«Пророк Осия и его пророчества. Вопросы неофита». Игумен Арсений (Соколов)

В нашей студии был преподаватель кафедры библеистики Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени Кирилла и Мефодия, представитель Патриарха Московского и всея Руси при Патриархе Великой Антиохии и всего Востока игумен Арсений (Соколов).

Разговор шел о роли пророков в ветхозаветной истории, а также о том, что известно о пророке Осии и его служении.

А. Ананьев

— Добрый вечер, дорогие друзья! Меня зовут Александр Ананьев. Я с огромным удовольствием приветствую вас в светлой студии радио «Вера». И я готов в очередной раз, как это обычно бывает по понедельникам в восемь часов вечера, задавать вопросы неофита. Я сейчас готовился к нашему разговору и понимал, что он будет похож на разговор шестиклассника с Менделеевым. И шестиклассник будет задавать вопросы: «Дяденька, а почему пластиковые солдаты плавятся, если к ним подносить огонь?» — потому что тема чрезвычайно сложная. И задать вопросы, которые хоть в какой-то степени соответствовали важности и сложности этой темы, будет непросто. Однако, это важно, потому что совсем скоро, в понедельник, второго сентября, в Малом зале Дома литераторов состоится презентация новой книги доктора богословия, профессора Общецерковной аспирантуры и докторантуры, члена Союза писателей России, игумена Арсения (Соколова) «Книга пророка Осии. Комментарии». И вот сегодня мы пригласили автора этой книги и очень многих других книг, о которых мы ещё поговорим, к нам в студию. Добрый вечер, отец Арсений.

Игум. Арсений (Соколов)
— Добрый вечер, Александр.

А. Ананьев

— Я, насколько помню, вашему авторству принадлежит немало книг, которые помогают понять как Священное Писание в целом, так и Ветхий Завет в частности. Первая книга пророков — Книга Иисуса Навина, по-моему, это была первая ваша книга. Затем были работы по Книге пророка Амоса, три года назад вышел комментарий к первым-третьим главам Книги пророка Осии — «Пророк и блудница». И вот сегодня мы уже представляем такую полновесную книгу «Комментарии». Почему Ветхий Завет?

Игум. Арсений (Соколов)
— Мне не в первый раз приходится слышать этот вопрос. Ветхий Завет, если мы его начинаем пристально изучать, рассматривать, причём сквозь призму Нового Завета, предстаёт не таким уж ветхим. Кстати, сам термин «Новый Завет» — это ветхозаветный термин, находится в Книге пророка Иеремии, как известно. «Ветхий Завет» — самого этого термина точного нет в Новом Завете, но в Послании к Евреям есть нечто подобное — там об обветшании и всё такое прочее. Но Ветхий Завет очень важен потому нам, что это Священное Писание, в нём содержится Слово Божие, поэтому он для нас имеет непреходящую ценность — ветхозаветные книги, пророчества. Что бы мы знали о происхождении нашего мира, если бы не было первых глав Книги Бытия? Что бы мы знали о последних судьбах человечества, об эсхатологическом нашем будущем, если бы не было пророческих книг? Как бы мы научились молиться, если бы не было Псалтири? Главный молитвенник Церкви — это одна из ветхозаветных книг, более того, это молитвенник самого
Христа — Христос молился псалмами. Не случайно блаженный Августин даже говорит так: Христос есть истинно молящийся псалмов. Когда мы читаем псалмы, то молится Христос, мы лишь озвучиваем его молитву.

А. Ананьев

— Когда мы говорим о четырёх Евангелиях, мы точно знаем, кто авторы, мы точно знаем, кто их написал.

Игум. Арсений (Соколов)
— Да, это нам сохранила традиция — их имена.

А. Ананьев

— Когда мы говорим о Ветхом Завете, мы знаем авторов?

Игум. Арсений (Соколов)
— В большинстве случаев — да. Опять же традиция нам сообщает о том, что у многих из ветхозаветных книг есть надписание, есть авторство. Например, видение такого-то пророка, видение Наума из Элкоши, начало пророчества такого-то — то, что мы узнаём из надписаний. Не всегда можно с достоверностью установить авторство. И вообще следует сказать, что авторства в нашем понимании не было в древности, тем более не было авторского права. И здесь следует, пожалуй, согласиться с такими великими нашими филологами, как Аверинцев, Гаспаров, которые говорят, что в отношении древних текстов, будь то библейские тексты или экстрабиблейские, вообще древней литературы, следует говорить, скорее, не об авторстве, а об авторитете. Вот это надписание авторитетными именами — то, что мы сегодня называем титульный лист: автор, название книги, — когда написано авторитетное имя, то этим самым придаётся авторитет тексту. И по сути-то древним автором является вся община верных. И не важно, записал ли сам пророк свои пророчества, которые изначально были устными, или это сделал его ученик, или секретарь, как в случае с Иеремией его секретарём Барухом, записали ли ближайшие ученики или впоследствии эти тексты были записаны, может быть, подвергнуты некоторой редактуре, собраны воедино, как, например, разные по времени и по месту возникновения книги 12-и малых пророков собраны в единую книгу двенадцати «Трей Асар». Вот всех этапов этого проследить невозможно с помощью экзегетических методов, но вот традиция нам доносит имена большинства авторов ветхозаветных книг.

А. Ананьев

— Раз уж мы вскользь начали говорить о структуре, давайте поговорим, в качестве вступления к нашему разговору, о структуре вот это всего комплекса ветхозаветных книг, сколько их и как они систематизируются.

Игум. Арсений (Соколов)
— Ветхий Завет состоит из трёх разделов традиционных: Закон, Пророки и Псалмы. В 24-й главе Евангелия от Луки мы читаем о том, что Иисус, когда воскрес, явился своим ученикам, сначала жёнам-мироносицам, потом эммаусским путникам, и наконец третье Его явление было в Иерусалиме одиннадцати, и там Он стал им объяснять, что так и надлежало всему совершиться, как об этом написано в Законе Моисеевом, во Пророках и в Псалмах. Это три раздела еврейской Библии, «Тонах», аббревиатура: Тора, Невиим, Ктувим — Закон, Пророки и Писания, точнее. Но Спаситель использовал термин «псалмы» греческий, поскольку это главная книга третьего раздела Танаха, третьего раздела Ветхого Завета, и по этой главной книге Он назвал, видимо, весь раздел.

А. Ананьев

— Я буду совсем откровенен, чтобы не было какого-то заблуждения, чтобы я не предстоял здесь человеком, который пытается из себя что-то такое изобразить, чем я на самом деле не являюсь. Крестившись чуть более года назад, я единственное, что читал — это Книгу Бытия. Мы иногда с женой так заговорим о чём-нибудь, и чтобы проиллюстрировать, просто почитать, мы открываем и читаем вслух, говорим об этом, но не больше. Готовясь к нашей беседе, только я почитал несколько глав из одного пророка и несколько глав из другого, в частности из Амоса и из пророка Осии, чтобы хоть иметь представление, о чём идёт речь. И вот какой вопрос... вообще, все книги, о которых мы говорим, они охватывают хронологическую эру от входа израильтян в землю обетованную до вавилонского пленения Иудеи. Я правильно понимаю?

Игум. Арсений (Соколов)
— В общем, да. Вы что имеете в виду?

А. Ананьев

— Я книги пророков имею в виду сейчас.

Игум. Арсений (Соколов)
— Если придерживаться того деления, о котором мы говорили — три раздела в Священном Писании Ветхого Завета, в Танахе, — то тогда те книги, которые у нас в семинариях обычно называют историческими, тоже относятся к пророкам. Это ранние пророки или первые пророки, сюда относится Книга Иисуса Навина и Книга Судей, и Книги Самуила, Царей — те, что у нас 1-я — 4-я Царств, которые мы обычно называем историческими. В этом есть определённый смысл, потому что всегда, читая исторические книги, мы видим, что где-то за фигурой царя того или иного маячит тень пророка, всегда рядом с ним пророк. Пророки вмешиваются и управляют как бы царями. По сути-то говоря, пророки и вершат историю. Поэтому ранние пророки... письменные пророки, которые у нас называются пророками, от Исаии до Малахии — это поздние пророки. А есть ещё ранние пророки.

А. Ананьев

— Ой, как хочется запомнить эту фразу — «пророки вершат историю». Это вы автор этого высказывания или откуда-то цитата?

Игум. Арсений (Соколов)
— Это, по-моему, очевидно. Не знаю, но я пользуюсь этим.

А. Ананьев

— Но пророки разве предсказывают совершившуюся историю, они вершат, они влияют на то, что случится или они просто констатируют?

Игум. Арсений (Соколов)
— У пророков действительно много предсказаний о будущем: о ближайшем к ним будущем, о мессианском будущем и об эсхатологическом будущем. Часто эти три перспективы у них сливаются воедино. Но несмотря на то, что у них много действительно есть видений, предсказаний о будущих временах, пророки очень твёрдо укоренены в настоящем. Они более интерпретаторы настоящего, они дают смысл происходящим сегодня событиям в их сегодняшний день, нежели вот предсказывают будущее. Они больше истолковывают настоящее: как должен царь и народ поступать сегодня. Хотя есть у них и предсказания будущего, конечно. Пророк прорекает, понимаете?

А. Ананьев

— Не предсказывает.

Игум. Арсений (Соколов)
— Что значит «пророк»? Вот русское слово «пророк» — тот, кто прорекает не своё слово, а слово Господне. Он — посредник между Богом и человеком. Задача пророка принять Божественное слово и передать его людям: царю и всему народу, своему поколению, своим современникам. Вот эту посредническую функцию он и выполняет: он изрекает слово Господне — то, что ему велел Господь. Он таким образом является глашатаем Божественного слова.

А. Ананьев

— А кто назначал людей пророками?

Игум. Арсений (Соколов)
— Здесь призвание только Всевышнего. Хотя, казалось бы, вот Илия проходит мимо Елисея, который пашет на своих волах со слугами, набрасывает на него свою мантию-плащ, говорит «иди за мной», тот идёт за ним. Казалось бы, где здесь Божественный призыв? Один пророк призывает другого. Но, хотя Священное Писание об этом не говорит прямо, очевидно, что и Божественное призвание — Илия лишь исполнял то, что ему повелел Господь. А в случае других пророков... Авраам тоже назван в Писании пророком в Книге Бытия. Господь к нему обратился в Месопотамии, сказал: «Оставляй своего отца, оставляй своё идолопоклонство, дом свой, всю свою жизнь и иди туда, куда Я тебе укажу, в землю...» — и он пошёл, не зная, куда идёт. Он услышал этот Божественный призыв, он принял этот Божественный призыв и стал делать то, что ему говорил Господь. Вот неслучайно в Новом Завете Авраам назван отцом всех верующих. Вот что такое вера? Это ответ на Божественный призыв и верность этому призванию.

А. Ананьев

— Мы продолжаем разговор с нашим сегодняшним гостем — членом Союза писателей России, профессором Общецерковной аспирантуры и докторантуры, автором книги «Книга пророка Осии. Комментарии», игуменом Арсением (Соколовым). И вот сейчас пере нами лежит книг в которой вы обсуждаете пророка Осию. Он же первый в списке малых пророков, если я правильно понимаю.

Игум. Арсений (Соколов)
— Да. Корпус малых пророков, Книга двенадцати открывается Книгой пророка Осии.

А. Ананьев

— Он исторически был первым в списке этих малых пророков?

Игум. Арсений (Соколов)
— По всей видимости, хронологически он не был первым. По всей видимости, он был младшим современником Амоса. Амос — этот вывод мы можем сделать из содержания его пророчеств и из некоторых других деталей книги — Амос, по всей видимости, пророчествовал раньше его служения, он был старшим современником Осии. Но почему Книга Осии занимает первую позицию в корпусе двенадцати, мне кажется, из-за её содержания. Вот редактор Книги Двенадцати, когда собирал эту книгу из 12-и разных, а может быть, даже 13-и разных свитков...

А. Ананьев

— А был редактор?

Игум. Арсений (Соколов)
— Но ведь все эти книги были собраны. Хорошо, давайте употребим термин «собирание». Вот все двенадцать пророков — это восьмой век, седьмой, шестой, пятый, четвёртый, если говорить о Малахии, — они же были собраны воедино и составили собой не просто сборник-антологию, а единую Книгу Двенадцати. И традиция, и иудейская, и христианская традиция, не знают отдельных книг, а знают Книгу Пророков, об этом говорит Стефан в Книге Деяний — «как сказано в Книге Пророков», ещё раньше у Сираха мы находим этот термин. Единая Книга двенадцати пророков. И Книга пророка Осии открывается супружеской метафорой. Осия пережил то, что потом стало для него метафорой отношений Израиля с Богом — он пережил измену собственной жены.

А. Ананьев

— Выражаясь современным кинематографическим языком, основано на реальных событиях.

ФигураФигураИгум. Арсений (Соколов)
— По всей видимости, да. Хотя и в древности были авторы из Святых отцов, которые говорили, что это лишь аллегория или пример, или видения, как некоторые считали. Но большинство авторов и в древности и сегодня всё-таки считают, что это были реальные события. Кем была его жена Гомерь — неясно, идёт ли речь просто о бытовой измене, то есть она, просто говоря, проводила время с другими мужчинами, или же речь идёт о культовой проституции, что тоже вполне возможно, поскольку было очень большое влияние в Северном Израильском царстве вот этой всей финикийской, хананейской культуры, с её культами плодородия, с ваализмом, со всеми этими паломническими культовыми центрами, где практиковались различные культы плодородия, прежде всего культы Ваала. И из некоторых стихов Книги Осии мы узнаём об этом, где он говорит «чем занимаются ваши дочери» — звучит обличение. По всей видимости, по крайней мере в Северном Израильском царстве, на родине Осии, культы плодородия были. И были там и служительницы этих культов. Была ли она культовой служительницей, была ли она действительно женой его, то есть бытовая измена — здесь не уточняется в книге, поэтому по-разному здесь можно интерпретировать.

А. Ананьев

— И вот эту историю он представляет как историю падения Израиля?

ФигураИгум. Арсений (Соколов)
— Да. Что такое идолопоклонство Израиля? Это измена Богу — говорит пророк. Бог, заключивший Завет с Израилем, требует верности Себе и только Себе. Нельзя поклонятся Богу и одновременно заниматься идолопоклонством, то есть поклонятся другим богам. Или Ему же, Всевышнему, воздавать неподобающие почести, например, сооружая в Его честь идолов, как сделал Иеровоам Первый, установив тельцов в двух городах израильских. То есть Бог требует абсолютной Себе верности. И вот лучшего начала для всей Книги Двенадцати, наверное, трудно было бы подобрать. Поэтому именно Осия, хотя он хронологически позже Амоса, занимает первую позицию в корпусе двенадцати. Эти первые три главы, где развивается супружеская или брачная метафора матримониальная, они являются введением не только к Книге Осии, но и ко всей Книге Двенадцати, ключом к пониманию этих трагических событий, которые постигли Израиль, а позднее Иудею, и ключом для понимания взаимоотношений Израиля с Богом. Бог — это обманутый и преданный супруг, а Израиль — это его неверная жена. Вот за пределами метафоры, если прямо сказать.

А. Ананьев

— Вот об этом отдельно хочется поговорить, но чуть позже. Мне прежде хочется разобраться вот с чем: я, человек, живущий в двадцать первом веке. Я родился в Бийске, учился в Нижнем Новгороде, сейчас живу и работаю в Москве. И открывая эти книги пророков, по сути что я там вижу? Историю Израиля. Правильно я понимаю? Я читаю и не совсем понимаю: хорошо, а мне, жителю двадцать первого века зачем нужна история Израиля, почему это важно?

Игум. Арсений (Соколов)
— Да, пророки чаще обращаются к своему народу. То слово, которое они получили от Бога, чаще всего адресовано их соплеменниками, хотя у них есть пророчества и о других народах — о народах, окружающих Израиль. Например, серия пророчеств у того же Амоса, у великих пророков, у Исаии, Иеремии и так далее, много пророчеств, обращённых к народам, ко всему человечеству, к дальним островам даже. Но в целом, да, на первом месте стоит обращение к Израилю. Израиль — это народ Божий, это народ, избранный Богом, у которого со Всевышним были исключительные отношения, которых в то время не было у прочих народов. Отношения эти регламентировались, регулировались заветом, союзом, договором, заключённым на Синае. И если пользоваться брачной метафорой опять, то это брачный договор. Господь обещает Своему народу оказывать благодеяния, благоденственное и мирное житие ему обещает, землю обещает, конечно, текущую молоком и мёдом, если народ будет исполнять условия этого завета. Господу Богу твоему поклоняйся, Ему одному служи — никаким ваалам, астартам, только Ему, и тогда Господь тоже выполнит Свои обязательства. И вот когда человечество вступило в Новый Завет, уже заключённый Богом не только с Израилем, но со всем человечеством, на основании жертвы Иисуса Христа, Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа, то Церковь не стала неким новым вторым Израилем, а используя образ апостола Павла, мы можем сказать, что ветви дикой маслины — мы, языческие народы — были привиты к природной маслине — к Израилю. Мы стали с Израилем единым целым, разрушено это средостение, говорит апостол, стоящая преграда между Израилем и народами. И теперь, если угодно, то теперь Новый Завет, о котором пророчествовал пророк Иеремия, он является уже заветом, союзом, договором между Богом и всем человечеством. А если бы не было Ветхого Завета, если бы не было этого детоводительства ко Христу, если бы не было этого многотысячелетнего пути, который прошёл один народ, то... из этого народа ведь и Богородица, и Христос, и апостолы — таков был Промысл Божий. Как бы другие народы были призваны к тому общению, которое изначально было только у Бога с Израилем, а теперь это же самое общение через Христа и через апостольскую проповедь. К этому общению призваны все мы, и в это общение мы уже вступили на основании Нового Завета. «Новый» на библейском языке не значит... это значит «последний», когда говорится «новый» — можно сказать «последний».

А. Ананьев

— Три года назад вы представили книгу «Пророк и блудница» по пророку Осии, а сейчас перед нами лежит книга, которая называется «Книга пророка Осии. Комментарии». Чем они отличаются? Я так понимаю, это гораздо более обширное, более подробное и более детальное рассмотрение всех тонкостей и нюансов, и историй. Правильно я понимаю?

Игум. Арсений (Соколов)
— Вся книга состоит из 14-и глав, понятно, что во времена пророков никакого деления на главы не было — это уже средневековая традиция делить на главы и стихи, христианская традиция. Но первые три главы стоят особняком, они являются как бы введением ко всей Книге Осии, ко всей Книге Двенадцати. Поэтому изначально была идея издать небольшую книгу, которая может быть ключом для понимания пророков вообще, пророческих текстов. Ну а потом работа продолжалась, и уже когда был составлен комментарий ко всей Книге Осии, вот эта книга издана. Я хотел бы поблагодарить тех, без кого бы эта книга не вышла бы в свет. Во-первых, моего учителя протоиерея Геннадия, автора предисловия, кстати, к этой книге. Он внимательно читал рукопись, вносил ценные замечания, предложения, я очень благодарю его за это заинтересованное участие. Хотел бы поблагодарить монашескую общину в Бозе в Италии за возможность пользоваться их превосходной библиотекой, где собрана фактически вся послевоенная периодика: библейские издания, библейские журналы, альманахи и множество монографий. Ведь перед тем, как составлять комментарии, нужно работать, нужно собирать материалы, и на это уходит тоже очень много времени.

А. Ананьев

— Вы по всему миру занимались вашим итальянским, испанским и португальскими языками и своей работой в Мадриде и в Лиссабоне.

Игум. Арсений (Соколов)
— Ну да. Не по всему миру, но эти романские языки очень пригождаются. Во-вторых, я хотел бы поблагодарить митрополита Илариона (Волоколамского), ректора Общецерковной аспирантуры, где я преподаю по его благословению, за то, что он проявил заинтересованность и благословил, чтобы эта книга была издана в Издательском доме «Познание», которое при Общецерковной аспирантуре и докторантуре. И мне очень приятно и радостно, что книга вышла именно в этом издательстве в Москве. Хотел поблагодарить также тех, кто принимал участие в корректуре, вычитке, господина Шулякова Леонида Викторовича, других — всех, кто принимал участие. В общем, всех-всех, без кого бы эта книга не вышла бы свет.

А. Ананьев

— И оформление превосходное, одна обложка чего стоит! А что это — уточните, пожалуйста.

Игум. Арсений (Соколов)
— Это одна из фресок пятнадцатого века итальянских, на ней изображён пророк Осия и сивилла — такое символическое больше изображение. Здесь выбор был за издателями — я не специалист в итальянской живописи. Но здесь продолжается традиция — вот монографии по Иисусу Навину и Амосу были переизданы тоже в издательстве «Познание», там современная итальянская живопись на обложках, а здесь вот пятнадцатый век.

А. Ананьев

— Мне очень интересно: кому адресована, на ваш взгляд, эта книга. И этот вопрос я задам вам ровно через минуту.

А. Ананьев

— Вы слушаете «Светлый вечер», вопросы неофита продолжаю задавать я — меня зовут Александр Ананьев. И сегодня у меня в гостях доктор богословия, профессор Общецерковной аспирантуры и докторантуры, член Союза писателей России, игумен Арсений (Соколов), автор книги «Книга пророка Осии. Комментарии», которую он будет представлять уже совсем скоро — 2 сентября в Малом зале Центрального дома литераторов. Начало, кстати, в 19.00, мы там обязательно будем, радио «Вера», и я лично обязательно буду присутствовать. И вот для меня сейчас важно понять: когда автор пишет книгу, у него есть чёткое понимание, кому он её адресует. Кому вы адресуете эту книгу?

Игум. Арсений (Соколов)
— Как сказано в аннотации, издание адресовано специалистам в области библеистики, студентам и преподавателям духовных школ, и всем читателям, стремящимся к исследованию Священного Писания. Спаситель нам дал заповедь исследовать писания. Когда Он использовал термин «писания», и вообще в Новом Завете где мы этот термин, это слово встречаем, имеется в виду то, что мы называем Ветхим Заветом. Никакого новозаветного писания в апостольские времена не было. И в нашем Символе веры: «...и воскресшего в третий день по писаниям», — вот зачем это слово «по писаниям»? «Воскресшего в третий день», — и всё. Но Символ веры — это такой документ, в котором не может быть лишних слов. Значит, очень важно, чтобы мы веровали не только в Воскресение Христово, а чтобы мы в это веровали по писаниям. Писания в данном случае — это тоже писания Ветхого Завета. Мы узнаём о воскресении Христа из Ветхого Завета — парадокс. Так говорит нам Символ веры — удивительно.

А. Ананьев

— Скажите, пожалуйста, как пастырь, как священник, как человек, который много общается с прихожанами и с обычными людьми, о которых вы в предисловии сказали — о тех, кто стремится изучить Священное Писание, — каков процент христиан православных действительно хотя бы читал вот то, что мы называем Ветхим Заветом, пророков? По-моему, это чрезвычайно сложно. Я провёл своё исследование, поверьте мне. У меня есть, меня окружают, слава Богу, очень хорошие, глубоко верующие, воцерковлённые люди. Я им задавал вопрос: «Я буду беседовать с батюшкой, автором вот такой книги. Вы читали?» Они говорят: «Нет, к сожалению, не читали. Книгу Бытия читали, а вот это не читали». Я так задумался...

Игум. Арсений (Соколов)
— Книга Бытия, Псалтирь, какие-то тексты Исаии, какие-то паремии, вот как вы говорите, Книга пророка Ионы. Эти тексты большинство взрослых православных христиан, я думаю, прочли, а Псалтирь читают ежедневно. А есть тексты, к которым обращаются реже. И может быть, именно поэтому я избрал для своей работы именно эти малоизвестные тексты. Вот Амос и Осия, их тексты, эти книги не читаются у нас в качестве паремий в храме, не звучат.

А. Ананьев

— 12 пророков представлены в этих 12-и книгах, о которых мы говорим с вами сейчас, и такое впечатление, что все эти пророки остались как бы в прошлом — до рождения Христа, до Его земного пути. И последним из пророков является Иоанн Предтеча, если я правильно понимаю, хотя он не относится к тем, кого вы называете малыми пророками, да ведь?

Игум. Арсений (Соколов)
— Он последний ветхозаветный пророк, если можно так сказать, и первый, опять же условно говоря, апостол.

А. Ананьев

— Кстати, я хотел уточнить: пророки ранние, поздние, малые — есть большие? Вообще, как это всё разделяется?

Игум. Арсений (Соколов)
— Поздние пророки — это письменные пророки: три великих пророка — Исаия, Иеремия и Иезекииль — и 12 малых пророков. Всего 15.

А. Ананьев

— А больших нету?

Игум. Арсений (Соколов)
— Вот они большие, великие пророки — Исаия, Иеремия и Иезекииль. Книга Даниила относится к третьему разделу — к Писаниям, потому что у неё довольно позднее происхождение. Удивительно, но она не относится к разряду пророческих книг, хотя в ней столько всяких видений, предсказаний будущего, апокалиптика сплошная.

А. Ананьев

— Почему же с тех пор каких-то новых пророков не появилось? Хотя нас же впереди ожидает очень много того, что действительно важно.

Игум. Арсений (Соколов)
— У древних пророков есть и эсхатологические пророчества, есть они и в Новом Завете, конечно, если вспомнить проповедь Христа на Масличной горе у синоптиков об окончании мира, о последних днях. Потом, есть книга Апокалипсис, некоторые тексты у апостола Павла говорят о последних временах, о кончине мира. Но вот вы сказали, что пророков больше нет.

А. Ананьев

— Нет пророков в своём Отечестве.

Игум. Арсений (Соколов)
— Да. Но позволю себе не согласиться, хотя я не пророк и не сын пророка, но мне кажется, что пророчество не умолкло. Вот был период веков, предшествующих пришествию Христа, когда пророчество умолкло, как в эпоху судей: видения были не часты, пророчества редки. И сейчас, может быть, такое время, когда пророчество звучит редко. Но если мы читаем об истории ранней Церкви, новозаветные тексты читаем и тексты апостольских отцов, ранних отцов Церкви, мы видим, что пророчество в Церкви было, и в каждой или почти каждой церковной общине были пророки. Часто человек выходил из купели крещения и сразу начинал пророчествовать. Понятно, что греческий термин «профетес» — это не совсем то, что «нави», это не совсем тот пророк и не совсем у него те функции, быть может, которые были у классических пророков, о которых мы читаем в Ветхом Завете. Но пророчество было, пророк передавал своей общине волю Божию, слово Божие. И были пророки, были пророчицы.

А. Ананьев

— Это было объективно?

Игум. Арсений (Соколов)
— Да. И очень часто в Новом Завете встречается этот термин «пророк». Греческое слово «профетес» мы переводим тоже через русское «пророк», так же, как и еврейское слово «нави», хотя, может быть, они не тождественны. Но вот были пророки в новозаветные времена, и апостол Павел пишет христианской общине города Коринф: «Ревнуйте о дарах духовных, наипаче же о том, чтобы пророчествовать». Потом он говорит женщинам: «Молитесь и пророчествуйте с покрытой головой». Он обращается к сёстрам коринфской общины: «Если вы молитесь или пророчествуете с непокрытой головой, вы бесчестите свою голову», — поэтому наши прихожанки покрывают голову, идя в храм. Но они не должны забывать, зачем они это делают — они покрывают голову для того, чтобы молиться и пророчествовать.

А. Ананьев

— Вот, видите, вы для меня раскрываете истинное значение вообще глагола «пророчествовать». Я был уверен, что пророчествовать — это вот как в той строчке-цитате из «Собачьего сердца»: «Истинно говорю вам, 4 мая 1925 года Земля налетит на небесную ось». Вот для меня это было явным примером пророчества — таким ироничным, конечно, но для нас, жителей двадцать первого века, понятным: вот такое бывает пророчество. То, что вы говорите — это совсем другое: пророчествовать ведь, получается, может каждый.

Игум. Арсений (Соколов)
— Нет, пророчествовать может и должен тот, кто получил призвание от Бога к этому, тот, у кого есть дар пророческий, харизма пророческая. Если человек свои собственные мечтания, видения или свои собственные, как апостол Павел говорит, бабьи басни, бредни выдаёт за пророчества от Бога, то мы его квалифицируем как лжепророка. Есть ли пророки в наши время? Вот мне приходилось слышать этот вопрос, когда я только начинал заниматься пророческими текстами, мне его задавали. Я по первости не знал, что ответить, терялся. Но потом стал размышлять, читать больше пророков, задумываться. Вот в первые века у христиан было много пророков, в христианских общинах, потом пророчество стало как-то...

А. Ананьев

— Мне почему-то кажется, что Бог тогда как-то говорил с людьми, а сейчас перестал.

Игум. Арсений (Соколов)
— Господь вчера и сегодня и вовеки Тот же, и Дух Божий действует в Церкви и сегодня, но когда всё более и более стала регламентироваться церковная жизнь, когда в конце концов Церковь стала государственной, то пророчество умолкло. Какие-то пророчества были, но они были эпизодическими, а вот такого процветания пророческой харизмы, которое было в первые века христианства, оно как бы угасло, его не стало. «Духа не угашайте», — говорит апостол. Трудно очень, видимо, проявится пророческой харизме, когда всё зарегламентировано. Или Устав, или пророчества — что-то одно. Но есть ли пророчества в наше время? Я бы выделил два аспекта. Мне кажется, меньше всего на классическое библейское пророчество похожи всякого рода предсказания всяких бабок, старцев и прочие все эти ужастики: и Славик Чебаркульский, и Ванга, и кого только нет. Это меньше всего похоже на библейские пророчества, это, может быть, чем-то похоже на провидчество — вот были разные провидцы, — что-то, может быть, от этого есть, но это не классическое пророчество.

А. Ананьев

— А это относится к тем, кто пророчествовал, будучи потом канонизированным?

Игум. Арсений (Соколов)
— Где?

А. Ананьев

— У нас, например. Та же самая Матрона.

Игум. Арсений (Соколов)
— Тут обширная существует на эту тему литература, и всякие посмертные пророчества. Я сомневаюсь, что большая часть этих текстов принадлежит тем, кому они приписываются. Это вопрос, скорее, к агиографам, но когда читаешь это, сталкиваешься с этими текстами или с видеореоликами, содержащими эти пророчества, они меньше всего похожи на классическое библейское пророчество. А вот где пророчество звучит, так это в церковной проповеди, пусть это не в полном смысле пророчество, но что делает проповедник на Литургии, вообще на богослужении в церкви — тот, кто вышел на проповедь? Были прочитаны библейские тексты: паремии, апостольские чтения, Евангелие — после них звучит проповедь. Какова задача проповедника? У него задача простая.

А. Ананьев

— Переложить смысл на повседневную жизнь.

Игум. Арсений (Соколов)
— Да. Объяснить слово Божие, истолковать то, что сейчас прозвучало в церкви и актуализировать, показать, как это услышанное слово может быть применено в жизни этой аудитории — современной общины. Собственно, функция та же, что и у пророков: приняли слово Божие и передали людям — посредник, глашатай слова Божия. Чтец прочитал литургические тексты, после них обязательно идёт проповедь, правильно? И в этой проповеди проповедник объясняет слово Божие, истолковывает его и актуализирует для своей общины, для своей аудитории — в этом что-то от пророчества есть. А вторая сфера, где, может быть, звучит, на мой взгляд, может звучать сегодня пророчество, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, есть что-то пророческое в современной литературе. Я бы прежде всего отметил писателей позднесоветского периода, таких, как: Распутин, Астафьев, Айтматов — вот многое у них, в их произведениях, очень трагических порой. И вот в самых трагических вещах, повестях, романах, рассказах что-то пророческое есть. Они предвидели, предчувствовали ту пропасть, в которую идёт человечество. И один литературовед сказал, что та пропасть, которую предчувствует и которую предсказывает Айтматов, она уже сегодня у нас под ногами — это экзистенциальная пропасть. И вот что-то пророческое чувствуется, когда вчитываешься в эти тексты.

А. Ананьев

— Точно так же и у Александра Сергеевича, в некоторых его строках тоже — аж до мурашек вот это его пророчество и предвидение того кошмара, который ожидает Россию спустя двести лет, он тоже это чувствовал. Видимо, это неизбежное свойство настоящего гения.

Игум. Арсений (Соколов)
— Да, что-то или от пророка, или от сивиллы у них, наверное, есть.

А. Ананьев

— А я каждый раз, когда приезжаю в Стамбул, город, который я очень люблю за его парадоксальность, яркость, за его вкусы, мне там ещё и очень больно видеть Святую Софию, которая более не христианский храм, не христианская святыня, хотя она остаётся христианской святыней. Я каждый раз вспоминаю о том, что Паисий Святогорец, в словах которого сомневаться не приходится, однажды сказал... вот я сейчас процитирую то, что я нашёл, дословно, а вы скажите, так оно или нет: «Константинополь будет обязательно взят у турок, его возьмём не мы, греки, потому что большинство нашей молодёжи опустилось и не способно на такое. Бог устроит так, что другие возьмут город и отдадут его нам, и тем решат свою проблему. Там будет война между Россией и Турцией. В начале туркам будет казаться, что они выигрывают, но это приведёт их к катастрофе. Русские победят и возьмут Константинополь», — сказал Паисий Святогорец в начале этого века. Вот это пророчество?

Игум. Арсений (Соколов)
— Может быть, тут и есть какое-то пророчество, прозорливость. Существует целый набор терминов библейских, обозначающий того или иного посредника между Богом и человеком: есть провидцы, есть прозорливцы, есть пророки, есть те, кого Писание называет «иш Элогим» — «человек Божий». Причём они могут быть со знаком плюс и со знаком минус, пожалуй, за исключением термина «человек Божий» — вот здесь исключительно положительное применение в текстах. А вот прозорливцы, пророки, разные гадатели — они могут и в положительном смысле употребляться, эти термины, и в отрицательном. Вот вы назвали имя святого, канонизированного Церковью и процитировали его пророчество, я не берусь судить, что это — пророчество, предвидение, истинное оно или ложное. Здесь, пожалуй...

А. Ананьев

— То есть какая-то такая ситуация: вот пока не случилось, мы не знаем, пророчество это или нет.

Игум. Арсений (Соколов)
— Здесь, пожалуй, нужно руководствоваться каноническими пророческими текстами, которые говорят, что если пророчество сбылось, то это один из способов верифицируемости его, то есть пророчество истинно, когда оно сбывается.

А. Ананьев

— Как сказал один известный американский врач, герой нашумевшего в своё время телесериала, человек, утверждающий, что он бессмертен, может быть, и прав, надо просто очень долго ждать, чтобы убедиться в том, насколько это верно.

Игум. Арсений (Соколов)
— Я не специалист в области агиографии, современных видений, пророчеств, предсказаний, прорицаний, гаданий, я всего лишь разбираю буковки и слова древних пророков.

А. Ананьев

— Как вы изящно и гадания туда же поставили, и наверное, абсолютно заслужено, потому что иные, в больших кавычках, пророчества иначе как гаданиями не назовёшь.

Игум. Арсений (Соколов)
— А часто пророки, провидцы, прозорливцы и гадатели перечисляются в библейских пророческих текстах через запятую.

А. Ананьев

— Мы продолжаем разговор с автором книги «Книга пророка Осии. Комментарии» — игуменом Арсением (Соколовым). Отец Арсений, вот в продолжение нашего разговора вспоминается фраза — вот говорили с вами до эфира, я так и не вспомнил, где я её слышал: не пророчествуй. И в моём понимании эта фраза относилась к каждому из нас. Сразу представляется какая-то обиженная немолодая женщина, которая, потрясая клюкой, говорит: «Тебя Бог накажет, поломаешь ты свою ногу и машину свою дрянную разобьёшь об столб». Вот ей мы говорим: «Не пророчествуй! Будет как будет, Господу виднее. Надо любить всех и не говорить таких вещей». Получается, что пророчествовать действительно вообще в любом случае не стоит нам?

Игум. Арсений (Соколов)
— Человек не должен пророчествовать, если он не получил на это божественной санкции. Пророк — это тот, кого послал Господь. Я приведу текст из первой главы Иеремии, где Господь говорит юному Иеремии, которого он избирает Своим пророком, Он говорит: «Вот, Я вложил слова Мои в уста твои. И к кому пошлю тебя, к тем и пойдёшь, и что повелю тебе, то и скажешь. Не говори, что я молод, у меня нет авторитета, какие-то старцы, вожди, отцы города неужели будут слушать юного Иеремию. Но Я тебя пошлю, и пойдёшь». Пророки ведь чаще всего уклонялись, они страшились этого служения пророческого, они понимали, что их за это ждёт, как с ними расправятся в обществе за их пророчества. И они стремились уклониться от этого, но Господь заставлял и делал их пророками — Моисея, Иеремию, Амоса, который был простым крестьянином, пастухом, а Господь сказал ему: «Иди пророчествуй народу моему Израилю». Он говорит: «Да я не пророк и не сын пророка». А Господь ему повелел, и он пошёл и стал пророчествовать. Пророки никогда не хотели быть пророками, но Господь их заставлял это делать против их воли, он ломал их волю, подчинял Себе полностью, и они шли и пророчествовали.

А. Ананьев

— Это был не талант, это был крест.

Игум. Арсений (Соколов)
— Можно так сказать, да, судя по тем свидетельствам Писания, которые мы имеем.

А. Ананьев

— Я вот вновь возвращаюсь к этой удивительной книге, которая сейчас лежит перед вами — Книга пророка Осии. Комментарии«. Готовясь к нашему разговору, я прочитал несколько первых глав, не скажу, что понял всё, Книги пророка Осии, и в частности Книгу пророка Амоса. И я понял, что мне очень сильно мешает их читать: я понял, что я несогласен.

Игум. Арсений (Соколов)
— С их содержанием?

А. Ананьев

— Я даже объясню. А можно вообще цитировать книги пророков? Как неофит я имею право задать такой вопрос.

Игум. Арсений (Соколов)
— В контексте нашей передачи можно.

А. Ананьев

— Даже неловко: «Так говорит Господь: за три преступления Дамаска и за четыре не пощажу его, потому что они молотили Галаад железными молотилами. И пошлю огонь на дом Азаила, и пожрёт он чертоги Венадада». И я понимаю, что разве Господь мог так сказать?

Игум. Арсений (Соколов)
— Мог и сказал.

А. Ананьев

— Наш всемилостивый, мудрый Бог вот так говорит: «Так, вот вам сейчас будет наказание и вам будет наказание». И получается, что это такое суровое возмездие, чуть ли не, простите меня, месть — вот вам и вам, вот за то, что вы так плохо поступили.

Игум. Арсений (Соколов)
— А они плохо поступили. Здесь серия пророчеств об окружающих Израиль народах, которой открывается Книга пророка Амоса, является обличением этих народом, в данном случае Дамаска — это Сирия, в преступлениях общечеловеческого характера. Это то, что мы называем гуманитарными преступлениями сегодня: жестокость на войне, геноцид, захват и продажа пленных, истребление полностью городов — во всём этом были виноваты окружающие Израиль народы. Они не осуждаются за идолопоклонство, потому что они не в завете с Богом ещё. В идолопоклонстве будет осуждаться Иудея у Амоса. А Израильское Северное царство будет осуждаться в немилосердии по отношению к ближнему. Вот вы говорите, что такие суровые, жестокие слова...

А. Ананьев

— Это даже не просто слова, это как будто бы две разные модели поведения.

Игум. Арсений (Соколов)
— А Бог долготерпеливый и многомилостивый, медленный на гнев, но когда мера его терпения исполняется, когда чаша терпения Господня уже наполняется, то тогда вступает в действие Божественное правосудие, Божественное воздаяние. И не мной сказано, что милосердие, милость, не уравновешенная правосудием, неограниченная, она может вести ко вседозволенности. Ну а правосудие без милости ведёт к жестокости. И вот у Господа есть десница и есть шуица — есть правая рука и левая, если использовать антропоморфный образ, то это милость и правда, милосердие и правосудие. Милость и правда встретятся, облобызаются, как в псалмах, и одно, и другое, и всё в руке Божией, вся человеческая история в его божественной власти. Он — единственный суверен во Вселенной, Царь царей и Господь господствующих. Мы не знаем всего Промысла Божия, и от нас многие пути Господни сокрыты. Но мы знаем, что в конце концов всё ведёт ко благу. И какие бы ни были бедствия, какие бы ни происходили катастрофы в человечестве, всё закончится в конце концов днём Господним, Божественным судом, после которого наступит полное Божественное царство справедливости, милосердия и будет единое царство, как мы знаем и исповедуем в Символе веры, которому не будет конца. И мы верим, что Господь милостив, но милость не исключает правды, не исключает правосудия. Родители наказывают ребёнка не потому, что они не хотят его помиловать, а потому, что это полезно для него. Для Дамаска полезно было, потому что они так жестоко поступили: положили захваченных ими на войне людей под железные молотилки. Это, знаете, вот доска, днище которой, там камни, гвозди, которой молотят на гумне, обмолачивают зерновые, урожай. Вот они людей положили под эти молотилки, и за это их ждёт Божественное правосудие, Божественное возмездие, наказание.

А. Ананьев

— То есть это большое заблуждение — считать, что до пришествия Иисуса Христа была одна модель поведения: суровая, с огнём, который насылался на целые города и сжигал их дотла, как мы знаем, а вот после как-то всё довольно ровно, милосердно — это неправда?

Игум. Арсений (Соколов)
— Можно найти очень жёсткие и суровые слова в Новом Завете. А то, что Бог есть любовь — это ветхозаветная фраза. Книга Левит говорит нам об этом. И «возлюби ближнего, как самого себя» — это тоже Ветхий Завет, та же Книга Левит. «Господь долготерпеливый и многомилостивый» — это Ветхий Завет. А «Господь посылает горящие уголья нечестивцу в день суда» — это Новый Завет. Поэтому я вообще против искусственного разделения на Ветхий и Новый Завет. Есть единый Завет Бога с человеком, в наше время он называется Новым, в него вступили мы, народы, уже не только Израиль, а всё человечество. И очевидным становится единство Заветов, когда читаешь всю Библию, всё Священное Писание. Можно опять же вспомнить Августина, который сказал: «Что такое Ветхий Завет, как не прикровение Нового? И что такое Новый Завет, как не откровение Ветхого? Новый и Ветхий Завет — это единое Откровение Божие, и единство этих двух заветов — это очень важно.

А. Ананьев

— Итак, 2 сентября в Малом зале Центрального дома литераторов состоится презентация вот этой книги — «Книга пророка Осии. Комментарии». Игумен Арсений (Соколов) будет представлять эту книгу. Что будет на презентации, скажите, пожалуйста?

Игум. Арсений (Соколов)
— На презентации мы, издатели и я, представим эту книгу читателям, расскажем о ней, об этой книге, о том, как она появилась. Небольшая будет презентация со стороны автора и со стороны издателя, а потом, если у тех, кто придёт на презентацию, будут вопросы, будут на них ответы. А после этого каждый сможет приобрести эту книгу по издательской цене.

А. Ананьев

— С автографом автора.

Игум. Арсений (Соколов)
— Если угодно, да. И по недорогой цене, без торговых накруток.

А. Ананьев

— Скажите, пожалуйста, значит, с пророком Осией, получается, тему вы закрыли с этой книгой целиком и полностью.

Игум. Арсений (Соколов)
— Пророки бездонны, безграничны.

А. Ананьев

— Это правда. С Книгой Иисуса Навина тоже и с Книгой пророка Амоса. С остальными пророками — им будут посвящены такие же труды?

Игум. Арсений (Соколов)
— Жизнь коротка, а работы много. Я сейчас перевёл Книгу Михея.

А. Ананьев

— Перевели?

Игум. Арсений (Соколов)
— Перевёл, да, с древнееврейского. Перевод будет опубликован в журнале «Ипатьевский вестник» в Костроме. И постепенно собираю материал, чтобы начать комментировать Книгу пророка Михея. Она небольшая по объёму — семь глав. Это самый, пожалуй, ранний иудейский пророк, пророк Южного царства, современник великого пророка Исаии. И я думаю, хронологически он ближе всего ко времени Осии и, чтобы идти в хронологическом порядке, дальше следует Михей. Ну а там уже — сколько будет отпущено мне и будет ли такая возможность. Всё в руке Божией, жизнь коротка, а работы много.

А. Ананьев

— Спасибо вам большое. Итак, в 19 часов в Центральном доме литераторов, недалеко от станции метро «Баррикадная» в Москве, 2 сентября игумен Арсений (Соколов), а также те, кто помог ему издать эту книгу, ждут вас на презентации.

Игум. Арсений (Соколов)
— Милости просим.

А. Ананьев

— Да, обязательно приходите. Ну а я, Александр Ананьев, благодарю вас за мудрость и терпение. Вы выдержали весь сомнительный поток этих наивных вопросов.

Игум. Арсений (Соколов)
— Мне было очень приятно с вами пообщаться, Александр. Вопросы у вас очень толковые и отнюдь не неофитские.

А. Ананьев

— Спасибо. До следующих встреч здесь, на светлом радио.

Другие программы

Пересказки

Старикам ума не занимать

Скачать

Фото: Bjorn Pierre / Pexels

Давным-давно в одной японской провинции правил князь, который сам находился в расцвете сил и очень не любил немощных стариков и старух. Он считал, что княжеству нет от них никакого проку.

Всех людей, кому перевалило за семьдесят, всех до единого, князь высылал на отдалённый остров. Выжить там было очень трудно даже здоровому и сильному человеку, а уж старикам и подавно.

Жил в той провинции крестьянин по имени Акайо, и была у него старушка-мать. Вот исполнилось ей семьдесят лет. Опечалился Акайо, зная, что не перенесёт его мать далёкой ссылки. И решил он не дожидаться, когда явятся в дом княжеские чиновники и уведут её на верную погибель.

Выкопал он под полом большую яму и поселил в ней свою старушку, чтобы она никому не попадалась на глаза.

Тем временем в княжеский дворец прибыл посол из соседней провинции. Привёз он письмо с загадкой от своего правителя и привёл двух лошадей, похожих, как две капли воды. Князь должен определить на глаз, какая из этих двух кобылиц — мать, а которая — дочь. А если не сумеет этого сделать, сосед грозился пойти на страну войной.

Объявил князь по всей провинции награду всякому, кто разрешит эту загадку.

Спустился Акайо в погреб, и рассказал матери, какая их провинции грозит беда.

— Нет ничего проще, — сказала она с улыбкой. — Надо лишь положить перед лошадками охапку сена. Та, которая сразу набросится на еду — молодая кобылица. Другая будет ждать, когда первая насытится и лишь потом доест то, что осталось. Вот она-то и есть мать.

Обрадовался крестьянин, кинулся во дворец князя, и всё сделал так, как научила его матушка.

Одна лошадь сразу же с жадностью набросилась на траву, а другая терпеливо ждала, когда первая поест. Приказал князь сделать для лошадей таблички с надписями, кто из них мать, а кто дочь, и передал их послу.

Тот вынужден был признать правоту князя и понуро отправился обратно.

— Похоже, ты настоящий мудрец, — похвалил князь смекалистого крестьянина. — Проси у меня всё, что хочешь.

— Не надо мне, князь, ни вещей, ни денег, — сказал Акайя. — Я прошу у тебя только одного — пощадить мою матушку...

И он рассказал князю о том, что именно она с лёгкостью разрешила загадку, которую не могли разгадать его советники.

Князь был поражён рассказом крестьянина и воскликнул:

— Верно говорят, что старикам ума не занимать. Подумать только: одна умная старуха спасла нашу землю от неисчислимых бед! А ведь и другие, несмотря на телесную немощь, хранят в себе мудрость, которой могли бы поделиться...

Он обещал никогда впредь не ссылать стариков на остров и щедро наградил Акайю, простив его за то, что он скрыл свою матушку.

Долго ликовал народ по всей провинции, да и до сих пор радуются.

(по мотивам японской народной сказки)

Все выпуски программы Пересказки

Читать полностью

Другие программы

Духовные этюды

5 сентября. «Опята на пне»

Скачать

Фото: blackieshoot/Unsplash

Кто из любителей гулять по осеннему лесу не видел этой мирной картины: старый, заросший мхом, подгнивающий в корнях пень, по бокам которого гнездится целое семейство тонконогих опят с крапчатыми нежными шляпками, устремлёнными вверх, к источнику света и тепла? Обыкновенно грибники срезают дочиста всё — и маленькие, и большие опята отправляются в корзину, чтобы затем оказаться в банке с маринадом, ожидающей своего череда в зимнее время.

Опята — «весёлые ребята» говорят моему взору о единодушии и дружественности; кажется, именно о них сложено присловие: «в тесноте, да не в обиде» — живое назидание для нас, учеников Христовых и чад единой Матери Церкви, которая всегда учит во главу угла поставлять взаимные смирение и любовь.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 6 сентября (вечер 5 сентября) 2026г.

Неде́ля 14-я по Пятидеся́тнице.

Перенесе́ние моще́й свт. Моско́вского Петра́. Сщмч. Евти́ха.

Глас 5

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 5:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 5:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Честны́м Твои́м Кресто́м, Христе́,/ диа́вола посрами́л еси́,/ и Воскресе́нием Твои́м жа́ло грехо́вное притупи́л еси́,/ и спасл еси́ ны от врат сме́ртных:// сла́вим Тя, Единоро́дне.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Воскресе́ние дая́й ро́ду челове́ческому,/ я́ко овча́ на заколе́ние веде́ся,/ устраши́шася сего́ кня́зи а́дстии,/ и взя́шася врата́ плаче́вная./ Вни́де бо Царь сла́вы Христо́с,/ глаго́ля су́щим во у́зах, изыди́те:// и су́щим во тьме, откры́йтеся.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Ве́лие чу́до,/ неви́димых Соде́тель, за человеколю́бие пло́тию пострада́в,/ воскре́се Безсме́ртный./ Прииди́те оте́чествия язы́к, Тому́ поклони́мся:/ благоутро́бием бо Его́ от пре́лести изба́вльшеся,// в Трие́х Ипоста́сех Еди́наго Бо́га пе́ти навыко́хом.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Вече́рнее поклоне́ние/ прино́сим Тебе́, Невече́рнему Све́ту,/ на коне́ц веко́в, я́ко в зерца́ле пло́тию возсия́вшему ми́рови,/ и да́же до а́да низше́дшему,/ и та́мо су́щую тьму разруши́вшему,/ и свет Воскресе́ния язы́ком показа́вшему:// Светода́вче Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стихиры свт. Петра, глас 1, подобен: «О, ди́внаго чудесе́...»

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: О, ди́внаго чудесе́!/ Исто́чник чуде́с, под земле́ю сокрове́нный,/ днесь пресла́вно всем явля́ется,/ и самоде́ржца ку́пно со архиере́йскими свяще́нными рука́ми/ пресла́вно в це́рковь но́сится,/ и́же от нас ду́хом не разлуча́яся,/ и свои́м пренесе́нием всех освяща́ет./ Ему́же, ве́рнии, возопие́м:/ святи́телю Пе́тре, ра́дуйся/ и Христу́ моли́ся// дарова́ти моли́твами твои́ми ми́рови ве́лию ми́лость.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: О, ди́внаго чудесе́!/ И́же иногда́ земле́ю покрове́ный,/ днесь пресла́вно, я́ко на херуви́мском носи́ле,/ на плещу́ архиере́йску и самоде́ржца но́сится,/ всенаро́дное же мно́жество,/ свяще́нники и лю́дие, че́стно после́дствующе,/ ра́достная глаго́лют:/ архиере́ю Пе́тре, ра́дуйся/ и моли́ дарова́ти твои́м пренесе́нием// ми́рови ве́лию ми́лость.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Твое́ пресла́вное пренесе́ние/ сла́вят архиере́и/ ку́пно со свяще́нных собо́ры/ и всенаро́дным мно́жеством,/ в пресла́внем твое́м пренесе́нии крася́щеся,/ пра́зднственная ликова́ния тебе́ воспева́юще, глаго́лют:/ пресла́вне Пе́тре, ра́дуйся/ и моли́ дарова́ти моли́твами твои́ми ми́рови// ве́лию ми́лость.

Стихиры сщмч. Евтиха, глас 8, подобен: «О, пресла́внаго чудесе́...»

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Му́чениче Евти́хе, блаже́нне,/ учи́вся свяще́нно Сло́ва у честна́го ученика́,/ богослове́снаго пропове́дника,/ от него́ вся́каго уче́ния свяще́ннаго научи́лся еси́/ и свет яви́лся еси́,/ освеща́я благода́тию вся́кую мысль,/ богосло́вии твои́ми свяще́нными.// Те́мже святу́ю твою́ па́мять почита́ем.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Пре́лести низложи́л еси́ утвержде́ние/ по́двигом тве́рдым терпе́ния, пребога́те,/ и у́зами, и ра́нами,/ и сла́вною сме́ртию,/ те́мже безсме́ртие получи́л еси́,/ с ли́ки му́ченик/ и со а́нгельскими чи́ны водворя́яся,/ прича́стием лу́чшим боголе́пно,// до́бре обожа́емь и соверше́нне.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: В темни́це затворя́емь,/ хлеб прия́л еси́ жи́зни с Небесе́, сла́вне,/ вве́ржен же быв в пла́мень,/ неопале́н пребы́л еси́./ ра́ны подъя́т, лю́те стру́жемь,/ стремле́ния звере́й моли́твами укроти́л еси́./ Мече́м глава́ твоя́ отсе́чена бысть,/ кровьми́ к Небеси́ облегча́емь,// я́ко Боже́ственною колесни́цею.

Стихира свт. Петра, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Архиере́ов похвалу́, и свяще́нных всех украше́ние,/ и к Бо́гу моли́твенника непрестае́ма,/ и исто́чника чуде́с преизоби́льна,/ днесь любо́вию соше́дшеся,/ святи́теля Петра́ восхва́лим/ и, честны́я его́ мо́щи обстоя́ще,/ благода́рная тому́ прино́сим, глаго́люще:/ ра́дуйся, святи́телю Пе́тре,/ свети́льниче пресве́тлый,/ озаря́я изря́дно твое́ достоя́ние,/ оте́чество же и лю́ди,/ о ни́хже непреста́нно Христу́ моли́ся,/ ми́рно житие́ дарова́ти,/ да вси честно́е твое́ пренесе́ние любо́вию ублажа́ем и мо́лимся:// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.

Догматик, глас 5:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: В Чермне́м мо́ри,/ Неискусобра́чныя Неве́сты о́браз написа́ся иногда́./ Та́мо Моисе́й, раздели́тель воды́:/ зде же Гаврии́л, служи́тель чудесе́./ Тогда́ глубину́ ше́ствова немо́кренно Изра́иль;/ ны́не же Христа́ роди́ безсе́менно Де́ва./ Мо́ре по проше́ствии Изра́илеве пребы́сть непрохо́дно;/ Непоро́чная по Рождестве́ Эмману́илеве пребы́сть Нетле́нна./ Сый, и пре́жде Сый,/ явле́йся, я́ко Челове́к,// Бо́же поми́луй нас.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^[1] , затем:

Стихиры свт. Петра, глас 2, подобен: «До́ме Евфра́фов...»:

Стихира: От Вы́шняго про́мысла/ прему́дрости навы́к,/ лю́ди твоя́/ твои́м уче́нием просвети́л еси́,// о ни́хже не преста́й, святи́телю, моля́ся.

Стихира: Дом Ду́ха Пресвята́го/ от ю́ности, святи́телю, был еси́,/ те́мже и нас Тому́ жили́ще/ моли́твами твои́ми покажи́,// да вси честно́е твое́ пренесе́ние почита́ем.

Стихира: Всех архиере́ов Росси́йских/ похвалу́ тя све́мы, святи́телю,/ и свяще́нников благоле́пие,/ спаса́й всех, честно́е твое́ пренесе́ние// пе́сньми сла́вящих.

Стихира свт. Петра, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Еще́ от ю́наго во́зраста/ Бо́гу освяще́н быв, святи́телю,/ и прему́дрости рачи́тель был еси́,/ сего́ ра́ди и потща́лся еси́/ тле́нными ве́чнующая стяжа́ти,/ воздержа́ния брозда́ми себе́ обложи́в,/ плоть ду́ху повину́л еси́./ Те́мже и по честне́м твое́м преставле́нии/ с Небе́сными совокупля́ешися ликостоя́нии,/ и́хже и житию́ во пло́ти поревнова́л еси́./ Христу́, Ему́же от ю́ности послужи́л еси́,/ моли́ся спасти́ся всем,// честно́е пренесе́ние твое́ пе́сньми при́сно сла́вящим.

Богородичен воскресный, глас 6:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Творе́ц и Изба́витель мой, Пречи́стая,/ Христо́с Госпо́дь из Твои́х ложе́сн проше́д,/ в мя оболки́йся,/ пе́рвыя кля́твы Ада́ма свободи́./ Те́мже Ти, Всечи́стая,/ я́ко Бо́жии Ма́тери же и Де́ве, вои́стинну/ вопие́м немо́лчно:/ ра́дуйся а́нгельски, ра́дуйся, Влады́чице,/ предста́тельство и покро́ве,// и спасе́ние душ на́ших.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 5:

Стихира: Тебе́, Воплоще́ннаго Спа́са Христа́,/ и Небе́с неразлучи́вшася,/ во гла́сех пе́ний велича́ем,/ я́ко Крест и смерть прия́л еси́ за род наш,/ я́ко Человеколю́бец Госпо́дь,/ испрове́ргий а́дова врата́,/ тридне́вно воскре́сл еси́,// спаса́я ду́ши на́ша.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Прободе́ным Твои́м ре́бром, Жизнода́вче,/ то́ки оставле́ния всем источи́л еси́,/ жи́зни и спасе́ния:/ пло́тию же смерть восприя́л еси́,/ безсме́ртие нам да́руя./ Всели́в же ся во гроб нас свободи́л еси́,/ совоскреси́в с Собо́ю сла́вно, я́ко Бог./ Сего́ ра́ди вопие́м:// Человеколю́бче Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Стра́нно Твое́ распя́тие,/ и е́же во ад соше́ствие, Человеколю́бче, есть:/ плени́в бо его́, и дре́вния ю́зники совоскреси́в с Собо́ю сла́вно, я́ко Бог,/ рай отве́рз, восприя́ти сего́ сподо́бил еси́./ Те́мже и нам, сла́вящим Твое́ тридне́вное Воста́ние,/ да́руй очище́ние грехо́в:/ рая́ жи́тели сподобля́я,// я́ко Еди́н Благоутро́бен.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Нас ра́ди пло́тию страсть прии́мый,/ и тридне́вен из ме́ртвых воскресы́й,/ плотски́я на́ша стра́сти исцели́,/ и возста́ви от прегреше́ний лю́тых,// Человеколю́бче, и спаси́ нас.

Стихира свт. Петра, глас 2, самогласен:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Ви́ден бысть, такова́я могу́щим ви́дети,/ на угото́ваннем тебе́, о́тче, ме́сте/ пресла́вно го́лубь паря́щ:/ я́ве бо всем назна́менав показа́,/ я́ко и по честне́м преставле́нии твое́м/ Дух Пресвяты́й де́йствует всегда́ тобо́ю./ Его́же моли́ спребыва́ти лю́бящим тя/ и честно́е твое́ пренесе́ние духо́вне пра́зднующим,/ да вси тебе́ дерзнове́нно,// я́ко чадолюби́ва отца́, пе́сньми почита́ем.

Богородичен воскресный, глас 2:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ Ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую, всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние Ро́ждшееся./ Его́же, я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ во век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия