«Секреты воспитания детей». Протоиерей Александр Овчаренко, Елена Овчаренко

У нас в гостях были родители восьмерых детей протоиерей Александр Овчаренко и его супруга Елена.

Мы говорили о том, с какими трудностями чаще всего приходится сталкиваться родителям при воспитании детей, почему современных детей бывает не так просто чем-либо заинтересовать, и как помочь подросткам найти себя и раскрыть таланты, оставаясь с ними в доверительных отношениях.

Ведущие: Александр Ананьев, Алла Митрофанова

---

Александр Ананьев:

— Добрый вечер, дорогие друзья. С вами в очередной раз программа «Семейный час». Как обычно в этот день. В студии Алла Митрофанова.

Алла Митрофанова:

— Александр Ананьев.

Александр Ананьев:

— И прежде чем мы представим наших сегодняшних дорогих гостей, хочу пару слов сказать о теме нашей сегодняшней программы. Не так давно говорил с мамой 15-летнего ребенка, она хваталась за голову, закатывала глаза, глаза были на мокром месте, она заламывала руки и причитала. Господи, говорит она, Васе 15 лет, Вася ничего не хочет, Вася ни к чему не стремится, Вася хороший мальчик, но что его ждет в будущем, я понятия не имею. Как мне помочь Васе найти себя в этой жизни? Как мне помочь ему обрести профессию и призвание? Как мне помочь Васе вырасти нормальным человеком? В принципе вопросы все были риторические, я, конечно, пытался найти какие-то ответы на эти вопросы и не смог. Но очень захотелось найти эти ответы. И для этого мы пригласили людей, которые абсолютно точно знают эти ответы. Во-первых, потому что восемь детей. Во-вторых, детям уже есть чем похвастаться. Старшая дочка, я так понимаю, в престижном, причем, не просто в престижном, а в ВУЗе, который требует и самоотдачи и знаний, и там реально учат и реально надо учиться, и другого варианта нет. Я сейчас говорю про Бауманку. Остальные дети тоже замечательные, восемь, еще раз подчеркну, детей. Сегодня у нас в гостях замечательный священник, с которым я давно хотел познакомиться лично, с которым мы знакомы давно заочно, через социальные сети, нас разделяли границы, нас объединяло общее небо и Господь. Но вот теперь мы, наконец, вместе в одной студии. Протоиерей Александр Овчаренко, удивительный замечательный священник и отец восьмерых детей. Добрый вечер, отец Александр.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Здравствуйте. Александр.

Александр Ананьев:

— И огромная радость для нас, что сегодня он вместе со своей супругой, матушкой Еленой, которая буквально светится спокойствием и радостью. Добрый вечер, матушка Елена. Вы понимаете, у нас же обычно в программе «Семейный час» я, Алечка и священник. А тут еще и матушка, и это большая радость. Спасибо вам, что решились.

Матушка Елена Овчаренко:

— Спасибо, что позвали.

Александр Ананьев:

— Поверьте, это гораздо проще, чем быть мамой восьмерых детей. А скажите вот что, сейчас начнутся обычные журналистские вопросы, плоские, как крокодил на газоне. Скажите, пожалуйста, что самое сложное в воспитании восьмерых детей? Варианты: а) найти время для мужа, б) найти время для себя, с) вспомнить, когда день рождения у всех детей?

Матушка Елена Овчаренко:

— С этим проще.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— У матушки хорошая память. Я даже шучу, я обращаюсь к ней, номера телефона даже у нее спрашиваю, память у нее хорошая.

Матушка Елена Овчаренко:

— Если бы мне кто-то сказал, что у меня будет восемь детей, я бы никогда не поверила. Муж это как девятый ребенок, потому что он требует внимания, любви. Главный ребенок, потому что не было бы его, не было бы ничего, без такого мужа невозможно было бы всех восемь детей поднять, воспитать. Пример, конечно, только пример.

Александр Ананьев:

— Давайте возьмем старших дочерей, которые сейчас, по сути, являют идеал того, чего хотели бы видеть родители в любой семье. Красный диплом. Замечательные, не просто для галочки Вузы, потому что есть немало ВУЗов, что называется, для галочки, лишь бы был, отучиться немножко, замуж выскочили, или отучиться немножко, от армии немножко откосить, а потом немножко пойти работать менеджером в какую-то компанию, потому что у тебя диплом какой-то есть. Здесь нет. Что СПбГУ, государственный Питерский университет, что Бауманка — это ВУЗы очень мощные. Вы каким-то образом принимали участие в выборе ВУЗа, в выборе направления? Потому что если бы все была математика, математика, математика, тогда, да. Но здесь с одной стороны биология, с другой стороны...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— It.

Александр Ананьев:

— It. Это вообще бомба. Это то, в чем ни я, ни Алечка не разбираемся.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Мы тоже.

Александр Ананьев:

— Вы тоже в it не разбираетесь?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Матушка сейчас расскажет, почему этот выбор, и как она видела его и ей помогала, наверное, матушка, да?

Алла Митрофанова:

— Как вам это удалось?

Матушка Елена Овчаренко:

— Если возвращаться к началу передачи, когда вы сказали, что мама за ребенка 15-летнего взмолилась Богу, как быть дальше, это слишком поздно. Нужно рассматривать талант своего ребенка изначально. Видеть его способности, если этого нет, предлагать ему все, чтобы все попробовал понемножку, и смотреть, где загораются глаза. Когда ребенку интересно, тогда вы попадаете в яблочко. Потому что когда интересно плюс прилагаете труд и помогаете ему идти в этом направлении и направляете туда все свои силы, дают результат. Так мы со старшей дочерью, когда у нее начали получаться и биология и химия, мы подумали, куда можно это направить.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— У нее тот фактор, загорелись глаза. Мы ей подарили первый микроскоп настоящий, вот настоящий микроскоп, который мы все с советских школ, помните, у каждого на парте они стояли? Мы ей подарили настоящий, заводской. И она первый опыт, комара поймала, положила на это стекло и потом еще сфотографировала его, и эти фотографии нам показала, этого удивительного комара с тонкими усиками, с зубами какими-то, это было удивительно. И у нее даже, по-моему, какая-то работа была с комарами связанная, биологическая.

Матушка Елена Овчаренко:

— В Малой академии наук она участвовала.

Алла Митрофанова:

— Ого!

Александр Ананьев:

— Вы только дочке не говорите, что у комара зубы. А то она скажет: мои родители сказали, что у комара зубы.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Это мы так видели.

Алла Митрофанова:

— Слушайте, а вот этот момент, когда она вам показала комара, я так понимаю, это был момент ликования всей семьи. То есть вы там выстроились в очередь ,и все хотели посмотреть

Матушка Елена Овчаренко:

— Точно.

Алла Митрофанова:

— Для ребенка же это очень важно. Он поймал комара, показывает, и все в восторге.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Должна быть искренняя заинтересованность. И пусть это будет на секунду, пусть это будет на две минуты, потом сказать: родненькая, извини, пожалуйста, мне надо... Но эти две минуты должны быть полностью посвящены этому ребенку в данный момент.

Алла Митрофанова:

— И полный восторг.

Матушка Елена Овчаренко:

— Да.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И должно быть искреннее, настоящее.

Матушка Елена Овчаренко:

— Нужно, конечно, ребенком заниматься. Чем больше ты в него вложишь с детства, тем ты увидишь это в дальнейшем. Поэтому так мы и начали двигаться в этом направлении. Она попробовала себя на олимпиадах, сначала районных. Неожиданно для себя она их выиграла. Пошла дальше на областные этапы и дальше до республиканского. И так каждый год. И получается, что когда встал выбора ВУЗа, мы перебрали, какие ВУЗы она хотела. Конечно, когда она узнала историю СПбГУ, что там учился и преподавал сам Менделеев, в дальнейшем она попала в его кабинет, там все сохранено. Трепетно это для нее.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Она слала нам фотографии. Святая святых.

Матушка Елена Овчаренко:

— Мы шли к этому. Мы нанимали прекрасных репетиторов, которые не только школьную программу...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Мы урезали бюджет свой семейный для того, чтобы, пусть какую-то вещь лишнюю не купили, но мы выплачивали. Человеку нужно было развиваться и получать знания больше, чем дает школа, чем какие-то курсы. У нас приоритет, чтобы английский язык знали, потому что это сразу окно возможностей открывает бо́льшие. Поэтому мы этому ребенку рассказали. Сначала, конечно, с трудом, зачем я это должна учить, это лишнее время, но когда они столкнулись, и это мы расскажем со второй дочкой, с Варварой, как это сработало. И младшая сразу: о, какой-то у них файл в голове появился, это работает.

Алла Митрофанова:

— Вот там сейчас сидит Лука, один из младших, как я понимаю.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Он средний.

Алла Митрофанова:

— Средний. Лука сидит вместе с нашим режиссером Романом, внимательно слушает все, что родители рассказывают. Единственный мальчик и семь девочек.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Семь девочек, да.

Алла Митрофанова:

— Это, конечно, как сказать, наверное, непросто, все-таки непросто. И вместе с тем девчонки планку задают очень высокую.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Они задают, но я боюсь одного только, немножко в сторону. Для мальчиков это не вопрос, это действительно здорово, карьера это правильно, он глава семьи, он должен обеспечить семью. Тут другое, а должна ли девочка делать карьеру? А должна ли она развиваться, становиться... Для нас сейчас этот вопрос. Да, они учатся, они получают в престижных ВУЗах, тем более не просто там отсиживают, они получают специальность, профессию. Например, Елизавета в лабораториях работает уже. В начале четвертого курса ее устроили, она смотрела в ю-тубе ролики, пришла на собеседование сказала: я знаю вашу научные работы, мне они интересны, и это сыграло на собеседовании самую главную роль. Она действительно этим интересовалась. И поступила работать в одну из самых хороших лабораторий. С Варварой то же самое, на втором курсе она уже работает, благодаря, конечно, друзьям, которые протеже сделали, но ее it-шный зуд, в хорошем смысле слова, желание, и при этом, не забывая ни про Церковь, ни про причастие святое. Они каждое воскресенье причащаются. Но есть момент, который меня как отца все-таки волнует. Семейная жизнь, где она, когда ты будешь строить карьеру? Вот это сложно. Если было бы у меня семь мальчиков и одна девочка, я бы вообще не задумывался, карьера карьерой и давай, все нормально. А с девочками не знаю еще, для меня самого это открытый вопрос.

Александр Ананьев:

— Понимаете, как это звучит сейчас для миллионов слушателей радио ВЕРА? У вас, счастливейших родителей две дочки с красным дипломом, учатся в престижных ВУЗах, уже работают, и вы переживаете, что так непросто складываются обстоятельства.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И мы переживаем, нет готового ответа, чтобы взять и успокоиться уже, хотя я заранее сказал, что я с мальчиком бы успокоился.

Александр Ананьев:

— «Семейный час» на «Светлом радио». Алла Митрофанова.

Алла Митрофанова:

— Александр Ананьев.

Александр Ананьев:

— И наши дорогие, очень теплые, замечательные гости, протоиерей Александр Овчаренко и матушка Елена, родители восьмерых детей. И, собственно, тема нашего сегодняшнего разговора — дети. Как помочь своему ребенку найти свой путь в жизни, возможно ли это, можем ли мы в принципе взять их за ручку и сказать: душа моя, значит, тебе в it, тебе в биологию, тебе в сферу телевидения и радиорекламы, а ты иди в цирковое училище.

Алла Митрофанова:

— Если позволите, своим соображением поделюсь насчет карьеры и семейной жизни, как гражданка, сделавшая карьеру, а потом благополучно вышедшая замуж.

Александр Ананьев:

— Я сам переживаю, что вырастет из нее теперь.

Алла Митрофанова:

— Как видишь, карьера от этого только еще рванула. И, слава Богу. Есть разница между тем, какая девочка в карьере, и какая девочка с мужем. В карьере тебе можно побыть девочкой, но в определенных рамках, чтобы не прочитывалось, что ты с кем-то заигрываешь, то есть своя этика. Но ты можешь быть девочкой слабой, хрупкой. Если вокруг тебя мужчины, то понятно тебе не нужно таскать коробки, таскать стулья, всегда есть кто-то, кто может тебе помочь. А что касается профессиональных навыков, то в этом смысле мы выступаем, как это ни прозвучит, в современном мире, действительно, на равных с мужчинами. И для меня потребовалось время, чтобы я поняла, какая разница между мироощущением себя в работе и мироощущением себя в семье. Да, в чем-то мы с мужем можем быть на равных, он со мной посоветуется, и я с ним. Но что глава семьи мужчина в христианской семье, для меня это принципиально важно. Я не хочу быть главой, не хочу быть женщиной, которая все тащит на себе. Не хочу быть локомотивом, не хочу надорваться в какой-то момент от того, что все на себя сама взвалила. Я и лошадь, я и бык, я и баба и мужик. Если я этого не хочу, не лезь ты в мужские дела, у тебя муж есть. Вот и пусть он этим занимается. И вот этот баланс, что в работе одно, а в семье другое, то есть когда семейные отношения, ты отключаешь, этому можно научиться.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Простите, перебью. В подтверждение ваших слов. Мы дружим с семьей Ирины Вадимовны Муравьевой, нашей замечательной киноактрисы, лет восемь, наверное, назад, да, это было? Или больше, мы были у нее в гостях, когда еще был жив Леонид Данилович Эйдлин, она пригласила, приготовила прекрасную рыбу. Прима, звезда, народная артистка, она в доме была с таким пиететом к своему мужу. И это было замечательно видеть, что свою работу, карьеру она оставила там, а здесь она просто жена, любящая хозяйка, и это было очень удивительно и очень замечательно.

Алла Митрофанова:

— Я еще только учусь, мне еще очень далеко до каких-то примеров, тем более до Ирины Муравьевой, я имею в виду как хозяйке, но всегда есть, к чему стремиться.

Александр Ананьев:

— Давайте, мы встретимся лет через пять, и вы расскажете нам, как счастливо складывается семейная жизнь у обеих ваших взрослых дочек. Я в этом абсолютно уверен, это не я думаю, это статистическая информация. Если счастливая семья, если папа с мамой, если Господь на первом месте, то, как писал Довлатов, человек обречен на счастье, другого быть не может.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Дай Бог.

Александр Ананьев:

— Другого быть не может. Эта девушка сможет быть прекрасной женой, сможет быть прекрасной мамой, сможет правильно расставить приоритеты относительно работы и семьи, можно не сомневаться. Но тема нашего разговора немножко другая.

Алла Митрофанова:

— А если позволишь, хочу еще, прошу прощения, пример один привести. Однажды у нас на экзамене... Ваши дочери сами выбрали эти ВУЗы, они туда поступили, им это нравится, это их выбор, вы их поддерживали. Есть обратная ситуация.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Давали им некоторые примеры.

Алла Митрофанова:

— Наводили. Сейчас расскажете о примерах. У нас на экзамене был случай очень интересный. Девочка вытаскивает билет, готовится, приходит отвечать, и мы понимаем с моей старшей коллегой, что она с трудом связывает слова, она и волнуется, и знаний никаких нет. Бывает так, что студент речевые ошибки допускает и может не знать чего-то, но у него глаза горят. Есть такие яркие, есть вообще гениальные дети, у них горят глаза, они могут даже чего-то не знать, но всегда найдутся, сориентируются, перейдут в какую-то смежную сферу, видно, что в них интерес пылает. А здесь сидит девочка с потухшими глазами. Мы и так и сяк, пытаемся что-то из нее вытащить, потому что мы страшно не любим ставить тройки, хотя на четверку натянуть. И не получается. И мы ей задаем вопрос: скажите, миленькая, когда вы ВУЗ выбирали, — и сразу чувствуем, хоп, она как-то так съеживается немножко. И мы понимаем, может быть, это не она выбирала. Мы говорим: а вы зачем сюда пришли, с какой целью, что вы хотите на выходе, нам просто понять бы, как вы здесь очутились.

Александр Ананьев:

— Чего вы вообще хотите в жизни?

Алла Митрофанова:

— Типа того. И она говорит: мне мама с папой сказали, вот туда пойдешь учиться. А кем хочу быть, говорит, я хочу быть мамой. И мы с Еленой Михайловной так вдохновились этим ответом, поставили какую-то хорошую оценку, потому что очевидно, она для своего уровня, для человека, который этот путь не выбирал, она сделала все, что могла. А цель у нее, оказывается, она хочет быть мамой. Я думаю, как это круто.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Спасибо, что вы так услышали в его ответе такое.

Алла Митрофанова:

— Она сама ответила. Я прониклась уважением к этой девушке, бесконечным уважением, потому что она совершает подвиг, в послушание родителям пришла в этот ВУЗ, а мечта у нее вот такая.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Дай Бог, чтобы у нее все так и получилось, а ее образование помогло потом в воспитании детей. Все-таки уровень девушки, женщины, которая имеет высшее образование, она больше может дать своим детям.

Алла Митрофанова:

— Больше может дать, это правда. Однако здесь получился какой-то разсинхрон с родителями. Может, ей явно в какое-то другое место, ну, в педагогический, в таком случае, в такое место пойти. Не в институт, где учатся международным отношениям. Ну ладно, что уж теперь-то.

Александр Ананьев:

— Я сейчас займусь своим любимым делом, а именно сгущать краски. Я обожаю сгущать краски. Но на таких контрастах реального и гипертрофированного становятся яснее какие-то вещи. Вы все-таки замечательная семья священника, священническая семья. Протоиерей и его супруга. От вас, скорее, я бы ожидал немножко другого подхода в воспитании девочек. А именно. Елизавета, ты будешь мамой, ты будешь женой, не нужны тебе все эти микроскопы, все эти высшие образования, вся эта мишура сиюминутная, светская, мирская и пустая. Тем более, там дураков столько. Пойдем-ка, я научу тебя, как правильно жарить драники, и будешь сидеть у окна за вышивкой. Вот что надо истиной женщине, православной христианке. А вот эта вся, этот ваш порочный Питер со скабрезными объявлениями на тумбах на Невском, с его неспокойной ночной жизнью, с его развязными белыми ночами и алыми парусами...

Алла Митрофанова:

— У меня ощущение, что мы с тобой в разных Питерах были.

Александр Ананьев:

-Я, опять же, сгущаю краски.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Александр предупредил, по-честному.

Александр Ананьев:

— Я сгущаю краски, да. Вы понимаете, о чем я.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, мы понимаем. Ну, матушка, прокомментируй.

Матушка Елена Овчаренко:

— Я согласна, но когда в дореволюционной России мальчиков и девочек учили отдельно, и девочек учили не только образованию, но учили женскому мастерству, что сейчас не существует. Если дома не научат, то не научат. Наши девчонки...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Они умеют делать.

Матушка Елена Овчаренко:

— Они сформировались, благодаря последующим братьям и сестрам, потому что детей очень любят, все умеют делать по дому. Но найти что-то свое, когда мне говорят глаза, что им нравится, мы не могли этого лишить. И поэтому мы помогли им всячески, я освободила их дома от домашнего послушания по хозяйству, только при самой необходимости, чтобы они могли свои силы направить на учебу. У них это получалось, и я считала неправильным...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Если они захотят отказать от этого, то это будет их личная жертва. А мы родители должны были дать им. Как мы беспокоимся за здоровье детей физическое, мы должны беспокоиться за прививки, за еду чистую калорийную, это наша обязанность родителей. В том числе мы должны беспокоиться о их душевном развитии и нравственном, в том смысле, чтобы дать им образование, а захотят они отказаться от этого, ради семьи, ради подвига монашеского, это их жертва будет. Я так для себя решил. Но я как родитель должен дать им максимально, что можно дать в этом мире. При этом они воцерковленные. Да, они на клиросе не поют, не дал нам Господь голоса, нашей семье, мы не поем.

Алла Митрофанова:

— Ну это, ну и что.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Во всем остальном. Я очень рад, что наша вера стала их верой. Это же происходит как? Папа-мама верят, семья священническая — есть искушение для родителей педагогов, папа-мама педагог, а ты такой, у тебя папа-мама учитель — где-то приблизительно такого я боялся с нашими детьми. Но они максимально, не теряя свою церковность, смогли остаться интересными для подростков, не опускаясь до матов, внутреннюю они сохранили, я не знаю, как это получилось, я не знаю. Как сороконожка, скажи, как ты ходишь — я не знаю.

Алла Митрофанова:

— Есть люди, которые умеют все хорошо объяснить, но при этом не получается, а есть люди, которые говорят, не знаю, как это получается. За вами надо просто наблюдать со стороны. Люди, наблюдающие за вами со стороны, я уверена, могут записывать, записывать, записывать всякие подсказки, как это происходит, потому что вы сами этого не замечаете, делаете это на автомате.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Бывают разные моменты, когда мы очень переживаем за ошибки детей, именно нравственные когда происходит что-то сверх, подводится под юридический церковный момент, грех, страсть.

Александр Ананьев:

— Сейчас вы сгущаете краски. Ну, какие грехи и страсти могут быть у ваших замечательных детей?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Как у каждого любого подростка. Мы стараемся ограничивать интернет, но все равно контрабандой через какие-то вещи оно протекает, а там столько мерзости, столько гадости, и человеку объяснить, что это мерзость, что даже касаться не стоит этого, а это же интересно, для подростка это интересно. А как объяснить, что это воняет, это духовную вонь извергает. Здесь приходится разные способы и убеждения и запретов. Это творчество, сегодня это работает так, завтра так.

Матушка Елена Овчаренко:

— Полностью запрещать невозможно, потому что запретный плод сладок, они будет с другой стороны заходить.

Александр Ананьев:

— Естественно.

Матушка Елена Овчаренко:

— Лучше мы с ними сядем рядом и научим их правильно пользоваться и брать оттуда, как пчелка, самое полезное, а не как муха.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И обсуждаем с ними фильмы вместе, даже где, может быть, сам фильм хороший, но сцены есть. Мы не отводим, не закрываем глаза, понятно, соответствующее возрасту. Но просим: смотри, это красиво снято, здесь нет похабщины, посмотри, есть момент, который можно закрыть, но как красиво сделано, оцени эту красоту. А есть хуже, это уже мерзость.

Александр Ананьев:

— Давайте попробуем с вами сформулировать, допустим, пять, даже не правил, но запретов, жестких и категоричных, пять запретов в семье протоиерей Александра Овчаренко и матушки Елены, которые они сформулировали для своих детей. И пусть это будут не просто запреты, не суй пальцы в розетку, а именно те правила, которые помогли и помогают детям в дальнейшем не сбиться со своего жизненного пути.

Матушка Елена Овчаренко:

— Первое, что приходит сразу, нужно больше говорить Богу о детях, чем детям о Боге, это первое.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Александр просил о запретах. Я тогда первый начну. Самое главное то, что жена сформулировала для семьи. Мы сейчас сами с вами будем придумывать наши законы: докладчику первый кнут. У нас запрещено жаловаться друг на друга, у нас дети не жалуются.

Алла Митрофанова:

— Отличная история.

Матушка Елена Овчаренко:

— Находят компромиссы.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Это то, что я, не красуясь, говорю, это однозначно, у нас нет этого. Если происходит такое, он первый получает. Потом мы разбираемся. Но первый получает тот, кто пришел жаловаться.

Матушка Елена Овчаренко:

— Мы пришли к тому, что лучше недомолиться, чем перемолиться. Когда они были маленькие, мы ходили на каждую службу, на каждые воскресные службы, как священническая семья. Только когда они стали подростками, мы понимаем, что у них заканчивается наша вера, и еще не наступил, когда они приняли свою веру, собственный опыт. И получается, что когда ты подростка насильно начинаешь вести, идет сопротивление. Мы боялись, чтобы их не выкинуло из церкви, из ограды церковной.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Полностью согласен, это пусть будет вторым.

Матушка Елена Овчаренко:

— Батюшка сказал девочкам: давайте договоримся, я не буду вас заставлять, не буду тащить, но вы мне дадите слово, что вы будете сами раз в месяц без напоминания готовиться к причастию.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Хотите чаще, пожалуйста.

Матушка Елена Овчаренко:

— Но не реже. Притерлось, вошло в нашу жизнь. Но в чем заключается карьера родителя, отпустить вовремя ребенка, его нужно отпускать от себя. Наступает момент, у нас это совпало с тем, что они закончили школу и поступили в ВУЗ.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Нас родные, близкие, что вы делаете, куда вы девочек отпускаете в другой город.

Матушка Елена Овчаренко:

— Что с ними будет в большом мегаполисе? И тут мы боялись. Что тут сработало? Когда они заходят в храм, они, как машина времени, попадают домой. На самом деле они не могли часто приезжать. Получается, что попадая в храм, у них ассоциация, что они дома. Они сами бегут в храм, они сами причащаются.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, это удивительное для нас было открытие на старших дочерях.

Матушка Елена Овчаренко:

— Не нужно спрашивать, девочки, когда вы последний раз причащались? Девочки сами причащаются каждое воскресенье. Потому что это единственная сила, которая дает им...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И возвращало их то же пение, те же слова богослужения, оно говорило им о том, что они дома, только другой иконостас, но ощущение, если закрыть глаза, они оказывались дома, когда они очень скучали. Но надо сказать, мы доверяли своим детям, мы доверились старшим детям и отпустили их. Это второе. Что третье у нас? Ограничительных запретов, они могут быть, ни убий, не укради или положительного?

Александр Ананьев:

— Очень трудно сформулировать то, что мы делаем для детей, потому что мы делаем все и в разных направлениях.

Алла Митрофанова:

— А вот матушка Елена сейчас прекрасно, мне кажется, сказала. Больше говори Богу о детях, чем детям о Боге. По-моему это гениальное правило.

Александр Ананьев:

— Это потрясающее правило, и действительно это то правило, которое стоит взять на вооружение, даже если ты воспитываешь одного ребенка.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, да.

Александр Ананьев:

— Или даже если ты воспитываешь одного мужа.

Матушка Елена Овчаренко:

— Мне кажется, одного тяжелее.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Или если он девятый ребенок в семье.

Матушка Елена Овчаренко:

— Парадоксально, мне с одним ребенком архитяжело было, с двумя мне тяжело было, потому что у них всегда соперничество было.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Противопоставление, всегда сравнение было.

Матушка Елена Овчаренко:

— Они боролись за внимание, за любовь, постоянное соперничество, кто лучше. Это не проявлялось в словах, как-то интуитивно у них происходило, и меня это изводило. Но когда появился третий ребенок, они свою энергию направили на этого третьего ребенка, и наступила гармония.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— У тебя личное время появилось.

Матушка Елена Овчаренко:

— Как это ни парадоксально, у меня появилось личное время, я могу читать книги, у меня есть уединение. Появилось окно возможностей, посвятить себе, потому что с первым ребенком, она 24/7 была, сложные роды были, послеродовая депрессия, она все время на мне, я не могла ни убраться в доме, ни приготовить ужин, когда батюшка придет со службы. Но когда появлялся ребенок какой-то в песочнице, все, ее внимание переключалось на того ребенка. И я поняла, что нужен второй ребенок в семье. Это работает, но к этому прийти очень сложно.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Матушка заплакала как-то, ко мне подошла и сказала: батюшка, у нас никогда не будет больше детей.

Матушка Елена Овчаренко:

— После первого.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— В том смысле, что не будет больше. Я понимаю, что если сейчас начну какие-нибудь цитаты давать о женщине, о том, что должна чадородием спасаться, я потеряю близкого человека окончательно. Я говорю, будем жить, как-то стараться. Я приобнял ее, помню, мы жили в квартирке такой. А потом через некоторое время она сама подошла, прошло какое-то время. Слава Богу, что я тупым реализмом, как мужчины многие православные грешат, я все-таки сохранил, и оно дало потом плоды, плоды в настоящем виде. И что удивительно, что наши дети не ревнуют. Получилось так, что нет такого, может, младшей не хватает нашего внимания сейчас. Мы сейчас замечаем, что седьмая дочка Мария, ей шесть лет, и как я ей больше стал уделять времени, потому что там Мотя родилась, и она начала, меня встречает, а я это не замечал года два-три, потому что было очень много проблем. Я теперь стараюсь компенсировать и наверстать. Внимания не хватает младшим сейчас, моего личного.

Александр Ананьев:

— О плодах и о тех усилиях, которые приходится...

Алла Митрофанова:

— Предпринимать.

Александр Ананьев:

— ...проявить, предпринять, чтобы этих плодов достичь, мы продолжим разговор через минуту. На «Светлом радио» у нас полезная информация. Сразу по окончанию мы вернемся в студию. Так что далеко не отходите, у нас тут еще много интересного впереди.

Александр Ананьев:

— «Семейный час» на радио ВЕРА. С вами Алла Митрофанова.

Алла Митрофанова:

— Александр Ананьев.

Александр Ананьев:

— И наши дорогие гости протоиерей Александр Овчаренко и его супруга матушка Елена, родители восьмерых детей. Напомню, старшие дочки уже учатся в ВУЗах, причем одна дочка в Питерском...

Алла Митрофанова:

— СПбГУ.

Александр Ананьев:

— ...университете на биофаке, а вторая дочка в Московской Бауманке. И тот и другой ВУЗ действительно ВУЗы с большой буквы, там, где надо учиться, и это, я так понимаю, выбор самих девочек. Собственно, поэтому мы и пригласили наших сегодняшних гостей в студию, чтобы помочь найти ответ на вопрос, как взять за руку своего ребенка, показать ему его жизненный путь, его будущее, его ВУЗ, его судьбу и как-то помочь ему не сбиться с этой дороги. Почему я заговорил о запретах, дорогой отец Александр? Сейчас родители очень часто сталкиваются с ситуацией — полагаю, что это не ваш случай, что-то мне подсказывает, что это не ваш случай. Картина маслом: детская комната или столовая, ребенок не совсем сидит на диване, он лежит на диване, закинув ноги на спинку дивана и так, чтобы еще и по стене. В руках телефон, в телефоне нескончаемые мультипликационные сериалы, сделанные в Японии или новомодные стримы с компьютерными играми или неважно с чем, что-то такое, что можно, глагол смотреть тут не подходит, подходит глагол залипать. И ты просто слышишь, как с песочным шуршанием уходит драгоценное время, которое можно было бы и нужно было бы потратить на что-то более важное. Потому что сейчас ребенок находится в том самом золотом возрасте, 13-14-15 лет, когда формируется что-то основное, что потом определит его судьбу, а ты не можешь его ни мотивировать, ни заставить.

Матушка Елена Овчаренко:

— Вы попали в точку, это моя боль, увидеть это для меня самое тяжелое.

Александр Ананьев:

— Это для всех родителей сердце кровью обливается. И они уж им и микроскопы и мольберты. А давай посмотрим что тебе интересно. — Мам, ну мне что-то ничто не интересно.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Скучно. Это бич просто, скучно.

Александр Ананьев:

— Знаете, я, наверное, не сгущу в этот раз краски, если произнесу слово эпидемия.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Эпидемия, абсолютно.

Алла Митрофанова:

— Что делать-то? С этим что делать?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— А я вот не знаю. Сейчас сказал, не знаю, потом что я же сам себя просеиваю, свой опыт, просеиваю сейчас свою ситуацию, одни здесь, другие вот здесь, другие только-только подходят.

Александр Ананьев:

— Вам ситуация эта не знакома?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Она, может быть, знакома, но не в таком глубоком, сгущенном формате. Конечно, может такое быть, но ищем, когда блеск загорится в детях, тогда все. Мы ищем, когда вот этот блеск случится в их глазах. Поэтому мы стараемся все. Рисовать? Смотрим, ты рисуешь, давай тогда пойдем в художественную школу, давай начнем встречаться, у которых ты почерпнешь опыт не просто техники.

Матушка Елена Овчаренко:

— Ходить на выставки.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Выставки, да. И смотрим, уже человек начинает дальше идти. Ты что? Ты хотел что-то с архитектурой, тебе интересно, давай посмотрим, что в интернете — в интернете, это их среда — какие есть конкурсы, какие есть фестивали. О, нашли какую-то вещь, где она может участвовать и начинает участвовать в этом. Это затягивает, начинает интерес рождаться.

Матушка Елена Овчаренко:

— Где изучаются какие-то программы.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Самое главное разбудить в ребенке интерес. А они — эпидемия скукоты. Родителям надо архи приложить старания, чтобы расшевелить это.

Матушка Елена Овчаренко:

— Идеально, брать книгу вечером читать; идеально, брать ребенка за руку и идти гулять вечером, просто прогулки.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Но у нас нечасто это получается.

Матушка Елена Овчаренко:

— И нужно разговаривать.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Надо с детьми разговаривать.

Матушка Елена Овчаренко:

— Не работает то, что ты прикажешь или скажешь или понадеешься на старших детей. Во всех случаях нужно разговаривать, и с каждым ребенком индивидуально.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, желательно не со всеми.

Матушка Елена Овчаренко:

— Что работает у нас со старшими, не факт, что с другим работает.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— С каждым отдельно. Я иногда беру каждого ребенка в отдельности, мы идем гулять, даже я не беру матушку, я и ребенок. И мы начинаем ходить, и по душам поговорим. Очень важно один на один, надо находить время для каждого. Пусть это будет полчаса, пусть это будет пятнадцать минут, нужно быть один на один.

Матушка Елена Овчаренко:

— В наше время это крайне тяжело, потому что родители заняты добычей.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Это у всех так. У всех, любые специальности, профессии.

Матушка Елена Овчаренко:

— Но нужно, это просто нужно, потому что это потом вернется в дальнейшем. Если ты сейчас пропетляешь, потом уже ты не пропетляешь. Будут проблемы, когда он сформированный, и полжизни может быть потрачено на хождение к психологу и все остальное.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Но мы ищем людей, которые могут нам помогать. В каком смысле? Интересных людей. С архитектурой кто-то, значит, ищем такого человека, который мог бы рассказать очень интересно и...

Матушка Елена Овчаренко:

— Направить правильно.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Понятно, в разных регионах разные возможности, но нужно делать в этом направлении что-то.

Матушка Елена Овчаренко:

— Что максимально от нас зависит.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— У Луки, например, сейчас интерес очень сильный, мы сначала думали, философия, история, что-то более гуманитарное, но его очень заинтересовал киношный труд.

Матушка Елена Овчаренко:

— Сценарии, драматургия.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И он занимается, сценарии пишет и есть студии какие-то.

Александр Ананьев:

— Какое счастье, что у нас есть наша прекрасная общая знакомая, Алла Григорьевна.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, абсолютно.

Александр Ананьев:

— Она уж точно рассмотрит в Луке талант.

Матушка Елена Овчаренко:

— Уже.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Что-то там они уже разговаривали.

Александр Ананьев:

— Какое счастье, вот это благодатная почва.

Алла Митрофанова:

— Общение с Аллой Григорьевной, и горящие глаза обеспечены.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И дело в том, что Бог посылает таких людей, как Алла Григорьевна. Действительно, мироздание, можно так сказать. Я, конечно, понимаю, что это не церковное употребление слова, но посылаешь свою молитву Богу, и оно рождает потом какие-то ситуации.

Матушка Елена Овчаренко:

— Нельзя отчаиваться, когда ты не слышишь ответа, кажется. Ты в своем вагончике молитву посылаешь-посылаешь, и они возвращаются в тот момент, кода ты меньше всего этого ожидаешь.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Но оно в точку получается. И главное, что без надрыва получается, как будто естественно. И ребенок уже готов к этому, у него сформировался свой интерес уже устоявшийся. Потому что спрашиваешь: тебе это интересно? — Да. — А это? — Да. Начинаем пробовать, а сам этот предмет начинает показывать, что не интересно это ему, это не его. Так было с Варварой, когда она хотела в юридический на правозащитника и в it. Я попросил через друга его адвоката, она знаменитый в своей области человек, взять на одно слушание дела Варю, тогда 9-тиклассницу или 10-классницу. Ее одели, как будто бы она студентка.

Матушка Елена Овчаренко:

— Помощник адвоката.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Помощник адвоката, провели, потому что нельзя было так пройти туда. Она посидела, послушала: не мое. Замечательно, зачем тогда давить сюда, тратить сюда ресурсы сейчас, эмоциональные и финансовые, когда человек уже понял, что это не его. Ну, это первый раз было. Тогда давай it. И так получилось, что нам предложили создать команду девочкам, в которую вошла Прасковья, третья наша дочка.

Матушка Елена Овчаренко:

— Ищущим возможность дверь открывается.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И матушка расскажет.

Матушка Елена Овчаренко:

— Они в группе создали мобильное приложение, которое связывает между собой волонтеров, которые кормят людей, с супермаркетами и ресторанами, которые... есть еда, но сроки реализации уже...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Подходят.

Матушка Елена Овчаренко:

— ...подходят, а еда еще не испорчена.

Алла Митрофанова:

— Потрясающе.

Матушка Елена Овчаренко:

— Они стали лучшие в стране.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Они лучшие в стране стали и получили даже...

Матушка Елена Овчаренко:

— На международном конкурсе получили приглашение в Сан-Франциско.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Они слетали туда.

Матушка Елена Овчаренко:

— На мировой питчинг. И получается, они приехали, начали общаться с такими же детьми со всего мира.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Китайцами, малайцами, итальянцами.

Матушка Елена Овчаренко:

— И тут сработал английский язык, когда они автоматически переключились на английский, даже не заметив для себя, говорят, мы стали думать, мы стали отвечать.

Алла Митрофанова:

— На английском?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, английский язык.

Матушка Елена Овчаренко:

— Понимаем. И когда они приехали с горящими глазами, рассказывают малышам, малыши с большим усердием стали заниматься английским, хотя они до этого не понимали, для чего мы его учим, для чего усилия помимо школьной программы. Они уже имеют определенные сертификаты международных уровней и подтвержденные Кембриджем.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Это называется так — когда не знаешь, что сказать, хвались своими детьми.

Алла Митрофанова:

— Это потрясающе, что вы рассказываете.

Матушка Елена Овчаренко:

— Ну, просто когда работаешь и не понимаешь, для чего тебе это нужно, но в момент, когда ты меньше всего это ожидаешь, оно выстреливает.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Мы ролик даже снимали для себя. Они взяли интервью у священника, то есть у меня, ну кого ближайшего священника найти, папу, конечно, найти. Там было еще помимо двух дочерей еще две девочки. И они брали у меня интервью, как это увязать с христианством, допустим, помощь бездомным. К сожалению, до логического конца не получилось довести, чтобы оно появилось в маркете, это приложение. Но Варвара ждет и думает вернуться к этой теме и довести ее до ума, уже может быть, с учетом образования в Бауманке, когда она обросла знакомствами, все-таки довести это приложение до конца. Оно у них в тестировании находилось.

Александр Ананьев:

— «Семейный час», восхитительный разговор с нашими гостями, протоиереем Александром Овчаренко, матушкой Еленой. Я не знаю, как Алла Митрофанова, ведущая программы «Семейный час».

Алла Митрофанова:

— А чё сразу косой-то?

Александр Ананьев:

— Но я точно знаю, что поймал себя на удивлении, на очень приятном удивлении. Знаете, отец Александр, когда я готовился к разговору с вами, я, признаться, ожидал встречу с замечательной, очень светлой священнической семьей из какой-то южной далекой провинции, где жизнь какая? Маленький городок, какая-то околица, колодец какой-то. А тут какая-то жизнь, прекрасные дети.

Алла Митрофанова:

— Фонтан, Сашенька, фонтан и ураган.

Александр Ананьев:

— У которых первый кнопочный телефон появился к 22-м годам. Какой-то такой разговор.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, я понял.

Александр Ананьев:

— Бауманка, it, СПбГУ, Сан-Франциско, приложение.

Алла Митрофанова:

— Какое приложение! Крутейшее.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Важное, необходимое.

Александр Ананьев:

— Архитектура. Поиск будущего в режиссерском пути с ведущим режиссером России. Это же что-то невероятное. Это уже тянет на какой-то феномен, на какое-то чудо, то, что вам удалось добиться. Вам впору книжки писать.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Мы еще не всего добились, пока только...

Матушка Елена Овчаренко:

— Средина пути.

Александр Ананьев:

— Вы знаете, самое-то главное во всей вашей истории, что у детей младших сейчас... Ведь для детей важны авторитеты, причем авторитеты не столько родителей, сколько авторитеты из своих. А кто может быть более свой, чем старшие братья и сестры? Если они видят перед собой такой пример, как Елизавета и Варвара, ну это ж авторитет из авторитетов, тут уж волей неволей ты не захочешь быть аутсайдером, ты не захочешь лежать на диване ногами вверх, ты захочешь тоже добиться чего-то значимого.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Надеемся, что сработает это.

Александр Ананьев:

— Не из-за какого-то, а просто из-за того, что у меня семья такая, сестры такие, я не могу как-то иначе.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— К старшим тоже обращаемся за помощью, чтобы они поговорили с младшими.

Матушка Елена Овчаренко:

— Их авторитет и восхищение младших, просим, если есть какие-то проблемы с младшими детьми, чтобы они...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Чтобы они объясни свой опыт, и они к ним прислушиваются. Мы родители где-то там, а это себе подобное. И вот они с учетом того, что со своего подросткового максимализма, нигилизма. У нас Варвара была очень, у нее серьезная была история, она прошла, получила броню и теперь может поделиться. Я говорю: Варюш, поговори, Лиза, поговори, пожалуйста, расскажи по себя, про свою историю. Дети вот так (открыв рот) слушают, те, которым надо.

Александр Ананьев:

— Старшим дочкам сейчас, сейчас пытаюсь сказать, вы не указываете, не запрещаете, скажем так, процесс воспитания продолжается или все, это уже взрослые люди, которые сами несут за себя ответственность, и вы просто рады их обнять, накормить?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Какой интересный вопрос, я не задумывался, но реально он витает в нашем...

Матушка Елена Овчаренко:

— И в точку, потому что на самом деле продолжается. Конечно мы больше наблюдатели со стороны, но если мы что-то видим...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Но это уже почти как равных, такое взаимное обогащение. То есть мы влияем на них, еще даем советы, но это уже со-веты, то есть мы говорим: вот так.

Александр Ананьев:

— А вы даете советы тогда, когда вас спрашивают о советах или тогда, когда вы считаете уместным сказать: так, Варюш, стоп, сейчас я тебе скажу что-то...

Матушка Елена Овчаренко:

— Я лезу.

Александр Ананьев:

— Вы лезете, да? Это очень важно.

Матушка Елена Овчаренко:

— Я хочу как любящая мама, которая хочет пресечь максимально что-то плохое на корню и разъяснить.

Александр Ананьев:

— Подождите, может быть, у вас разное представление о плохом, у детей и у родителей вообще разное представление о плохом.

Матушка Елена Овчаренко:

— Мы изначально договаривались с детьми, что любое их служение должно быть Богу и людям в первую очередь, но не забывать и про себя, чтобы это приносило и тебе радость и удовольствие, поэтому приоритеты должны быть.

Александр Ананьев:

— Подождите, матушка Елена, не могу не спросить. А вы от старших дочек слышали когда-нибудь фразу: мам, ну ты не понимаешь.

Матушка Елена Овчаренко:

— Наверное, в чем-то было, сейчас не могу привести пример. Но как-то мы все равно находим компромисс.

Александр Ананьев:

— То есть они не потеряли способность вас услышать, прислушаться к вам.

Матушка Елена Овчаренко:

— Нет, нет.

Алла Митрофанова:

— Понимаешь, они все на одной волне.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, наверное, такое, да, да. Это очень правильно сейчас...

Матушка Елена Овчаренко:

— Мы все время как бы быть с ними и жить их интересами.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Сейчас главное младших не упустить. Мы несовершенные родители. Кстати, наше несовершенство очень облегчает нашим детям жизнь. Представляете себе, они рядышком видели бы совершенных родителей, которые такие идеальные.

Алла Митрофанова:

— Супергерои. Попробуй, дотянись.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Представляете, какой бы у них комплекс был неполноценности, со своими проблемами и ошибками, а так они видят, что мы ругаемся, что мы спорим, что бывает иногда, и обижаем друг друга.

Матушка Елена Овчаренко:

— Конечно, у нас свои скелеты в шкафу. Важно помириться при них, чтобы они видели не только ссоры наши, но чтобы они видели наше примирение, потому что мы можем пойти в своей комнате попросить друг у друга прощение, и у детей не будет примера. Тут не стесняться и чтобы дети видели.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Я не стесняюсь при детях обнимать и целовать свою жену.

Александр Ананьев:

— Это, кстати, очень важно, любой психолог вам скажет. Для ребенка очень важно видеть, как..

Протоиерей Александр Овчаренко:

-У нас есть маленькое правильце, после вечернего молитвенного правила общего семейного, у нас обнимашки, сразу после молитвы мы обнимаемся всей семьей. Наверное, это рождает эту волну.

Алла Митрофанова:

— А вы можете, например, детям сказать, что вы были в чем-то неправы?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да.

Матушка Елена Овчаренко:

— Да.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Единственно, только в каком это возрасте говорим. Я заметил, что если я младшим совсем говорю, они это воспринимают как данность и не оценивают этого поступка, и начинают им пользоваться. Даже не пользоваться, не так логично получается, они начинают...

Александр Ананьев:

— Спекулировать.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Спекулировать. А вот старшему ребенку, десятилетнему, одиннадцатилетнему я могу сказать, и он поймет, что с моей стороны это тоже некоторый духовный подвиг, и он ценит это. Младшие не оценят, поэтому мы там не просим прощения. Единственно, Маше был какой-то момент позавчера, я что-то немножко, раздражение меня накрыло, потом я успокоился, сказал: Маш, прости, пожалуйста. Это седьмой дочери. И она сказала: хорошо, пап, я тебя прощаю, и ты меня прости.

Матушка Елена Овчаренко:

— Ну, они же чувствуют, нет фальши или есть фальшь, поэтому тут нужно быть искренним.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Ну, это по-честному.

Алла Митрофанова:

— А седьмой дочери сколько?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Шесть.

Александр Ананьев:

— Как вы запоминаете все, это ж невозможная штука.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Я, честно говоря, как начну, когда кого-то зову...

Матушка Елена Овчаренко:

— Всех перебирать.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Маш, нет, ой, так бывает.

Александр Ананьев:

— Еще один вопрос. Есть какие-то стереотипы — не стереотипы, но общие правила. Есть такое правило, хочешь — не хочешь, небо сверху — земля снизу, а ты должен кончить музыкальную школу.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Наверное, нет.

Матушка Елена Овчаренко:

— У нас такого нет подхода. Если наши девочки заинтересовались в свое время игрой на фортепиано, у нас появилось дома фортепиано. Но мы подошли так к вопросу. Из своего опыта музыкальной школы, у меня четыре класса, и, в конце концов, сработало то, что сольфеджио, все эти дисциплины, которые изматывают и убирают желание у ребенка. Мы пошли другим путем. Мы зашли и попросили преподавателя музыкальной школы ...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Просто научить играть на пианино.

Матушка Елена Овчаренко:

— Она приходила к нам домой и просто их влюбляла в музыку, в произведения, они разучивали те произведения, которые им хотелось играть. И они на семейных вечерах устраивали нам семейные концерты, и у них от этого горели глаза.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Я бы, конечно, больше хотел, чтобы они научились большему. Но матушка права, у нас осталась.

Александр Ананьев:

— А вдруг среди ваших детей есть будущие виртуозы, пианисты?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Вдруг, а потратить на это вдруг мы не готовы.

Алла Митрофанова:

— А как Моцарт стал Моцартом, что с ним отец творил.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Наверное, это не наш путь.

Александр Ананьев:

— Не принимая таких решений, невозможно раскрыть талант. Например, отдать девочку в фигурное катание. Когда отдают в фигурное катание? В четыре года, по-моему?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Мы подготавливались к этой передаче, мы с матушкой тезисно проговаривали. Я, кстати, так и говорил матушке: смотри, у некоторых же людей срабатывает, когда просто не хотел ребенок ходить, а упорством, трудом все пошло.

Матушка Елена Овчаренко:

— Значит, родитель чувствовал, что у ребенка в этом направлении что-то получается, есть какие-то задатки, нужно пресечь лень в детстве.

Александр Ананьев:

— Я вам скажу, там другая мотивация, когда родитель берет ребенка в четыре года...

Матушка Елена Овчаренко:

— Комплексы свои?

Александр Ананьев:

— Конечно. Из меня могла вырасти великая фигуристка, но я не смогла, теперь ты будешь.

Матушка Елена Овчаренко:

— Наверное, в каждом из нас, родителей, это есть.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— А, то есть родительские мечты переводят на ребенка. Нет. Однозначно, мы не хотим такого. Однозначно не хотим. У них своя жизнь.

Александр Ананьев:

— Наша беседа, к сожалению, подходит к концу. С вами час пролетел незаметно, у нас осталось несколько минут, и эти несколько минут я хочу использовать на обсуждение вот какого вопроса. Может быть — я не лукавлю сейчас — правильнее другой подход. Сказать: а что я буду брать на себя роль Господа Бога, что буду тебе это предлагать, это. Неужели Господь не управит, неужели Господь не укажет нужный тебе путь. Моя задача, чтобы ты была здоровая, одетая, сытая, чтоб ты была в безопасности, чтобы я тебя обнимала, любила.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Уже немало вы перечислили.

Александр Ананьев:

— Все. Все. А дальше, вот тебе, душа моя, школа, после школы ВУЗ, решай. Не буду я брать на себя роль Бога. Правильный подход?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— И мы не берем на себя такое. То, что мы предлагаем, не освобождает их от ошибок и от личных свободных действий.

Матушка Елена Овчаренко:

— И счастье в том, что мы попадаем в точку.

Александр Ананьев:

— Исходя из того, что вы рассказываете, вы же такую огромную работу проводите, в предложении, в поиске, это же активная, продуманная, требующая массы усилий и даже самоотречения, работа. Просто найти время поговорить и услышать каждого из восьми детей, это ж не знаю, сколько. У меня вон одна жена, и то времени не хватает с ней поговорить и ее услышать.

Матушка Елена Овчаренко:

— У нас же тоже не с начала были дети. Мы когда повенчались, поженились, у нас не было детей. Мне прихожане рассказывали, словили его в какой-то момент службы, когда он искренне плакал и говорил, что даже птицы имеют птенцов, а у меня нет детей, а я хочу.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Выпросил.

Матушка Елена Овчаренко:

— Выпросил, и когда выпросил детей, и они пошли, как говорится, ну, грех что-то делать, чтобы их не было.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— У нас нет спортивного интереса, как можно больше детей.

Матушка Елена Овчаренко:

— Но когда ты уже выпросил, и тебе Господь — «на». И тогда нужно брать и работать и трудиться.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Я думаю, что это более матушкино. Вернусь к началу, без нее бы мои дети такими не стали.

Матушка Елена Овчаренко:

— Это наша история, мы поделились со своей стороны, и не факт, что это работает в другой.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Каждая семья уникальна. Все многодетные семьи и просто семьи, где два ребенка или один, ничего страшного. Самое главное не количество, а та любовь, которую отдает родитель своему ребенку. Мы, наверное, все похожи, сравнивают, как Конюхов в океане, вокруг стихия, и мы здесь. Главное не количество детей. Пусть это для каждого будет, не надо как можно больше детей. Мы рожали детей, потому что так Бог давал. Но это отдельная история на целый час.

Александр Ананьев:

— Как показывает практика и ваш пример, это единственный вариант. Чтобы было свободное время и чтобы все дети были счастливы и правильно воспитаны.

Алла Митрофанова:

— Да кому как, Сашенька, мы все очень разные.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Очень разные.

Алла Митрофанова:

— Кому-то Господь может восьмерых доверить и получится вот такая прекрасная история, а у кого-то с двумя...

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Не в смысле доверить, а просто, может, самого человека хватит только на два ребенка, это нормально.

Алла Митрофанова:

— Это тоже нормально.

Александр Ананьев:

— Не могу не спросить вас, как мужчина мужчину, отец Александр. У вас растет из восьмерых детей один сын, остальные дочки, правильно?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да.

Александр Ананьев:

— Как мне кажется, у мужчины все равно есть, наверное, мечта, чтобы сын пошел по стопам отца, чтобы он не стал киношником, телевизионщиком, радийщиком, а чтобы он встал рядом с отцом на амвоне, алтарничал. А потом вырос, пошел в семинарию, а потом принял духовный сан, как отец. И это было бы правильно. Вы не предпринимаете никаких усилий, у вас вообще есть такая мечта или такое желание?

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Хороший вопрос. Это мое скрытое внутреннее сито, которое просеивает самого себя как священника через это. Хочу ли я, чтобы мой сын стал священником? У меня нет однозначного ответа на этот вопрос. Знаете почему? Потому что я знаю, насколько это тяжело, насколько различные искушения тебя окружают, и мало спасающихся священников.

Александр Ананьев:

— Знали бы вы, сколько в киношном мире искушений.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Да, конечно, конечно, я понимаю. Но с другой стороны, я понимаю, сколько радости дает это служение. Но я, мой опыт, как я стал священником, лучше быть хорошим или нормальным киношником, чем плохим священником. Если Бог его призовет, как меня, когда нельзя было по-другому, значит, это его путь и, значит, пусть он становится священником. Я не буду препятствовать этому. Но сейчас дать ему возможность... Он помогает мне в алтаре, он помогает мне на службах.

Александр Ананьев:

— Да.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Конечно. Когда у меня служащая седмица, и он свободен от своей учебы.

Александр Ананьев:

— Ему нравится?

Матушка Елена Овчаренко:

— Мы оттягивали этот момент с батюшкой.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Как можно позже. В нашем уникальном случае, уникальном, потому что каждая семья уникальна, не в смысле, что мы такие уникальные, в нашем случае, я считаю, что чем позже, осознаннее ребенок войдет в алтарь, тем больше будет пользы. Я старался не с двух, не с годика. К сожалению, в пономарках какой дух? Алтарь это святая святых, здесь молитва, но в пономарках всякое бывает, и смешки, и развязность и все остальное. Я не хотел, чтобы у мальчика, у молодого человека, со служением было связана пономарка. Она придет позже, когда у него уже будет иммунитет, когда он сможет просеивать и не обращать на это внимание, это тоже грань жизни церковной, я не хочу из него святошу делать, но я хочу, чтобы он был закален и в духовном отношении и в физическом.

Александр Ананьев:

— Хотите правду. Я с Лукой знаком чуть больше часа, но я уже чувствую мощнейшую связь этого молодого человека со святителем Лукой Крымским и еще у него глубочайший взгляд мудрого священника.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Ничего себе. Ух ты! Здорово.

Алла Митрофанова:

— Ты не забегай вперед. Пускай сам выбирает.

Александр Ананьев:

— Я вас просто приглашу... Давайте так, года через три мы с вами встретимся здесь с матушкой Еленой в программе «Семейный час», и вы расскажете, как у вас обстоят дела. Следить за вами это огромная радость.

Алла Митрофанова:

— А что нам тянуть, давай почаще приглашать отца Александра с матушкой, и все, и будем в курсе.

Александр Ананьев:

— Это режиссерский прием из мира киношников, нам нужна историческая перспектива, девочка моя.

Алла Митрофанова:

— Будет тебе.

Александр Ананьев:

— Спасибо вам огромное за эту беседу. Я думаю, что наши слушатели получили такое же удовольствие, как и мы. Спасибо вам. Сегодня мы беседовали с нашими дорогими гостями, протоиереем Александром Овчаренко и его обаятельнейшей супругой, мамой восьмерых детей, при этом, несмотря на такую нагрузку, сохранившей обаяние, легкость...

Алла Митрофанова:

— Красоту.

Александр Ананьев:

— ...и красоту, матушкой Еленой. С вами была Алла Митрофанова.

Алла Митрофанова:

— Александр Ананьев.

Александр Ананьев:

— Вернуться к нашему разговору всегда можете на сайте radiovera.ru. Поделитесь нашим разговором с теми, у кого пока в семье один ребенок. Пусть двигаются дальше. Пока.

Протоиерей Александр Овчаренко:

— Аминь.

---

Все выпуски программы Семейный час

• «Слова в семейных отношениях». Священник Дмитрий и Ника Кузьмичевы
• «Дети и книги». Священник Стахий Колотвин
• «Почему страшно создавать семью?» Протоиерей Александр Никольский