
Апостол Павел
Гал., 200 зач., I, 11-19.
Глава 1.
11 Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое,
12 ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа.
13 Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию, и опустошал ее,
14 и преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий.
15 Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею, благоволил
16 открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его язычникам,- я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью,
17 и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию, и опять возвратился в Дамаск.
18 Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать.
19 Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня.

Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Иногда кратко, иногда пространно, но апостол Павел очень часто на страницах своих посланий возвращается к истории своего призвания к апостольскому служению. Кроме свидетельства самого Павла, у нас есть одно стороннее свидетельство — апостола и евангелиста Луки, оно содержится в 9-й главе книги Деяний святых апостолов. Из этих рассказов можно сделать абсолютно достоверный вывод: для призвания Павла к апостольству не было никаких видимых предпосылок — ни внешних, ни внутренних. Ничто не предвещало и не указывало на то, что истовый фарисей Савл станет не только христианином, но и величайшим апостолом Павлом. Для него самого избрание тоже стало абсолютной неожиданностью: Христос явился ему тогда, когда будущий апостол совершенно этого не ожидал, да и не мог он ожидать чего-то подобного. У Савла были свои планы на жизнь, Христос в них участвовал, но не как Воплощённый Бог, а как зловредный шарлатан, с которым всеми силами необходимо бороться. Всё изменилось очень быстро и бесповоротно.
История обращения Павла не может не вызывать вопросов. Помимо ряда сугубо текстологических и исторических недоумений, возникает вопрос: почему? Почему именно Павел? Почему не кто-то другой? Что можно было бы предпринять, чтобы уподобиться Павлу, конечно, не в смысле его апостольства, а в смысле благодати, данной ему от Бога?
Обидно, но ответов на эти вопросы не существует. Сам Павел в этом отрывке пишет, что он был избран Богом еще до своего рождения. То есть, всё то, что ему было дано, все его дела, сила его слова, неустанное рвение к исполнению воли Христа — это не принадлежность и не заслуга апостола, это — сила Христова.
Здесь нам можно было бы расслабиться и сказать самим себе: «Если дело обстоит таким образом, то зачем напрягаться, зачем понуждать себя к исполнению Христовых заповедей, какой смысл жить христианской жизнью, если пример апостола Павла показывает, что избранниками Божиими становятся не те, кто этого хочет, а те, кого Сам Бог захотел сделать таковыми?» На это недоумение задолго до наступления эпохи Нового Завета прекрасный и исчерпывающий ответ дал пророк Иезекииль, который процитировал то, что сказал ему Бог: «Живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был. Обратитесь от злых путей ваших» (Иез. 33:11). То есть получается, что Бог абсолютно всех и каждого предопределил к тому же, что в свое время получил апостол Павел. У кого-то процесс призвания бывает почти мгновенным, так, как это случилось с апостолом, но у большинства совсем иной путь — Бог открывает Себя постепенно, на это уходят годы, но чаще всего встреча, которая у Павла заняла несколько минут, растягивается на десятилетия. И, пожалуй, для того, чтобы встреча состоялась, необходимо лишь одно условие — искренний поиск Бога, ведь Павел был искренним не только с того момента, в который ему явился Христос, он был предельно искренен и в своей прошлой жизни — жизни юного пламенного фарисея Савла.
15 июня. «Девятый вал»

Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве

О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июня. О мечтах

О вреде пустых мечтаний — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
Мечтательность, несомненно, относится к признакам нашей падшей природы. «Мечтательность, способность к воображению, — называет святитель Феофан, — самой чернорабочей стороной нашей души». Мечтательность может привести человека к необыкновенным заблуждениям, из которых очень трудно возвращаться, если эту свою чернорабочую способность воспринимает он за некоторую духовную реальность.
Представляя что-либо желанное, он воспринимает это за действительное в отношении самого себя и своего состояния, в отношении невидимого духовного мира, в отношении невидимых сторон жизни и близких людей: «а я-то знаю, а я-то подозреваю, что на самом деле кроется за теми или другими словами или действиями близких моих».
Так вот, эта самая мечтательность, эта склонность к воображению, оказывается, заполняет душу человека необыкновенным мусором, хотя с виду и благообразным. Поскольку это не реальность, которая открывается особым образом проницательному и чуткому, а это как раз порождение собственного падшего разума, собственной вот этой способности строить воздушные замки и какие-либо конструкции и концепции внутри своей души.
Потому святые отцы призывают и при наших молитвенных трудах, и при общении с ближними, и при уповании на какие-то будущие свершения всяко беречься мечтательности, вот этой способности к воображению, которая в результате определённым образом формирует и наши чувства, ибо то, что ты себе намечтал, тем ты потом либо восхищаешься, либо боишься, либо, наоборот, вдохновляешься этими совершенно неосновательными плодами твоего собственного воображения.
Все выпуски программы Актуальная тема:











