Поделиться
Знаете ли вы, что среди псалмов есть не только благодарственные, хвалительные, просительные — но и — только не пугайтесь сразу! — карающие, проклинающие, или их ещё называют «импрекационные». (от лат. imprecatio — «проклятие»). Псалом 34-й, который читается сегодня в храмах за богослужением, именно такой. Давайте послушаем его.
Псалом 34.
Псалом Давида.
1 Вступись, Господи, в тяжбу с тяжущимися со мною, побори борющихся со мною;
2 возьми щит и латы и восстань на помощь мне;
3 обнажи меч и прегради путь преследующим меня; скажи душе моей: «Я — спасение твоё!»
4 Да постыдятся и посрамятся ищущие души моей; да обратятся назад и покроются бесчестием умышляющие мне зло;
5 да будут они, как прах пред лицом ветра, и Ангел Господень да прогоняет их;
6 да будет путь их тёмен и скользок, и Ангел Господень да преследует их,
7 ибо они без вины скрыли для меня яму — сеть свою, без вины выкопали её для души моей.
8 Да придёт на него гибель неожиданная, и сеть его, которую он скрыл для меня, да уловит его самого; да впадет в неё на погибель.
9 А моя душа будет радоваться о Господе, будет веселиться о спасении от Него.
10 Все кости мои скажут: «Господи! кто подобен Тебе, избавляющему слабого от сильного, бедного и нищего от грабителя его?»
11 Восстали на меня свидетели неправедные: чего я не знаю, о том допрашивают меня;
12 воздают мне злом за добро, сиротством душе моей.
13 Я во время болезни их одевался во вретище, изнурял постом душу мою, и молитва моя возвращалась в недро моё.
14 Я поступал, как бы это был друг мой, брат мой; я ходил скорбный, с поникшею головою, как бы оплакивающий мать.
15 А когда я претыкался, они радовались и собирались; собирались ругатели против меня, не знаю за что, поносили и не переставали;
16 с лицемерными насмешниками скрежетали на меня зубами своими.
17 Господи! долго ли будешь смотреть на это? Отведи душу мою от злодейств их, от львов — одинокую мою.
18 Я прославлю Тебя в собрании великом, среди народа многочисленного восхвалю Тебя,
19 чтобы не торжествовали надо мною враждующие против меня неправедно, и не перемигивались глазами ненавидящие меня безвинно;
20 ибо не о мире говорят они, но против мирных земли составляют лукавые замыслы;
21 расширяют на меня уста свои; говорят: «хорошо! хорошо! видел глаз наш».
22 Ты видел, Господи, не умолчи; Господи! не удаляйся от меня.
23 Подвигнись, пробудись для суда моего, для тяжбы моей, Боже мой и Господи мой!
24 Суди меня по правде Твоей, Господи, Боже мой, и да не торжествуют они надо мною;
25 да не говорят в сердце своём: «хорошо! хорошо! по душе нашей!» Да не говорят: «мы поглотили его».
26 Да постыдятся и посрамятся все, радующиеся моему несчастью; да облекутся в стыд и позор величающиеся надо мною.
27 Да радуются и веселятся желающие правоты моей и говорят непрестанно: «да возвеличится Господь, желающий мира рабу Своему!»
28 И язык мой будет проповедывать правду Твою и хвалу Твою всякий день.
Не правда ли, выглядит очень странно то, что такой псалом всё же органично входит в состав христианского богослужения? Казалось бы, что мешало Церкви провести своего рода «ревизию» псалмов — и оставить только те, которые явным образом... «благодушествуют», говорят о любви и благодарности, восхваляют Бога за мудрость творения, за доброту и справедливость.
Но нам ли «указывать» Церкви, что и как «надо было» сделать? Конечно же, нет: значит, давайте постараемся всмотреться глубже в этот «проклинательный» псалом и найти ответ, не лежащий на поверхности.
Итак, в чём же причина такой сильной эмоциональной заряженности Давида, откуда энергия для столь жёстких проклятий? Ответ — в стихе: «Я во время болезни их одевался во вретище, изнурял постом душу мою, и молитва моя возвращалась в недро моё». А вот как звучит этот стих по-церковнославянски: «Аз же, внегда они стужаху ми, облачахся во вретище и смирях постом душу мою, и молитва моя в недро мое возвратится». Обратим внимание: всё дело в исчезнувшем в славянском переводе местоимении «их» — когда врагам Давида было плохо, он ради них постился, молился, смирял себя разными способами! Ничего себе, хорошее «проклятие»!
Думаю, не только мне одному здесь видится какая-то двойственность. Ну кто будет одновременно молиться — и проклинать? Ответ мы находим в толкованиях святых отцов, а именно блаженного Августина — который говорит о том, что адресат проклятий — не конкретные люди, а демоны, тёмные силы, которые побуждают и провоцируют людей на подлость и клевету, на беззаконие и преступления. Именно им-то и адресованы все те «злоключения», о которых столь эмоционально просит Бога Давид!
Мысль, которая в виде афоризма была впоследствии выражена святыми отцами — отделять грешника от греха, — в своей основе уже была обозначена в псалмах. Враг для Давида — это прежде всего «одержимый», ставший лишь инструментом для действия злых бесов. По отношению же к ним — тёмным силам, жаждущим установления своей разрушительной власти, — как раз и совершенно уместны решительные, жёсткие и дерзновенные карательные слова!
Псалом 34. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 34. (Церковно-славянский перевод)
2 ноября. Икона
Поделиться
О предназначении иконы — исполняющий обязанности настоятеля московского храма святых равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черемушках протоиерей Владимир Быстрый:
Надо понимать, что православные иконы — это не просто изображение, а свидетельство о встрече человека с Богом. В храме, среди свечей и тишины, она воспринимается как окно, распахнутое в вечность. Получается, что через видимое нам открывается невидимое. От образа мы восходим к первообразу.
Об этом очень хорошо говорит Иоанн Дамаскин: «Если Бог стал человеком, — объясняет он, — Его можно изобразить». Вот как он писал: «Если невещественный стал веществом, если невидимый стал видимым, то мы можем Его изображать». То есть, ещё раз повторю, что кланяясь образу, мы поклоняемся изображённому на нём.
Известный иконописец и богослов Леонид Александрович Успенский раскрывал преображающий смысл иконы. По его словам: «Иконы есть образ человека, в котором реально пребывает попаляющая страсти и всеосвещающая благодать Духа Святого». То есть икона является образом не падшего человека, а обожённого человека, каким он призван стать во Христе. Созерцая икону, мы предстаём не перед умершим человеком, а перед живым: «Ибо у Бога все живы».
Он писал, что роль иконы — это не консервативная роль, а динамически-строительная. Она не просто хранит память о священном событии, но ведёт к духовному возрастанию. «Через икону мы познаём Самого Бога», — писал Успенский.
Таким образом, предназначение иконы — быть окном в иной мир. Это не портрет, не иллюстрация, а, если так можно сказать, пространство молитвенной встречи, где Земля соприкасается с Небом. Взирая на образ, верующий возносится к первообразу, приобщается к свету Царства Божия. Царство Божие начинается уже здесь, в преображённой человеческой жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Первое послание к Фессалоникийцам святого Апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
1 Сол., 262 зач., I, 1-5
Комментирует священник Антоний Борисов.
Кнут и пряник — традиционная для педагогики пара. Для того, чтобы научить кого-то чему-то полезному, нужно проявлять одновременно строгость и поддержку. Иначе ничего путного не выйдет. Так полагал апостол Павел. Отрывок из первой главы его послания к христианам города Фессалоники читается сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 1.
1 Павел и Силуан и Тимофей — церкви Фессалоникской в Боге Отце и Господе Иисусе Христе: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.
2 Всегда благодарим Бога за всех вас, вспоминая о вас в молитвах наших,
3 непрестанно памятуя ваше дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа пред Богом и Отцем нашим,
4 зная избрание ваше, возлюбленные Богом братия;
5 потому что наше благовествование у вас было не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением, как вы сами знаете, каковы были мы для вас между вами.
Город Фессалоники сегодня называют второй или северной столицей Греции. В древности всё обстояло примерно так же. Фессалоники славились богатством жителей, развитой культурой, красотой архитектуры. Надо сказать, что у апостола Павла, который оказался в Фессалониках после изгнания из города Филиппы, было не слишком много надежд на успешную проповедь в данном месте. Ведь где богатство, там и пороки. Но всё сложилось принципиально иначе.
В Фессалониках неожиданно для Павла образовалась крепкая община христиан, бывших в прошлом язычниками. Эта община стала расти и превратилась в настоящую поместную Церковь, которую Павел впоследствии именовал по-гречески «тюпосом», то есть образцом, эталоном. Вот и в прозвучавшем отрывке мы слышим от апостола похвалу, обращённую к христианам Фессалоник.
При этом, Павел сразу подчёркивает, что достигнутый успех — не его, Павла, заслуга. А результат совместного труда, осуществлённого в соработничестве с учениками — Тимофеем и Силуаном. Осуществлённого с Божьей помощью успешно, ведь Фессалоникийская церковь, по мнению апостола, проявила дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа. И для Павла всё перечисленное — настоящее чудо. Он и подумать не мог, что язычники Фессалоник примут Евангельскую весть и проявят перечисленные добродетели. Потому и пишет Павел, что благовествование было «не в слове только, но и в силе и во Святом Духе, и со многим удостоверением».
То есть фессалоникийцы, приняв веру и крещение, тут же стали показывать плоды духовной жизни — милосердие, терпение, взаимопомощь, настоящую христианскую нравственность. Всё это Павел стремится отметить, подчеркнуть.
В связи с этим может возникнуть вопрос — а не перебарщивает ли он? Может быть, стоило не только хвалить фессалоникийцев, но и покритиковать их. Или как выражаются некоторые — смирить? Во-первых, в христианском лексиконе есть только глагол «смиряться». Смирять кого-то, конечно, возможно, но это не проявление нормальной церковной педагогики. Во-вторых. Действительно, не нужно уклоняться в крайности — лицеприятничать, лукавить, подлизываться. Но апостол ничего из перечисленного не делает. И хвалит он фессалоникийцев не для того, чтобы они забронзовели, а для того, чтобы и им самим разъяснить природу произошедшего чуда.
Ведь изменения в жителях Фессалоник произошли не силой Павла, не их собственными силами, а силой Христа, Которого своих читателей Павел и призывает хвалить. А самих же фессалоникийцев апостол просит радоваться тому, что они стали сопричастниками Царства Божьего. К этой радости призываемся и мы. А ещё и к тому, чтобы не быть жадными до слов похвалы, прикрываясь какими-то якобы аскетическими аргументами. Если применять только кнут критики и вразумления, то итогом станет уныние. А это состояние явно противоречит общему духу Евангелия как доброй, радостной вести о совершившемся спасении.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 30. Богослужебные чтения
Поделиться
Наверное, каждому человеку приходилось когда-то переживать ощущение полной разбитости: всё развалилось и внутри, и снаружи, всё валится из рук, ничего не собирается обратно.
Это состояние прекрасно описано пророком Давидом в 30-м псалме, который читается сегодня в храмах за богослужением. Давайте послушаем фрагмент этого псалма.
Псалом 30.
1 Начальнику хора. Псалом Давида. [Во время смятения].
2 На Тебя, Господи, уповаю, да не постыжусь вовек; по правде Твоей избавь меня;
3 приклони ко мне ухо Твоё, поспеши избавить меня. Будь мне каменною твердынею, домом прибежища, чтобы спасти меня,
4 ибо Ты каменная гора моя и ограда моя; ради имени Твоего води меня и управляй мною.
5 Выведи меня из сети, которую тайно поставили мне, ибо Ты крепость моя.
6 В Твою руку предаю дух мой; Ты избавлял меня, Господи, Боже истины.
7 Ненавижу почитателей суетных идолов, но на Господа уповаю.
8 Буду радоваться и веселиться о милости Твоей, потому что Ты призрел на бедствие моё, узнал горесть души моей
9 и не предал меня в руки врага; поставил ноги мои на пространном месте.
10 Помилуй меня, Господи, ибо тесно мне; иссохло от горести око моё, душа моя и утроба моя.
11 Истощилась в печали жизнь моя и лета мои в стенаниях; изнемогла от грехов моих сила моя, и кости мои иссохли.
12 От всех врагов моих я сделался поношением даже у соседей моих и страшилищем для знакомых моих; видящие меня на улице бегут от меня.
13 Я забыт в сердцах, как мёртвый; я — как сосуд разбитый,
14 ибо слышу злоречие многих; отвсюду ужас, когда они сговариваются против меня, умышляют исторгнуть душу мою.
15 А я на Тебя, Господи, уповаю; я говорю: Ты — мой Бог.
16 В Твоей руке дни мои; избавь меня от руки врагов моих и от гонителей моих.
17 Яви светлое лицо Твоё рабу Твоему; спаси меня милостью Твоею.
18 Господи! да не постыжусь, что я к Тебе взываю; нечестивые же да посрамятся, да умолкнут в аде.
19 Да онемеют уста лживые, которые против праведника говорят злое с гордостью и презреньем.
20 Как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для боящихся Тебя и которые приготовил уповающим на Тебя пред сынами человеческими!
21 Ты укрываешь их под покровом лица Твоего от мятежей людских, скрываешь их под сенью от пререкания языков.
22 Благословен Господь, что явил мне дивную милость Свою в укреплённом городе!
23 В смятении моём я думал: «отвержен я от очей Твоих»; но Ты услышал голос молитвы моей, когда я воззвал к Тебе.
24 Любите Господа, все праведные Его; Господь хранит верных и поступающим надменно воздаёт с избытком.
25 Мужайтесь, и да укрепляется сердце ваше, все надеющиеся на Господа!
Казалось бы, у Давида всё — плохо, и даже очень плохо. Он буквально чувствует себя «разбитым сосудом» — от которого уже нет никакого прока.
Однако Давид невероятен в своей вере — причём не в какой-то абстрактной уверенности в том, что всё «будет хорошо», а в полной, тотальной вверенности себя Богу — которая и становится для него несокрушимой крепостью для души посредине бушующих ураганов.
И тут я неожиданно вспоминаю про японскую технику кинцуги — когда разбитый предмет склеивается, но в состав связующего добавляется порошок золота — и эти швы вместо ущербности становятся преимуществом. Целых чашек много, и они одинаковы — а с золотыми швами — всегда будет уникальной!
Кинцуги позволяет показать возможность другого отношения — терпеливого собирания того, что рассыпалось и уже кажется ни к чему непригодным. Давид своей верой «собирает» осколки разбитой души — и словно бы передаёт Богу — своему Мастеру — для восстановления. И — тут очень интересный момент: он верит, что даже разбитая вещь для Мастера очень важна и дорога — несмотря на всю свою неприглядность, она так и остаётся достойной его труда. Своим псалмом Давид чётко даёт понять: человеку не требуется сначала стать целым, чтобы оказаться дорогим Богу!
Умение претворять утрату в приобретение — очень христианский по своему смыслу навык. Духовное кинцуги — не тот ли неиссякаемый источник творческого вдохновения, которого в сытости и довольстве не сыскать? Не этим ли и занимался всю жизнь Ван Гог — соединяя трещины своей психики никому не нужными картинами — которые каждая теперь — на вес золота?..
Сегодняшний псалом побуждает задуматься над тем, что мы все сломаны, и каждый — по-своему. Однако не стоит пренебрегать своим личным Крестом — но полюбить и сделать его своим кинцуги — ведь только им снова и снова соединяется земное и небесное, один Бог — и всё человечество!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
