Поделиться
Для художника Рембрандта ван Рейна его супруга Саския ван Эйленбург была горячо любимой женой и музой. «Мой златокудрый ангел», — так называл её живописец. Саския смотрит на нас с самых знаменитых полотен Рембрандта: она — то мифическая Флора или Минерва, то библейская Эсфирь, и всегда — прекрасная в своём облике любящая женщина. Впервые художник нарисовал Саскию ван Эйленбург через три дня после их помолвки — 8 июня 1633 года. На гравюре — юная девушка с пышными локонами, выбивающимися из-под соломенной шляпки. В её задорном, лучистом взгляде — любовь и нежность. Рембрандт и Саския прожили вместе всего девять лет. Но это были годы, наполненные любовью, радостью и счастьем.
Они познакомились в Амсетрдаме. Двадцатипятилетний художник приехал в столицу Голландии из родного Лейдена. Слава о живописце быстро разлетелась по городу. Рембрандта называли лучшим портретистом. Ему удавалось не только поразительно передать внешнее сходство, но и заглянуть в душу человека, уловить его настроение. Самые богатые и знатные голландцы спешили заказать у него портреты. Славился художник и своими яркими полотнами на библейские сюжеты.
В столице Рембрандт поселился в доме торговца картинами Хендрика ван Эйленбурга. Однажды к хозяину в гости приехала кузина. Узнав, что у её двоюродного брата квартирует сам Рембрандт, девушка загорелась желанием познакомиться с мастером, о котором говорит весь Амстердам.
Когда Рембрандта и Саскию представили друг другу, художнику показалось, что он смотрит на солнце. Сияли и золотые волосы девушки, и её добрая, приветливая улыбка на белом, чуть тронутом румянцем, лице. Серебристый смех гостьи прозвучал для Рембрандта самой прекрасной в мире музыкой. Живописец полюбил девушку с первого взгляда.
Глубокое чувство к Рембрандту зародилось и у Саскии. Молодые люди стали часто видеться. Вместе они прогуливались по Амстердаму. И чем больше разговаривали, тем больше понимали, как много у них общего. Оба любили искусство, историю, оба были мечтателями. А главное — любили друг друга. Вскоре Рембрандт попросил у родных Саскии её руки.
Венчание Рембрандта ван Рейна и Саскии ван Эйленбург состоялась в июне 1634 года. Это была скромная церемония для самых близких. Началась семейная жизнь. Счастливый Рембрандт с восторгом наблюдал, как его молодая жена хлопочет по дому или задумчиво сидит у окна с рукоделием. Он часто рисовал Саскию такой, какой она была в быту — в простом домашнем чепце или с растрёпанными волосами. Есть у Рембрандта и трогательная в своей простоте гравюра, на которой они с женой изображены вдвоём. При взгляде на неё, сразу становится понятно, что перед нами — семья, крепкая и счастливая, в которой царит понимание, единодушие и любовь.
В сентябре 1640 года Саския подарила Рембрандту сына Титуса. А спустя несколько месяцев жена и муза великого художника скончалась от туберкулёза. В 1642-м Рембрандт напишет картину на библейский сюжет — «Прощание Давида с Ионафаном» — и посвятит эту картину своей любимой супруге.
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах
ПоделитьсяО вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
