Поделиться
Клавдия Лукашевич, писательница и педагог, в конце 19-го — начале 20 века была одним из самых известных детских авторов. Впрочем, и взрослые зачитывались её произведениями — Лукашевич писала простым языком и обращалась к вечным темам: доброте, человечности, любви к ближнему, вере, милосердии. Именно об этом — её небольшая биографическая повесть «Даша Севастопольская. Первая сестра милосердия».
Жизнь и подвиг Дарьи Михайловой, известной как Даша Севастопольская, подвижницы, героини обороны Севастополя в Крымской войне 1853-1856 годов, неспроста интересовали писательницу. Клавдия Лукашевич сама во время Первой мировой войны устроила приют для детей воинов, ушедших на фронт. В одном из госпиталей на свои средства содержала палату для раненых. Тема милосердия в годы войны глубоко волновала её, была ей близка. Кроме того, Лукашевич как педагог стремилась своими произведениями воспитывать в читателях сострадание к ближним, любовь к Отечеству. Жизнь Даши Севастопольской была образцом того и другого.
В центре сюжета — история юной сироты, которая с началом Крымской войны 1853 года переодевается матросом и отправляется на фронт, чтобы помогать раненым бойцам при обороне Севастополя. По-другому попасть на фронт она попросту не смогла бы. Сестёр милосердия тогда ещё не было. Даша стала первой. Биографические факты Клавдия Лукашевич мастерством талантливого писателя превращает в увлекательное повествование. На страницах повести Даша словно оживает, и мы оказываемся рядом с героиней. Слушаем её разговор со старым матросом в самом начале повести. Даша спрашивает его, правдивы ли слухи, что скоро будет война? Девушка знает, сколько горя она приносит — отец Даши погиб в бою. И когда матрос отвечает, что такое вполне возможно, вдруг, сама поразившись своим словам, говорит ему: если враг снова придёт, она отправится на фронт. Будет ухаживать за ранеными. И вот уже мы вместе с Дашей, переодетой в матросскую форму, трясёмся в фронтовом обозе, следующем в Севастополь. И слышим, как переговариваются солдаты, глядя на неё: «Должно быть, юнга... Поди, за батькой идёт. — Ах, братцы, ныне такое время, что и ребята все за Родину пошли...»., — читаем мы в книге. А потом — госпиталь, долгие дни и бессонные ночи у постелей раненых солдат. «Сестра, сестрёнка!», — зовут они Дашу. И Даша приходит, облегчает их страдания. Трогателен эпизод, в котором благодарные солдаты преподносят в дар девушке икону, купленную вскладчину специально для неё.
Кстати, замечателен уже сам факт того, что сегодня мы имеем возможность прочесть эту повесть Клавдии Лукашевич. В советское время, с 1920-х годов, произведения писательницы надолго перестали издавать. Более того — начали изымать из библиотек уже опубликованные. Ведь героями Лукашевич движет вера в Бога и Его заповедь о любви к ближнему. «Даша Севастопольская. Первая сестра милосердия» — яркий тому пример.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы Литературный навигатор
Ирина Глазунова. «Сказки ангела. Десять заповедей»
Поделиться
Однажды в большом городе маленький мальчик повстречался со своим Ангелом-хранителем. Ангел рассказал мальчику о Боге, о том, как Господь создал этот мир. И как жить в нём по Божьим законам. Так начинается книга Ирины Глазуновой «Сказки ангела. Десять заповедей». Заповеди Божьи, которые сам Господь дал через пророка Моисея, стали общечеловеческой основой нравственности и морали. На них опираются многие светские законы. Десять заповедей — духовный фундамент нашей жизни. Чем серьёзнее относимся мы к следованию заповедям, тем прочнее фундамент. Книга «Сказки ангела. Десять заповедей», прекрасно иллюстрированная рисунками художницы Надежды Сурковой, поможет понять эту простую аксиому даже маленьким читателям. И наверняка заинтересует их родителей. Десять историй с увлекательными сюжетами доступно расскажут о каждой из заповедей Божьих и раскроют их суть.
К примеру, одна из глав книги, «Сказка о старом бродяге», которая иллюстрирует заповедь «Не укради», повествует о нищем. Голодный, он сидел под старым мостом и размышлял о своей жизни. Когда-то у него у него был дом и родные. Как же очутился он в одиночестве под этим старым мостом? И вспомнил бродяга, как ещё маленьким мальчиком, украл он яблоки в соседском саду. Яблоки оказались незрелыми и кислыми. Потом заболела мать. Однажды он украл на рынке кошелёк, чтобы купить сладости и порадовать её. Вскоре женщина умерла. А Человек продолжал брать чужое, и вслед за этим из его собственной жизни уходило что-то очень важное и дорогое. Так в конце концов он потерял всё, и оказался под мостом, голодный и замёрзший. Размышления бродяги прервала старая женщина. Она протягивала ему кусок хлеба. Он схватил хлеб, и хотел тут же съесть его без остатка. Но, подумав, отломил немного, и покрошил птицам. Они накинулись на хлебные крошки. А к бродяге вдруг подошёл человек в морской форме. Он оказался капитаном корабля, и позвал мужчину матросом к себе на судно. Тут-то и понял бродяга, что воровство на самом деле отнимает у того, кто крадёт. А отданное другим из милосердия — прибавляет хорошее в нашей жизни. И стал благодарить Бога
Вместе с героями книги Ирины Глазуновой «Сказки ангела. Десять заповедей» маленькие читатели усвоят основополагающие истины. И взрослым наверняка найдётся над чем поразмышлять.
Все выпуски программы Литературный навигатор
«Великая брань старца Нектария. Воспоминания Надежды Павлович о преподобном старце Нектарии Оптинском»
Поделиться
Надежда Павлович, поэтесса Серебряного века, была духовной дочерью одного из современных ей отцов Церкви — последнего оптинского старца, преподобного Нектария. Она оставила о нём уникальные, ценнейшие воспоминания. Мы найдём их под обложкой книги «Великая брань старца Нектария. Воспоминания Надежды Павлович о преподобном старце Нектарии Оптинском».
Впервые Надежда Павлович увидела старца... во сне. Это произошло в момент духовного и жизненного кризиса. А в 1922 году Надежда Александровна уже наяву встретилась со старцем в монастыре Оптина Пустынь под Калугой. Исповедовалась у него. И больше не захотела расставаться. «Нет ни Москвы, ни моего писательства, есть только эта увешанная образами сияющая келья — и этот дивный отец: дорогой мой отец», — такие искренние слова Надежды Павлович читаем мы в сборнике её воспоминаний «Великая брань старца Нектария».
Словно «брань» в переводе с церковнославянского значит «борьба», «битва». На долю старца Нектария Оптинского выпали тяжёлые испытания. В 1923 году большевики закрыли монастырь Оптину Пустынь. Преподобного Нектария арестовали — за контрреволюционную пропаганду, а по сути — за веру и проповедь Христа. Надежда Павлович пишет, как в Страстной Четверг, когда ударили к вечерней службе 12-ти Евангелий, старца повезли в Козельск, в милицию. Надежда Александровна сумела добиться освобождения старца. Но жить в Калужской губернии ему запретили. Надежда Александровна нашла для батюшки Нектария домик за её пределами. И переехала вслед за старцем.
По её собственным словам, она служила ему как дочь, как сиделка. Её удивительные свидетельства об этих последних годах земной жизни старца прочтём мы в книге. Как молился он — «с руками, простёртыми к иконам, как у ребёнка, зовущего мать». Как перед самой своей кончиной позвал он Надежду Александровну и благословил её. «Батюшка позвал меня к себе. Он полусидел на постели с очень светлым помолодевшим лицом, с блестящими и страдальческими глазами... Меня пронзило ощущение его святости, и вместе — моей неразрывной связи с ним, и боли за его человеческую боль», — пишет Надежда Павлович в своих воспоминаниях. А ещё в книге «Великая брань старца Нектария» мы прочтём стихи Надежды Павлович об Оптиной Пустыни и о старце. Вот строки одного из стихотворений: «В смиреньи величавом он идёт, \ Благословляя плачущий народ. \ Стань перед ним, как прежде, на колени. \ Он — старый, слабый — бережно понёс \ Всё наше бремя и грехов, и слёз».
Все выпуски программы Литературный навигатор
22 сентября. «Осенние дожди»
Поделиться
Фото: Rebecca McKenzie/Unsplash
Когда придут осенние дожди, — нет им ни конца, ни края; небо обложено тучами, солнышко скрылось, моросящий дождь не переставая стучит по крышам, на земле собираются лужи... одним словом — осень! Многие признаются, что их внутреннее устроение, тонус, весьма зависит от погодных условий, и осенняя непогода вызывает у иных меланхолию, провоцирует хандру и унылое состояние духа. Прямо скажем: подобные наблюдения не должны быть характерны для ученика Христова — «в мире нет плохой погоды, всякая погода — благодать» — и нам должно всегда хранить внутренний, молитвенный союз с Господом, а плоды этого союза — бодрость, благодарение и сердечный покой.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
