Москва - 100,9 FM

"Понимание непротивления злу в православии". Светлый вечер с архимандритом Алексием (Вылажаниным) (08.06.2017)

* Поделиться
Алексий Вылажанин

Алексий Вылажанин

У нас в гостях был настоятель храма в честь святых Апостолов Петра и Павла в Лефортове архимандрит Алексий (Вылажанин).

Мы говорили о том, как в православии понимается непротивление злу, и какой смысл содержится в словах Христа о подставлении второй щеки.


В. Емельянов

– Здравствуйте, это программа «Светлый вечер», в студии Владимир Емельянов...

А. Пичугин

– Алексей Пичугин. Здравствуйте.

В. Емельянов

– Завтра день памяти праведного Иоанна Русского, одного из самых почитаемых, пожалуй, в православном мире святых. И вот так вот совпало, что в этот же день читается рядовое Евангелие, в котором говорится (стих 38 и 39): «Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую». И для нас это повод сегодня поговорить об одном, пожалуй, из самых трудных вопросов о непротивлении злу. Поможет нам разобраться в этой непростой ситуации, а она действительно непростая, архимандрит Алексий Вылажанин, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортове, благочинный Петропавловского округа Московской городской епархии.

А. Пичугин

– Здравствуйте.

Архимандрит Алексий

– Здравствуйте, дорогие радиослушатели, рад вас всех приветствовать в этот вечер.

В. Емельянов

– Итак, говорим сегодня вот о непротивлении злу. И давайте начнем с того, что ответим на вопрос: а что все-таки имел в виду Спаситель, когда давал такую трудную заповедь? Она для всех или, может быть, она только для тех христиан, которые ну уже достигли совершенства?

Архимандрит Алексий

– Ну вообще любая заповедь, она не дается как бы конкретно отдельному человеку, то что касается Церкви, особенно Спаситель, Он давал заповедь, устанавливающую для Церкви, то есть это как бы пример для каждого из нас, как надо жить, независимо от того, достигли мы этого состояния или не достигли. То есть если мы хотим быть христианами, если мы стремимся к этому духовному совершенству, то мы должны стараться соблюдать эту заповедь. Другое дело, что не всегда это у нас получается.

В. Емельянов

– А вот по одному из распространенных толкований вот этих слов Христа, следует понимать, что вот если тебя обличают за твои добрые дела, то есть несправедливо, да, то надо вспомнить о своих неправдах, о грехах, которые остались без наказания и, образно говоря, подставить, да, вот их под удар. То есть я хочу спросить, это значит, что надо эту заповедь понимать только так, аллегорически или буквально тоже?

Архимандрит Алексий

– Ну наверное, и буквально тоже. Знаете, если на вас нападает человек, который вас ударяет, вы проявляете сопротивление, и что за этим идет дальше? Дальше идет взаимная вражда, взаимная какая-то борьба. Если вы не проявили сопротивления, то вот может быть, видя ваше смирение искреннее, это не ложное – не страх перед человеком, это действительно если чувство искреннего смирения, исходящего из глубины вашего христианского сердца, то ведь Господь будет видеть такое ваше смирение, Он, наверное, все-таки умягчит сердце этого человека, который на вас нападет. И, наверное, вот это ваше искреннее смирение будет для него...

А. Пичугин

– А если на близкого человека нападают?

Архимандрит Алексий

– Но вы знаете, но ведь защита близкого человека, вообще защита Отечества, защита, наверное, семьи, она имеет место. Здесь имеется в плане оскорбления, в плане такого духовного нападения.

В. Емельянов

– А физическое, как быть с физическим нападением? Потому что ну хорошо, ты смирился, ты в буквальном смысле слова подставил щеку. А знаете, люди иногда бывают в измененном состоянии, скажем, под алкогольными парами и...

А. Пичугин

– А что хуже, и не всегда и под алкогольными.

В. Емельянов

– Да, и не всегда они и не всегда, скажем так, Господь отводит их руку, да, они просто начинают звереть, они впадают в раж. Ну и что, и ты, как котлета просто беспомощная, валяешься на земле, тебя пинают ногами, ну вот... Хотя казалось бы, дав отпор, ты можешь просто этого избежать. А так они вообще тебя могут покалечить просто или убить.

Архимандрит Алексий

– Ой, ну, наверное, действительно, безусловно, ты можешь и дать отпор, можешь и убежать. Вот обычно и когда люди это могут... Здесь в основном касается вопросов веры. То, что касается твоего именно стояния за веру. А в таких ситуациях как житейских, не связанных с чувством веры, а защитой жизни близких, да, защитой окружающих, ну наверное, конечно, да, если нападает террорист на кого-то, нет большего подвига, чем положить жизнь свою за други своя. Это тоже ведь Евангелие.

А. Пичугин

– А можно я выскажу свое мнение? Ведь око за око и зуб за зуб это вот совершенно явная отсылка, ну как мы говорим, к ветхозаветному, а историки бы сказали, назвали ряд государств, где законодательно было положено вот око за око, зуб за зуб. Это прописано в некоторых правилах древних государств. И вот это довольно дикая для нас сейчас установка: если ты выбил человеку глаз, то отдай свой, если ты отрубил ему руку, то отрубят руку тебе. И вот эта система, которая была, наверное, вполне приемлема для древних государств, но уже в начале новозаветной истории, в начале там первых веков нашей эры утратила свою актуальность. И, наверное, быть может, Спаситель здесь говорит именно об этом, о том, что пора прекращать вот эту практику, когда за какую-то поврежденную часть тела надо отдать и свою часть тела.

В. Емельянов

– Но, Алеша, в то же самое время это являлось довольно мощным сдерживающим фактором. Потому что если ты увечье наносишь человеку, тебе нанесут такое же. И, значит, ты десять раз подумаешь...

А. Пичугин

– Ну а у нас теперь законодательство есть...

Архимандрит Алексий

– Вы знаете, никогда это не являлось сдерживающим фактором, всегда были воры. Если сегодня в некоторых странах Востока за воровство отрубают руку, это не значит, что этого воровства там нету, оно все равно есть. Грех все равно присутствует везде, и страхом грех искоренить невозможно. Так же, как невозможно, вот мы с вами начали говорить о Иоанне Русском, отказаться его от своей веры посредством страха. Поэтому если человек в чем-то убежден и за что-то он хочет стоять, он за это будет стоять. Ели вообще спроецировать некоторые правила Ветхого Завета нашу современную жизнь, они для нас вообще покажется очень дикими. Поэтому, конечно, не надо этого делать. Есть Ветхий Завет, который исполнен. И око за око это Ветхий Завет, а Господь же дает Новый: ударили по левой – щеке подставьте правую. Но это опять если касается вашего внутреннего духовного развития. Гнали же многих преподобных и по-разному над ними издевались, в том числе и братия завистливая в тех же монастырях, где они были. Но они никак не противлялись этому, они принимали это со смирением.

В. Емельянов

– И я думаю, что и сегодня такое же происходит.

Архимандрит Алексий

– Ну наверное, и сегодня такое же происходит, да. Конечно.

В. Емельянов

– Если грех, он все время в нашей жизни, то и сегодня такое происходит тоже.

Архимандрит Алексий

– Конечно. Если ты начинаешь жить праведной жизнью, то нам так кажется, как казалось бы так трезвомыслящим людям, нормальным, не фанатикам, как вот провести эту грань. Мы тут же начинаем этого человека, в нем видеть или юродство, или сумасшествие какое-то. Нет, а это вот искренняя вера, которая в нем есть, которая живет, которая совершенно нормальна для христианского понимания.

В. Емельянов

– Вот такая фраза прозвучала, что касается защиты Отечества и так далее. Вот смотрите, в первые века многие христиане отказывались же от воинской службы, вообще считая, да, что христианин не может убивать никого. И, но тем не менее, многие христиане...

А. Пичугин

– Христиане идут на войну.

В. Емельянов

– Идут на войну и многие прославлены, и Церковь благословляла на боевые действия. Вот с чем такая двойственность связана? С одной стороны, вроде да, как бы не убий, а с другой стороны, пожалуйста, сколько угодно примеров.

Архимандрит Алексий

– Ну ведь опять война войне рознь. С какой стороны этой войны ты находишься. Возьмите историю нашего Отечества. Те войны, которые были, мы же ни на кого, как правило, не нападали, мы только защищали. Защищали свою идентичность, защищали свою веру прежде всего. Потому что ведь все войны, которые были, они, как правило, были направлены на то, чтобы уничтожить историческую память и отвлечь человека от православия в России. Я имею в виду у нас, то что касается нас, начиная с самых древних времен, когда на нас шли и с Запада. Единственное, что с Востока никогда не посягали на нашу христианскую сущность, там деньги нужны были, больше ничего. А вот с Запада да, и поэтому мы оборонялись, мы защищались, стояли с твердостью в вере. Поэтому если бы мы нападали, силой пытались кому-то навязать свою идею с точи зрения христианина.

В. Емельянов

– Ну вот сейчас, подождите, а дайте вспомним, предположим, наши боевые действия в Афганистане. Мы там не свою веру отстаивали.

А. Пичугин

– И сложно назвать это интересами. И вообще весь XX век...

В. Емельянов

– И сложно назвать это интересами.

А. Пичугин

– И вообще весь XX век...

В. Емельянов

– Да и XXI, кстати.

А. Пичугин

– Мы участвовали – до XXI можем еще дойти, – а Советский Союз поучаствовал в огромном количестве конфликтов на планете. Хотя вроде бы время было мирное.

Архимандрит Алексий

– Время мирное было. К сожалению, не было христианской идеологии, не присутствовала в жизни людей она. Ни люди, которые там принимали участие, ни руководители, которые направляли людей таких, ну они мало задумывались о Христе и мало задумывались вообще.

А. Пичугин

– Я про христианскую идеологию вспоминаю такую историю. В 41-м году, когда началась война, понятно, что огромное количество людей, все как один встали и пошли на защиту своей родины. Но сложно, опять же, осудить. Вот дайте разберем этот пример. В глубинке на тот момент существовало достаточно много называвших себя истинно православными христианами людей, которые, у них не было священства, это были группы религиозные, возникавшие в начале XX века, в середине XIX века. Это вот не те истинно православные церкви, христиане, которые там потом развивались как оппозиция митрополиту Сергию, а это вот именно крестьяне, которые очень по-своему усваивали учение. Но их всех и Писание, и вообще само христианство, но их всех отличала такая очень четкая последовательность в плане своей собственной христианской жизни. Очень многие из них попали в лагеря, и там они сохраняли стойкость и верность, и там свидетельства многих очевидцев, были самыми-самыми такими крепкими. Они никогда не работали в праздники, их за это убивали. Так вот в 41-м году очень многие из них отказались пойти и отказались взять в руки оружие. Потому что они считали, что христианин не может этого сделать. Да, большинство из них так и отправилось не на фронт, а в лагерь, и они посчитали для себя эти большим благом. Ну сначала в лагерь а потом и, соответственно, к Богу. Как это вот вы можете прокомментировать?

Архимандрит Алексий

– Ну во-первых, я скажу так, что с точки зрения, я к сожалению, не знаком с историческими данными и фактами по поводу там страдания – не страдания, стояния за веру, насколько это было там у людей, которые находились в каких-то расколах, сектах. Мне это сложно сказать, как-то я особо никогда этим вопросом не интересовался. Поэтому я знаком с жизнеописанием наших новомучеников, которые действительно, когда людей брали за веру и через это очень многие прошли семьи наши, то есть это было более массово. Что было там, мне сложно сказать. Ну во-первых, это никогда не были такие массовые скопления жителей. То есть ведь, знаете, когда дом разделился между собой, дом не может существовать. Вот все течения христианские, которые в свое время отпали от Церкви, они, по большому счету, продолжают и дальше свое деление и как бы не имеют такого большого развития. Может быть, за исключением так вот, скажем, католической церкви, которая, разделившись с православием, все-таки сохранила такие лидирующие позиции в христианском мире, имея в своем лоне достаточно большое количество чад. А если брать, допустим, нашу Русскую Церковь, вот раскол, который произошел, ну да, поначалу там казалось, что это было достаточно большое количество людей отпавших. Потом, они, когда умерли те священники, которые с ними ушли, некоторые от них опять разделились, остались беспоповцами. То есть там тоже куча всякого деления, но все они достаточно малочисленные, живут отдельными замкнутыми общинами. Некоторые из них вернулись к нам как единоверцы. Поэтому здесь сложно сказать, что двигало каждым человеком в их учении, насколько. Но еще раз говорю, что в христианстве нет большего подвига, чем положить жизнь свою за други своя – это тоже Священное Евангелие. И когда на твою страну, на твоих близких нападают, то, наверное, защита их это является тоже подвигом.

А. Пичугин

– Мы напомним, что в студии светлого радио архимандрит Алексий Вылажанин, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортове, благочинный Петропавловского округа Московской городской епархии.

В. Емельянов

– Ну вот сейчас, условно говоря, мирное время, и в нашей жизни отношение к воинской службе достаточно противоречиво. Оно и было в советское время противоречиво. Хотя там, в общем, все однозначно было, конечно, да, ты обязан был это сделать, но люди всеми возможными и невозможными способами избегали службы в армии. Мне сложно, честно говоря, на эту тему так вот особо рассуждать, потому что я не служивший. Ну просто так исторически сложилось в моей жизни, потому что я уехал учиться, это была на тот момент уже отделившаяся республика от Советского Союза. А когда я вернулся, я поступил и снова начал учиться, и как-то потом про меня забыли, а потом уже было 27 лет. Ну и я, конечно, тоже, вы знаете, честно могу сказать...

Архимандрит Алексий

– Не очень стремился.

В. Емельянов

– Во-первых, я не очень стремился, во-вторых, даже в тот момент, когда там, скажем, тот был этап, когда я выпустился, мне было 24 года, 23, и у меня было до окончания призывного возврата, по-моему, 27 лет тогда, в запасе 4 года, да. И я не очень стремился о себе напоминать, я правду скажу. Но, тем не менее, в общем, я не служил. Но в некотором смысле вот можно встретить семьи и верующих родителей, которые, собственно говоря, своих детей в армию отдавать не очень-то хотят.

Архимандрит Алексий

– Но опять это показатель нашей веры. Показатель нашей веры, показатель нашего отношения к тому обществу, которое есть. То есть вот мы всегда хотим чужими руками, чтобы что-то у нас было. Чтобы безопасность тоже кто-то нам обеспечивал, не мы, не наши дети, пусть вот дети соседей. Это было и в православной России, когда вместо своих детей посылали там других детей на военную службу за деньги. Поэтому, ну что делать. Опять ведь это вопрос, если рассматривать с точки зрения христианства, то надо рассматривать в личном плане, это не то, что вот чем сегодня живет, к сожалению, общество, сегодня общество не христианское. И проводить правильные параллели, чем мы занимались в Афганистане, чем мы занимаемся сегодня в Сирии. Ну во-первых, в Сирии мы сегодня пытается предотвратить терроризм, сохранить единство страны, которая является нашим союзником. Ну пусть даже на сегодняшний день она наш союзник, она как бы у нас на протяжении многих десятилетий складывались добрые отношения. Мне довелось бывать в Сирии еще при отце теперешнего президента, и я хочу сказать это, в принципе, был цветущая страна. То что сейчас сделали с ней, то что мы видим, это ужасно.

В. Емельянов

– Да.

А. Пичугин

– Но это я свидетельствую, я был тоже.

Архимандрит Алексий

– Сегодня мы видим, что если там мы не будем противостоять этому злу, то это зло рано или поздно вернется к нам. Потому что посмотрите, это в том числе и наши сограждане вот принимают там участие.

А. Пичугин

– Давайте поговорим еще о христианском обществе. Вот вы сказали, что общество не христианское. А мне интересно, вот ваш взгляд как православного священника, христианское общество, оно чем измеряется? Количеством куполов, храмов, крестов? Потому что сейчас действительно везде храмов, крестов, куполов очень много. И часто можно услышать, кстати говоря, что христианское общество это как раз вот это – это купола, это молитвы, ну молитвы само собой, наверное, но дальше идет перечисление каких-то внешних факторов. А может быть, христианское общество, ну наверное, оно не может обойтись без храма, но может быть, и есть еще какие-то прикладные составляющие, которые могут определить в более ценном виде?

Архимандрит Алексий

– Ну во-первых, это совокупность ряда причин. Поэтому ну опять, храм. Конечно, храм должен быть, потому что храм это дом молитвы, дом Божий, где совершаются таинства. Таинство Евхаристии и все остальные таинства. Во-вторых, количество определяется... и христианское общество называется не потому, что вот сколько храмов у нас на территории страны находится, так же как атеистическое общество не является как бы показателем того, сколько храмов разрушено и закрыто было. Состояние души человека, вот конкретного человека, живущего в этой стране. Ну я буду говорить с точки зрения православного человека, потому что православное общество, допустим, в нашей стране это что? Это когда большинство людей исповедуют православие, но не просто покрестились когда-то в детстве, а потом на многие годы до момента своего погребения забывают о том, что они являются христианами. А это те люди, которые живут христианской жизнью, выполняя заповеди Божии, ища своего духовного совершенствования, возрастания в вере, через ту же молитву. Понимаете, это совокупность, невозможно стать христианином, не будучи участником таинств, находясь вне молитвенного делания, не живя Священным Писанием, которое оставил нам Господь. И если таких людей в нашей стране будет большинство, тогда мы сможем называться христианским обществом.

А. Пичугин

– Вот я, может быть, не совсем правильно сформулировал вопрос. Просто понятно, что мы не можем воцерковить всю страну и не надо этого пытаться сделать. А просто...

Архимандрит Алексий

– Пытаться надо. «Идите, научите», – Господь сказал. Другое дело, что возможно ли это или невозможно.

А. Пичугин

– А какое же тогда будет христианское общество, что должно случиться с нами... Вот я, например, чаще всего использую термин не христианское, а гражданское общество. А в гражданском обществе, я думаю, что...

В. Емельянов

– Ну у нас и гражданского-то общества нет.

А. Пичугин

– Нету, нету. А вот надо стремиться к нему.

В. Емельянов

– А вообще, слушайте, а подождите, у нас вообще какое общество-то? И есть ли оно?

А. Пичугин

– А кстати.

В. Емельянов

– И есть ли оно или у нас просто население? Как вы считаете, отец Алексий?

Архимандрит Алексий

– Ох, сложно мне сейчас сказать по поводу общества.

В. Емельянов

– Давайте просто вместо порассуждаем.

Архимандрит Алексий

– Что с нашим обществом происходит.

В. Емельянов

– Да, вот что, действительно, что происходит?

Архимандрит Алексий

– Вот единение – не знаю, есть ли оно или нет. Потому что, к сожалению, единение мы чаще слышим по телевизору, а когда соприкасаешься на земле с людьми, то этого единения, как правило, нету. Да и по телевизору не всегда оно бывает. Да право ли священника судить о том... Больное общество, к сожалению, сегодня. Вот оно показатель. Оно не христианское, оно не атеистическое, оно не правовое, оно больное. Больное, которое требует лечения. Это тот ребенок, который сегодня болен. И вот Церковь как Мать она, наверное, переживает...

В. Емельянов

– Болезнь излечимая?

Архимандрит Алексий

– Да вообще нет неизлечимых болезней. Нет.

А. Пичугин

– Ну да? А как же болезни, ведущие к смерти физической?

Архимандрит Алексий

– Все возможно Богу. И Господь может излечить. Опять, если мы люди верующие, мы понимаем, что человеку не возможно, Богу возможно. Сколько таких примеров в истории нашей было, когда врачи ставили крест на людях, люди должны были умереть, а они после этого еще жили много лет и прославляли Бога. А уже если обращаться к Священному Писанию, то мы видим, что Господь и мертвых воскрешал.

В. Емельянов

– Я предлагаю продолжить не эту тему, а нашу тему, с которой мы начали, основную, непротивление злу, уже буквально через минуту. Мы напомним нашим слушателям, что наш сегодняшний собеседник архимандрит Алексий Вылажанин, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортово. В студии Владимир Емельянов...

А. Пичугин

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Возвращаемся в студию светлого радио. Сегодня здесь, я напомню, Алексей Пичугин...

В. Емельянов

– И Владимир Емельянов.

А. Пичугин

– А вместе с нами архимандрит Алексий Вылажанин, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортове, благочинный Петропавловского округа Московской городской епархии. Мы говорим о непротивлении злу или противлении, пытаемся разобраться, а вот как христианин должен действовать в той или иной ситуации, когда существует опасность его жизни, опасность для близких или просто странная агрессия. Христианин должен на нее отвечать, или действительно спокойно отойти в сторону, или подставить другую щеку. С одной стороны, наверное, мы слишком часто приводим в пример экстремальные ситуации: войны, драки, убийства, еще что-то. А существуют совершенно бытовые вещи, когда любой человек, христианин или нехристианин, оказывается в экстремальной ситуации, где тоже можно поступить или так, или по-другому. Даже простейшие конфликты с близкими людьми, с коллегами по работе, это ведь все тоже, наверное, можно отнести к тем евангельским словам, которые мы вначале программы здесь приводили: «Я говорю вам: не противьтесь злому, но кто ударит тебя в правую щеку, обрати к нему и другую». Если мы говорим о бытовых вещах...

Архимандрит Алексий

– Вы знаете, вот мы сегодня начали говорить об Иоанне Русском, как бы давайте попробуем на его примере.

А. Пичугин

– Может быть, стоит напомнить, кем был этот человек.

Архимандрит Алексий

– Человек, который родился в Малороссии, теперешняя территория Украины...

А. Пичугин

– В Запорожской Сечи.

Архимандрит Алексий

– Который были призван в армию. Который воевал на русской турецкой войне в начале XVIII века, был пленен татарами. И потом уже в Стамбуле был продан турецкому военачальнику одному в рабство. Который привез его вместе с другими пленными, судя по всему, которые находились тогда. В силу нашего поражения в этой войне в Турции, то над христианами очень сильно измывались, и кого-то пытками, кого-то прельщением хорошей стабильной жизни принуждали отказаться от своей веры. Святой праведный Иоанн Русский твердо стоял в вере. Несмотря на нападение на него со стороны его хозяина, на те мучения, которые он претерпевал, на те пытки, через которые он проходил, он сказал одно, что вот я никогда не отрекусь от своей веры, что бы ты ни делал. Но готов тебе служить, если вот ты не будешь требовать от меня моей веры. Видя вот такое вот смирение и такое непротивление его, хозяин как-то смягчил свое сердце по отношению. И посмотрите, ведь те окружающие и рабы, которые были рядом, и население местное, они же издевались над ним, называли его неверующим, потому что он не принимал ислам. Кто-то издевался над тем, как он терпит эти страдания безропотно. Но видя такое его смирение искреннее, христианскую любовь, потому что это касалось лично его и его веры в Бога, он твердо стоял в своей вере и готов был противостоять. И кроме вот этого личного подвига ничто другое, наверное, в этой ситуации и не могло бы быть какой-то другой роли. И вот то, что касалось его личной жизни, как человека, вот это было уже для него не столь важно. Поэтому, видя его такое смирение, его направили на скотный двор ухаживать за лошадями в конюшню, где он и жил. И видя его усердие, как вот он относится и к окружающим, несмотря на такое агрессивное отношение со стороны, любовь, исходившая от него к окружающим людям и не только людям, но даже к тем животным, которые радовались, когда он приходил, и скучали, когда его не было, как житие нам повествует об этом. Оно снискало ему почитание, и не только у простых людей, не только у христиан, но и почитание и у своего хозяина, и впоследствии мы знаем, что вот после его смерти особенно, к его заступничеству приходили не только православные, но и те же мусульмане прибегали за его незлобие, за его такую помощь, желание и стремление помочь всем, приходили искать у него помощи. Это вот личный пример человека, как он может изменить вокруг себя. Мы же, понимаете, в нашей жизни пытаемся что, пытаемся всегда изменить мир. Всегда плохой мир, который находится вокруг нас – плохие власти, плохие люди, плохие начальники. Но ни в коей мере в этой ситуации мы не пытаемся измениться сами, а во многом ведь виноваты сами.

В. Емельянов

– Потому что, наверное, изменить мир проще, чем измениться самому.

Архимандрит Алексий

– Но тогда не меняется мир к лучшему, когда мы его пытаемся изменить таким образом.

А. Пичугин

– Хорошо. А если, опять же интересно, если человек видит какие-то несправедливости, происходящие в мире, в своей собственной стране? Он разве должен не обращать на это внимание и заниматься исключительно изменением своей собственной личности?

Архимандрит Алексий

– Ну опять. Вот вы видите несправедливость, кто-то...

А. Пичугин

– Ну если никто не будет этим заниматься, то эта несправедливость она и будет так продолжаться.

Архимандрит Алексий

– Вы знаете, есть вещи, на которые мы можем повлиять. Есть вещи, на которые, к сожалению, мы повлиять не очень можем.

А. Пичугин

– Но есть те, на которые можем.

Архимандрит Алексий

– Влиять на окружающий мир – ну для этого, наверное, надо быть самому достаточно... Ну опять, если мы исходим с точки зрения христианина, православного христианина, да, вот я с этой точки зрения говорю. То безусловно, я для того, чтобы научать кого-то чему-то, должен сам ну хоть чему-то этому соответствовать. И говорить о том, как правильно должно быть, я, наверное, прежде всего, должен в своей христианской жизни устроить так, чтобы это было правильно в моей жизни. Чтобы кто-то потом не пришел, не сказал: ну что ты нас учишь? Вот ты сам-то ведь посмотри, как ты живешь. Не всегда это получается, это сложно, это тяжело. Но когда тебе удается чего-то достичь, то опять, во-первых, ты совершенно по-другому смотришь на окружающий мир, во-вторых, как опыт церковный показывает, к таким людям, достигшим какого-то определенного духовного уровня, уже по-другому начинают прислушиваться к окружающие люди. И пользы в этом гораздо больше бывает, чем нежели ты, не имеющий за собой духовной базы, не имеющий духовного роста, а стремящийся к совершению какой-то политической карьеры, временного авторитета или еще чего-то пытаешься добиться, это это все очень быстро протекает. Люди быстро...

А. Пичугин

– Да не быстро.

Архимандрит Алексий

– Ну протекает, протекает. Люди видят, люди разочаровываются рано или поздно. Потому как нет ничего вечного под луною...

В. Емельянов

– Это да, конечно. Но просто вот пока все это не быстро происходит, проходит жизнь.

Архимандрит Алексий

– Так вот она поэтому и проходит, что мы не живем, понимаете, мы пытаемся приспособиться к окружающему миру. Надо уметь жить в том мире, уметь жить и благодарить Бога за то, что в нашей жизни есть. Человек очень завистливая субстанция такая, понимаете. Человек, вот он, к сожалению, никогда не довольствуется, не умеет благодарить Бога за то, что имеет, а всегда... Я не говорю, что плохо стремиться к чему-то лучшему. Стремиться, может быть, хорошо. Но чаще всего все стремление заключается в зависти, которая есть. Вот у того лучше работа, у того лучше условия жизни, у того это лучше. Ну хотя бы раз в своей жизни обернитесь, посмотрите назад, ведь там вот есть люди, которым гораздо сложнее, гораздо хуже, чем нам. Ну даже чего там, вот мы, живущие в Москве, ну отъехать хотя бы за Бетонное кольцо немножко, уже это будет ясно. А там люди живут...

А. Пичугин

– Не за Бетонное, а за Московскую Кольцевую.

Архимандрит Алексий

– Ну можно, но там все-таки это более явно и более... За Московской Кольцевой, здесь видим все-таки видимость какую-то благополучия, учитывая, что вот эта Москва выезжает и строится. Внутреннее состояние человека. Ведь ну вот смотрите, тот же преподобный Серафим, ну а чего, я считаю, что он на общество влиял больше, и повлиял больше, и оставил больше, чем многие политические деятели того времени.

В. Емельянов

– Но мы это можем говорить только теперь.

Архимандрит Алексий

– Ну а это реально-то тогда было, понимаете. Ну оно же было.

В. Емельянов

– Вот вы прямо считаете, что вот именно вот в тот момент, когда протекала его земная жизнь, вот он реально влиял на общество, на людей?

Архимандрит Алексий

– Конечно, к нему приходили.

В. Емельянов

– Прямо на всех?

Архимандрит Алексий

– Опять не на всех. Ну невозможно, Царствия Божия на земле быть не может. Как вы этого не поймете, это всегда было. IV век христианства – Иоанн Златоустый хватается за голову и пишет, что люди в церковь ходить не хотят, а мы считаем это золото век христианства. Это всегда было. Царствия Божия на земле нету. Коммунисты пытались построить Царствие Божие на земле, в результате ну что, развалили все царство, которое было, своими же трудами. Царствие Божие, оно нудится, во-первых, трудом достигается, духовным трудом. И не здесь, на земле, а там на небе. То есть наша земная жизнь это путь к этому Царствию Божию, который мы должны пройти. А мы всегда сводимся к тому, что нам надо сегодня и сейчас. Но, братцы, давайте разберемся вначале внутри себя, все ли хорошо внутри нас. Насколько мы совершенны, насколько вот мы хотя бы к этому стремимся. Рассуждать можно о чем угодно, красивыми словами, красивыми лозунгами. Но еще раз говорю, это можно говорить о том, как надо, но ты покажи, как это делать. Как в семье, когда воспитываем ребенка и говорим: вот это можно делать, вот это нельзя делать. И ребенок, он впитывает только тогда, когда он видит, что вот родители живут так, как они говорят. Почему говорят, что вот в семье было заложено? Потому что в семье это было нормой жизни. Если в семье все читали, то ребенок, как правило, читает. Если в семье есть что-то доброе и строятся отношения на любви, то в общем-то, это то семечко, которое в сердце ребенка западает, и оно, это не значит, что все будет в его жизни гладко, но рано или поздно это семечко, оно даст свои плоды. Вот в какой-то момент оно, может, где-то и убережет уже выросшее дитя от какого-то неправильного поступка. Потому что он будет помнить, как это было и как это должно быть. А у нас сейчас получается, нет, мы хотим все вокруг. Нет, с малого начните – с себя, со своей семьи. А мы порой в семье не можем найти покой. Как, знаете, у меня в практике было, один военный начал ходить в храм, а это очень начало бесить его жену. Бес так ее распалял, говорит: лучше бы ты пил и с мужиками гулял, говорит, чем вот ты в церковь ходишь. Чего же хорошего? Он рядом с ней, он ее любит, он не дебоширит, он ходит в храм. Ну вот... А где-то это перебороть надо. Вот она переборола, они счастливо живут теперь.

В. Емельянов

– Но вот вы говорите про вашу священническую практику, но вот и наверняка, я уверен просто в этом, что к вам как к священнику приходят люди не просто с семейными проблемами, а, скажем, конкретно со случаями семейного насилия, такое тоже есть. Вот как вот тут вот подставить другую щеку?

Архимандрит Алексий

– Общего рецепта здесь вам никто не даст. Здесь в каждом конкретном случае нужно подходить из той ситуации, которая складываются. Всегда разные причины, всегда есть какие-то методы преодоления той или иной ситуации. Иногда, может быть, действительно надо просто уйти. Где-то иногда не надо бояться и... Ну опять, а что видят дети в такой семье? Когда пьяный папа приходит, регулярно избивает маму, когда дети живут впроголодь...

А. Пичугин

– И их тоже.

Архимандрит Алексий

– И их тоже в том числе, да, вот на чем они воспитываются, на какой любви? Ни на какой любви. В результате какого гражданина получает наше...

А. Пичугин

– Никакого.

Архимандрит Алексий

– Никакого.

А. Пичугин

– Ну и так у нас, мы поколениями получаем таких граждан.

Архимандрит Алексий

– Но здесь надо было маме, наверное, вовремя спохватиться, понимаете.

А. Пичугин

– А как ей спохватиться?

Архимандрит Алексий

– Ну как, не надо было ждать, пока у нее 10 детей народится.

А. Пичугин

– У нее не 10, у нее двое, например.

Архимандрит Алексий

– Никого Господь не оставляет, никогда не оставляет.

А. Пичугин

– Сняла она побои, сдала его в полицию, посадили его на несколько лет, там на год, на два. А ей-то куда идти потом? Она сидит с детьми.

Архимандрит Алексий

– Ну опять, а сколько одиноких матерей, который сидят с детыми и успевают и работать, и воспитывать детей? Это от человека зависит.

В. Емельянов

– Да, но у них нет при этом пьющего мужа, избивающего...

Архимандрит Алексий

– Ну они сумели отказаться от этого.

В. Емельянов

– А, может, они просто и замуж не выходили.

Архимандрит Алексий

– А, может, и замуж не выходили, понимаете. Это же ни о чем не говорит. Может и женщина, и мужчина может один детей поднимать. Не имея рядом супруги, допустим. Все это бывает. Но если человек хочет это терпеть из каких-то соображений... Вы знаете, я просто через это прошел в своей личной жизни, ну я имею в виду в семье, поэтому вот. Ну у меня папа очень сильно выпивал, мама с ним прожила всю свою жизнь. Может быть, из-за этого рано немножко ушла. Могла уйти, не ушла. Ну вот пять были причины такие, как вы говорите, что, а вот а куда идти, порой было, а как жить? Хотя было и куда уйти, и как жить. Наверное, Господь бы не оставил. Ну вот она выбрала такой пусть. Здесь каждый выбирает свой путь сам.

А. Пичугин

– Мы напомним, что в студии светлого радио архимандрит Алексий Вылажанин, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортове, благочинный Петропавловского округа Московской городской епархии.

В. Емельянов

– И все-таки вот вернемся в наше время, и вот такое действительно очень непростое. Очень сложно жить вот так вот бесхребетно, на самом деле. Я не имею в виду, что вот не вот эта бесстержневость христианская, я сейчас не об этом говорю. А вот именно очень сложно не поддаться соблазну на хамство ответить хамством, например, потому что иначе на место человека, тебе кажется, что не поставить просто иначе. Ты с ним начинаешь по-людски разговаривать, нормально, он не понимает, он распаляется. Вот пока ты на него не рявкнешь...

Архимандрит Алексий

– Ну может быть, просто отойти от этого человека и не разговаривать с ним в данный момент. Можно просто прекратить общение с таким человеком. Зачем же самому уподобляться такому человеку? Ведь опять, христианство это не бесхребетность, это наоборот, это еще надо научиться так жить, понимаете. Ну вот пытаться не реагировать на то хамство, которое есть, стараться не общаться с такими людьми, которые нам неприятны. Ну воспитывать себя. Это не значит, что нами, опять, если касается лично меня, если мне хамят. Безусловно, если где-то в транспорте там кто-то обижает пожилого человека или там беззащитного человека...

В. Емельянов

– Сплошь и рядом.

Архимандрит Алексий

– Или хамят, вступаемся ли мы там?

В. Емельянов

– Надо вступаться?

Архимандрит Алексий

– Нет, мы вступаемся ли мы за это?

В. Емельянов

– А надо вступаться?

Архимандрит Алексий

– Наверное, надо.

В. Емельянов

– Все-таки.

Архимандрит Алексий

– Наверное, надо. Наверное, общество должно быть не черствым.

В. Емельянов

– Нет, не общество, люди.

Архимандрит Алексий

– Ну люди, я имею в виду, люди, да.

В. Емельянов

– Где же здесь тогда непротивление злу?

Архимандрит Алексий

– Это не касается лично вас.

В. Емельянов

– То есть заступаешься за другого.

Архимандрит Алексий

– Вот когда пришли, когда вам хамят, понимаете. Это другое дело. Ну надо научиться жить так, чтобы не воспринимать, иметь любовь в своем сердце, тогда не будет обиды.

А. Пичугин

– Так мы все-таки живем в таком мире, когда вот такое непротивление и такое молчание, если человек, конечно, не священник, а вот просто живет своей жизнью, оно может быть расценено окружающими как проявление слабости.

В. Емельянов

– Или трусости.

А. Пичугин

– И дальше его будут пинать, пока не запинают.

Архимандрит Алексий

– Нет, Алексей, вы знаете, христианская жизнь, она не зависит от общества, не зависит от времени, она или есть, или ее нету. И с точки зрения православного христианина опять же если говорить, не с точки зрения того общества, в котором мы живем, вот оно всегда будет другим, оно всегда будет противоречить твоим убеждениям. Но если я все-таки считаю себя православным христианином и хочу жить, как православный христианин, я должен придерживаться тем нормам жизни, которые установил мне Господь, другого пути просто нету. Невозможно трансформировать окружающий мир. Можно жить в этом мире, можно трудиться в этом мире, ну честно делать самому свое дело, которое ты делаешь. Вот ты избрал свой путь, постарайся по этому пути честно, искренне идти. Вот у тебя есть твоя семья, совершенствуй свою семью. А у нас часто бывает, мы пытаемся мир менять, а поменять отношения со своими близкими не можем. Обижаемся на каждое слово, потерпеть чего-то незначительного не можем. А иногда бывает наоборот, если мы где-то промолчали, где-то претерпели... Да вот тот же бытовой скандал, который начинается. Ведь чаще всего из-за чего бывает – один сказал, другой захватился. А, может быть, если бы один промолчал просто... У меня тоже есть перед глазами дома такой пример, когда там один другому сказал, много лет люди живут вместе, один другому там, допустим, супруга что-то попыталась мужу сделать замечание. А он вместо того, чтобы промолчать, будучи мудрей нет, он попытался ей ответить. А та вместо того, чтобы ну ответил, и уйти – нет. Вот в результате один психует, другая плачет, сидит, и ничего хорошего из этого. А на голом месте, на пустом начался скандал, вот беда. А претерпели бы, ничего этого бы не было. И вот это, вы знаете, великое в малом. Если вот в малом мы научимся себя так вести, то наверное, и в великом будет совсем по-другому все происходить вокруг нас.

А. Пичугин

– Отец Алексий, вы знаете людей, которые ведут действительно христианский образ жизни?

Архимандрит Алексий

– Да, конечно.

А. Пичугин

– Наших современников?

Архимандрит Алексий

– Конечно. Оно всегда было, всегда есть. Это никогда не бывает, христианская жизнь не ведется напоказ. Это, понимаете, не богема, которая выставляет свою жизнь напоказ, нет. Христианское делание, оно делается не показное. Ведь как Господь говорит, когда ты постишься, ты не показывай, что ты постишься, окружающим. Постись для себя, а для остальных ты будь вот красиво одетым, хорошо выглядящим, аккуратно умытым, причесанным, и тогда этот пост будет для тебя. А если ты всем свой пост показываешь напоказ и ждешь, что вот сейчас тебя за это начнут восхвалять и радоваться, за то, что вот такой человек есть рядом с нами, пользы духовной тебе лично не будет. Это вот во всем так происходит.

А. Пичугин

– Я часто замечаю, к нам приходят в эфир много довольно представителей разных фондов. Понятно, что их очень много сейчас, не все одинаково полезны. Но мы все-таки отбираем тех людей, которые действительно занимаются, ну исполняют, в общем, одну из главных заповедей помощи ближнему. И я смотрю на них и понимаю, что совершенно разные люди, с совершенно разными взглядами, отношением к жизни, но вот я понимаю, что то, что делают они, после этого, наверное, можно закрывать, наверное, все разговоры о том, что есть сейчас христиане, нет сейчас христиан. Но они могут быть, в общем, и не христианами вовсе.

В. Емельянов

– И не христианами.

А. Пичугин

– Да. Но когда я вижу то, чем они занимаются и то, как они спасают других людей, не жалея ни себя, ни времени, даже иногда и окружающих, вот тут я, наверное, начинаю задумываться над тем, насколько правильно я сам живу, насколько правильно вообще у нас общество устроено.

Архимандрит Алексий

– Ну потому что люди делают дело, они об этом не трубят. У нас часто ведь, понимаете, трубят фонды, которые не делают ничего. Ведь знаете, продукт какой рекламы требует, который не берет никто. А продукт, который покупают и который качественный, он рекламы не требует, его люди и так покупают. Так и здесь получатся. Ведь ну можно же кого-то, как говорят теперешним языком, раскрутить, показать. Но ведь не по словам, по делам судят. Еще раз говорю, что на какое-то время человека можно обмануть, кого-то, может быть, можно даже увлечь за собой в яму, какую-то незначительную часть. Но люди думающие, они все равно рано или поздно откроют глаза и увидят, где она искренность, где она правда, где нет, по жизни человека. Если человек декларирует определенную норму жизни, еще что-то, сам живет совершенно по-другому и причем даже не сокрушается об этом, о том, что вот он даже не стремится изменить свою жизнь. Но других учит, что жить надо-то по-другому, то рано или поздно...

В. Емельянов

– То как называется этот человек, фарисей?

Архимандрит Алексий

– Лицемер, фарисей. Рано или поздно люди увидят, что это не так. И кто за ним останется? Никто. А есть человек, который никому ничего... Вышел батюшка старенький где-нибудь, а может быть, и не старенький, а молодой на проповедь, сказал ее искренне, от своего сердца. А люди-то, которые рядышком находятся, они видят, что вот он не просто сказал, а живет так, как говорит, вот это идет от его души. Если он, допустим, обличает кого-то в грехах каких-то и в неправильности жизни, это не значит, что он себя исключает из этого числа. В своей практике я чаще всего, получается, если и говорю что-то, то я говорю, прежде всего, для себя, в отношении себя.

В. Емельянов

– Вот на проповеди, да?

Архимандрит Алексий

– Что, наверное, и мне тоже, да, надо исправиться от того, и во мне тоже, наверное, этого не хватает. Потому что все мы люди, все мы должны от чего-то исправляться. Но должно быть желание, должно быть стремление. Как в 20-е годы в Москве был архиерей, проповедник очень хороший, не помню имени, вылетело из головы, говорят, вся Москва бегала его слушать. Несмотря на сложные годы, которые тогда были, вся Москва бегала его слушать. И вот как-то однажды он, так вот служа в одном из храмов, при большом скоплении народа, даже не знаю, о чем проповедь была, рассказывали как случай такой. И у него были такие слова: «Вот вы часто осуждаете монахов, но они, в отличие вас, хотя бы раз в жизни, но хотели стать лучше. Принимая постриг, они хотели стать лучше». Вот живя каждый день в нашей жизни, думаем ли мы о том, что мы хотим стать лучше? Да, мы хотим стать богаче, да мы хотим стать успешнее, да мы хотим сделать какую-то карьеру, но это ли есть показатель лучшести с точки зрения христианина? И станем ли мы духовно лучше, приобретем ли мы на этом, с таким богатством вокруг себя искренних добрых людей, которые будут рядом с нами? Они будут до того момента, пока мы будем все это занимать. Но как часто, опять показывает опыт, ты потерял все и ты потерял, остался ни с чем, пустой – и людей рядом нет.

А. Пичугин

– И один.

Архимандрит Алексий

– Один, да, я и говорю, что ни с чем. Вот поэтому духовно расти надо. Тогда это то, что у тебя никто не... В Евангелии: собирай себе богатство на небе, которое не украдут, не подточит ржа, не спалит огонь, ничего.

А. Пичугин

– Спасибо. Мы напомним, что отец Алексий Вылажанин, архимандрит, настоятель храма в честь святых апостолов Петра и Павла в Лефортове, благочинный Петропавловского округа Московской городской епархии был гостем программы «Светлый вечер». Спасибо. Алексей Пичугин...

В. Емельянов

– И Владимир Емельянов. И большое спасибо за ваш откровенный рассказ о вашей семье, не очень часто от священника такое услышишь. Спасибо.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Мой Урал
Мой Урал
Сказки Бажова и строительство завода Уралмаш – все это об Уральской земле, богатой не только полезными ископаемыми, но и людьми, вчерашними и сегодняшними жителями Урала. Познакомьтесь ближе с этим замечательным краем в программе «Мой Урал».
Семейные советы
Семейные советы
Чем живет современная семья? Как научиться слушать и слышать друг друга? Какие семейные традиции укрепляют семью? Об этом и многом другом расскажут авторы программы — опытные родители, священники и психологи.
Актуальная тема
Актуальная тема
Актуальными могут быть не только новости! Почему мы празднуем три новых года и возможен ли духовный подвиг в самой обычной очереди? Почему чудеса не приводят к вере, а честь – важнее денег? Каждый день мы выбираем самые насущные темы и приглашаем гостей рассуждать вместе с нами.
Места и люди
Места и люди

В мире немало мест, которые хотелось бы посетить, и множество людей, с которыми хотелось бы пообщаться. С этими людьми и общаются наши корреспонденты в программе «Места и люди». Отдаленный монастырь или школа в соседнем дворе – мы открываем двери, а наши собеседники делятся с нами опытом своей жизни.

Также рекомендуем