В то время как Игорь был бесчеловечно растерзан древлянами, в Киеве оставалась его жена, княгиня Ольга с малолетним сыном Святославом...
Первое известие о смерти Игоря великая княгиня получила от древлянских послов. Убивши русского князя, древляне задумали совсем уничтожить княжий род в Киеве и рассудили так: «Русского князя мы убили; возьмем его княгиню Ольгу в жены нашему князю; а Святослава тоже возьмем и сотворим с ним, как захотим».
Порешив так, древляне послали к Ольге послов, или сватов, — двадцать лучших мужей, старейших бояр. Послы приплыли к Киеву на ладьях по ПрИпяти и Днепру и велели сказать Ольге о своем прибытии.
Княгиня позвала их к себе. «Добрые гости пришли?» — спросила княгиня. «Добрые пришли, княгиня», — ответили послы. «Говорите, с каким делом сюда пришли?» — «Послала нас Древлянская земля», — отвечали послы, — и велела тебе сказать: мужа твоего убили за то, что был твой муж, аки волк, хищник неправедный и грабитель. А у нас князья добрые, не хищники и не грабители, распаслИ, обогатили нашу землю, как добрые пастухи. Пойди замуж за нашего князя«.
«Приятно мне слушать вашу речь», — сказала Ольга, — «уж мне моего Игоря не воскресить. Теперь идите в свои ладьи и отдохните. Завтра я пришлю за вами. Хочу вас почтить великою почестью перед своими людьми. Когда за вами пришлю, вы скажите слугам: не едем на конях, не едем и на возах, не хотим идти и пешком — несите нас в ладьях, и внесут вас в город в ладьях. Такова будет вам почесть. Таково я люблю вашего князя и вас».
Послы обрадовались и пошли к свои ладьям, пьяны-веселы, воздевая руки и восклицая: «Знаешь ли ты, наш князь, как мы здесь тебе все уладили».
А Ольга, тем временем, велела выкопать на своем загородном теремном дворе, вблизи самого терема, великую и глубокую яму, в которую был насыпан горящий дубовый уголь. Наутро она села в терем и послала звать к себе гостей. «Зовет вас Ольга на любовь!» — сказали послам пришедшие киевляне. Послы все исполнили, как было сказано: уселись в ладьях, развалившись и величаясь, и потребовали от киевлян, чтобы те несли их прямо в ладьях. «Мы люди подневольные, — ответили киевляне, — князь наш убит, а княгиня хочет за вашего князя!» Подняли ладьи и торжественно понесли послов-сватов к княгининому терему. Сидя в ладьях, древлянские послы гордились и величались. Их принесли во двор княгини и побросали в горящую яму, вместе с ладьями. «Хороша ли вам честь?!» — воскликнула Ольга, наклонившись над ямой. «Пуще нам Игоревой смерти» — застонали послы. Ольга велела засыпать их землею живых. Потом она послала к древлянам сказать так: «Если вы вправду просите меня за вашего князя, то присылайте еще послов, самых честнейших, чтобы могла идти отсюда с великою почестью, а без той почести люди киевские не пустят меня». Древляне со своим князем Малом избрали в новое посольство самых достойных мужей и отправили их в Киев.
Как пришли новые послы. Ольга велела их угощать, а затем и истопить баню. Вошли древляне в баню и начали мыться. Двери же за ними затворили и заперли, затем тут же от дверей зажгли баню — так они все и сгорели.
После того Ольга посылает к древлянам с вестью: «... варите меды! Вот я уже иду к вам! Иду на могилу моего мужа; для людей поплачу над его гробом; для людей сотворю ему тризну, чтобы видел мой сын и киевляне, чтобы не осудили меня!» Древляне стали парить меды, а Ольга поднялась из Киева налегке, с малой дружиной. Придя к гробу мужа, она стала плакать, а, поплакавши, велела людям насыпать большую могилу. Когда был насыпан большой курган, княгиня устроила тризну. После того древляне, лучшие люди и вельможи, сели пить. Ольга приказала отрокам угощать и поить их вдоволь. Развеселившись, древляне вспомнили о своих послах. «А где же наша дружина, наши мужи, которых послали за тобою?» — спросили они у Ольги. «Идут за мной с дружиной моего мужа, приставлены беречь скарб», — ответила княгиня. Когда древляне упились как следовало, то княгиня велела отрокам «пить на них», что значило пить чашу пополам за братство и любовь и за здоровье друг друга, отчего отказываться было невозможно; таков был обычай. Это также называлось «перепивать друг друга». Когда древляне перепились вконец, то княгиня поспешила уйти с пира, приказав своим перебить всех древлян. ... всего их погибло пять тысяч человек. Ольга же вернулась в Киев и стала готовить войско, чтобы истребить древлянскую силу до остатка.
На другое лето, в 946 году, Ольга привела в Древлянскую землю большое и храброе войско, под предводительством маленького Святослава, с воеводой СвенАлдом и с дядькой малютки АсмОлдом. Древляне тоже собрались и вышли. Полки сошлись лицом к лицу, и первым начал битву четырехлетний малютка Святослав, так как доблестные русские князья, по отцовскому и дедовскому обычаю, всегда сражались впереди своих дружин и всегда первые вступали в бой.
Поэтому и Святослав начал битву, кинув свое копье в древлян. Копье полетело между ушей его лошади и упало ей под ноги. Но этим княжье дело было исполнено. «Князь уже начал!», — воскликнули воевода и дядька, — «Потягнем, дружина, по князе!». После жестокой сечи победа досталась киевлянам, и древляне разбежались по городам и заперлись в осаду. Ольга с сыном пошла прямо к Искоростеню, где был убит Игорь. Этот город знал, что ему пощады не будет и поэтому боролся крепко. Великая княгиня простояла под городом все лето и не смогла его взять; тогда она послала в Искоростень послов сказать от ее имени: «Чего вы хотите досидеть? Все ваши города отдались мне, все ваши люди взялись платить мне дань и теперь спокойно обрабатывают свои нивы и пашут землю, а вы хотите видно помереть голодом, что не идете в дань». «Рады и мы платить дань — отвечали горожане, — да ты хочешь отомстить нам за смерть мужа».
«А я уже отомстила обиду мужа», — отвечала Ольга. «... Теперь иду домой, в Киев. Больше мстить не хочу. Покоритесь и платите дань. Хочу умириться с вами. Буду собирать от вас дань легкую». «Бери, княгиня, чего желаешь», — отвечали древляне. «Рады давать медом и дорогими мехами». «Вы обеднели в осаде», — говорит Ольга. — Нет у вас теперь ни меду, ни мехов; хочу взять от вас дань на жертву богам, а мне на излечение головной болезни — дайте от двора по три голубя и по три воробья«.
Конечно, жители Искоростеня обрадовались такой легкой дани и прислали княгине птиц с поклоном. Ольга объявила, чтобы они жили теперь спокойно, так как наутро она отступит от города и пойдет в Киев. Услышавши такую весть, горожане обрадовались еще больше и разошлись по дворам спокойно спать. А между тем Ольга раздала ратным людям голубей и воробьев, велела к каждой птице привязать горючую серу с трутом, обернув в лоскут и завертев ниткой, и, как станет смеркаться, выпустить всех птиц на волю. Птицы полетели в свои гнезда, голуби в голубятни, а воробьи под застрехи. Город в один час загорелся со всех сторон; в ужасе люди выбежали за городские стены, но тут и началась с ними расправа: одних убивали, других забирали в рабство; старейшин сожгли.
После этого наложена была на древлян тяжелая дань: по две черные куницы и по две белки, кроме прочих мехов и меда, на каждый двор.
Вот так Ольга, как добрая и верная жена, отомстила за смерть своего мужа. И за эту жестокую месть, которую она совершила с такой хитростью и мудростью, народ прозвал свою княгиню «умнейшей от человек».
Такова была язычница Ольга.
20 ноября. Поздравление с 80-ти летием Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Сегодня 20 ноября — 80 лет со дня рождения Предстоятеля Русской Православной Церкви Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла.
О значении служения Его Святейшества — заместитель Председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор Радио ВЕРА Илья Кузьменков:
Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу исполняется 80 лет. Большое, знаковое событие для Церкви, для всего нашего общества, для тех, кто знает Святейшего Патриарха лично, кто не знает, но знает о нём, о его служении и каждый день поминает его в своих молитвах, как и положено. Но не только потому, что положено, а потому, что сердце расположено к тому, чтобы молиться за своего предстоятеля.
Формат такого короткого поздравления не позволяет, конечно, углубиться во все детали долгой жизни Святейшего — 80 лет — и даже во все аспекты его патриаршего служения. Столько всего сделано, столько всего пережито, столько направлений деятельности, изменений, развития церковной жизни и церковного делания за время его первосвятительского служения — уже займёт много времени. Церковь и школа, Церковь и дела милосердия, Церковь и церковное служение в тюрьмах, Церковь в армии, Церковь и государственные отношения. Везде заметен колоссальный прорыв — и в цифрах, и в погружении, и в ответственности, в количестве дел и их результатах.
И его жизнь, его служение — это эпоха. Но если спросить себя: а что это за эпоха? Как бы её можно было обозначить? Что главное в этой эпохе можно было бы выделить и назвать? Я бы обратил внимание на два даже не события, а явления, которые и сегодня нами воспринимаются и переживаются и будут, наверное, называться эпохой Патриарха Кирилла.
Во-первых, это возрождение Церкви, это чудо возрождения Церкви, которое люди, родившиеся в разное время, — что-то переживаем очно при нашей жизни, что-то просто знаем и осознаём. Вот это возрождение, начавшееся очень символически, на самом деле в 1946 году, в год, когда родился Святейший Патриарх Кирилл. Многие вспоминают 1943 год, когда произошла встреча Сталина с иерархами Русской Православной Церкви, на которой им было обещано возвращение многих порядков в церковную жизнь и так далее. Но реально изменения жизни Церкви — они начались как раз в 1946 году, практически в те дни, в те месяцы, когда вот на свет появился будущий Патриарх. Это и открытие Троице-Сергиевой лавры, возвращение мощей преподобного Сергия, которого вот я считаю таким главным событием и явлением, вот это вот начало возрождения Церкви. И такое главное чудо XX века в нашей жизни, в жизни нашего общества. Это то, что вопреки всей политической, общественной, государственной и просто даже человеческой логике Церковь Русская сохранилась и существует. И вот в каком-то смысле сегодня, отмечая юбилей 80 лет Патриарха Кирилла, сегодня же мы можем говорить о том, что сегодня 80 лет вот этому процессу начала чудесного возрождения и сохранения Русской Православной Церкви.
И второе не менее чудесное явление, в котором мы внутри сейчас находимся, о котором мы переживаем, которое произошло и происходит уже в годы непосредственно первосвятительского служения Патриарха Кирилла, — это возрождение такого русского государственного и общественного сознания. Тот процесс, который мы называем возвращением к традиционным духовно-нравственным ценностям, которые немножко сами слова уже даже как-то чуть-чуть заезженными сейчас звучат, оказывается, и стараешься иногда их избегать произносить, чтобы лишний раз они так вот не звенели. Но, по сути, представить себе даже 20 лет назад, что вот этот критерий соответствия этим ценностям на самом деле — это не что-то новое, не какое-то новое политическое явление, это возвращение русского общества на свою столбовую дорогу. Вот представить себе ещё 20 лет назад, что именно эти ценности станут мерилом если не всего, то очень многого, что происходит в нашей жизни, и в отношении семейной политики, и в отношении оценки и развития культуры. Может быть, не всё идеально и не всё совершенно, как бы нам хотелось, как бы мы это видели, но возникло это целеполагание, возникли эти критерии, возникла эта система оценки мира, причём в мире, который, в общем, движется в противоположном направлении, несмотря на всякие рецидивы и вспышки.
В действительности христианское возрождение происходит именно здесь, в России, вопреки всему, вопреки истории XX века, вопреки тому, что происходит в мире, вопреки, может быть, даже где-то и нашим собственным здесь поступкам, нашему обществу и его движениям. И это «вопреки» происходит в эти именно годы, иногда при явном, иногда, может быть, кажется, при неявном участии Патриарха. Но в каждое время Господь призывает нужных людей на нужное место. И конечно, место Первосвятителя Русской Православной Церкви — оно без воли Божией не может кому-то быть передано и отдано. И вот сейчас мы понимаем, в чём воля Божия: в том, чтобы на этой кафедре был человек, который своей мощью — духовной, человеческой, политической, общественной, интеллектуальной — может стоять во главе этого такого, я вот образно себе представляю, такого клина, как птичий клин. Так же и здесь: вот не шеренга впереди, не фронт впереди, а вот впереди один человек с крестом, который — преображение русского сознания, русского политического, общественного сознания, вот он во главе его стоит. И это, конечно, то основание, достаточное основание, чтобы наше время назвали эпохой Патриарха Кирилла.
Но и мы, Радио ВЕРА, мы же родились в эту же эпоху, то есть мы тоже чада эпохи Патриарха Кирилла, и по благословению Святейшего Патриарха Кирилла. И на столетии Радио ВЕРА, и на двухсотлетнем юбилее Радио ВЕРА буду вспоминать и говорить: Радио ВЕРА было создано в эпоху Патриарха Кирилла, и слава Богу, что так произошло. Поэтому, конечно, мы нашему Предстоятелю — «наш Предстоятель» — это очень осознанное, такое понимаемое сочетание слов. Наш Предстоятель, желаем здоровья, сил, продолжать вести вот этот клин к новым даже не победам, а к тому, чтобы укрепилось на долгие годы за пределами, в том числе наших таких земных трудов, то дело, и то состояние, и то целеполагание, которое сегодня легло во главу угла. Многие лета нашему отцу, Патриарху Кириллу!
Все выпуски программы Актуальная тема:
Второе послание к Фессалоникийцам святого апостола Павла

«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
2 Сол., 277 зач., III, 6-18

Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Забота о ближнем и стремление поступать по любви — важнейшая черта практической христианской жизни. Но понимаем ли мы, что такое подлинная забота? Ответить на этот вопрос помогает отрывок из 3-й главы 2-го послания апостола Павла к Фессалоникийцам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 3.
6 Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас,
7 ибо вы сами знаете, как должны вы подражать нам; ибо мы не бесчинствовали у вас,
8 ни у кого не ели хлеба даром, но занимались трудом и работою ночь и день, чтобы не обременить кого из вас,-
9 не потому, чтобы мы не имели власти, но чтобы себя самих дать вам в образец для подражания нам.
10 Ибо когда мы были у вас, то завещевали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь.
11 Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего не делают, а суетятся.
12 Таковых увещеваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб.
13 Вы же, братия, не унывайте, делая добро.
14 Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его.
15 Но не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата.
16 Сам же Господь мира да даст вам мир всегда во всем. Господь со всеми вами!
17 Приветствие моею рукою, Павловою, что служит знаком во всяком послании; пишу я так:
18 благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь.
В последние годы во время бесед с людьми я регулярно слышу жалобы родителей на детей, которые выросли физически и развились интеллектуально, но внутренне остались совершенно инфантильны. Они много о себе фантазируют, строят невероятные планы, хотят шикарной жизни, востребованной профессии и приличной зарплаты, но при этом не хотят ничего делать. Сейчас довольно много об этом пишут, как о проблеме определённого поколения, называют причины и социальные следствия. Однако приходящие в храм люди не социологи, и, хотя им могут быть интересны причины и последствия для общественной жизни, главный вопрос, который их беспокоит, — что им делать как христианам. Они родители и призваны любить своих детей, но их смущает то, что в прежнее время называлось тунеядством. Слово старое и, может быть, не все, воспринимая его на слух, понимают, что оно состоит из двух частей и само себя объясняет: туне означает «даром» или «напрасно», а ядство — от глагола «ясти», то есть «есть», «питаться». И означает оно как раз привычку есть даром, питаться за чужой счёт.
В отрывке, который мы услышали сегодня, апостол Павел объясняет ученикам, как в их жизни должны соотноситься труд, заработок и удовлетворение естественных потребностей в пище и питии. Люди, которые смотрят на христианство со стороны, обычно либо собирают о нём компромат, чтобы оправдать свой отказ от веры, либо описывают его так возвышенно, что кроме слов о любви в нём как будто бы ничего не остаётся. Но в чём же заключается подлинная любовь и её практическое проявление — забота? На первый взгляд рассуждения апостола Павла выглядят как какой-то формализм. Как это можно раздавать такие советы: «Кто не работает, тот не ест»? Если кто-то ведёт себя не так, как вам хочется, это что, повод его не любить? Вы же призваны всех любить, вот и любите его таким, какой он есть. А раз любите, то уж и кормите, конечно же. Однако апостол прекрасно знает, что настоящая любовь — это желание человеку спасения. И если кто-то нравственно деградирует (а лень и безделье — это признаки деградации), если не хочет поддерживать ближних своим трудом, а хочет только пользоваться ими... Подлинной любовью будет строгое отношение к его выбору, а заботой будет отказ такому человеку в полноценной поддержке. «Как?» — спросит кто-нибудь в ужасе. — Это же очень жестоко! Но на самом деле жестоко — приучать человека к нахлебничеству, которое в определённый момент всё равно закончится, ведь родители не вечны. Подобное рассуждение о любви касается, конечно, не только детей и не только тунеядства... Всякий раз, в самых разных обстоятельствах, стоит помнить, что подлинная забота заключается в том, что содействует духовному росту и спасению.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 139. Богослужебные чтения
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи.
Можно ли переусердствовать в стремлении к справедливости? Ответить на этот вопрос помогает 139-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 139.
1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Избавь меня, Господи, от человека злого; сохрани меня от притеснителя:
3 они злое мыслят в сердце, всякий день ополчаются на брань,
4 изощряют язык свой, как змея; яд а́спида под уста́ми их.
5 Соблюди меня, Господи, от рук нечестивого, сохрани меня от притеснителей, которые замыслили поколебать стопы́ мои.
6 Гордые скрыли силки́ для меня и пе́тли, раскинули сеть по дороге, тене́та разложили для меня.
7 Я сказал Господу: Ты Бог мой; услышь, Господи, голос молений моих!
8 Господи, Господи, сила спасения моего! Ты покрыл голову мою в день брани.
9 Не дай, Господи, желаемого нечестивому; не дай успеха злому замыслу его: они возгордятся.
10 Да покроет головы окружающих меня зло собственных уст их.
11 Да паду́т на них горящие у́гли; да будут они повержены в огонь, в пропасти, так, чтобы не встали.
12 Человек злоязычный не утвердится на земле; зло увлечёт притеснителя в погибель.
13 Знаю, что Господь сотворит суд угнетённым и справедливость бедным.
14 Так! праведные будут славить имя Твоё; непорочные будут обитать пред лицо́м Твоим.
Всем известно древнее правило: око за око и зуб за зуб. Многим оно кажется устаревшим, ведь в рамках христианской культуры столетиями звучала проповедь о прощении. Кроме того, даже те, кто не хочет прощать, давно перевели все эти наказания в систему денежных штрафов, тюремного заключения и чего-то подобного. Сама идея равного воздаяния, которая в этом правиле заложена, естественно, многим кажется вполне верной и даже отражена в пословицах. Например: «как аукнется, так и откликнется». Но что такое равное воздаяние не в теории, а на практике? Как, например, человек, которому выбили зуб, мог в древности ответить обидчику тем же? Как в наши дни деньги, составляющие сумму штрафа, соотносятся с виной и причинённым ущербом? Не очень ясно, можно ли вообще всё это посчитать. Думаю, именно поэтому любому взрослому человеку должно быть знакомо не только желание восстановить справедливость, но и сомнение в своей способности правильно это сделать. Даже в такой простой ситуации, какой кажется возмещение сломанной вещи: если она была старой, но работала... чего требует справедливость: вернуть новую или попытаться найти такую же, какая была испорчена?
В 139-м псалме, который мы сейчас услышали, Давид просит Бога о защите от злого притеснителя и злого человека. Он знает, что есть люди, которые не просто злятся в ответ на какое-то его несовершенство. Это было бы ещё понятно. Но псалмопевец имеет в виду тех, кто злится первым и ополчается на него фактически без видимой причины. Причём эти люди не только зловредны, но и скрытны. Они не просто открыто его обличают, но делают подлости исподтишка. В свою очередь, Давид доверяет Богу и просит остановить злых людей, чтобы в своей победе они не возгордились и не возвысились. Здесь автор переходит к пожеланиям, которые со стороны кажутся полными мести. Сначала они ещё выглядят равновесными его боли: «да покроет головы окружающих меня зло их собственных уст». Но дальше он, вполне стоящий на ногах, желает им повержения в огонь и такого падения, от которого они не смогут оправиться. Всё это создаёт впечатление, что псалмопевец явно переусердствовал в стремлении к справедливости. Но завершается псалом не личными просьбами Давида, не его оценками или угрозами. Он завершается словами доверия к Богу, Который «сотворит суд угнетённым и справедливость бедным». Как и всякого человека, Давида порой увлекали эмоции. Это тем более понятно, ведь жизнь его была полна бед и скорбей, которые возникали в силу ненависти, соперничества и вполне сознательной злобы людей. Однако, в отличие от многих из нас, царь и пророк Давид умел вовремя остановиться и осознать: единственный, кто способен к подлинной справедливости, — это Господь, а значит, к именно к Нему за ней в итоге и надо обращаться.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов












