Поделиться
В каких случаях можно справедливо и заслуженно отомстить обидчику? Ответ на этот вопрос находим в 56-м псалме пророка и царя Давида, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 56.
1 Начальнику хора. Не погуби. Писание Давида, когда он убежал от Саула в пещеру.
2 Помилуй меня, Боже, помилуй меня, ибо на Тебя уповает душа моя, и в тени крыл Твоих я укроюсь, доколе не пройдут беды.
3 Воззову к Богу Всевышнему, Богу, благодетельствующему мне;
4 Он пошлтё с небес и спасёт меня; посрамит ищущего поглотить меня; пошлёт Бог милость Свою и истину Свою.
5 Душа моя среди львов; я лежу среди дышущих пламенем, среди сынов человеческих, у которых зубы — копья и стрелы, и у которых язык — острый меч.
6 Будь превознесён выше небес, Боже, и над всею землею да будет слава Твоя!
7 Приготовили сеть ногам моим; душа моя поникла; выкопали предо мною яму, и сами упали в неё.
8 Готово сердце моё, Боже, готово сердце моё: буду петь и славить.
9 Воспрянь, слава моя, воспрянь, псалтирь и гусли! Я встану рано.
10 Буду славить Тебя, Господи, между народами; буду воспевать Тебя среди племён,
11 ибо до небес велика милость Твоя и до облаков истина Твоя.
12 Будь превознесён выше небес, Боже, и над всею землёю да будет слава Твоя!
Только что прозвучавший псалом написан по конкретному поводу. Однажды Давид был вынужден скрываться от царя Саула, который вероломно, из зависти хотел его убить. Давид вместе со своими людьми прячется в пещерах Ен-Гадди, которые находились у Мёртвого моря. Случилось так, что, преследуя его, Саул случайно зашёл туда же. У Давида появилась прекрасная возможность убить его одним ударом. И его воины настаивали на этом. «Господь даёт тебе в руки врага твоего, воспользуйся моментом. Останови беззаконие. Восстанови справедливость», — говорили они. Однако вместо этого Давид незаметно подкрался к Саулу и отрезал край его одежды. «Кто я такой, что поднимать руку свою на помазанника Господня!» — сказал он своим соратникам.
Именно по этой причине в эпиграф псалма, который мы находим в Священном Писании, вынесена фраза «не погуби». В ней содержится намёк на внутреннюю борьбу Давида: «не губи Саула», не дай себе совершить зло, хотя враг полностью в твоей власти. И дальше в самом тексте псалма развивается эта же тема. Давид видит себя в окружении львов. Речь идёт не просто о злых людях, которые преследуют псалмопевца. Речь о тех смертоносных силах, которые пытаются овладеть его собственной душой и направить её по пути мщения. Поэтому дважды и повторяет Давид «помилуй меня, Боже, помилуй меня». Псалмопевец молится о том, чтобы не потерять себя. Чтобы не поддаться сильному желанию. Ведь убить Саула значило бы не просто отомстить и восстановить справедливость. Это означало бы нанести тяжёлый ущерб самому себе. Потерять ощутимую связь с Богом. Так пчела жалит своего обидчика, но вместе с этим теряет свою жизнь. Давид преодолевает этот соблазн и произносит: «Готово сердце моё, Боже, готово сердце моё». Эти слова — яркое свидетельство того, что псалмопевец прошёл испытание. Отказ от мести наполнил его сердце благодатью и в ещё большей степени усилил в нём ощущение Божия присутствия.
Наверное, у каждого из нас есть недруги, с которыми мы хотели бы так или иначе свести счёты. Расправиться с ними если не физически, то ударить словом, указать им на их место. Желательно публично. И может статься так, что никто нас за это особо и не осудит. Наши близкие будет на нашей стороне, дескать, «он заслужил». Да и сама логика момента будет подталкивать к тому, чтобы воспользоваться уязвимостью супостата и восстановить свою правду. Только что прозвучавший псалом напоминает, что не мы первые оказываемся в подобной ситуации. Этот опыт переживали и люди, которых мы сейчас считаем святыми и праведными. А потому, как и у них, у нас также есть выбор. Справедливо ужалить, но вместе с жалом оставить в обидчике часть своей души. Или же, подобно Давиду, совершить над собой усилие и пощадить его. Доверить суд Богу. Да, чувство справедливости в таком случае удовлетворить не получится. Однако так наше сердце становится максимально открытым, чтобы в него пришла благодать Божия и принесла с собой милость, мир и покой.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Второе послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
2 Кор., 187 зач., VIII, 16 - IX, 5
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Один из самых щепетильных вопросов — это вопрос финансовой честности. И сегодня отрывок из 8-й и 9-й глав 2-го послания апостола Павла к Коринфянам посвящён как раз этому вопросу. Давайте послушаем.
Глава 8.
16 Благодарение Богу, вложившему в сердце Титово такое усердие к вам.
17 Ибо, хотя и я просил его, впрочем он, будучи очень усерден, пошел к вам добровольно.
18 С ним послали мы также брата, во всех церквах похваляемого за благовествование,
19 и притом избранного от церквей сопутствовать нам для сего благотворения, которому мы служим во славу Самого Господа и в соответствие вашему усердию,
20 остерегаясь, чтобы нам не подвергнуться от кого нареканию при таком обилии приношений, вверяемых нашему служению;
21 ибо мы стараемся о добром не только пред Господом, но и пред людьми.
22 Мы послали с ними и брата нашего, которого усердие много раз испытали во многом и который ныне еще усерднее по великой уверенности в вас.
23 Что касается до Тита, это — мой товарищ и сотрудник у вас; а что до братьев наших, это — посланники церквей, слава Христова.
24 Итак перед лицем церквей дайте им доказательство любви вашей и того, что мы справедливо хвалимся вами.
Глава 9.
1 Для меня впрочем излишне писать вам о вспоможении святым,
2 ибо я знаю усердие ваше и хвалюсь вами перед Македонянами, что Ахаия приготовлена еще с прошедшего года; и ревность ваша поощрила многих.
3 Братьев же послал я для того, чтобы похвала моя о вас не оказалась тщетною в сем случае, но чтобы вы, как я говорил, были приготовлены,
4 и чтобы, когда придут со мною Македоняне и найдут вас неготовыми, не остались в стыде мы,- не говорю "вы«,- похвалившись с такою уверенностью.
5 Посему я почел за нужное упросить братьев, чтобы они наперед пошли к вам и предварительно озаботились, дабы возвещенное уже благословение ваше было готово, как благословение, а не как побор.
Фактически, перед нами — «верительная грамота», которая даётся Титу, направляемому в Коринф для сбора пожертвований на нужды Иерусалимской общины. Заметим сразу: апостол не считает свою безупречную репутацию достаточной гарантией того, что коринфяне с таким же доверием отнесутся к его посланнику, Титу. Апостол Павел прямо называет причину такой предосторожности: необходимо остерегаться нареканий и заботиться о добром «не только пред Господом, но и пред людьми». Действительно, перед Богом может быть и правда чиста совесть; но вот перед людьми должна быть совершенно прозрачна сама процедура сбора и распределения пожертвований.
Фактически, перед нами — как это ни прозвучит странно! — прообраз современного... финансового аудита: создаётся система, в которой получение, учёт, проверка и распределение материальных ценностей не должны сосредотачиваться в одних руках! Вместо того, чтобы «давить своим авторитетом» и «загонять в угол» тех, у кого проскальзывает недоверие — апостол Павел сразу радикально меняет саму структуру сбора пожертвований: это — не «благотворительный фонд апостола Павла», в котором он сам — «управляющий и распорядитель». Это «распределённая» между разными представителями «сетевая структура», управляемая и подотчетная не какой-то одной личности, а непосредственно церковным общинам. Зная, насколько коринфяне, любившие достаток, трепетно относились к своим финансам, апостол не укоряет их за такую «меркантильность» и «сфокусированность на земном», а, напротив, соотносит свои просьбы с их «финансовой оптикой» — и делает сам процесс помощи совершенно прозрачным.
Вывод, который, как мне кажется, совершенно очевиден из сегодняшнего чтения, вот какой: доверие — особенно в области финансов — должно обеспечиваться не «высотой авторитета», а «прозрачностью процедур» — и тогда поводов к подозрениям и разочарованиям уже не будет!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Церковная община Фирсановки». Дмитрий Гасак
Поделиться
У нас в гостях был первый проректор Свято-Филаретовского института Дмитрий Гасак.
Разговор был посвящен личности архимандрита Сергия (Савельева), жизнь которого отразила в себе весь путь церковно-ориентированной русской интеллигенции XX века: увлечение религиозной философией Соловьёва, арест в 1929 году, монашеский постриг в лагере, двадцать лет разлуки с духовной семьёй, которые завершились открытым служением клириком Елоховского собора, а затем настоятелем московских храмов. Дмитрий Гасак один из немногих, кто лично знал послевоенных членов общины, подлелился редкими свидетельствами о её быте, духовной жизни и наследии, которое живо до сих пор.
Этой программой мы открываем цикл из пяти бесед, посвященных послевоенным православным общинам в советское время.
Ведущий: Алексей Пичугин
Все выпуски программы Светлый вечер
Чем писали наши предки, или Эволюция ручки
Поделиться
Фото: Vamsi Kumar Addagiri / Unsplash
В древности, в стремлении зафиксировать информацию люди оставляли знаки и изображения на глине, камнях и дереве. Они зачастую использовали порошок из минералов или уголь. Его смешивали со смолой, животным жиром, с молоком и наносили на стены пещер пальцами или пучком шерсти. Эти простые инструменты были первыми «ручками» в истории цивилизации.
Со временем возникли более искусные приспособления. Например, в Древнем Египте появился калам — тонкая палочка из тростника: её кончик расщепляли, чтобы он впитывал чернила и ровно ложился на папирус. Такой инструмент позволял добиваться аккуратных линий и стал важным шагом вперёд по сравнению с грубым процарапыванием символов.
На Руси, в частности в Новгороде, начиная с X века для письма использовали бересту — кору берёзы. На её специально обработанной поверхности выдавливали буквы заострённой палочкой, которую называли писалом. Писало делали из кости, металла или дерева.
Начиная с XI века самым распространенным инструментом для письма в Европе и России надолго стало гусиное перо. Для работы брали внешние маховые перья, их обезжиривали и закаляли в горячем песке, а затем затачивали специальным небольшим ножом наискосок. Кстати, отсюда ведёт происхождение перочинный нож, им перо «очиняли», то есть заостряли. Гусиное перо требовало постоянного затачивания, оставляло кляксы, а макать его в чернильницу приходилось довольно часто. Появление в 1803 году стальных перьев не решило этой проблемы.
Переломный момент наступил в конце XIX века в Америке. Бывший страховой агент Льюис Уотерман придумал ручку, в которой чернила хранились во встроенном резервуаре. Уотерман создал механизм, позволяющий чернилам поступать к перу автоматически. А через три года после этого американец Джон Лауд получил первый патент на шариковую ручку, которой мы пользуемся по сей день. Несмотря на наличие электронных носителей, наличие удобного инструмента помогает нам и сегодня записывать идеи, планы, творческие находки.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы Сила слова
