апостолы спят и трижды Господь возвращается к ним и говорит: «Бодрствуйте!». И в третий раз говорит: «Спите? Вот идёт предающий Меня». Строго говоря, это еще четверг, но уже всё — ночь, мы переходим к пятнице. И дальше мы видим, как стража хватает Христа Спасителя. Петр выхватывает короткий меч и отсекает ухо одному из воинов, но Господь останавливает руку Петра, исцеляет воина, и ученики разбегаются в страхе. Христа берут и ведут на неправедный суд. За Христом следует юноша — это был евангелист Иоанн, которого тоже хватают, но он, оставив плащ в руках тех, кто хватает, тоже убегает. А дальше Христа ведут, собственно, по большому счету на Синедрион, который возглавлял Каиафа. Петр следует за Спасителем мира. Там же и Иоанн Богослов. Иисуса сначала отводят к Анне-первосвященнику, который был в отставке к этому моменту времени. Дальше — это событие, когда Петр и Иоанн во дворе первосвященника, где Петр отрекается от Христа («Я не знаю Его»), а у первосвященника Анны Христа избивают. Причем по преданию избил тот, кому Господь исцелил отсеченное Петром ухо. Его звали Малх, даже осталось имя по преданию.

Л. Горская

— А что с ним потом было неизвестно?

Прот. Вадим Маркин

— Нет, неизвестно. И дальше происходит суд, когда Синедрион собран ночью. Суд над Иисусом Христом у Каиафы. Один за одним приходят лжесвидетели, но ничего не могут уловить, ни в чем не могут уличить, и, наконец, удача (с точки зрения устроителей ложного суда), когда люди свидетельствуют о том, что Христос говорил: «Разрушу храм сей». То есть святотатство — это смертная казнь. И дальше происходит известный диалог Христа с Синедрионом, и Христа приговаривают к смертной казни. А утром опять нужно собирать суд, потому что по правилам Талмуда суд действителен только при солнечном свете, и поэтому все суды, собранные не при свете солнца, являются недействительными. Поэтому собирается еще утренний суд, где быстренько делаются документы, подписываются, фабрикуется дело до конца. Но и это еще не конец! За много времени до этого события Рим отобрал право у Синедриона подписывать смертный приговор. И это была целая трагедия для иудейского народа. Они сами говорили, что скипетр отошел от Иуды, а Мессии всё нет. То есть власти они уже не имеют… Ну, понятно. И поэтому нужно идти к представителю римской власти. А кто представитель римской власти?

Л. Горская

— Пилат.

Прот. Вадим Маркин

— Пилат, который находится здесь, в городе. Поэтому надо идти к Пилату после этого окончательного приговора. И так Иисус оказывается перед Пилатом. Пилат пытается отпустить Христа, потому что, как минимум, он понимает, что по зависти Его предали фарисейские начальники. И разными способами он пытается отпустить. В это время (это тоже событие Великой Пятницы) Иуда бросает плату на пол храма, он возвращает эти 30 сребреников. И происходит самоубийство Иуды Искариотского. И Пилат всё время пытается отпустить Христа, но иудеи спрашивают Варавву. Тут жена Пилата говорит: «Отпусти Его, ибо во сне мы претерпели много». Она просит мужа отпустить Христа Спасителя. Жену Пилата зовут Клавдия. Она потом вместе со своим мужем отправилась в ссылку. И там Пилат закончил жизнь самоубийством, Пилат убил сам себя.

А. Пичугин

— Вряд ли это произошло из-за событий, связанных с Христом.

Прот. Вадим Маркин

— Мы не знаем. Мы знаем, почему его отправили в ссылку. Это дело об убийстве галилеянина, то есть о том, что он сделал на Святой Земле. А что происходило в голове Пилата и в душе Пилата история не оставила. Обратите внимание, что даже само перечисление этих событий — это целый, огромный блок. Пилат умывает руки, народ кричит: «Отпусти нам Варавву!»

Л. Горская

— А почему?

Прот. Вадим Маркин

— А потому что Варавва выглядел выгоднее и ближе к понятию Мессии, потому что Варавва — это революционер (если смотреть на события 1917 года).

А. Пичугин

— Он пьяный матрос, скорее!

Прот. Вадим Маркин

— Он поднял восстание, он убил конкретных римлян. То есть он сделал конкретные дела за свержение власти ненавистной Римской империи. Поэтому народная любовь на стороне Вараввы. А кто такой Христос с точки зрения толпы, да ещё и научаемой от фарисеев, конечно, подзуживаемый ими, кто Он? Что-то там говорящий, что-то проповедующий, но не сделавший ничего конкретного. Он никого не убил, никого не сверг.

