
Надежда Павлович принадлежала к кругу поэтов «серебряного века»: была знакома с Брюсовым, Блоком, Андреем Белым. Но её судьбу определила встреча с православным монахом, который стал её духовным отцом.
Сегодня мы говорим о святом Нектарии Оптинском и стихотворении Надежды Павлович «Старец иеросхимонах Нектарий».
В год революционного переворота 1917-го года Надежде Павлович было чуть больше двадцати лет, и она с воодушевлением встретила перемены. Но потом пришли отрезвление и разочарование.
В 1923 году Надежда пришла работать в музей, устроенный советской властью в скиту монастыря Оптина пустынь. В обители под видом сельскохозяйственной артели всё ещё жили монахи и принимал народ оптинский старец Нектарий. Старцами называли духовно опытных людей, которые могли врачевать души других. Надежда Павлович стала духовной дочерью отца Нектария.
Вот каким запомнила она своего духовного наставника. Оптинский старец Нектарий и при безбожной власти не снимал с себя епитрахили — длинной ленты с нашитыми на ней крестами, без которой священник не может совершать богослужение.
ПАВЛОВИЧ:
В высокой шапочке на сединах,
С гранатовыми чётками в руках
И в старенькой твоей епитрахили
Тебя я вижу через столько лет,
Как юности незаходимый свет...
Ты не забыл, лишь мы тебя забыли.
Святой Нектарий Оптинский, в миру — Николай Васильевич Тихонов — родился в 1853 году, в бедной крестьянской семье. Двадцатилетним юношей пришел он в Оптину пустынь, неся в котомке за спиной одно лишь Евангелие. В монастыре Николай стал послушником старца Амвросия Оптинского, а через три года был пострижен в монахи с именем Нектарий.
Он редко выходил из своей кельи, непрестанно молился и достиг такой духовной высоты, что в 1912 году был избран в старцы. Отныне его главным послушанием стало принимать, давать наставления и утешать приходящий в монастырь народ.
Старец Нектарий часто говорил иносказательно, притчами, или такие странные вещи, что многие считали его блаженным. Он обладал даром прозорливости. Задолго до революции предсказал, что Оптина пустынь будет закрыта, в скиту откроют музей, государя и всю его семью зверски убьют, а сам он умрёт на чужбине.
В 1923 году Оптина пустынь была закрыта, старца Нектария, который к тому времени был тяжело болен, арестовали и отвезли в тюремную больницу в Козельске. Старца обвинили в контрреволюционной деятельности и приговорили к расстрелу.
Надежда Павлович представилась внучкой отца Нектария, и, воспользовавшись своим знакомством с Крупской, женой Ленина, сумела добиться смягчения приговора. Старца сослали в село Холмищи Брянской области, где он жил в доме одного знакомого крестьянина.
Надежда часто ездила к своему духовному отцу и посвятила ему одно из своих лучших стихотворений.
ПАВЛОВИЧ:
В смиреньи величавом он идёт,
Благословляя плачущий народ.
Стань перед ним, как прежде, на колени.
Он — старый, слабый — бережно понёс
Всё наше бремя и грехов, и слёз
По этим стёртым оптинским ступеням.
Он нёс их в келью, дальше нёс в тюрьму,
И дальше нёс — в неславное изгнанье,
Где жил у мужика на послушаньи,
И умер у него — в чужом дому.
Отец Нектарий скончался в 1928 году, благословив свою духовную дочь всегда помнить Оптину пустынь и трудиться во благо обители.
Надежда Павлович исполнила свои обещания. Она сумела передать на хранение в Государственную библиотеку имени Ленина в Москве богатейшие материалы оптинской библиотеки. В 1974 году монастырь Оптина пустынь получил статус памятника культуры и тем самым спасён от окончательного разрушения — и в этом тоже есть заслуга Надежды, духовной дочери отца Нектария
Надежда Александровна Павлович прожила долгую жизнь, оставив уникальные воспоминания о старце Нектарии Оптинском, в том числе — и в стихотворных строках.
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
1 Кор., 149 зач., XI, 23-32

Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Сегодня в храмах читается отрывок из 11-й главы 1-го послания апостола Павла к Коринфянам. И свой комментарий мне хочется предварить словами из одного стихотворения греческого поэта Константина Кавафиса:
Должно случиться то, потом другое,
и незаметно время небольшое
пройдёт (полгода или год примерно) —
и мы сочтём, что всё закономерно.
Какие мы старанья ни приложим,
чтоб сделать мир на прежний не похожим,
мы лишь вконец развалим всё, что сможем,
и, убедившись в этом, руки сложим.
Давайте послушаем теперь текст апостола — который имеет прямую связь с этими стихами.
Глава 11.
23 Ибо я от Самого Господа принял то́, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб
24 и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание.
25 Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание.
26 Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет.
27 Посему, кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней.
28 Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей.
29 Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем.
30 Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает.
31 Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы.
32 Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром.
Всё, что сказал апостол Павел, было сказано совсем неспроста: он находится в самой гуще острейшего конфликта в коринфской общине. Апостол вставляет рассказ об установлении Вечери Господней в самый центр своего упрёка коринфянам, потому что их общая трапеза перестала быть знаком единства: богатые ели отдельно и обильно, а бедные оставались униженными. Для ранних христиан Таинство Евхаристии ещё было связано с общей трапезой, и потому такое социальное неравенство сразу становилось откровенной богословской ложью.
Перед нами — не просто «благочестивое литургическое наставление», а самый настоящий суд над общиной, которая превратила святыню в продолжение обычной социальной иерархии. Как же быстро коринфяне «сползли» в прежнее неравенство — от которого вроде бы как и должны были избавиться! Точно по Кавафису:
Какие мы старанья ни приложим,
чтоб сделать мир на прежний не похожим,
мы лишь вконец развалим всё, что сможем,
и, убедившись в этом, руки сложим.
Апостол Павел как бы говорит: если за столом распятого Мессии вы опять строите мир привилегий, значит, вы ещё вообще не поняли, что именно происходит с хлебом и вином, возносимыми во имя Христово.
Заметим, насколько остро и беспощадно апостол возвращает мысль коринфян к установлению этого Таинства: не мы придумали его, а Сам Господь! Не на пике торжества и славы — а в самый момент предательства! Светильник Евхаристии зажигается в момент предельного сгущения человеческой подлости и тьмы греха.
И именно в этот момент Бог в Лице Своего Единородного Сына заключает новый договор с человечеством: «завет в Его крови». Сын Божий отдаёт Свою непорочную жизнь на Кресте как «печать» этого договора — а вам сложно умерить жадность своих желудков на евхаристической трапезе и поделиться с неимущими? О чём тогда вообще вам говорить?..
Евхаристия — это окно, через которое вечность входит во время. И она совсем не обязательно будет «приятной»: она будет настоящей, обличающей, срывающей любые «защиты» и «тряпочки» оправданий, которыми мы зачастую прикрываем собственное непотребство и греховность. Тому, кто не побоялся обнажить свою уязвимость, неправедность, удобопреклонность ко греху — обнажить навстречу Божественному Свету — это и называет апостол «самоосуждением» — с того «срывать» уже нечего: он уже открыт, распахнут навстречу Богу. А вот для того, кто всячески держится за «мнимую правильность» — придётся несладко.
Дай Бог каждому из нас, приступая к Таинству Евхаристии, иметь мужество честно осуждать самих себя, чтобы не быть подвергнутым Божественному осуждению!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Страстная среда». Священник Николай Конюхов

о. Николай Конюхов
Гостем программы «Светлый вечер» был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.
Разговор шел о смыслах и евангельских событиях Великой среды, в частности о предательстве Иуды.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных дням Страстной седмицы.
О Великом понедельнике мы говорили со священником Владиславом Береговым (эфир 06.04.2026)
О Великом вторнике мы говорили со священником Павлом Лизгуновым (эфир 07.04.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Память смертная». Протоиерей Андрей Рахновский
У нас в гостях был настоятель храма Ризоположения в Леонове протоиерей Андрей Рахновский.
Разговор шел о том, почему святые отцы часто призывают помнить о часе смертном, как это помогает в духовной жизни, что ждет человека после смерти и как в христианском учении говорится о вечной жизни.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Светлый вечер











