Москва - 100,9 FM

«Семейное родословие». Светлый вечер с Юрием Мироновым

* Поделиться
Юрий Миронов
Фото: дом-родословия.рф

У нас в гостях был отец 10 детей, основатель и директор Российского Дома Родословия Юрий Миронов.

Мы говорили с нашим гостем о его опыте построения счастливой большой семьи и о том, почему он считает важным помнить своих предков и знать семейное родословие.

Ведущие: Константин Мацан, Анна Леонтьева


А. Леонтьева 

– Добрый светлый вечер. Сегодня у нас в студии Анна Леонтьева...  

К. Мацан 

– И Константин Мацан. Добрый вечер. 

А. Леонтьева 

– Сегодня у нас в гостях необычный и во всех смыслах большой гость. Юрий Федорович Миронов, отец десятерых детей и пока девятнадцати внуков, основатель и директор Российского Дома Родословия. 

К. Мацан 

– Юрий Федорович пришел с огромным количеством книг и брошюр, связанных с его непосредственной деятельностью. Но вот мы об этом будем сегодня и спрашивать Юрия Федоровича, и он будет рассказывать. Но у нас наша беседа нынешняя в эфире, она плавно продолжает то, о чем мы недавно говорили, до включения кнопки эфира, и вот прямо я не могу не спросить. У меня в руках книга под названием «Мужчина в современной семье и в общении с женщиной». И так как бы презентуя эту брошюру, Юрий Федорович сказал: как прожить в браке 51 год счастливо? Очень просто... 

Ю. Миронов 

– Да, очень просто. 

К. Мацан 

– Вы сказали, рецепт простой. 

Ю. Миронов 

– Очень. 

К. Мацан 

– Я записываю. 

Ю. Миронов 

– Записывайте. 

А. Леонтьева 

– Все записывайте. Взяли ручки, взяли тетрадочки, дорогие радиослушатели. 

Ю. Миронов 

– Дело в том, что есть действительно какие-то простые вещи, это вот как прожить в семье в счастье и в радости или, например, как составить родословную, ничего не делая. Или, например, у меня есть листочек, который помогает, тоже почти ничего не делая, сохранить свое тело в здоровье и стройным его сделать. 

К. Мацан 

– Я слушателям расскажу, что это листочек, расчерченный в клеточку просто. 

Ю. Миронов 

– В клеточку, да. 

К. Мацан 

– По большому счету и все. 

Ю. Миронов 

– То есть или вот, например, можно таким же простым способом вообще прекратить потреблять алкоголь тоже. Но вот самое интересное, конечно, и больше всего эффект в жизни мне дало это, конечно, очень простой способ сохранения семьи. 

К. Мацан 

– Так. 

Ю. Миронов 

– Ну во-первых, мы были счастливы тем, что жили вот там, 70-е – 80-е года, это был век застоя на самом деле. Уже не расстреливали, но делать ничего интеллигенции толком не давали, в вату все упиралось, и таких как мы интеллигентов было достаточно много, и все свои силы мы стали реализовывать в сохранении и создании семьи, счастливого образа жизни.  

А. Леонтьева 

– Счастливого образа жизни. 

Ю. Миронов 

– Счастливой семейной жизни, жизни в счастье и в радости. И нас было много, только в Петербурге 200 семей так объединились, а так по всей стране. Мы ездили друг к другу в гости, прямо «Комсомольская правда» это все организовывала. Это было, ну так сказать, не то что на государственном уровне, но, по крайней мере, всерьез этим делом занимались, давали нам автобусы, не знаю, кто платил, но это были 70-е года, 80-е. И рецепт совершенно простой. 

А. Леонтьева 

– Так. 

Ю. Миронов 

– Записывайте. 

А. Леонтьева 

– Мы взяли ручки. 

Ю. Миронов 

– Надо жене объясняться в любви каждый день раз тридцать. 

А. Леонтьева 

– Ого! 

Ю. Миронов 

– Значит, как и что при этом работает. Значит, дело в том, что Господь наш мир создал многообразный, и для того, чтобы его полностью познать и принять, в этом собственно наш смысл – познать и принять мир полностью, целиком. Ну вот и когда мы юноши, значит, мы там и в походы ходим, в общем, щупаем мир на прочность, да. А когда женимся, вот жена и начинает: я вот и тебе не постирала и не приготовила, и завтрака нет – и вот принять мир целиком, то есть супруга ведет тебя прямо вот по этой дорожке – ты должен мир принять полностью. И она несет очень трудную задачу – тыкать тебя носом как котенка: вот тут ты мир не принимаешь, вот тут не принимаешь. И за это нужно ее любить и объясняться ей в любви раз по тридцать.  

К. Мацан 

– Так. 

Ю. Миронов 

– Как-то это я сказал в компании друзей. Жена моя выходит потом и: ну-ка давай, объясняйся. 

А. Леонтьева 

– Поехали. 

Ю. Миронов 

– То есть на самом деле я потрепался с ребятами, а сам не делал этого. Ну вот и чего, стал этому следовать. То есть я, допустим, иду в магазин, покупаю там продукты. Ну это магазин 80-х годов, не то что сейчас. Ну покупаю там всем какие-то яблоки, а ей там особое яблочко или там шоколадку. Ну вот и, в общем, я постоянно выделял, и дети видели это вот, и в общем, это и сработало. То есть никакого насилия над собой делать не надо, а кто следует этому, ну вот мы такой нашли способ простой: нужно объясняться супруге в любви, потому что она нас, как слепых котят, тыкает в то место, где мы мир не принимаем. А мы должны его принять полностью, за это мы должны быть благодарны.  

А. Леонтьева 

– Потрясающе! 

К. Мацан 

– То же самое слово и у меня было: потрясающе! 

А. Леонтьева 

– Ну я думаю, что нам нужно будет в течение всей программы повторять этот рецепт. Вдруг кто-то не сначала послушает. Он должен дойти до слушателя. 

Ю. Миронов 

– Да, очень простой способ. 

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, ну у нас такая масса вопросов про вашу организацию, про Российский Дом Родословных. Но хочется все-таки начать вот с вашей семьи, вот это 51 год назад.  

Ю. Миронов 

– Да, давайте про семью все-таки поговорим. Дело в том, что женился в 67-м году, то есть мы вернее поженились в 67-м году, мне было 20 лет, супруге 18. Познакомились мы полгода назад, то есть в мае познакомились, в декабре поженились. Так вот мы учились, то есть работали и учились оба. И когда жена пришла на второй курс, 19 сентября она вышла, никто не заметил, что она 11 сентября родила ребенка, то есть она как была стройненькая, так и осталась. Мы писали оба диссертацию после института. Потом, заканчивая институт, мы работали и учились. И, заканчивая институт, у нас был второй ребенок. То есть чтобы мне защищать диплом, жена пропустила два экзамена. Прямо на защиту диплома она мне принесла – один лежит, другой бегает по коридору, лежит на столе маленький, – и пошла сдавать несданные экзамены. А все ребята пошли отмечать сдачу диплома, а я, значит, с детишками, с коляской пошел домой. Ну вот. Это у нас такие первые двое детей – обыкновенные, взявшиеся неизвестно откуда. А вот третий ребенок, который появился уже через пять лет после второго (а второй через три года после первого) – это уже был осознанный человек. Потому что мы, еще раз повторяю, мы жили в большой компании единомышленников, интеллигентных людей, молодых ребят, которые занимались серьезно очень вот созданием, построением красивой семейной жизни. Конечно, они все работали. Все мы работали на военно-промышленный комплекс, и все мы строили ракеты. Но при этом все-таки в свободное время мы вот занимались именно этим – пытались построить красивые семьи. И в том числе мы узнали, что к зачатию надо готовиться, что такое роды, значит, мы такие стали профессионалы в смысле... 