Л. Горская

— Да и странный какой-то!

Прот. Вадим Маркин

— Да. Поэтому избиение Христа, бичевание. Многие такие бичевания заканчивались смертью. Издевательство над Христом, терновый венец — это всё события Великой Пятницы. И вот в 12 часов дня Пилат еще раз пытается отпустить Иисуса, он произносит: «Се Человек». И сейчас даже остался камень, на котором стоял Пилат и произносил эти строки. И сейчас там, в Иерусалиме на арке написаны эти слова. И звучит окончательный приговор. Как в 68-м псалме Давида: «Ненавидящих меня без вины больше, нежели волос на моей голове…» То есть огромное стечение народа, и они кричат: «Распни, распни Его! Кровь Его на нас и на детях наших!» Это мощное такое, удивительное, глубокое событие. И всё — Христа ведут на распятие. Это тоже всё события Великой Пятницы. Христа ведут на распятие, по пути встречается Симон, который помогает нести крест. И идущие, плачущие жены-мироносицы. Где апостолы, кстати? Их там нет!

А. Пичугин

— Ну, у креста стоял апостол Иоанн.

Прот. Вадим Маркин

— Да, а апостол Иоанн стоял, ему было 16 лет на тот момент времени.

Л. Горская

— Я помню в детстве, много лет назад мы помогали убирать храм к Пасхе и что-то мы разверещялись. И вышла к нам староста Августа Петровна и сказала: «Господь на кресте! Вы чего тут кричите? Вы, вообще, думаете, что вы делаете?» И нас тогда это впечатлило. И вот вы сказали в начале программы, когда я «пытала» вас, а можно ли убираться, что можно делать, и вы сказали, что главное — это то, что в душе. А что должно быть в душе вот в эти финальные дни перед Пасхой, если можно так сказать?

Прот. Вадим Маркин

— Мы должны с вами вспоминать об этих событиях, мы должны пропускать их через себя. И знаете, какая мысль, мне кажется, чтобы была в нас? Вот этот вопрос: «Не я ли?» и «Где я?» — чтобы я не оказался на стороне распинателей или просто равнодушных. Ведь в Иерусалиме в это время ходили толпы людей. Там же на праздник все собрались, там 5 миллионов человек было — это огромное количество для города. И они просто ходили, что-то ели, пили, как-то отдыхали там, слушали музыку. Как и мы сейчас! И вот очень важно это понимать. Я не зря говорю, что в 12 часов дня был этот момент, а в 15 часов Иисус испустил дух. Вот это очень короткое сообщение о смерти Христа. Это пятница, 15:00. Я очень прошу всех нас и наших слушателей помнить, ведь пятница сейчас будет, и 15:00 — это момент смерти Христа Спасителя, когда Он умирает на кресте, а само распятие, молитва о распинающих — это всё тоже события Великой Пятницы. Вот этот момент распятия, обращения благоразумного разбойника, которому сказано: «Сегодня же будешь со Мной в раю». Даже и времени не хватит, чтобы перечислить всё, что было в эту Великую Пятницу.

А. Пичугин

— Ну, что ж, спасибо! Мы сегодня говорили о Страстной седмице, говорили с протоиереем Вадимом Маркиным — духовником детского приюта святой Ефросинии Московской. Лиза Горская —

Л. Горская

— Алексей Пичугин!

А. Пичугин

— Всего доброго! Будьте здоровы!

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Исторический час
Исторический час
Чему учит нас история? Какие знания и смыслы хранятся в глубине веков? Почему важно помнить людей, оказавших влияние на становление и развитие нашего государства? Как увидеть духовную составляющую в движении истории? Об этом и многом другом доктор исторических наук Дмитрий Володихин беседует со своими гостями в программе «Исторический час».
Мой Урал
Мой Урал
Сказки Бажова и строительство завода Уралмаш – все это об Уральской земле, богатой не только полезными ископаемыми, но и людьми, вчерашними и сегодняшними жителями Урала. Познакомьтесь ближе с этим замечательным краем в программе «Мой Урал».
Семейный час
Семейный час
Программа «Семейный час» - это часовая беседа в студии с участием священника. В этой программе поднимаются духовные и нравственные темы, связанные с семейной жизнью, воспитанием детей и отношениями между поколениями. Программу ведут теле- и радиоведущие Александр Ананьев и Алла Митрофанова
Встречаем Пасху
Встречаем Пасху

Также рекомендуем