У Свято-Троице-Сергиева монастыря, что стоит в центре Риги, есть подворье, которое находится в живописном лесу под Елгавой. Это Спасо-Преображенская пустынь. История как монастыря, как и пустыньки, тесно связана с судьбой сестер Мансуровых, Екатерины и Натальи. Именно Мансуровы открыли в Риге школу для девочек из бедных семей и сиротский приют, при котором годом позже была организована женская монашеская община. Прошло еще немного времени – император дарит сестрам и их воспитанницам землю под Елгавой. Сестры Мансуровы принимают постриг. Екатерина, в монашестве Сергия, становится игуменьей рижской обители, Наталья – монахиня Иоанна, принимает руководство лесной пустынькой.
В ту пору вековые леса в Курляндской губернии стояли нетронутыми. Монахини жили настолько уединенно, что их обыденный каждодневный распорядок напоминал подвижничество древних времен. На жизнь сестры зарабатывали тем, что белили воск для рижского свечного завода.
На подворье выстроили храм Преображения Господня, а вслед за ним еще один, во имя Преподобного Сергия Радонежского. Добрая слава об обители распространилась на много километров, и в праздничные дни уже две церкви не могли вместить всех паломников. А после того, как открыл свои двери просторный величественный Свято-Троицкий собор, пустынь из места отшельничества стала центром православия в Прибалтике.
В это время лесное подворье посетила великая княгиня Елизавета Федоровна, основательница московской Марфо-Мариинской обители. Матушка Елизавета подарила пустыни икону преподобного Иоанна Лествичника.
Время благоденствия сменилось периодом испытаний. Великая Отечественная война заставила сестер эвакуироваться в Новгородскую область, а по возвращении поднимать разоренную обитель с нуля. Большую роль в восстановлении монастыря сыграл тогдашний духовник обители, архимандрит Кирилл. Воспитанник Валаама, он помогал сестрам в любых обстоятельствах не терять присутствие Духа. После его кончины монахинь десять лет окормлял известный подвижник, архимандрит Таврион (Батозский). При таких наставниках количество насельниц стремительно росло. В конце восьмидесятых годов в обители было 130 сестер. Их число сократилось только после того, как в России стали возрождаться монастыри –пустынские воспитанницы стали настоятельницами многих монашеских обителей в России.
А Спасо-Преображенская пустынь, укрытая зеленью хвойных лесов, по-прежнему почитаема народом. Чтобы в этом убедиться, нужно приехать в Ригу 17 августа. Каждый год в этот день от храма Спаса Нерукотворного в пустынь выходит крестный ход. Сотни людей проходят под хоругвями пятьдесят шесть километров, чтобы попасть в любимую обитель на престольный праздник - Преображение Господне.
«Жалость и милосердие». Священник Григорий Геронимус
В программе «Светлый вечер» на Радио ВЕРА Марина Борисова беседует со священником Григорием Геронимусом, настоятелем храма Всемилостивого Спаса в Митине.
Разговор посвящён различию между жалостью и милосердием. Отец Григорий объясняет, что жалость — это чувство при встрече с чужой бедой, а милосердие проявляется в том, что человек делает. При этом дело важнее эмоции: в притче о самарянине говорится не о переживаниях, а о поступках.
Гость предупреждает, что тщеславие может примешаться почти к любому доброму делу, но это не повод отказываться от помощи. Он вспоминает и слова своего духовника: не всякая доброта есть добро.
Собеседники говорят о том, что просто выслушать человека — уже дело милосердия, а помощь требует не только денег, но и времени и участия. Отец Григорий приводит рассказ митрополита Антония Сурожского о нищем, которого больше денег обрадовало то, что человек отнёсся к нему как к равному.
Отдельно разговор выходит на воскрешение Лазаря, над которым Христос плакал, зная, что воскресит его. Опираясь на Иоанна Дамаскина, отец Григорий объясняет это соединением во Христе двух природ: Божественной и человеческой. В завершение наш гость подчёркивает, что милосердие требует рассуждения, ведь настоящая помощь — это не делать всё за человека, а помогать ему справиться самостоятельно, и порой для этого нужно и строгое слово.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Светлый вечер
«В вагоне метро»

Фото: Max Mishin / Pexels
В вагоне метро тесно и душно. Утренний час-пик. И куда только люди лезут? Поезд, между прочим, не резиновый! Да уж, пока до работы доберёшься, все нервы потеряешь... Толчея невообразимая, рукИ не поднять, а девушка рядом стоит себе, читает. Случайно на ногу ей наступил, а она даже не посмотрела. Интересно, и чем так зачиталась? Загляну-ка...
Молитвенник, наверное. Никогда такую книгу в руках не держал. Слова какие, необыкновенные: «Дай мне услышать радость и веселие... Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня».
Моя станция! Простите, извините, выхожу!
«Надо же, — подумал я, выбежав из вагона, — сам зачитался, и чуть не проскочил! Вот это книга! Сегодня же куплю себе такую».
Текст Анна Шепелёва читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Липовый звон»

Фото: Vlad Nazarov / Pexels
Солнечное утро без сожалений перелистнуло лист настенного календаря. Июнь позади. Погода не успела порадовать теплом, но прогноз утешает, всё ещё впереди. С этой мыслью собираюсь и выхожу на работу.
Иду через детскую площадку и чувствую, что-то изменилось. Да это липа зацвела! Мягкий сладкий запах наполнил двор. Не отказываю себе в удовольствии подойти ближе к дереву, чтобы прочувствовать аромат. Притягиваю нижнюю ветку к лицу и ныряю головой в густые пучки соцветий. И тут же вспомнилось, как в детстве гонял с мальчишками на велосипеде. А ухабистая дорога, почти прямая в деревне, с приближением к речке начинала вилять между посевами полей. И знойный воздух июля был переполнен этим сладким звоном липы.
Вспомнил, как собирал по просьбе бабушки липовый цвет в холщовый мешочек. Аккуратно срываю несколько цветков и кладу их между чистыми страничками ежедневника. На работе заварю лето в чашке.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе












