Поделиться
Нина Юркова
Мне врезалось в память одно из паломничеств в Оптину Пустынь. Мы с подругой приехали в обитель в конце августа. Вокруг была невероятная красота: монастырский сад пестрил буйством красок и ароматов, яблони у дома паломника клонили к земле ветви, тяжёлые от плодов. Во всём чувствовалось изобилие: и в щедрости урожая, и в тягучем колокольном звоне, и в полноводной неспешности реки Жиздры, несущей воды мимо стен монастыря. В такие мгновения особенно хочется жить жадно, приобщаться этой полноте бытия, торжествовать вместе с ней.
После ранней Литургии мы неспешно прогуливались по территории монастыря, наслаждаясь красотой вокруг. Внезапно моё внимание привлекли несколько надгробий явно старинных, прислоненных к стене церкви. «Наверное, это — найденные части захоронений братского кладбища, утраченного после революции» — подумалось мне, пока мы подходили поближе, чтобы лучше их рассмотреть. Взору предстали лаконичные кресты из чёрного мрамора. На одном из них, сзади, там, где часто можно встретить цитаты из Священного Писания, была полустёршаяся надпись на церковнославянском: «Твой есмь аз. Спаси мя!». «Я — Твой. Спаси Меня!»
Я стояла, поражённая простотой и силой этих слов. Они так глубоко упали внутрь, что показалось, будто меня вырвали из того изобильного, полного красок и ликования, утра, и поставили лицом к лицу с Создателем. Что я принесла на эту встречу? Что скопила? Что могла сказать Моему Творцу кроме: «Вот я, Господи! Чем оправдаюсь перед Тобой? Нечего мне к Твоим ногам положить кроме того, что я — Твоя. Спаси меня хотя бы поэтому!»
Автор: Нина Юркова
Все выпуски программы Частное мнение
19 октября. «Вифлеемские пастухи»
ПоделитьсяС радостным удивлением взирала Пресвятая Богородица на пришедших к пещере пастухов, которые поведали Ей об услышанном ими ангельском гимне: «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение». Все подобные свидетельства неба о Её Сыне Пречистая Дева запоминала и слагала в сокровищницу Своего сердца. И нам, грешным, важно быть весьма внимательными к вехам Божиего Промысла, принося ежедневное благодарение Создателю за Его Отеческую к нам любовь.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Волшебная горошина
Поделиться
Фото: Sphinxx69 / Pexels
Одному мальчику отец на день рождения подарил лук со стрелами, и тот повадится стрелять в птиц. И в саду стрелы пускает, и на лугу, и в лесу.
Вот шёл он как-то по лесу и увидел на ветке ворона с раненым крылом. Думает, вот лёгкая добыча! Натянул мальчик свой лук, навёл стрелу на птицу. Вдруг говорит ему ворон человеческим голосом:
— Не стреляй в меня, добрый человек, не лишай жизни!
Услышав от птицы человеческую речь, мальчик смутился, но потом превозмог свою робость и опять лук поднял.
— Не стреляй в меня, добрый человек, и я тебя отблагодарю! — снова сказал ему ворон.
Слова птицы озадачили было мальчика, но он рассердился на себя и в третий раз нацелился. А ворон снова попросил его жалобным голосом:
— Не стреляй, миленький, возьми лучше меня живым домой. И покорми год, пока моё раненое крыло заживёт.
Снял мальчик птицу с дерева и отнёс её домой, рассказав родителям о случившемся.
— Что ж, корми, выхаживай, если хочешь, птица много не съест, — сказали родители.
Стал мальчик своего ворона выхаживать. Кормил его, поил, лечил, а через год птица сказала:
— Ну, теперь садись на меня верхом, моя сестра вознаградит тебя за заботу.
Сел мальчик на ворона и полетели они над морем. Высоко-высоко взлетела птица и спрашивает:
— Велико ли море тебе кажется?
— Не больше решета, — отвечает мальчик.
Сбросил ворон его со спины, но над самой водой подлетел снизу и крылья свои расправил, так что мальчик снова верхом оказался.
— Вот так и я испугался, когда ты первый раз на меня лук поднял, — сказала птица маленькому седоку.
Снова взмыл ворон под небеса и спрашивает:
— Велико ли тебе море кажется?
— Не больше колечка, — говорит мальчик.
Опять ворон его с себя скинул, но в море упасть не дал, подхватил над самой водой и на спину себе посадил. Выше прежнего снова взлетел ворон и снова спросил:
— Велико ли теперь тебе море кажется?
— Не больше игольного ушка, — отвечает мальчик, а сам потихоньку уже дрожит от страха.
В тот же миг скинул его ворон со спины, но над волнами поймал на свои широкие крылья и сказал:
— Больше я тебя не брошу, ведь и ты напоследок надо мной смилостивился.
Полетели они дальше. Долго летели, и, наконец, оказались возле дерева с золотыми листьями.
— Здесь живёт моя сестра, — говорит ворон. — Станет она тебя благодарить за то, что кормил меня целый год, и будет предлагать награду. Попроси у неё простую горошину и посади у себя в саду.
Мальчик так и сделал. А горошина-то была волшебная! Выросло из неё целое поле гороха, так что на всю деревню хватило.
А мальчик с тех пор никогда в птиц не стрелял — помнил уроки мудрого ворона.
(по мотивам финской народной сказки)
Все выпуски программы Пересказки
Голубая птица
Поделиться
Фото: Huseyin Avni Atagun / Pexels
Пошёл как-то маленький Эзиз на базар, а там чего только нет! Крутит малыш в разные стороны головой, смотрит на диковинные товары: что бы ему купить на медную монетку — сладкую лепёшку или кусочек халвы? Вдруг, высоко над толпой, увидал он настоящее чудо. На длинном шесте из слоновой кости сидела прекрасная голубая птица с золотым клювом. Птица покачивалась на своём высоком насесте и то складывала, то расправляла свои лазурные крылья.
Протиснулся Эзиз сквозь толпу, чтобы ближе рассмотреть чудесную птичку, и увидел сидящих возле шеста трёх грустных мужчин. У одного весь халат измазан красками, у другого борода покрыта древесной пылью, а третий, в переднике из воловьей кожи, был чёрен как сажа.
— Кто это? — спросил Эзиз.
И вот что он узнал от людей.
Это были резчик по дереву, художник и кузнец, которым хан приказал изготовить птицу, приносящую счастье. Искусный мастер вырезал птицу из куска дерева, но хан остался недоволен, так как она была бесцветной. Рисовальщик за одну ночь покрыл изделие золотом и лазурью, но хан обозвал птицу куском дерева, испачканным красками — ведь она не умела вертеть головой и махать крыльями.
Всю ночь трудился кузнец, не смыкая глаз, и к утру голубая птица взмахнула крыльями, кивнула точёной головкой и защёлкала золочёным клювом. Теперь она была как живая!
— Бездельники! — в ярости закричал хан, когда резчик по дереву, художник и кузнец принесли ему своё творение. — Какая же это птица счастья, если она молчит и не может ни говорить, ни петь? Если завтра она у вас не заговорит, я велю вас казнить!
И вот теперь несчастные мастера сидели на базарной площади в ожидании казни и с ужасом смотрели, как через площадь к ним приближался хан и его стражники с обнажёнными мечами.
Эзиз понял, что нельзя терять ни минуты, и пока толпа приветствовала хана, стал быстро карабкаться на шест. Минута — и малыш уже сидел уже под крылом чудесной птицы.
— Птица молчит, и за это вас ждёт наказание! — объявил хан.
Но в этот момент голубая птица вдруг раскрыла свой золочёный клюв и отчётливо произнесла.
— Не смей, хан, поднимать руку на этих искусных мастеров. Они достойны не казни, а щедрой награды, вели каждому дать по мешку золота. Они выполнили твой приказ.
— Как! Так ты умеешь говорить? — удивился хан. — Может быть, и петь тоже?
— Конечно, умею, — сказала голубая птица. — Но только птица-счастья не может петь, если видит жестокость, несправедливость и чьи-то слёзы.
— Несите птицу во дворец! — приказал хан. — Сейчас она увидит, каким я бывают щедрым и великодушным.
Стражники опустили шест, чтобы снять голубую птицу, и никто не заметил, как из-под её крыла выскочил мальчик и исчез в толпе.
Это был маленький Эзиз, который своей смекалкой и добротой спас три жизни, и, говорят, надолго смягчил нрав жестокого хана.
(по мотивам туркменской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