К. Мацан 

– В смысле родов. 

Ю. Миронов 

– Да, но при этом у нас у всех уже были или мы строили, по крайней мере, спортивные комплексы в квартирах, мы вместе все выезжали с детишками в лес, особенно летом. Там маршруты для детей разного возраста, там и «бабушки-загадушки» сидели, и деревья всякие, украшенные конфетами. То есть мы там, двести семей, устраивали такие большие красивые праздники детские в лесу, значит, в палатках. И это вот и есть жизнь семейная. И третий ребенок у нас уже осознанный появился. И так каждые два года, вполне осознанные, зачатые и осознанные дети, то есть готовились мы к зачатию. У нас было ужасная в стране ситуация в роддомах, то есть совершенно, ну очень плохо относились к роженицам, там буквально тапками, значит, шлепали по попам нашим женщинам. И мы стали рожать дома. И вот последних четверых детей я принимал лично, значит, в ванне. И мы были первая семья, которая об этом заявили открыто. Ну потому что раньше всегда тех людей, которые рожали неизвестно где, их подозревали, что они хотели уничтожить ребенка. 

А. Леонтьева 

– Ну это называлось «криминальные роды». 

Ю. Миронов 

– Да, и мы об этом громко сказали, что мы вот осознанно родили, потому что ужасная ситуация в роддомах. И это вот как-то сместило планку весов... 

К. Мацан 

– Значит, Юрий Федорович, вот психологи часто любят говорить о семейных кризисах, о том, что все семьи обязательно проходят кризисы – это нормально, это надо принять. Возникают какие-то – я сейчас не подвергаю сомнению мнения психологов, – возникают цифры там: 5 лет, 7 лет, 9 лет. 

Ю. Миронов 

– Да, безусловно. 

К. Мацан 

– Потом думаешь: 51 год у вас в браке – вот там когда кризисы заканчиваются? И вообще, как вы смотрите, уже с высоты своего опыта, на вот это видение семьи как постоянное прохождение кризисов и преодоление их? 

Ю. Миронов 

– Ну кризис не только в семейной жизни, кризисы и в просто у человека бывают возрастные. Ну это нормально. И другое дело, что мы открыли способ, как эти кризисы обходить. 

К. Мацан 

– Вот этот, который вы нам объяснили, да? 

Ю. Миронов 

– Да. 

А. Леонтьева 

– Повторяем: тридцать раз. 

К. Мацан 

– Тридцать раз в день объясняться мужу жене в любви. 

Ю. Миронов 

– Да, очень просто. И понимаете, вот нужно быть достаточно умным человеком, чтобы эти кризисы обходить. Я сейчас объясню, почему. Это опять же из этого объяснения в любви следует. Понимаете, вот мы, например, принимали участие в педагогическом эксперименте, и этот эксперимент проходил в селе, ну в сельской местности. И там было всего полторы тысячи жителей, и мы там смогли провести только два года, потому что нам не хватало общения. Вот из этих полутора тысяч у нас было только двое людей, с кем мы могли общаться –главный агроном и учительница по истории. Все остальные – как-то вроде поговоришь-поговоришь, а вроде как душу не в кого вложить. А вот когда мы вернулись в Петербург, мы оценили роскошь общения. У нас – я вот катался на байдарке на лыжах – значит, человек 60, занимался йогой – еще человек 60, был директором Дома культуры, значит сотрудники и плюс еще директора Домов культуры – то есть у нас много кругов общения.  

А. Леонтьева 

– Вот знаете, когда мы заговорили о кризисе, я помню, что вы говорили в своем интервью, что самое страшное – это уставшая жена. 

Ю. Миронов 

– Уставшая жена. Так кризисы, значит, вот эти кризисы, они есть и в жизни всегда. Так вот кризис, смотрите: в каждом этом обществе всегда вдруг возникала некая женщина, к которой я замечал, что как-то вот все: ох, галстук я не одел, а она пришла или я там не попрощался там – то есть все нормально, а это почему-то я замечаю. И вот сейчас вот, глядя назад, так сказать, как вы сказали, и я понимаю, что это ну копия моей жены, но только в худшем исполнении. Это тот человек, который бы точно тыкал бы меня так же носом, что где я мир не принимаю. То есть надо понимать, что вот у меня хватало ума не доводить вот эти симпатии, которые возникали у меня с этими женщинами, ну до какого-то там безобразия. То есть всегда возникает женщина, которая, в принципе, это копия твоей жены, по твоему, в общем, по отношению. 

К. Мацан 

– В общем, держаться оригинала. 

Ю. Миронов 

– Да.  

А. Леонтьева 

– Очень хороший метод. 

Ю. Миронов 

– Держаться оригинала, потому что там много чего, потому что. Ну вот это первый способ. Ну не способ, а нужно голову иметь на плечах и понимать, что Господь не создал две половинки, а Он создал людей, которые как-то чувствуют друг друга и готовы, так сказать, вытаскивать его из ситуации неприятия мира вот именно способом. Это нужно понимать и к жене поближе. А еще я хочу сказать, что помогло сохранить то, что у нас много детей. Вот, понимаете, самое страшное время жизни, когда вот мы вспоминаем с женой, это когда у нас был один ребенок – это ужас какой-то, вот мы ни за что не хотим повторять. Второй ребенок – полегче стало, третий – совсем хорошо. Вот когда пятый родился, я так чувствую, что-то я сказал: а хорошо сидим! То есть ну вот... 

К. Мацан 

– А жизнь-то налаживается. 

Ю. Миронов 

– Жизнь налаживается, да. И потом есть такие поговорки у каждых народов: ребенок рождается с батоном под мышкой, ребенок рождается со своим кошельком. В общем, видно, что с появлением каждого нового ребенка у нас жизнь становилась все богаче, ну не в смысле материальном, а вот богаче отношениями с людьми. То есть каждый ребенок привносил вот реально осязаемое счастье в семью. И поэтому жить с одним ребенком и говорить, что у меня кризис, это все равно что, ну я не знаю, как это назвать, ну это дико. Конечно, будет кризис. Ну будет, потому что у тебя всего один ребенок – у тебя забот-то нету. Вот когда у тебя будет там пятеро, шестеро детей – тогда тебе будет не до кризисов.  

К. Мацан 

– Просто не заметишь. 

Ю. Миронов 

– Да, там будет... Да, еще это с точки зрения кризисов, а второе-то воспитывать то просто детей, когда их много. Вот когда человек один или два – это катастрофа. Да возможно ли, можно ли вообще воспитать ребенка, если он один или два в семье? По-моему, невозможно. А когда у тебя их шестеро там, или семеро, или десять, то они там сами себя воспитывают. И мало того, и мы всегда с женой говорили, и вот в эти компании наши, родительский клуб, мы всегда говорили: мы делаем семьи, такие счастливые семьи с целью воспитания. И только сейчас мы начинаем понимать, что дети рождаются уже сразу воспитанные. Наша задача их не испортить и создать – вот что мы научились делать, – создать атмосферу счастья и радости, где бы они жили, и тогда они все откроются. 

К. Мацан 

– Юрий Федорович Миронов, отец десяти детей дедушка девятнадцати, вернее почти двадцати уже внуков, основатель и директор Российского Дома Родословия, сегодня с нами в программе «Светлый вечер». У нас сегодня на самом деле уникальная возможность есть поговорить с человеком, у которого старшие дети уже взрослые. Вот сколько им сейчас, взрослым? 

Ю. Миронов 

– И старшие, и младшие. 

К. Мацан 

– А, ну да, все. Просто мы иногда говорим, как и коллеги ваши по многодетным семьям, по многодетности говорят, как это просто – воспитывать детей, когда их много. Но каждый раз возникает вопрос: а давайте спросим у детей, вот которые росли в этой многодетной семье. У вас уже взрослые абсолютно все дети, как они вспоминают свое детство? Они, грубо говоря, благодарны вам за то, что у них было много братьев и сестер, что они росли именно так? Как они это вспоминают, у вас были какие-то разговоры с ними на эту тему? 

Ю. Миронов 

– Ну да конечно. Самое приятное в этой истории, что мы очень любим собираться все вместе. Вот очень любим. То есть нам вот этого не хватает, вот мы соберемся, и просто так вот сидим, болтаем что-то, вот так вроде бы ничего, а вот это мы скучаем. И потом, смотрите, вот у первого ребенка трое детей, да, у Бори, у Гены трое, вот у Вики – третий ребенок, пятеро. Там дальше у Вадима и у Юраса по двое детей, вот у девятого трое вот будет. Значит, ну в общем, короче говоря, они детей не боятся. 

А. Леонтьева 

– Какая чудесная математика, да, умножение.  

Ю. Миронов 

– Да, ну вот. И я просто знаю, иногда вот бывает в семьях многодетных, то есть у нас, вот у меня, я нахожусь в уникальной ситуации, у меня все дети выросли. Младшему 27 лет.  

А. Леонтьева 

– А старшему? 

Ю. Миронов 

– А самом старшему 49. Вот. Так вот ну я просто слышал, что некоторые дети из других семей многодетных жалуются, что их как нянек эксплуатировали, и для них детства как бы не было. Еще раз повторяю, мы жили в семье единомышленников, которые всерьез занимались созданием счастливой семьи. Мы инженеры, мы, значит, с высшим образованием, мы этим занимались всерьез, и у нас это получилось. Не только у нас лично, но у всех у нас. То есть это вещь повторяемая, жить счастливо можно. Но этим нужно заниматься, стараться и, конечно, не одному сидеть, думать, а быть в компании единомышленников. Вот поэтому, да, если люди... Ну еще статистика такая, что 85% семей многодетных неблагополучны, но зато те 15, которые благополучны, так те уж благополучны так благополучны. Так конечно, вот если часто бывает, из тех 85% действительно жалуются, что вот детства не было там – ну так а люди не занимались жизнью в семье, они просто, вот у них дети отдельно как бы, а они жили отдельно.  

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, а вот скажите, вы сказали, что вы собираетесь вместе. Я вот боюсь спросить: где вы собираетесь и каким составом? 

Ю. Миронов 

– Да, это вообще, конечно... 

А. Леонтьева 

– Я сейчас посчитаю, подождите: 10+19...  

Ю. Миронов 

– Плюс десять мужей и жен. 

А. Леонтьева 

– Да. 

Ю. Миронов 

– Плюс у нас там очень хорошие отношения... 

А. Леонтьева 

– Это какой-то греческий стол должен быть, на километры растянутый. 

К. Мацан 

– Маленький такой конгресс-холл. 

Ю. Миронов 

– Ну смотрите, день рождения мы отмечаем – снимаем дом отдыха, значит, когда собираемся, мы либо в антикафе собираемся, либо просто в кафе, ну это когда без внуков. Ну то есть да, для нас это проблема, то есть мы подбираем какие-то рестораны, куда нас запустят. 

А. Леонтьева 

– Большие. 

Ю. Миронов 

– Куда нас могут запустить. То есть так вот чтобы собраться, где ну квартира у нас есть одна большая, шестикомнатная, так все равно там сильно-то не помещаемся. 

К. Мацан 

– Ну вот та вещь, о которой Аня сказала, которую мы не успели обсудить, что самое страшное – это уставшая жена. Почему это так, и как с этим бороться? Не с женой бороться, а с тем, что она уставшая. 

Ю. Миронов 

– Ну еще раз это следует из уважения к жене, и тогда все выстраивается. И этому меня научил мой приятель, с которым мы вместе с институте учились, он тоже рано женился. И как-то я прихожу к нему домой, а Валентины нет. А мы с этой Валентиной, оказывается, вместе в школе в 1 классе учились, так случайно получилось. А они просто на Севере женились. И вот я говорю: а где жена-то, где Валентина-то? А он подходит к окну, на стороне на Петроградской, в Санкт-Петербурге, и так показывает в окно напротив, там кафе: вон она, там сидит с подружками болтает. Я говорю: как так, она болтает?! У тебя ребенок тут... А он говорит: а вот это, значит, кухня, ясли, работа – вот этот треугольник, он человеку, значит, мозги выносит. Поэтому она просто у меня там два раза в неделю, просто вот вечером уходит и спокойно там проводит в кафе. Это было, ну какой, скажу вам, 75-й год – то есть это вот не то, что вот открытие нынешнее. И я после этого вот как-то, вот у меня сразу засело, и я стал супругу отпускать. И мало того, вот мы же жили, и у нас друзья тоже были многодетные, и мы много ездили, мы объехали всю заграницу в 90-х годах. А как получилось? Получилось так, что когда нам нужно уехать, мы отдавали младших детей своим друзьям, у которых тоже младшие дети, а старших забирали куда-то вместе. То есть у нас мы создали все условия, что мы не были намертво прикованы к дому, мы могли всегда, и много этим пользовались, уехать куда-то, оставив детей своим друзьям и забрав их детей старших с собой. Ну вот. А про заграницу я сказал, там, конечно, детей не наберешь, ну у нас было кому просто оставить. Не бабушкам, не дедушкам, а своим друзьям оставляли детей. И вообще я скажу вам больше, у нас есть такой замечательный опыт, ну просто исключительный, это ремонт квартир. Сейчас так ремонтировать, наверное, не модно. Но вот, допустим, в 80-х годах, может, в 90-х даже, мы как делали – мы по четвергам ходили, три наших многодетных отца, у каждого по десять детей, мы собирались и приходили в квартиру, там, значит, делали намеченный объем работ, то есть за харчи – был ужин торжественный. На следующий четверг мы приходили после работы, то есть работали часов пять всего, в другой квартире. И мы так за год отремонтировали три огромных квартиры. 

К. Мацан 

– Кому-то другому, то есть не своих квартир? 

Ю. Миронов 

– Нет, себе, то есть три. 

К. Мацан 

– В своих квартирах. 

Ю. Миронов 

– Три многодетных отца ходили друг к другу в гости и ремонтировали. 

А. Леонтьева 

– Как здорово. 

Ю. Миронов 

– Да. 

К. Мацан 

– Совместный труд. 

Ю. Миронов 

– Да, мы там перепланировку. Детишки там всюду мазали, особенно обои любили обдирать. 

К. Мацан 

– Друг друга мазали, наверное. 

Ю. Миронов 

– Да, и потом они готовили вместе едут там папам, сами друг к другу в гости ходили – ну это вот то, что нам давало радость жизни. И было вот в конце, уже я почему стал готовить, жена активно стала строить. Давай, говорит, ты готовь, а я лучше буду тут мазать, красить, – то есть менялись даже роли. И детишки были очень, подключались к этой работе с большим удовольствием.  

А. Леонтьева 

– Вы так рассказываете, это просто какое-то целые алгоритмы вообще не только выживания, а какой-то счастливой-счастливой жизни. 

Ю. Миронов 

– Мы осознанно к этому шли.  

А. Леонтьева 

– Нескольких огромных семей.  

Ю. Миронов 

– Ну да, и потом это еще много, это было целое народное движение, родительские клубы. Сейчас оно что-то куда-то немножко сошло на нет. Но тем не менее у людей это есть внутри, и они вот, ну не все, конечно, сто процентов, но они объединяются с целью строительства красивой семейной жизни. Потому что я, если так понял, что я займусь, судя по всему, выйду сейчас и займусь этим делом. Хотя мы этим занимаемся. 

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, а вот ваши многочисленные внуки? Вам сдают внуков? В каких вы взаимоотношениях? 

Ю. Миронов 

– Ну как вот сегодня внучку водил в школу, сейчас бы тоже привел бы из школы, но я к вам на передачу торопился, поэтому...  

А. Леонтьева 

– Извините. 

Ю. Миронов 

– Поэтому моя невестка пошла за своим сыном, за своей дочкой, а я к вам на передачу. Смотрите, у меня супруга живет постоянно сейчас в Петербурге по одной простой причине – потому что она сидит с внуками. И там у нее целый график, когда...  

К. Мацан 

– Сидит со всеми внуками? 

Ю. Миронов 

– Нет, ну она не сидит со всеми, у нас нет малышей таких вот, грудных. Потом мало того, сейчас уже матери тех вот невест, которые, они говорят: нет уж, Елена Геннадьевна, вы нанянчились, дайте нам понянчиться. То есть нам не дают уже маленьких. А вот сделать уроки с первоклассником, с второклассником – это вот моя супруга очень здорово умеет. К ней приводят прямо с ночевкой там на несколько дней вот этих вот начальных школьников, человек пять. Я люблю гулять с ними, мы, значит, идем гулять все вместе по городу. В общем, мы с внуками очень много проводим вместе времени. 

К. Мацан 

– А чем любовь к внукам отличается от любви к детям? 

Ю. Миронов 

– Ой, слушайте, так классно она отличается, вообще изумительно. Мы ни за что не отвечаем. Вот я например пошел, погулял и сдал их. Жена тоже – позанималась и сдала. То есть у нас, получается, меньше такая как бы ответственность и более спокойны мы. Ну вы понимаете, вот когда были дети, надо было, у меня был период, когда я пятерых детей одновременно утром должен был одеть и отвести в детский сад. Вы представляете, что это такое? 

К. Мацан 

– Не представляю.  

А. Леонтьева 

– Я тоже. 

Ю. Миронов 

– Это найти эти там мокрые ботинки, мокрые варежки с утра, шапки, шубы, все это где-то найти, одеть и все это на нервах же. И где-то я прочитал, что самые благословенные минуты это вот утром, потому что приходишь вечером с работы, а они уже спят. И вот это резко изменило наши отношения, вообще жизнь украсило. Я стал с вечера собирать эти варежки, галоши, валенки, шубки, там все это сушить, просушивать. Так что утром я уже спокойно совершенно всех этих пятерых, которые там сонные, одевал, и вот на двух, на трех санках вез, значит, в садик. То есть вот благословенные минуты это утренние самые. И вот кричать на детей в принципе нельзя, а особенно с утра. И вот эта вот культура такого уважительного отношения к ребенку, она и позволила нам жить так счастливо. И дети это чувствуют. И я, давайте я уж еще скажу пару слов. У меня, вот когда мне было 50, мне вдруг, а мы собираемся за столом, ну алкоголя у нас там нету, то есть мы детей, как положено, приучили выпивать, какие вина бывают. Потому что ну пьяные были времена-то у нас, все под портвейн на кухнях под гитару пели. Ну вот и мы тоже, чтобы они у нас не пили всякую ерунду, мы там учили их, какие бывают вина. Они никто не пьют у нас, никто вообще. И вот мы когда собираемся за столом, и я что-то говорить, тосты ну там с соками, что спасибо, дети, что вы выбрали нас своими родителями. Вот что-то это у меня это лезло, я, наверное, лет пять или шесть это говорил, по два, по три раза, когда мы собирались там в году. А сейчас они говорят: спасибо, папа и мама, что нас так много у вас, потому что нам так сейчас хорошо жить. Потому что ситуации, которые они попадают, они стандартны. Вот, допустим, ребенок родился, да, значит, нужно встретить из роддома, значит, понятно, что нужно делать. Или там машину купили, значит, когда там колеса менять, когда там ТО делать. Или там дач понастроили – понятно, как их строить, понятно, где у кого спросить. Ну то есть у них вот эти стандартные ситуации не вызывают вообще никакого стресса, они знают, что было у одного, второго, третьего. Поэтому они сейчас, как соберемся, говорят: спасибо, папа и мама, что нас так много. 

К. Мацан 

– Мы продолжим этот разговор после небольшой паузы. Я напомню, сегодня в «Светлом вечере» с нами и с вами Юрий Федорович Миронов, отец десяти детей, дедушка девятнадцати внуков, основатель и директор Российского Дома Родословия. В студии моя коллега Анна Леонтьева и я, Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся к вам буквально через минуту. 

А. Леонтьева 

– Сегодня в нашей студии Юрий Федорович Миронов, основатель и директор Российского Дома Родословия, отец десятерых взрослых детей и почти двадцати внуков. Мы говорим так плотно, что всех призываю, кто опоздал к началу, послушать беседу сначала, потому что польза идет сплошная. Какие-то ноу-хау, которые Юрий Федорович наработал за 51 год жизни со своей супругой, счастливой жизни, подчеркну, и радостной жизни, они как-то вот прямо на минуту времени очень большую концентрацию имеют.  

Ю. Миронов 

– Да, у нас есть такие вот семейные девизы. Вот, например: лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. Или так вот, и это решает много проблем, что там делать. Или например: лучше просто путешествовать, чем просто так сидеть дома. Или вот очень сильно помогает: просит человек – дай. Вот там чего-то надо там человеку, там денег или, не знаю, дай ты ему, что там спрашивать, зачем. Или вот еще такое у нас есть, особенно сейчас нам пригодилось, вот когда дети были, мальчишки, не очень еще взрослые: береги себя. Береги себя. Потому что я вот ходил в сложнейшие походы, в горы зимой на лыжах или на байдарках тоже, и я понял, что себя нужно осознанно беречь, иначе ты себе шею сломаешь. И я это перенес все на детей, что берегите себя – не прыгайте со второго этажа, не лазьте по деревьям, если там опасно все. То есть учил их страховке, всему такому. Вот эти наши девизы. А еще есть хороший девиз, самый сильный, обращаю внимание.  

А. Леонтьева 

– Записываем, записываем. 

Ю. Миронов 

– Меняй дизъюнкцию на конъюнкцию. 

А. Леонтьева 

– Как-как? 

Ю. Миронов 

– То есть, да, я понимаю. Если не знаешь, как сделать, что сделать это или это (ну допустим, пойти в кино или в театр), то сделай то и другое. Или это дизъюнкция и конъюнкция – то есть если или то или это, делай и то и это. И это вот просто радикально у нас решает много вот ситуаций, в которые мы попадаем. И вот такие простые девизы, они вот украшают выбор в жизни. 

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, я знаю еще один ваш девиз. 

Ю. Миронов 

– Какой? 

А. Леонтьева 

– Тяжелое делим, хорошее умножаем. Это я прочитала. 

Ю. Миронов 

– Ну да, это моя супруга очень любит говорить, что когда нас много, то все что хорошего случается у нас, все умножается. А все что какие-то сложности возникают... Ну вот например, помню, сложность единственную, как мы там стоили дачу для вот Даньки. Так мы все вместе приехали, там нас человек пятнадцать – там зятья все, мы там за полдня все сделали вообще, с чем он не мог никак справиться. И понавезли ему материалов. То есть когда мы объединяемся, то проблем вообще практически уже никаких не возникает.  

А. Леонтьева 

– Я видела вашу супругу, ну в интернете, Елену Геннадьевну, да, она, ну вы оба потрясающе выглядите. И ну просто вот это вот образ отца и матери десятерых взрослых детей, страшного количества внуков – ну такой диссонанс возникает. Как вы этого достигли? 

Ю. Миронов 

– Ну жена-то очень просто достигла. Она, поскольку детей много, холодильник всегда пустой, она на ночь меня клала в холодильник, чтобы я не портился – очень простой способ. 

А. Леонтьева 

– А открываешь, а там муж только и больше ничего. 

Ю. Миронов 

– И ничего уже нет. Нет, ну на самом деле, вы знаете, много детей это много забот, но заботы хорошие, приятные. И поэтому, конечно, это отразилось на нашем внешнем виде, мы хорошо выглядим, естественно. Потом, кроме того, мы физкультурники. Я не говорю, что мы спортсмены, но мы физкультурники. Вот мне дети на 70 лет подарили абонемент в спортклуб на Полянке. Я, значит, раньше туда не ходил. Так классно с утра теперь, если мы валялись в кроватке, то теперь, значит, полседьмого я уже там. Ну а как случилось, давайте расскажу. Мы тут с женой поехали на Алтай. Ну так уж Алтай, Алтай, – надо все-таки побывать, – фантастические, конечно, вещи. Вот чем больше мы отходим, тем больше нам вспоминается. Ну конечно, там время на четыре часа смещено. И мы когда вернулись сюда, мы это время так и оставили, то есть ложимся в 10, встаем в 6. И такой сдвиг времени произошел. И мы поэтому, я с утра вот всегда иду в спортклуб, там у нас теплая компания уже мужиков собралась, и мы много там чего, беседуем, ну короче говоря, там очень теплое такое начало утра. Ну и штанги поподнимать там, пробежаться, в бассейне искупаться, в сауне посидеть. Если это делаешь регулярно в течение там, допустим, двух-трех лет там три-четыре раза в неделю, то хочешь, не хочешь, ты будешь выглядеть нормальным человеком. 

А. Леонтьева 

– Знаете, вернулся позавчера из Санкт-Петербурга, где моя подруга выпасала внучку, у нее вторая внучка родилась. И она сказала такую вещь, что она говорит: слушай, так классно быть бабушкой, потому что можно быть доброй. 

Ю. Миронов 

– Да, это и я говорю. Мне вот супруга, она сидит с внуками и с ними занимается, а я с ними гуляю. У нас есть такое понятие: дед, пошли деньги транжирить. Значит, вот мы идем деньги транжирить. И когда они спрашивают: вы кого больше любите, там дедушку или бабушку? Деда, конечно. Так еще бы, конечно, я с ними просто могу быть добрым, да, я могу с ними, да, там походить. Я возвращаюсь к этом вопросу, чем отличаются дети и внуки. Конечно, с детьми так вот не будешь таким добрым, там нужно все-таки, чтобы они хоть как-то росли нормальными людьми, там чтобы понимали границы. Ну а тут дед уже автоматически имеет какой-то некий авторитет, поэтому можно себе позволить некоторые отклонения такие. 

К. Мацан 

– А вот вопрос, наверное, животрепещущий, по крайней мере, для меня как для молодого родителя. А вот вы говорите о том, что дедушка и бабушка может себе позволить быть добрыми. Я думаю, что все родители примерно понимают, о чем говорят дедушки и бабушки, когда это говорят. Но нельзя ли в таком случае дедушке и бабушке, таким образом, этой добротой, может быть, даже такой склонностью к тому, чтобы ребенка побаловать чем-то, навредить? Вот какая ответственность в этом смысле есть у дедушки и у бабушки на этом фоне? 

Ю. Миронов 

– Вы знаете, я хочу сказать, что дети очень четко чувствуют, кто какую роль выполняет. И они понимают, что если вот дед там позволяет им, засядем мы в «Макдональдсе» и обжираемся этими бургерами, то есть это не значит, что это стандарт жизни. Это дед пришел, сейчас мы это будем делать, а вообще-то нормально надо питаться. Они прекрасно чувствуют и понимают, что это именно баловство, и оно не может быть вечным.  

К. Мацан 

– Какие утешительные слова для родителей. 

А. Леонтьева 

– Это немножко успокаивает. 

К. Мацан 

– Я успокоился немножко, да. 

Ю. Миронов 

– Да. И потом мы тоже, когда они выходят за какие-то пределы, мы тоже их ну наказываем, не даем им возможности там ну как-то вести себя неадекватно. Нет, мы, конечно, применяем, так сказать, воспитательные меры, безусловно. Но просто так некоторое расслабление. Ну понимаете, вот я забираю их, если погода хорошая, за город куда-нибудь – что там только ни делаем, за городом! Ну в городе, конечно, так не сможешь. Ну вот, а с родителями так они не могут себя вести. Нет, тут совсем другой стандарт поведения. И они знают, что с дедом это можно, а так вообще это не надо так делать. Все так. 

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, ну вот в какой-то момент я прочитала, что...  

Ю. Миронов 

– И кстати, моя супруга не может ходить с нами гулять, когда я с ними гуляю. У нас уже настолько выработалась взаимное, так сказать, поведение, что она говорит: я не могу так, как вы там гуляете. 

А. Леонтьева 

– В какой-то момент я прочитала, что вы для детей разрисовали какую-то вот схему родственную. Вот с чего началось, ваш поиск генеалогических древ? 

Ю. Миронов 

– Слушайте это очень удивительное вообще занятие. Дело в том, что дети у нас осознанные, с целью воспитания. Ну это я еще раз повторяю, это мы думаем, что мы их воспитываем, на самом деле они уже воспитанные. Но тем не менее раз цель воспитание, ну мы замечали, что их интересует. И вот смотрим, они все время нас спрашивают: а кто тетя Адюша нам? Ну вот у нас родственница, которая очень добрый человек и всегда была рядом с нами. Мы стали рисовать. Особенно был этот момент хороший, мы ремонтировали квартиру в очередной раз и обои сдирали, прямо на стенке рисовали, кто там кем является – древо. Потом узнали, что древо называется. То есть мы, как только заметили, что детей (а это дети уже были старшие, и по 25 лет) интересуют родственные отношения, родственные связи между нашими вот всеми родственниками, то мы стали заниматься родословием. Ну это как бы с одной стороны подход. С другой стороны подход, что мне всю жизнь грезилась некая женщина, которая протягивает мне лист бумаги, в вуали такая, вот конец XIX века – начала XX. И я понимал, что она протягивает что-то, связанное с родословием, и требует от меня какой-то листок. Это было у меня и в 4 года, и в 24, и в 44. 

К. Мацан 

– Это вам снилось? 

А. Леонтьева 

– Вот и снилось, и грезилось. Даже наяву. Другой раз я сижу, вот отвлекусь чего-нибудь, и там она опять вот листок протягивает и требует от меня какой-то ей листок. И я даже сейчас смотрел свои записи, когда работал директором Дома культуры, что надо все-таки заняться родословием. Надо заняться родословием. И в итоге в 2002 году я подаю заявление на увольнение и ухожу из директоров Дома культуры, вообще просто в чистое поле. Жена говорит: ты вообще соображаешь, перед пенсией, куда ты вообще уходишь, в чистое поле? Так она меня достала, эта женщина. 

А. Леонтьева 

– Ничего себе. 

К. Мацан 

– Эта женщина – не жена в смысле, а та, которая вам грезилась. 

А. Леонтьева 

– В вуали.  

Ю. Миронов 

– Да, женщина в вуали. И вот я, значит, увольняюсь из директоров. Все, конечно, директора говорят: Юрий Федорович, что с вами такое? Я говорю, не могу вот уже. И мне творческий союз работников культуры там комнату предоставил, и я начал заниматься родословием. То есть я ну стал вот оформлять, значит, родословные книги. Давайте, я вернусь обратно к детям. Ну значит, они говорят, что надо заниматься, тогда слово «родословие» еще как-то было – 2000 год, не очень могли говорить, боялись еще этого слова. Ну вот. И я понимаю, что это они хотят такое сделать, а им все некогда и мне тоже все некогда, все вот не в приоритете. И тогда я придумал: я говорю, вы напишите про себя свой персональный лист, и там четыре пунктика – там про папу, маму, про братьев, сестер, про жену, про мужа и про детей и краткую биографию. Они написали красивые совершенно вещи, значит, фото-коллажи там сделали, как там биографию там о себе, какие-нибудь, что там было так интересно было читать. Мы их размножили эти листы, штук по сорок, и поменялись. И каждый эти свои листы и своих братьев, сестер положил в свои папочки. И к нам многие стали родственники обращаться: и мы хотим в этой папочке побывать, и мы хотим ваши листики. В итоге я это описал вот в этой книжке, где говорю... 

К. Мацан 

– Книжка называется...  

Ю. Миронов 

– Ну вот «Пишем родословную книгу», да, и она в магазины стала попадать. И стали ко мне с требованием читатели обращаться, с негодованием, что, Юрий Федорович, а вы нас гоняете в магазины, значит: купите папку, разлинуйте листочки. Сразу не можете выпустить вот уже книгу, чтобы там все было? Ну я выпустил, ее стали покупать, что удивительно совершенно. Мы сейчас продали больше ста тысяч книг родословных, и мы их и оформляем еще к тому же. То есть вот так дети как бы целую традицию сделали в стране, как-то вот заниматься родословием.  

А. Леонтьева 

– Все началось с обоев. 

Ю. Миронов 

– Все началось с того, что можно на обоях нарисовать, да. 

К. Мацан 

– Юрий Федорович Миронов, отец десяти детей и дедушка почти двадцати внуков, основатель и директор Российского Дома Родословия, сегодня проводит с нами этот «Светлый вечер».  

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, то есть получается, что вы создали некую целую такую схему, как найти своих – ну вот я с русского на русский перевожу, – как найти своих прабабушек, прадедушек. Вот мы с Костей, у нас была героиня Александрина Вигилянская, которая специально занималась родословием своих предков, и мы выяснили, что мы вот не очень-то много знаем про своих предков. Вот как нам узнать про них больше? 

Ю. Миронов 

– Слушайте, значит, вот в ваших словах опять прозвучало отсутствие культуры родословия. То есть еще раз: культуры родословия нет вообще, вот не только у нас в стране, вообще во всем земном шаре. Никто не знает, что такое семейная родословная. Вернее так: каждый думает, что он знает, и поэтому каждый, что он считает, то считает, правильно. Значит, предки и знание о предках архивное – это одна восьмая часть родословия.  

А. Леонтьева 

– Так. 

Ю. Миронов 

– Да, конечно, знать сведения о предках нужно. Но занятие родословной в первую очередь нужно нам, сейчас живущим, потому что мы, обмениваясь этими персональными листами, то есть уточняя даты жизни своих родственников, мы непрерывно контактируем друг с другом. И вот этот контакт между родственниками и есть самое ценное в родословии. Потому что люди десятилетиями друг с другом не разговаривают, пока кто-нибудь не помрет, там на кладбище соберутся. Даже на свадьбы не все ходят. А вот уточнить сведения о жизни – это очень такое благое дело, оно ничего не требует. А там кто-то родился – то есть постоянно нужно контачить-то, потому что люди рождаются, люди женятся, и постоянно приходят поводы изменить родословие. Поэтому давайте я сейчас скажу, что родословие это все-таки процесс, процесс сохранения истории семьи. И сохраняется она в восьми документах. И вот этот комплект архивных документов это только часть седьмая, то есть их всего восемь, вот цифра семь – это комплект архивных документов. И самое ценное занятие родословия заключается не в том, что ты уважаешь предков, это само собой, но ты уважаешь, во-первых, начинаешь уважать и живущих сейчас рядом с тобой родственников – вот в чем ценность-то, и ты, вот я не знаю, как происходит, но ты с большим уважением начинаешь относиться к потомкам. Вот занимаясь родословием, ты начинаешь к потомкам относиться. И потом вот родословие, оно потрясающе совершенно, например, сделало, появились традиции, церемонии. Ну вот я самое простое, что вот вам сейчас раскрою. Вы знаете, что нормальные люди, а вы нормальные люди соответственно, у вас слово «родословие» ассоциируется с двумя вещами – архивный поиск и древо. Что-то такое, какое-то древо, есть какое-то древо... 

А. Леонтьева 

– Очень смутное представление. 

Ю. Миронов 

– Очень смутное, да, потому что у древа есть восходящее к предкам, нисходящее к потомкам, вот в этих двух деревьях путается половина населения земного шара. Ну значит, древо. Смотрите, наша миссия, нашей общественной организации, Дом родословия – это чтобы в каждом российском доме было свое родословное древо. Мы этому учим, как его составить. Вот представьте себе, висит ну древо там, допустим, полтора на два метра такое, где там примерно 500–600 родственников, и причем не только потомки, но и живущие сейчас – и маленькие детки там, и годовалые – все на этом древе. И вот вы представьте, что там проходит года два, и вы уже древа этого не замечаете. Но оно висит. И вот автоматически в голове висит: дети нужны, древо-то высохнет без детей-то. То есть не надо для демографии особо-то ничего говорить не надо, просто древо повесить в каждую семью, и с демографией будет все в порядке. Или дети, которые маленькие, бегают мимо древа, они тоже уже его не видят, но они понимают, что они не одни. Вот этот дядя меня на танке покатает, эта тетя меня петь научит, этот дядя мне электричество починит – то есть он уже вплетен вот в родственные связи. И поэтому вот переоценить наличие древа в каждом доме, и мы к этому стремимся, невозможно. Вообще это и есть жизнь во всей полноте, когда есть древо на стене. 

К. Мацан 

– Такое древо жизни.  

А. Леонтьева 

– Древо жизни, совершенно верно. 

Ю. Миронов 

– Да, это древо жизни. И там нет мертвых, то есть там все живые, вот в этом древе родословном все живые, и вот процентов там 50, как минимум, там на самом деле живущие сейчас родственники. И так я вот не могу остановиться и не сказать: есть совершенно чудеснейшая традиция, церемония, которую мы уже проводили – это объединение древа жениха и невесты на свадьбе в древо их будущих детей.  

А. Леонтьева 

– Здорово. 

Ю. Миронов 

– Это потрясающая традиция. Сейчас, во-первых, мы за это уже получили большую премию от Ассамблеи свадебных агентств. И я с удовольствием расскажу, мы проводили такие церемонии, и вот приглашаю всех радиослушателей присоединиться, когда значит, второй тост, длится всего семь минут, готовить нужно три месяца. Второй тост, значит...  

А. Леонтьева 

– На свадьбе, да, соответственно? 

Ю. Миронов 

– На свадьбе, да, церемония на свадьбе. Красавица-свидетельница выносит небольшой фрагмент древа невесты – и представляется род невесты. Потом красавец-свидетель небольшой фрагмент древа жениха – представляется род жениха. Потом родители за четыре уголка выносят огромное древо, с портретами молодоженов, обносят все столы и вешают на специальную подставку. Вот мы сколько проводили церемоний таких – все бросают свои салаты, водку и бегут к этому древу. А у нас там бейджики голубые и розовые у этих у наших гостей, вот они смотрят: «Ты где? – Ты тут... Ага, ты вот...» То есть понимаете, люди уже идут на свадьбу (они делают все это в тайне от молодых) – они идут уже не просто выпить и закусить, они идут на объединение двух родов. А молодые, которые все это натворили, они со свадьбы уходят с совершенно другим посылом, позитивным, что они объединили два рода. И эти два рода будут теперь их детей, значит. И вот это я считаю, что на всех наших свадьбах, а у нас проходят 200 тысяч свадеб в год, будет такая замечательная традиция, и эта традиция укрепит нашу замечательную страну. Так же как и древо в каждый дом. И еще вот, я не знаю, не могу остановиться, еще, значит, такое инициировали народное движение: «Оформи и подари родословную внукам». Потому что ну сейчас у всех все есть, не знаешь, что подарить. А хочется ведь что-то подарить внукам-то особенное. И вот мы эту проблему с женой решили. Мы каждому внуку оформляем родословную – книгу там, древо – и дарим. И это не мы придумали с женой, естественно, это из жизни взялось. Когда заказчики к нам обращаются с просьбой, значит, составить родословную, и потом сразу нас посылают к своим родителям, мы там у них опрос берем, потом, значит, мы это все оформляем. И мы неоднократно на чаепитии видели, как это все вручается детям. То есть мало того, мы знаем несколько случаев, когда престарелые люди, вот будучи уже практически при смерти, оживали, потому что они стали нужны. И они вот опрашивали родственников, уточняли данные, и они просто оживали. То есть это связь поколений, просто вот не придуманная, а она есть, когда пожилые люди и внуки вот просто вместе начинают заново жизнь. 

А. Леонтьева 

– Юрий Федорович, вы не можете остановиться говорить, а мы не можем остановиться вас слушать. Потому что вы такие потрясающие вещи рассказываете, вы просто меняете ну отношения жены и мужа там, не знаю, внуков и дедов, родителей и детей. Вот мне лично захотелось немедленно заказать себе какое-нибудь древо. Нет, честно слово, просто потрясающая польза. 

Ю. Миронов 

– Понимаете, мы десятки древ в месяц, то есть потребность в этом есть большая. Но мы хотим, сейчас скажу, мы хотим, чтобы это, так сказать, из коротких штанишек нашего малого бизнеса превратилось в национальную идею, чтобы это было повсеместным. И в частности вот именно сегодня я беседовал на эту тему с представителем защитника детей в Российской Федерации.  

К. Мацан 

– Уполномоченного по правам ребенка при президенте. 

Ю. Миронов 

– И именно он говорит, что действительно эти традиции надо сделать, на государственный уровень вынести. Потому что вы все отработали, то есть на самом деле все сделано, то есть проверено именно рублем – людям это надо, за это платят. То есть это ничего не надуманное. Теперь это нужно, чтобы это вышло на государственный уровень. Ну возможно, так и случится.  

А. Леонтьева 

– Я почему-то в этом уверена.  

Ю. Миронов 

– Ну в любом случае, я считаю, в каждом городе должен быть свой Дом родословия, чтобы люди могли прийти и посмотреть, что такое древо, какое оно бывает, как его самому сделать, сколько стоит; если не самому, то сколько будет стоить; что такой архивный поиск, как самому в этих архивах работать; если не самому, так сколько стоит. Ну то есть чтобы появилась культура родословия. И чтобы посмотрели, как книги заполненные выглядят, как праздники проходят. И это будет культура родословия. На широкой палитре культур нашей страны появится еще одна культура – культура семейного родословия, которая укрепит семью. 

К. Мацан 

– А что лично в вашей семье изменилось после того, как вы начали заниматься родословием? Как вы начали рассказать про то, как это все началось с ваших детей, с заполнения этих листов и с обмена, вы нам сегодня вот потрясающе интересно час рассказывали про счастливую семью. Какое место, какой процент этого счастья взрощен, благодаря вашим занятиям родословием?  

А. Леонтьева 

– Математики у нас сегодня много в передаче. 

К. Мацан 

– Ну это я так, образно. Что лично вам дало это занятие? 

Ю. Миронов 

– Ну во-первых, мои дети, когда идут к кому-нибудь на день рождения, у них проблем нет... 

К. Мацан 

– Уже знают, что подарить. 

Ю. Миронов 

– И причем вы понимаете, дело в том, что у них это становится самый главный подарок на каком-то вот юбилее, когда: «Ой, что ты мне подарил!» А мы же еще заранее оформляем эту книгу. То есть это всегда главный подарок. То есть они очень счастливы, что они вот такую вещь дарят. Ну и слово «дети» тут не подходит, взрослые мужчины и женщины. Но это нас объединяет. Вот, кстати, про объединение еще одна вещь. Дело в том, что в 11-м году мне дети подарили герб. Ну то есть разработали и на день рождения подарили. Ну подарили и подарили, что мне с ним делать, не знаю. Нормальный человек, я не знаю, что с гербом делать. 

А. Леонтьева 

– Герб семьи Мироновых, так? 

Ю. Миронов 

– Герб семьи Мироновых. Хотя говорят, что семейных гербов не бывает, но вот мы понимаем, а мы, кстати, профессионалы. Поэтому те, кто говорят, что не бывают, те, значит, не такие профессионалы. Так вот семейные гербы, оказывается, самые функциональные. И есть мы, во-первых, на футболки, сделали гербы с футболками, и когда собираемся на даче у кого-нибудь, одеваем эти футболочки – и детишки, и мы, – и вообще, вы знаете, что-то происходит. 

А. Леонтьева 

– Ничего себе! 

Ю. Миронов 

– Потом у нас в квартирах во всех кружки с нашим гербом. Приходят чайку пить – а у нас кружечка с гербом. Детишки мои взяли эти самые, ну кто-то сделал себе перстни, а все остальные сделали такие, как называется – голдстикер? Стикеры такие из золота, небольшие, с гербом, на машины. У нас много машин, наверное, штук двенадцать. И никто не видит их, конечно, а мы знаем: у нас там герб. То есть герб функциональная вещь. 

А. Леонтьева 

– А что изображено на вашем гербе?  

Ю. Миронов 

– Я не знаю, тут есть он у меня с собой-то... 

А. Леонтьева 

– Можете не показывать, расскажите. 

Ю. Миронов 

– Ничего там такого хитроумного нету. Там, значит, семь звездочек – семь сыновей, три розочки – трое дочерей. Посредине древо, значит, то ли то что мы занимаемся родословием, то ли просто дуб, как вот, значит, основа. И там еще у нас дельфинчик нарисован, потому что моя супруга очень, так сказать, любит с дельфинами там пообщаться в Черном море. Ну в общем, короче, дельфинчик у нас там. Вот и все, ну такой герб. 

А. Леонтьева 

– Прекрасно. 

Ю. Миронов 

– И вот мы с этим живем. Ну там еще такие волны, что мы на Балтийском море родились, то есть в Петербурге. То есть никаких там сверхъестественных вещей нет. 

А. Леонтьева 

– Я спросила, потому что сразу мне пришло в голову: а что бы мы изобразили на своем гербе? Правда, Кость? 

Ю. Миронов 

– Так это же просто делается. Ведь когда вы заказываете герб, геральдисты вас опрашивают. И они, у них такой какой-то, ну мозги так устроены, они вас опрашивать-то опрашивают, но у них это все выстраивается в образ. И потом они нарисуют этих образов там пять-шесть разных, вы выбираете.  

К. Мацан 

– Это, должно быть, такой очень интересный и ответственный процесс, потому что решить, что на твоем гербе изображено – в каком-то смысле решить, а кто ты. Вот что мы главным считаем для себя в жизни в семье. У вас вот дети, внуки, там древо, такая милая какая-то любовь к миру в виде дельфина – это же, по сути, такое приглашение к человеку, что называется, познай себя самого, познай свой род и свою семью. 

Ю. Миронов 

– Да, гербы, они отражают отношение семьи к миру. И это точно. Мы таких рисуем, ну сдаем гербов, ну не знаю, пять-шесть в месяц, и они все разные. Но они точно совершенно вот отражают отношение к миру человека или семьи. И как, почему так много, вот вроде идея простая, а так много разного. Это как будто вот музыка – семь нот, а сколько музыки. Это вот примерно то же самое – вроде бы совсем простая задача, а гербы все разные. 

К. Мацан 

– Ну вот будем воспринимать эту задачу как такое задание нам по итогам нашего разговора, задать себе вопрос. 

А. Леонтьева 

– Да, на самом деле, вы знаете, беседа пролетела как одна минута. Мы исписали уже все тетради, потому что ну.... 

К. Мацан 

– Сплошные лайфхаки. 

А. Леонтьева 

– Сплошные да, то что называйте лайфхаки, вы нам столько всего полезного рассказали.  

Ю. Миронов 

– Еще не все. 

А. Леонтьева 

– Начиная от того, как 51 год прожить в очень счастливой семейной жизни. Как сохранить такую вселенную вокруг тебя, как десять детей и почти двадцать внуков, что такое семейное древо и как оно влияет на жизнь семьи, и рода, и вообще конкретных людей, мужа и жены, внуков, и что такое семейный герб. И я думаю, что это прямо руководство к действию какое-то для нас с Костей. Вот я сейчас уже буду, закончим передачу, и буду переговоры вести про семейное древо.  

К. Мацан 

– Пойдем практиковать советы на практике. Спасибо огромное. Я напомню, Юрий Федорович Миронов, отец десяти детей, дедушка девятнадцати, почти двадцати внуков, основатель и директор Российского Дома Родословия, сегодня был с нами в программе «Светлый вечер». В студии также была моя коллега Анна Леонтьева и я, Константин Мацан. До свидания. 

А. Леонтьева 

– До свидания. 

Ю. Миронов 

– До свидания.  

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Жития святых
Жития святых
Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Александр Невский и многие другие - на их жизнь мы стараемся равнять свои жизни, к ним мы обращаемся с просьбами о молитвенном заступничестве перед Богом. Но так ли много мы знаем об их земной жизни и о том, чем конкретно они прославили себя в вечности? Лучше узнать о земной жизни великих святых поможет наша программа.
Мой Урал
Мой Урал
Сказки Бажова и строительство завода Уралмаш – все это об Уральской земле, богатой не только полезными ископаемыми, но и людьми, вчерашними и сегодняшними жителями Урала. Познакомьтесь ближе с этим замечательным краем в программе «Мой Урал».
Притчи
Притчи
Притчи - небольшие рассказы, наполненные глубоким духовным смыслом, побуждают человека к размышлению о жизни. Они несут доброту и любовь, помогают становиться милосерднее и внимательнее к себе и к окружающим.
Псалтирь
Псалтирь
Андрей Борисович – увлеченный своим делом человек. А дело всей жизни нашего героя – это изучение Псалтыри, библейской книги царя Давида. Вместе с Андреем Борисовичем мы попадаем в различные житейские ситуации, которые для нашего героя становятся очередным поводом поговорить о любимой книге.

Также рекомендуем