Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
В истории Древнего Израиля, да и вообще в мировой истории, практически не было идеальных монархов. А если они где-то и появлялись, то, к сожалению, совсем ненадолго. Сегодня во время богослужения в православных храмах звучит 44-й псалом. Это очень красивый и возвышенный гимн, который повествует об идеальном царе. Давайте его послушаем, а затем поразмышляем о том, почему никто из земных царей не может приблизится к той вершине, о которой повествует псалом.
Псалом 44.
1 Начальнику хора. На музыкальном орудии Шошан. Учение. Сынов Кореевых. Песнь любви.
2 Излилось из сердца моего слово благое; я говорю: песнь моя о Царе; язык мой — трость скорописца.
3 Ты прекраснее сынов человеческих; благодать излилась из уст Твоих; посему благословил Тебя Бог на веки.
4 Препояшь Себя по бедру мечом Твоим, Сильный, славою Твоею и красотою Твоею,
5 и в сём украшении Твоём поспеши, воссядь на колесницу ради истины и кротости и правды, и десница Твоя покажет Тебе дивные дела.
6 Остры стрелы Твои, Сильный, — народы падут пред Тобою, — они — в сердце врагов Царя.
7 Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты — жезл царства Твоего.
8 Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих.
9 Все одежды Твои, как смирна и алой и касия; из чертогов слоновой кости увеселяют Тебя.
10 Дочери царей между почётными у Тебя; стала царица одесную Тебя в Офирском золоте.
11 Слыши, дщерь, и смотри, и приклони ухо твоё, и забудь народ твой и дом отца твоего.
12 И возжелает Царь красоты твоей; ибо Он Господь твой, и ты поклонись Ему.
13 И дочь Тира с дарами, и богатейшие из народа будут умолять лицо Твоё.
14 Вся слава дщери Царя внутри; одежда её шита золотом;
15 в испещрённой одежде ведётся она к Царю; за нею ведутся к Тебе девы, подруги её,
16 приводятся с весельем и ликованьем, входят в чертог Царя.
17 Вместо отцов Твоих, будут сыновья Твои; Ты поставишь их князьями по всей земле.
18 Сделаю имя Твоё памятным в род и род; посему народы будут славить Тебя во веки и веки.
Существует предположение, что только что прозвучавший псалом был составлен по случаю восшествия на царский трон сына Давида Соломона. Пожалуй, Соломон — тот монарх, который был предельно близко к осуществлению идеала царской власти, однако, как мы помним из библейского повествования, и у него в полной мере не получилось осуществить этот идеал. Идеалом же было правление по закону Божию, основа которого — кротость и милосердие. Эти две добродетели подразумевают, что их носитель обладает достаточной мудростью, чтобы уметь быть кротким, но не слабым, быть милосердным, но не потакающим злу. У Соломона долгое время получалось быть таким правителем, но и он в какой-то момент не сумел остаться на высоте данной ему Богом мудрости: Соломона, как и многих других людей, сгубила неограниченная власть, и он позволил проникнуть в Израиль различным языческим культам.
Можно попытаться вспомнить о других библейских царях. И мы увидим приблизительно то же самое: либо цари были далеки от идеала праведности, либо они правили совсем недолго. Этот закон справедлив и для всех других обществ, и проблема здесь в том, что царская власть — отнюдь не Божие установление, она то, что люди сами выпросили себе у Бога, а потому её можно назвать попущением Божиим.
А какова же воля Божия? Ответ на этот вопрос нам даёт прозвучавший сегодня псалом, в котором, как мы догадываемся, речь идёт о действительно идеальном Царе — Господе нашем Иисусе Христе. Он и только Он может править не силой, а мудростью, кротостью, любовью и милосердием. Только Его закон безупречен и только Его суд справедлив. Он — образец и ориентир для любого человека, в том числе и для того, кто поставлен во главу народа. Со Христом мы должны сопоставлять свои мысли, чувства, слова и действия, ведь только Его владычество способно помочь нам обрести самое ценное и главное — Царство Небесное.
Псалом 44 (Русский Синодальный перевод)
Псалом 44. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Первое послание к Тимофею святого апостола Павла
Поделиться
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
1 Тим., 289 зач., VI, 17-21
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Может ли простой верующий заниматься богословием и какие опасности могут подстерегать его на этом пути? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 6-й главы 1-го послания апостола Павла к Тимофею, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 6.
17 Богатых в настоящем веке увещевай, чтобы они не высоко думали о себе и уповали не на богатство неверное, но на Бога живаго, дающего нам всё обильно для наслаждения;
18 чтобы они благодетельствовали, богатели добрыми делами, были щедры и общительны,
19 собирая себе сокровище, доброе основание для будущего, чтобы достигнуть вечной жизни.
20 О, Тимофей! храни преданное тебе, отвращаясь негодного пустословия и прекословий лжеименного знания,
21 которому предавшись, некоторые уклонились от веры. Благодать с тобою. Аминь.
Только что прозвучавший отрывок — это окончание послания апостола Павла к Тимофею, который был епископом города Ефеса. Завершая свои наставления, Павел предостерегает своего ученика словами: держись подальше от «негодного пустословия и прекословий лжеименного знания». По-русски звучит довольно тяжеловесно. Но если выразить мысль апостола простым языком, получится примерно следующее: не спорь, не вступай в пустые дебаты, чрезмерно не философствуй. Причина проста: те, кто шёл по этому пути, в итоге уклонились от веры.
Очевидно, что, говоря о «прекословии лжеименного знания», Павел имеет в виду не проповедь веры язычникам. Ведь мы знаем, что Павел был миссионером. И диспуты о вере с иноверцами были его хлебом насущным. Апостол предостерегает от чрезмерной рационализации духовного опыта и вероучительных истин. Такая рационализация могла привести к внутрицерковным спорам и раздорам.
В качестве яркого примера подобных интеллектуальных баталий можно вспомнить споры, которые велись среди иудейских раввинов. Конечно, зачастую это было обсуждения насущных вопросов, например, в каком случае муж может подавать на развод. Но нередко были и такие споры, которые очень походили на выяснение, с какого конца необходимо начинать есть яйцо, с острого или тупого. Подобные диспуты были и у христианских схоластов. Так в Средние века на западе на полном серьёзе выясняли, сколько ангелов может поместиться на кончике иглы. Всё это аргументировалось в том числе и при помощи Священного Писания, а также святоотеческих текстов. Однако духовный КПД этих словесных баталий был крайне низок. Зачастую они приводили к взаимным обидам, неприязням, раздорам и распрям.
В основе всех подобных явлений лежит не просто переоценка возможностей человеческого ума. Все эти словопрения рождаются от сухости сердца. Другими словами, от внутренней пустоты. Ум не знает, чем себя занять. Он начинает чудить. Поэтому и призывает сегодня апостол Павел своего ученика Тимофея хранить то, что ему передано. А Тимофею был передан живой опыт присутствия Христа в его жизни. И задача его заключалась в том, чтобы этот опыт расширять. Чтобы слушать не свой ум, а учиться слушать своё сердце, из которого к нему обращается напрямую Сам Бог.
Это же рекомендация адресована и нам. Не случайно апостол говорит сегодня, что нельзя уповать на богатство своё. Под богатством не обязательно понимать материальные ценности. Наше богатство — это и все те силы тела, души и ума, которыми наградил нас Бог. И все эти силы должны быть под контролем. Они не должны жить своей собственной жизнью и отвлекать нас от того голоса, который дан нам по факту нашего крещения в православной вере. Мы призваны расслышать его внутри себя и исполняя на практике всё то, о чём говорится в Евангелии, делать его громче. Тогда внутренняя пустота перестанет нас мучить. Мы ощутим, как говорит сегодня апостол Павел, присутствие «Бога живого, дающего нам всё обильно для наслаждения».
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 126. Богослужебные чтения
Поделиться
Комментарий на 126-й псалом царя и пророка Давида, который читается сегодня в храмах за богослужением, мне хотелось бы начать с напоминания одного старого анекдота про подвыпившего мужа, который, набравшись, наконец, дерзости, стучит по столу кулаком и грозно заявляет: «В конце концов, кто в доме хозяин?» Продолжение вы, конечно же, знаете — а вот теперь давайте послушаем псалом.
Псалом 126.
Песнь восхождения. Соломона.
1 Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его; если Господь не охранит города, напрасно бодрствует страж.
2 Напрасно вы рано встаете, поздно просиживаете, едите хлеб печали, тогда как возлюбленному Своему Он даёт сон.
3 Вот наследие от Господа: дети; награда от Него — плод чрева.
4 Что стрелы в руке сильного, то сыновья молодые.
5 Блажен человек, который наполнил ими колчан свой! Не останутся они в стыде, когда будут говорить с врагами в воротах.
Прозвучавший псалом бьёт в очень болезненную точку каждого из нас именно тем самым вопросом, который я обозначил в самом начале: «Кто в доме хозяин?» И нам, особенно когда мы «опьянены» успехами, выдающимися результатами своих усилий, да и много чем ещё другим, — сама постановка вопроса кажется вполне уместной. И тут псалом обрушивает на нашу воспалённую от разгорячения голову ледяной душ: нет, дорогой, не ты в доме хозяин, отрезвись, угомонись, успокойся! Ты не то, что в своём доме не хозяин, ты даже не хозяин самого себя и всей своей жизни! Что, ты понимаешь, как в данный момент работают твои внутренние органы? Они ждут твоих указаний? Не приведи Господь, чтобы ты вздумал ещё и туда залезть своими «рекомендациями»! Больницы тогда точно не миновать! Или ты думаешь, что ты хозяин обстоятельств твоей жизни? Ни разу! Или отношения к тебе окружающих людей? Это ещё более смешно!..
Есть одно потрясающее по своей глубине стихотворение художника Пауля Клее:
Есть две вершины, на которых ясно и светло:
Вершина животных и вершина богов.
Между ними лежит сумеречная долина людей.
И если кто-то взглянет хоть раз вверх,
Его охватывает древняя неутолимая тоска,
По тем, которые не знают, что они не знают,
И по тем, которые знают, что знают.
Человек — это и есть «долина» между двумя вершинами — животных, которые «не знают, что не знают», и высшими духовными силами — которые «знают, что знают». Только человеку дано это знание «на разрыв» — что он «знает, что не знает». Но как же хочется вообразить себя «знающим» — а значит, и «управляющим!»
126-й псалом предлагает нам совершенно иную перспективу: надо честно признать себя «не управляющим» — но при этом имеющим «колчан со стрелами»: и в зависимости от того, что это за стрелы и куда они будут направлены, — и определяется реальный результат человеческой жизни!
Каждая стрела — это результат наших «человеческих инвестиций»: вниманием, временем, заботой, размышлением, трудом — а если это всё подытожить, наше вложение любовью. То, что мы на самом деле любим, чем дышим, к чему стремится наше сердце, — и есть наши «стрелы в колчане». Они — «плод чрева» человека — так же, как и физические дети. И стрелы эти могут быть «выпущены» только в два противоположных направления — либо к первой вершине — «животных» — либо ко второй — высшим духовным силам. Стрелы — одни и те же, но только в зависимости от того, куда они полетят, и мы тем самым себя «переносим» на ту или иную вершину.
Псалмопевец Давид уверен в том, что можно истратить полный колчан стрел — и не добиться ничего, если стрелять «не туда». И, возможно, хватит и одной самой малой стрелы — как, в своё время, хватило ему самому всего лишь одного камня, чтобы победить Голиафа, — если взор самого человека будет распахнут навстречу Богу.
Псалом 126. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 126. (Церковно-славянский перевод)
Николай Григорьев
Поделиться
Жизнь Николая Григорьевича Григорьева — московского купца 2-й гильдии, основателя крупнейшего в России колбасного производства, храмостроителя и благотворителя — часто сравнивают с судьбой Иова многострадального. Как Иов, Николай Григорьевич был богат, имел большую семью, помогал людям, во всём полагался на Бога. И в конце жизни, подобно библейскому праведнику, со смирением принял обрушившиеся на него испытания.
Николай Григорьевич родился 1 января 1845 года в Ярославской губернии, в селе Ратманово под Угличем. Родители его были экономическими крестьянами — то есть, принадлежали не помещику, а государству. И поэтому фактически были людьми свободными, владеющими даже собственной землёй. Когда Николаю исполнилось 10 лет, отец определил его подмастерьем к колбаснику в Угличе. Колбасное дело в России тогда ещё не было развито. Производилась колбаса в основном в небольших мастерских, и являлась скорее деликатесом, чем повседневным продуктом. Смышлёный паренёк быстро освоил технологию. И в 1861-м, когда ему исполнилось 16, отправился в Москву с мечтою о собственном деле. Но для этого нужно было накопить некоторую сумму. В Первопрестольной Николай устроился на работу. Трудился разносчиком пирожков в Охотном ряду — это был в то время главный рынок города. Потом управляющим в продуктовой лавке. И через несколько лет строгой экономии смог открыть небольшое колбасное производство. И вскоре москвичи потянулись в Охотный ряд специально за «григорьевской» колбасой. Стало понятно, что дело нужно расширять. 29-летний Николай Григорьев выкупил здание заброшенной фабрики на Ордынке. Отремонтировал и переоборудовал её под колбасное производство. Со временем фабрика росла, и постепенно превратилась в огромный комплекс — с 16-ю корпусами и штатом в три сотни человек. На работу к себе Николай Григорьевич звал бывших односельчан. Давал им возможность хорошо заработать в городе, обеспечить семью. Для своих рабочих и служащих фабрикант построил на территории фабрики несколько жилых корпусов, открыл столовую и медпункт.
Дело Григорьева росло и процветало. Он стал поставщиком двора Его Императорского величества. И был щедрым благотворителем. Рядом с фабрикой Григорьева находилась церковь Воскресения Христова в Кадашах, куда ходил молиться сам предприниматель и его рабочие. Николай Григорьевич постоянно помогал храму деньгами. При церкви действовало приходское попечительство о бедных, в работе которого фабрикант принимал деятельное участие. Прихожане Воскресенского храма однажды преподнесли ему благодарственный адрес, в котором были такие слова: «За свою любовь к дому Божию, за свои щедрые пожертвования, московский купец Николай Григорьевич Григорьев достоин величайшей благодарности и всегдашней памяти».
Служил Григорьев и старостой церкви Петра и Павла при Московском сельскохозяйственном институте. Он находился в селе Петровском, где у Николая Григорьевича была дача. На свои средства купец провёл капитальный ремонт храма. А на родине, рядом с селом Ратмановым, в месте, где по преданию когда-то стояла монашеская пустынь, основанная преподобным Сергием Радонежским, построил храм во имя святителя Николая Чудотворца, своего небесного покровителя. К крестьянам родного села и жителям окрестных деревень, Николай Григорьевич относился как к родственникам. Обеспечивал приданным бедных невест. По праздникам отправлял из Москвы в село обозы с подарками. Но пришёл 1917 год, и всё изменилось.
В октябре 1917-го власть захватили большевики. И вскоре к Григорьеву пришли. Его обвинили в том, что он — «церковник», строит храмы, помогает им. И конфисковали всё — фабрику, дом, накопления. Сыновей предпринимателя арестовали и отправили в ссылку. Вскоре после этого, не выдержав горя, скончалась супруга Николая Григорьевича. А он, 72-летний старик, был вынужден скитаться и просить милостыню. В 1918-м году Николай Григорьевич вернулся в Ратманово. 5 лет прожил он на родине, в заброшенной избушке на краю села. А в 1923-м крестьяне нашли его в поле — скончавшимся. Односельчане похоронили его у стен Никольского храма, который он когда-то построил. В 2000 году купец Николай Григорьевич Григорьев, чья жизнь оказалась так похожа на историю библейского Иова, был причислен к лику местночтимых святых — новомучеников и исповедников российских — как пострадавший за веру.
Все выпуски программы Жизнь как служение
